Текст книги ""Фантастика 2026-1". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)"

Автор книги: Настя Любимка

Глава 39. Письмо с инструкциями

Пятый день заражения. Рассвет застал влюбленных в обнимку в одной кровати. Солнце заглядывало в окошко своим любопытным желтым глазом. На улице птицы устроили певчую дуэль, радуясь наступлению нового дня и оглашая весь двор своими трелями. Додж слонялся по коридору, дожидаясь, когда временный хозяин проснется и выведет его на прогулку. Андрей нежно обнимал Катю, которая еще спала, лежа на его плече. Неожиданно эту утреннюю идиллию оборвал телефонный звонок.

– Да..? – Заспанным голосом протянул Кузнецов.

На экране появилось напряженное лицо Маши:

– Привет… Ване хуже. Температура поднялась, трясет всего, лихорадка… Врачи не знают, что делать – не могут определить инфекцию. Андрей, мне страшно...

– Понял, скоро буду.

Кузнецов отключил сеанс связи и зашел в почтовый ящик. Катя проснулась и, щурясь от солнца, прошептала:

– Что-то случилось?

– Ваньке хуже стало…

– Хуже? У него же вроде неглубокая рана…

– У меня дурное предчувствие… ты рассмотрела вчерашних психов? Согласись, странно выглядели...

– Да, страшные такие… бррр…

Андрей нашел письмо, которое вчера пришло от Альберта Борисовича в то время, когда парень собирался на свадьбу и еще раз внимательно перечитал его:

Привет, Андрей. Как твое здоровье? Я сейчас уже далеко. Но то, что я делаю, коснется каждого. У меня есть только несколько человек, которыми я дорожу, среди них – ты и Маша. Скоро в городе будут происходить странные вещи. Ты должен быть начеку. В Новосибирске распространяется неизлечимая инфекция. Остановить эту эпидемию никто не сможет.

В чемодане, который я тебе оставил, находится 20 ампул с уникальной вакциной. Такой больше нет, состав и пропорции знаю только я. Сделай себе укол как можно быстрее, даже если чувствуешь себя нормально. Скоро все поголовно окажутся заражены. Если ты или твои самые близкие люди внезапно заболеют: резко повысится температура, появится жар, озноб, понизится гемоглобин – то нужно немедленно сделать инъекцию этим антивирусом. Через сутки после инфицирования процесс заражения станет необратим.

Помни, только самым близким знакомым и родственникам! Больше вакцины я не смогу тебе дать. Опасайся агрессивных неадекватных людей, которые скоро появятся. Их легко определить – похожих ты видел в лаборатории, когда мы проводили опыты с «Красной звездой» над заключенными. Зараженные крайне опасны, не чувствуют боли, нападают внезапно, кусаются, питаются кровью и сырой плотью.

Это не шутки, Андрей. Мир, который ты знаешь, скоро изменится, и Новосибирск – это только начало. Эпидемии подвергнутся все города и страны. Ты должен быть готов. Сделай запас продуктов длительного хранения и воды как можно больше. Оружие, спички, лекарства тоже крайне необходимы.

Код от замка чемодана:1010. Пиши мне, как будут новости. Описывай все в деталях. Я не знаю, как долго смогу выходить на связь. Может, еще увидимся.

P . S .: Береги Доджа.

Получив вчера это странное сообщение, Андрей не знал, как реагировать. Но, оказавшись на свадьбе, он забыл про письмо, пока не случилось нападение. Кузнецов сопоставлял факты: «В последнее время профессор, мягко говоря, вел себя очень необычно. Либо он задумал что-то очень нехорошее, либо у него конкретный сдвиг по фазе. Хуже только если и то и другое».

Парень открыл кейс Хаимовича. Внутри ровными рядами лежали двадцать ампул, шприц-пистолет и написанная от руки краткая инструкция: «вводить внутримышечно при сроке инфицирования не более суток».

Катя с интересом наблюдала за напряженным лицом парня. Она потянулась, с кошачьей грацией встала с кровати и обняла Андрея за шею:

– Что будем делать?

– Поехали в больницу… космонавта лечить.

Глава 40. Рискованное решение

Быстро прогуляв Доджа, Андрей и Катя поехали в госпиталь. Когда они вошли в отделение, то увидели в коридоре на диванчике заплаканную Машу.

– Привет. Ну как? Где он? – Кузнецов присел на лавочку рядом с коллегой.

– В реанимацию увезли...

– Какие симптомы, на что похоже?

