Текст книги ""Фантастика 2025-191". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Алевтина Варава

– Выполняйте приказ! – рыкнул Бестужев. – Для кого я тут распинаюсь вообще⁈ Бегом!

Подходить ближе я не стал, остановившись в пяти шагах от заместителя егерского корпуса. Краем глаза видел в отдалении Витязей, которые, будто случайно, начали накидывать на головы капюшоны. Если дело дойдёт до прямого противостояния, то шансов у нас было немного, но африканцев этот факт точно не остановит. Егеря начали разбегаться в разные стороны, а их командир замер напротив меня и я ощутил на себе взгляд его белёсых глаз.

– Здравствуйте, Егор Алексеевич, – произнёс я.

– И вам не хворать, Ярослав Константинович, – холодно ответил барон Бестужев. – Ну что, уже придумали оправдание своим проступкам?

Глава 6

– Абсолютно не понимаю о чем вы сейчас говорите, Егор Алексеевич, – невозмутимо ответил я. – Я жизни людей спасал. В том числе жизни ваших людей. Но я с интересом выслушаю перечень того, что по вашему мнению я сделал не так.

Наверное, барон Бестужев слишком много времени проводил в боях с аномальными чудовищами и одно из них откусило Егору Алексеевичу чувство юмора. Я не был уверен, что собеседник поймёт мою шутку, так же, как не был уверен в том, что Бестужев пошутил насчёт моих оправданий. Тем не менее, внутри меня постепенно угасла горячка боя и честно говоря, мне было что высказать егерям. Однако, Белый Волк едва заметно улыбнулся и светски указал мне в сторону Витязей.

– Предлагаю вам пройтись до ваших доблестных бойцов, пока они не решили меня убить для вашего спасения, Ярослав Константинович, – совершенно правильно считав приготовления моих дружинников, предложил барон. – Что насчёт оправданий?

– Что насчёт обвинений? – внимательно посмотрел я в глаза егеря, прищурившись. – Вы ничего так и не сказали.

– Я ведь серьёзно сейчас, ваша светлость, – не меняя тона, ответил Бестужев. – Поляков будет рыть носом землю, чтобы доказать свою непосредственную причастность к сегодняшнему бою. И для вас в его рапорте места точно не найдётся. А значит дружина рода Разумовских оказалась на землях князя Антипова по своей воле и без всякого согласования с теми, кто должен был выполнять обязанности по защите надела. Учитывая ваше Право Последнего, это уже тянет на формальное нарушение законов о границах владений первого круга обороны аномальной зоны.

– И вы, само собой, окажетесь на стороне генерал-лейтенанта? – тяжело вздохнул я. Отчего-то мне сразу стало грустно и неприятно. Я отреагировал на слова Бестужева, сказанные по телефону, единственно правильным, на мой взгляд, образом. Я рискнул жизнями своей семьи и своих людей, чтобы не дать чудовищам прорваться к армейцам на земле Старковского и в итоге получил только ряд обвинений в нарушении законодательства Империи.

– Этого я не говорил, – внезапно усмехнулся барон. – И не нужно злиться, ваша светлость. Поляков однозначно попытается вычеркнуть вас, чтобы получить как можно больше лавров, но это ему вряд ли удастся. Потому что у генерал-лейтенанта слишком мало информации о том, что здесь происходило, а все мои люди видели дружину Разумовских. Они подтвердят вашу роль в сражении с тёмными тварями. Слово егерей весит значительно больше, чем показания обычных солдат. Жаль только, что я потерял в этом бою слишком многих.

– Ранеными, – вставил я и Белый Волк тут же остановился, требовательно посмотрев на меня.

Есть такие люди, которые умеют взглядом показать больше, чем другой сможет передать за пятиминутный монолог. К этому моменту мы уже дошли до Витязей и я спросил у Рыкова:

– Александр Егорович, сколько эвакуировано егерей?

