Текст книги ""Фантастика 2026-1". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)"

Автор книги: Настя Любимка

– Лётчик, ты как? Живой?

– Да, всё нормально.

– Вот и хорошо. Десять аханов привести себя в порядок. Мы уже на орбите планеты.

Чрезмерной перегрузки мой организм не почувствовал, сознание не терял, но с непривычки чувствовал себя неважно. Потянулся отстегнуть ремни.

– А ты, как там тебя называть, подконвойный, пока полежи пристёгнутым.

– Кормить, когда будут? – спросил, как-то машинально, так как ничего другого на ум не пришло. Но прислушался к своему организму и понял, что разыгрался аппетит. Ведь после медицинских процедур я только пил воду, а чем меня всё это время кормили вопросом не задавался. Какими-то инъекциями скорее всего, как только не отравили. Хотя, за столько-то времени они вполне могли изучить метаболизм и особенности организма аборигенов, ну то есть нас – землян.

– Кормить будут, не переживай. Нам приказано тебя довезти в целости и сохранности. Если конечно чудить не будешь.

– Смысл чудить? – пытался разговорить своих оппонентов, всё равно делать нечего, хоть поговорить, тем более язык теперь знаю и можно пусть и осторожно, но узнать то, чего не знают другие, – бежать мне отсюда некуда. Вокруг космос. Даже если перебью вас и всю команду, то что делать дальше? В спасательном боте спускаться?

– Аварийно-спасательный бот не поможет, – ухмыльнулся один из охранников, – им тоже управлять необходимо. Он на этом старье неавтоматический.

– Во, как⁈ Я-то думал, что раса анторсов, – пока конвойные приводили себя в порядок, отстёгивали ремни, проверяли форму, оружие, продолжал осторожно задавать наводящие вопросы, – цивилизованная. У нас каждый спасательный аппарат имеет автоматический режим. Даже когда человек теряет сознание, он срабатывает, – не думал, что выдам тайну работы катапультируемого кресла, но пытался взыграть на самолюбии анторсов. За всё непродолжительное время, что с ними находился, я ни единым движением или взглядом не выказал сопротивления, хотя лихорадочно искал хоть шанс, чтобы захватить с собой или побольше врагов, или в лучшем случае уничтожить корабль. Только при мысли, что предстану перед Советом меня начинало трясти. Это скорее всего были воспоминания, доставшиеся от Глена, но и их хватало, чтобы понять – на «Штоонссса́р» попадать мне не следует, по крайней мере живым.

– И у нас тоже. Всё, прекратить разговоры! Лейтенант, свяжись с помощником капитана корабля, уточни, когда принесут питание.

– Есть! – ответил тот самый молоденький конвойный, но вместо того, чтобы выйти, покинуть каюту, прильнул к прикреплённому на левой руке устройству. И через минуту доложил:

– Мой капитан! – странное у них обращение, отметил для себя. Скорее всего, что и неудивительно, меня неполным объёмом информации по знанию языка обучили, так как некоторых тонкостей общения и речевых оборотов не понимал до сих пор. Но хорошо, что, вроде, освоился с произношением и меня все понимали. – Помощник капитана сообщил, что в течение полутора часов прибудет матрос с рационом. Согласно инструкции, пояснил он…

– Я в курсе, – прервал капитан.

– Опять сухпаёк, – тихо произнёс кто-то из конвойных.

– Ничего, потерпим. Тут недолго, а потом…

– Так, тихо, – вмешался капитан, – лётчик, ты если надо, иди, занимайся своими делами, пообедай, нам всё равно покидать каюту без сильной необходимости запрещено.

– Так и мне запретили. Как только взошёл на корабль, так меня ознакомили с инструкцией, что мол ходить по кораблю запрещено. Я даже удивился. Корабль не новой модификации, не крейсер и тем более не корабль-курьер, но всё же…

– Понятно.

