Текст книги ""Фантастика 2026-1". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)"

Автор книги: Настя Любимка

Предполётная подготовка прошла, жду ещё три секунды, усиливаю тягу двигателей, довожу их до двух третей от максимума и ручку-рычаг на себя. Нос бота задрался вверх, вывожу тягу на максимум и вместо плавного горизонтально взлёта у меня получается практически вертикальный с углом примерно шестьдесят пять градусов, старт. Перегрузка вжимает в кресло, но не критично. В тот момент я даже не подумал, как там женщины, но терять время на плавный вертикальный подъём с центровкой по горизонтали, как предписывает руководство по пилотированию, у меня не было времени. Надо срочно, просто немедленно убираться отсюда и как можно дальше, но оставались нерешённые проблемы.

Через пару минут выравниваю горизонталь и ложусь на курс, первый попавшийся – просто туда, куда глаза глядят и не замечаю, как тихо и медленно открывается гермодверь. Я её не запирал на замок, а оставил приоткрытой.

«Неужели кто из солдат остался в живых??? Или, может, кто ещё тут спрятался, а я второпях и не заметил⁈», – дотянуться до винтовки не успеваю, при взлёте её отбросило к противоположной стене, как раз к гермодвери, что сейчас бесшумно открывалась.

Крепче сжимаю ручку-рычаг управления, готовясь совершить резкий манёвр, резко направив летательный аппарат вниз, чтобы он клюнул носом. Высота достаточно большая и я успею вывести из пикирования бот, вот только не предназначена эта конструкция атмосферного бота к таким резким нагрузкам и перегрузкам. И в первый раз, уходя резко вверх, я всем нутром ощущал, как работают на пределе своих сил движители, как трясёт корпус от вертикальной перегрузки, а если сейчас задать резкое направление вниз, да ещё с ускорением свободного падения, хотя какое тут свободное, это вам не 9,81 м/с, все тридцать, если не больше получится. Движители я ж выключать не собираюсь, а то вдруг не запустятся, да и свалиться в горизонтальный штопор не хочется, неизвестно, смогу ли вытянуть тогда машину.

Дверь толкнули сильнее.

– Не стреляйте! Не стреляйте!!! – послышалось из-за двери, и я немного ослабил хватку. Солдаты-клоны инопланетных языков не знают, по-русски говорить анторсы не научились, по крайней мере, такому совпадению, чтобы именно здесь, на этом атмосферном боте оказался пусть и истинно живой, владеющий речью аборигенов это ж шанс один на миллиард, легче в лотерею выиграть, чем поверить в такое совпадение, да и голос, когда немного успокоился, показался мне женским.

– Ты кто??? Как тебя зовут???

– Таня я…

Глава 14

Через гермодверь протиснулась высокая, с коротко стриженными тёмными волосами девушка. На вид ей дал лет двадцать, может, двадцать два. Она уставилась на меня, боясь пройти дальше в пилотскую кабину, так и оставаясь стоять возле входа.

– Что стоишь, проходи. И захвати винтовку, только осторожней, за ремень возьми.

Робко, но уверенно она протянула мне оружие, как и просил, держа за ремень. Я взял винтовку, прислонил к пульту управления ботом. Пожалев, что не предусмотрели эти конструктора́-анторсы крепления для неё. Но ничего. Как-нибудь переживём.

В это время Таня продолжала стоять возле кресла второго пилота и как-то смущённо, но с искрой заинтересованности пыталась побороть свой интерес ко мне.

– Что стоишь? Присядь, только пристегнись, – сказал, и тут до меня дошло, почему она так на меня смотрит. Я же считай, голый сижу в кресле. Кроме армейских трусов на мне ничего нет. Весь грязный, в чужой крови – неудачно изгваздался, когда отрывал руку у клона-анторса, кстати, она где-то тут валяется. Надо её потом куда-нибудь выкинуть, чтоб не мешалась.

– Как вы там, не сильно расшибись? – перевёл тему разговора в другое русло. Одеться мне было не во что, если только раздеть тела пилотов, что сложил в дальнем углу, но на это времени нет, так что пусть терпит мой непрезентабельный вид. Будем считать, что мы на пляже.