– Двести сорок человек, ваша светлость, – без малейшей заминки ответил Ратай. – Сто семьдесят тяжёлых. Остальные лёгкие, но все сильно дезориентированы были. Личные артефактные комплексы истощены до нуля, будто их выпило что-то. Мы их на наши реанимационные амулеты посадили и лечилки. Сейчас Лиса с ребятами Грифа уже работают вовсю. Трупов не нашли.

– Все ваши затраты будут компенсированы! – предельно сухо произнёс Бестужев, но я услышал за этой маской целую бурю эмоций. Если честно, то больше половины тяжело раненых егерей не смогли бы дождаться помощи и мои ребята реально спасли им жизни. А для нормального командира, которым можно было смело назвать барона, это значило очень много.

– Вы бы вряд ли прошли мимо, Егор Алексеевич, – пожал плечами я.

– Зависит от задания, – честно ответил маг и я замедленно кивнул, принимая его слова. – В такой ситуации как сегодня, мы бы прошли мимо без остановок. Но, как вы сами успели убедиться, это всё равно ничего не дало.

– Хоругова тоже, как я понимаю, найти не получилось? – на всякий случай уточнил я.

– С этим как раз проблем не было, – невозмутимо ответил Бестужев. – Главу рода Хоруговых нашли представители шестого отдела Жандармерии ещё сегодня утром.

– Вот как? – удивлённо поднял брови я. – Тверского подразделения? Или Московского?

– Иркутского, – ответил Белый Волк и я заметил, что он всё это время с интересом рассматривал рисунки на лице Вепря. Командир Витязей не пытался скрыться, но и особой радости от внимания мага не испытывал. – Его светлость нашли в подвале его загородной резиденции. По заключению медиков, он был мёртв к этому моменту уже примерно месяц. Я рассчитывал захватить существо, принявшее облик князя, но его нам найти не удалось. Африканская бригада?

Последний вопрос был адресован Рыкову и тот вопросительно посмотрел на меня. Я был в полном праве приказать Ратаю молчать, но делать этого не стал. Бестужев не казался мне человеком, который мог воспользоваться ситуацией против меня. Скорее он был из тех, кто придёт и максимально громко заявит о том, что ему нужно. Сделать это Белый Волк мог по праву силы. Хитрости и обходные пути ему для этого были не нужны.

– Да, – сразу показывая своё отношение к диалогу, неохотно ответил Вепрь.

– Наслышан про Витязей, – слегка кивнул Вепрю барон, а потом повернулся ко мне и добавил. – Рисунки ваша работа, Ярослав Константинович?

– Моя, – спокойно ответил я. – Но это внутреннее дело рода Разумовских и я бы не хотел, чтобы информация об этой методике вышла за пределы моего рода, Егор Алексеевич.

– Вы знаете с кем мы сражались, Ярослав Константинович? – неожиданно спросил Белый Волк и уставился на меня своими белёсыми глазами. Считать выражение этих глаз было невозможно, и я постоянно ловил себя на мысли, что Бестужев кажется слепым. Вот только видел командир егерей получше многих. – И кого вы обратили в бегство единственным своим заклинанием. По этому поводу, кстати, я тоже хотел с вами поговорить. Понимаю что снова услышу слова о тайне рода Разумовских, но меня это не устроит. Могу дать слово дворянина, что наш разговор останется только между нами, но я привык получать любую информацию о том, что может спасти жизни моих людей. Так что?

– Если речь о той многоножке, то я не знаю, что это было, – ответил я. – В тот момент, когда мы вступили в бой на территории князя Антипова, источник ментальной энергии находился под плотным покровом маскировки и я не смог разобрать, что за ним скрывается.

– Но пытались? – уточнил барон.

– Разумеется, Егор Алексеевич, – кивнул я. – От этого зависели жизни моих людей, и я обязан был попробовать. Мы пошли на прорыв, но кукловод направил на мой отряд всех ближайших тварей, и я пришёл к выводу, что ничего не получится. Пришлось отступить.

