Текст книги ""Фантастика 2025-191". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Алевтина Варава

Соавторы: Андрей Корнеев,Татьяна Лаас,Жорж Бор
сообщить о нарушении

Текущая страница: 202 (всего у книги 338 страниц)

Глава 15
На крючке

Во время посиделок у озера Пашка не пил, только цедил брусничный морс из магазинного тетрапака. Мысли были невесёлые. Ща эта припадочная придёт, никого не найдёт в квартире и совсем взбесится. А потом так нагнёт Пашку, что ему вообще больше житухи не будет. Нет, домой возвращаться категорически нельзя. После этого бегства она реально от него уже и на минуту никогда не отлипнет. Нужно искать запасной аэродром и что-то думать.

Опять написал Жене, и опять сообщение повисло с одной галкой. И все прошлые до сих пор были не прочитанными.

Это странно. Не заблокировала же она его за то, что отказался помогать нарушать седьмую заповедь?

У Женьки, кроме свободной пока квартиры и возможности беседовать, имелся мишка Том с землёй с могилы убеждённого беса – купца. Может, он подскажет, как можно избавиться от припизднутой трупачки? Должны же быть какие-то способы оградить дом и себя от духов? Может, как-то землю с её могилы заговорить, или ещё что, отпугивать там, как комаров. Или вдруг святая вода помогает? Хотя это вряд ли: в церковь же она зашла без проблем…

– А ты вообще чем увлекаешься? – приставала Юля, выливая на кусок шашлыка треть упаковки кетчупа за раз. – Я вот рисую неплохо, даже думала на заказ попробовать, например, если кому-то нужны иллюстрации к книге или там обложка. У меня сестра двоюродная в интернете рассказы выкладывает, говорит, там даже некоторые продают, и обложки нужны. А вообще, я собираюсь поступать на менеджмент. Но было бы круто параллельно с учёбой картинки продавать. Как думаете, получится поступить в Пензе? Что-то я переживать начала сильно. Всю ночь сайты вузов читала. Завтра поеду узнавать точно, что надо. Вообще, у них везде с двадцатого числа подача доков, но вдруг я что-то не взяла? Тогда матери надо будет передать мне как-то, это же всё время. Я, наверное, сразу в несколько тут подамся. А ты тоже поступать не будешь, когда школу окончишь? Подбиваю Серёжу хоть на заочку куда-то пойти…

– Я ещё не решил, – рассеянно обронил Пашка и уставился на пылающие в мангале дрова.

– Было бы очень хорошо отучиться вам с Серёжей ещё где-то, – мечтательно сказала Другая мама.

– А работать кто будет? – хмыкнул брат. – Отец не объявлялся? – после паузы добавил он. – Звонил, может? У бабы Лиды спрашивала?

Другая мама посмурнела и мотнула головой.

– Ни слуху ни духу… – сдержанно обронила она.

– А ты где подрабатываешь? – опять привязалась Юля. – Тёть Лена говорит, ты классную работу на лето нашёл. Может, и Серёже туда лучше?

– Реально, ты откуда такие бабки носишь? – возбудился брат.

– Ща. В кусты мотнусь и расскажу, – процедил Пашка и двинул к деревьям, поймав на ходу камерой телефона Юлю.

Вернулся, только когда издали закрепил всем желание не расспрашивать себя о работе. И опять уставился в костёр, куда после жарки мяса накидали новых веток.

Ну и почему телефон Женьки выключен столько времени?

Вдруг и с ней что-то случилось?

От этой мысли стало Пашке совсем паршиво, даже новый медведь уныния прилетел.

«Вы достигли 122-го уровня!»

Младший Соколов проворчал ругательство.

В начале шестого все засобирались домой: мать сетовала на кучу дел, которые надо успеть переделать.

– Я это… сегодня в гостях ночую, у Толяна, его предки в Турцию улетели. Очень звал в гости, – объявил Пашка, и телефон на колене завибрировал очередной «тет». – Может, и завтра останусь.

– Хорошо, только с пакетами помоги, – не стала спорить Другая мама.

Но это вообще не входило в Пашкины планы: наверняка Лиля уже заметила бегство и торчит там, полная планов мести.

