Текст книги ""Фантастика 2025-191". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Алевтина Варава

– Говорит – порядок.

– Врачу бы её показать.

– Обойдусь без твоих советов, – опять разозлился Пашка. – Ты чё Яне уже нагородил?

– Всё нагородил. Тоже без советов справлюсь.

Пашка мысленно выматерился. Это как-то можно игрухой подправить? Через впечатления, может? Снизить важность от полученной инфы или ещё как? Или пусть себе компостируют Максу мозги? Вот блин, заварил Толик. И на хера?

– Через час на фудкорте.

– Через час я не могу!

– Ты с Люсей?

– Нет. Да. Толян, отвянь, пожалуйста.

– Когда ты можешь? – не сдавался приятель. – Надо сегодня.

– Мля. Я наберу через час.

Отрубившись, Пашка позвонил Люсе, но она скинула вызов на третьем гудке. Вот это не понравилось. Может, забить на активности Толика и лучше завалиться к ней? Только она же типа с мамкой шопится… Это когда тогда приезжать нужно?

Походу, настало время таки влезть в Люськино меню, чисто убедиться, что всё в порядке. Не хотелось, но надо. Да и квест не помешало бы выполнить.

Пашка довольно усмехнулся и откусил половину от чизкейка, даже не используя вилку. Мелькнул пуш с новой свинкой и ещё, почему-то, львом.

Может, сразу себе что слизнуть из настроек уровня ниндзя? Вдруг Островская припрётся мстить рукоприкладством сразу после встречи с Максом? Или лучше экономить?

Пашка взялся гуглить незнакомые слова с фоток навыков Островской. Например, неведомое «сюэ» оказалось какими-то «акупунктурными точками». Чё оно такое и на фиг ей было надо, разобраться Пашка не успел, потому что внезапно дверь открылась и в кофейню вошёл Марципан, а потом плюхнулся рядом с Пашкой на свободный стул.

– Ты совсем тупой?! – так и отшатнулся младший Соколов. – Какой смысл в этих танцах с бубном был, если она нас ща вместе увидит?!

Слава состроил невообразимую мину и положил на стол телефон Островской.

– Его надо было на зарядку в гараже поставить, когда ты Макса выпроваживал!!! – взорвался Пашка и чуть за голову не схватился.

На них заоглядывались посетители.

Пашкин телефон вздрогнул, и в пуше показался дракон.

Да что за дебил-то?! Сам ведь муть эту шпионскую сочинил, сам втолковывал, что да зачем! Вообще больной, что ли?!

Славка молча нажал на боковину мобилы Островской.

Лишённый пина экран тут же осветился, но не котятами, а синими ромбами стандартной заставки. На главном экране были только четыре иконки: галереи, камеры, звонков и текстовых сообщений. С подписями китайскими иероглифами.

– Тёлка твоя таки умнее нас, – объявил Слава очень мрачно. – Чё таращишься? Она его обнулила удалённо до заводских настроек. Ну и игрухи тут так-то уже нет, как и всего остального. Походу, станет нам с тобой сейчас очень сильно весело.

– Как – удалённо?! – взревел Пашка, подпрыгнув так, что стол заходил ходуном.

– Некоторые антивирусники так умеют, – пожал плечами Слава, я прогуглил. – И проги для защиты данных при краже. Мало ли как. Мы с тобой не туда думали. Я, когда этого отправил сваливать, не оглядываясь, понял, что мы – дебилы. Он-то помнит, где был, и бабе своей рассказать сможет. Она же факт его расспросит. Вот и забрал мобилу домой, думал, надо в другом каком месте на зарядку ставить, а пока и у меня побезопаснее. А тел минут через тридцать завибрировал, выдал мне зелёного человечка – систему переустанавливал. И всё. Чистый.

– А чё палишься теперь? – пересохшим языком спросил Пашка. У него в башке стучал какой-то молот. – Не ссыкотно?