– Две женщины ударились сильно головой. Одна, наверно, руку сломала, двое – ноги повредили, – отчиталась Таня.

– Ничего, вылечим. Главное, до своих добраться, – что поделать, резкий манёвр, да без предупреждения, натворил дел. Я правда думал, что повреждения будут серьёзнее, но хорошо, что хорошо заканчивается. Но до этого нам ещё далеко.

– Тань, тебя уже водили в ангар? – задал животрепещущий вопрос.

– Зачем?

– Тебя уже чипировали?

– Что⁈ А нет, я только позавчера сюда попала. Мы в лесу прятались. В экспедиции были, когда всё началось.

– Что, целый месяц прятались? – удивился я. С момента вторжения прошло около месяца, а если быть точнее, двадцать семь дней.

– Две недели. Мы группой в пещеры уходили на этот срок. А когда узнали, что произошло, нас с Мариной Константиновной оставили, а ребята пошли с проводниками в село. У нас еда закончилась. Вода была, но…

– Они не вернулись?

– Нет.

– А Марина Константиновна где?

– Не знаю, нас разделили.

– Она старше тебя?

– Да. Она среди нас самая опытная. Руководитель группы, кандидат наук – спелеолог со стажем.

– Понятно, а то я смотрю, что на тебе одежда непривычная. Комбинезон какой-то, а не юбка или джинсы как у остальных. Но мы отвлеклись. Слушай, Тань. Сейчас иди к женщинам и осмотри каждую. Возле левой или правой лопатки может быть утолщение или небольшая ранка, вроде кровяного пятна. Это значит, что им успели вживить чип. С ним лететь к нашим нельзя. Приведём хвост и… ну ты поняла, Танюш.

– Да, я поняла… Ой!!! – вскочила со своего места девушка, но ремни безопасности, которыми была пристёгнута, не дали ей встать.

– Не волнуйся, – хоть как-то хотел её утешить, – всё будет хорошо.

– Извините, а что мне делать с теми, у кого найду, ну, вы понимаете. И… как вас зовут? И что мне сказать остальным? Есть тут аптечка или…

– Так, стоп!!! – прервал поток вопросов, – меня зовут сержант Бес. Если найдёшь у кого, что подозрительное, веди сюда. Я посмотрю, не ошиблась ли ты. Аптечки тут нет. Вроде всё, иди, – я умышленно не ответил на один из вопросов, потому что не хотел ни обнадёживать, ни наоборот, нагнетать обстановку. Им и так тяжело. Ладно, Таня пробыла в лагере всего ничего, считай, но остальные… Чего они успели натерпеться за это время и как сейчас поведут себя, тем более, те, у кого есть чип… Мне ещё истерики в ограниченном пространстве не хватало. А если я не смогу его извлечь, то придётся этого человека бросить. Конечно, трудно будет объяснить остальным, но лучше погибнуть одному или двоим, а не всем. И этот тяжкий груз ответственности ляжет на меня.

Таня ушла, а я прильнул к экранам внешнего обзора, за этими разговорами немного упустил из виду, куда держу путь и необходимо отыскать более-менее знакомые ориентиры. Лететь сразу на базу, в убежище я изначально не планировал. Надо сначала удостовериться, что у вызволенных из плена женщин нет чипов. Точно я не знал, а память Глена не подсказывала, можно ли отыскать по этим приблудам человека или нет. Но перестраховаться было нелишним.

В обзорных экранах мелькали лесополосы, поля… заметил знакомую речку, где совсем недавно пришлось искупаться. Заложил вираж, облетая по большому кругу местность, как в кабину вернулась Таня.

– Товарищ сержант, – необычно для гражданского человека обратилась Татьяна. Я даже вздрогнул от неожиданности. – Я осмотрела всех женщин. У трёх имеются небольшие уплотнения под лопаткой, но в ангар уже сходили почти все. Только я и Вероника там не были.