– Эй, мне бы и себя в порядок привести, в туалет сходить, умыться, – подал голос. Если честно, не ожидал положительно ответа, но его и не последовало. Капитан – старший конвоя коротко кивнул и к моему спальному место подошли двое: один отстёгивал страховочные ремни, а второй страховал. Когда отстегнули магнитные наручники от поручня, понял, к чему такая предосторожность. Не успел потереть затёкшую в неудобном положении руку, как меня пристегнули к конвойному, и надо же, именно правой рукой. Ладно, потерплю.

– У тебя десять минут. Санкомната там, – капитан указал в дальний угол помещения, где имелась едва приметная дверь. Я её не сразу заметил, только когда стали подходить ближе, она плавно отъехала и показался незнакомое с виду сооружение. Как его описать, даже не знаю, но если сказали, что это санкомната, то логично, что перед моим взором предстал унитаз, вот только он был непривычного вида, больше напоминающий трон с подлокотниками и удобной спинкой, да и на подлокотниках было столько кнопок, что я сначала растерялся.

– Что стоишь, заходи, – подтолкнул меня конвойный.

– Я-то зайду, но… – я указал на наручник, – тут место для одного. Двери не закроются.

– Так и не закрывай. И давай быстрее!

Что ж, я не стеснительный. На выходе приходилось и лопухом подтираться и ссать лёжа, но чувствовал себя я как не в своей тарелке. А ещё этот трон. Методом тыка всё-таки умудрился нажать именно туда, куда надо. У рукомойника – умылся. Хоть здесь ничего непривычного не было. Такого типа умывальное приспособление мне оказалось знакомо.

– Что так долго? Давай быстрее!

Но что раздражало, так это постоянные дёрганье руки и иногда не вовремя, что не выдержал:

– Ещё раз дёрнешь, без глаз останешься!

Помогло. Оставшееся минуты я провёл относительно в комфортных условиях. Умылся, прополоскал рот. В общем, привёл себя в порядок и с довольным видом вышел. На что охранник недовольно поморщился.

За время моих водных процедур принесли рацион питания. Как оказалось, для всех. Сидели, ели молча. Я не скрываясь бросал злобный взгляд на ашш Сошша Хааша, что тот не выдержал и отвернулся. Вдруг сначала у одного охранника, потом у второго, а потом и у всех в комнате зазвучал тревожный сигнал вызова на коммуникаторе.

– Боевая тревога⁈ – не скрывая удивления, тихо произнёс молодой охранник и тут же освещение сменилось на аварийное и зазвучала сирена.

Глава 4

Я, не понимая, что происходит, продолжал сидеть и доедать свою порцию. Война – войной, но обед по распорядку. Неизвестно, когда в следующий раз придётся нормально поесть горячей пищи, да и вообще, придётся ли вообще её отведать. Суета и мельтешение анторсов меня стала напрягать. Командир, не видя этого бардака, уткнулся в коммуникатор и пытался выйти на связь. Не знаю, с его прямым командованием или с капитаном корабля, но вот остальные суетились: ходили из стороны в сторону, хватались за оружие, в общем – бардак чистой воды. Спокойно доел, вытер лицо влажной салфеткой, что входила в комплект рациона и глазами нашёл Сашу. Он-то должен знать, что происходит, вроде пилот, пусть и атмосферной авиации.

– Слышь, Саш, что происходит? – обратился к нему, не ожидая получить ответ. Он так же сидел, уткнувшись в коммуникатор и казалось ничего вокруг не замечал.

– Тревога объявлена!

– И что, в первый раз? – не понял такой суеты.

– Такая впервые, над всей территорией планеты, – не отрываясь от коммуникатора, говорил анторс. Быстрыми и ловкими движениями он продолжал что-то писать в коммуникаторе, – во всех соединениях, в том числе и на «Штоонссса́ре». Именно оттуда пришёл приказ.