– А что уж? – скривился Марципан. – С игрой твоя курица быстро гараж по инфо пробьёт и по фамилии меня вычислит. Толку ныкаться? Ей за тобой следить и не всралось.

– Люся! – вскочил Соколов-младший.

– Стой! – свирепо рявкнул Марципан, но пришлось ещё и хватать Пашку за плечи. – Куда ты понёсся? Одной ногой будешь ходить за своей тёлкой, пока она не психанёт, второй – за мамкой, третьей – за батей, четвёртой – за Востриковым своим. Кого я ещё упустил? Круглосуточно стеречь, такой план, блин?! Или в гараж ко мне всех свалим и будем кормить балами?

– А что делать?!

– Сядь. Немного времени на подумать в запасе есть.

– Это с хера ли?!

– У курицы твоей на счету пять тысяч баллов, – снисходительно начал объяснять Слава. – Первым делом она встретит своего хахаля со сведёнными в ноль любовью и дружескими чувствами. Очень быстро почувствует разницу и захочет это исправить. Каждая корректировка по семь косарей.

Пашка чуть расслабился и начал слушать внимательно.

– Значит, – продолжал Марципанников, – прежде чем давать нам пизды, она должна подлатать хахаля и собрать баллы в запас, так?

– Вроде так.

– Это не в секунду делается, и мы знаем следующий квест. Кто такая Юля?

– Понятия не имею. Какая-то спортсменка.

– Фамилию помнишь?

– Фотка есть с заданием, – сообщил Пашка и полез в карман за телефоном.

– В контакте надо искать в первую очередь. В друзьях по имени и фамилии.

– Ладно, найдём, а дальше что?

– А дальше или мы показываем шмаре этой её место, и она начинает нас бояться, или мы в жопе. Ты поглубже, но потом и до меня доберётся. И ещё, – чуть помедлив, всё-таки сказал Слава, – я на тебя, придурок, слил почти все свои очки, а у тебя они есть. И действовать быстро сможешь только ты. Или сам на бобах?

– Двадцатка с хуем, – признался Пашка. – Можно за вечер надыбать ещё сорок, – добавил он, вспомнив про приятный квест.

– Тысяч, я надеюсь?

Пашка кивнул и уточнил:

– Только как её пугать, я не догоняю. Даже и при баллах.

– Надо думать. Девахи над внешкой трясутся, над тем, чтобы шалавами не считали, и чтобы быть круче других тёлок вокруг. Так-то я по бабам, чтобы их на место поставить, не спец, разве что если страшная. Эта, говоришь, нестрашная.

– Была обычная, теперь как из «Плейбоя», блин.

– Фоты старые глянь, оценить надо, как адаптация восприятия сработала. С сейчас или с бэком.

– И на хера?

– Слушай! – вдруг встрепенулся Марципан. – А лет Максу этому сколько? Он же не школьник вроде.

– Не помню. Двадцать, кажется.

– Ага.

– Чё «ага»?

– Ну то есть её шпилит двадцатилетний гопник, так?

Пашка почесал голову.

– Вполне вероятно. А как это поможет?

– Не знаю ещё. Допустим, вбить какому-то челу у папки моего на работе в башку игрой, чтобы проверку устроил. Типа кто-то чтобы думал, что по заяве об износе роет.

– А тебя не смущает, что ты так Макса подставишь, а не Островскую?

– Так она же типа втюренная. Я пытаюсь придумать, чё ей будет сложно убрать игрухой. Тут можно вообще на понт брать. Донести надо: неизвестный ей мент настроен по команде начать воспринимать белый лист бумаги как заяву от неё об износе, со всеми данными и так далее. Заварит такую мозгоеблю и ей, и хахалю её, и предкам, ещё и ославит на всю округу. А запустить мента в работу – два щелчка, если ещё у кого мобила странно пропадёт из пользователей или что с твоими или моими близкими случится. Ну-ка, – Слава перевернул бумажку с рекламой бизнес-ланча обратной чистой стороной и навёл на неё камеру.

