Текст книги ""Фантастика 2026-1". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)"

Автор книги: Настя Любимка

– Цель установлена, захвачена, – через некоторое время отрапортовал один из пилотов разведывательных дронов, – даю метку-целеуказание на объект. Временное запаздывание до контакта четырнадцать минут.

Командир десанта, солдат в седьмом поколении, майор Хшнорн со своей ротой находился в спускаемом боте. Он чётко представлял задачу и считал её выполнимой. Груз ответственности, возложенный на него, давления не оказывал. За годы войны он выполнял и более трудные, по – мнению командования, граничащие с абсолютным невыполнением миссии.

Три года назад Хшнорн, в составе батальона специального назначения, получил приказ захватить и зачистить объект, располагающийся под землёй, на одной из планет, название, которое уже и забыл. В памяти осталось только кодовое наименование операции: «Шторм». В то время он командовал взводом «прорыва». В задачу входил захват и удержание одной из планетарных систем слежения за космическим пространством. Совместно с приданными силами, под огнём сил планетарной защиты высадился в назначенном квадрате и выдвинулся к цели.

Прямой штурм укреплённого района ничего не дал. Обнаружив в отдалении дополнительный «выход» вместе со своим взводом проник в бункер под землю. Бой был страшный. Противник сопротивлялся, каждый метр подземных ходов был превращён в «непроходимые» минные поля и стационарные боевые точки. Каждый поворот и разветвление подземного хода приходилось сначала обрабатывать из носимого среднего вооружения, использовать газ, выжигать проходы плазмой, но цель – главный бункер управления так и оставался недосягаемым. Когда энергии оставалось только для одного решающего использования тяжёлого вооружения, потратив много сил и энергии на противодействие обороны, Хшнорн принял решение с помощью тяжелых плазмамётов прожечь породу по направлению к центральному бункеру и захватить в рукопашной схватке. «Безумный» план сработал. Ему удалось выполнить задание. В живых от взвода остались считанные бойцы и все, в том числе и он ранены.

За этот штурм Хшнорна наградили высшей наградой расы – увековечивание геройского поступка в Малых Священных Таблицах. Дальше был госпиталь и самое радостное, что произошло у него за последние пять лет – это встреча с семьёй. Как кадровый военный он «женился» рано, его семья по меркам Акхнов немногочисленная, всего двое детей. Проживали они на родной планете семьи Хшнорна. Жена – домохозяйка, присматривала за поместьем, дети занимались в школе.

Прибытие папы в трёхмесячный отпуск воспринято с восторгом и благоговением. Такого счастья он не испытывал никогда в жизни, когда на официальной встрече, его – как героя войны, удостоенного высшей награды, несли на своих плечах курсанты военной академии.

Много приятного было в тот отпуск, и совсем недавно узнал, что родился ещё один сын, теперь Хшнорн в полной мере счастлив. Счастлив безмерно: своей семьёй тем, что занимается делом, которому отдали всю свою жизнь его предки. Счастлив, что есть возможность скоро закончить войну. Надо только выполнить приказ…

Из раздумий майора вывел доклад пилота атмосферного бота.

– Контакт с поверхностью. Десанту приготовиться к высадке.

Десант высадился на планету, сориентировался на местности и направился на поиски объекта. По данным телеметрии до него не больше пяти километров.

– Майор, – сообщил боец, – мы вошли в визуальный контакт с объектом. Он один. Сигнатуры совпадают полностью.

Периодически в эфире проходили доклады соседних групп десанта. Им удавалось блокировать цели не входя в огневой контакт с противником. Никто из них не оказывал сопротивления.

Объект на платформе двигался удаляющимся от них курсом.

– Бойцам РЭБ[20]20
  РЭБ – сокращенная аббревиатура от: РадиоЭлектронная Борьба.


[Закрыть] приготовиться к нейтрализации техники противника, – скомандовал майор, – первому и второму звену перекрыть продвижение противника по векторам десять и шестьдесят[21]21
  В данном случае вектора 10 и 60 это вектора движения «прямо» и «назад».