Отмазаться удалось, когда Пашка вызвался отнести Семёну мангал. Тот жил от Соколовых за три дома, и риск столкнуться с Лилей Пашка счёл на таком расстоянии минимальным.

Но папкин друг присел на уши, задавая неудобные вопросы, и довёл в итоге до нового медведя. К Женьке Пашка ехал набыченый, в башку лезли воспоминания о тающем призрачном отце, а его последние слова, почти совсем нормальные и человеческие, зудели и не давали покоя. К тому же пожаловало наконец-то чувство вины за отправленную Лебедевой ссылку.

Какие окна были от Женькиной съёмной двушки Пашка точно не знал, но на пятом этаже свет не горел над нужным подъездом вообще нигде. Хотя, может, её окна на другую сторону?

Он поднялся в лифте. Сначала позвонил, а спустя пять минут тишины привычно открыл замки игрой.

В нос шибануло вонью, словно бы что-то протухло. В прихожей и комнатах было темно, но где находится выключатель Пашка успел запомнить.

Шнечило с кухни. Там незваный гость обнаружил и источник: разило из наполовину полного помойного ведра под раковиной. Пришлось даже вынести его в мусоропровод на лестничной клетке.

Пашка закинул вонючее ведро в ванную, пустил в него воду и вернулся на кухню. Его записка по-прежнему лежала на столе. А у плиты высился нетронутый пакет из супермаркета с вискарём и колой, который он приволок в пятницу.

По всему выходило, что Жени с тех пор дома не было.

Это Пашке уже совсем не понравилось.

Не хватало только, чтобы и с ней что-то случилось. Почему можно не ночевать дома два дня и вырубить телефон?

Младший Соколов сел и попробовал вспомнить, какая у Жени фамилия. Это было в квесте, но он тогда так пересрал на кладбище под Ульяновском, что всё начисто выветрилось. Вроде какая-то банальная, каких ещё миллион.

Хмурый взгляд упал на ноутбук. Он успел сесть и вырубиться, но после подключения шнура питания загрузился. Пашка развернул браузер и нашёл среди незакрытых вкладок контактик. Клацнул по «Профилю».

«Евгения Мирошниченко» – значилось над Женькиной фоткой на фоне какого-то цветущего куста. Точно! Только хера с два он по такому сочетанию найдёт её поиском в админском разделе прилоги.

Игра ожидаемо выдала бесконечное число совпадений. А Пашка даже отчества не знал. Его можно глянуть у себя в памяти, если запаяться, потому что вроде отчество было в квесте, или поискать какие-то доки в комнатах. Но навряд ли сильно оно поможет.

И чё делать?

Младший Соколов побарабанил пальцами по столу. Потом, помедлив, глянул непрочитанные сообщения через Женькин аккаунт. Такие были только от какой-то «Зайки Белкиной», которая уточняла, почему Женя не вышла на смену, и писала, что «Борис обещал её уволить».

Это Пашке уже очень-очень сильно не понравилось.

Воцап на ноуте вылетел, и глянуть последние чаты было нельзя, телега тоже выдала QR для входа с мобильного устройства.

Соседям, что ли, в дверь звякнуть и залечь всю ночь искать в чьей-то памяти Женю, чтобы перейти на неё в админском разделе?..

Пашка выпил тёплой колы из пакета и действительно позвонил в соседнюю дверь, но там не открыли. Точно, на этаже же у всех свет не горел.

Ну и как её искать?

Может, подалась просто грешить по своему плану? Затусила с кем-то? А телефон с хера вырублен?

Пашка ещё раз внимательно осмотрел обе комнаты: и ту, где спал в пятницу, со смятым покрывалом на кровати, и вторую. Пытался надыбать мишку с землёй, но его нигде не было.

Если Женька прихватила связную игрушку, значит, нарочно планировала не ночевать дома. Может, укатила на моря к соседке по квартире?

Только это всё равно не объясняло вырубленный телефон и прогул на работе.

На душе скреблись кошки.

Что, если купец втянул Женьку в какую-то бесповоротную муть?..

А если без помощи купца, то какие могут быть идеи избавиться от Лили?

Всю ночь Пашка, как тот дебил, гуглил всякую муру про призраков в интернете. Сто пудов тупорылые статьи не имели никакого отношения к реальности. Хоть иди к той сраной цыганке опять. Только она без ляма баксов ему ничего не скажет, а это – запредельно тупо тырить лям. Сто процентов заведёт Пашку в жопу побольше сегодняшней.

