Текст книги ""Фантастика 2026-1". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)"

Автор книги: Настя Любимка

Соавторы: Николай Дубчиков,Тимофей Тайецкий,Павел Чук
сообщить о нарушении

Текущая страница: 78 (всего у книги 344 страниц)

Звучало пугающее. Особенно, если учесть, что с гибелью богини исчезнет и наш мир.

– Я родилась в семье Высших, мне суждено было стать демиургом, так нас называют в других мирах.

Вы же зовете Богами, что, по сути, является синонимами. Нас было две сестры, близнецы, чья магия отличалась друг от друга будто день и ночь: жизнь и смерть. – Я было открыла рот, чтобы уточнить, о ее семье, но была мягко остановлена. – Я понимаю, что тебе интересно, как именно рождаются Боги, и я обязательно отвечу на все вопросы, но позволь, пока уйти от путей мироздания и законов вечности.

Кто я такая, чтобы возражать?

– Я была избалованной, взбалмошной богиней. Никогда не могла усидеть на месте и всегда смотрела на сестру свысока. Там, где ступала я, цвели сады, пела сама энергия жизни в то время, как она могла лишь дарить дыхание тлена и рушить все, что создавалось мной. Я ненавидела ее за это, не принимала ее дар, считая его ущербным. Новорождённые Боги, Хейли, ничем не лучше младенца, которому вдруг подчинились блуждающие стихии.

Я поняла, что такое сравнение, она дала специально для меня. Чтобы я поняла, о чем она говорит. Потому как если блуждающие подчинятся младенцу…

Если уж я едва контролировала свои эмоции то, что случилось бы тогда, когда малыш, получивший такой дар, заплакал? Страшно представить.

– Разница лишь во времени, которому подчиняются все существа, созданные демиургами: человек, дракон, оборотень или иные расы. – Спящие чувства во мне просыпались. И пусть сейчас я не ощущала их остро, но на миг мной овладело любопытство. – Хейли, ты же знаешь, что мир не один, и конечно же, их населяют разные существа. Те, кого создадут демиурги. У нас не так много времени, я не хочу, чтобы ты погибла. А потому, пожалуйста, не перебивай меня.

Естественно, я покорилась и промолчала, но сделала себе мысленную памятку, обязательно спросить о том, какие еще расы, помимо тех, что известны мне, существуют.

– Мы взрослеем иначе. Демиурги не подчиняются законам времени и материи. Мы их создаем сами.

Для меня нет секретов в прошлом, настоящем и будущем. Я могу сосуществовать в них всех одновременно.

К примеру, мое будущее с появлением тебя на свет, вновь изменилось, получив два пути, два варианта моей судьбы. Первый ведет к уничтожению, второй к процветанию.

– И так было всегда с рождением нового Сизери?

– До определённого момента. Обычно уже к совершеннолетию очередного потомка Драгонарии, мое будущее менялось вновь, оставлял лишь первый вариант.

– То есть, поступки и мысли главы рода Сизери влияли на то, какой станет ваша судьба?

– Верно. С тобой же у меня до сих пор есть шанс на второй путь.

Каково это понять, что от меня зависит судьба целого мира? Не знаю, потому что это знание не впечатлило.

Может позже я все как следую осознаю, но пока мне хоть и не до конца безразлично, а все равно как-то пусто.

– Вернемся к моей семье, поверь, это важно. Моя самая главная ошибка – я считала себя выше других, лучше, потому что мне легче давалось создание миров. Мой дар был сильнее, чем у сестры, и я всегда этим хвасталась. Выставлялась, дразнила, намеренно задевала ее, не понимая, что мы все грани одного целого. Я забавлялась, создавая один мир за другим и не особо интересуясь его судьбой. Они неизбежно погибали. Не сразу, не за один век или два, но погибали.

– Однако вам было все равно?

– Да.

Вот так живешь и думаешь, что ты руководишь своей жизнью, а выходит, что кто-то тебя создал на потеху и не особо волнуется за свое детище.

– Так было до момента распределения и выбора. Я хочу, чтобы ты до конца поняла меня, ту, которой я была. Среди нами созданных тоже встречаются самовлюбленные, самоуверенные существа.

