Текст книги ""Фантастика 2026-1". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)"

Автор книги: Настя Любимка

– Полковник теперь курирует оборону «Охану»⁈ – удивление промелькнуло на лице командира. И я понял, что сказал что-то не то, но отступать было некуда.

– Не могу знать! – ответил и сделал шаг вперёд, вытянулся и расправил плечи.

«Надо, если всё получится, какого-нибудь офицера-солдафона оставить в живых, чтоб просветил про местный Устав воинской службы, если таковой имеется, хотя, вроде кто-то из встреченных ранее говорил, что Устав существует, но не действует или не действовал», – сделал для себя пометку на память.

Командир продолжал сидеть, но теперь его рука показалась в поле зрения.

Звякнул щелчок электромагнитного замка и на звук я обернулся. Это Новта́ски вошёл внутрь, и я сделал ещё один шаг, делая вид что посторонился, пропуская.

– Старший офицер-командир, разрешите пояснить, – сразу заговорил Новта́ски.

– Потом. Основное я знаю. Почему не доложил, что полковник Буса́ти назначен курировать оборону внутреннего пространства корабля? – встав со своего места, укоризненно посмотрел на, как понял, помощника офицер-командир.

– За последние три часа сведений о назначении не поступало.

– Разберёмся. Выяснили, кто напал? Это именно те сумасшедшие, кто осмелился взять на абордаж межпланетную станцию?

– Кто напал пока установить не представилось возможным. Я планировал вызвать спецгруппу утилизации для идентификации тел и всестороннего расследования.

– Правильно, – ответил командир и обратившись ко мне продолжил, – значит так, капитан. Сейчас проходишь идентификацию, подтверждаешь свои полномочия и приступаешь к выполнению прямых обязанностей, а я доложу о произошедшем адмиралу, успокою. А то как доложил дежурному офицеру о боестолкновении, так каждую минуту требуют доклада о происшествии.

– У меня раненые. Им необходимо оказать помощь, – нашёлся что сказать.

– Потери?

– Трое убиты, не считая гражданского, которого сопровождали на уровень. У остальных ранения различной степени тяжести.

– У самого?

– Контузия.

– Ладно. Ускорим процесс. Говоришь, лично получал приказ от полковника?

На заданный вопрос промолчал, только кивнул, так как офицер-командир вышел из-за стола и до него оставалось всего три-четыре шага, и я приготовился, опустив руку к бедру где висел боевой клинок.

– Не тянись, капитан. Вижу, что боевой офицер, вот только… – я не дал ему договорить, так как он расположился очень удачно возле меня – вполоборота правым плечом ко мне, а его помощник стоял на одной линии со мной в трёх шагах справа. И у меня появилось время и главное пространство для действия.

Клинок оказывается в моих руках. Слышится вскрик справа, но остриё, усиленное волновой кромкой, не замечая препятствия вонзается в грудь офицера-командира. Рывком, расширяя рану, дёргаю клинок вбок и на себя, так как противник всё-таки успел среагировать на движение и оружие вонзилось не в сердце, куда метил, а в лёгкое.

– Стоять! – кричу, заходя за спину, прикрываясь телом убитого. Я не был уверен, что Новта́ски без оружия и поэтому перестраховался. Не кинулся сразу к нему, а сначала прикрылся телом поверженного противника. Шлюзовую дверь он сразу не откроет, но применить личное оружие, если у него таковое имеется, вполне мог успеть.

– Это… это…

– Да, это именно мы те сумасшедшие, что не пытаемся, а захватим вашу станцию. Положи оружие и отойди на три шага назад, и без глупостей!

– Я… у меня…

Офицер-капитан не успел договорить, как раздался сигнал тревоги и в уме мелькнуло, что ашш Сошша Хааш с солдатами десанта всё-таки прокололся на какой-то мелочи, и сейчас ему будет очень тяжко.

– Как отсюда отдать приказ, чтобы меня все слышали? – Новта́ски стоял, прижимая руки к груди и пятился назад. Оружия, как понял у него при себе не было, но это я проверю.

– Через управленческий пульт.

– Если поможешь, оставлю тебя в живых. И давай быстрее! Вынь двумя пальцами оружие и положи на пол!

– Х-хорошо.

– Быстрее! – я положил тело на пол и внимательно следил за манипуляциями Новтаски, но тот исполнил всё в точности и личное оружие у него оказывается имелось, но он, как и приказал ему, положил его на пол. – Иди, включай пульт.

– Он потребует идентификацию, а у меня нет доступа к этому рабочему месту.