– Слушаю я вас, молодой человек, и не пойму – то ли вы действительно не понимаете, что сумели провернуть, то ли разыгрываете спектакль. Хотя, вот убейте меня, не знаю, зачем это вам нужно.

– Не понимаю что? – осторожно уточнил я.

– Многоножка, – напомнил мне Бестужев. – Это очень редкая тварь, сведений о которой практически нет. Встречалась всего пару раз за пределами внутренних территорий аномальной зоны. В основном обитает в ядре или около него. Название – Эстайр. Пятый ранг. Специализация – массовый контроль других зверей и людей вне зависимости от силы дара и аспекта. Главная уязвимость из тех, что нам известны – испытывает патологическую ненависть к огню. Условно, этот монстр мог запросто притащить с собой несколько других шестёрок из ядра и за их счёт пробить себе дорогу к ценному человеческому ресурсу. Одной из подтверждённых форм является облако ментальной энергии. И я решительно не понимаю, как вам удалось продержаться до нашего подхода.

– Шестёрки? – удивлённо поднял брови Рыков, но Белый Волк не обратил на Ратая внимания. – В ядре водятся твари шестого ранга?

– То есть… – задумчиво протянул я. – Монстр находился не в той пустой зоне, а над своей армией.

– Вы меня не слушаете, ваша светлость, – огорчённо покачал головой Бестужев. – Сила ментального контроля этого чудовища настолько велика, что ей невозможно сопротивляться. После нашего разговора, я подготовил костяк своего подразделения к защите. Но у меня в составе два менталиста четвёртого круга и все ресурсы исследовательских институтов Империи. И вот здесь у меня возникает вопрос. Вернее, сразу десяток вопросов.

– Вполне логичных и обоснованных, – хмыкнул я.

– Именно, – кивнул Бестужев. – Как молодой парень без полноценного образования сумел противостоять откормленному эстайру на протяжение часа? Как несколько сотен ветеранов с Дикого Континента не сошли с ума из-за блокировки и даже выдерживают ментальное давление седьмого порядка? Если вы не в курсе, то я вам могу рассказать, что такой уровень обычно плавит мозг всем носителям блокировок. А ещё мне интересно чем таким вы приложили ментальную тварь, что она предпочла сбежать с поля боя, а не добивать нашу группу?

– Мне казалось, что вы вполне успешно сопротивлялись влиянию чудовища, Егор Алексеевич, – озадаченно ответил я. До этого момента я воспринимал своё вмешательство немного иначе и теперь слегка растерялся от смены перспективы. – По крайней мере, поголовье чарыгов и теневиков вы уменьшали очень уверенно.

Вместо ответа егерь достал из внутреннего кармана куртки личный накопитель, и я с удивлением узнал грубое подобие артефактов, которыми Вершители снабжали носителей своей силы. При некоторых усилиях, эти вещицы вполне можно было приспособить для работы с грязным и даже чистым эфиром. На самом дне артефакта плескалось несколько капель энергии. Десяток базовых сфер разума или два, но Белому Волку этого бы хватило всего на пару заклинаний.

– Понятно, – вздохнул я, прикидывая, что именно я могу рассказать барону, а о чём стоит умолчать даже несмотря на слово дворянина, которое я непременно возьму с этого человека. Однако, чтобы выяснить некоторые детали, мне нужна была дополнительная информация. – С чего бы начать? Это чудовище имеет такое большое значение для вас?

– Для Империи, – кивнул Бестужев. – Последние пять лет это одна из моих основных задач. После того, как мы впервые нашли останки этой твари в глубинных землях Краснодарской аномальной зоны, Император приказал найти это чудовище и добыть его в более приемлемом для изучения виде.

– А чем был уничтожен монстр под Краснодаром? – поинтересовался я. – Если это, конечно, не строго закрытая информация.

