Текст книги ""Фантастика 2026-1". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)"

Автор книги: Настя Любимка

– Попробовать можно, но как его восстановить, ни специалистов, ни соответствующего инструмента, ни расходных материалов на базе не имеется, – покачал головой Савельев. Именно он стал неформальным лидером, а точнее вторым лицом на базе. Первым, как и положено являлся капитан первого ранга, но он пока полностью не восстановился и только входил в курс дела. А вот Савельев на удивление держался молодцом. Многодневный переход на СГАПе на пределе технических характеристик аппарата, на пределе человеческих сил, не только не сломал его ни морально, ни физически, а наоборот, укрепил и придал сил. В боевой обстановке удачное спасение бо́льшей части экипажа АПЛ выглядело не просто фантастически, а нереальным, но свершённым фактом. Поэтому авторитет капдва вырос до небывалых высот.

– О чём вы говорите? – спросил генерал-командор. Пришлось перевести.

– При обнаружении порыва, можно попробовать напрямую подсоединить наши средства связи, – после недолгого молчания, произнёс анторс-техник. – Это же не радиосигнал, а простая электрическая цепь, замкнутая на приёма-передатчик.

Перевёл собравшимся.

– Это можно попробовать, – оживился Кузнецов, – если создать программу сопряжения, тем самым сгладив различия, то…

– Но сначала надо отыскать порыв, если он вообще имеется в пределах доступности, – засомневался капраз.

Долгих обсуждений больше не было. Ведь это единственное решение, которое устроило всех, в том числе и анторсов. По проводной сети можно, используя как ретранслятор какой-нибудь выход на поверхность, передать послание и их командованию, тем самым не выдавая источник сигнала.

– Ашш Сошша Хааш, надо поговорить, – шли вместе по коридору. Я так и остался среди анторсов, которым поручили обследовать на предмет повреждений один из коридоров, – может назначишь кого из своих, кого обучить языку? А то я задолбался работать переводчиком, – последнюю фразу произнёс на русском, не знал эпитетов на анторском наречии.

– За-дол-ба-ссиа, это звание? – очень сильно коверкая слова, медленно, по слогам, произнёс в ответ Саша. От неожиданности я остановился, заставив идущих следом резко затормозить от моего неожиданного манёвра. Ведь Саша ответил по-русски. Едва понятно, очень плохо, но он по крайней мере понял, что я ему сказал.

– Ты меня понимаешь⁈ – спросил медленно, чётко произнося русские слова.

– Немнохо. Чути-чуть.

– Так чего скрывал?

– Язык очень трудный, а произношение, как понимаю, далеко от идеала. Ты вот освоился, и если не знать, что ты не истинно живой, то по произношению не определить этого, – бегло, на анторском продолжил ашш Сошша Хааш. – Но ты прав, я к тебе приставлю ещё двоих, чтобы обучались языку. Но они, как и я солдаты, пусть и истинно живые.

– А если клонов попробовать обучить? – задал вопрос, понимая, что сморозил глупость. Клоны стоят ниже в иерархии анторсов и каждый вид производится для определённых нужд, будь то воинская служба, обслуживающий бытовой персонал или технический. При создании им закладывают развитие определённых отделов головного мозга. Ведь они не проходят этапы детства, юности, отрочества, когда формируется единственный и неповторимый узор нейронных связей, а за короткое время, буквально за недели, а отдельные виды клонов создаются за считанные дни по шаблону, исходя из потребностей. Зачем клону, кто будет заниматься исключительно техническим обслуживанием несложных механизмов развитое воображение или склонность к анализу? Правильно, незачем, вот и создают их с минимально необходимым развитием определённых участков головного мозга, а соответственно и нейронных связей.

– Надеюсь, хоск, ты понял, что сказал глупость, – злорадно улыбаясь, ответил Саша.