– И невероятно глупые.

– Да. Я не стану отрицать того, что была глупа и самонадеянна. В момент нашего совершеннолетия мы находим свою пару. Того, кто станет половиной сути, опорой и соратником, любимым и творцом наравне с ищущим.

– Простите, мне не понятно.

– Это похоже на ваши ритуалы, которые вы проводите, считая, что они спасут жизнь или тренируетесь во время экзаменов. Необходимы специальное место, в моем случае купель мироздания, свидетели и подтверждающие выбор, можно сказать ваши преподаватели в академии. Каждый демиург в момент совершеннолетия выпускает всю свою энергию, полностью растворяясь, а когда вновь собирается воедино, рядом с ним оказывается демиург, предназначенный ему самой вечностью. Только в паре с ним, созданные миры будут процветать, а существа, населяющие их, жить в гармонии.

Я начала догадываться, что произошло во время такого ритуала. Взбалмошной богине достался совсем не тот, кого бы ей хотелось.

– Слишком поздно я поняла, почему в семьях демиургов крайне редко рождаются близнецы. Если быть до конца честной, то мы способны дать жизнь лишь одному. А если это случается, то дети обязательно имеют противоположный друг другу дар. Это необходимо, чтобы новоявленные демиурги поняли, что их сила неразделима, что гармония достигается в связке. Мы должны расти вместе и привыкать к своим дарам, учиться сосуществовать с ними, пока не получим пару, потому что…

– Вашими половинами оказались мужчины с даром Жизни и Смерти. – Я не спрашивала, я утверждала.

– Правильно. И как ты уже догадалась, ни я, ни сестра, так и не приняли своих половины. Однако…

В этот момент столп света потускнел. Не было больше ослепительного огня, только очертания. Видимо, чувства богини отражались на нем и сейчас, она испытывала сильнейшую душевную муку.

– Я никогда не считалась с чувствами других. Разразился скандал. Я не могла принять Бога, в ком поет разрушающая энергия. Он был мне противен, вся его суть виделась ужасающим монстром. Но что я могла?

Выбор неоспорим. И мы стали парой. Наше воспитание сильно отличалось. Он знал, что ему суждено творить бок о бок с жизнедарующей. Он мечтал об этом момента, понимая, на какие чудеса мы оба будем способны, но то, как я встретила его, то как держалась с ним… Хейли, я не просто задела его гордость, я ее растоптала и для верности попрыгала.

Мне было сложно представить как можно попрыгать на гордости. Впрочем, я точно понимала, что это лишь игра слов. Судя по всему, для усиления моего восприятия.

– Он был невероятно горд, как и любой, кто несет в себе бремя Смерти. И если моя сестра стала лишь устами тьмы, то он уже достиг уровня Бога Войны. – Богиня явно забыла о том, что я ничего не знаю об их иерархии и том, как происходит становление богов. А потому я в очередной раз лишь сделала памятку, обязательно уточнить, что это значит. – Старше меня, повидавший больше моего, и невероятно уставший от битв и кровопролитий. Хейли, это только кажется, что мы рвемся за тем, что дает нам могущество. Нам хватает и того, что мы имеем при рождении. Несомненно, жизнь и процветание моих созданий – подпитывают меня, делают сильнее, точно также, как сестру смерть, однако всем нам хочется существовать в гармонии с мирозданием и вечностью. Может не сразу, но мы постигаем, что это не прихоть, а святая необходимость. И что самое главное, именно в гармонии, находим спокойствие и счастье.

Практически исчезнувший свет вновь ярко разгорелся.

– Несколько столетий я отказывалась принимать свою половину, в то время как сестра смирилась со своим выбором. Точнее мы все так думали. Драгонария – это плод двух творцов, сестры и ее пары. Прошли тысячелетия прежде, чем я сумела договориться со своей парой, а сестра набрать небывалую мощь.

Я молчала, смутно сознавая, что именно сейчас, узнаю самый важный и самый страшный момент.

