Текст книги ""Фантастика 2026-1". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)"

Автор книги: Настя Любимка

– Мы сначала заблудились, а потом нашли ориентиры, о каких вы говорили и пошли по ним, но медленно, – продолжала говорить Таня, а Света – Светлана Ивановна. Это она властным голосом тут распоряжалась, оказалась фельдшером и сейчас обрабатывала мои многочисленные порезы и ссадины, – а когда совсем стемнело, Вероника неудачно упала и ногу повредила…

– Ничего страшного, заживёт, – вступила в разговор Света, – рану я обработала. Тугую повязку наложила, но она быстро ходить не сможет, а когда обезболивающее перестанет действовать, то… – она многозначительно покосилась на спящую мирным сном раненую девушку.

– Смотрю, все дошли, – произнёс, немного перекусив, переведя разговор в другое русло, – вы просто молодцы!

– Все, а куда мы денемся, – спокойно произнесла та, у которой изначально была повреждена нога. Мы сидели в оборудованном укрытии, и тихо беседовали, – я хотела где-нибудь остаться, чтоб не сдерживать девчат, но нет, отказались, помогли доковылять.

– Это правильно. Ладно, мне бы отдохнуть немного…

– Товарищ Бес, а вы переоденьтесь и ложитесь. Места тут на всех хватит.

Что схрон оборудовали и как временное укрытие примерно на десять человек, я знал, но во что переодеваться-то? Мы с Партизаном не несли с собой никакой дополнительной одежды. И видя мой вопросительно недоумённый взгляд, Таня продолжила:

– Мы нашли здесь рюкзак с полным комплектом формы. Даже обувь есть, но вот не знаю, размер…

– С формой??? – ещё больше удивился я.

– Ну, да.

– Покажите.

И мне показали. В темноте-то я сразу не заметил, что в схроне вместо двух оставленных нами рюкзаков имелись ещё два. Один, как понял и был с формой.

«Наверно Заря с ребятами сюда приходили и ещё кое-чего донесли, – подумал я, разбирая рюкзак, – ведь с Партизаном мы за один заход мало принесли. Сейчас бы и ни еды, ни воды следующим, кто придёт не останется. А нам надо с собой ещё немного взять. Путь-то предстоит неблизкий, примерно двадцать километров. Если учесть, что по времени три-четыре километра девушки шли примерно столько же сколько я – десять, то…».

Третьи сутки мы идём, прячась, таясь по своей земле. Как же это бесит, лежать, вжавшись в землю накрытым покрывалом, и смотреть, как вдалеке пролетают вражеские боты. Как я и ожидал, но скорость передвижения моих подопечных едва переваливала за пять километров за переход. Долго отдыхали, прятались. Уходя вперёд, отрываясь от основной группы, я на каждом привале оборудовал полноценное укрытие, благо опыт имелся, вот только оставлять там теплоотражающие накидки не стали. Просто накрывали ими шалаш, сидели внутри, пережидая, а потом забирали с собой. У нас накидки были у каждой, а лишних не было. Вода быстро закончилась, но еда пока оставалась, на сутки хватит, а идти ещё не меньше двух…

– Тань, – подозвал самую бойкую из всех. Всё-таки в ней я не ошибся. Не скажу, что станет большим командиром, но тот необходимый командному составу стержень у неё имеется. Не боится принимать решения, отстаивает своё мнение, не чурается ответственности, но главное, прислушивается к чужой точке зрения, не отметая сразу, каким бы фантастическим она ни звучала.

– Да, здесь.

– Я завтра с утра пойду вперёд. А вы тут останьтесь. Ещё немного осталось, за полдня дойду. За сутки, может, на вторые, вернусь.

Таня долго стояла, ничего не говоря в ответ, только коротко кивнула. А на душе моей стало так тяжко, прям хоть вой. Она видела, что я иду быстрее и увереннее ориентируюсь на местности, но вновь оставаться одним… Было ли страшно им, не знаю. Но как-то случайно подслушал, никто из них вновь не собирается попадать в плен.