Пашка заинтересованно встал и обошёл его сзади, изучая экран.

Через полчаса установили, что в целом состряпать правдоподобную заяву из листа игрухой можно в натуре, даже и с подписями. И в целом относительно бюджетно по баллам. Как оно по форме должно выглядеть и кто её может пронести и положить куда надо, Славка сказал, разберётся.

– Должно быть выполнимо, а то грош цена всей идее. И пускай себе играется в «Реальность», если нас не трогает. Потому что так позлится и забьёт, а иначе думать станет, что делать, и выкрутится.

– Телефон ей оставить?! – вознегодовал Пашка.

– Ну ты со всеми пользователями воевать надумал, дундук? Ты хоть понимаешь, сколько их, если в одном нашем классе такая куча уже? Это ж нереально. Надо не отсвечивать. Может, вообще все такими сделаются. Может, это правительственная разработка. Или пришествие инопланетян. Или ещё что. Массовое, короче. Мы – первопроходцы. Так и надо не упустить выгоду. Но в целом как хочешь. Только меня и моих пацанов не трожь. Шизанутая эта – общая проблема, плюс ты сам меня в это вляпал. Короче, с бабой разберёмся, там – как знаешь.

У Пашки зазвонил телефон. Опять Толик.

– Где ты? Мы подскочим с Яной и Максом, – загундосил он в трубку скороговоркой, стоило принять вызов.

Соколов-младший уже хотел съехать, но помедлил.

– Сек, – попросил он и вырубил звук в динамике. – Толян хочет встретиться, и с ним, похоже, Макс с сеструхой.

– Она его одного, что ли, оставила? – прищурился Слава. – Работает, значит. Поссорились. Ты вот что. Соглашайся. И что-то ещё ему подкрути такое, чтобы её баллами занять на восстановление. Чтобы ей прям мешало.

Пашка кивнул и вернул Толика на связь.

– Через полчаса на фудкорт подскочу, – объявил он.

– Только не переусердствуй, – предупредил Марципан, – а то мстить начнёт раньше, чем мы с подставой разберёмся. Я сегодня покопаюсь у отца в памяти и найду образец заявления, куда его там подсунуть и через кого это лучше сделать. Потом наклацаем и сфотаем, и уже с картинкой будешь со шмарой говорить.

– А она такого точно испугается? – усомнился Пашка.

– А если б от тя заява, что тебя выебали, могла в ментовке появиться, и это расследовать начали, ты б не испугался?

Пашку аж передёрнуло.

– Ну вот. Только надо правдоподобно обстряпать. И иметь про запас.

– Ты прям уверен, что сегодня Люську сторожить не надо? – не сдержался младший Соколов напоследок. Было ему по этому поводу очень сильно неспокойно.

– Ну нажми так, чтобы точно стало не надо. Отвращения добавь или влюби в кого-то. Пока подстраховки нет, её только этим хахалем и можно отвлечь от вредительства. Давай так, – он залез в телефон, но не в «Дополненную реальность», – я поищу, где та Юля живёт (кинь фоту фамилии), ты чеши решай с Максом. У меня ещё полторы тыщи есть и квест на две, который вечером сделать можно. Наведаюсь к Юле и вырублю её, или ещё что – короче, чтобы навряд ли шмару ночевать пустили. Ветрянку, может всей семье включить? Ну подумаю, в общем. А ты подлампичь хахаля. Завтра спишемся и будем заяву колдовать.

Командовал Марципан как-то толково, так, что его даже послать не хотелось, хотя глобально Пашке всё это не нравилось. Но рассуждал Слава здраво и логично и даже успокаивал неплохо. А то и правда бы стал Пашка за Пионовой хвостом бродить, а больше ничего бы и не придумал.

Только сработает ли?..

Толик поймал младшего Соколова на входе в ТЦ.

