Текст книги ""Фантастика 2026-1". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)"

Автор книги: Настя Любимка

– Альпинисты? – поинтересовался Воробьев.

Паренек закивал и нацепил на лицо маску:

– Ага. Плюс вместе промальпом занимались, дело нам знакомое.

Ворон остановился у края и почесал голову:

– Так, у вас же снаряги нет… ладно, один возьмет мою, а второй…

Тодд, ты пацанам отдашь или закабанел и без страховки не потянешь?

В вопросе слышалась дружеская неприкрытая издевка, судя по реакции Тодда, он к таким давно привык:

– Сам ты закабанел. Я на Пик Ленина поднимался, когда ты еще на горшок взобраться не мог.

Тодд протянул свой пояс с карабином Сове, а космонавт надел страховку Ворона. Здоровяк в «черепахе» схватился за трос, сцепился сверху ногами и стал быстро перебирать руками, переползая на соседнюю многоэтажку без страховки. Макс с Иваном в первый раз побаивались оказаться между небом и землей, но вскоре освоились и быстро оценили преимущества воздушных троп.

Минут через тридцать вся компания добралась до базы. Она размещалась под крышей обычного панельного дома в самом центре района. Ворон подошел к люку, выбил условный стук и назвал пароль:

– Карлсон прилетел.

В ответ чуть слышно раздался женский голос:

– Варенье на столе.

Железная дверца откинулась. Люди спустились на технический этаж под крышей. Тут было довольно тепло, стояли две самодельные печки, под потолком светилось с десяток светодиодных лампочек, провода от которых вели к большой аккумуляторной батарее электромобиля. В углу лежало оборудование для заправки газом пейнтбольных маркеров и коробки с шарами. Чуть дальше валялись куски арматуры, цепи, кастеты, ножи и бейсбольные биты. На одной из стен висело крепление для оружия. Иван с Максом рассмотрели несколько армейских и полицейских автоматов, с десяток охотничьих ружей, обрезы, пистолеты и травматы. Пять длинных полок были заставлены коробками с патронами.

– Ого, неплохой арсенал, – присвистнул Воробьев, – а я думал, вы только маркерами пользуетесь.

Тодд положил на стеллаж пейнтбольное ружье и повесил снарягу:

– От зомбаков обычно маркерами отбиваемся. Но есть тут несколько конкурирующих бригад, вот с теми только при помощи огнестрела можно договориться.

– Знакомая ситуация, – Макс вспомнил банду Якута в новосибирском мегамолле.

Команда Ворона активно обживала свое убежище. Серый унылый технический этаж превратился во вполне уютное, хотя и специфическое жилище. Бетонный пол утеплили и застелили кусками линолеума, а местами даже выложили ламинатом. Стены покрасили в оранжевый и черный цвет. Часть этажа превратили в настоящую кухню: гарнитур, столы, стулья – все как в обычной квартире. Скопление нескольких кроватей и надувных матрасов служило спальней. На крышу дома парни умудрились поднять даже пару биотуалетов.

На этой базе Иван и Макс познакомились еще с тремя людьми. Атлетичный рыжий парень, ровесник Воробьева, представился Конгом. Смуглый мужик со среднеазиатской физиономией назвался Тамом, а миловидная девушка лет двадцати пяти с каштановыми волосами просила звать ее Мика, она была сестрой Лики.

– Пельмень погиб, – сообщил плохую новость Тодд, открывая банку колы. Мика вздохнула, остальные угрюмо замолчали.

Парень по имени Вася, которому сразу дали кличку Пельмень, прибился к ним две недели назад. Его только начали натаскивать на задания и прикрепили к Лике, но судьба не отмерила Васе долгую жизнь. Между тем девушка чувствовала свою вину за его гибель. Ворон понимал это, поэтому отвел подружку в сторону, и они долго о чем-то говорили вполголоса.

– Помянем Пельмеша, я к нему стал уже привыкать, – Конг потянулся за бутылкой дорогого виски.

– Вечером помянем, у нас еще сегодня дело, ребятам помочь надо, – буркнул на него Тодд.

– Тогда я чай поставлю, – Мика собрала волосы в хвостик и направилась на кухню.