– Плохо, – тихо ответил, стараясь выудить из памяти Глена, что значит: в ангар водили, но не чипировали. В сознании всплыло моё личное воспоминание. Ведь сначала идёт ментасканирование, а только потом чипирование. Поэтому, наверно, только у трёх имеются чипы, а остальные пока что прошли только первый этап проверки. – Ладно, сначала по одной приводи тех, кто с подозрением на… – но не успел я проговорить, как по ушам ударил неприятный звук. Вещал динамик громкоговорителя пилотской кабины.

«Что-то они долго соображали», – подумал. А сам сосредоточился на управлении, бросив Тане: «Сядь и пристегнись!».

Непривычный, с большим количеством шипящих слов, голос что-то вещал. По интонации и отдельным фразам, заученным вместе с Сашей, понял, что это дежурный диспетчер или автоинформатор, запрашивает почему сменили маршрут. Голос звучал монотонно, с одной интонацией. Именно этот факт навёл меня на мысль, что со мной говорит автоинформатор. Всмотрелся в экраны кругового обзора внешнего наблюдения. Радар или что-то подобное тут был, но как им пользоваться я не знал, да и значки обозначения для меня выглядели замысловатыми иероглифами. Перпендикулярным курсом со мной шёл атмосферный бот такой же конструкции, что и угнанный мной, но высотный эшелон отличался.

– Значит, они оттуда летают, – тихо произнёс соображая. Мне до сих пор было непонятно, почему не объявлена тревога, почему не выслали наперехват фактически транспортного, не отличавшегося сильным вооружением бота, истребители, ну или, по крайней мере, какие другие летательные аппараты. Ведь переполох в лагере я произвёл знатный. Выкрал пленных, угнал бот, а меня вот так просто отпускают. Изначально я боялся, что за мной погонятся и поэтому при побеге выжимал из машины максимум, на что она была способна, едва не перейдя за грань заложенных характеристик. Но с момента старта прошло больше получаса и только сейчас, когда я неосознанно сменил предписанный маршрут, они проснулись.

– Что они говорят? – из анализа ситуации меня выдернула Таня.

– Точно не знаю, вроде чтоб маршрут сменили.

– И мы сменим, а куда мы летим? И… – вновь закидала меня вопросами девушка, но надо отдать должное, стоило только повернуться к ней и пристально посмотреть, как она замолкла.

– Извините… – тихо прошептала она.

– Ничего страшного, но лишних вопросов не задавай. У меня на большинство нет ответов.

– Это почему??? – неподдельно удивилась она. – Мы не знаем куда летим, у вас нет плана, вы… – под моим взглядом она вновь смолкла.

– Знаешь, – почему-то меня пробило на философские размышления, тем более после того, как я немного исправил маршрут, непонятное шипение из динамиков прекратилось, – как-то у великого гроссмейстера – неоднократного чемпиона мира по шахматам, спросили, на сколько ходов вы продумываете свою партию. Знаешь, что тот ответил? Не знаешь… Он ответил – на один ход, но так чтобы этот ход в данной ситуации являлся самым оптимальным [14].

– То есть…

– Ничего не «то есть», – передразнил её я, – давай, веди сюда одну с подозрением на чип. Посмотрю, может, получится извлечь.

Таня быстро убежала, а я, снизив скорость до минимальной, продолжал искать ориентиры. Я планировал летать, делая большие круги, меняя высотные эшелоны примерно час, пока начнёт темнеть. Конечно, темнота не давала нужной степени маскировки, но хоть что-то. Не ломиться же на посадку, а потом бежать стремглав несколько километров по пересечённой местности с гражданскими, тем более, некоторые из них были ранены. А ещё эти чипы, чтоб у них контакты замкнуло. Выругался и замер. Ведь действительно, любое электронное устройство, пусть и многократно защищённое от внешнего воздействия, но отключается от электромагнитного импульса, вот только подобрать этот импульс и проверить, работает этот чип после воздействия или нет, у меня возможности не было. И я отбросил эту идею. Вошла Таня, вслед за ней в кабину пилота вошла девушка лет двадцати пяти. Взгляд её был насторожён, движения зажаты. Видно, что она боится. Не знаю, что там Таня наплела своим попутчицам, но разбираться у меня не было ни времени, ни настроения.