– Стой, – схватил его за руку он и поволок от эскалатора к фудкорту в сторону. – Там ща будет очная ставка. Макс несёт пургу, типа ты ему внушил тогда с голой жопой под магазом сидеть, ну, когда его в ментовку забрали, помнишь, я рассказывал? И вроде так-то бредятина, конечно, только… – Толик замялся и сделался неуверенным. – Вспомнил я потом, что ты мне втирал после весенних каникул про кошака и программу. – Одноклассник внимательно всмотрелся Пашке в глаза. – Если б кто, с кем ты общаешься, стал бредить, но Максу-то ты не мог… Чё за фигня, Пашок?

Соколов-младший помедлил. А вот интересно: если он уже рассказывал Толику раз про игруху, то второй раз – это новое нарушение или к старому пойдёт? Так-то вроде ещё два в запасе, можно и проверить. Лишиться прилоги теперь нельзя, а ну как Слава и в том прав, что она скора будет у каждого, а он один останется как олень, но ведь есть ещё одно запасное предупреждение…

– Ну, допустим, я тебе скажу, что с телефона людьми управляю, но показать не могу, потому что ты увидишь только пендели, ты мне поверишь? – осторожно проговорил Пашка, и тут же телефон включил, уставившись на экран с опаской.

Предупреждение не всплывало.

– Вообще нет, конечно, – чуть склонил голову набок Толик.

– А если я при тебе рандомного, тобой указанного, чела, заставлю сделать, что сам скажешь? – продолжал Соколов-младший.

Эксперимент был на грани, так-то он ещё ничего прямо не разболтал, может, потому незачёт?

– Ну пусть вон та бабка с лавки встанет, руки вскинет и скажет, что она – орангутанг, – прыснул вдруг приятель.

Предупреждения не было.

Пашка навёл камеру на плечи какой-то пенсионерки, которая вытирала внучке рожу от мороженого влажной салфеткой в отдалении под пластиковой пальмой в кадке.

«Незнакомая женщина. ФИО: Шарикова Людмила Филипповна. Возраст: 71 год. Состояние: активность (забота о правнучке)».

Предупреждения не было.

Пашка зашёл в «назначить действие» и начал писать про орангутанга.

– Ладно, пошли, – махнул рукой Толик. – Просто в башку засело, не мог не спросить. Прям долбило. Короче, Яна думает…

Пашка окнул оплату в пять сотен баллов и свободной рукой указал пальцем вперёд. Толик на автомате повёл туда башкой: бабка встала, задрала руки так, что с плеч на голову девочке упала косынка, и громко (несколько человек даже оглянулось) крикнула:

– Я орангутанг!

Девочка на лавке начала смеяться, потрясая хвостиками волос.

Если сейчас прилетит предупреждение, окажется Пашка в такой жопе…

Толик застыл, словно его парализовало, с приоткрытым ртом.

Бабка повернулась к девочке с растерянным лицом, но потом заулыбалась ей. Люди пошли дальше. Толик перевёл на Пашку ошарашенный взгляд.

– Ты как это сделал?

Предупреждения не было.

Пашка поднёс палец, которым тыкал в бабулю, к зубам и вгрызся в ноготь, не сводя взгляда с экрана.

– Мне типа нельзя про это рассказывать. Если ща прилетит, я заткнусь и буду всё отрицать, но ты имей в виду.

– Чё прилетит, Пашок? – спросил Толик и через полминуты молчания опасливо уточнил: – Прилетело?

– Нет. Походу, я тебе в тот раз рассказал, и больше не считается. Но это неточно. Погоди.

– Ты на ухе с бабкой, что ли? Но как бы ты знал, кого я выберу? Или это твоя бабка? – зачастил Толик. – Совпало? Ты ей смс послал? Только с хера ли бы она такое вычудила… Можешь сделать, чтобы мусорка упала? Или только по людям и котам?

Предупреждения не было.