Минут через пятнадцать вся компания собралась за столом. На базе хранилось вдоволь еды, никто не голодал. Ворон и его команда каждый день устраивали вылазки в вымерший город, и пополняли свои склады провизии и оружия. Они были группой экстремалов, которые до эпидемии увлекались различными видами спорта: альпинизм, бейсджампинг, паркур, пейнтбол, все это сейчас пригождалось для выживания.

– Мы протянули тросы на девятый и седьмой дом на Махалова. К концу недели улицу должны закончить, – отчитался о проделанной за сегодня работе Зик.

– А как вы зимой планируете передвигаться, когда тросы обледенеют? – спросил Воробьев, с интересом поглядывая на симпатичную Мику.

– Когда морозы ударят, зомбаки должны окочуриться. Зиму им не пережить, они же не бессмертные. К тому времени мы припасов наделаем и продержимся какое-то время, пока улицы не расчистятся от этих тварей, – поделился планами Конг.

Макс вопросительно посмотрел на рыжего:

– А сами тут не задубеете?

– Утеплителем скоро всё обошьем, газовые тепловые пушки притащим, инфракрасные потолки от акумов запитаем. Если успеем – солнечные батареи на крыше поставим, – рыжеволосый Конг по-хозяйски загибал пальцы, перечисляя идеи по улучшению базы.

– До весны протянем, а там видно будет. Может, за вами на юга рванем, – усмехнулся Ворон, наполняя вторую кружку чая, – значит, вы из Новосиба? Путь до нас по нынешним временам уже не близкий, да и опасный.

– Не без этого, – кивнул Иван и рассказал о нескольких приключениях, которые выпали им по дороге. Только про встречу с Ричем космонавт умолчал, понимая, что его сразу примут за психа.

– Это… хотел спросить, а у вас есть прививка от бешенства? – как бы между делом сказал Макс, откусывая печенюшку.

Экстремалы замолчали, удивившись неожиданному вопросу, первой ответила Лика:

– Ну… есть.

– Прям у каждого? – продолжал допытываться подросток.

– Мы гоняли два года назад в Индонезию. Экспедиция там была на целый месяц, и перед этим кучу прививок сделали. Бешенство нам тоже кололи. А к чему ты спросил? – Ворон сидел в позе лотоса на кресле-груше, поигрывая мышцами.

– Вы не задумывались, почему не все люди заразились? – вопросом на вопрос ответил Сова.

– Мы тут чаще задумываемся, где найти жратву, которая еще не протухла, и самим ею не стать, – усмехнулся Тодд, разрывая пакет с карамельками.

Но Мика с серьезным видом смерила взглядом гостей:

– Ну, допустим, задумывались. А у вас есть предположения?

– Не у меня. Но у нас есть друзья, они ученые, в общем, по их гипотезе, тот, кто был привит от бешенства до этой эпидемии, не заражается зомби-вирусом. Может быть, еще причина в иммунитете, который подавляет вирус, короче как-то так, – скомкано попытался объяснить Макс.

Конг пробил ножом банку с консервированными персиками и стал выливать в стакан сироп:

– Хм, ну не знаю. Мой братан не прививался от бешенства. Но заразился только после того, как его укусили эти твари. Через день превратился в зомбака, пришлось его убить. Но до укуса он себя нормально чувствовал.

– Возможно, его иммунитет подавлял проникновение вируса через воздух. Заражение началось напрямую, через кровь. Мы с Максом в этом сами не специалисты. Но люди, которых встречали по пути, были привиты от бешенства. Почти все, а это о чем-то да говорит, – добавил Воробьев и попросил Мику еще подлить чаю.

Повисла пауза. Курганцы с интересом восприняли гипотезу о прививке против бешенства, которая помогала защититься от зомби-вируса. Все стали вспоминать своих друзей и родных, у которых мог быть такой иммунитет. Ворон развалился на кресле-мешке и стал точить бруском любимый нож. Лика с перевязанной ногой сидела рядом и о чём-то шептала ему на ухо.

– Значит, если вколоть вакцину от бешенства, то можно не бояться укуса зомбака? – Зик уткнулся в свой блокнот и что-то сосредоточенно записывал.

Иван и Макс переглянулись:

– Будь тут моя жена или наш друг они бы доходчивей объяснили. Но суть правильная. Расскажите об этом знакомым, у кого еще нет такой прививки. Хуже точно им не будет.