– Я должна была создать свой мир, доказав, что смогу сотворить и поддержать его в гармонии без помощи предназначенной половины, а он, в свою очередь, сделать тоже самое. Мы подали прошение, и неожиданно, Высшие его одобрили. В случае, если бы у нас не получилось мы должны были безоговорочно принять друг друга. Так появился Длэрлайд – его мир, и Кьярес – мой. Даже в именовании своего детища, я осталась верна себе, – в голосе богини явно ощущалась горечь. – Солнечный, Лучистый, Сияющий. Вот так можно перевести название этого мира.

Интересно, а название нашего мира как-то связано с тем, что Хеллу называли Богиней Сияющей?

– Тысячу лет, ровно столько каждый из нас смог провести друг без друга, пока мы не поняли, что наша магия ограничена, а расширять уже созданную и обговорённую с вечностью территорию – невозможно. У мира свои рамки и выходить за его пределы категорично запрещалось. Мы не могли создать дополнительные миры и объединить их с уже имеющимися, чтобы нашим созданиям было комфортно, это бы нарушало прописанные в прошении пункты. И я, и он. Тогда каждый из нас нашел свой выход. Я – отдала часть своей магии людям, он же породил плоть от плоти и наделил ту половиной своей магии.

– Кого породил?

– Сына. От смертной женщины, погибшей при родах. Бессмертное, как и он существо, совершенно ничего не взявшее от своей матери, даже памяти о той он не хранит, считая, что выкован из огня и тьмы. Я же посчитала, что крупицы моей силы достаточно, чтобы продлить жизнь уже созданным существам, а там, хватит времени на решение проблемы.

– Вы отсрочили неизбежное, правильно?

– Да, мы получили небольшую передышку и вновь вернулись к тому, что имели. И тут, как нам казалось, мы нашли выход. Погибала Драгонария. Мы точно знали, что это случится, а два мага должны уцелеть. Маг Жизни, и маг Смерти, те кого каждому из нас не хватало. Вот только, тогда никто из нас не задумался о последствиях, отмахнулся от путей будущего, выбрав лишь те, что были созвучны нашим желаниям.

– Почему два мага, если их было больше?

– Нам нужны были две сестры, связавшие себя магией, об остальных мы не думали. Хейли, пара демиургов, это нечто необыкновенное, мы чувствуем друг друга, знаем, что у каждого из нас происходит.

Эта связь похожа на ту, что образовывается у близнецов, близких родственников, и что пусть и случается редко, но бывает среди друзей. Правда, с существенным отличием, эта связь на много-много раз прочнее, сильнее и острее. Поэтому я могла заглянуть в его мир, а он в мой.

Я анализировала полученную информацию, пока богиня собиралась с мыслями. А может, она погрузилась в воспоминания, невольно давая себе передышку перед признанием.

– Я ненавидела сестру, и заранее ликовала над тем, что с ней стрясалось. Я не понимала тогда, что, уничтожив свой мир, она обрела небывалую мощь, почти сродни Высшего. Однако точно знала, что ровно с тем моментом, когда исчезнет детище пары демиургов, растворятся в мироздании и они. А потому, спасая часть того мира, мага с даром тьмы, я спасала и ее. Спасала, хотя мечтала о том, чтобы ее не было. Ни ее, ни разрушающего, пусть и необходимого мне дара. Я считала, что смогу его подчинить, присвоить…А если не получится, то управлять сестрой, приказывать ей и требовать.

– А в итоге, приказывать и требовать смогла она, – невесело констатировала я. – Протащив в этот мир не только мага с даром Смерти, но и всех, кто в нем когда-либо был ею создан.

Гулкая тишина и моментально потускневший столп огня стали красноречивым ответом.

Глава седьмая

– Он сумел отсечь остальных в то время, как мой мир принял беженцев. Моя пара получила своего мага Жизни, а я…

Богиня говорила медленно, растягивая слова, будто те давались ей с трудом.

– Велиарес – измененная пара моей сестры. То, во что она превратила его своей магией.

– Как это? – неподдельно изумилась я. Вскользь отметив, что ко мне потихоньку возвращаются эмоции.

Как вообще способен один демиург изменить второго?

