Текст книги ""Фантастика 2026-1". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)"

Автор книги: Настя Любимка

– До берега не доплыть, мы так можем болтаться пока не иссякнет энергия, а потом замёрзнем, – ответил спокойно, едва сдерживая себя, чтобы не сорваться. Я понимал ашш Сошша Хааш, он вполне резонно полагает, что придёт помощь, пусть придётся немного подождать, но запаса воды и еды на месяц, что энергии мало, так можно потерпеть. Да и неделя – это достаточно большой срок, чтобы что-то придумать, но вот придёт помощь или нет – вопрос.

– Послушай, ашш Сошша Хааш, – обратился к нему официально, правда без звания и перечисления наград. Много чести. – Не зря ваш основной корабль ушёл за пределы Солнечной системы – это так мы называем звёздную систему где находимся. Кто-то прилетел, неожиданно появился и твои собратья испугались. Испугались того, что придётся принять бой. Как ты думаешь, вы сможете выжить, вступив в бой с равным противником, когда часть ваших военных, часть ресурсов, техники находится на планете, но их бросили и отошли.

Молчание длилось долго. Саша смотрел на меня вызывающе, в нём боролось чувство превосходства, гордость за свою расу, что практически покорила планету, но он считает, что я не абориген – землянин, а хоск. Тот, кто уже заставил их бежать из звёздной системы, оставив поле боя за победителем.

– Бо́льшая часть…

– Что? – не понял его ответа.

– Бо́льшая часть ресурсов использована. Мы надеялись захватить планету и остаться здесь навсегда. Совет истинно живых принял такое решение, когда поняли, что действенного сопротивления оказано не будет и использовали все ресурсы. В резерве ничего не осталось. И для восполнения утраченного, понадобятся десятки поколений.

– М-да, – уселся на соседнее кресло. Обвинять в трусости анторсов оснований не было, но что тогда ожидает нас, если и они сбежали. – В Галактике есть ещё разумные расы, что вышли в дальний космос?

– Как будто не знаешь, конечно есть и их сотни! Попадаются такие причудливые формы жизни, что диву даёшься. Настолько не похожи на нас – гуманоидов, что сразу и не поймёшь, кто это. Бесформенный кусок собранных воедино камней или органическая субстанция, или…

– Давай без экзотики. Вам и нам для дыхания нужен кислород. Определённый, узкий диапазон температуры, атмосферного давления и…

– Я понял. Таких рас немного. Может два десятка наберётся. Всех я не знаю, только из общего курса обучения.

– И кто по-твоему мог…

– Хоски, – не дожидаясь окончания вопроса, однозначно ответил анторс. Как же глубоко в памяти засела их встреча, что по прошествии неизвестно скольких лет до сих помнят.

– Хосков скорее всего уже не осталось. И это не раса, – ответил, тщательно обдумав, что говорить. Но пришёл к выводу, что по прошествии стольких столетий, произнесённая мной информация давным-давно устарела. И ничего откровенно секретного я говорить не собирался. – Хоски – это не раса, а отдельные индивиды, полученные путём длительного отбора и специфического обучения, а вот миоры могли впоследствии образовать расу.

– Миоры?

– Это по-вашему клоны, но это не совсем точное определение. Они – результат генетических экспериментов и появились во время войны с вами.

– Но так клоны бесплодны.

– Миоры могли иметь потомство. Были как женские особи, так и мужские. Женских очень мало, но были.

Разговаривали долго. Обсуждали, критиковали друг друга и отметали предложенные версии, но так и не пришли к единому мнению, кто своим появлением в этой звёздной системе так испугал Совет истинно живых.

– Ладно, уже светает. Сейчас перекусим и надо немного отдохнуть, а то всю ночь проблудили. Потом займись пультом управления ботом, а я немного отдохну, откат от принятых лекарств наступает, слабость что-то навалилась.

– Хорошо, хоск. А ты ещё хотел три инъекции сделать.

– Рад что послушал тебя. И обращайся ко мне лучше по позывному – «Бес». Так привычнее. Хорошо, Саша?

– Хорошо. Я тогда ещё раз попытаюсь выйти на связь и… – не успел он договорить, как бот ощутимо качнуло и через обшивку послышались глухие металлические удары.