– Хм. Может кто из Совета помер или военный переворот? – предположил единственное, что пришло на ум. Наши – земляне не могли так напугать обитателей космического корабля, что находится на орбите Луны.

– Ответа не дождался, связи нет! – выругался командир конвоя, – ашш Охана, к командиру или помощнику, быстро. Узнай, что происходит и что делать нам. Лётчик, у тебя что, смог связаться со своими?

– С командованием – нет, канал связи перегружен. Связался с отцом. Он на «Штоонссса́ре».

– И, не тяни.

– Со стороны светила сканеры засекли появление массивного тела, не уступающее своими показателями по массе нашему кораблю-матке. Сигнатуры не распознаны. В лучшем варианте это комета, в худшем – корабль неизвестный расы, – тут ашш Сошша оторвался от изучения коммуникатора и пристально посмотрел на меня, а потом как рванёт ко мне, что едва успел заблокировать удар, – это всё он! Это он – хоск вызвал своих! Надо его расстрелять и немедленно!

Подскочили конвойные, разняли.

– Убить успеем, не суетись, лётчик, – успокоил командир конвоя.

В это время вошёл посланный им боец к командиру корабля:

– Докладывай!

– Капитану корабля поступил приказ оставаться на орбите планеты, – коротко доложил боец.

– И? – не понял капитан, – лётчик, поясни.

– Манёвр вокруг планеты совершается в двух случаях. Во-первых, для разгона космического аппарата и корректировки полётной траектории, но в нашем случае это не нужно делать, так как тяги двигателей хватает, и без гравитационного манёвра достигнута необходимая скорость, а маяк цели прибытия не даст сбиться с пути, – как по учебнику говорил ашш Сошша, – во-вторых, в случае внештатной ситуации, когда корабль вышел на орбиту планеты, но пока не прошёл точку невозврата к цели полёта. Мы, как поминаю, сейчас во второй фазе полёта, корректировка курса и пока не отдалились от планеты настолько, чтобы нам оставалось единственное – продолжать путь к цели. Вот командиру и приказали не продолжать полёт, но и не садиться обратно на планету, а выйти на орбитальную траекторию полёта. Вполне логично, кстати. Как только выяснят, что появилось в звёздной системе, сообщат, что делать дальше.

– И сколько времени это займёт?

– Летать вокруг планеты мы сможем несколько недель, если не дольше, топлива тратится меньше, только вовремя корректировать высоту, чтобы не свалиться в гравитационный колодец. А вот с едой и остальным, не знаю. Это же не пассажирский лайнер, но думаю тройной запас жизненно важных компонентов имеется.

– Значит, без особого риска можем летать вокруг планеты примерно дней десять.

– Вполне вероятно, – спокойно ответил лётчик, продолжая с нескрываемой неприязнью смотреть на меня.

– Лётчик забыл добавить, что при орбитальном полёте имеется возможность воспользоваться спасательной капсулой, а… – вступил в разговор.

– Заткнись! – вновь попытался достать меня лётчик. И чего я ему такого сделал, что он на меня так взъелся, не понимаю. Пройдёт время, убедятся, что в систему вошла какая-нибудь периодичная комета и все успокоятся, но нет, пробовал меня ударить. Хорошо, что сдержался, не ответил, хотя мог и нос ему сломать.

– Успокоились, оба! А ты, подконвойный, чтоб молчал и не влезал в разговор, когда истинно живые говорят!

– Так и я вроде не мёртв, – ответил, приготовясь получить удар, но его не последовало. Только капитан конвоя сквозь зубы процедил:

– Ещё одно слово и, клянусь Советом, я лично тебе башку прострелю!..

Сутки прошли в нервозном ожидании. Корабль вышел на орбиту планеты и нарезал витки, ожидая разрешения продолжить путь по маршруту, но приказ не поступал. С моей точки зрения за такой длительный срок уточнить, кто или что появилось в Солнечной системе с такими техническими возможностями, как у анторсов, не составляло труда. Ведь даже наши астрономы массивное космическое тело найдут и сопроводят. Вот только что-то наводило на мысль, не всё так просто.

