Текст книги ""Фантастика 2025-191". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Алевтина Варава

Глава 8

– Боюсь, вашим желаниям не суждено сбыться, граф, – стремительно пряча дар за множеством обманных слоёв маскировки, произнёс я. Протянутая к ладони Насти рука Пелюзина медленно опустилась и граф чуть развернулся ко мне. – У Анастасии Константиновны сегодня другие планы и другой кавалер.

Я ощутил давление чужой силы в районе своего Источника и хищно улыбнулся. На лице аристократа появилось безразличное выражение, но я отчётливо видел, что Пелюзин в ярости. Одной из неприятных черт подобных людей было их умение крайне быстро адаптироваться к меняющейся обстановке.

– А… – чуть снисходительно усмехнулся граф. – Младший брат. Ярослав, кажется. Вам стоило бы знать, юноша, что вашей сестре уже пора озаботиться собственным статусом. А для этого нужно появляться на людях с достойными представителями дворянства.

Возможно, со стороны казалось, что мы очень мило беседуем. Граф улыбался. Я тоже держал на лице приветливое выражение. После моего появления, Настя немного расслабилась и сейчас уже вовсю искала способ остановить назревающий конфликт. Вот только сестра не обратила внимание, что конфликт уже был в разгаре. Слова Пелюзина настолько близко прошли по грани оскорбления, что это мог не заметить только слепой. И спускать подобного я не собирался.

– Так и есть, граф, – безразлично улыбнулся я. – У княжны сегодня лучшая пара из всех возможных на этом приёме. А вы можете поискать подходящую пару среди своих фанаток.

Я кивнул в сторону так и стоявшей неподалёку журналистки, которая не спускала глаз со своего кумира. О чем девушка спрашивала Пелюзина я прекрасно слышал и там дело было вовсе не в том, что ей приказали собрать материал о конкретном аристократе. Другое дело, что к благородными или хотя бы одарённым девушка не относилась. Появиться с подобной парой на официальном мероприятии для графа было равносильно признанию в том, что он давно уже не принадлежит к дворянскому сословию.

– Мне говорили, что вы слишком много о себе думаете для молодого человека вашего возраста, – явно борясь с приступом бешенства, процедил Пелюзин. – И я не зря отвечал, что вам просто ещё никто не преподал серьёзного урока. Возможно в таком случае вы бы более внимательно следили за своими словами, обращаясь к представителю благородного рода Пелюзиных.

– Искренне надеюсь, что вы пожелаете стать тем самым учителем, которого мне так не хватало, граф, – тихо рассмеялся я. Рука Насти сжалась на моей ладони, но я не обратил на это внимания. Я смотрел исключительно на графа и ждал. Первым заявлять о дуэли мне не хотелось, потому что это лишало части преимуществ. Если бы не Право Последнего, то свой вызов Пелюзин получил бы ещё несколько минут назад. Но так я мог объявить войну всей Российской Империи, а это в мои планы не входило. А вот если меня вызовет сам граф, то расклад будет в разы интереснее. И я точно смогу его убить без серьёзных последствий.

– Вот как? – поднял бровь дворянин. – Что ж, не имею ничего против того, чтобы поучить уму-разуму зазнавшегося провинциала. Особенно когда тот сам на это напрашивается. Я вы…

– Замечательный сегодня день, господа! – бесцеремонно перебил Пелюзина появившийся словно из-под земли Зейд. – Рад, что сегодня в гостях у граф Добрышева собрались такие разные люди. Вы не поверите, кто сегодня ещё будет на приёме, господа!

– Здравствуйте, Леонид Евгеньевич! – с невероятным облегчением в голосе, поздоровалась с помощником Пожарского Настя. Я коротко кивнул магу и тот ответил тем же. – Я очень рада вас видеть. Знаете, на улице так шумно… Мероприятие ещё не началось?

– Добрый день, Анастасия Константиновна, – улыбнулся Зейд. – Слухи не врут – вы действительно с каждым днём становитесь всё прекраснее.