[Закрыть].

– Скоро всё закончится, – про себя подумал майор, а затем скомандовал, – залп на полной мощности. Вывести из строя всё, что только возможно. Он нужен живым. Третье и четвёртое звено на сближение. Применять только парализующее оружие.

Расстояние не большое и хорошо просматривалось. Платформа резко остановилась, упав на поверхность планеты. Высота небольшая, тем более противник в скафандре, и ему это не могло серьёзно повредить. Движения в груде обломков не наблюдалось.

– Вот и хорошо, возьмём его без боя. Они, без своих электронных «штучек» и воевать то толком не умеют, – усмехнувшись, подумал майор, – сейчас прибудем на место, погрузим его как консервы вместе со скафандром и вызовем группу эвакуации.

Третья группа под командованием майора первой прибыла на место крушения платформы, и обнаружила стоящего посреди обломков платформы, без скафандра, вооружённого только обычным металлическим ножом в одной руке и куском какой-то трубы человека. Он в лёгком силовом защитном жилете, который бесполезен. Шлем-маска отсутствовала. Его русые волосы сильно выделялись на фоне тёмного от грязи и пыли лица. Взгляд. Его взгляд пронизывал всё существо, в его глазах не читался ни страх, ни просьба о пощаде, только жажда боя. Смертельного боя.

Глава 7

Расширенное заседание Генерального штаба вооружённых сил Объединения. Штабной сверхтяжёлый линкор «Звезда Союза».

– Повторяю! Как, вы могли так бездарно провалить оборону базы в системе «Дронсул», – в очередной раз сорвался на крик представитель Совета Никотауш, – пусть доложит разведка, почему не установили, не предупредили, что у противника появилось новое оружие, выводящее все наши системы обороны с одного применения.

С места встал начальник военной разведки.

– Сведения, что противник ведёт разработки новых систем вооружения, в подразделение поступали, но по нашим данным они только на стадии теоритических изысканий. Никаких опытов, действующих образцов установить или обнаружить имеющими средствами не было возможности. По нашим данным корабли дальней и сверхдальней разведки Акхнов в настоящее время активно исследуют соседние Галактики. Можно предположить, что этот прорыв в технологии вызван активизацией исследования соседствующих пространств.

– Что было предпринято для предупреждения их действий? – немного успокоившись, спросил представитель Совета.

– Нами, – продолжил начальник военной разведки, – совместно с военно-космическим флотом направлены в разные сектора корабли разведки. Связь с ними потеряна.

– Что с перспективным вооружением, как бороться с новой угрозой от Акхнов? – задал очередной вопрос Никотауш.

– Разрешите мне, – с места встал руководитель научного сектора доктор Стреног, – противодействие разработкам противника, выводящим из строя всю, абсолютно всю немеханическую начинку оборудования, вооружения, автоматику машин и механизмов, даже находящуюся под, казалось бы, надёжной защитой от внешнего воздействия, в настоящее время найти не удалось. У нас нет образца вооружения противника для проведения опытов и составления технико-тактических характеристик и параметров производимого воздействия.

После не продолжительной паузы доктор Стреног продолжил.

– В настоящее время могу рекомендовать только одно – использовать как альтернативу машины, механизмы, оружие и технику, основанную на механическом принципе.

Воцарившуюся в зале тишину нарушил Никотауш.

– Вы хотите сказать, что нам необходимо отказаться от электроники? – не скрывая своего удивления, уточнил председатель Совета.

– Не совсем так, – под молчание всех окружающих начал говорить доктор Стреног, – необходимо отказаться от электричества.

Тишина в зале стала абсолютной. Слышно не только шум биения сердца, но и как бурлит и течёт в собственных венах и артериях кровь.