– Жар, озноб, лихорадка, гемоглобин упал... он без сознания. У дяди то же самое… что это, Андрей?! – По щекам девушки вновь потекли слезы, и она уткнулась парню в плечо.

– Маша, соберись, – Андрей резко встряхнул коллегу и посмотрел ей в глаза, – то, что я сейчас скажу, покажется странным, но выслушай. Мне вчера с утра пришло письмо от Альберта Борисовича. Я сначала не обратил внимания, подумал, может он пьяный писал или вообще идиотский розыгрыш придумал. Но после того, что произошло на свадьбе и твоего звонка понял, что это не шутки.

Девушка перестала плакать и молча хлопала глазами, не понимая, причем тут профессор. Андрей продолжил объяснение:

– В общем, он предупреждал о каком-то неизвестном вирусе и перечислил симптомы точь-в-точь как у Ваньки.

– Откуда он знал? Почему он не приехал? Его и на свадьбе не было, хотя я его приглашала!

– Он уехал из города. Куда не сказал, но передал вот это, – Андрей достал из кармана ампулу с антивирусом.

– Это что?

– Лекарство. Профессор написал, что ввести его надо как можно быстрее, в течение первых суток. Похоже, тот псих вчера вечером заразил твоего жениха…

– Но мы же не знаем, что это… если только хуже будет? – На щеках у Маши от волнения вспыхнул румянец.

– В вопросах вирусов я доверяю профессору. Он, конечно, последнее время не в своем уме. Но все как-то сходится с его словами, у нас всего сутки, они истекут к вечеру. Решай…

Маша посмотрела на Катю, перевела взгляд на Андрея и кивнула. Сейчас ей было уже все равно, лишь бы найти способ помочь мужу:

– Но, как мы… он же…в реанимации…

– Придумаем что-нибудь...

– Хорошо. Идем.

Втроем они поднялись на следующий этаж и подошли к палате реанимации, где находился один санитар.

Андрей обернулся к Кате:

– Сможешь отвлечь этого? Ну… скажи, что заблудилась там, не знаешь где выход. Мне надо, чтобы на три минуты он вышел из палаты.

– Хорошо, заболтаю.., – губы девушки изогнулись в той кокетливой улыбке, от которой Кузнецов сходил с ума.

Через минуту санитар с явным удовольствием провожал Катю по коридору. Андрей с Машей незаметно проскользнули в палату. Кузнецов достал шприц-пистолет, зарядил ампулу с вакциной и посмотрел на Машу. Девушка кивнула. Иван лежал под капельницей и тяжело дышал. У него на лбу выступили крупные капли пота, глаза начинали впадать, кожа посерела, губы потрескались, по телу пробегала мелкая дрожь. Андрей быстро вколол лекарство, и они с Машей стали молча наблюдать за больным.

Через минуту вошли двое врачей:

– Так, вы кто? Кто разрешил заходить?

– Я – его жена, а это – наш друг, – извиняясь, сказала Маша, – мы тоже почти врачи...

– Так, почти врачи, тут почти реанимация, покиньте, пожалуйста, по-настоящему помещение, – ответил врач с чувством юмора.

Андрей взял девушку за руку и вывел в коридор:

– Остается ждать. Надеюсь, поможет.

Они спустились вниз и сели на диванчик, где их ждала Катя. Через несколько часов к друзьям подошел молодой врач:

– Пациент идет на поправку, температура спала, он чувствует себя лучше, но пока к нему нельзя. Мы все держим под контролем.

Андрей и Маша радостно переглянулись. Катя потеребила парня за плечо и прошептала:

– Мне нужно ехать, бабушка волнуется. Я как приеду – позвоню, хорошо?

– Конечно, спасибо тебе огромное. Завтра встретимся, да?

– Нет, завтра не смогу, по дому много дел. Я позвоню сама, пока, – Катя поцеловала друга в щеку и подбодрила Машу, – он поправится, все будет хорошо!

Катя уехала, Андрей еще немного посидел с коллегой и отправился к себе. Вернувшись домой, Кузнецов написал сообщение профессору, в котором рассказал о событиях прошедшего дня.Он попросил Хаимовича как можно быстрее перезвонить ему, чтобы прояснить множество вопросов, которые не давали парню покоя.