– Рад вас видеть, Леонид Евгеньевич! – будто ощутив поддержку со стороны Зейда, довольно улыбнулся Пелюзин. – Вы действительно очень вовремя. У нас тут состоялся небольшой конфликт и я хотел бы вас попросить выступить моим секундантом.

– Дуэль? – с улыбкой поинтересовался Зейд, хотя и так было понятно, что он присоединился к нашей беседе не просто так. – Дуэль это прекрасно! Защита чести и достоинства одна из главных отличительных черт аристократии. Обожаю смотреть на дуэли! Особенно если они действительно серьёзные и идут до смерти одного из участников. С кем у вас возникла ссора?

– С этим молодым человеком, – лениво указал в мою сторону Пелюзин. Ледяной вид графа дал трещину и я на мгновение увидел его ликующую улыбку. Правда, потом, повернувшись к Леониду Евгеньевичу, он снова спрятался за подобострастной маской.

– С этим? – будто впервые меня увидев, удивлённо переспросил помощник Пожарского. Только в этот момент я понял, что маскировка у этих двоих очень похожа. Вот только Зейд нёс её без особых усилий, а Пелюзину приходилось постоянно контролировать своё состояние. Это стало заметно только когда у меня появился нормальный ориентир. – Что ж… Боюсь, не смогу вас выручить в этот раз, ваше сиятельство.

– У вас другие планы, Леонид Евгеньевич? – растерянно спросил граф. – Мы ещё не обговаривали с князем время встречи и условия… Я был бы очень признателен за ваше участие. Это гарантирует, что у Евгения Александровича не будет вопросов к моему роду в случае смертельного исхода.

– Конечно у светлейшего князя не будет вопросов к вашему роду, Олег Петрович, – добродушно улыбнулся Зейд. Вот только его улыбка очень быстро превратилась в жестокий оскал. – Потому что вы вызвали князя Разумовского и он вправе сам устанавливать правила. В любом случае, участвовать в этом мероприятии я не буду. Потому что не хочу быть замешанным в убийстве.

– Возможно, не всё будет так серьёзно, Леонид Евгеньевич, – негромко и довольно фальшиво рассмеялся Пелюзин. – Я буду снисходителен со своим оппонентом.

– Вы не поняли, граф, – светски улыбнулся Олегу Петровичу помощник Пожарского. – Вопросов к вашему роду у губернатора не будет. Это правда. Но их не будет только потому, что подобные вещи принято спрашивать у того, кто остался в живых во время дуэли. И я сильно сомневаюсь, что это будете вы, ваше сиятельство. Всего хорошего, Ярослав Константинович. Княжна!

– Что это значит, Леонид Евгеньевич⁈ – когда маг, как деревянную куклу, потянул Пелюзина за собой, возмущённо спросил граф.

– Леонид Евгеньевич, – напоминая о себе, негромко произнёс я. Зейде сделал всё возможное, чтобы не дать мне убить этого графа, но это было огромное одолжение для Пелюзина. То, как вёл себя граф по отношению ко мне и моей сестре, лично для меня поступок представителя губернатора никак не менял. – Мне кажется, вы немного торопитесь забрать с собой этого мужчину. Мы не договорили.

– Ярослав Константинович, понимаю ваше недовольство и приношу свои извинения за то, что вмешался в ваш разговор, – ловко сдвинув пунцового от негодования графа себе за спину, натянуто улыбнулся Зейд. – Граф Пелюзин также приносит свои искренние извинения и с радостью выплатит назначенную вами виру за свой проступок. Уверен, что вы будете справедливы в своих требованиях, ваша светлость.

– Я не хочу больше видеть этого человека в Твери или любом другом месте, где появится кто-либо из рода Разумовских. Никогда.

– Что ж… – замедленно кивнул Леонид Евгеньевич. – Я думал, что вы ограничитесь финансовой компенсацией, но такой вариант графа тоже устроит. Учитывая скорость роста вашего влияния и активности Анастасии Константиновны… Я прослежу, чтобы ваше пожелание было исполнено в точности, Ярослав Константинович.