Энергию прилогой он не поднимал и как-то умудрился прикорнуть уже на рассвете.

Снилась лютая дичь про то, как уже Женька блуждает по болоту с полным камней рюкзаком и обещает передать Пашкиному бате привет.

Проснулся за полдень.

В квартире было пусто. В голове – тоже.

Самым правильным казалось наведаться к Васину и Островской и почистить им воспоминания, но вероятность, что, озлобленная новой потерей Пашки, Лиля отирается с кем-то из этой парочки была слишком высокой.

Таймер обратного отсчёта из приложения пропал, в админском разделе значился прогресс:

«1/666».

И это совершенно не радовало. Пашка звякнул Толику, но тот говорить толком не мог: они с Яной и Безумным Максом вернулись к Островской, и туда уже приехали предки покойного отчима.

– Тут сюр, я потом позвоню. Завтра вечером, после похорон уже. Не, Васина нет. Сегодня не было. Давай, реально неудобно. Охереть у меня неделя без родаков тут выходит. Потусил на всю жизнь…

Окончательно обозлённый, Пашка взялся смотреть на ютубчики видео по психологии, чтобы поднатореть в выведении безмозглых баб на самоосознание. Потом мелькнула мысль, что психологию можно прокачать себе игрухой, и Пашка даже всерьёз возликовал (добавив к улову из драконов и медведей льва тщеславия), но тут совершенно внезапно позвонила Другая мама.

– Сын, надо нам срочно встретиться. Если ты домой не собираешься, давай я подъеду, – объявила она. – Ты где?

– Что такое⁈ – испугался Пашка.

– Мне надо с тобой увидеться. Ты у Толи? Я зайду?

– Нет, мы… не дома. Да что такое? Зачем? – допытывался Пашка.

– Ты просто скажи, куда приехать, и я подскочу, куда тебе удобно. Я ненадолго. Всё в порядке, просто нужно повидаться.

– А по телефону нельзя? – растерялся Пашка окончательно. – Хочешь, по видеосвязи наберу?

– Нет, мне нужно тебя увидеть на пять минут.

Она вела себя максимально странно. И очень-очень настойчиво. В конце концов, Пашка сказал, что может пересечься около «Пятёрки» недалеко от дома.

Требовалось людное место, с хорошим обзором издалека. Кинутая Лиля вполне могла бы слышать этот разговор и увязаться за Другой мамой.

Весь полный непонятками и нехорошими предчувствиями, Пашка поехал к «Пятёрке», и потом вынудил маму ждать минут с двадцать, вглядываясь во всё кругом в поисках броского лыжного комбинезона.

Но, кажется, Лили рядом не было.

И он всё-таки к матери подошёл.

– Что стряслось⁈

Другая мама выглядела растерянной.

– Ты… дома не ночевал, я волновалась, – как-то неуверенно проговорила она и моргнула. – Вот, смотри, какого тебе купила, – добавила она и показала прорезиненную башку скелета с цепочкой и кольцом вроде брелка.

– Не понял, – чуть рот не разинул Пашка.

– Просто подарок. – Другая мама шагнула сыну за спину и прикрепила висюльку к его рюкзаку. – Захотелось тебе отдать.

– Ты… не понял, – повторил Пашка.

– Почему-то… почему-то очень мне понадобилось тебя увидеть, – пробормотала Другая мама. – Извини. Что-то в голове засело. Наверное, волнуюсь из-за Андрея, как он пропал. Шла домой с работы и вдруг стукнуло, что надо тебя увидеть обязательно. У тебя всё в порядке? Домой не пойдёшь?

– Сегодня не пойду, – выдавил Пашка. И вдруг задрожавшими руками разблокировал телефон и схватил Другую маму камерой, забывая вдыхать.

Но всё было в порядке. «Елена Аркадиевна Соколова» не отображалась как пользователь «Дополненной реальности».

– Ну… я побегу… ещё ужин готовить… завтра на работу рано. И что это на меня нашло, в самом-то деле? Извини, Паш. Нервы, наверное…

И она непривычно обняла его и пошла в сторону дома. А Пашка ещё с пять минут стоял столбом.