– Это не приемлемо! – резким тоном начал Никотауш, – как вы только могли додуматься до такого! Вернуться на тысячелетия назад, в эпоху пороха, паровых машин. Это абсурдно! Это…, это не возможно! Как же флот, как все наши тысячелетние достижения! Как же прогресс, в конце концов!

После не продолжительных дебатов представитель Совета Никотауш подвел итог: «Я не могу принять такое решение единолично, предложение будет доведено до Совета Объединения. Сейчас необходимо разослать директиву во все планетные системы, с указанием, в кратчайшие сроки провести инвентаризацию: вскрыть склады, музеи, частные коллекции и установить количественный и качественный состав всего того, что подпадает под определение „механическое“. Установить, что может быть нами использовано в военных целях. Поднять архивы с чертежами. Научному блоку совместно с разведкой: активизировать работу и в кратчайший срок найти метод противодействия оружию Акхнов».

– Следующий вопрос: каковы потери и ситуация на «фронтах», – Никотауш обратился к начальнику Генерального штаба вооружённых сил Объединения.

– Ситуация сложилась следующим образом, – начал доклад начальник Генерального штаба, – общие потери при обороне базы в системе «Дронсул» составили двадцать шесть человек, из них двадцать четыре погибли в момент появления противника. Двое бойцов, проводивших плановый осмотр систем визуализации, после отказа всех систем базы были унесены в открытый космос. Спасти их не удалось. Всех пилотов и бойцов, находившихся в обездвиженных кораблях и капсулах, подняли на борт базы. Индивидуальные и стационарные системы жизнеобеспечения работали без сбоя. Они работают на иных – химических принципах. После неожиданного ухода противника от базы её работоспособность полностью восстановлена. Также числится «пропавшим без вести» один космодесантник.

– Как так «пропал без вести», – возмутился Никотауш, – идентификационный код, индивидуальный маяк, ИМЖП[22]22
  ИМЖП – в данном случае Индивидуальный Модуль Жизненных Показаний. Вживляется в сердечную мышцу. Этим блоком оснащены все военные. Не является электронным прибором. Получает энергию от температуры тела и от сокращения мышцы сердца. Во время остановки сердца подаёт кратковременный мощный сигнал о смерти его обладателя, с попыткой его реанимации. Затем вплоть до остывания тела передаёт кратковременные сигналы достаточной продолжительности для обнаружения тела.


[Закрыть] наконец, что всё вышло из строя? Или он дезертир? При каких обстоятельствах пропал?

– В составе семнадцатой роты, – продолжил доклад адъютант, – боец, на военно-транспортном корабле двигался на военно-тренировочную базу «Гессор» в системе «Дронсул». При нападении корабль ушёл на запасную орбиту у планеты «Дранга». После атаки превосходящих сил противника были выпущены и сработали индивидуальные боевые и спасательные капсулы. Орбитальные и планетарные системы обнаружения зафиксировали появление на орбите двух крейсеров Акхнов, а так же высадку десанта на планету. Личный состав роты частично блокирован, но боестолкновения с противником не было. Акхны после эвакуации десанта сняли осаду с базы и быстро покинули звёздную систему в неизвестном направлении. Личным составом гарнизона планеты проведена спасательная операция и все, кроме одного космодесантника обнаружены и спасены.

– Может он в плену? – задал вопрос один из военных.

– Это невозможно. Во всех предыдущих случаях пленения, пленный боец, был в скафандре. Система жизнеобеспечения, питания, регенерации, в том числе оказание медицинской помощи противником, как и нами, проводилось по средству предоставления сменных блоков и замены расходных материалов. Создавать на ограниченном пространстве корабля иную среду обитания с иными требованиями к функционированию организма признано было нецелесообразным. Это показывают и бывшие в плену у противника наши солдаты. Скафандр космодесантника со всеми вещами, выведенной из строя платформой, обнаружен в тридцати километрах от маяка общего сбора. Выжить более нескольких суток общего времени, без скафандра в агрессивных условиях, которые на планете невозможно. Хочу отметить, что при осмотре места исчезновения установлено, что космодесантник принял бой с противником. Имеются следы боестолкновения, возможно смог кого-то ранить. Но его тело до настоящего времени не обнаружено. Сигналов бедствия или сообщения о гибели носителя от ИМЖП не поступало.