– Бояться укуса зомбака все же стоит. Он может какую-то другую заразу или инфекцию занести в кровь. Ну, мы так предполагаем, – уточнил Сова, – хотя Ваньку тут недавно всего искусали, вроде жив остался. Меня тоже пару дней назад цапнули не слабо.

Друзья перекинулись парой слов, попросили открыть им люк и выбрались на крышу. Сверху парни осматривали окрестности, пытаясь разглядеть походящую машину. Через несколько минут к ним присоединились Ворон и Зик.

– Ну что, пора двигать на поиски? – лидер альпинистов широко зевнул и потянулся, – все время поспать тянет после обеда.

Воробьев поставил одну ногу на парапет и стал завязывать шнурок:

– Угу, нам бы до темноты к своим вернуться…

– И желательно не с пустыми руками, – добавил Макс, приложив ладонь ко лбу.

– Зик, ты у нас самый умный, где пацанам подходящее колесо найти? – поинтересовался Ворон у приятеля.

Паренек достал зубочистку и стал ковырять в зубах:

– Понятное дело где. Тут через пять дворов штрафняк гаишный есть. На нем машин полно, по-любому, нужный вариант там найдем.

– Толково, туда и сгоняем, – согласился здоровяк, – тогда Конг с Тамом и девчонками на базе дежурят, остальные через пятнадцать минут по коням.

Альпинисты собирались быстро, все необходимое лежало под рукой. Перебираясь с крыши на крышу, приятели хорошо рассмотрели этот спальный райончик. Толпы каннибалов бродили по улицам и дворам. Мужчины, женщины, дети, солдаты, полицейские, рабочие, чиновники – все искали добычу, чтобы хоть немного утолить голод.

От большого скопления зомби поднимался отвратительный смрад, который ощущался даже на верхних этажах. Друзья мысленно радовались, что встретили таких союзников. Без их помощи они могли бы и не унести отсюда ноги. Многие улицы местные «партизаны» перегородили баррикадами и завалами. Так что чужой человек легко оказался бы в тупике, спасаясь от зараженных.

– На месте. Здесь придется спуститься и по земле потопать, – сказал Зик, отстегивая карабин от страховочного пояса.

Иван и Макс посмотрели вниз, метрах в ста от дома располагалось двухэтажное здание районного отделения ГИБДД, а рядом – большая площадка для принудительно эвакуированных автомобилей. Вся территория была обнесена сетчатым забором чуть выше человеческого роста. Рядом с многоэтажкой, на которой остановилась группа, бродило порядка двадцати зараженных.

– Ну, тут почти пусто. Зомбаков по лайту. Идем на третий, зачищаем территорию как обычно, – скомандовал Ворон и направился к люку.

Люди спустились в подъезд и осторожно, этаж за этажом стали продвигаться вниз. Вдруг потянуло сильной вонью, все напряглись. Достигнув площадки пятого этажа, группа обнаружила труп мужчины с несколькими ножевыми ранениями. Судя по состоянию мертвеца, разлагался он сравнительно недавно. Для порядка Зик несколько раз щелкнул по нему из маркера, чтобы убедиться в полной неподвижности объекта.

– Вань, помоги жмурика выбросить. Зик, Тодд, прикройте снизу, —

Ворон потянул тело за ноги и выволок покойника на подъездный балкон. Парни подняли труп и скинули его на головы двум зараженным. Спустившись вниз и заблокировав уличную дверь, отряд поднялся на третий этаж и занял позицию на общем балконе.

С этой высоты четыре маркера стали расстреливать ближайших каннибалов. Иван и Макс быстро оценили плюсы этого, на первый взгляд, «игрушечного» оружия. Желатиновые шарики с краской, попадая в лицо или глаза, лишали противников зрения. При этом шума пейнтбольные ружья издавали гораздо меньше, чем обычный огнестрел, не привлекая людоедов с соседних улиц.

Когда морды зараженных стали похожи на палитру художника, Ворон знаком приказал остановить стрельбу:

– Зик, прикрываешь нас здесь, остальные вниз.