– Понял, понял, но ведь можно создать тех же клонов со способностью к языкам, – не хотел признать свою оплошность. Для истинно живых – клоны второй сорт, ниже… как ни странно, только аборигены с другой планеты, но те то хоть живые, а не созданные, вот и возникла дилемма. Первое время меня настораживало, как легко приняли союз землян с анторсами истинно живые, пусть не все, но всё же, но потом до меня дошло, что они создали союз не с землянами, а с хоском, то есть мной – воином, кто доказал свою непобедимость и, показав силу, заставил отступить истинно живых. Вот только если они так легко пошли на уступки, что их сдержит вновь обернуться на сто восемьдесят градусов и встать в один ряд, плечом к плечу с шнахассами, разделив сферы влияния на планете и «мирно» потом сосуществовать.

– Для этого нужен завод, изменение технологии, шаблон-слепок, а его нет, – ответил ашш Сошша Хааш на моё предложение.

– У меня ещё один вопрос, генерал-командующий, – наша процессия дошла до коридора и сопровождающие принялись обследовать шурф, а мы отошли чуть в сторонку, чтобы не мешать. – Кто вам, истинно живым мешает договориться со шнахассами разделить планету на сферы влияния и… – я не договорил, а ашш Сошша Хааш вспылил, своим эмоциональным ответом привлекая внимание сопровождающих.

– Истинно живой никогда не пойдёт на примирение с напавшим! Каждый из нас быстрее примет смерть, чем сядет с ним за один стол вкусить пищи, чем… – Саша продолжал говорить, во множестве эпитетах объясняя, что ждёт того, кто только заикнётся прекратить сопротивление, сложить оружие и предложит переговоры с теми, кто подло напал, кто покусился на святое – на их дом-корабль, на Совет истинно живых, на их родных и близких… Я стал бояться, что Саша переусердствует в выражении твёрдости и решимости намерений вместе одолеть шнахассов, но тут как никогда вовремя пришло сообщение по рации, что в одном из коридоров обнаружен разрыв кабеля связи и нам необходимо срочно туда прибыть. По дороге, пока мы шли к месту, я обдумывал слова анторса. И не находил ни фальши, ни логических пробелов, ни других каких-либо настораживающих или ускользнувших от меня факторов, что позволили бы усомниться в его словах.

В коридоре, где обнаружили порыв, работа по расширению отверстия шла полным ходом. Здесь собрались почти все анторсы и офицеры-моряки. Работали, не гнушаясь помогать друг другу, вгрызались в скальную породу, относили грунт, расширяли отверстие, а когда закончили и моряк Кузнецов и анторс-техник приступили к своим шаманским действиям, я подошёл к Саше.

– Я тебе верю, генерал-командор ашш Сошша Хааш. Спасибо за откровенность, я тебя понял, – произнёс, пожимая ему руку.

А через минуту раздался радостный вопль Кузнецова:

– Связь! Есть связь, товарищ капитан первого ранга!..

Глава 18

– Сколько тебе раз повторять, солдат, передай министру обороны или кому ещё, что Марлин-12 на связи. Какая тебе разница, кто это⁈ Сам не понимаешь, что позывные для того и придумали, чтобы… Что⁈ Ну, слушай, сухопутная крыса, доберусь до тебя и тогда… Вот с-щука! – огрызнулся капраз, передав коммутатор анторсу.

– Странно, почему не соединяют, пусть и с каким офицеров, кто способен принимать решение, – задал риторический вопрос. Второй час пытаемся выйти хоть на кого-то, кто в состоянии принимать решения.

– Так принимающий абонент не видит адрес вызвавшего. Мы же не с номерного аппарата соединяемся, а с анторской штуковины. Из-за этого и такая канитель, они не знают, кто вызывает, думают, что несанкционированное подключение, – пояснил Кузнецов, вновь взявшись что-то переписывать на планшете.

– Ну пропиши адрес, хотя бы этой базы, – вот почему всё надо придумывать самому.

– Не получится с адресом. И не получится подключить номерной аппарат, пробовали, – не отвлекаясь от своих дел, отвечал матрос-связист Кузнецов.