К вечеру Андрей почувствовал недомогание, его состояние быстро ухудшалось, появился озноб, и поднялась температура. Все симптомы были похожи на грипп, но проявлялись гораздо острее и стремительнее. Ученый понял, что обычными лекарствами тут скорее всего не обойтись, достал вакцину и несколько мгновений рассматривал ее в нерешительности. Отложив антивирус, Кузнецов набрал номер Кати, но никто не ответил. Тогда парень позвонил Маше, поболтал с ней несколько минут и справился о здоровье Ивана. Воробьева ответила, что мужу гораздо лучше, он пошел на поправку, а вот у дяди два часа назад остановилось сердце, врачи не смогли его спасти. Кузнецов услышал в трубке всхлипывания девушки, попытался ее утешить и выразил соболезнование. Попрощавшись с Машей, ученый вставил ампулу в шприц-пистолет и сделал себе укол.

Глава 41. Письмо счастья.

США. Шестой день от начала заражения. Зерна эпидемии, разбрасываемые профессором по всему миру, активно давали ростки. Вирус быстро осваивался и, благодаря особой мутации, одинаково хорошо чувствовал себя в воздухе и в воде. Кроме того, его активным переносчиком стали многие насекомые, что оказалось настоящей бедой для азиатских, африканских и южноамериканских регионов, где очаги эпидемии распространялись со скоростью огненного шторма.

Джеффри Янг торопился на работу. Не то, чтобы он опаздывал, просто погода утром испортилась, пошел дождь, а зонт из дома мужчина не захватил. Путь от станции метро до Пенсильванского Университета, в котором работал Джеффри, занимал не более десяти минут пешком. Но за это времяон успел промокнуть до нитки. Молодой ученый был в числе самых одаренных и перспективных сотрудников одного из лучших медицинских вузов США. В свои двадцать восемь лет он работал заместителем заведующего лабораторией. На входе в свою кафедру, ученый столкнулся с симпатичной аспиранткой по имени Николь.

– Мистер Янг, Вам письмо, – сказала девушка, хитро глядя своими карими глазами.

– Спасибо, Николь. Но я сам могу проверить свою почту.

– Нет, Вы меня не так поняли, Вам обычное письмо, в конверте, сегодня доставили, лежит на Вашем столе.

– Да…? – Джеффри не получал бумажных писем последние лет десять, поэтому сильно удивился.

– На письме не указан точный получатель, стоит примечание «передать руководителю лаборатории», а так как мистер Паркер в отпуске и его обязанности исполняете Вы, то, следовательно, письмо Вам.

– Дорогая, Николь. Ты не только красива, но и, безусловно, умна.

– Спасибо. Оно пришло из России, от кого точно я не смогла понять.

– Из России?! – Эта новость удивила Янга даже больше, чем сообщение о бумажном письме. – Забавно, они до сих пор пишут письма на бумаге?

Николь пожала плечами, показывая, что это ей не интересно и пора возвращаться к делам.

На кафедре уже находились несколько младших научных сотрудников и пара лаборантов. Джеффри подошел к своему столу, взял в руки конверт и потряс им в воздухе:

– Господа, письмо из России! Забавно?

Толстый афроамериканец в белом халате, повернувшись на офисном кресле, сказал:

– Письмо? А случайно, не голубиной почтой прислали?

Раздался хохот. Толстяк, радуясь, что его шутка понравилась, продолжил острить:

– Нет, нет, они, наверное, засунули его вбутылку, запечатали пробкой и кинули в море. Ха-ха, поняли? Кинули в море, вот так, – сказал он, зачем-то показывая это руками.

Смешков стало поменьше, толстяк уныло замолчал и развернулся обратно. Стул под ним жалобно заскрипел.

– Ладно, сейчас посмотрим, что в конверте, – улыбнувшись, сказал Янг.

– Может там икра? Или сало? – поинтересовался один из лаборантов.

Джеффри распечатал конверт и достал лист бумаги. В этот момент вирус вырвался из герметичного плена и с частичками вдыхаемого воздуха стал проникать в легкие человека, а затем в его кровь и мозг. Мистер Янг ощутил странное дуновение, развернул конверт и прочел:

Дорогой друг и коллега. Скорее всего, ты не знаешь меня, но это уже не важно. Вообще, все, что было до этого момента – не важно. Потому что наступает Новая эра. И ты будешь одним из первых, кто это почувствует. Я сделал открытие, которое перевернет жизнь человечества. Мы все жили неправильно, и пора это исправить. То, что мы сделали с нашей планетой – непростительно. И каждый должен нести за это наказание. Если ты верующий, то сходи в свою церковь, мечеть, синагогу, буддийский храм или туда, где ты молишься. Попроси прощения и прости всех сам. Новый рассвет настает, и я – его вестник. Передай это письмо всем своим коллегам, чтобы они знали, что перемены грядут уже скоро, и назад пути нет.