Парень быстро закрепил самодельную веревочную лестницу и спустил ее до первого этажа. Ворон, Тодд, Иван и Макс быстро слезли и приступили к зачистке местности. Для рукопашной схватки с зомби курганцы захватили небольшие деревянные биты, обмотанные для прочности изолентой. Один-два удара – и зараженные падали с проломленными черепами. Воробьев и Сова действовали привычными им охотничьими ножами. Зачистка прошла быстро, почти все людоеды после «арт-обстрела» ничего не видели, их лицо распухло от ударов желатиновых шариков, а глаза залила краска.

Устранив угрозу, парни перебрались через забор и принялись искать машину с подходящим размером колес. Здесь их стояло более пятидесяти, но преимущественно легковушки.

– Нашел! – Макс махнул рукой, подзывая друга, но тут же разочарованно сплюнул, – ну ё моё, и тут секретки.

За десять минут отыскали три машины с размером колеса на 22, но все оказались с защитными гайками.

– Криминальный, я смотрю, у вас город… был. Резину, видать, часто снимали? – поинтересовался космонавт у Тодда.

– Не без этого. Сейчас вскроем дверь, поищем в багажнике насадку. Только стекло бить не охота, лишний шум нам не нужен. Ну да ладно.

Но Ворон остановил приятеля и предложил другую идею:

– Обожди. С той стороны гаёвни ментовские тачки стоят. Они-то должны быть без секреток, надо проверить.

На этот раз друзьям улыбнулась удача. Здоровый полицейский внедорожник с дорогущей резиной словно ждал их на специальной парковке в тени двух рябин. Через десять минут группа покинула территорию, волоча с собой добычу.

Обратный путь занял больше времени. Колесо приходилось перетаскивать с крыши на крышу с помощью специального запасного троса, который предусмотрительно захватил Зик. Уже ближе к вечеру, уставшие, но довольные они добрались до окраины района. Здесь Ивану и Максу предстояло проститься с курганцами.

– Спасибо, без вас мы точно не справились бы. Удачи вам, ребята, держитесь.

– Бог не выдаст – свинья не съест. По весне, может, в вашу сторону двинем. Если проблемы будут – обращайтесь, не стесняйтесь. Где нас найти вы в курсе, – кивнул Ворон, дружески улыбаясь.

Пейнтболисты зачистили маркерами территорию и помогли парням спуститься на землю, прикрывая сверху. Вскоре силуэты многоэтажек и застывшие башенные краны остались за спиной. Друзья шли так быстро, насколько позволяла тяжелая ноша. Через несколько километров Воробьев достал рацию:

– Монстр, прием, вызывают бродяги. Движемся на базу с трофеем. Как там у вас?

Тишина.

– Монстр, прием. Как слышите?

Снова пусто в эфире. Космонавт несколько раз повторил свой вызов, но вторая рация не отвечала.

Эпизод 54. Дела в поселке

Старый петух, который чудом уцелел во время бойни в Дальнем, хрипло прокричал всему поселку о начале нового дня. Раньше ему отвечали десяток таких же горластых птиц, но сейчас петуху приходилось надрываться в одиночку. В очередной раз, не дождавшись ответа из других дворов, птица взмахнула крыльями и разразилась еще более пронзительным кукареканьем.

Тем временем серый кот, которого приютил Грек, возвращался домой после ночной охоты. Он быстро перебирал лапами, двигаясь вдоль забора, как вдруг прямо над ним раздалось задорное чириканье. Стайка молодых воробьев что-то выясняла между собой, прыгая в зеленой листве большой вишни. Кот присел, посмотрел наверх, покачал хвостом, лизнул переднюю лапу и потер ей ухо. Сегодня ночная охота оказалась удачной, маленький серый хищник был сытым и, не обращая внимания на воробьев, побежал дальше. Природа уже проснулась, но люди еще дремали в своих домах.

Лев Николаевич с трудом открыл глаза, не в силах больше сопротивляться настойчивым призывам петуха. Он оделся, выпустил во двор Агата и вышел следом за ним. По сравнению с Москвой здесь было так хорошо и спокойно, что президенту казалось, будто он в отпуске. Его мысли вернулись к сыну, и Лев Николаевич в раздумье присел на крыльцо. Вчера еще раз обыскали все пустые дома, провели ревизию поселкового арсенала и насчитали восемь стволов охотничьих ружей и три травматических пистолета, плюс около тысячи патронов.