– Может тогда свяжемся с нашим командованием? – в очередной раз предложил ашш Сошша Хааш с таким настойчивым видом, что в очередной раз отказывать ему было не вполне этично.

– Саша, если сейчас, в этот раз не получится связаться хоть с кем-то, то начнём попытки связаться с твоим командованием, – произнёс на анторском, а потом на русском. – Кузнецов, можешь прописать адрес, будто мы с подводной лодки вышли на связь?

– Нет, я же не программист, а так, самоучка.

– Товарищ Савельев, можно позвать сюда Виктора, что бывший пленный? – и как сразу не вспомнил привлечь к работе профессионального программиста.

– Он что, гений спецсвязи? – с сомнением ответил капдва. От несчётных неудачных попыток связаться все находились в хмуром состоянии духа. Связь есть, но вот тебя никто не хочет выслушать. Несанкционированный доступ, чтоб его… он стал санкционированным.

– Нет, но он программист. Может что придумает…

– Всё, готово. С кем соединить?

– С Президентом, – с ухмылкой кто-то произнёс. Работа этого Виктора выглядела поистине шаманизмом. Он долго всматривался в экран планшета, через который подключили анторский коммуникатор, что-то шептал про себя, про каких-то… было не разобрать, а потом его пальцы залетали по виртуальной клавиатуре с такой скоростью, что даже анторс-техник, поняв, что сейчас делает землянин уважительно покачал головой.

– Ну, можно и с ним. Значит у него должен быть доступ не ниже уровня «А» и защита не ниже «А++», сейчас поищем таких, – бормотал себе под нос Виктор, – о как, целых двадцать восемь абонентов. Ну, сузим поиск сразу до уровня «А++». Ага, четверо. Ну, теперь методом тыка. Куда бо́льший трафик, тот и есть Президент. Ага, есть соединение. Товарищ Президент, с вами сейчас будет говорить…

– Марлин-12 на связи, товарищ Президент, – быстро сориентировался капитан Щеглеватых, выхватывая из рук Виктора коммуникатор.

– Никогда не думал, что на старости лет поговорю с самим Президентом, – расплылся в улыбке Виктор, но его личной радости никто не заметил. Все с замиранием сердца слушали капитана.

– Так точно, АПЛ «Воронеж», капитан первого ранга Щеглеватых, разрешите доложить…

Я переводил обрывки диалога анторсам, изредка делая свои замечания, объясняя, почему так, а не эдак. Не всегда можно было понять, что спрашивает Президент, а некоторые моменты мне пришлось умолчать, сославшись на технический сленг, аналогов которого в анторском языке я не знаю. Ну не раскрывать же все тайны пусть и союзникам, но и на чёрный день что-то надо оставить. Когда поднялся вопрос о соглашении с анторсами, пришлось самому взяться за коммуникатор.

– Товарищ Президент, старший сержант Бес, буду выступать в качестве переводчика, – минутная пауза. Не думал, что мой позывной найдёт такой отклик. Я ненароком подумал, что связь прервалась, но нет…

– Товарищ Бес, это вы – хоск и это вас так долго и настойчиво искали анторсы?

– Да, товарищ Президент, это я. Здесь присутствует генерал-командор анторсов ашш Сошша Хааш с сопровождающими, и он от имени всей расы предложил…

Разговор затянулся. У меня в очередной раз пересохло в горле от многократного проговаривания труднопроизносимых для русского человека множества шипящих согласных, но всё когда-то заканчивается.

– Вас поняли, сообщим в течение часа, конец связи, – выдохнул с облегчением, когда разговор закончился, но предстоял ещё один, но при нём мне не переводить, а просто слушать, что будет докладывать и о чём договорится генерал-командор. Осталось только донести до анторсов последние слова-пожелания Президента, – Ашш Сошша Хааш, Президент дал гарантии о ненападении. Сегодня, в течение часа во все части, с кем есть связь передадут приказ о прекращении огня с анторсами и оказании всемерной помощи в том числе медицинской, снаряжением, продовольствием, оружием и предоставление временного убежища. Вот только необходим единый условный сигнал, понятный обеим сторонам, если вдруг не удастся вовремя оповестить одну из сторон.