– Тань, иди сюда. Садись в моё кресло и просто держи руки на этих рычагах управления. Резко не дёргай, понятно? И смотри на экраны. Если что заметишь, дай мне знать, – не боясь посадил далёкого от лётного дела за управление ботом. Так как знал, автоматика не даст совершить закритический манёвр, а автопилот мной и не включался. Мало ли какие у него приоритеты в настройках. Может, после приказа извне, автоматика поведёт бот на центральную базу, ремонтироваться, а мне этого не надо. Тем более, в управлении летательным аппаратом не было ничего сложного. Это как вести автомобиль, но не в одной плоскости, а в трёх. Вот только старт и посадка, да, требовала особых знаний и подготовки, но моё неразделимое второе «Я» – капитан Глен, имел необходимые навыки.

– Тебя как зовут? – обратился к девушке.

– Светлана Ивановна… Света, меня зовут.

– Хорошо, Света, ты успокойся и присядь… вот сюда, – я указал на пол возле второго пилотского кресла. Света медленно, бросая взгляд то на меня, то на Таню, уселась, а я продолжил, – ты не волнуйся, успокойся. Тебя водили в ангар к анторсам?

– К кому?

– К анторсам. Их так называют.

– Водили дважды. Первый раз, просто сидела в кресле, а во второй, буквально сутки назад, – Света говорила, едва сдерживая слёзы, но подобрать слов для утешения я как ни старался, так и не смог, – но я ничего не помню, что со мной делали. Очнулась только когда вернулась на своё место и мне дали воды.

Я уселся во второе пилотское кресло, повернул его вполоборота.

– Так, ладно, разберёмся, оголи спину.

Когда Света, сидя ко мне спиной, подняла майку, мне сразу бросилось в глаза покраснение и припухлость в области левой лопатки.

«Чипирована. И след вживления свежий. Не придётся долго искать», – подумал, а сам замер. Чем мне вскрывать кожу и доставать чип? Нет ни ножа, ни спирта для дезинфекции, нет ничего, от слова совсем. В мыслях выругался. Надо было сначала посмотреть, проверить, чем производить пусть и несложную на первый взгляд, но операцию.

Встал, прошёлся по пилотской кабине. Девушки на меня смотрели с боязливой настороженностью.

– Таня, не отвлекайся, следи за мониторами! – заставил хоть одну из нервничающих девушек переключиться на более важное занятие, чем созерцание меня, меряющего шагами пилотскую кабину.

Подошёл к одному из убитых анторсов-клонов, проверил, что у него есть при себе, затем второго, но у обоих ничего нужного или более-менее подходящего для дела не оказалось.

– Чёрт! – выругался вслух.

– Что-то случилось? – подала голос Света. Она так и продолжала сидеть на полу, внимательным взглядом сопровождая мои телодвижения.

– Нужен скальпель или на худой конец – нож, ну и антисептики бы не помешали. У вас их нет?

– Нет, у нас всё отобрали, – дружно, почти в один голос ответили девушки. Впрочем, другого я и не ожидал. Сам помнил, что когда оказался в плену, то у меня из карманов исчезло всё, что находилось в тот злополучный момент.

– Ладно, что-нибудь придумаем, – произнёс, а сам направился к шкафу, что стоял несколько обособленно, возле самого входа в пилотскую кабину. Если это летательный аппарат, то на его борту должен быть аварийный запас на случай экстренной посадки или катастрофы. Вот только вспомнить или как-то определить, предусмотрена конструктивно на этом боте спасательная капсула или нет, я так и не мог. Не хватало необходимых знаний. С трудом, но вскрыл металлический ящик. По моим ощущениям времени потратил слишком много и мне пришлось вернуться к Татьяне, проверить курс и совершить очередной манёвр, чтобы мы летали по кругу.

– Как там? – поинтересовался, сгоняя с места пилота мою добровольную помощницу.