Ушёл пока не рассвело, никого не будя, так как последнюю смену дозора назначил нести себя сам. Час побудут без присмотра. Ничего страшного, ничего не случится. Укрыты они хорошо, а если начнётся облава или высадят десант, то и я бы не помог. А долгие проводы – долгие слёзы.

Шёл в своём темпе: быстро, но осторожно, как в стороне услышал шорох. Припал к земле, натянул на голову накидку и замер. Ничем не примечательный, не выделяющийся из общего фона холм вдруг вспух и оттуда показался человеческий силуэт.

Глава 16

Под монотонный стук колёс электропоезда, министра обороны Шевцов Станислав Юрьевич работал с документами. Прошло чуть больше месяца с начала вторжения и только сейчас появилась возможность прибыть лично к Президенту, и генерал готовился к встрече, но недостаток информации, разрозненность и противоречивость сведений мешали установить общую картину происходящего. Доподлинно известно, что на Землю, на все его континенты высадился десант инопланетян. Земля подверглась вторжению оттуда, откуда не ожидали и противопоставить захватчикам было нечего.

Станислав Юрьевич отложил документы и вызвал адъютанта. До прибытия в «Ямантау-1» оставались считаные часы, а докладывать Президенту было нечего.

– Есть новые сведения? – сразу задал вопрос генерал своему адъютанту.

– Никак нет. Следующий запланированный сеанс связи с координационным центром состоится через два часа.

– Понятно. Собери высших офицеров, что входят в координационный совет.

– Есть, – отрапортовал адъютант и удалился, а генерал откинулся не спинку кресла.

– И что мне докладывать? – сам себе задал риторический вопрос Шевцов.

– Разрешите? – в купе вагона, что переоборудован в рабочий кабинет с совещательной комнатой, по одному входили офицеры.

– Смотрю, все собрались. Так что начнём, товарищи. Я вас собрал, чтобы обсудить план противодействий агрессору. Есть предложения? – в небольшой совещательной комнате воцарилась тишина. Задача генералом о разработке плана поставлена всего несколько дней назад, когда по каналу связи глубокого залегания поступил приказ Президента прибыть в «Ямантау-1» с докладом, но слишком небольшой срок прошёл с того момента. Считай, только сейчас восстанавливалось, налаживалось сообщение с бункерами глубокого залегания по всей ветке «Метро-4000». С некоторыми участками и ответвлениями до сих пор не было ни связи, ни рабочих линий сообщений, но экстренно возобновлённые работы дали положительный результат. Удалось установить связь с большинством отдалённых на момент вторжения недостроенных веток метро.

– Разрешите, товарищ генерал? – с места встал генерал-лейтенант Пристов, курирующий связь и взаимодействие между убежищами по восстановленной ветке «Метро-4000».

– Не вставай, Савелий Иванович, не на параде. У тебя есть предложение?

– Сначала я бы хотел озвучить данные, что получены буквально несколько часов назад, разрешите? – генерал Шевцов кивнул и Пристов продолжил, – по состоянию на сейчас, – начал доклад генерал, – установлена кабельно-волоконная связь с девяносто процентами убежищ, расположенных на ветке «Метро-4000», установлено электрорельсовое сообщение с шестьюдесятью восьмью процентами убежищ…

– Товарищ генерал, конкретней, – спокойно произнёс Шевцов. Он до сих пор никак не мог добиться от подчинённых, чтобы те сначала говорили суть, а потом, если понадобится, уточняли цифрами и фактами. Но людей не переделать и заменить их сейчас просто некем. Генерал-лейтенант Пристов пять лет занимался фактически тыловым обеспечением, думали, получит генерал-полковника, и его с почётом отправят на пенсию, но вот как сложилось. Теперь курируемый им блок вышел на первые роли, сместив на второй план не только первого заместителя министра, курирующего войска полной боевой готовности, но и остальных заместителей. И так получилось, что другого, более-менее знающего, владеющего всей полнотой информации офицера не оказалось. Или сгинули в огне первого массированного удара, или исчезли и считаются пропавшими без вести.

– Извините, товарищи, – прокашлялся Пристов, – буквально сутки назад удалось установить связь с «Сооружением-Б48» – это недостроенное убежище «Метро-4000» на юго-восточном направлении, что располагается в окрестностях Братска.