Ашш Сошша Хааш думал не долго. Мне показалось, что он был готов к такому вопросу.

– Асс инессау́сса шоа́сс нэхоа́с.

В этой дребедени я, знающий язык, ничего не понял и уставился на анторсов. Тем временем, все из них, кто стоял рядом и слышал произнесённое ашш Сошша Хааш, чуть склонили голову и правой рукой дотронулись до левого плеча.

– Это слова окончания клятвы тех, кто объединился, отвергнув личные выгоды ради процветания расы, – пояснил ашш Сошша Хааш. – Язык древний, значение слов забыто, но практически все солдаты – истинно живые знают их.

Хотел спросить, почему так, но Саша опередил меня:

– Потомки этих величайших представителей расы стали называться принцами крови, так как клятва давалась на крови. Такое «приветствие» подойдёт?

– Подойдёт, – кивнул в ответ, – остаётся вопрос с клонами.

– С клонами проще, они подчиняются истинно живым. Любой из них может отдать клонам приказ. Дело за тобой, вступившийся за аборигенов, какую фразу или жест мне при разговоре с командованием передать для опознавания.

Я тоже долго не думал, а воспроизвёл жест из наставления: «Я свой!» и продемонстрировал ашш Сошша Хааш.

– Хорошо.

– Этот жест поймут военные, но не гражданские. С ними сложнее.

– Разберёмся в процессе. Теперь мне надо поговорить с командованием…

Не с первой попытки удалось связаться с командованием анторсов. Из известных ашш Сошша Хааш абонентов ответил только один. Ашш Сошша Хааш больше слушал, чем говорил и суть их диалога от меня ускользала. Слишком рубленные, короткие фразы я слышал от генерал-командора, но по этим именно приказам, а не увещеваниям или просьбам, понять, что происходит или к чему договорились, я так и не смог.

– Саша, – когда разговор закончился, а мы остались почти наедине, обратился к анторсу, – о чём договорились?

– Им нужна помощь, – тяжело произнёс анторс, – остатки второй дивизии сконцентрировались возле крупного города, что недалеко от нас и заняли оборону.

– Возле Мурманска? – больше крупных городов в окрестности не было.

– Не знаю. Рядом море и холодно как у нас. Больше никто не ответил. Скорее всего сигнал блокируется.

– Какая общая картина? – наседал на ашш Сошша Хааш, так как мы до сих пор не знали, что толком происходит. Может на поверхности в самом разгаре широкомасштабная наземная операция, а мы тут только гадаем и пытаемся удержать за хвост корову, а надо переходить к решительным действиям.

– Шнахассы во время первой волны потеряли много летательных аппаратов, по крайней мере имеется подтверждение, что при заходе в атмосферу уничтожены несколько авианесущих кораблей. И, как понял, это сделали вы, своими ракетами. Поэтому теперь шнахассы действуют в основном наземными силами и средствами. Но в чём загвоздка, у тех, кто сейчас блокирован, как ты сказал возле Мурманска, тоже не осталось действующих летательных аппаратов. Много повреждено, но это не беда, восстановить можно и в полевых условиях, главное – нет квалифицированных пилотов. Потери, ужасающие… – ашш Сошша Хааш тяжело выдохнул. Не привык он не пропускать через себя четырёхзначные цифры статистики потерь и это, без учёта клонов, а только истинно живые.

– Пошли к капраз, обсудим, может придумаем что…

– Мой совет, только уходить под землю. Там как раз есть вход в «Метро-4000», вот только…

– Не тяни, капраз, договаривай, – третий час сидели, обсуждали с офицерами, что можно сделать, как помочь новым союзникам.