Это что такое было⁈

На телефоне осталось зайденым меню матери. По дороге обратно в пустую квартиру Женьки он прокрутил в наушниках весь её сегодняшний день: утром мать проснулась, накормила завтраком Юлю, пожелала ей удачи с вузами и поехала на рынок. Торговала колготками, как обычно – это он досмотрел на быстрой перемотке уже в квартире. Потом пошла домой. Висюльку с головой скелета продал матери за сто рублей какой-то шкет лет десяти, который подошёл к ней сам у подъезда. Сказал, что копит на велик. На хера мать её купила, было непонятно. Но она тут же, поставив пакеты с едой, которую купила у товарок, взялась звонить Пашке. Потом закинула пакеты домой и пошла к «Пятёрочке».

Пашка сбил менюху и опять добавил мать во «В работе» через админский раздел. Домотал до шкета и переключился на него – Емельянова Никиту Александровича, одиннадцати лет.

Залез в память.

И обалдел.

Никита Александрович перед тем топал в магаз, но вдруг резко затормозил и какое-то время стоял, в него даже чуть самокатчик не впердячился. А потом подошёл к Никите Александровичу Васин собственной персоной, дал в руки этот вот резиновый череп и начал что-то строчить у себя в телефоне. Дальше Никита Александрович уверенно двинул к Пашкиному подъезду и сидел там на лавке часа полтора, пока Другая мама не нарисовалась на горизонте.

– Офонареть! – подскочил Пашка и понёсся в прихожую Женькиной квартиры, где швырнул на пол рюкзак.

Содрал висюльку с лямки.

«Декоративный аксессуар: череп. С GPS-трекером внутри» – определила игруха.

Пашка так и сел на задницу прямо на полу рядом с горой чужих бабских сандалий. Потом вскочил и понёсся с башкой скелета на кухню, расфигачил её пополам ножом и вытащил на свет божий увесистую квадратную фиговину чёрного цвета с мерцающей красной лампочкой.

– Ахуеть! – выдохнул он вслух.

Фиговина определилась как «Портативный GPS-трекер для детей и животных». Погуглив название с корпуса, Пашка узнал, что через эти херовины можно отслеживать местоположение.

– Вот сука! – почти зарычал он.

Потом взял из выдвижного ящичка молоток для отбивания мяса и разнёс устройство на хер.

Глаза при этом у Пашки продолжали быть выпученные. Это что такое⁈ Это Васин настроил мамку повесить ему маячок⁈ Он что, совсем уже попутал все берега⁈ Или это у него по квесту от воробьёв⁈ А если так – то зачем⁈ Чтобы Васин всегда знал, где Пашка? За каким хером⁈ Или он сам такое придумал⁈ Может, хочет ныкаться? Чтобы Пашка не подошёл близко и не снёс ему память? Такое если и придумал кто, то Островская!

– Ошизеть! Суки поганые! – прошептал он.

В прилоге дали дракона.

Мля, надо было не хуярить прибор, а закинуть кому-то левому. Или к шавке уличной привязать. Восстановить, может, прилогой?

Пусть определяет Пашку тут, а он прямо сейчас поедет к Васину, вообще снесёт ему про себя всё, забудет этот долбон, что Пашка Соколов даже и учился с ним в одном классе! Совсем офонарели, черти! Ещё их двоих не хватает для полного счастья! Поверх проданной души, сраных грешников, Лили, которая Пашку родного дома лишила, мёртвого бати, пропавшей Жени… Только этих долбоёбов, блять, и не хватает! Занимались бы своими похоронами! Им ещё потом это учтут, умным таким! Они ещё и за это раскаются, ещё это будут помнить веками в сраном Аду, когда…

В раскрытое с целью мусорного проветривания ещё вчера настежь окно Женькиной кухни влетел воробей с конвертом и как-то боком спикировал мимо стоящей на висячем шкафчике над раковиной вазы, сбив её на пол.

Стекло разлетелось вдребезги, Пашка подскочил, воробей в панике метнулся через открытую дверь в коридор, врезаясь в стены.

Бросив ошмётки трекера, Пашка побежал за ним и проткнул ногу через носок осколком вазы.

– Су-у-у…! – провыл он, прыгая на здоровое и стиснув зубы от боли.