– Ясно, – ответил и недолго думая отсёк кисть руки офицера-командира и пальцем выдавил глазное яблоко. – Этого хватит?

– Д-да…

Глава 8

Сигнал тревоги продолжал выть, а этот Новтаски возился с терминалом. Я не находил себе места. Там принц крови с моими солдатами сейчас умирает, а я ничего не могу сделать. Выйти от сюда и дать бой – решение героическое, но бестолковое. Не выдюжу один против полусотни, даже против десятка обслуживающего персонала РКП, а внутри ещё подразделение охраны.

– В-всё, г-готово, – как-то слишком наиграно начал заикаться этот Новта́ски.

Подошёл ближе. Оружие я его подобрал и держал в руках.

– Выведи картинку, что происходит внутри РКП и в коридоре.

Монитор мигнул, картинка сменилась. Зал, ещё один зал, третий зал. Везде по пять-восемь операторов продолжают всматриваться в мониторы.

– Это что?

– П-помещения контроля и управления.

– Почему не вместе, в одном зале?

– Н-не знаю. Здесь в-всегда так было.

– Покажи помещение, где размещается охрана РКП. Сколько всего солдат в подчинении?

– С-сейчас, – быстро ответил Новтаски и заторопился нажимать на кнопки, одновременно отвечая, косясь на направленный на него ствол, – с-сорок восемь вместе с командирами. П-пятеро в медблоке.

– Кто после гибели офицер-командира примет командование?

– Его заместитель.

– Где он? Покажи на экране.

– Эт-то я.

После ответа я недоверчиво покосился на офицер-капитана. Как-то не похож он на заместителя командира РКП.

– А кто тот, что бегал докладывать о происшествии? – совсем запутался. Я-то думал, что этот Новтаски адъютант или помощник офицер-командира, но никак не его заместитель. Не похож он как-то на командира. Есть такие свойства личности, что присущи только командному составу, но у него этих свойств и в зачатке не было. При встрече с Ми́со Шо́ти сразу понятно, что он – командир и не ниже звания полковника, занимавший соответствующую не штабную должность. А этот…

– К-командир усиленного взвода охраны с-старший офицер-лейтенант Тим Са́линс, – ответил Новтаски.

Я глазами пробежался по экрану. Операторы занимаются своей прямой работой, а вот в помещении охраны стояла суета. Кто-то, видимо, свободная смена облачалась в снаряжение, разбирала оружие и готовилась к выступлению. Даже пару боевых роботов с операторами заметил, что проводят последнюю проверку перед выступлением.

– Коридор! Покажи, что происходит в коридоре! – прошло больше трёх минут, а я пока не разобрался в ситуации, чтобы выработать план действий. Огульно объявлять по громкой связи и приказывать сдать оружие – только настроить против себя. Толком никаких аргументов у меня нет. Но если у меня под боком, точнее в кресле целый, в смысле живой заместитель, то можно всё провернуть более красиво, надо только разобраться, что происходит и почему звучал сигнал боевой тревоги.

– В-вызов по внутренней связи… – из раздумья вывел Новтаски.

– Кто? – бросил раздражённо. Отвечать не хотелось. Сначала бы разобраться, что делать, а потом действовать.

– Н-не знаю. Или старший дежурной смены операторов, или к-командир охраны.

– Соединяй без видео.

– Н-не могу.

– Тогда сам прими вызов, но чтоб я всё слышал и уточни, что происходит⁈ И скажи, что принял командование, так как… нет. Стоп! Пока о смерти командира не говори, – я отошёл, выходя из сектора захвата камеры. То, что он не рискнёт выкинуть какой-нибудь финт или как-то подать знак, что находится в плену я почти на сто процентов был уверен. Направленный на него ствол веский аргумент, да и не похож он на героя, что ценой своей жизни попробует спасти остальных. Но риск конечно имелся. Если он всё-таки наберётся смелости и пожертвует своей жизнью, то в РКП заблокируют двери и при всём желании я один сделать ничего не смогу, а две пары, что находятся у входа попадут под перекрёстный огонь, и неизвестно, что происходит сейчас в коридоре.

– На связи офицер-капитан Новта́ски.

– Где командир Шо́ти?

– Я за него. Что случилось? Почему объявлена тревога? – Новтаски говорил не заикаясь, но очень медленно, может быть даже слишком.

– Прорыв внешнего периметра. Неустановленная группа заняла пост номер один. Идёт бой. Я отдал приказ поднять свободную смену по тревоге. В распоряжении два боевых робота, – офицер говорил резко, отрывисто. – Первыми пойдут они. Связи с теми, кто вне периметра нет. Командир взвода находится за стенами. Принял командование на себя. Прошу разрешения отключить систему подавления радиосвязи.