– Сам не догадался? – произнёс капраз, мельком глянув на присутствующего ашш Сошша Хааш. Недоверие до сих пор витало в воздухе. И я понимал морячков, что с осторожностью общались с анторсами, я им подготовил небольшой разговорник с распространёнными фразами и вопросами: «Как тебя зовут?», «Стой», «Пошли», «Есть будешь?», «Помоги», «Спать», «Левое», «Правое» и прочее, но не удержался и вставил туда: «Водку будешь?». Не думал, что в запарке не проверю свои наброски и этот мини словарь-разговорник уйдёт в Генеральный штаб при очередном сеансе связи.

– Догадался, товарищ капитан первого ранга.

– Вот то-то и оно, одно дело дружить на расстоянии, а другое впустить в единственное укромное место, где, если повезёт, дождёмся, когда они друг другу перебьют и…

– У анторсов и шнахассов цели разные, – покачал головой. Ашш Сошша Хааш, да и ещё один лейтенант, что постоянно сопровождал меня, немного понимали русскую речь, но не настолько, чтобы понять суть текущего разговора. А я не спешил переводить наш с офицером диалог. – У анторсов цель – обретение нового дома и процветание расы, а без вливания новой крови и новых знаний нет движения вперёд. Это как монголо-татары. Действовали жестоко? Да. Брали в полон, насиловали? Да. Но те, кто не сопротивлялся или обладал ремесленными знаниями, брали к себе в войско. И я молчу, что не уничтожали коренных людей под ноль. Ведь дань надо с кого-то брать. В добавок спокойно относились к другой вере. Именно во время ига построено наибольшее число храмов[1].

– Ты, старший сержант, что предлагаешь?.. – вспылил капраз.

– Предлагаю держаться договорённостей. Союз с анторсами нам выгоден. В противном случае, когда кто-то из инопланетян одержит верх, мы останемся одни, пусть и ослабленным, но врагом, который на голову в технологическом плане превосходит нас и уж тогда, судьба землян будет незавидна.

– Ты говоришь не как…

– Он хоск и ехо словах есь мысль, – произнёс ашш Сошша Хааш на русском. Для меня эффект вступления в разговор анторса не был таким неожиданным, а офицеры, что присутствовали уставились на ашш Сошша Хааш с нескрываемым удивлением.

– Ты понимаешь, о чём мы говорили? – первым отошёл от шока капдва Савельев.

– Немнохо, но понять, что хоск прав.

– Та-ак, – протянул капраз, – и что хоск предлагает? – в ходе одного из сеансов связи мои присвоенные полномочия подтвердили и предупредили, чтобы если не помогали, то по крайней мере не мешали.

– Отправить к Мурманску группу во главе со мной. Войти в контакт с блокированной группировкой и скрытно увести её в убежище.

– Матросы не привыкли ходить по суше. Сам видел, какие из нас солдаты-пехотинцы, – возразил капдва.

– Понимаю. От вас будет нужна помощь в доставке группы подводным путём ближе к Мурманску.

– С ними пойдёшь? – кивнул в сторону анторсов капраз.

– Да. Составлю боевую пятёрку, отберу четверых. Они по крайней мере выдержат нагрузку и подготовлены хорошо, тем более опыт совместного выхода имеется.

– Я тоже пойду, – встал ашш Сошша Хааш.

– Генерал-командор, – обратился к нему на анторском, – место командира…

– Место командира принца крови быть рядом со своими солдатами, – резко ответил тот…