– Об этом нам известно, – теперь с нескрываемым недовольством, произнёс Шевцов, – не надо повторяться. Это было во вчерашней сводке.

– Так точно. Сегодня пришла информация, что их людям, что выходили на поверхность, удалось раздобыть образцы инопланетной экипировки и оружия. Я распорядился немедленно отправить груз напрямую в «Ямантау-1». Где находятся лаборатории и научный центр по изучению…

– Ясно, – прервал генерал. Эту информацию он не знал, но факт заслуживал внимания, – у вас есть конкретные предложения?

– Есть, товарищ генерал. Если уж им удалось выйти на поверхность и раздобыть для изучения артефакты, то…

– Ясно, присаживайтесь, – остановил офицера генерал. Неоднократно посланные на поверхность группы не вернулись и связь с ними потеряна. Об этом Пристов мог и не знать, не его епархия, но толочь воду в ступе не было времени. Скоро встреча с Президентом, а конкретных предложений у министра нет. – Даю вам срок сутки, чтоб каждый по своему ведомству представил предложения, ясно⁈ А вы, товарищ генерал-лейтенант, оставьте мне оригинал сообщения, что не вошло в сегодняшнюю сводку, я посмотрю.

Офицеры ушли, закрыв за собой плотно дверь купе. Генерал расстегнул на себе куртку, снял её и принялся изучать сообщение. Оно было не как все коротким, а едва уместилось на два машинописных листа. Генерал углубился в чтение, делая пометки.

– Немного напутал генерал-лейтенант, – после неоднократного внимательного прочтения документа, откинулся на спинку кресла министр, – если бы сам не проверил, а со слов доложил Президенту… ладно. Верно говорят, что если хочешь сделать хорошо – сделай сам.

– Товарищ Министр обороны, разрешите?

– Что тебя?

– Через полчаса прибываем на станцию «Главная „Ямантау-1“», вы просили предупредить, – отрапортовал адъютант.

– Ясно, спасибо. Собираюсь…

На станции встречающих было немного, не до формальностей.

– Товарищ Министр обороны, Президент ждёт, – как только первые минуты знакомства и представления прошли, к Шевцову обратился помощник Президента.

– Со мной ещё…

– Это пока неофициальная встреча. В шестнадцать часов совещание в полном составе, а пока предварительная беседа, – успокоил представитель…

Электрокар бодро взял разгон и тихо пошуршал своими шинами по бетонному основанию пола. Окружающее монументальное величие генерала не впечатляло, и он погрузился в свои мысли, в уме составляя план своего доклада. Так, в размышлениях, незаметно прошёл час и электрокар остановился…

– Проходите, вас ожидают, – произнесла улыбчивая девушка, сидевшая в большой, добротно отделанной красным деревом приёмной.

Двери бесшумно раскрылись, и министр вошёл внутрь. Он знал, что кабинет в «Ямантау-1», как, впрочем, и в других бункерах первого лица государства до скрупулёзности идентичны основному рабочему кабинету, что находится в Кремле, но всё равно ожидал найти кое-какие отличия, но при первом, беглом взгляде их не оказалась.

– Здравствуйте, Станислав Юрьевич, проходите, – протягивая руку для рукопожатия, встретил министра, Президент, – пред началом совещания я хотел с вами поговорить, без официоза.

– Добрый день, товарищ Президент, – ответил на приветствие министр. По роду службы он неоднократно встречался с первым лицом государства и сейчас в мимике лица, в жестах, пробовал прочитать настроение Президента.

– Присаживайтесь, – Президент жестом указал на стоявшие возле журнального столика кресла, – и давайте без предисловий, что мы можем противопоставить агрессии⁈ – в лоб задал вопрос Президент.