– Это очень долго объяснять, Хейли. Мы условно бессмертны. Условно, потому что существуют некоторые исключения – гибель совместно созданного парой мира и поглощение одним демиургом другого. Если в первом случае, исчезают оба демиурга, сливаясь с мирозданием, и не получая нового воплощения множество тысячелетий, то во втором…

– Один забирает себе силу другого, но тот, который поглощен, до конца не умирает?

– Но и не помнит, кем он был. Это действительно страшно. Намного страшнее, чем сгинувший мир, потому что в этом случае, мы получаем право на возрождение. Пусть и через очень много лет.

– Для кого как, – не смогла удержаться я, – погибнет мир, демиург получит шанс возродиться, а что будет с их созданиями? Куда деваться нам?

– Вы ступаете дорогой Вечности и однажды, ваша душа также обретает новое воплощение, но уже без памяти о прошлых жизнях и подчиняясь другому демиургу.

– Слишком запутано, – протянула я. – Получается, даже если погибнете вы, мы все равно будем существовать, воплотившись через множество лет, но в другом мире, в другом воплощении, и не факт, что вообще магами и людьми?

– Прости, – виновато ответила богиня. – Так устроено мироздание.

– Поэтому вы сказали, что даете мне право выбора? Я могу помочь, а могу отказаться и однажды, появиться и жить непонятно кем и вдали от тех, кто был мне дорог?

– Сильные, образованные между душами связи, никогда не распадутся. Вы бы встретились, рано или поздно, но могли приходиться друг другу не обязательно матерью или дочерью, возлюбленными или друзьями.

– Поясните, пожалуйста.

– Все просто, к примеру ты и Райан, в новом мире вы могли стать братом и сестрой, отцом и дочерью, или магом и его питомцем.

– Или травой и деревом, растущими в одном саду, – мрачно продолжила за нее.

– Прости.

Можно подумать от того, что ответственная за наши жизни богиня извинится, что-то изменится.

Если все было бы так просто, вряд ли бы состоялся этот разговор и на мою долю вообще выпали испытания.

– Что было дальше? Вы ведь не сразу поняли, что произошло?

– Не сразу, верно. О том, что произошло, я поняла тогда, когда решила объединится с Велиаресом. Я почувствовала в нем родство – крохотную частичку, то, что осталось от демиурга, его истинную суть. Ведь он, как и я, обладал даром Жизни.

Я мысленно воспроизвела информацию, полученную от Мартины. Прежде, чем случилось то, о чем говорила богиня, Велиар наращивал мощь, а демиург торговалась стой, которую изначально хотела получить в свой мир. Если, конечно, Мартина не солгала.

– Прежде, чем я раскрою события Кьяреса и того, что случилось со мной, я хочу, чтобы ты узнала судьбу моей пары.

«Зачем?» – хотела спросить, но не стала. Раз считает, что это важно, постою, послушаю. Словно у меня есть иной выбор.

– В отличие от меня, он сумел достичь гармонии в своем мире. Не сразу, допустив множество ошибок, но сумев их исправить. И только благодаря нему, у моего мира, а также у всех, кто его населяет есть шанс на существование и благополучное разрешение всего, что я натворила своей самонадеянностью.

– Это та самая связь между вами? Получается, что за счет его мира, наш еще существует?

– Правильнее будет сказать, что мой мир и мир моей пары – это один мир, поделенный на два.

– А можно подробнее? Все-таки два мира или один?

– Если брать сейчас, то вообще три, не забывай о выходцах из Драгонарии. – Мне почудилось или в голосе богини проскользнул сарказм? – Но по итогу, или не останется ничего, или будут два, связанных между собой. Если ты согласишься помочь и у нас все получится, тогда будет возможно путешествие между мирами, правда, только с Длэрлайда на Кьярес и с Кьяреса на Длэрлайд. А также на те миры, что создадим мы с моей парой, но так далеко я не загадываю.

Ничего себе! Путешествие в другие миры! И это почти реальность! Осталось узнать условия, при которых подобное станет возможным!