– Отставить! Выйти на рубеж для блокирования, но в бой не вступать. Ожидать указаний! – нервно ответил Новтаски и отключился. Руки его дрожали, а по виску стекала капля пота.

– Правильно ответил, – подбодрил, а то ненароком его кондратий хватит от перенапряжения. – Включи картинку, что происходит в коридоре.

– С-сейчас, – вновь начал заикаться офицер, но приказ выполнил.

А в коридоре… В коридоре шёл бой. Охрана РКП рассредоточилась в коридоре и стреляла в сторону, где находился медблок. Я видел тела убитых, вот только не смог рассмотреть детали.

– Картинку с медблока, быстро!

«Наши успели укрыться в медблоке», – мелькнула в мыслях надежда. Так как, присмотревшись, заметил, что коридор полон тел противника, а наших… И они были, но не столько много, как могло показаться вначале.

– К-картинки нет, к-камеры уничтожены, – нервно сглотнув, ответил Новтаски.

– Ясно, – мысленно похвалил принца крови, что догадались уничтожить систему видеонаблюдения. Но, судя по картинке из коридора, им тяжко. – Включай трансляцию на громкую связь по всему сектору, во всех помещениях.

– Такой возможности нет.

– По всему РКП и коридору⁈

– Только по РПК и смежных помещениях.

– Коридор?

– Нет.

– Включай в помещениях и сними блокировку входящих сообщений. Но чтоб друг с другом никто связаться не мог.

– Я не могу, не знаю, как.

– Глядь! – выругался. Я психовал. Мои ребята умирают, а я так и не предпринял ничего, чтобы им помочь, и это обстоятельство заставляло меня нервничать. – Включай видеотрансляцию, чтобы меня видели и слышали! – рявкнул, а скулы мои заиграли. Новтаски отшатнулся от меня, но произвёл нужные манипуляции, и я, так чтобы меня было видно, встал сзади за креслом.

– Включил.

– Внимание всем! Говорит командующий десантом капитан Глен – уроженец Горгогоханской империи хоск по рождению! – не знаю, почему представился Гленом, а не уроженцем планеты Земля Геной Бесом, но мне показалось, что так будет весомее. Я надеялся, что те, кто сейчас слушает мою речь, знают с кем воюют, какую планету пытаются захватить и, с моей точки зрения, вступление в конфликт третьего лица должно, по крайней мере, их насторожить. – Всем прекратить огонь и отступить на ранее занимаемые позиции! Центральный пункт захвачен! Ваш командир Ми́со Шо́ти убит, а офицер-капитан Новта́ски захвачен в плен! Сопротивление бесполезно! Повторяю…

Внимательно следя по монитору за реакцией на мои слова, я дважды произнёс сказанное. На операторов речь произвела эффект. Большинство отвлеклись от своей работы. Кто-то снял наушники, кто-то встал с места, а кто-то, видимо старший смены, кинулся к какому-то ящику. Мысленно я чертыхнулся. Сейчас этот верный присяге солдат приведёт в действие какой-то заготовленный на этот случай алгоритм и всё. Толку от захвата РКП не будет. Но к моему удивлению к нему, а потом и на него набросились его товарищи. Я перевёл взгляд на Новтаски.

– П-при захвате или п-попытке захвата РКП п-предписано запустить процедуру ликвидации, – услышал ответ.

– Это кто такой резвый? – жестом указал на прижатого к полу.

– С-старший офицер-лейтенант Дрован – командир взвода контроля, старший смены.

– Молодец.

– Он коханец.

– Потом, – не стал вдаваться в подробности, хотя надо будет подробнее разузнать, почему он выделил его расу среди остальных. – Давай картинку, что делается в коридоре и казармах и что у входа на посту номер один, не ошибся? Именно так называется пост охраны при входе?

– Да.

– Теперь коридор.

Картинка сменилась. Как и думал, четвёрка бойцов анторсов перебили охрану поста номер один и заняли стационарную огневую точку, откуда их выкурить проблематично даже при помощи боевых роботов. Почему они приняли такое решение – не знаю, если выживут, то разберёмся. Но что обрадовало, офицер, что принял на себя командование попыток форсировать события и штурмовать укреплённую огневую точку не спешил. Видимо сам понимал, что сил у него маловато. Насчитал всего-то десяток солдат, что расположились за стеной, не вступая в прямой контакт и пару боевых машин с операторами.