– Приятного вечера, Леонид Евгеньевич. – кивнул я.

– Объяснитесь, господин Зейд! – когда пара направилась ко входу в особняк, прошипел Пелюзин. – Это возмутительно!

– Обязательно, Олег Петрович, – преувеличенно серьёзно ответил Зейд. – Это действительно очень важно. Просто я хочу, чтобы вы действительно поняли всё, что я вам сейчас скажу. Ваша жизнь имеет огромное значение для светлейшего князя и всей Российской Империи. Я не могу допустить, чтобы вы так глупо погибли из-за пустячной ссоры.

– Я⁈ – кажется, граф был ошарашен.

– Вы, – нимало не смущаясь, подтвердил свои слова Зейд.

– Этот юнец меня оскорбил! – запальчиво ответил Пелюзин, окончательно потерявшись в происходящем.

– Вам очень повезло, Олег Петрович, что рядом с князем оказалась его сестра, – хмыкнул в ответ Зейд. – Поговаривают, что при ней Ярослав Константинович действует значительно мягче и дипломатичнее.

– О чём вы, Леонид Евгеньевич? – недовольно спросил граф. – Пара успешных вылазок в зону за счёт дружинников рода ни о чём не говорят! Чего стоит он сам большой вопрос.

– Поверьте, ваше сиятельство, я знаю о чём говорю, – весело ответил Зейд. – Я видел это своими глазами. А ещё…

Пара зашла в особняк граф Добрышева и моя воздушная нить, сопровождавшая удаляющихся мужчин, тут же оборвалась. Настя, которую я за это время отвёл немного в сторону, не проронила ни слова. Только кивала дальним знакомым и мило улыбалась репортёрам.

– Один вопрос решили, – переключая внимание на сестру, произнёс я. – Думаю, в ближайшее время, Олег Петрович очень сильно подумает, прежде чем смотреть в вашу сторону, Анастасия Константиновна.

– Яр… – растерянно опустила глаза княжна. – Прости, я не знала, что встречу графа прямо на входе. Рассчитывала, что мы приедем вместе и подобных встреч можно будет избежать…

– Всё разрешилось благополучно, – тепло улыбнулся я. – Поэтому можешь расслабиться и наслаждаться мероприятием.

– А если бы дело дошло до дуэли? – когда я взял сестру под руку и повёл её ко входу в особняк, спросила Настя.

– Тогда бы я его убил, – издалека улыбаясь и махая рукой братьям Старковским, невозмутимо ответил я.

– Яр! – поражённая моей жестокостью, выдохнула девушка.

– Поверь, это был бы самый простой, гуманный и быстрый способ прекратить любые попытки давления на нашу семью, – ответил я. – Меня задевать никто не решится. Нюша в безопасности. Остаёшься только ты. К тому же, сама стремишься оказаться именно там, где проще всего тебя достать.

– Каждый занимается своим делом и выполняет свои задачи! – упрямо ответила Настя.

– Знаю, – повернувшись к сестре, слегка улыбнулся я. – Поэтому и сказал, что мне проще было убить этого Пелюзина, чтобы больше к тебе никто не лез.

– Хорошо, что Зейд оказался рядом, – тихо ответила Настя. В моих словах она не сомневалась и прекрасно понимала, что попусту я о таких вещах говорить не стал бы. – Наверное, это первый раз в моей жизни, когда я порадовалась тому, что рядом оказался кто-то из свиты светлейшего князя Пожарского.

– Леонид Евгеньевич за нашей беседой наблюдал с самого начала, – усмехнулся я. – Я давно тут стою и заметил его ещё двадцать минут назад.

– Значит, он изначально прекрасно понимал, к чему может привести ваш конфликт? – тут же начала прорабатывать ситуацию княжна. – Тогда почему вмешался только тогда, когда вызов на дуэль уже почти состоялся?

– Потому что именно так мог показать своё нейтральное отношение и возможность сотрудничества, – пожал плечами я. – У Леонида Евгеньевича свои выгоды в данной ситуации.

– Например? – подняла бровь Настя.