– Что за бред?! Этот русский перепил водки, когда это писал?! – выругался Джеффри.

– Водки, да точно, водки! – оживился толстяк.

– Что там, Джеф?

– Чушь какая-то, этот ученый из России говорит о наступлении новой эры. Предлагает мне помолиться… видимо, перед смертью. Ха-ха. Бред какой-то! На, глянь, – Янг передал письмо коллеге. Так оно весь день ходило по кафедре, а затем – и по университету, забавляя персонал. Замысел профессора о «сарафанном» распространении вируса среди ученых оправдался на 100%.

Отработав свою смену, Джеффри Янг отправился домой. К вечеру он стал чувствовать себя неважно: голова гудела, и всю дорогу его немного подташнивало.

«Ну и денек, так и знал, что не надо есть ту пиццу с шампиньонами, доехать бы домой побыстрей», – думал мужчина, прибавляя шаг.

Зайдя в квартиру, Джеффри поцеловал свою жену Сару. В комнате на полу играл двухлетний малыш Билли, сын Сары от первого брака. Своих детей у мистера Янга еще не было. Супруга приготовила на ужин его любимые острые куриные крылышки. Джеффри открыл холодильник и достал пару бутылок пива к блюду.

– Как день прошел? – Традиционно поинтересовалась Сара.

– Похоже, я отравился пиццей в кафе на углу. Тошнит немного и жар какой-то.

– О! Может вызвать скорую?

– Нет, я приму таблетки, к утру должно пройти. Надо наслать санитарных инспекторов к этому пуэрториканцу, который делает пиццу.

Супруга поставила перед мужем большое блюдо, полное горячих крылышек. Сынишка подошел и обнял папу за шею, он не знал своего настоящего отца и считал Джеффри родным. Спокойно поужинав в кругу семьи, Янг неожиданно вспомнил:

– Да, еще был забавный случай сегодня. Какой-то сумасшедший русский прислал мне письмо о скором конце света. Мы стали выяснять, кто это. Оказался какой-то профессор из Сибири. Вроде весьма уважаемый в своей стране специалист, но, похоже, съехал с катушек. Обратный адрес только почтовый оставил, вот думаю, писать ему ответ или нет.

– Может, это розыгрыш?

– Не знаю. Если так, то очень глупый, – Джеффри потянулся на стуле, в этот момент у него потемнело в глазах и заложило уши. Он поморщился и потрогал рукой лоб, – приму таблетки и полежу немного, что-то нездоровится… извини, дорогая.

Поцеловав жену и потрепав по голове сына, мистер Янг зашел в ванную, открыл шкафчик, где хранились лекарства, и проглотил пару капсул. Затем переоделся в домашнюю пижаму, лег на большую кровать в спальне и быстро уснул. Несколько раз мужчина просыпался, его бросало то в жар, то в холод. Сны и реальность смешались: он то летал над озером Мичиган на огромномпараплане, то видел потолок над кроватью, который, казалось, вот-вот рухнет. Через какое-то время Джеффри почувствовал руку у себя на лбу и услышал голос жены:

– Дорогой, ты, кажется, болен! У тебя сильный жар. Давай, я позвоню в 911?

– Нет, нет… скоро пройдет, мне уже лучше, – пробормотал он в ответ.

Утром миссис Янг встала, приготовила легкий завтрак, оставила мужу записку, чтобы покормил ребенка, и отправилась на работу. Сегодня она ушла пораньше, так как коллега из call-центра, где работала Сара, попросила подменить ее.Джеффри с утра был свободен, к двум часам дня ему нужно было приехать в Университет, где он пару раз в неделю читал лекции, но Сара планировала вернуться домой к обеду, поэтому решила сегодня не вызывать няню.

Начиналось еще одно прекрасное утро, только Джеффри не понимал этого. Прошло чуть меньше суток с момента его заражения «Новой звездой», и вирус почти взял контроль над его организмом и разумом. Когда проснулся малыш Билли, мужчина еще был практически без сознания.

Тело мистера Янга претерпевало небольшую трансформацию. Вирус поглощал много гемоглобина из его крови и ускорял обмен веществ, чтобы быстрее размножаться. Он постепенно вытягивал из организма человека всю жизнь в прямом смысле слова. В конечном итоге «Новая звезда» оставляла ровно столько, сколько было нужно для жизни носителю – биологической капсуле, в которой плодился мультивирус. Но «Новая звезда» нуждалась в постоянном питании, ей была нужна свежая кровь, аминокислоты, а следовательно – мясо. И неважно чье: коровье, заячье, куриное, свиное или человеческое. Для вируса не было разницы, он направлял тело убивать и есть. В этом теперь состояло его предназначение.