– То есть вы хотите сказать, что один наш солдат перепугал настолько противника, что Акхны бежали из звёздной системы в неизвестном для нас направлении? – не сдерживая своего раздражения, сказал Никотауш, – установили личность космодесантника?

– Установили, – продолжил адъютант, – это Ирвис Джокаевич, уроженец Землянухи. Биологических тридцать семь лет. Во время подписания контракта сменил имя на Арсений Трубач, записан как Арст с планеты Землянуха… По поводу причины, почему Акхны покинули, фактически без потерь захваченную звёздную систему, у нас ясности нет, – он сожалеюще развёл руками.

В зал вошёл курьер связи и направился к представителю Совета и начальнику Генерального штаба. Устно, что-то доложив, оба быстро поднялись и вышли. В зал стали входить посыльные с донесениями. По залу стал разноситься нарастающий гул.

* * *

Где-то, пока неизвестно где.

Арст очнулся от головной боли. Глаза не открывались. Последнее, что помнил, что он двигался на платформе на сигнал маяка. Оставалось чуть больше половины пути, как вдруг платформа резко стала падать вниз, скафандр повреждён, его заклинило, и он упал на поверхность планеты. С большим трудом удалось освободить руку из повреждённого скафандра и самостоятельно снять его полностью. Было жарко. Когда огляделся, то увидел приближавшихся со всех сторон противников. Они брали в кольцо.

Отыскал в обломках обычный нож, так как все остальное оружие не работало. В другую руку взял обрубок конечности скафандра и приготовился к бою. К нему приближались со всех сторон. Противник облачён в скафандры и его «оружие», как понимал, серьёзных повреждений нанести не сможет. Но не сдаваться же без боя! Если есть возможность биться, надо драться! Может быть, удастся пробить лицевую маску, а так и смотришь – повезёт, заберёт на тот свет с собой одного «чешуйчатого».

Один из противников вышел вперёд и чуть вырвался из строя. Резким рывком, благо сказывалась пониженная сила тяжести, удалось преодолеть разделяющее расстояние. Левым полуоборотом к противнику с зажатым обратным хватом ножом в левой руке и отведённой назад правой рукой, в которой был обрубок руки скафандра, нанёс резкий размашистый удар правой рукой, целясь в лицевой щиток скафандра противника. И сразу добавил боковым левым ударом, наотмашь, целясь в область глаз противника. И всё погасло. Больше ничего не помнил.

Очнулся только сейчас с больной головой, сухостью во рту и полной дезориентацией. Надо открыть глаза и осмотреться. Осторожно пошевелив конечностями, убедился, что переломов нет. Плечевые мышцы и левая нога болели, но это было несерьёзно. Дышать легко. Ребра не сломаны. Только темнота пугала. Если он в госпитале у «своих», то там свет равномерный, приглушенный, но никак не темнота, даже в «ночное время». С усилием воли открыл глаза. Сумеречная темнота не пропала. Потолок, небо не просматривается. Осторожно перевёл тело в вертикальное положение. Голова закружилась. В сидящем положении осмотрелся. Прямо перед взором оказалась стена из неизвестного материла, на ощупь тёплая и шершавая. Повернувшись на пол-оборота, обнаружил себя сидящим на возвышении над полом в окружении, как не сразу догадался постельных принадлежностей: одеяла, подушки. Было жёстко, но не «голые доски». Медленно, по нарастающей стало усиливаться освещение. Спустив ноги на пол, оказался достаточно низко от возвышения, которое наверно правильно было бы назвать кроватью, осмотрелся внимательней.