– План противодействия пока не сформирован, – к этому вопросу Станислав Юрьевич готовился всю дорогу и в уме прокручивал разные варианты ответа. Отвечать честно в лоб, что армия на восемьдесят процентов уничтожена, сохранились лишь разрозненные остатки частей, с которыми отсутствует связь и не факт, что они продержатся в укрытиях ещё неделю, другую, министр не хотел, и он выбрал другой вариант ответа. – Недостаточно данный. Выведены из строя…

– О потерях я знаю, не надо повторяться. Что мы можем противопоставить агрессору? – вновь задал вопрос Президент и министр понял, что юлить и увиливать от прямого ответа не имеет смысла. Министр тяжело вздохнул и заговорил:

– Товарищ Президент, действенных средств противодействия на вооружении армии нет. Любые попытки нанести ответный ракетный удар блокируются. Авиация уничтожается на взлёте, не достигая рубежа открытия огня. Надводные корабли Тихоокеанского и других флотов, уничтожены. С подводными лодками связи нет и неизвестно, потоплены они или нет. Нам неизвестно оружие противника, нет никаких данных о его численном и качественном составе, о его тактике и способах ведения войны… – на одном дыхании вымолвил министр, ожидая реакции Президента, но на его лице и мускул не дрогнул. Тут министр вновь заговорил:

– Одной группе удалось захватить образцы оружия и экипировки. Всё сегодня доставят сюда для изучения. После этого можно будет говорить предметней, – именно это предложение он хотел озвучить на совещании, как основное. Без знания врага, его слабых и сильных сторон строить планы – безумство и шапкозакидательство. И так потери превысили всевозможные пределы, а сколько мирных жителей погибло, сколько гражданских успело укрыться в убежищах глубокого залегания? Министр знал примерные цифры, и Президент знал. И вновь озвучивать их, расписываясь в бессилии, Шевцов не стал.

– Я вас понял, – после долгой паузы, ответил Президент, – можете идти отдыхать. И распорядитесь, как только доставят образцы, чтобы немедленно оповестили, я хочу взглянуть…

Совещание началось по плану – в шестнадцать часов. На нём, кроме военного блока, присутствовали все представители власти, что успели укрыться в различных убежищах глубокого залегания. И именно на сегодня всех вызвали в главный центр «Ямантау-1» для общего совещания. Опасаясь взлома систем связи со стороны противника и по личному настоянию Президента, проводить видеоконференцию не стали, а скопление в одном месте всех высших лиц государства, что пока де-юре существовало, пусть и вызвало недовольство со стороны личной охраны Президента, но было проигнорировано.

Министр обороны внимательно слушал докладчиков. Первым выступал заместитель министра экономики. Сам министр погиб, разбившись на самолёте, возвращаясь с очередной рабочей поездки по стране. По плану большого совещания первым выступал финансово-экономический блок, потом заместитель Председателя Правительства, курирующий энергетику и только в финале сегодняшнего, запланированного на два дня совещания, выступал Шевцов.

– Станислав Юрьевич, вам слово, – произнёс председательствующий на совещании Президент, – после доклада министра обороны небольшой перерыв и приступим к обсуждению поступивших предложений.

Шевцов поднялся со своего места и медленно шёл к трибуне, как дверь зала открылась и к Президенту быстрым шагом направился его помощник. У генерала-армии ёкнуло сердце. Что-то случилось настолько важное, что прервали совещание.

Президент выслушал помощника и взялся за трубку телефона. Ничего не говоря выслушал и встал, обращая на себя внимание.

– Товарищи, примерно пять минут назад, на всех радиочастотах, агрессоры начали передавать сообщение…

* * *

Командующий силами вторжения генерал Ашш Шкансс Хонс был в ярости. Ему только что доложили о втором нападении на лагерь временного содержания, где проходили первичный осмотр и отбор самки местного вида аборигенов и некоторым из них удалось сбежать.

– Начальника разведки, командира жёлтой группировки [15] и начальника тыла ко мне! Немедленно!!! – кричал командующий, не в силах сдержать раздражение. Две недели с последней встречи с хоском прошли в идеальном спокойствии, местные аборигены ничего не могли противопоставить мощи и силе их расы. Второй по размерам материк и вовсе полностью перешёл под контроль и там уже готовилась к проведению вторая фаза – высадка первой волны переселенцев из числа клонов-работников, что своим трудом возведут необходимые для комфортной жизни истинно живых сооружения. Захват целого материка произошёл настолько быстро, что ашш Хонс и в самых оптимистических планах не помышлял о начале второй фазы так быстро, но вновь о себе заявляет самый большой континент, названный «Цветущая территория», где возникают пусть и единичные, но очаги сопротивления, а при таких обстоятельствах начинать вторую фазу категорически нельзя. Конечно, клонов много, но ресурсы пока ограничены. Заводы не вышли на полную мощность, только покрывая потребность в расходных материалах для армии, а для проведения экспансии территории необходима вся мощь имевшихся заводов. А промышленность, что находилась на корабле-матке, неспособна произвести полный перечь товаров и обеспечить необходимый объём требуемых материалов, даже для нужд армии.