Вирус был довольно «эффективным менеджером»: он не тратил силы организма понапрасну, а умело управлял им. В моменты охоты «Новая звезда» мощными нейронными импульсами мозга мобилизовала все силы тела: человек становился быстрым, сильным, агрессивным, не чувствовал боли и страха, был нацелен только на одно – убивать и есть. Можно было и не убивать, главное – есть, хоть живьем. Когда тело насыщалось, то становилось медленным и вялым, могло передвигаться едва-едва, экономя энергию, до новой вспышки агрессии.

Джеффри открыл глаза, но это был уже не Джеффри. Его зрачок потускнел, зрение упало, зато улучшилось обоняние. Нос заострился, как у покойника, глаза впали, десны воспалились. Серая потрескавшаяся кожа пахла смертью. Все, что знал, любил и помнил мистер Янг, было потеряно, так как вирус отключил эту часть мозга, чтобы экономить энергию. Джеффри стал примитивным средством для убийства.

До мужчины донесся странный звук, как будто он слышал его очень давно, но не мог вспомнить, откуда он. Этот звук вызывал у него явное раздражение, но вместе с тем и возбуждение. Это плакал в своей кроватке голодный сынишка Сары. Джеффри неуверенно встал с кровати. После заражения тело слушалось его не очень охотно. Тяжелое хриплое дыхание мужчины раздавалось в комнате. Он сделал несколько шагов и оказался перед закрытой дверью. К несчастью, дверь открывалась наружу, поэтому он толкнул ее рукой и вышел в коридор. Спальня Билли находилась через десять метров, сразу за ванной комнатой. Мистер Янг подошел к двери, которую нужно было потянуть на себя, но эта задача для примитивного мозга уже стала проблемой. Мужчина толкнул дверь, она не поддалась. Плач в комнате стал громче. Агрессия зараженного возросла, чувство голода усилилось, температура тела в момент ярости стала повышаться. Он ударил снова, дверь дрогнула. Стал бить еще и еще – пока, наконец, тонкая фанера не лопнула. Ребенок, инстинктивно чувствуя опасность, спрятался под кроватью и тихонько сопел.

Джеффри пролез в образовавшуюся щель и принюхался. Он не видел добычу, но чувствовал ее. Зараженный встал на четвереньки, повернул голову и увидел под кроватью перепуганного, сидящего поджав ноги Билли. Но для этого существа мальчик больше не был любимым приемным сыном. Это была кровь и плоть, так нужная ему в этот момент. Вирус дал сигнал.

– Папа, – сказал малыш, еще не понимая всей опасности.

Хриплый рык вырвался из груди Джеффри, и он бросился на ребенка, тот взвизгнул и пополз в сторону.

К обеду Сара возвращалась домой. Муж все утро не брал трубку, и женщина начала беспокоиться.

«Может быть, он вызвал скорую, уехал в больницу и забыл телефон? – Думала она по дороге домой. – Нет, Джеф – такой ответственный, он бы обязательно позвонил и предупредил. Да и не оставит же он ребенка одного». С этими мыслями Сара переступила порог. В доме было все как обычно, но какая-то давящая тишина сразу навалилась на нее. Билли при ее возвращении всегда радостно бежал к двери.

– Сынок, я пришла…

Женщина прошла по коридору и увидела разломанную дверь детской. Войдя в комнату, мать издала истошный крик. На полу растекалась большая лужа крови. Сара повернулась и увидела в углу за дверью существо, напоминающее ее мужа. Все его лицо, руки и одежда были перепачканы кровью. За ним в углу лежали останки маленького человеческого тельца. Женщина издала вопль отчаяния и закрыла руками лицо. Она не могла пошевелиться, ноги, словно, налились свинцом, а в позвоночник ударил разряд тока, который отозвался дикой болью в каждой клеточке.

Зараженный в облике мужа быстро приблизился к женщине и сбил ее с ног ударом руки. Затем мужчина навалился на жену всем телом и вцепился в горло зубами. Жизнь покидала Сару вместе с кровью, хлеставшей из порванной артерии на шее. Ее тело стало быстро остывать. Джеффри был доволен, теперь у него было много пищи.