– Например, не допустить на территории нового губернатора грандиозного скандала с вызовом на дуэль аристократа, воспользовавшегося Правом Последнего, – рассматривая гостей в огромном зале, рассеянно ответил я. – Или желание получить часть тех данных, которые он хотел получить после всего увиденного во время проверки нашей дружины. А может добавить веса своим словам когда возникнет необходимость совместной работы с Разумовскими. Вариантов много и далеко не факт, что мы знаем хотя бы часть из них.

– Понятно, – задумчиво ответила сестра.

– Как выглядит тот барон, который может создать проблемы сегодня? – заметив, что нас пристально рассматривают некоторые молодые люди в зале, уточнил я. Братья Старковские решились только подойти поздороваться. Если при первых наших встречах парни немного робели из-за нашей разницы в официальных статусах, то сейчас вообще опасались даже глубоко дышать рядом со мной. Только Костя решился спросить у Насти о каком-то пустяке, но его брат тут же утащил родственника куда-то в глубину зала.

– Его тоже хочешь убить? – вроде бы весело спросила Настя, но в глазах девушки я увидел настороженность. Похоже, теперь она уже была не так уверена в правильности своей просьбы о моём присутствии на приёме. Оказалось, что мои методы решения проблем недостаточно дипломатичны.

– Хочу посмотреть на человека, который решился вступить в открытый конфликт с графом Пелюзиным, – улыбнулся я. Возможно, мне показалось, но княжна переживала за судьбу второго участника трёхстороннего конфликта значительно больше, чем за жизнь Олега Петровича.

Пелюзин мне откровенно не понравился. Подобные люди всегда вызывали у меня стойкое отторжение. Рассчитывать на помощь сильного союзника в трудную минуту это одно. И совсем другое к месту и не к месту пользоваться именем своего покровителя в таких ситуациях, где вообще стоило бы промолчать или извиниться. При этом граф, скорее всего, неплохо фехтовал. Этого ему хватало, чтобы уверенно чувствовать себя на дуэлях с молодыми дворянами. Вряд ли он использовал при этом свой дар, потому что магом Олег Петрович был откровенно слабым. По крайней мере, мои воздействия, которые привели к вмешательству Зейда в нашу беседу, Пелюзин вообще не заметил. А ещё граф очень любил использовать своё положение и нарываться на конфликты. Возможно, даже весьма успешно, раз об этом знал Леонид Евгеньевич.

В отличие от меня, большую часть времени проводившего в лесах и не особенно вникавшего в светскую жизнь других аристократов, барон Ожегов должен был очень хорошо знать графа если не лично, то через общих знакомых. И отсюда напрашивался вывод, что барон был готов устроить дуэль со столичным гостем, если это потребуется.

– Пока не вижу его, – пробежавшись глазами по многочисленным гостям, с заметной задержкой ответил Настя. – Но, думаю, Константин Александрович обязательно подойдёт к нам сам, если увидит. Добрый вечер, Роман Андреевич. Не думала, что вы решитесь так быстро вернутся к светской жизни. Как ваше здоровье? Уже поправились?

– Благодарю, Анастасия Константиновна! – бодро ответил подошедший к нам пожилой мужчина в старомодном костюме. – Благодаря вашему совету, дело пошло значительно быстрее. Добрый вечер, ваша светлость. Рад познакомиться с вами лично.

– Ярослав Константинович, знакомьтесь – Подольский Роман Андреевич, – мгновенно сориентировавшись, представила мне мужчину княжна. – Лучший архитектор Тверской губернии. Надеюсь, однажды Роман Андреевич займётся восстановлением внутренней обстановки нашего родового гнезда.

– Но однажды, а уже через пару недель, ваша светлость, – тут же весело возразил Подольский. – Наслышан о вас, Ярослав Константинович. Наслышан. Теперь, после личного знакомства, я практически обязан принять заказ вашей сестры. Обещаю, что верну имению рода Разумовских тот вид, который оно имело при Константине Александровиче.