– Всё нормально. Пару раз рядом прошли какие-то самолёты, но очень быстро я даже среагировать не успела.

Я поморщился. Быстро летают или ракеты, но тогда бы нас сбили, или боевые машины, что тоже неприятно.

– Я не успела сказать, – видя моё недовольное выражение лица, попыталась оправдаться Таня, – они так быстро прошли, что я только и успела открыть рот, но потом они пропали.

– Ладно, иди покопайся в том шкафу. Нужен нож, бинт и… ну ты поняла, – не стал уточнять, что необходимо для проведения операции, надеясь, что девушки сообразят. Тем более, и Света присоединилась к поискам, а я тем временем проверил курс. Удостоверился, что, как и планировал, летаю по большому кругу.

«Нет, так дело не пойдёт, надо садиться и прятаться. Слишком долго кружим, считай на одном месте. Очередная смена маршрута будет выглядеть подозрительно, а эти быстрые цели – скорее всего, истребители, вот только скорость у них слишком высокая, вот и проскочили, пролетели мимо, но в следующий раз», – не успел додумать, как руки сами потянули рычаги управления. Именно в это время я заметил знакомый ориентир, где с Партизаном сделали первый схрон. Пусть далеко от убежища, но это и к лучшему, тем более в схроне находились и с десяток аптечек, что в нашей ситуации это намного важнее.

– Держитесь!!! – выкрикнул, а сам заложил вираж со снижением. Бот послушно лёг на крыло и стал снижаться. Пролетая, я заметил неплохое место для посадки, туда и направил летательный аппарат.

– Ай! Что случилось??? – послышался голос Тани.

– Идём на посадку. То, что ты видела – это истребители, надо садиться. Бот не предназначен для серьёзного воздушного боя, – пояснил, продолжая манёвр.

Летательный аппарат садился плавно. Я специально осторожно сажал бот, чтобы снизить внешние признаки приземления, но одновременно в душе надеялся, что наблюдатель из космоса не постоянно мониторит этот квадрат. Когда бот коснулся своими лапами-шасси, отстегнулся и быстро направился к выходу из пилотской кабины.

– Света, Таня, не тупите. Пошли, я помогу спуститься и скажу, где спрятаться, тут недалеко, я укажу направление, – шёл торопливым шагом по пути коротко объясняя, что надо делать. Спустившись на палубу ниже где находились все девушки, остановился у панели и, не обращая внимание на шум и гам поднявшийся среди бывших пленниц, открыл аппарель.

– Надо срочно покинуть бот, кто-нибудь умеет ориентироваться на местности? – ответа сразу не последовало, – от этого будет зависеть ваша жизнь, соображайте быстрее.

– Я умею.

– Таня, ориентироваться на местности можешь? – в принципе я и ожидал, что спелеолог должен иметь хоть какие-то навыки ориентирования. Но специально задал вопрос всем, чтобы её – считай самую молодую, признали лидером группы, пусть и на короткий промежуток времени.

– Да, нас учили.

– Значит, слушай… – говорил я быстро, боясь, что в этот самый момент в нашем квадрате появятся истребители, а когда закончил говорить, услышал ожидаемый вопрос.

– У нас раненые, одна точно идти не сможет, – возразила на вид самая старшая из всех.

– Понесёте, тут недалеко. Километра четыре всего, может, пять, если по прямой, – немного увеличил расстояние, дабы не расслаблялись. – Главное, не останавливайтесь, пусть скоро стемнеет, но там, куда вы должны дойти, есть еда, вода и лекарства. И ещё, ни в коем случае не разводите огонь, и… обмажьтесь по пути грязью.

– А вы, товарищ сержант? – задала вопрос Таня.

– А я скоро к вам присоединюсь…

Глава 15

Группа бывших пленниц неторопливо скрылась в редких зарослях лесополосы. Я думал, что убеждать и уговаривать придётся до́льше, но, к моей радости, они послушно, пусть и с эмоциональными всплесками выслушали мою речь и подчинились. Одна из них сильно повредила ногу и её вели, поддерживая две девушки, но остальные более-менее здоровы, но всё равно из-за этого темп их передвижения был слишком медленным.