Помещение примерно три на четыре метра, стол, два стула, пустой шкаф и три углубления в стене в виде ниши. Возвышение, которое заменяет кровать. Санузел. Не поленился, пошёл его опробовал. Стены и потолок равномерно серо-зелёного цвета. И справа от кровати большое в полстены зеркало. Посмотрел в него и испугался увиденному. На меня смотрел очень худой, одетый в полевую атмосферную тренировочную форму без знаков различия босой человек. Его пепельно-белые волосы растрёпаны, лицо красноватого оттенка, как от непродолжительного, но активного загара. Глаза смотрели долгим, немигающим взглядом…

Очнувшись от наваждения, понял, что вижу себя. Но от того, как сам себя помнил, ещё с момента прибытия на вербовочный пункт, осталась только «тень» и этой «тенью» был «я». С осознанием этого уселся на стул. В мыслях было что-то непонятное, что – то такое, что не описать словами. Это и горечь утраты «себя самого», и непонимание заточения, и множество вопросов, ответы на которые не смог найти.

Сколько просидел на стуле, смотря в одну точку сказать, не могу. Время слилось в одно мгновение. Из этого состояния вывел шум открывающейся ниши. На ней оказалось две тарелки и стакан-термос. В одной тарелке крутое варево, не знаю сублимированное или натуральное, но на вкус как суп-харчо. Такое же острое и сытное. На второй два «картофельных» шарика. Осмотрев все это «богатство» понял, что приборов-то, чем кушать-то, и нет.

Переставив содержимое на стол. Ещё раз огляделся. Нет, не ошибся – ни ложки, ни вилки, ни палочек, ни чем ещё можно принять пищу в районе видимости нет. От вида и запаха съестного очень захотелось кушать. Набравшись смелости, не выдержал и выкрикнул, обращаясь в потолок.

– Мне руками кушать? Или все-таки ложку, вилку дадите?

Время шло, а приборов неизвестные, так и не передавали. Я уже думал, что они издеваются. Проверяют мою реакцию. Но к пище, как бы я не хотел кушать, не притронулся. Пошёл в санузел, разделся по пояс, обмылся. Помыл голову. Вода была приятная, даже тёплая. Но пить её не решился. Отравить то меня не отравят, раз вылечили и пытаются кормить, но дизентерию подхватить при таких обстоятельствах не хотелось.

Опять зашумели створки ниши и в ней оказались большая ложка раза в два больше обычной, и вилка с двумя зубцами угрожающих размеров. Ей только мясо снимать с огня. Недолго думая приступил к трапезе. Когда кушал, пришла хорошая мысль, что приборы отдавать назад не надо. Вилку можно использовать как оружие. Как говорится «ножа не бойся, а бойся вилки – один удар, четыре дырки». Тут уж не четыре, а две, при хорошем стечении обстоятельств, можно обеспечить.

В этот «день» со мной никто не вступал в контакт. На попытки завязать разговор, никакой реакции. Ни ответов на вопросы, ни реакции на чтение параграфов устава, ни на похабные частушки, незнакомый, или незнакомые «благодетели», не реагировали. Когда стало угасать освещение, взобравшись на «кровать» уснул.

* * *

Звёздная система «Проктор». Планета «Кросул». Расширенное заседание Совета Объединения.

– Неделю назад, – продолжил свой доклад представитель Совета Никотауш, – от Акхнов поступило предложение о перемирии на срок шесть месяцев. Не дожидаясь нашего ответа, они отвели свои вооружённые силы от векторов соприкосновения с нашими войсками. Каких-либо активных, широкомасштабных действий с их стороны не предпринимается до настоящего времени. Уважаемые представители Совета, они ждут нашего ответа. Окончательный срок истекает уже скоро. Необходимо именно сегодня и сейчас принять решение.

– Пусть доложит приглашённый начальник Генерального штаба, – перебил его Председатель Совета Самукш, – какова ситуация на «фронтах» и обрисуйте «в двух словах» стратегическое положение дел в настоящее время.