– Очень на это надеемся, Роман Андреевич, – улыбнулся я. Энергии в этом старике хватило бы на троих молодых. Такие люди обычно искренне болели своей профессией и не мыслили жизни без любимой работы. Если Подольскому запретят трудиться, то он просто умрёт. – Рад был познакомиться.

Архитектор ушёл и мы наконец двинулись в глубину зала. Настя сознательно начала забирать влево, чтобы не лезть в самую гущу гостей. Целый час я делал именно то, о чём мы изначально договаривались с Настей – болтал о погоде и ценах на новые автомобили. Оказалось, что мою сестру знают буквально все на приёме. При этом меня многие гости вообще видели впервые. И я очень быстро понял, что появляться Насте на подобных мероприятиях было отличной идеей! Но, без меня…

Это стало понятно, когда к нашей паре со всех концов зала начали стягиваться пожилые семейные пары. Если бы они вели себя так же, как Роман Андреевич, то ничего плохого я бы не заподозрил. Вот только новые знакомые тащили с собой своих дочерей и очень хотели, чтобы я непременно с ними познакомился. И какое из поколений больше жаждало этого знакомства сказать я бы не взялся.

В какой-то момент я поймал себя на мысли, что уверенность графа Пелюзина основывалась на конкретном опыте. Поведение некоторых благородных девиц несильно знатных родов ничем не отличалось от сотрудницы ателье Петра Никифоровича, которая практически прямо предлагала мне своё тело. Тут ситуация была несколько более завуалированная, но такая же гадкая. Родители могут сватать своих детей возможному жениху, но никак не предлагать их кому-то ради сиюминутной выгоды.

Я очень быстро устал от толпы людей вокруг и повёл сестру к выходу во внутренний двор особняка. Там располагался просторный сад, где ещё практически не было гостей. Это уже ближе к вечеру, когда аристократы устанут от общения друг с другом, начнётся деление на небольшие группы. А сейчас можно было погулять в тишине. О толпе людей на приёме напоминал только небольшой гул. Правда, совсем пустым сад не был. Довольно быстро мы увидели несколько гуляющих групп гостей и Настя вдруг потянула меня к одной из них.

– Это он! – прошептала сестра. – Надеюсь, получится обойтись без ссоры. Я бы этого не хотела, Яр.

– Учту, – весело хмыкнул я. Мы свернули с основной дорожки к небольшой беседке, куда только что зашли три человека. Одна девушка и пара мужчин. Одни чуть полноватый, а второй очень сильно напоминал габаритами Аршавина. – Кто нам нужен?

– Тот, который крупнее, – чуть покраснев, ответила Настя.

– Истинный Вершитель всегда заботится о своих людях, – внезапно прозвучал из беседки голос, который я ни разу не слышал за последние тысячи лет. Он буквально приковал меня к месту, будто превратив камень.

– Берннхард? – невольно вырвалось у меня.

Глава 9

– А вы всё так же придерживаетесь своей теории, Виктор Романович, – чуть обогнав меня, чтобы первой войти в беседку, весело произнесла моя сестра. Едва услышав голос княжны, крупный мужчина молниеносно обернулся и я снова испытал стихийный приступ воспоминаний. Если добавить этому человеку пол сотни шрамов и столько же лет, то сходство станет абсолютным. – Здравствуйте господа! Простите, что помешали вашей стихийной лекции.

Пара, беседовавшая с бароном, настороженно смотрела на меня. Настю они однозначно уже видели раньше и знали, а кого княжна привела с собой в первый момент определить не смогли. Я стоял в тени беседки и это мешало рассмотреть наше с сестрой сходство. Я даже задумался о том, почему внезапное появление постороннего вызвало подобную реакцию. Будто они обсуждали детали заговора против Императора.

– Счастлив видеть вас, Анастасия Константиновна! – очень искренне воскликнул Виктор Романович. Он, в отличие от своих спутников, буквально излучал радушие, будто готов был обнять весь мир. – Не стоит обвинять меня в излишнем давлении на своих друзей, княжна. Каждый имеет право знать настоящую историю нашего мира.