Глава 7

Мы одновременно переглянулись. Удар повторился. Нет, не послышалось. Не сговариваясь оба потянулись за оружием. Я вынул пистолет, а анторс клинок. Надо у него как-нибудь спросить, почему он его постоянно носит с собой. Не думаю, что в стандартный комплект лётчика входит такое оружие. Понимаю нож или какой многофункциональный мультитул, но длинный, сантиметров двадцать пять клинок, с узким волновым лезвием вряд ли. Он скорее подходит для десантника или разведчика, или присоединяется к какому-либо оружию, как штык-нож. Но лётчику-то он зачем?

– Страхуй, я открою, – произнёс и переместился к гермодвери. Она открывалась вовнутрь и в данном случае это создавало некоторую сложность. Если сейчас неизвестный, что барабанит по ней навалится на неё во время открытия, то, как только запирающие устройства будут отперты, то он под действием массы окажется внутри бота и я ничего не успею сделать. Такой вариант запирания хорош при разнице давления снаружи и внутри, когда снаружи давление меньше, что оправдывает конструкцию при спасении в космическом пространстве, но вот на планетарных такого рода устройствах спасения, наоборот.

Равномерный, с небольшими перерывами стук продолжался. Я прислушался, но разобрать что-то знакомое из азбуки Морзе в непрекращающемся стуке не смог. Ладно, всё равно надо открывать дверь. Рано или поздно до нас доберутся. Повернул маховик отпирания, проверил оружие и нажал на рычаг открытия гермодвери.

Тут же холод ворвался в помещение и в добавок ослепил яркий луч. Не выдержал, выругался:

– Гля, с-щуки!!! – отскочил с возможной траектории открытия огня. Секунды, пока глаза привыкали к яркому свету, находился в беспомощном состоянии.

– Кто здесь⁈ Назовись! – яркий слепящий луч убрали и послышался вопрос. И он звучал на русском.

– Старший сержант Бес. Вы с подводной лодки? – напрямую задал встречный вопрос. Кто другой здесь оказался, так это вряд ли. Оставался крайне малый шанс, что на сигналы бедствия подводников пришёл какой надводный корабль, но это вряд ли. Скорее вторая подводная лодка всплыла, придя на помощь.

– Помощник капитана корабля капитан второго ранга Савельев. Мы входим.

– Входите, только не пугайтесь, здесь все свои. Вас там много? – задал вопрос, но ответа не последовало. Внутрь пробрались двое. Как понял сам Савельев и ещё один матрос или офицер, что держал в руках автомат для подводной стрельбы. Если бы стояла задача их обезоружить и захватить в плен, справился за несколько секунд. Ну, не та подготовка у подводников. Может боевые пловцы или как они сейчас называются, не знаю, могли оказать хоть какое-то сопротивление и повозился с ними дольше, но и рана, что немного, но беспокоила меня, не помешала бы исполнению задуманного. Но в том-то и дело, что такой задачи не ставилось.

Подводники вошли внутрь и уткнулись в бокс для хранения аварийного запаса. Нет бы разделиться и один справа, другой слева взяли под контроль помещение, но нет. Так и остались стоять, привыкая к полумраку.

– Сержант Бес, – мой голос, прозвучавший для них сзади со спины и оказался неожиданным, оба резко обернулись, а матрос наставил на меня автомат. – Спокойнее, матрос, опусти оружие, – я сам держал пистолет стволом в сторону, не наставляя на незваных, но радостных гостей. Тот послушал и отвёл ствол автомата, но оставался настороже, а я не сразу понял, почему они так замерли в напряжении. На мне же неизвестная им форменная одежда анторсов, вот и не понимают, что тут происходит. В этот самый момент, когда устоялось шаткое равновесие показался из-за бокса Саша. – Спокойно, спокойно, – опередил резкий рывок матроса. Какой же он нервный, нельзя быть таким, тем более выполняя такое ответственное задание, – вам ничего не угрожает. Это Саша – пленный.

– Документы есть? – задал несуразный в таком положении вопрос помощник капитана.

– Откуда, товарищ капдва. Давайте уберём оружие и спокойно поговорим. Саша, убери клинок и присядь, – последнюю фразу произнёс на анторском ещё больше введя в ступор моряков. – Присаживайтесь.