Бо́льшую часть времени я лежал, иногда проваливаясь в дрёму. Прям как в лучших пансионатах: сон и трёхразовое питание. Вот только прогулок по свежему воздуху не хватало, да медицинских процедур, а то режим прям точь-в-точь как в пансионате, где проходил восстановление после ранения.

Я лежал с закрытыми глазами и размышлял. Попытки провоцировать Сашу и конвойных не удались. Не представилось ни единого случая, чтобы завладеть оружием или на крайний случай хотя бы взять заложника. Слишком все насторожены и внимательны. Даже Саша пусть и бросался на меня, но делал это осторожно, зная на что я способен. А последнее предупреждение из уст начальника конвоя меня окончательно убедили, что у них нервы на пределе и любой необдуманный шаг приведёт к бесславной смерти. Меня просто-напросто пристрелят.

Тихо, едва слышно раздался вызов чьего-то коммуникатора. В тишине, царившей в помещении, этот, лично для меня неприятный сигнал заставил открыть глаза и прислушаться. На вызов обратили внимание все. Так как чуть меньше суток все попытки связаться с внешним миром к положительному результату не привели, да и особых попыток не было. Соблюдался режим радиомолчания.

– Это отец. Сообщение прислал, – оживился ашш Сошша Хааш, – может нам скоро разрешат продолжить путь.

Саша вчитывался в полученное сообщение, и я заметил целый букет эмоций, что промелькнул на его лице.

– Читай вслух, если это не личное, конечно, – попросил капитан конвоя.

– Это, этого не может быть!

– Что, невеста выбрала другого? – подколол один из конвойных.

– Нет, вы не понимаете! Этого не может быть!

– Так поясни нам, всё равно делать нечего. Может с высоты нашего опыта подскажем, что делать.

– Несколько минут назад Совет принял решение увести «Штоонссса́р» из звёздной системы!

– Это как так? – встрепенулись все анторсы. Подобное заявление и для меня оказалось неожиданным, но такого бурного проявления реакции от степенных и надменных анторсов я не ожидал. Кто из охранников сидел – встал, кто стоял – подошли ближе к сидевшему ашш Сошша Хаашу. – Не тяни, говори.

– Это всё. Отец написал, что они уходят.

– Дай сюда, – не выдержал капитан и фактически вырвал из рук коммуникатор. Он быстро пробежался глазами по сообщению и зачитал вслух: «Мой сын, только что Совет принял решение отвести „Штоонссса́р“ из звёздной системы. Береги себя».

– И всё? Почему приняли такое решение, а как же мы и те, кто остался на планете? И вообще, что происходит⁈ – не выдержал нервного напряжения молодой конвойный.

– Успокойся. Сейчас попробую связаться с командованием, а ты, сержант, сходи к капитану корабля. Может он что прояснит.

Я лежал, анализируя ситуацию. Правители анторсов уводят основные силы из звёздной системы. Не скажу, что бросают на произвол судьбы находящиеся на планете войска. Остаются клоны, ну на них анторсам наплевать, но на планете остаются и истинно живые, которых по моим подсчётам на планете примерно треть от всего личного состава, и все или узкие специалисты высокого класса, или руководители среднего и высшего звена. А такими кадрами при ограниченных ресурсах не разбрасываются. Но и немаловажный факт, на планете остаются и корабли-заводы, и прочее, как военное, так и гражданское имущество, и оборудование. Ладно бы они куда на орбиту соседней планеты, ну или куда ещё отошли, сменили так скажем место дислокации, но нет, чётко говорится, что уходят из звёздной системы. Что их так напугало или что послужило толчком? Я лихорадочно размышлял, но на ум приходило только одно и это то нечто, что вошло в нашу звёздную систему.