– А вы с ней знакомы? – окончательно придя в себя, поинтересовался я. Ожегов посмотрел на меня и приветливо улыбнулся. Правда, в глазах барона всё равно застыл вполне очевидный вопрос, на который я решил сразу ответить. – Прошу простить, что вмешался в ваш разговор, господа. Меня зовут Ярослав Константинович Разумовский. По счастливому стечению обстоятельств, я прихожусь братом Анастасии Константиновне.

– Приятно познакомиться с вами лично, ваша светлость, – первым протягивая мне совсем не аристократическую ладонь, снова улыбнулся барон. Похоже, он вообще любил улыбаться, а рукопожатие этого человека оказалось предсказуемо мощным. Словно я засунул руку в гидравлический пресс. Вообще мужчина выглядел настоящим богатырём. Кровь с молоком. Соломенного цвета волосы и яркие голубые глаза только дополняли впечатление деревенского громилы. И только лицо выдавало, что этот человек далеко не так прост, как может показаться. Чем-то барон мне напомнил Глыбу. Только аспект у него был другой. Огненный. – Ожегов Виктор Романович. А это мои хорошие друзья, граф и графиня Мальцевы. Что же касается вашего вопроса, Ярослав Константинович, то я убеждён, что никто из ныне живущих ничего не знает о делах далёкого прошлого. Княгиня Разумовская могла бы подтвердить мои слова. Ваша матушка очень хорошо разбиралась в этом вопросе.

Это было неожиданное заявление. Княгиня занималась поисками информации для исследований прежнего главы рода в таких областях, куда не стоило заглядывать посторонним. И слова барона о Вершителях это лишний раз подтверждали. Но теперь хотя бы можно было понять, насколько эта тема вообще известна в современном мире. Заодно и отношение этого интересного человека к княгине Разумовской можно узнать.

– Вы были знакомы? – спросил я. Правильная речь, интересные обороты и явное отношение к научным кругам. Ожегов был наполнен противоречиями, как истинный носитель силы Огня.

– Только заочно! – ответила за Ожегова моя сестра. – Они работали вместе над одной теорией во время учёбы Виктора Романовича в МАМИ. Эта работа даже выложена на портале Академии.

– Должен сказать, что лучшего руководителя практики у меня в жизни не было, – улыбнулся Виктор Романович. – Отчасти, именно тогда я решил изучить вопрос подлинности некоторых находок из далёкого прошлого более подробно и даже разработал метод проверки. Но это не так интересно, как некоторые вещи, которые мне удалось узнать в ходе исследований.

– О Вершителях? – нейтрально поинтересовался я. Изображать интерес мне не пришлось. Эта тема действительно меня волновала и до этого момента я был уверен, что подобная информация хранится в строжайшей тайне, если вообще известна кому-то. По крайней мере, ни о себе, ни о своих братьях и сёстрах, никакой информации в открытом доступе я не нашёл. Возможно, просто не там искал.

– Не только, ваша светлость, – рассмеялся барон. Мельком взглянув на сестру заметил, что Настя с неподдельным интересом слушает Виктора и это внимание со стороны княжны заставляет барона смущаться и немного путаться в словах. – Но я бы сказал, что образ Вершителей имел огромное значение для представителей древнего мира. Особенно периода до глобального сдвига реальности, который связывают с получением людьми магических сил.

– Довольно интересно, – улыбнулся я. Первое впечатление постепенно развеивалось и я всё больше убеждался, что с моим последним генералом этот человек не имеет ничего общего. Возможно, если бы Берннхард жил в другое время и пошёл другим путём, то он мог стать бароном Ожеговым. Так же, как и я никогда не думал, что буду поднимать с колен почти уничтоженный аристократический род в стране, до появления которой в мире должно было пройти несчетное количество времени.