– Тварь погибла от какого-то неизвестного вида энергии запредельной силы, – немного подумав, ответил егерь. Скорее всего, эти данные были только в секретных архивах имперских служб. Потому что о внутренней кухне егерей вообще никто и ничего не знал, а уж про их задания тем более. – На теле мы обнаружили следы когтей какого-то хищника. Вполне вероятно, что это была птица. У меня есть пара предположений на этот счёт, но я оставлю их при себе. Скажу только, что тип энергии был очень похож на тот, который вы использовали сегодня, Ярослав Константинович.

Что это за птица я прекрасно понял. Семикрылый изначально делал всё возможное, чтобы нормально подготовиться к вторжению ментального чудовища. В то же время мне стало понятно, почему сокол не появился за всё время сражения с армией тёмных тварей, хотя чарыгов он не переваривал на дух. Если барон прав, то Семикрылый сам мог попасть под контроль эстайра и напасть на нас. При этом к роще огнеростов меня тоже направил сокол. И эту рощу дважды пытались уничтожить монстры аспекта Тьмы, справившись только в третий раз. Если ментальный зверь так не любил огонь, то ничего удивительного в панике растительного разума не было.

– И вы намерены начать поиски чудовища в аномальной зоне, несмотря на гон девятого уровня? – задал следующий вопрос я.

– Однозначно, – без колебаний ответил Белый Волк. – Я уже сообщил Его Императорскому Величеству о том, что инициатором прорыва обороны Тверской аномальной зоны был эстайр. После нашего разговора сомнений в этом не осталось. И в связи с тем, что я получил приказ высшего приоритета от правителя Империи, прошу у вас содействия, ваша светлость.

– Какого именно? – уточнил я. Когда человек обладал настолько широкими полномочиями, что мог запросто казнить князей во время гона, да ещё и с личным приказом Императора на руках, то ожидать от него можно было чего угодно. А я на что угодно в текущих условиях точно был не готов.

– Мне нужны такие татуировки, – указав на лицо Рыкова, ответил Бестужев и мы с Витязями удивлённо округлили глаза. – Понимаю, что это личная разработка рода Разумовских, поэтому не могу от вас требовать выдачи принципа нанесения рун и структуры заклинаний. Учитывая что бригада Витязей прибыла из Африки не так давно, время нанесения каждого отдельного рисунка не может быть слишком уж большим. Если невозможно обработать всех моих людей, то найдите время и силы хотя бы на медиков и менталистов. Вряд ли тварь сумеет быстро собрать такую же армию, но сил и возможностей у неё меньше не станет. Также я был бы вам сильно признателен за помощь в разработке атакующих заклинаний на основе той энергии, которая нанесла монстру обширную рану и обратила его в бегство. Сколько это всё займёт времени и что вы хотите за своё содействие?

Барон загребал настолько широко, насколько это вообще было возможно. Учитывая, что знали мы друг друга всего-ничего, воспринимать его запрос серьёзно было довольно сложно. По сути, Бестужев просил отдать ему в пользование разработки, которые могли обеспечить благоденствие десяти следующих поколений рода Разумовских. Грязный Эфир сам по себе был предметом охоты и целью множества влиятельных аристократов. За примитивные находки в этом направлении князя Антипова, фактически, помиловали за серьёзное преступление. Методы работы с атакующими построениями на основе этой энергии, до которых даже Большаков сможет додуматься только через много лет, вообще никому не были известны. А моя методика ментальной защиты просто не имела аналогов в Российской Империи, а может и во всём мире. И всё это Белый Волк просил просто отдать ему для выполнения миссии, о настоящей цели которой я вообще ничего не знал и которая не имела ко мне никакого отношения.

А с другой стороны… Если я оставлю это всё при себе и егеря Бестужева погибнут в аномальной зоне, что вполне могло случиться, учитывая признание барона, то ментальный монстр вполне мог запомнить, кто именно его ранил и вернуться, чтобы отомстить. Перед глазами встало лицо чудовища, и я серьёзно задумался.