– Великий Представитель, все собрались! – доложил помощник.

– Пусть входят, – секунду погодя, ответил ашш Хонс, приводя свои мысли в порядок и успокаиваясь. Не предстало истинно живому представать раздражённым перед подчинёнными.

– Знаете, почему так экстренно собрал вас всех лично⁈ – не ожидая ответа на риторический вопрос, начал разговор ашш Хонс, – по выражению лиц, понимаю, что знаете! Так почему континент, названный нами «Цветущая территория» до сих пор оказывает сопротивление⁈ Где данные о хосках⁈ Я вас спрашиваю, ашш Иссааш, почему мне до сих пор не доложили об обнаружении этих… этих… врагов нашей расы???

– Великий Представитель, мой генерал, разрешите доложить? – не смущаясь повышенному тону, произнёс начальник разведки. Он – ашш Иссааш самый пожилой из присутствующих здесь в помещении командующего и самый опытный из всех и имел немалый вес при Совете, но возраст и специфика его работы не позволили ему стать главнокомандующим силами вторжения, и по повелению Совета Живых его назначили тайно, не привлекая внимания, присматривать за относительно молодым и гордым ашш Хонсом. Тем более, после назначения последнего Великим Представителем, ему от Совета пришло тайное сообщение с рядом инструкций на разные случаи развития событий, но об этом ашш Иссааш молчал.

– Разрешаю и внимательно слушаю.

– Нападение на временный лагерь совершено буквально сутки назад, и мои люди работают над этим. Установлено, что на месте обнаружен один предмет, которым убили солдат-клонов.

– Что за предмет?

– Это ритуальное оружие истинно живого. Сейчас идут разбирательства.

– Результаты?

– Пока о них рано говорить, но для выяснения всех обстоятельств дела, сюда на корабль вызван истинно живой. Вы его знаете, это ашш Сошша Хааш.

– Принц крови, пилот истребителя???

– Да, мой генерал.

– Когда он прибудет?

– Через час.

– Тогда отложим разговор, я буду присутствовать при беседе, не возражаете?

– Нет, мой генерал…

Ашш Сошша Хааш недоумевал, почему его вновь вызывают на корабль командующего силами вторжения и в последний момент, а когда он уже был на борту корабля, ему изменили вызываемого адресата. И сейчас он вновь шёл запутанными коридорами к главнокомандующему силами вторжения, Великому Представителю – ашш Шнкасс Хонсу. Мыслей по поводу причины такого экстренного вызова у него не было. Всё время после освобождения из плена он находился в части, освобождённый на короткое время от полётов. Занимался рутиной: отрабатывал навыки на тренажёрах, делился опытом с сослуживцами и грехов за собой не знал.

– Разрешите войти? – в этот раз помещение не являлось залом для награждений, а представляло собой небольшую каюту, где, не считая охраны, находились всего двое истинно живых. – Капитан воздушного флота, пилот штурмовой атмосферной авиации – ашш Сошша Хааш, представляюсь по случаю прибытия…

– Входи офицер, – вместо ашш Хонса ответил ашш Иссааш, которого ашш Хааш видел во время вручения ему боевой награды. – Присаживайся. Капитан, вы хорошо знаете Устав?

– Так, точно, – хотел вскочить капитан, но его жестом остановили, а охрана напряглась при резком движении.

– Тогда расскажите нам с главнокомандующим обстоятельства, как вы попали в плен, как из него бежали.