– Вы даже не представляете, сколько всего с этим связно Ярослав Константинович! – горячо воскликнул Ожегов и я краем глаза увидел, как граф Мальцев слегка закатил глаза. Вполне возможно, что Виктор Романович оказался чересчур увлечён своей теорией. Однако, представители рода Мальцевых стойко держали удар и даже не зевали. – Я бы сказал, что древние люди напрямую связывали появление своей силы с Вершителями. Это был собирательный образ природы, носивший черты всех известных нам сил сразу. Где-то Вершитель владел воздухом и тьмой, что принципиально невозможно для живого существа. А где-то другими невозможными парами аспектов. Таким образом древние хотели показать, что есть существа, которые значительно выше людей. Во многих культурах вершители обладали статусом значительно выше правителей и жрецов разных культов.

– Почему вы решили, что есть невозможные пары аспектов, Виктор Романович? – спросил я. Тот же Антипов прекрасно смешивал разные аспекты, чтобы получить грязный Эфир. Если это было возможно с энергиями, то и люди могли сочетать в себе подобные качества. Тем более, что носители пары аспектов известны давно. – Если древние говорили, что есть свидетельства существования подобных пар.

– Это не Виктор Романович так решил, ваша светлость. – произнесла графиня Мальцева. – Это подтверждено современной магической наукой. Множество испытаний с энергиями доказали, что человеческое тело не может выдержать одновременно один стихийный аспект и один тяжёлый. Про пару тяжёлых даже говорить не стоит. Поэтому, истории древних летописцев можно считать всего лишь выдумками.

– Поэтому вы уверены, что эти Вершители всего лишь собирательный образ, ваше сиятельство? – решила принять участие в беседе Настя.

– Именно так, Анастасия Константиновна, – убеждённо заявил барон. – В любом другом случае, до нас дошло хотя бы одно имя подобных существ, а не только описания их дел. Например, если брать великое сражение Вершителей, которое описывал в одном из своих трудов Мустафа Ферджад. По его словам, та битва стала причиной разделения континентов и возникновения в Африке первой аномальной зоны. Однако, мы прекрасно знаем, с чем в реальности связана современная форма материков нашего мира.

– Но по аномалиям точных данных ни у кого нет, Виктор Романович, – вставил своё слова граф. – И вы не можете отрицать, что битва ваших Вершителей могла стать причиной нарушений в нашем мире.

– Не могу, Дмитрий Фёдорович, – вынужден был согласиться Ожегов. – Но вы только представьте себе тот масштаб энергий, которые должны быть задействованы при таких сражениях! Подумайте о том, как должно кипеть и плавиться пространство, когда в ход идут мириады сфер маны! Там не аномалия, а настоящая дыра в пространстве и времени должна была образоваться!

– Яр! – чуть тронула меня за руку Настя. – Ярослав Константинович?

Я вдруг понял, что не вижу ничего вокруг. Исчезла беседка и люди в ней. Перестало существовать тело. В голове бурлили воспоминания о струнах реальности и океанах энергии, которые я мог пускать вход по велению одной мысли.

– Да, – открывая глаза и усилием воли возвращаясь к реальности, произнёс я. – Виктор Романович прав – масштаб поражает!

– Благодарю, ваша светлость, – весело ответил барон и наставительно поднял палец. – И вот здесь мы возвращаемся к тому моменту, на котором я остановился, господа. Образ истинного Вершителя, сохранившийся в некоторых трактатах Поднебесной, отличался от всех остальных именно тем, что в первую очередь заботился о своих людях. Отчасти, именно поэтому политика Первой Империи так сильно завязана на развитие общества. Я считаю это признаком древних учений, которые появились на заре развития магии. Учитывая, что Поднебесная к этому времени была уже полноценной страной, то ничего удивительного нет в том, что они переняли эту философию. Если честно, то иногда мне кажется, что нашему Императору стоило бы отправить к восточным соседям пару делегаций для обмена культурным опытом.

– Барон! – с намёком посмотрела на Ожегова графиня и тот смущённо улыбнулся. – Думаю, что не только я устала от энтузиазма Виктора Романовича. Как вы смотрите на то, чтобы вернуться к остальным гостям? Думаю, там уже закончили официальную часть и можно наконец перейти к развлечениям.

– Уверена в этом, – ответила Настя. – Граф Добрышев говорил, что сегодня будут особенные гости из столицы. Какая-то труппа с совершенно новой постановкой.