Людей, так или иначе, можно было просчитать. У них была своя логика и свои, вполне понятные цели. Монстров из аномалии тоже можно было понять – их вели инстинкты и желание стать сильнее за счёт других. А вот чего ждать от странного существа, которое однозначно обладало полноценным разумом и при этом могло запросто подчинить себе сотни чудовищ, чтобы поглотить их силу. Но вместо этого устраивало крестовый поход против людей в попытке прорваться за пределы зоны.

– Идёт, – произнёс я. – Я готов помочь вам с подготовкой к этому рейду, Егор Алексеевич. Я дам вам снаряжение и обработаю ваших людей. Но у меня будет два обязательных условия.

– Какие? – только и спросил Белый Волк. По лицу барона было понятно, что он вообще не привык торговаться. Но тут ситуация явно складывалась таким образом, что продавить меня Бестужев не мог. Или не хотел, что я тоже вполне допускал. Другое дело, что такая лояльность могла закончиться в самый неожиданный момент.

– Все разработки, которые я передам вам на время этой миссии, должны остаться тайной, – первым делом произнёс я. – Они не должны стать достоянием общественности или служб Империи ни во время, ни после рейда. Со своей стороны, я обещаю, что после гона мы с вами еще раз поговорим, так как я понимаю, что эти знания напрямую влияют на безопасность Империи.

– Слово дворянина, – коротко произнёс Бестужев. – Клянусь, что ни я сам, ни кто-либо из моих людей не выдаст тайн рода Разумовских, переданных моему подразделению на время проведения операции по уничтожению эстайра в Тверской аномальной зоне. Включая сведения о новом типе магической энергии. Также под запретом будет любое изучение структуры магической татуировки для создания ментальной защиты выше седьмого порядка. Клятва бессрочна и её изменение возможно только с одобрения и разрешения главы рода Разумовских. Какое второе условие, ваша светлость?

– Я иду с вами, – с улыбкой озвучил второе условие я.

Кажется, кто-то из витязей за моей спиной матюгнулся. Вот только как-то… слишком восторженно, что ли?

Глава 7

– Это решительно невозможно, Ярослав Константинович, – ни секунды не раздумывая, категорично ответил Белый Волк. – И причин для такого ответа огромное количество, ваша светлость. Во-первых, глава рода не имеет права покидать владение больше, чем на сутки во время гона.

– Глава рода не имеет права покидать внешние границы первого круга обороны, – кивнул я. – Это прямо прописано в законе, Егор Алексеевич. Про внутренние границы упоминаний нет.

– Потому что в аномалию во время гона могут пойти только самоубийцы! – легендарное хладнокровие Бестужева работало на все сто. Даже тон егеря не изменился. Разве что взгляд белых глаз стал чуть острее. – Тем более при девятом уровне угрозы!

– Но вы идёте, – возразил я.

– Егеря относятся к элитным частям военных сил Российской Империи, – едва заметно улыбнулся Белый Волк. – И у нас прямой приказ Императора.

– А значит я буду находиться в полной безопасности, – подтвердил я. – Ведь ни одна родовая дружина не сравнится с легендарным корпусом егерей. Да ещё с таким командиром.

– Ваша лесть, Ярослав Константинович, больше похожа на насмешку, – бросив взгляд на Витязей, с сарказмом ответил барон. – Но, допустим, я приму этот аргумент. Но это не отменяет того факта, что ваш надел может стать более уязвимым без вас. Недавняя волна атак аномальных тварей это доказала. На примере графа Новикова все окончательно убедились, что личное присутствие главы рода на поле боя может переломить ход сражения и уберечь население Империи от вторжения монстров. Мы и так много потеряли из-за этой ситуации с Хоруговыми. Полностью уничтожено особое подразделение рода Пожарских, которое возглавлял Леонид Зейд. Это большая потеря для всех защитников Тверской аномальной зоны.

– Леонид Евгеньевич однозначно потерял большую часть своего подразделения, но я надеюсь, что сам он уже в полном порядке, – нейтрально ответил я.