А вот в коридоре… В коридоре творилось непонятно что. Пара солдат пытались открыть гермодверь шлюзовой камеры входа в РКП, но это им не удавалось. Остальные заняли позиции за углом и изредка постреливали в сторону медблока. Видел, что кто-то рискнул пробраться через открытое пространство и уйти в сторону в коридор, ведущий к холлу с лифтами, но его сняли метким выстрелом. А офицер метался, отдавая непонятные приказы.

– Они меня слышали?

– Не знаю.

– Есть личный канал связи или как это у вас называется, чтобы я мог поговорить с этим офицером.

– Попробую…

Минуты мучительного ожидания. Ситуация оказалась серьёзнее, чем мог себе представить. Мы – десант разделены и не имеем возможности скоординировать свои действия… Хотя. Есть же громкая связь и я могу говорить не на местном языке, а на том же анторском и меня поймут те, кто должен понять – это вариант. Но сначала надо что-то решить с теми, кто находится в коридоре. Хорошо, что у них только два пути или в РКП, вход в который после объявления боевой тревоги заблокирован, или в холл к лифтам, но он, как понял, простреливается. Но если этот офицер примет решение и пойдёт на прорыв, то плотности огня не хватит и если не все, то какая-то часть из тех, кто сейчас там, прорвётся и уйдёт. А с другой стороны, столько солдат противников в качестве пленных мне не нужны.

– Есть связь.

– Офицер! – сразу начал с наезда, по мониторам внимательно следя за его реакцией, – с тобой говорит командующий десантом, слушай внимательно! Предлагаю тебе только один раз. Вход в РКП заблокирован. РКП взято под мой контроль. В медблоке мои солдаты…

– Слушай ты! Как там тебя! Я сразу понял, что вы не те, за кого себя выдаёте. Слишком…

– Не перебивай! – рявкнул на него. – У тебя пятнадцать минут, чтобы убраться с уровня! Я сейчас отдам приказ и вас всех пропустят к флиптам. В противном случае, вы все умрёте! Это говорю я – хоск по рождению! – произнёс и раздражённо бросил на стол тангенту. – Дай громкую связь.

– Внимание десанту! – говорил на анторском. Мне было странно, что не пытаются штурмом взять помещение, где я сейчас нахожусь, но сообразил, что и противник понимает, что его просто так не возьмёшь. Оно если не самое защищённое от несанкционированного проникновения, то одно из них. Даже вход в РКП не так защищён. В шлюзовую камеру помещаются восемь, а если постараться, то и девять бойцов, а здесь в тамбурную бронированную капсулу только один. – Через двенадцать минут выйдут солдаты, что находятся в коридоре. Не стреляйте, пусть уходят. Через десять минут, как они уйдут, следуйте за ними. Когда погрузятся в лифты, заблокируйте створки или выведите из строя панели управления. Повторяю… – я повторил, зная, что мой приказ исполнят, даже в случае, если ашш Сошша Хааш мёртв. Привязался я как-то к нему, этому юнцу, что на моих глазах возмужал и стал одним из руководителей целой расы, что оторвана от дома.

– Офицер! – вновь взялся за тангенту. – У тебя восемь минут на раздумье.

– Оружие не сдадим, – после длительного молчание раздалось в динамике.

– Уходите с оружием, но, если откроете огонь договорённость аннулируется.

– Вас мало…

– Нас мало, ты прав, – перебил говорившего, а сам внимательно смотрел, что происходит. Существовала вероятность, что он отвлекает меня, но по камерам угрозы я не видел. Солдаты бросили попытки вскрыть гермодверь РКП и в сторону медблока огонь прекратился, – но нас мало здесь. Остальные в эту минуту штурмуют другие цели. Так что уходите и передайте командованию мой ультиматум. Прекратить сопротивление, отвести «Охану» на окраину звёздной системы…– говорил полный бред, что первое приходило в голову, ставил условия явно невыполнимые, по крайней мере с моей точки зрения, но мне нужно время залечить раны и придумать что делать дальше. Вариант с прорывом к космическому кораблю или к реактору станции продолжал оставаться приоритетным, а для его осуществления нужны силы. Эффект внезапности потерян и придётся действовать иначе. Открытого боестолкновения мы не выдержим. И вдобавок неизвестно, как обстоят дела у тех, кто скрылся в медблоке. Может их осталось всего-то ничего, но, если остаётся шанс, надо им воспользоваться. – Срок на размышление ваши стандартные сутки. Запомнил⁈

– Это невыполнимо! – ожидаемо взъерепенился офицер.

– Это не тебе решать! Уходи и передай мои требования или умрёшь! У тебя осталось пять минут!