– Как я и говорила, я допустила непростительную ошибку, решив, что сумею противоречить мирозданию и отказавшись от своей пары. А он не сразу справился с моей ненавистью и своей обидой на всех, кто владеет даром Жизни, не дав своему сыну создать союз с иномирной магиней. Однако, он преодолел барьер из ненависти, что выстроила я, и теперь, крепко держит Кьярес не давая тому раствориться в небытие. Но это не может длиться вечность. Мы на самом краю.

– Что нужно сделать? – я не выдержала и задала прямой вопрос.

– Вернуть утраченное, – отчетливо вздохнула Богиня. – Моя сестра и ее пара должны вернуться к своим воплощениям, я получить свое тело, и тогда моя пара сумеет восстановить порядок с умершими душами, пустив их на дорогу Вечности, дав перевоплотиться здесь, а не уйти в подчинение к другому демиургу. Сейчас из-за сестры он не может попасть на Кьярес. Два бога, имеющих одинаковый дар на территории сотворенного мира, неизбежно приведут к гибели этого мира.

– А когда вы вернете свои тела, сможет?

– Конечно, потому что сестра и ее пара, покинет Кьярес.

– Что-то я в этом сомневаюсь. А не будет ли так, что ваша сестра, получив свое, решит остаться? Какая ей, в сущности, разница, где жить и кем управлять?

– Это мой мир! – гневно заметила богиня. – Мой и…

– Общий, – отчеканила я. – Сами же сказали, что, по сути, тут переплелись три мира и четыре творца.

Я всегда умела слушать, правда, не всегда быстро анализировала полученную информацию. Сейчас у меня с этим проблем не было.

Возражений не последовало. Кажется, кто-то совершенно не изменился. Как был самоуверенным, так и остался. Хотя, рано еще судить.

– Ей это не выгодно, – наконец изрекла демиург. – Сестра, как и я признала свою ошибку, Хейли.

Ты можешь мне не верить, но это так. От нашей общей ненависти давно не осталось следа. Мы обе загнали себя в ловушку, для осознания которой нам потребовалось слишком много времени.

– То есть, сейчас она все поняла и согласна исправить? Только если это так, – я на миг задумалась, – стоп, если ей тоже нужно вернуть тело, то, где она сама и как собирается участвовать в спасении Кьяреса?

– Она также, как и я, разбита на осколки, Хейли. К сожалению, этому поспособствовала я, когда желала объединится с Велиаресом. Вместо того, чтобы вырвать из лап тьмы частичку, поглощенного демиурга, я усилила его власть над сестрой, и лишила ту физической оболочки.

Откровенно говоря, не совсем поняла. Наверно, богиня это осознала и торопливо начала объяснять.

– От меня не осталось тела, Хейли. Ты сейчас видишь лишь свет. Тот самый, что поддерживает этот мир, дает ему право на существование. Мартина ошибалась, говоря, что сердце мира – это отдельная субстанция. Это я. Самая большая часть того, что от меня осталось. Блуждающие стихии – тоже я, ваша магия – моя, естественно, за исключением Велаиреса, Мартины, демонов и прочих порождений, там властвует сестра. За счет этого мы еще существуем и боремся. Сестра помогает, поддерживает меня и мой свет, не дает ему погаснуть, хоть раньше она и пыталась действовать самостоятельно. Но мы быстро поняли, что должны совместить наши усилия. – Богиня запнулась, наконец сообразив, что не пояснила, а еще больше меня запутала. Она явно взяла паузу, чтобы подобрать правильные слова. – Мартина утверждала, что обольщающие горгоны, это все, что осталось от меня. Но это не я, это моя сестра. Ненависть – это обоюдоострый камень, Велиарес ненавидит ее, Хейли. Пусть и не хранит память о том, что сделала его пара, пусть и давно стал совершенно иным существом, пройдя путь от демиурга и человека до призрака, а после и демона.