– Группа Зейда не выходит на связь и на территории князя Антипова её нет, – спокойно произнёс Бестужев. – Вероятность гибели отряда Пожарских девяносто три процента.

– Значит, Леонид Евгеньевич в тех оставшихся семи процентах, – улыбнулся я и, немного смутившись, добавил. – У меня на территории владения всего в нескольких местах работает связь, поэтому дозвониться до Зейда невозможно. Мы эвакуировали остатки подразделения Леонида Евгеньевича на мою территорию, чтобы они не погибли. Так же, как и ваших подчинённых.

– Чтобы не погибли, – будто пытаясь принять этот факт и как-то встроить его в собственную картину реальности, тихо повторил Бестужев. – Конечно, ваша светлость. Я понимаю. И ещё раз благодарю вас за спасение моих людей. Только прошу об этой ситуации не распространяться. Раз господин Зейд, вашими стараниями, не погиб, то это немного упрощает ситуацию. Но, в любом случае, обороноспособность этого отрезка границы с аномальной зоной под большой угрозой. Полностью уничтожен экспедиционный корпус светлейшего князя Воронцова. Дружина Хоругова тоже погибла. Нам сейчас не на кого переложить обязанности защиты этого участка. Числившееся среди сил князя Хоругова отдельная сотня Прохора Александровича Кожедуба, вероятно, тоже сегодня полностью погибла. Насколько мне известно, в составе сотни служил младший княжич Антипов. Исходя из текущей ситуации, я бы мог доверить эту задачу бывшему главе дружины рода Антиповых. Он хотя бы мог координировать силы губернатора и военных, но…

– Если хотите, я передам ваше предложение Прохору Александровичу, – глядя в глаза егерю, предложил я. – Так получилось, что господин Кожедуб и вся его сотня также находятся на моей территории. Их мы…

– Успели эвакуировать через границу… – уже с откровенным подозрением глядя на меня, завершил фразу барон.

По сути, предъявить мне в такой ситуации было нечего и я решил использовать подвернувшуюся возможность для легализации положения Кожедуба. Князь Хоругов погиб задолго до начала гона. После всего случившегося, к роду Хоруговых вообще будет огромное количество вопросов. Никаких сведений о том, что Прохор покинул пост или погиб новые владельцы территории Антиповых не обнародовали. А значит бывший глава дружины просто возвращался на свои земли после вынужденного отступления. Присутствие в сотне представителя рода Антиповых окончательно снимало с отряда все подозрения.

– Допустим… – продолжил Бестужев задумчиво. – Допустим, вы решили все эти вопросы своими силами и у вас появилось время и возможность отправиться в короткий рейд в аномальную зону. Думаю, это будет полезно для общего развития ваших дружинников. Да и моим ребятам может в чём-то помочь.

Последнюю фразу барон добавил уже с откровенным сомнением. Учитывая всё, что он уже видел своими глазами, вопросов ко мне у заместителя командира егерского корпуса было огромное количество. Учитывая то, о чем Бестужев только догадывался, вопросов становилось ещё больше. А значит мне стоило готовиться к тому, что Белый Волк будет очень пристально наблюдать за каждым моим действием во время совместной охоты на эстайра. Для меня это было не очень хорошо, но пока что я видел только один способ изменения отношения Бестужева ко всему роду Разумовских в целом и ко мне в частности.

– Тогда предлагаю отправиться в расположение моей дружины, куда переправили ваших раненых, – указывая направление, произнёс я. Сразу вести Бестужева к себе я не хотел. В идеале, нужно было выиграть немного времени, чтобы подготовиться к визиту такого важного гостя.

Барон кивнул и уверенно направился к границе графа Старковского. Я ещё во время сбора раненых заметил, что егеря обладают странной особенностью ощущать друг друга на большом расстоянии. И Белый Волк обладал этой способностью лучше всех остальных.

Вепрь пригнал к месту боя пару машин и барон попросил выделить одну для него лично.