– Ситуация на «фронтах» противоречивая, – начал поднявшись с места начальник Генерального штаба, – после внезапной атаки на военно-тренировочную базу «Гессор», в ходе которой мы не смогли ничего противопоставить противнику, он отвёл основные силы в свои сектора и обеспечил полную, непроницаемую оборону уже занятых звёздных систем. Неделю назад, практически все боевые подразделения противника сосредоточились или на границе секторов, или в глубине обороны противника. По данным разведки, противник активно исследует пространство за пределами нашей Галактики. Проводится переоборудование, модернизация кораблей.

– Скажите, – перебил доклад Председатель Совета, – противник может использовать время для усиления своей армии и флота?

– Уважаемый Советник, – обратился к нему начальник Генерального штаба, – больше недели назад, противник фактически без потерь с его стороны, блокировал одну из самых оснащённых орбитальных баз, находящихся сейчас у нас в строю. По не выясненной до настоящего времени причине он отказался от штурма или ликвидации базы. Затем от противника по открытому каналу связи поступило предложение о перемирии. Во время переговоров с Акхнами присутствовал я, как начальник Штаба и Советник Никотауш. По мнению разведки, аналитиков, научного блока и моему личному мнению у противника в настоящее время уже есть силы и средства для уничтожения нашей группировки войск. Им перемирие не нужно, если они не затевают более долго идущую игру.

Повисло недолгое молчание, которое нарушил один из членов Совета.

– Сколько времени нужно для организации противодействия новому оружию Акхнов?

– По мнению экспертов, для установления характеристик и выработки методик противодействия уйдёт не меньше нескольких месяцев, самый реальный срок полгода, – с места ответил начальник Генерального штаба, – принципы, на которых действует оружие, выводящее все немеханические боевые системы, до настоящего времени не ясны…

После непродолжительного обсуждения, решение о перемирии с Акхнами поставлено на голосование членами Совета и принято большинством голосов. О чем тут же направлено соответствующе уведомление Акхнам и даны указания в войска. Кроме того, принято решение за это время активизировать работы в новых направлениях науки и техники. Провести инвентаризации имущества, складов, архивов. А также направить экспедиции в соседние Галактики.

* * *

Звёздная система «Проктор». Планета «Кросул».

После долгого, затяжного рабочего дня Председатель Совета Самукш сидел в своём любимом кресле и смотрел на огонь. Он любил смотреть на огонь. Тепло, распространяемое пламенем, передавали приятные ощущения по всему телу. Танец мерцающих языков очаровывал и придавал бренность всему сущему. Мерное потрескивание поленьев успокаивало. Он устал. Целых сорок лет Самукш состоит в Совете Объединения, из которых шестнадцать, является его Председателем. На время войны не решились переизбирать нового Председателя Совета. Тем более дела, как на «фронте», так и в гражданской сфере, шли до настоящего момента, без особых осложнений.

Самукш сидел в кресле и придавался воспоминаниям. Очень давно, он, ещё совсем молодой, прибыл в столицу Союза. Хотел посвятить свою жизнь служению государству, которое ему – выходцу из интерната не дало сгинуть после смерти родителей, дало образование и путёвку в жизнь. Да, ему повезло. Во время работы в государственном учреждении на средне-руководящей должности его заметил тогдашний член Совета и взял в помощники. Занимался Самукш социальной сферой и в свою заслугу мог записать действующую «пенсионную» систему и социальное обеспечение. Эта работа ему нравилась. Детей иметь не мог. Даже современная медицина с его прорывами не смогла ничего сделать. И Самукш был один. Именно в те давние времена он и принял для себя решение – все свои силы и умения направить на благо граждан Объединения. Это звучит пафосно и откровенно политизировано, но для него это именно так.

В политических играх Самукш с самого начала карьеры не участвовал, оставался верен себе и когда его уже опытного деятеля отправили в отдалённый сектор Союза, только что вошедший в Объединение, то он, не раздумывая направился работать. Именно работать, а не как думали остальные – добиваться места в Совете.