Воробей носился около болтающейся на проводе коридорной лампочки без плафона.

Ловить его пришлось игрухой. Сначала Пашка проковылял за телефоном на кухню, перепрыгнув через осколки, потом исцелил порез, а затем поймал ошалевшую птаху камерой и заставил сесть спокойно на пол. Отрезал верёвку ножом.

Воробью размотал лапку и вышвырнул в ночь.

А сам поспешил открывать письмо.

Внутри конверта на верёвочке, во-первых, оказался ещё один, чуть меньший по формату, но пухлый, словно письмо внутри было сложено во много раз. Он был заклеен, а поверх шли заглавными буквами, написанными от руки, предупреждения:

«Павел Соколов! Не вскрывай квестовое письмо! Нарушение приведёт к полной постоянной блокировке расширенного функционала „Дополненной реальности“! Следуй инструкции во вложении!»

Пашка покрутил пухлый маленький конвертик из плотной бумаги и взял записку, отпечатанную странным, почти готическим шрифтом на желтоватом и обгоревшем по краям листочке А5.

«Павел Соколов! Для сохранения расширенных функций аккаунта до полудня 20.06.18 (среда) ты должен встретиться с Лосевым и передать ему запечатанное письмо из вложения. Необходимо уложиться в отведённый срок, иначе твой прогресс в игре будет сброшен до первого уровня. Не открывай конверт, это приведёт к неотвратимой блокировке дополнительных возможностей профиля на всё время пользования игрой».

Глава 16
По следам

Показалось, что начали неметь губы. Пашка чувствовал их странно. И ещё стали губы холодные.

Квестовое письмо задрожало в руке, а сердце всадилось в рёбра с такого разбегу, что закололо в груди.

Как… как он передаст Лосеву письмо⁈ Как можно назначить встречу покойнику⁈

Кожу Пашки вспучила волна мурашек.

Или от него остался призрак⁈ Но он же тогда не прочтёт письмо и не возьмёт его… А Пашке запрещено открывать конверт и держать, чтобы он как Лиля смог читать что-то в чужих руках. Написано: не вскрывать под страхом самых критических последствий.

Младший Соколов ещё раз оглядел пухлый запечатанной конверт с недвусмысленными угрозами. Заморгал.

Да и разве мог быть от Лосева призрак⁈

Неприятное прохладное онемение перекинулось на ступни и лодыжки.

А что, если он… не утопился? Если что-то пошло не так?

Ведь Пашке… так и не прилетело тогда за Лосева новой «вав». Хотя это он притарабанил ему землю с могилы Агнии. Он был виноват. Но «ноту» не начислили. Так может…

В горле пересохло.

Младший Соколов попятился и опустился на стул, продолжая таращиться в письмо. Вложенный конверт остался на подоконнике.

Пашка сглотнул.

Живой! Лосев может быть живой!

А ведь в натуре! Тогда, когда таймер появился по грешникам, Лосевское ФИО числилось в рассмотренных и отбракованных без всяких пометок, что кандидат того!

Господи, он может реально быть живым!

Пашкину рожу растянула широченная счастливая лыба.

Телефон завибрировал «гимелем» за поминание, кого не надо, всуе. И это было совершенно пох!

Захотелось плясать.

Как найти? Как убедиться⁈

Пашка зажмурился. Давай, думай, тупая башка!

Он попробовал вбить Лосева опять в админский раздел и потерялся в сотнях однофамильцев.

На кой ляд было сносить случайный пипл с привокзальной площади и ту тётку-маршруточницу из «В работе»⁈ Чем они так помешали Пашке, бляха-муха⁈ Сейчас бы наклацал память по Дню города, намотал опять на выход Лосева и переключился, открыл его обзор онлайн и всё разом узнал, так нет же!

А как ещё? Если он по какой-то причине от Пашки спрятался, а допквесты помогают это выяснить… Это надо выполнить обязательно!

Может, тётку ту опять на площади поискать? Она же там работает. Сможет Пашка её узнать, или эти бабы, горланящие остановки, все на морду одинаковые? А если не её смена? И так и так – только утром… Кто ещё видел Лосева, кого можно запулить в админский раздел и переключиться?

Абсолютно, блять, никто.