– Мне необходимо надиктовать рапорт об итогах операции, ваша светлость, – пояснил Егор Алексеевич. – Его Императорское Величество не любит ждать.

– Разумеется. – даже не подумал возражать я. – Что по поводу ресурсов с поля боя?

– Это по праву боевые трофеи рода Разумовских, – ответил Белый Волк. – Если хотите, я прикажу Полякову выставить оцепление из его людей.

– Не нужно, – покачал головой я. – Благодарю, Егор Алексеевич.

Выдав указания Рыкову тащить на нашу территорию всё, что может оказаться полезным, поехал следом за Бестужевым. С собой никого не брал, потому что в расположении полевого лазарета и так было много Витязей. Когда прибыли, увидел довольно странную картину.

На границе лагеря топталось несколько медиков в форме дружины графа Старковского. Сам граф был там же и явно стеснялся переходить невидимую черту. Между ранеными сновали люди Бестужева и целители из отряда Грифа вместе с Ежовой. Судя по всему, прибывших слишком поздно помощников просто не подпустили к пострадавшим.

Зато, как только из машины вышел Белый Волк, Иван Николаевич преисполнился храбрости и устремился к барону, на ходу высоко поднимая руку.

– Егор Алексеевич! Добрый день! Я прибыл сюда с группой своих лучших медиков. Прикажите своим людям распределить им задачи.

– Если их до сих пор не взяли в работу, значит целители справляются, Иван Николаевич, – безразлично ответил егерь. Но, судя по взглядам подчинённых Белого Волка, которые те бросали на добровольных помощников, чувствовалось, что их просто не хотят подпускать к раненым. – Не волнуйтесь. Ярослав Константинович уже позаботился о том, чтобы никто из моих подчинённых не погиб. Ваша помощь не требуется.

– Это замечательная новость, – бледно улыбнулся Старковский. Бестужев пошёл проверять своих пострадавших, а граф тут же взял меня под руку и, потянув за собой, негромко произнёс. – Вы умеете удивлять, Ярослав Константинович. Не только меня, но и вообще всех вокруг. Однако, смею надеяться, что и у меня получится вас удивить. Есть у меня одна удивительная новость, так сказать, из первых рук. Надеюсь, это поможет поддержанию добрососедских отношений между нами. Да что я всё о мелочах каких-то⁈ Слышали про недавнее нападение на жандармов на трассе Москва-Тверь?

* * *

Главный офис «Артефактного Дома Воронцовых»

г. Москва

Российская Империя

– … Петя, ты один из умнейших людей, что я знаю. А еще ты всегда поступаешь правильно. Уверен, также правильно поступишь и сейчас. И еще… Я считаю, что этим предупреждением я окончательно отдал свой долг.

– Да-да, Женя, конечно, – светлейший князь Пётр Сергеевич Воронцов судорожно рванул белоснежный ворот рубашки в сторону. – Ты же знаешь, что я никогда…

– Знаю, Петя, знаю, – жестко проговорил светлейший князь Евгений Александрович Пожарский. – Иначе, я бы тебе не звонил. Удачи! Она тебе понадобится, старый друг.

В массивной трубке стационарного телефона, к которой была подключена защищенная связь раздались короткие гудки. Князь Пожарский повесил трубку. Раздался треск и князь Воронцов с удивлением посмотрел на свою любимую курительную трубку, которую он неосознанно сломал в порыве эмоций.

Князь раздраженно бросил обломки на пол и дрожащими руками выдвинул боковой ящик своего старинного дубового стола, где лежала запасная трубка. Усилием воли унял дрожь в руках и набил трубку, тут же прикурив и затянувшись, не убирая пламени зажигалки.

Терпкий табачный дым прочистил мозги и князь откинулся в своем мягком кресле, прокручивая только что состоявшийся разговор. Медленно, несколько раз возвращаясь к ключевым моментам. Сейчас он должен принять решение. Возможно, самое главное решение в своей жизни. Решение, от которого будет зависеть судьба рода Воронцовых, его жизнь и жизнь его близких. И варианта «переиграть» точно не будет.