– Лётчик, – обратился к ашш Сошша Хааш, но он не отреагировал, – Саша!

– Отвали! Не до тебя, ошханса[1]!

– Известно, что за объект вошёл в систему? Это важно. Его распознали?

– Отвали! Не знаю!

Продолжать приставать к находящемуся в таком возбуждённом состоянии не стал. Переключился на командира конвойной группы.

– Эй, капитан, поговорить надо.

– Чего тебе? В санкомнату приспичило? – тот сразу не пресёк мою попытку заговорить, а пусть и неуместно, но попытался пошутить.

– Нет. Нам надо срочно спускаться на планету. Передайте капитану корабля, пусть…

– Это ещё почему⁈ – вступил в разговор другой охранник.

– Так корабль ушёл, нам некуда больше лететь, а чем дольше мы находимся на орбите, тем хуже для нас – мы идеальная цель. Как вы начали захват планеты?

– С уничтожения орбитальной группировки, как по учебнику.

– А наш корабль сейчас что? Или правильнее сказать где? – говорил спокойно, стараясь чтобы они сами пришли к той мысли, что посетила меня.

– Находится на геостационарной орбите.

– И? Что до вас никак не дойдёт⁈ – не выдержал, сорвался. Хотя понятно, они-то не лётчики, а представители планетарных войск. Была надежда на Сашу, что он быстрее поймёт в чём дело, но он так и сидел, тыкал в свой коммуникатор, пытаясь связаться хоть с кем-то, а я продолжал. – Неизвестный объект, что вошёл в звёздную систему опознали. И это не вопрос, а утверждение. И с большой долей вероятности объект – это космический корабль, а если приняли решение улететь, то…

– Мой капитан, – запыхавшийся вошёл посланный к капитану корабля сержант.

– Что у тебя?

– Сейчас будет объявление по кораблю. Мы идём на посадку, – не успел он договорить, как ожили динамики громкой связи.

«Всему экипажу и пассажирам! Внимание! Получен приказ совершить посадку на планете. После корректировки орбиты, будет произведён спуск. Место планируемой посадки – место старта. Внешняя и внутренняя связь заблокирована. Объявления будут транслироваться по громкой связи».

– И всё?

– А ты что хотел, сержант?

– Так, когда я прибыл на капитанский мостик, там такая суета стояла. Просил, требовал, хоть кого-то пояснить, что происходит, но сказали идти в каюту и что всё сейчас объявят.

– Ошханса! – откидывая коммуникатор, выругался ашш Сошша Хааш.

– Капитан! Ведите себя прилично! Не разбрасывайтесь вверенным вам имуществом!

– Извините, офицер, – после непродолжительной паузы взял себя в руки ашш Сошша Хааш, – но то, что происходит, не укладывается у меня в голове. Отец не отвечает. Связь с командованием заблокирована.

– Было объявление по кораблю, что связь заблокирована. Я если честно удивляюсь, как прошёл последний сигнал.

– Я… у меня отец занимает высокий гражданский пост.

– Это понятно, но не объясняет причину, почему отвели корабль с орбиты спутника…

Я слушал логические измышления врагов и надеялся, что они придут к верному умозаключению, но, когда по третьему разу все стали сокрушаться, что ситуации, когда корабль-носитель покидает звёздную систему, бросая без материально-технической поддержки высаженный для захвата планеты десант, не выдержал.

– Послушайте, товарищи анторсы! – моё необычное для слуха обращение возымело действие. На меня обратили внимание.

– Что тебе, хоск? – недовольно произнёс капитан конвоя, – знаешь, я раскрою тебе небольшую тайну, в случае попытки побега или попытки твоего освобождения у меня однозначный приказ тебя пристрелить.

– Я в курсе. Но я не собираюсь бежать, – хотел добавить «пока», но не стал нагнетать обстановку, – у вашей расы есть враги? Есть те, кого вы боитесь или равны вам по силам и открытое противостояние приведёт к большим потерям, и неизвестно кто в итоге выйдет победителем?