– Если всё нормально, не заблудятся, то к утру должны дойти до схрона, – пробормотал, переключаясь на непривычные для человеческого глаза показания радара. Множество разноцветных прямых и кривых линий образовывали причудливый и раздражающий глаз узор. Я ещё несколько минут всматривался в изображение, но так и не смог сообразить, что в настоящий момент показывает прибор.

– Ну и фиг с ним, – взялся за рычаги управления и приготовился к подъёму. И так слишком долго находился на одном месте, не зная, отключён маяк бота или нет.

Поднимал бот осторожно, постоянно бросая взгляд на мониторы внешнего обзора, но они охватывали слишком небольшой угол, давая неполную картину происходящего.

– Твою же мать!!! – выругался, когда, вынырнув сзади в сотне метрах выше меня, пронеслась пара истребителей. Я руками крепко сжал рычаги управления. После попадания в инверсионный след бот плохо слушался и мне с большим трудом удалось сохранить горизонталь и не свалиться в штопор. Ещё бы чуть-чуть ближе прошли истребители и всё, я бы точно не справился с управлением.

Инверсионный след от истребителей изогнулся, образую дугу.

– Заметили, назад возвращаются. Интересно, какой у них радиус разворота? То, что не могут, как в фильмах моментально изменить вектор движения – это хорошо, а то бы худо пришлось.

Я резко поднял бот ещё на две сотни метров. Высоко подниматься не хотел. Там уж точно истребители будут владеть инициативой, а малая высота, небольшая скорость, может и поможет мне увести бот подальше от места высадки бывших пленниц.

Взял курс в сторону реки. И прижимаясь к поверхности Земли, огибая естественный рельеф, с небольшим ускорением полетел к выбранной цели.

«Вот сейчас развернутся, возьмут и шандарахнут ракетами. Или что у них там самое убойное», – думал, каждую секунду ожидая или воя сирены, или сразу взрыва.

Истребители нагнали достаточно быстро. Видел, как они пытались сровнять скорость, но я летел слишком медленно, и они вновь проскочили меня.

– Да что ж они хотят? Почему не стреляют??? – чертыхнулся, ища взглядом шлем пилота, но он оказался слишком далеко и не покидая кресла, не бросив управление, я до него не дотянусь. И тут мне пришла идея. Я вновь взглянул на экраны внешнего обзора. Вроде пилоты истребителей анторсов видят меня, и в рваном темпе, ложась, то на одно крыло, то задирая вверх нос, то ложась на другое крыло, выполнил манёвр, покачав «крыльями». Надо заметить, что крыльев как таковых у летательных аппаратов, как у бота, так и у истребителей не было. Я фактически покачал из стороны в сторону корпусом летательного аппарата, давая понять, мол хреново мне, надеясь, что такой сигнал воспримут адекватно, а не как вызов на воздушную дуэль. Ведь у анторсов условные сигналы с очень большой долей вероятности отличаются от общепринятых земных.

Впереди показалась река. Следя по мониторам внешнего обзора за манёврами истребителей, я пошёл на снижение. Выбирал место поглубже, но не очень широкое.

– Вроде здесь норм, – осмотревшись, прикинул расстояние от берега до берега и начал снижение. Манёвр выполнял рвано, то клюя носом, то задирая вверх хвост. Надеясь, что пилоты истребителей следят за мной, всем фюзеляжем показывая, если не поломку бота, то произошедшую нештатную ситуацию на борту. Когда до водной глади осталось всего несколько метров, а бот завис, заблокировал рычаги управления и кинулся из пилотского кресла к телам убитых клонов-пилотов.

– Так, ещё чуть-чуть не хватает, – за эти несколько минут, что висел неподвижно, отыскал необходимое количество подобия верёвки, снял с тел ремни, связал в одну ленту куртки и не забыл прихватить из аварийного запаса небольшой моток бечёвки. Не знаю, зачем в аварийном запасе примерно двадцать пять метров тонкой, но достаточно прочной верёвки, но она мне оказалась как никогда кстати. Но всё равно не хватило примерно метра четыре.