Иными словами, одна богиня решила, что сможет подчинить себе неизвестное существо отобрав у того магию. При этом не выяснила ни что он такое, ни откуда черпает силу. И по итогу мы имеем умирающие миры и погибающих демиургов. Прекрасно! И теперь даже не важно, какую роль сыграла Мартина. Потому что лично мне понятно, что две сестры, оказавшиеся в равном жалком положении, тянули одеяла каждая в свою сторону. Мартина явно была пешкой богини с даром Тьмы, пока Велиарес окончательно не забрал бразды правления. Вот откуда у него случаются осечки в собственной армии. Близняшки, которым понадобилось не одно тысячелетие и смерть множества существ прежде, чем они сумели договориться между собой и примириться с существованием друг друга.

А теперь самый главный вопрос, каким образом смогу им помочь?

Это я и озвучила, прерывая богиню на полуслове.

Та удивилась и замолчала, явно не понимая, с чего я не задаю других вопросов о вражде сестер и о том, как они все-таки пришли к согласию. Жить захочешь не только с врагом договоришься, но и что угодно сделаешь. Простая человеческая истина, распространяющаяся даже на богов.

– Тебе дали ответ Хелла и Эльхор, – изрекла богиня, заставив меня не на шутку задуматься.

– Я правильно понимаю, что должна принять магию тьмы и призвать в статуи души Велиареса и Мартины?

– Да.

«Час от часу не легче!»

– То есть, как и сказала Хелла, я опять появлюсь у них…

– Нет.

– Нет?

– Я не успела перехватить твою душу в первый раз. Этой встречи с Мартиной и детьми не должно было быть. Но у меня получилось сейчас, когда Мартина обратилась к силам сестры и та не сумела ей отказать.

– Я ничего не поняла.

– Проведя ритуал, ты должна была оказаться здесь, а не появится на Грани. К сожалению, я не успела, а смогла вмешаться лишь в повторный зов и направить тебя ко мне, а не к ним.

– Подождите… – я задумалась. У меня сложилось впечатление, что у богини в первый раз ничего бы и не вышло. А значит, кто-то специально не договаривает, а лишь констатирует свершившийся факт.

– Вы знали, что я откажусь от предложения Мартины и не поверю в ее добрые намерения. Точно также, как знали, что ритуал не завершен и Мартина будет взывать ко мне ровно до того момента, пока я не произнесу необходимое ей заклинание, чтобы она смогла заменить меня в моем теле.

– Я не знала, но надеялась. Это и есть тот самый шанс, который я не имела права упустить.

Так вот за что она извинялась! Богиня метила пальцем в небо и таки попала! А если бы не Вейра? Если бы я согласилась?!

Так, не думать, не думать об этом!

– А почему ваша сестра не может отказать Мартине?

– Потому что Мартина – сердце Драгонарии.

– Мертвая девушка является сердцем погибшего мира? Это вы так шутите?

– Душа, – поправила меня богиня. – Я понимаю, что ты привязана к физической оболочке, но что такое по сути душа? Это та же энергия. Магия – энергия, солнечный свет – энергия, душа – энергия. Поэтому да, Мартина – сердце мира Драгонария.

Я молчала, обдумывая сказанное. Нет, богиня была откровенной, но все равно желала что-то утаить и почему-то это что-то было мне невероятно важно.

Судя, по их словам, я должна принять магию тьмы и отказаться от той, которой владела до этого. Но что если…

– Я заменю Мартину? – прямо спросила ее. – Приняв магию и отдав призванные души вам, якорем для вашей сестры и ее пары стану я?

– Да. Только ты станешь якорем для всех нас.

Если бы не заглушенные эмоции, я бы наверно рассмеялась. Потому что звучало бредово.

– Хейли, это будет ненадолго, ровно до того момента, пока мы не предстанем перед судом Высших.

Но именно такой ход позволил мне довериться сестре. Она не станет тебе вредить, направит и поможет, обучит всему, что тебе будет необходимо. Ты не знаешь, но она, как и я бережет тебя с рождения.

– Правда, что ли? А как насчет того, что душа Мартины вселилась в тело Ванессы? Это так меня берегла ваша сестра, лишив любви матери, а заодно и отца?

Я давно думала о том, что игры, которые ведут Велиарес и его приспешники, а теперь выясняется, что и демиурги, лишили меня настоящей семьи. И какая на самом деле моя мама я не узнаю никогда.