– Мой генерал, – обращаясь к старшему по званию, заговорил ашш Хааш, а память лихорадочно заработала, вспоминая, что он рассказал во время допроса и что указал в своём рапорте, и убедившись, что всё рассказал без утайки, спокойно продолжил, – вся информация содержится в протоколах моих опросов и в составленном рапорте. К сказанному мне добавить нечего, но, если необходимо, я повторю с точностью до нескольких минут все обстоятельства, что помню.

– Не надо. Подойди, капитан, – главнокомандующий жестом приказал подойти к столу, где накрытый тканью лежал какой-то предмет. Капитан, не делая резких движений, подчинился.

– Это ваше??? – откинув ткань, главнокомандующий указал на предмет.

– Так, точно!!! – не скрывая радости, ответил капитан, – это фамильное оружие, что передаётся от отца к старшему сыну! Я очень рад, что поймали этого хоска, что взял меня в плен!!!

– Значит вы не отрицаете, что… – заговорил начальник разведки, но главнокомандующий его прервал.

– Капитан, свободны… хотя нет, ответьте, почему истребители не могли поразить цель?

– Что за цель, мой генерал?

– Тихоходный атмосферный бот, – этому вопросу капитан удивился, но виду не подал.

– Мой генерал, так система опознавания свой – чужой не даст этого сделать. Что касаемо истребителей, открыть огонь по летательным аппаратам, да и наземным целям, возможно, только после снятия блокировки, а таковая производится только в стационарных условиях. По поводу военно-транспортных ботов ничего ответить не могу, может у них своя специфика, но их оружие не причинит особого вреда ни истребителям, ни большинству наземной тяжёлой техники, – быстро ответил капитан, не понимая причину поставленных вопросов. Если его проверяют на знание тактико-технических характеристик летательных аппаратов, то для этого есть тест-тренажёры, которые он с успехом прошёл.

– Я вас понял, капитан, свободны, – произнёс командующий, но капитан оставался стоять, – вопросы, предложения?

– Мой генерал, разрешите забрать клинок? Он, как я сказал, передаётся из поколения в поколение. И вся моя семья очень расстроилась, когда сообщил о его утрате.

Командующий взглянул на начальника разведки. Всё-таки это вещественное доказательство и проходит по его ведомству. Тот неопределённо пожал плечами, мол вы старший, вам решать.

– Хорошо, капитан, берите, но больше не теряйте.

Когда младший офицер вышел, командующий обратился к ашш Иссаашу:

– Ваши выводы?

– Мой генерал исходя из имеющихся данных, – витиевато начал доклад офицер, – но складывается впечатление, что хоск на этой планете один. Может, корабль потерпел крушение, может, случайно забросило…

– К такому выводу я пришёл перед операцией по освобождению нашего пилота, – перебил доклад главнокомандующий, не упоминая, что фактически освобождение истинно живого из плена получилось спонтанно и как никогда кстати, – а сейчас только утвердился в этом. Анализ боестолкновений показывает, что он действует только в этих двух гексагонах, – командующий указал на трёхмерную карту планеты.

– Значит, где-то там у него база, – пришёл к умозаключению начальник разведки, – пусть он и хоск, но состоит из крови и плоти, и ему нужна еда, вода и отдых.

– Верно. Околопланетное пространство не сканировали? Может корабль неизвестный или обломки?

– Корабля точно нет, но на обломки не обращали внимания, я распоряжусь провести сканирование сферы околопланетного пространства.

– Даю добро. И пусть постоянно мониторят пространство, чтоб неожиданностью не стало, если эти хоски прилетят за своим… солдатом.

– Понимаю, мой генерал. И если принять за истину, что хоск один, то у меня есть предложение.

– Говори.

– Радиообращение к аборигенам.

– Думаешь, стоит? Мы никогда не входили в контакт с местными, ни разу.

– Мой генерал, Верховный Представитель, всегда что-то случается в первый раз. Тем более, как я докладывал, много аборигенов спряталось в подземных убежищах. Большое количество подземных убежищ зафиксировано в северо-западной части жёлтого континента.

– Что предпринимается?

– Этот вопрос лучше адресовать командиру группировки, – перевёл стрелки начальник разведки.

– Ладно, с ним я сегодня обсужу этот вопрос, а пока, готовь проект сообщения. Завтра начнём передачу по всем частотам.