– Театр? – поморщился Ожегов и я невольно улыбнулся. Сестра не торопилась давать повод Виктору Романовичу активно действовать, но при этом держалась между нами, а не с моей стороны. Этого для меня уже было достаточно, чтобы определить отношение Насти к барону.

– Мне тоже не особенно нравятся всякие новые прочтения старых постановок, Виктор Романович, – произнёс я. Возвращаться в особняк не хотелось. Кроме толпы людей и сомнительных разговоров, ничего интересного там меня не ждало. – Не хотите ещё прогуляться? Анастасия Константиновна?

– Уверена, что граф не оставит меня в трудной ситуации, – проникновенно посмотрела на Дмитрия Настя.

– Разумеется, ваша светлость, – тут же ответил граф и его супруга выразительно посмотрела на мужа. – Вы можете на нас положиться, Ярослав Константинович. Мы с супругой не отойдём от вашей сестры ни на шаг.

– Благодарю, ваше сиятельство, – кивнул я и посмотрел на Анастасию. Сестра понятливо кивнула. Мне требовалось некоторое время, чтобы лично пообщаться с бароном и княжна будет максимально избегать любых своих знакомых, пока я не вернусь. – Барон?

– В дальней части сада есть замечательный уголок с живой изгородью, ваша светлость, – улыбнулся Ожегов. – Там крайне редко бывает кто-то посторонний.

– Хотел узнать, как у вас обстоят дела в последнее время, Виктор Романович? – когда мы обсудили все возможные мелочи и наконец могли перейти к серьёзным вещам, задал вопрос я. – Анастасия Константиновна говорила, что у вашего рода возникли определённые трудности после введения нового налога.

– Только на одном направлении, Ярослав Константинович, – поспешил меня заверить барон. Но сразу стало понятно, что именно это направление и служит главным источником доходов для его семьи. – У нас есть недвижимость в столице, которая с лихвой перекрывает все расходы нашего рода. Да и, признаться честно, расходы эти не так велики. После того, как погиб в аномальной зоне мой отец, из всего рода остались только мы с сестрой. Отчасти, поэтому я нахожу общение с вашей сестрой таким интересным. Для юной девушки, которая пережила такие тяжёлые события, она удивительно оптимистична и восхитительно радуется жизни.

– Понимаю, – улыбнулся я. Ожегов был старше меня примерно на десять лет. Для главы рода это был достаточно юный возраст. Про себя я вообще не говорю. Но при этом рассуждал Виктор Романович очень здраво. – Возможно, это не моё дело, но иногда стоит избавиться от тяжёлых активов, которые тянут из вас силы и нервы.

– Это не так просто, как может показаться, ваша светлость, – невесело усмехнулся Ожегов. – Не думаю, что вам стоит погружаться во все детали договорённостей, которые были достигнуты между моим отцом и прежним губернатором. Если коротко, то отказаться и выйти из арендного договора я могу только после очень больших отступных. Я консультировался с рядом специалистов и все, включая господина Бетюжина, сказали, что проще платить аренду ещё десять-двадцать лет, чем пытаться расторгнуть договор.

– Ну, если даже Григорий Антонович так сказал, то ситуация крайне сложная, – задумчиво ответил я. Юрист мог найти лазейку даже в договоре с дьяволом и ему можно было полностью доверять в подобных вопросах. – А могу я полюбопытствовать, о цифрах какого порядка идёт речь?

– Сам арендный договор стоит моему роду около ста тысяч рублей в месяц, – не особенно скрываясь, ответил барон. – Для крупной площадки почти в центре Твери это совсем не много. А если добавить, что мы построили несколько складов для хранения особо ценных аномальных ресурсов на территории, то бизнес всегда приносил хорошую прибыль. Вот только последние изменения в налоговой сфере заставили всех наших арендаторов съехать. А потом оказалось, что отец переложил на них все дополнительные налоги, связанные с арендной территорией. По кругу у меня получается около полумиллиона затрат в месяц. Сумма большая, но пока справляюсь.