– Хоски, – одновременно ответили оба капитана.

– Это понятно. Есть ещё какая раса или цивилизация, что в состоянии вам противостоять? – повисла пауза, отвечать сразу на вопрос никто не торопился. И пришлось задавать наводящие вопросы. – За время вашего… путешествия встречались разумные расы?

– Как говорил отец, обитаемых и пригодных для жизни планет за всё время встретилось только две, и ты о них знаешь, – задумчиво произнёс ашш Сошша Хааш.

– Странно, – моя теория не сработала. Никто им не встречался, но я не отчаивался. – А во время полёта встречи с кораблями других рас случались?

– Об этом не знаю, – ответил Саша, но сразу резко встал и направился к выходу.

– Ты куда, лётчик?

– К командиру корабля, я всё-таки пилот, может нужна помощь или совет…

«Контакта с другими расами, кроме тех, что известны мне, у анторсов не было, – от нечего делать, сидел, размышлял, – но тогда почему отвели корабль-матку из звёздной системы. Совет перестраховался? Не похоже. Людьми сражение за планету практически проиграно. Захватчики переходят к следующей фазе… вот только что это за следующая фаза я не знаю. Но очевидно, что-то пошло не так. Очевидно, что массивное тело, вошедшее в звёздную систему – это космический корабль. Вот только чей? Явно не анторсов. Может и вправду – хоски? А сколько времени прошло с того времени…».

– Слушай, капитан, а сколько времени прошло со встречи с хосками?

– А ты сам не знаешь?

– Нет, не знаю, поэтому и спрашиваю, – разубеждать или наоборот утверждать, что я – хоск, уроженец Горгогоханской империи не стал. Я и сам окончательно не разобрался в себе. Во мне есть часть капитана Глена и эта бо́льшая часть сознания: его опыт и знания несоразмеримы с моими, но оно не подавляет сознание уроженца планеты Земля, а дополняет и в этом вся сложность понимания.

– Четырнадцать ашахов.

– Всего-то двадцать лет⁈ – не скрою, ответу я удивился.

– Отсчёт времени на корабле и на планете идёт по-разному. На планете за это время прошло сто пятьдесят ашахов. Сменились поколения.

– Больше двухсот лет, – быстро перевёл в уме величины. – А почему так?

– Много задаёшь вопросов, подконвойный, заткнись! – я-то подумал, что сумел разговорить анторса, но нет. И в это время вернулся ашш Сошша Хааш.

– Нам приказано прибыть на палубу Ш-5 и занять места в эвакуационном боте.

– Это ещё почему? Кто отдал такой приказ? – не поверил капитан конвоя.

– Я знал, что не поверите… вот, – он протянул свой коммуникатор. Капитан внимательно вчитался в строки приказа и нехотя протянул его обратно.

– Группа, исполнять приказ. Сопровождаем объект на палубу Ш-5, занимаем места в спасательном боте, – чётко произнёс командир, но тише, обращаясь к лётчику, добавил, – всё так серьёзно?

– Более чем. Экстренно идём на посадку. Входить в атмосферу будем практически под прямым углом лишь с частичным замедлением скорости, мягкой посадки не будет. И корабль не боевой фрегат, а грузопассажирский, может не выдержать таких нагрузок.

– А экипаж и груз? – задал вопрос, услышавший разговор другой охранник.

– Экипаж займёт места в спасботах после совершения необходимых манёвров, но нам предписано сделать это сейчас, – ответил ашш Сошша Хааш и покосившись на меня, добавил, – этот хоск оказался прав. Объект, что вошёл в звёздную систему разделился и к планете с ускорением приближается космический корабль, класса не ниже крейсер.

* * *

[1] Ошха́нса (здесь) – непереводимое бранное слово.