Двое суток ушло на подготовку и проверку СГАПа для проведения операции. В очередном сеансе связи с Генеральным штабом моё предложение помочь союзникам вяло, но поддержали. Тем более появились первые результаты обмена опознавательными знаками. Хотя, я до конца не верил в успех этого мероприятия. Ведь нам так и не удалось оповестить Верховное командование анторсов, но вот слова, произнесённые ашш Сошша Хааш и переданный мной короткий разговорник кардинально поменял расстановку сил. Анторсы, услышав фразу прекращали огонь и выходили на контакт, получая подтверждение в ходе сеанса связи, который по мере возможности им тут же организовывали с ашш Сошша Хааш. Его то и дело, в любое время суток вызывали на организованный пост радиосвязи, и он иногда долго, иногда только представившись, объяснял изменившуюся обстановку. Поэтому я и не хотел его брать с собой. Пусть сидит на базе и через коммуникатор общается с пока что ничего не понимающими разрозненными частями, что выходили на наши посты контроля и встречались с группами быстрого реагирования, что сновали на поверхности планеты. Но нет, последние сутки он как остервенелый изучал основы передвижения в городской местности, опознавательные знаки и прочий необходимый для выполнения задания минимум знаний. Конечно, он оставался слабым звеном в отобранной мной группе, но едва я заикнулся капитану анторсов, что генерал-командора надо бы оставить на базе, на что получил вполне ожидаемый ответ:

– Он принц крови. Его место среди солдат.

Труднее всего оказалось со способом десантирования. Спасательные глубоководные аппараты не десантная подводная лодка и у них шлюз как таковой отсутствует. Есть только стыковочная камера. Над этой проблемой пришлось задуматься.

– Что ж сразу не сказали, что на СГАПе нет шлюзовой камеры? – во время завтрака подсел к капдва. На вечер намечен выход, я так пока и не знаю, как выходить из аппарата.

– Так я думал, что в курсе. И решение проблемы у тебя готово, вот и не влезал в обсуждение.

– В курсе, – пробурчал себе под нос, не желая напоминать, что я всё-таки сухопутный солдат, а не морской десантник или подводник и таких тонкостей, в чём разница между стыковочной и шлюзовой камерами понимаю только на слух.

– Не суетись, сержант, – улыбаясь, произнёс капдва, – на базе есть подводные буксировщики. СГАП выведет вас ближе к квадрату высадки, всплывёт и при помощи буксировщиков подводным способом дойдёте до берега. С водолазным снаряжением мичман объяснил, как пользоваться?

– Объяснил, ничего сложного нет.

– Где высаживаться будете определились?

– Определились. В квадрате восемь шестнадцать, – я едва сдерживал себя, чтобы не нахамить офицеру, но правда на его стороне, взвалил всё на себя, раскомандовался тут. Нет бы помощи, совета попросить, а то всё сам, да сам. Вот и получил язвительную ответку.

– Губа Рослякова. Не слишком далеко от центра города? – глянув в свой планшет и пробежавшись глазами по карте, уточнил капдва.

– Нормально. Потом лишний груз скидываем и маршем, всего-то пара километров до намеченной точки.

– А если именно там и проходит линия блокады?

– Не думаю, но перед высадкой разведаем…

К сожалению, капдва оказался прав. Группа удачно достигла намеченного квадрата высадки, вышла, погрузилась и при помощи буксировщиков достигла берега. Я лично выходил первым на берег и ничего подозрительного не заметив, отдал условленными знаками приказ всем выходить на берег. Только успели снять водолазные костюмы, переодеться, спрятать лишнее имущество, как вновь послышался неприятный шум.

– В укрытие! Немедленно в укрытие! – отдал приказ, прыгнув за ближайший валун. Анторсы быстро выполняли команду, даже ашш Сошша Хааш не сплоховал, и мы успели спрятаться в укрытии, когда мимо, всего-то в полусотне метров от нас в сторону города проследовала механизированная колонна. Про себя считая количество направляемой к городу техники и примерное число солдат, что разместились в чреве боевых машин, раздосадовано выдохнул.

– Что вздыхаешь, командир Бэсс? – подполз ашш Сошша Хааш.

– У меня две новости и как в анекдоте одна хорошая, другая плохая. Хорошая – твои ещё держатся, плохая – что-то слишком много войск противник стягивает к городу. Думаю, скоро шнахассы пойдут на штурм и нам надо торопиться.

* * *

[1] Приводится текст из научной работы «Русская православная церковь в период монголо-татарского завоевания» со ссылкой на Н. М. Карамзина (изд.5 с.214–223).