– М-да, ну что ж, больше нет ничего. И так слишком долго на одном месте вишу. Сейчас, глядишь, ещё один бот прилетит, и всё…

Подошёл к панели управления аппарелью. Открыл её и дождавшись, когда она откроется, пошёл назад к месту, где закрепил конец верёвки. Другой конец был накрепко привязан к винтовке, что блокировала рычаги управления. Дёрнул со всех сил и опрометью бросился к открытой аппарели. Я надеялся, что бот резко не клюнет носом или не завалится на хвост, и у меня будет время преодолеть эти злосчастные четыре метра, что не хватило верёвки, и пока бот не рухнет в воду, успею отплыть на безопасное расстояние.

В воду вошёл солдатиком. Пусть и высота небольшая, всего-то метров десять, но вы прыгали с десятиметровой вышки? Да ещё в первый раз, без подготовки… Вот и я не выпендривался: ноги вместе, руки прижаты к туловищу…

Вода обожгла ноги, словно приземлился на бетонную плиту. Когда окунулся и с головой ушёл под воду, проверил, вроде ничего не сломал. А вода-то холодная! И теперь, быстрее – быстрее, плыть подальше от бота, а то придавит своей массой или затянет в воронку!

Оставаясь под водой, работал руками и ногами на пределе сил. А когда лёгкие стало жечь от недостатка кислорода, почувствовал под ногами твёрдую поверхность. Я добрался до берега. И тут меня накрыло с головой большой массой воды. Бот, провисев значительно дольше, чем я надеялся, плашмя рухнул в воду, подняв высокую волну. От неожиданного толчка в спину я едва удержался на ногах. До берега оставалось всего несколько десятков метров, но глубина была ещё большая, мне примерно по плечи, но я удержался на ногах, и пригибаясь, едва высунув голову из водной глади, продолжал идти к суше.

Берег реки в этом месте высокий, но лучшего места, где глубина реки достаточная, чтобы весь бот погрузился под воду, поблизости не было. Сначала хотел немного передохнуть, присев на дно, но как я и ожидал, в синеющей темноте неба заметил несколько светящихся точек, что медленно, но верно приближались к нам. А один из истребителей, что нарезал большие круги над местом падения бота, куда-то исчез.

– Нет, на фиг, на фиг. Надо валить отсюда, а то ещё десант высадят и прочешут окрестности, – отплёвываясь от воды, вскарабкался по относительно крутому склону. – А теперь, ходу, ходу…

Бежал немного петляя, хоть как-то стараясь запутать следы. Что собак или других животных, способных уловить запахи и идти по следу ни Глен, ни тем более я, никогда не видели, но старался хоть как-то затруднить работу преследователям, если такие окажутся.

Формирование цивилизации анторсов шло по пути развития технических средств и генной инженерии, что с одной стороны могло привести к выведению животных, способных преследовать добычу – врага, но они выбрали другой путь – создали клонов, что участвовали в прямом боестолкновении. Этому способствовало множество факторов, в том числе ограниченность объёма корабля и высокоразвитое, технологически продвинутое развитие средств слежения и контроля.

После часового бега по пересечённой местности, где на открытых пространствах я вновь вставал на четвереньки и быстро-быстро пересекал его, я остановился перевести дух и сориентироваться.

– Так, я летел оттуда, река находится там, солнце садилось с той стороны, – мысленно перебирал ориентиры, чтобы понять, сколько мне ещё брести до убежища. Напрямую идти к нему не имело смысла. Просто-напросто без отдыха физически не выдержу путь длиною больше тридцати километров. А вот определить маршрут до схрона, куда я отправил спасённых девушек, было необходимо. До него как раз по моим подсчётам было примерно километров десять, может, чуть больше, но считал я по прямой, а сколько придётся петлять, обходить открытые пространства, плестись медленно на четвереньках… Ладно бы со мной, как в тот раз с Партизаном было необходимое снаряжение, те же термозащитные накидки, но я вновь оказался в одних трусах. Как только они после прыжка с такой высоты не слетели, только сейчас удивился.