Сердце потихоньку начало восстанавливаться от бешеного стучания в рёбра. У Толика зазвонил телефон, но он ещё с минуту не брал трубку. А Пашка навёл камеру на урну.

Когда приятель поклялся Яне, что они будут через пять минут, о кафельную плитку ударил шуруп и корзина бахнулась с шарнира. Это стоило всего десять баллов.

– Твою мать, – охнул Толик.

Предупреждения не было.

– При мне – Яне или кому – ни слова. Без меня что хочешь рассказывай, только сначала подумай хорошо. Я никому, кроме тебя, пруфы демонстрировать не стану. После тех пенделей мне предупреждение пришло, что три осечки – и игра удалится сама.

– Игра?

– Я вообще не особо врубаюсь, что это, но оно работает. И это ещё не самое херовое.

– А это, по-твоему, херово?! – опешил Толик. – Офигеть! Я тоже такую хочу!

– Может, и получишь, – помрачнел Пашка. – Она того… распространяется.

– А где скачать можно?!

– Остынь, бро. Я не знаю. Ну и, чтобы ты понимал: тёлка вашего Макса Люсю вырубила так же, как я бабку заорангутанил. Но Макс об этом знать не может, потому что у неё тоже неразглашение.

– И Макс с такой игрой?! – вскричал Толик в панике.

– Нет, ты слушаешь меня вообще?! – разозлился Пашка. – Ты точно усёк, что я Яне твоей или кому-то ещё ничего подтверждать не буду? И что она решит, что ты шизик, сто процентов, если начнёшь нести дичь про мусорники и орангутангов?

– Переварить надо. А что ещё ты можешь? А зачем она Люсю вырубила? Да с хера ли у всех, кроме меня, такая игра?! Слушай, это прикол? Ты как это сделал?

– Трудно с тобой, – тяжко вздохнул Пашка.

– А ты почему до сих пор не на Мальдивах? Или хотя бы не на «бентли»? Чё за прикол в школу ходить тебе? Да блин, развод! Но как?..

У него опять зазвонил телефон.

– Пошли, – мрачно позвал Пашка. – У меня по Максу дело. Держи рот на замке и имей в виду, что он – мурло, но тут – ни при чём.

Безумный Макс при виде Пашки как-то весь съёжился. Яна, наоборот, выглядела решительно и очень серьёзно.

Разговор вышел странный.

Толик помалкивал. Макс вообще язык в жопу засунул и пытался стать меньше в пространстве вселенной. Яна деловито расспрашивала об обстоятельствах, Пашка по большей части кивал. Мол – да, пытался вот этот отжать у него бабосы. Но не рассчитал силу. Где он там голым задом сверкал – Пашка не в курсах, Толик только что-то говорил мельком, но давно, недели две назад, ещё до каникул. Девушка Пашки была не в себе, а почему – он не знает. Но случилось это у её одноклассницы, которая с этим вот встречается вроде как. Вот Пашка и предположил. А доказательств у него нет.

– Не хера я ни с кем не встречаюсь уже! – первый раз за всё время выпалил безумный Макс в этом месте беседы. – Малолетка эта меня преследует вообще. Ну да, когда бабки были нужны, она часто подкидывала, а я брал. Но я завязал со ставками! Я её послал сегодня на хер вообще! Я не при делах, Яша! Ну честное слово! – молитвенно уставился он на сестру.

Пашка украдкой приподнял над столешницей край телефона и ткнул в Максово меню, а потом мобилу опустил на колено.

– Спал с ней? – прищурилась Яна и выдула дым электронной сижки как дракон.

Макс потупился.

– То есть ты трахнул девятиклассницу-истеричку, больную настолько, что может чем-то подружку обколоть, а потом бросил, как мудила? – снова задымилась пышным облаком Яна. Стало казаться, что пар у неё сейчас и из ушей повалит.

Макс пялился в стол.