Лосев был чисто Пашкиным. Вот же засада!

Что, если пойти в лес и скачать историю той похабной лужи? И посмотреть, куда он после неё пошёл? Ведь ничего жуткого в лесу не было, если на самом деле Лосев не утопился!

Живой, он может быть живой!

Пашка подорвался, но тут же сел обратно на стул: не ночью же это делать. И ведь он не видел, какое бездомный выбрал место. Тот ушёл дальше в лес от камней со своим нагруженным рюкзаком.

Но если дойти до камней по своему воспоминанию и дальше смотреть историю локаций по маршруту Лосева, со временем, пусть и угрохав весь день, а то и два, но Пашка должен выйти с ним из леса. Можно вести дальше по локациям и когда-нибудь прийти к тому месту, где Лосев теперь находится! Да, это – ебаная муть. Тем более завтра уже будет неделя, как Пашка его потерял и похоронил, как тот доверчивый лопух.

А за ночь надо бы с Васиным и Островской порешать, с Васиным хотя бы на время – до нового воробья… Только что если там Лиля? Искать Лосева по этому плану с Лилей будет пиздецом полнейшим, как и делать с Лилей абсолютно что угодно.

И вдруг Пашка почти почувствовал, как звякнул в голове колокольчик.

Наверное, вот так всякие открытия у учёных и происходят. Озарения, так сказать. В моменте.

Можно ведь по историям локаций отследить не только Лосева, но и найти пропавшую Женю! А в городе так-то и по хер, что ночь!

В прилоге дали льва. Найти Женю, и пусть её дружбан-купец помогает отвязаться от призрака, а потом уже заниматься Васиным и Островской. А пока надо их отвлечь.

Пашка навёл камеру на ошмётки GPS-трекера на столешнице. Стал рыскать в настройках и сумел восстановить хитрую приблуду. Даже глянуть успел, как ирреально, словно половинки магнита, прильнули вдруг друг к дружке гнутые фрагменты пластика, поглотив вспучившиеся раздробленные микросхемы, и как выпрямился смятый корпус, словно была это пластиковая баклажка, в горлышко которой дунули изо всех сил.

Красная лампочка тоже загорелась опять.

Пашка огляделся. На основании коробочки имелась фиговина крепежа.

Пришлось реквизировать шлейку в коридоре, где цепочка со звеньями: Пашка отодрал её от сумочки то ли Женькиной, то ли её соседкиной. В прилоге дали «хет» за воровство. Но зато приборчик прикрепился надёжно. Оставалось поймать на улице собаку или кошку. Но это по пути.

Пашка смахнул веником осколки вазы к стене, чтобы опять на них не напороться на радостях, сел обратно на стул и загрузил историю кухни. Сначала за пятницу до своего первого визита, потом за четверг и среду. Всё это время квартира пустовала.

Жизнь тут была только вечером во вторник, это, выходит, в тот день, когда Пашка утром от Жени ушёл на встречу с Лосевым. Перед тем как из квартиры двинуть, Женя принесла из комнаты, где Пашка дрых в кошмарах, эту вот сумочку тряпичную с косметической муйнёй. И долго сидела перед зеркалом, нанося и стирая макияж, который, кажется, у неё не получался. Даже туториалы в инсте поглядывала.

Финальная версия вышла у неё боевая: губы ярко-красные, глаза с чернючей толстой окантовкой, да ещё и блёстками посыпанные. Пашка даже и не факт, что вот так бы её узнал.

Потом Женька нацепила очень короткую юбку тоже из шкафа в облюбованной Пашкой комнате, а вот топик взяла в другой. И там же на видосе из истории сидел на постели мишка Том, которого Женя перед выходом запихнула в бабский крошечный рюкзачок. Влезла в босоножки, поправила очень короткую юбку и вышла.

Пашка заскринил время и дату и тоже квартиру покинул: свет вырубил, замки провернул игрой и спустился вниз к подъезду. Прежде чем продолжать поиски исчезнувшей подруги, поймал прилогой шмыгнувшего в дырку к подвалу дома котяру.

Заставил вернуться и сесть спокойно перед собой.

Приладил ему ремешок от сумки на шею, лишние звенья отцепив прилогой, а на нужной длине застегнул самодельный ошейник на карабин. Проверил, надёжно ли держится трекер. И разморозил котяру, который понёсся от него как безумный.