Вряд ли она была дрянной девчонкой, не умеющей любить своих детей. Беллу-то она любила, и меня могла. Кто знает, а вдруг ею управляли точно также, как и отцом?

– Бессмысленные связи, – пробормотал голос демиурга. Причём с таким тоном, словно она ругала голую нищету.

– Для кого как, – в тон ей, ответила я.

– Никому не нравится признаваться в своих ошибках, никто не желает, чтобы его видели в момент слабости. Но ты…

Я ждала, что меня сейчас обругают всеми доступными моему пониманию словами, однако ошиблась.

– Ты имеешь право на все, – выдохнул голос, а световой столп потускнел. – Так вышло, что игра трех демиургов затянулась, все переплелось и перепуталось. И как бы тебе не нравилось наше вмешательство, но, если бы не сестра, ты бы пошла по стопам Ванессы, став очередной, невероятно способной и сильной жрицей культа Безымянного.

– Чего вы, конечно же, не могли допустить.

– Не могли, – согласилась собеседница, – пойди ты поэтому пути и род Сизери бы прервался.

– С чего бы? – вскинулась я. – Мой отец…

– Погиб, – жестко перебила меня богиня. – Ты действительно хочешь знать как?

Я промолчала.

– А я скажу, – вдруг то ли обиделась, то ли разгневалась богиня, – ты бы принесла его в жертву!

Замечательное развитие событий! Прекрасные родственные отношения!

Подобное мне было очень сложно представить. Настолько сложно, что я попросту отмахнулась от ее слов.

– Каким образом я сумею поместить души Мартины и Велиареса в статуи? И самое главное, что с ними дальше делать?

Я точно знала, что им обоим подобное не понравится. И если мне каким-то чудом удастся загнать в ловушку Велиара и заточить его в статую, которая, кто бы сомневался, несомненно, оживет, то, где гарантия, что он не станет сопротивляться? Нет такой гарантии! Наоборот, мне придется ой как не сладко прежде, чем к своей части приступят демиурги!

– Каким образом мне неизвестно, это магия по части сестры. А она, будь уверена, обучит тебя всему, что необходимо и станет незаменимым помощником.

Удивительно, но я вдруг ясно осознала, что богиня при этих словах скривилась! Ага, не очень-то ее радует такое положение дел. И наверняка не потому, что есть подвох, а просто от того, что сестринская нелюбовь никуда не делась. Есть смирение… А его явно маловато.

– Ваша сестра, как и вы, не имеет телесной оболочки, – напомнила ей очевидное. О чем богиня похоже забыла. – Как она сумеете меня научись?

Еще одних блуждающих стихий я не переживу!

– Она давно тебе помогает, а ты охотно к ней прислушиваешься, – вздохнула богиня. – твой страж, Хейли.

– Что мой страж? – вскинулась я. – Только попробуйте его отнять!

– Смотри-ка, – удивленно выдохнула демиург, – угрожать смеет. Девочка, ты не в том положении…

– Как и вы! – не осталась я в долгу.

– Тоже верно… Ничего с твоим стражем не случится, во всяком случае, по нашей вине…

– Спорное утверждение, – злость вернулась ко мне лавиной, обрушившись, а мою голову, отодвигая рассудок куда-то на задворки сознания. – Все, что сейчас происходит с нами – ваша вина. И только ваша.

Поигрались и бросили бы, если бы сами не оказались привязанными к этому миру и его существам!

– Сдерживай чувства, – мягко попросила богиня, – это сейчас не ты, это магия пробуждается.

– Магия?

– Тьма. Ты сделала свой выбор.

– Я ничего подобного не озвучивала. И никакой выбор не делала. – Воспротивилась я.

– Разве важны слова, когда отвечает сердце? Твой страж – порождение тьмы. Творение моей сестры и ее пары. А также часть ее сути. Маленький осколочек, который всегда тянулся к тебе. Существо точно знающее, что ты нужна ему, ты же не станешь это отрицать?

Не стану. Ровно об этом же говорил и сам Коша.

– А Вейра?