Много Пожарский ему не рассказал. Нет, не так… Он сказал многое, даже больше, чем мог бы при этих обстоятельствах, но что касается возможных последствий. Что именно произошло на землях Антипова, Пожарский то ли сам не знал, то ли всё же предпочел скрыть.

Да и не интересовала его общая картина, Воронцову было достаточно того, что его доверенное лицо, командир экспедиционного корпуса Хромов, выступил против своих. И под «своими» речь шла не о дружинах какого-то аристократического рода, стычку с которым можно замять. Нет, Хромов напал на Зейда и его людей, являющихся в данный момент не просто дружиной светлейшего князя Пожарского, который и сам по себе был в состоянии стереть в порошок любого недоброжелателя. По-факту, они являлись имперскими войсками, действующими от имени законного губернатора, а этот проступок тянул на полноценную государственную измену, со всеми вытекающими.

Плюс, усугубляющие обстоятельства в виде внезапного применения магии Тьмы от человека, не имеющего к этому ни малейшей предрасположенности. Да и в комплекте артефактов, которыми был снабжен экспедиционный корпус Воронцова, такого и близко не было!

Как так-то⁈ Князь с остервенением вытряс прогоревший табак прямо на дорогущий дубовый паркет, и тут же забил еще, не успокоившись, пока снова не раскурил трубку.

Мозг старого князя прямо сейчас работал на сверхскоростях, пытаясь свести все события в нужной последовательности, для того, чтобы принять правильное решение. И ему становилось немного страшно от той картины, которая у него сейчас складывалась. А ведь трусом себя Пётр Сергеевич никогда не считал. Да, он не был полноценным «боевым» магом, но боевое крещение в аномалиях прошел, согласно традициям рода и воле отца. Вот только сила рода Воронцовых всегда заключалась в деньгах и технологиях. Того и другого у рода всегда было достаточно для того, чтобы продвигать свои интересы там, так и тогда, как нужно роду.

Однако, сейчас перед глазами старого князя возникла чрезвычайно запутанная схема, которая и привела к нынешней ситуацией. И посреди всего этого гения чужого замысла, сам светлейший князь, мастер интриг и переговоров, преданный сын отечества, сильный менталист и многое-многое другое, выглядел… жалко.

И, что хуже всего, Воронцов никак не мог понять, как ему сейчас правильно действовать. Ведь Хромов был протеже… Нет, даже в такой момент светлейший князь не мог произнести это имя вслух.

И как же хорошо всё разыграно! Будучи не самым сильным менталистом в Империи, сам Воронцов вполне мог считывать эмоции и мысли людей. Тем более, работающих на него людей, которые не имели ни единого повода скрывать мысли от своего господина.

Своеобразное «сканирование» у светлейшего князя уже было на самой подкорке. При общении с человеком, изначально идентифицировался его статус, и если это был его работник/сотрудник/подчиненный, то князь нимало не стеснялся постоянно «мониторить» его мысли в процессе разговора, чтобы уловить обман, либо же удостовериться, что его распоряжения поняты правильно.

Также было и с Хромовым. И ни разу, НИ РАЗУ, князь не услышал ничего кроме вежливой покорности и готовности работать на благо рода Воронцовых. И это тоже не добавляло сейчас светлейшему князю уверенности. Возможно это был скрытый артефакт? Но, тогда это еще хуже… Ведь сам Воронцов знал об артефактах практически всё. Тем более, в силу собственного дара, об артефактах с аспектом Ментала. Да он, чёрт побери, производил лучшие во всей Империи, а возможно и мире, артефакты! Как его могли так обдурить? Как⁈

После четвертой подряд трубки, светлейший князь принял, наконец, решение. Он поднял телефонную трубку и попросил секретаря пригласить к себе старших сыновей.