Годы шли и, только что вошедшая в Объединение звёздная система, стала одной из самых развитых в социальном плане. Много воды утекло с того времени, было и плохое и хорошее, но всё не упомнишь. Теперь война с Акхнами. Они же были в Объединении, стояли у его основания много сотен лет назад. Что-то пошло не так. Акхны неспроста запросили перемирие, они что-то затевают, готовятся к чему-то. Или знают то, что не хотят говорить.

Из раздумья Самукша вывел голос Никотауша, тихо вошедшего в помещение.

– Советник, не потревожил?

– Присаживайся Никотауш, у тебя что-то срочное?

– Я не знаю с чего начать. На Совете не решился огласить эту информацию.

– Начинай по порядку. А там может, и поймём в чём дело. Если не вдвоём, то ещё людей соберём, – усмехнулся Самукш.

– Акхны бегут из Галактики, – выпалил на одном дыхании Никотауш.

Повисла небольшая пауза.

– Они собирают всё ценное: ресурсы, технологии, знания, – продолжил Никотауш, – и направляют всё в соседнюю Галактику. По данным разведки ушло уже два каравана тяжелых транспортных кораблей с пассажирами. Это похоже на бегство.

– Выяснили причину, почему противник производит эвакуацию? – удивлённо спросил Самукша, – отправили за ними наши корабли?

– Ни узнать причину, ни проследить их конечную цель, пока не удаётся.

– Странно всё это, – задумчиво произнёс Председатель Совета, – грядут большие перемены, а мы не знаем какие, и к чему готовиться. На следующем заседании Совета объяви эту новость. Будем думать вместе. Ещё что то?

– Есть один поразительный случай, который не вписывается в общую картину, – начал Никотауш, – военные аналитики и аналитики Совета отмечают нелогичность действий Акхнов, хотя мы все знаем, что наш самый лучший аналитик, едва сравнится с середнячком «чешуйчатых». Нападение на базу «Гессор» было для нас внезапным и не прошло нескольких часов, как она вся была блокирована. Два крупных боевых корабля противника выходят из ордера и уходят к соседней планете, где проводят десантирование, блокирование гарнизона и опять уходят уже вместе со всей атакующей эскадрой. На этой планете потерь с нашей стороны нет, по крайней мере, срабатывания ИМЖП не зафиксировано. Пропал один боец – космодесантник. Один из наших молодых аналитиков считает, что вся операция в звёздной системе проведена противником для его захвата.

– Кто этот аналитик? – не скрывая раздражения, спросил Самукш, – он объяснил свои выводы, обосновал фактами?

– Это мой племянник, – тихо сказал Никотауш, – он только поступил на службу в военную разведку в качестве аналитика. И все расчёты, и анализ делал на основании той информации, которая у него была. Официально не проводились параллели в данном ключе. Это его личная инициатива.

– Так почему ты докладываешь мне об этом…, этом домысле?

– Его выводы были убедительными, и я решил высказать его вам в неофициальной обстановке, без доклада перед Советом.

– Ладно, хорошо, – уже официально продолжил Самукш, – дай указание нашим специалистам проверить, сравнить информацию. О результатах доложишь через неделю.

Никотауш вышел и Самукш остался один. Языки пламени в камине всё также извивались, показывая причудливые фигуры фееричного танца огня.

* * *

Военно-тренировочная база «Гессор».

Самал сидел в столовой и принимал пищу. После дежурства в карауле полагался выходной от подготовки и всяких будней космодесантника. Его брат Рамал отсыпался. Он не смог его поднять даже на обед.

После провала обороны базы её спешно модернизировали, усиливали. Радовало только одно, что объявленное перемирие с Акхнами пошло на пользу уже уставшим от рутины войны солдатам. Рядом за столик подсел их командир взвода Кристис. И тогда Самал не выдержал и спросил: «Командир, о Арсте ничего не слышно? Он погиб?»