На лице офицера мыслительный процесс отображался отчётливо. Эмоции: жажда жизни; страх нарушить приказ и ожидание последующего наказания сменяли друг друга, но жажда жизни перевесила. И на последней минуте он вышел на связь.

– Мы уходим. Не стреляйте.

– Не стрелять! – произнёс по громкой связи на анторском, – пусть они уходят. А дальше действуйте, как сказал!

Одной проблемой стало меньше. Солдаты охраны с опаской выходили из-за укрытия поворота коридора и рывком преодолевали открытое расстояние. Но по ним никто не стрелял. Меньше чем через пару минут коридор оказался пуст. Они умудрились за такое короткое время и несколько раненых с собой забрать. На полу остались лежать только трупы. Я всматривался в тела, подсчитывая потери, но, когда заметил, что гермодверь медблока открылась и из неё вышли восемь моих десантников и среди них был и Птица-восемь, и лейтенант Уолес, и ашш Сошша Хааш, от сердца отлегло, и забрезжила надежда, что остальные просто ранены, так как среди трупов я не рассмотрел знакомых силуэтов.

– Они… Они ушли⁈ – полный удивления возглас вывел из короткого раздумья.

– Да. Я их отпустил, – ответил, переключаясь на следующую проблему. В помещении РКП много вооружённых солдат, готовых оказывать сопротивление. – Свяжись со старшим, кто принял на себя командование охраной и прикажи или уговори его сложить оружие. Как видишь, сопротивление бесполезно.

Блефовал? Да. У противника выгодная позиция. Их значительно больше чем нас. Будь моя воля, я бы отдал приказ на штурм укреплённой огневой точки. Как ни как боевые роботы имеются в наличии, а потом запросил помощи и занялся коридором. Я ведь, кто находится в помещении командира, словно в ловушке. Отсюда не выберусь и толком как-то повлиять на ситуацию, кроме как уговорами и убеждением не могу.

Новтаски что-то бегло и излишне эмоционально говорил в переговорное устройство. Я прислушивался к его разговору, а то мало ли, вздумает поиграть в героя, но он, как и предполагал, убеждал офицера, принявшего на себя командование сложить оружие, уверяя, что его непосредственный командир покинул уровень, а старший офицер-командир Ми́со Шо́ти мёртв.

– Дай ему на раздумье пять минут, – вмешался в разговор. По мониторам видел, что мои десантники исполнили приказ. Две пары солдат ушли в холл, где расположены флипты для их блокировки, а остальные осматривали тела убитых. Только ашш Сошша Хааш и Птица-восемь подошли к гермодвери входа в РКП и показывали знаком, что всё чисто. – И открой вход в РКП.

– Не могу. Почти все двери до отмены сигнала боевой тревоги будут заблокированы.

– Так отмени! – рявкнул на него, что офицер поёжился. На мониторах видел, что этот ретивый командир что-то планировал. Он собрал вокруг себя солдат, видимо младших офицеров и отдавал приказы. – Хотя нет! Стоп! Прикажи охране вернуться в казармы.

– Они…

– Ясно! – вырвал из рук тангенту. – Слушай, командир, как там тебя. У тебя три минуты вернуться в казармы!

– Комнату отдыха, казармы находятся вне РКП, – робко произнёс Новтаски.

– … вернуться в комнату отдыха и ждать указаний. В противном случае РКП будет уничтожено! Я со своими людьми покину помещение, а вот вы… Ну ты меня понял. Время пошло! Всё. Отменяй сигнал боевой тревоги и открывай вход в РКП.

К разочарованию, командир не внял моим требованиям и продолжал раздавать приказы и по приготовлениям я понял, что он готовится к штурму. Вперёд выдвигались боевые машины, а солдаты занимали боевой порядок. В сердцах выругался.

– Дай громкую связь по РКП…

– Есть связь.

– Внимание персонал РКП! Я – хоск по рождению капитан Глен предлагаю всем сдать оружие и покинуть сектор! Гарантирую безопасность и свободный проход. Если начнёте штурм, погибните все!.. Офицер! Я к тебе обращаюсь. Сложи оружие и отведи солдат в комнату отдыха. Сопротивление бесполезно! Связи нет. Непосредственный командир со своими солдатами покинул уровень. Даю последний шанс. У вас минута!.. – произнёс и отключился. – Что с гермодверью в РКП?

– Пытаюсь отключить сигнал боевой тревоги. Но без подтверждения командира приказ не проходит, – суетился Новтаски.

– Так приложи палец и глаз к считывающему устройству!..

Через пару минут сигнал боевой тревоги стих и по камерам наблюдения я видел, как в шлюзовую камеру вошли десантники…