«Умеют всё-таки делать, когда захотят», – подумал, радуясь за качественную вещь, а то, сами понимаете, ходить и светить своими причиндалами приятного мало, да и с точки зрения теплосбережения… После запланированного купания во время бега я согрелся, но стемнело, наступила ночь и температура воздуха пусть и не резко, но ощутимо опускалась, стало холодать.

– Нет, надо искать лёжку, не протяну так долго. Пусть и десять километров – это всего-то три-четыре часа по пересечённой местности, даже меньше, но устал, – разговаривал сам с собой, готовя импровизированный шалаш. Ничего из инструментов с собой не было, приходилось ломать ветки руками, плотно укладывать возле развесистого дерева, что своей кроной хорошо так закрывал выбранное место лёжки.

Сон не шёл. Я ворочался, да и неудобно практически обнажённым лежать на ветках. Уселся, прислонившись к дереву, вновь прикрыл глаза. Не знаю, сколько так просидел, но, когда глаза открылись, почувствовал себя отдохнувшим.

– Ладно, нечего рассиживаться, идти надо, – просидев ещё немного времени, всё-таки решился продолжить путь. Встал, вылез из импровизированного шалаша и от холода поёжился. Ночью стало холодно, а ещё распаренный. – Не заболеть бы, – произнёс и ускорил шаг.

Темп выбрал средний, темень мешала держать высокий темп, и пришлось подстроиться к неблагоприятным факторам. Ветки хлестали по обнажённому телу, а я радовался, что, выходя к анторсам, не стал разуваться, а то бы совсем худо было.

Пятьсот шагов бегом, сто шагов пешком. Пятьсот шагов бегом, сто шагом. По ощущениям в таком темпе я продержался около трёх часов. Начинало светать. Солнце медленно поднималось из-за горизонта, образуя яркую полосу предрассветного зарева. Я остановился. Хотя и ночь, но направление движения я выдерживал, всё-таки ходил тут с Партизаном, и через каждые пятьсот метров мы с ним оставляли едва заметные знаки, указывающие направление движения. Так что не заблудился, но меня насторожило, что почувствовал запах дыма.

– Неужели пожар⁈ – остановился, ища проблески огня. Но привыкший к темноте глаз не находил ни яркой точки, ни отблесков пламени. Вновь стал слушать воздух.

Нет, не ошибся. Едва уловимый ветерок доносил до органов обоняния запах костра и… готовящейся еды. Вновь принюхался. Запах лаванды, сигнализирующий близкое нахождение анторсов – отсутствовал. Прикинул в уме. За это время я прошёл примерно десять километров и где-то рядом должен быть схрон, но я не видел или может в темноте не заметил ни следов, ни каких других признаков, что говорили о наличии тут людей.

По ориентирам, но значительно сбавив скорость и, с максимальной осторожностью, двинулся к схрону. До не него по моим прикидкам оставалось не больше трёхсот – четырёхсот метров.

С каждым шагом запах готовящейся еды и костра усиливался. У меня скрутило живот. Когда последний раз нормально ел? Сутки примерно назад, прям перед неожиданным купанием, когда свалился в реку, а сколько энергии потратил? Вдруг до меня долетели голоса, я резко остановился прислушиваясь.

–…палка прямая нужна. И сильнее привязывайте. Дайте аптечку, я посмотрю, что можно использовать…

Тихо говорил властный женский голос. Чтобы не испугать, выждал несколько минут, слушая, о чём они говорят и медленно, но нарочито громко пошёл на голос, а когда увидел проблески костра, что очень умело был разведён в глубокой яме и укрыт ветками, произнёс:

– Не пугайтесь, это Бес! – но меня всё равно испугались, хорошо, что не завизжали и не кинулись врассыпную, а кто что мог, похватал из подручных вещей, кто-то ухватился за нож. Так что пришлось остановиться и повторить. – Это сержант Бес. Таня, Света, девушки, не пугайтесь…