Президент понимал, что против отряда головорезов Чернова у него еще слишком мало как людей, так и оружия. Но совсем недавно не было и этого. Лев Николаевич был уверен, что бывший помощник не убьет его сына и будет держать в заложниках для подстраховки.

От этих мыслей Корнилова отвлек Агат. Овчарка, помахивая хвостом, стояла перед президентом и облизывалась.

– Да-да, ты прав, пора завтракать, – мужчина понял намек, с кряхтением поднялся и пошел на кухню.

Перекусив и покормив пса, Лев Николаевич отправился в небольшую пристройку за домом. Здесь была оборудована мастерская с верстаком и множеством инструментов, которые остались «в наследство» от бывших хозяев.

Президент понимал, что «огнестрел» – это хорошо, но полезно иметь под рукой и оружие для ближнего боя, которое можно изготовить своими руками. Он взял ржавую лопату, повертел в руках, положил на верстак и отпилил черенок. Затем на несколько сантиметров вбил в торец палки длинный гвоздь, откусил пассатижами шляпку и заточил напильником. Получилось неплохое оружие: одна сторона черенка служила дубинкой, а вторая – копьём, которым легко можно было выколоть глаз или пробить сердце.

Затем Лев Николаевич отпилил от другого черенка тридцатисантиметровую палку и стал вбивать в нее гвозди с одного конца, с тем расчетом, чтобы они торчали в разные стороны. Вколотив с десяток, Корнилов повертел деревяшку в руках: получилось нечто вроде метательного снаряда или «гранаты», как мысленно окрестил эту штуку президент. Он швырнул ее в стенку, и гвозди цепко вонзились в деревянные доски:

– Нормально, надо таких побольше наделать.

Лев Николаевич провозился еще пару часов в мастерской, а затем захватил с собой копьё-дубинку и пошел прогуляться. Он позвал Агата и направился с овчаркой в сторону реки. Миновав окраину поселка, человек и собака с удовольствием зашагали по сочной зеленой траве. Пес время от времени отбегал в сторону, настороженно нюхал землю и быстро возвращался к новому хозяину.

С берега реки повеяло прохладой, русло здесь было не очень широким и глубоким, но все-таки служило преградой от незваных гостей. Единственный пешеходный мостик забаррикадировали и обмотали колючей проволокой, чтобы обезопасить Дальний от зомби с этой стороны. Пока Лев Николаевич осматривал территорию, Агат весело носился по мелководью, жадно лакая воду и поднимая тучу брызг.

После прогулки президент направился прямиком к дому Федора. Семья казака как раз завтракала, и Оксана пригласила Корнилова к столу.

– Да я уж позавтракал, но от чая не откажусь, конечно, – как всегда чуть смущенно сказал Лев Николаевич.

Федор деловито посмотрел на приятеля:

– Васильич вчера вечером заходил. Цемент у соседей нашел в сарайчике, восемь мешков, вроде не слежался. Пригодится опоры под забор бетонировать.

Корнилов взял из чашки черешню и кивнул:

– Хорошая новость, а рядом тут нет строительного магазина?

– В Дагомысе есть, конечно. В Сочи, само собой. Но ехать туда пока страшно, – казак стукнул вареным яйцом о край стола и принялся счищать скорлупу.

– Надо прокатиться по трассе, пошерстить брошенные поселки, помародерить короче, – предложил Леха, закусывая жареную картошку свежим огурцом.

– С такими покатушками и на джаваровских наткнуться – как два пальца об асфальт. Пока с ними проблему не решим, далеко от поселка – ни ногой, – предостерегающе напомнил батя.

– Оружие есть, пора уже решать с ними. Это наша земля, – парировал Леха.

Федор хрустнул мощной как у быка шеей и грузно облокотился на стол:

– Вот сегодня после работы и начнем решать.

День выдался жарким во всех смыслах. Солнце пекло нещадно, время от времени прячась за редкими облачками. Мужики в поле вкапывали и бетонировали столбы для изгороди, чтобы с юга защитить поселок от зомби. К обеду со всех уже катился градом пот, решили передохнуть до пяти вечера, когда зной начнет спадать.