– Прости.

И все? Это весь ответ? Я ведь не извинений просила, а лишь хотела узнать почему с ней все так произошло!

– Это ваша сестра разделила драконов? Не Вейра додумалась как разделить душу лорда Альгара, ею управляла богиня Тьмы?

– Она ее вела, но не управляла. Драконы разумны, Хейли. Они такая же часть мира, как и ты. И ошибочно считать, что они домашние зверушки людей.

– Я так и не думала!

– Полно, Хейли. Ты спрашивала, что будешь должна сделать, когда заточишь души в статуях. Вес просто, приведи их ко мне и заставь шагнуть в первородный огонь.

– А где ты находишься? И что значит заставь?

– Ты все обязательно поймешь, – грустно закончила богиня. – Извини, но я должна отпустить тебя, иначе умрет твое тело.

– Подожди. Как я приму магию тьмы? И как я призову Мартину и…

– Возвращайся, дитя, – властно потребовала богиня. – Возвращайся!

И опять я чувствую себя мячиком, который запнули в неизвестные дали!

Хотела я того или нет, но меня несло с немыслимой скоростью прочь от сердца мира, которым, несомненно, и был столп света, а заодно и сама богиня нашего мира.

Я предполагала, что моя душа ворвется в измученное агонией тело, однако ошиблась.

Из необыкновенного места, где царил ослепительный, переливающийся всеми цветами радуги огонь, меня вынесло в непроглядную тьму.

Я знала, что застыла на месте в вязкой черной субстанции. Но когда я ощутила появление еще одного существа, безошибочно определила кто же это, хотя все равно спросила:

– Коша? Это ведь ты?

Мне не ответили, впрочем, ответ и не требовался. Все мое естество тянулось к нему, я ловила все эмоции, которые сейчас испытывал друг.

Он был потрясен и растерян. И если первые мгновения не понимала от чего, то спустя пару минут – осознала.

Он присутствовал здесь, но не в облике дракона! Нет, я не видела очертания мужской фигуры. Откровенно говоря, мне была доступна лишь дымка, отличающаяся по цвету от всего, что нас окружало. Незначительно, однако, и он, и я, выделялись на общем фоне.

Мы были связаны друг другом, а потому я точно знала, что не могла ошибиться. Мой дракон шокирован тем, что его душа приняла утраченную много веков назад форму.

– Здравствуй, Хейли.

Вкрадчивые, мягкие нотки голоса, словно обволакивающие меня со всех сторон.

И спрашивать не нужно, уже ясно кто обращается ко мне. Страшно ли? Не за себя, за Кошу, которому, по идее, здесь делать нечего!

– Здравствуйте, – все же ответила, не желая затягивать тишину. – Зачем…

– Пора принять мой дар, – просто ответила тьма, – и стоит поторопиться.

– Мое тело умирает? – и так ведь известно, но мне так хочется услышать этот голос вновь.

Не знаю почему, но он успокаивал, даже убаюкивал, завораживал своей мягкостью и ненавязчивостью.

– Ты ничего не знаешь о смерти, – выдохнула богиня Тьмы, – я не дам тебе умереть, но твое тело может не справиться с нагрузкой, чего я допустить не могу.

– Что я должна делать?

– Ты родилась с тьмой, но никогда ею не пользовалась. Проведенный ритуал, оставил тебе искорку резерва, а потому… жертва, Хейли.

– Жертва?! – если бы это было возможно, то у меня бы волосы дыбом встали от такого заявления.

– Я не собираюсь становиться жрицей культа Безымянного, на это уговора не было!

– Культ… – богиня рассмеялась. Но ее смех не был слышим, он был осязаем. Я его ощущала чем-то колючим. Будто меня сейчас гладили жесткой шерстью вздыбившейся мантикоры. – Тьма, девочка, это не кучка возомнивших себя богами существ. За все полается своя плата. Ты должна принести жертву, чтобы измениться и впитать предназначающийся дар. В противном случае, ты окажешься на Грани, а твое тело займет Мартина.

– И что вы предлагаете? – смутно я догадывалась, но лучше пусть озвучит.