– И ты туда же, – резко ответил Кристис, – меня уже со всех сторон затаскали с этим Арстом… Сбежал он, сгинул, улетел в центр Галактики.

– Но…

– Два наряда вне очереди!

– Но, я только что сменился, – вытянувшись по стойке «смирно» стал возмущаться Самал.

– Отставить. После приёма пищи поступаешь в распоряжение научной роты. Им что-то помочь надо, – уже чуть успокоившись, сказал лейтенант, – обратишься к майору Вэнгеру. Маршрут скинул на коммуникатор.

«Эх, язык мой – враг мой, а хотел к связисточкам сегодня сходить», – подумал Самал и, закончив приём пищи, пошёл по маршруту, проложенному коммуникатором.

Идти предстояло долго. Научная рота, или как их «за глаза» называли «чистюли», располагалась на другом уровне базы в противоположном от дислокации десантников секторе.

Весь путь Самал укорял себя за несдержанность. Всегда так. Он может найти себе «приключение» на свои конечности в самых неожиданных местах. Нет бы, как брат, который в каждую свободную минуту изволит спать…

– Майор Вэнгер, – обратился к старшему по званию Самал, – космодесантник Самал по приказу командира взвода прибыл в ваше распоряжение.

– Проходите рядовой, поступите в распоряжение опытной группы, они вам всё расскажут. Краснов, – обратился к недалеко стоящему человеку майор, – космодесантник поступает в ваше распоряжение. Объясните, что от него требуется.

К Самалу подошёл на вид молодой, не только для военного, но тем более для «чистюли» парень. С одного взгляда на него можно сказать, что он тяжелее коммуникатора ничего в своей жизни не поднимал. Такой хлюпкий, неказистый с длинными, тощими руками и крючковатым носом.

– Пойдёмте со мной, будем работать в моей лаборатории, – и быстрым шагом направился по коридору.

Самал с трудом успевал за быстрым, уверенным шагом «паренька».

Лаборатория оказалась обычным кабинетом, заставленным коробками, ящиками, и всяким ещё непонятным для Самала оборудованием. Только одно сильно удивило. Это женщина, даже нет, не так, а Кра-Си-Ва-Я девушка встретила их на пороге лаборатории. На вид ей до тридцати, хотя все сейчас, после проведения процедур «остановки старения» выбирали примерно этот возраст – около тридцати лет женщины и тридцать-тридцать пять мужчины. Определить «на глаз» точный биологический возраст очень проблематично.

– Амала, – начал говорить Краснов, – покажите нашему помощнику, что и куда надо поставить, переставить, поднять и отнести. Сегодня он в нашем распоряжении и всю организационную работу надо выполнить. Завтра, после настройки аппаратуры начнём эксперименты. А я пока свяжусь с военными и попрошу присылать нам тех, с планеты «Дранга».

– А что там, на планете, мне тоже приходилось там бывать, – не отрывая глаз от девушки, спросил Самал.

– Вы подверглись излучению на планете? Вы были в той группе, которая совершила посадку во время нападения? – не скрывая своего удивления, спросил Краснов.

– Да, я со своим подразделением был там. После посадки у меня заклинил скафандр, и я простоял столбом почти шесть часов, пока меня не извлекли, – чуть смущаясь, ответил Самал.

– Очень интересно, очень, – потирая ладони, сказал Краснов, – тогда позвольте представиться, я академик Краснов и не смотрите на мой внешний вид такими удивлёнными глазами. После процедуры ОС, что-то пошло не так и меня заморозили примерно, – он закатил глаза и продолжил, – даже уже не помню когда и на сколько лет. Вывели из криогенного сна, когда смогли разобраться, что произошло тогда во время процедуры ОС, но побочный эффект всё-таки остался. И выгляжу я не совсем презентабельно.

– Кстати, познакомьтесь, – продолжил академик, – это Амала, моя внучка.