Приезд банды Джавара ожидался через несколько дней. Все единогласно решили, что лучший способ справиться с ними – это засада. Дорога, которая вела в Дальний, проходила через лес. Местами она сужалась настолько, что даже две легковушки не смогли бы разъехаться. Вот в одном из таких «горлышек», как сказал Васильич, и решили «встретить» бандитов.

– Если это дерево повалить, то дальше им деваться будет некуда. Когда остановятся, ударим из всех стволов. Машины не бронированные, в решето превратятся сразу, – озвучил нехитрый план пограничник.

Горик боязливо посмотрел по сторонам, словно опасаясь, что из кустов внезапно вылезут «джаваровские»:

– Нельзя им дать занять оборону, их больше, и вооружены лучше.

Федор постучал тяжелым кулаком по стволу молодого дуба, которому предназначалась роль шлагбаума:

– Никто им ничего давать не собирается. Да и где им обороняться? Половина нас с этой стороны дороги спрячется, половина – с другой, все простреливается. В лес если кто драпанет только…? Тут уж наша задача не мазать и по воробьям не палить.

– Я вот стреляю не очень, если честно, вернее, совсем никак, – признался Васильич, – ну кроме компьютерных игрушек, там я тот еще Рэмбо.

– Да, я тоже не снайпер, – добавил молчаливый Грек.

Борис отошел к обочине дороги, приспустил штаны и начал отливать:

– Сегодня вечером тир у реки устроим, посмотрим, кто как стреляет, чтобы роли сразу распределить в нашей заварушке.

– А забор доделывать не будем? – хрустнула ветка, и Грек насторожился.

– Подождет забор, он с нас дань не просит в отличие от этих хмырей, – Федор сердито выругался, вспомнив последний визит «джаваровских».

Но вечером пришлось заниматься другими делами. Только мужики вернулись в поселок, как их встретила Сорока. Так прозвали одну из тёток за ее длинный язык и говорливость.

– Федя, Боря… там ой…, дядя Гена помер… вот как полчаса назад преставился. Я ж за ним с весны ходила, помогала, как он с кровати перестал вставать… Схоронить надо.

Мужики перекрестились и казак кивнул:

– Ща мы с Лехой выкопаем могилку, обмойте старика пока, оденьте.

Сорока от волнения затораторила сильнее обычного:

– Да сделаем, сделаем! Оксана, Марина сейчас занимаются. Сегодня похоронить бы сразу, а то ночью душно, побыстрей бы в землю убрать тело…

– Да знаю я, схороним деда, не паникуй, – нахмурился Федор, который недолюбливал таких баб как Сорока.

– А гроб? Гроб как же? Гроб же нужен? – не унималась суетная тётка.

Робокоп кашлянул в кулак и оскалился в улыбке:

– Ты еще оркестр с музыкой запроси и памятник мраморный. Когда нам гроб-то делать, если ты его вечером хочешь похоронить? Да и материала нет, тут же не каждая деревяшка сгодится.

– Так как же?! – Сорока выпучила на пограничника глаза.

– А остальных как хоронили? В простыню завернем и все дела, -махнул рукой Борис.

Но тетка продолжала настаивать на своем:

– Мы же так закапывали тех, кто заразился. Их же вон сколько много было. А тут один человек всего, своей смертью отошел…

Грек перебил соседку, не дав ей договорить:

– Своей, не своей – какая разница? Земле предадим – и ладно.

Мужики пошли заниматься похоронами, а Сорока переполошилась еще больше и побежала к Марине с Оксаной.

Дядя Гена давно не выходил из дома, и о нем даже стали забывать в поселке. Но смерть старика все-таки стала неожиданностью для людей.

Через пару часов деда похоронили. Без отпеваний, долгих прощаний и скорбных речей. Родни у него не осталось, и самым близким для старика человеком в последние дни стала соседка Сорока, хотя, по иронии судьбы, раньше они не редко ругались между собой. Борис на скорую руку сколотил крест с именной табличкой, а Марина с Ксюшей сплели небольшой венок из полевых трав. Тело положили в простыню вместо гроба и опустили в землю. Федор сказал несколько слов, и могилу стали засыпать землей.

Всплакнула только Сорока, остальные спокойно простились с дядей Геной. Вскоре все разошлись, у живых было слишком много забот, чтобы долго горевать о мертвых.