Потом сел Пашка на лавку под подъездом, сверился со скрином и стал искать в истории крыльца нужный период.

Женя вышла из дома двенадцатого июня в половине десятого вечера.

И села в таксо.

Пашка выматерился. Предстояла та ещё мозгоебля.

Провожая блядскую машину до края очередного кадра, он переходил на новую точку и искал по дате историю. Затрахался ещё разе на пятом, а добрался только до первого поворота после выезда со двора.

К половине четвёртого утра, когда начало светать, назлившейся на семь драконов и сто двадцать третий уровень Пашка доплёлся до закрытого уже клубешника в центре. В десять вечера Дня города Женька вышла из такси, постояла в очереди и вошла туда. Только сейчас заведение было под замком.

Пашка достал сиги и закурил.

Можно его взломать игрой и продолжить расследование. Только там наверняка камеры и охранник, да ещё кнопка какая тревожная. Только наряд полиции чистить на опережение и разворачивать сейчас и не хватает.

Стремительно становилось светло.

Сюда можно вернуться вечером: на дверях клуба висела объява, что в десять будет открыто и начнётся даже пенная вечеринка восемнадцать плюс. Второй варик – внимательно следить за выходом. Вряд ли Женька ушла через запасной, правильно? Значит, должна тут появиться опять через какое-то время. Важно только её в толпе не профукать.

Пашка начал отсматривать запись, сев на ограждение у парковки. Но в жопе зудело шило. Метод слежки себя вполне оправдал на практике, в лесу уже светло, а пока он доедет, так и вообще, считай, день будет. А если таксишку, которая на деле двадцать минут ехала, он вёл так шесть с половиной часов, то сколько надо будет Лосева искать по недельным следам? Одна радость – тот навряд ли сильно много ездит на транспорте, скорее на своих двоих топает.

Ну Лосев, ну пройдоха!

Слава богу, живой!

Дали «гимель».

Не, надо было переключаться на воробьиные дела, а не то не успеет точно.

Пашка загрузил историю выхода из клуба за десять часов на телефон и вызвал мотор до остановки «Нефтебаза».

Ещё по пути нашёл кадр, на котором раскрасневшаяся взмыленная Женька с босоножками в руках вышла на улицу под руку с мускулистым бородатым байкером, с виду бухим в нулину.

Она хохотала, а он держал её лапищей за зад.

Пашка поморщился, это было отвратно.

Походу не быть уже Женьке ангелом. Видать, у байкера теперь и живёт, вкушая все грехи разом.

Он заскринил время и дату, когда парочка ушла из кадра скачанного видоса в сторону клубной парковки. После Лосева надо будет к этому вернуться. Так-то странно в любом случае телефон вырубать на неделю. Вдруг этот амбал её в плен взял? И Женьку спасать давно надо, а не обживаться на её хате…

Такси остановилось, и Пашка вышел на улицу.

Было светло. Часы показывали половину пятого.

Видео из своей памяти о прошлом поиске Лосева по кадрам в прилоге он скачал заранее. И, вздохнув, полез в сраную чащу.

Пашка успел подзабыть, сколько в этой жопендии озверелого комарья! На рассвете они особенно возбудились, похоже, приняв младшего Соколова за курьерскую доставку горячего завтрака.

Отмахиваясь от туч гудящих насекомых, он кое-как продирался через кусты. Шёл вроде правильно: там и тут встречались обломанные ветки, следы прошлой лесной прогулочки. Но как же долго-то!

А ведь потом ещё выбираться из леса по истории вместе с Лосевым. И что он удумал? Как вообще получилось-то всё?

Может, Агния одумалась и отговорила его?

Где Лосев теперь?

Понятно, что, даже захоти он Пашку найти и успокоить, не смог бы. Вряд ли же вызубрил номер Соколовской карты наизусть, чтобы опять кого попросить отправить перевод с уведомлением. Да и в таком виде, в каком он мог из этого блядского леса выкарабкаться, никто бы к нему и близко не подошёл.

А что, интересно, в квестовом письме? Очередная попытка Лосева заморочить?

Стоило бы подумать как следует, надо ли конверт отдавать.