– Ты сесть хочешь, придурок? Тебе как не разбой, так растление? Тебе баб мало для траха? Если бы я была такой дебилкой, какую вы тут описали, то я бы сейчас на тебя заявление писала. Круто, Макс! Весело! Тебе ещё кого-то кокнуть осталось и на героин присесть. Или как ещё ты изъебнёштся, виртуоз хренов?! Что с Люсей? – резко повернулась она к Пашке.

– П-порядок вроде.

– У врача была?

– Нет вроде…

– Родителям рассказала?

– Я не знаю…

Яна закрыла глаза и очень глубоко затянулась.

Тут-то их с фудкорта и выперли, потому что курить там было нельзя, даже электронки. Пока какая-то тётка со шваброй грозилась полицией вслед, Яна продолжала на ходу сыпать на Макса пророчества, – одно хуже другого. Пашка даже задумался, не стоит ли поменять Славкин план. С другой стороны, если такого даже Яна испугалась, значит, план – норм. Сработать может…

– Ты сейчас пойдёшь к своей истеричке с цветами, придурок, и сделаешь всё, чтобы она успокоилась, понял? И чтобы она не лезла тебя защищать, как ту бабу обиженную! Мне по херу, что ты о ней думаешь! Раньше надо было думать! Ты…

Пашка притормозил, и злобствующая Яна с Максом и Толиком устремились вперёд, но Толик скоро приметил его дезертирство. Он что-то сказал, Яна махнула рукой, продолжая поно́сить брата, и Толик спешно вернулся к Пашке.

– Пошли ко мне, – объявил он.

– Нет. У меня дел по горло.

– Вместе, значит, будем делать, – не сдавался приятель. – Ты думаешь, я от тебя теперь отстану, что ли?

– Мне надо в сральню, жди, – объявил Пашка и свернул в боковой коридор ТЦ.

Толик пошёл за ним, и пришлось запираться в кабинку, чтобы внести изменения в инфо Макса, пока что-то не вылетело, – а то лови его потом. Пашка задумался. Сейчас было вот вообще не в тему, чтобы Янкин братец играл влюблённого и кающегося. Захотелось позвонить Марципану, но под дверью караулил Толик. А сделку со Славой будет объяснять ещё сложнее, чем колдовскую игруху.

Надо думать своей башкой.

Сама Островская мстить обмудку своему не пойдёт, потому что знает, что его перепрошили так к ней относиться. Значит, Макс ничем не рискует, если продолжит мудачество. Да и в целом так-то и по хер на него – вспомнил Пашка нож у своего горла и сырой запах подвала.

Что же ему подкрутить?

Много баллов было тоже жалко, так что Пашка остановился на отвращении. Нашёл во «взаимоотношениях» Островскую и херанул настройку на максимум за семь тысяч очков. Яна его сейчас накрутит топать к этой, она обрадуется, но бабы такую херню чувствуют, а эта ещё и глянуть в инфо может. Короче, должно сработать.

– Ночую у тебя, – заявил Толик, когда Пашка из сральни вышел. – Или ко мне поехали.

– Ко мне, – решил Пашка. – Чё могу, расскажу. Может, что сообразишь толковое. Сейчас только, – и он набрал Люсю.

Она продолжала говорить натянуто как-то, с наигранной показной беспечностью, странным, непривычным голосом. И от встречи отказалась, и про завтрашний день сказала, что занята.

И вдруг взорвалась в голове у Пашки страшная мысль: если они подкрутили Максово отношение к Островской, то что мешало и ей провернуть что-то такое же с Люськой?! Он ведь это не проверял, он вообще ни разу в Пионовские настройки нос не засовывал! А ведёт она себя очень подозрительно. Неужели…

Ноги подкосились, к лицу прихлынул жар.

И что он может исправить, если не имеет понятия, как там всё было?! Чтобы не сварганить Другую Люсю, а только вернуть прежнюю?!

О Господи боже мой!

В пуше мелькнул перевёрнутый «игрек».

– Эй, ты чего, Пашок? Что случилось? Алло!