Это Пашка на радостях решил, что воробьиный квест ему просто рассказывает, что старый бездомный выжил. На самом деле должна быть причина, и самая очевидная – что чистая душа упущена, а это в планы не входило. Значит, поставят задачу снова сбивать старика с толку. Про то и письмо, которое Пашке нельзя вскрывать и читать самостоятельно.

Но не наступать же дважды на те же грабли, а потом ещё ругаться на свой перманентный тупёж.

Только сначала надо Лосева найти. Извлечь из подлянки выгоду.

Да сколько же он блуждал-то тут, едрить вашу бабушку⁈

Бегунок скаченного видоса едва перевалил за середину…

Интересно, Васин уже носится за котярой по городу, высунув язык? Скоро он вдуплит, что к чему? По квесту у него был этот трекер или по личной инициативе?

Пашка притормозил, свернул видео и утолил игрухой голод и жажду. Потом по-людски поссал в кусты. И поплёлся дальше.

Через полчаса херанул на максимум себе энергию.

Усталость как рукой сняло, и Пашка смог заметно ускориться. Ещё бы комаров истребить, и вообще заебок было бы.

А если не отдать конверт, игра может скинуть прогресс до первого уровня. Это что вообще значит? Что сисадмином станет Васин? Почему именно этот дебил?

Но не шанс ли это, собственно?

Прокачать акк, зная секрет набора достижений, можно за пару-тройку дней. Конечно, придётся опять щёлкать квесты, иначе баллов ни на что не будет. Но зато никаких тебе больше грешников.

И никакого разрыва договора.

Бля.

А надо оно Пашке?

Куда запропастились все ангелы? Что там с разбирательством? Разобрались и плюнули, что ли?

Женю надо найти сразу после Лосева. Свести их вместе, как чёртика и ангелочка, и пусть состязаются в красноречии, а Пашка послушает. Может, что наконец для себя решит.

Мысль сбилась, а сердце застучало быстрее: младший Соколов признал впереди те самые валуны, из которых Лосев нагрузил во вторник свой рюкзак под завязку. Утащить его потом очень далеко он бы не смог, шёл еле-еле.

Следующий виток расследования был очень близко.

Пашка остановился и отдышался. Он вспотел, как беговой конь, пот разил так, что сшибал даже местную болотную вонь.

Комары, кажется, позвали на обед свои семьи.

Была половина восьмого.

Голова гудела.

Младший Соколов перекурил, а потом направил камеру и выбрал среди рамочек определение локации. Полез в историю и загрузил двенадцатое июня.

Сверился со скрином своего воспоминания, чтобы намотать нужное время. Вот и они: он и Лосев. Оба перемазанные грязюкой, Пашка мокрый весь, похожий на того морлока из мульта. Всклокоченный, безумный и дрожащий так, что видно даже на видео.

А Лосев из кадра пошёл… Младший Соколов поднял глаза, определяя направление. Сейчас надо быть внимательным, чтобы…

– Лучше бы тебе на то место не идти, – произнёс кто-то вдали, перепугав Пашку до полусмерти: он даже телефон выронил, но, к счастью, на траву.

Резко мотнул голову.

Шагах в пятидесяти через глухие кусты, за раскидистым, в пол-роста, папоротником, стояла… Женька. Женька, живая, здоровая, абсолютно не пленённая безумным байкером-маньяком. С тем же ярким макияжем, что и в истории собственной кухни, но в какой-то, кажется, чёрной куртке (на таком расстоянии и за кустами толком было не видно). С распущенными волосами, которых вроде бы стало больше.

Стояла тут, посреди леса на окраине города в половине девятого утра, неподалёку от места, где собирался покончить с собой, но передумал Лосев.

– Женя! Твою мать! – выпалил Пашка, тараща глаза на лоб. – Ты как тут?.. Бляха! Я тебя неделю ищу! Я испугался… ты как сюда?..

Он подхватил упавший телефон и сделал первые три шага по кустам к ней, но Женя подняла протестующе правую руку с длинными чёрными ногтями (в натуре, видать, теперь байкерша!).

– Лучше пока не подходи! – громко сказала она. – Постой там. А по видео дальше идти не стоит. Человек, которого ты ищешь, умер, и тебе, поверь лучше на слово, не понравится смотреть, как это было.