– У нас там команда, так что…

– Понимаю, безопасность вам гарантирую. Нам надо спокойно поговорить, а помещение не предназначено для большого количества народа, так что давайте сначала поговорим. Я вам представился и…

– Это космический корабль инопланетян, что напали⁈ – не выдержал и вступил в разговор матрос.

– Нет, это не космический корабль, это спасательный бот с космического корабля инопланетян, они называют себя анторсы. Один из представителей их расы сейчас сидит с нами, – ответил спокойно, стараясь не провоцировать, а то мало ли что в голову взбредёт. Нервы у всех напряжены, не знаю, как бы себя вёл, если бы сейчас вместо наших – землян внутрь вошли анторсы. Скорее всего не послушал увещевания ашш Сошша Хааш, а бросился на них. Но Саша уселся в противоперегрузочное кресло и вёл себя спокойно, внимательно наблюдая за нами.

Матрос было хотел ещё что-то спросить, но капдва его осадил:

– Чеботарёв, отставить! Иди лучше скажи, что со мной всё в порядке.

– Но, товарищ капдва, – покосился сначала на меня, а потом на анторса Чеботарёв.

– Исполнять!

– Есть! – вскочил матрос и бросился к выходу.

– Потяни за рычаг, – подсказал, как открыть гермодверь. Тот что-то невнятное пробурчал, но выполнил приказ старшего по званию.

– Начнём заново, товарищ сержант.

– Начнём, но сразу вопрос, у вас связь была? Откуда знаете, что напали инопланетяне?

– Связь имелась несколько сеансов и то удалось установить буквально несколько дней назад. Информации, что происходило последние месяцы у нас практически нет.

– Что с подлодкой, в ней укрыться можно?

– Лодка легла на дно. Получили критичные повреждения, боролись за живучесть, но…

– Понятно.

Диалог получился плодотворный. Сначала я рассказал о себе: как попал к анторсам, как и почему обучили языку, как посадили на космический корабль, как пришлось его покидать в спасательном боте, как отделывался от конвоя, как увидел одинокий сигнал красной ракеты…

Видя мою уверенность и осведомлённость, капдва отвечал на вопросы коротко, но ёмко. Как и предполагал, это именно та атомная подводная лодка, что произвела пуск баллистических ракет подводного базирования по целям и сразу после выхода ракет из шахт, капитан отдал приказ покинуть тонущий корабль. Процесс одновременного пуска такого количества ракет сопровождался сильной тряской из-за чего в конечном счёте корабль лёг с дифферентом на борт и стремительно пошёл ко дну, а тем временем капдва продолжал:

– …надо отдать должное капитану. Он принял нестандартное решение: до старта ракет приказал погрузить в ВСК спасательные плоты. Почти половина экипажа погибла и место было в достатке, вот только намучались с погрузкой, но справились, – диалог превратился в монолог, я не прерывал капдва, внимательно слушая, что он говорит. – Плоты находятся в ограждении выдвижных устройств, пока вышли водолазы, пока закрепили, пока… Когда погрузились в ВСК, лодка имела деферент пятьдесят градусов на борт, думали система не сработает, но и тут повезло. Отошла штатно, побросало конечно тех, кто не успел пристегнуться, но это мелочи. Всплыли ночью. Может это и к лучшему. Долго возились с открытием крышки верхнего входного люка. Регенерационных патронов всего на час, едва не задохнулись. Сначала пытались установить связь, но безуспешно, но, если честно, – продолжал капдва, – на это большой надежды не было. Когда увидели яркий свет, капитан принял решение спустить один плот и отправить команду.

– А почему все не перешли на плоты? – спросил во время непродолжительной паузы.

– В один плот входит двадцать человек, выжило шестьдесят три. Сумели без повреждений доставить в ВСК всего лишь два контейнера с плотами.

– Итого для сорока́, – подвёл итог.

– Пятьдесят могут с небольшим перегрузом разместиться, но это крайняя мера. На море трёх-четырёх бальный шторм. Да и ночью, если честно, не рискнули. Потеряться можно.

– А увидели сигнал и рискнули.

– Деваться некуда. Думали, что какое рыболовецкое судно потеряло ход или ещё что случилось, всё лучше, чем… Но ошиблись, вам и самим нужна помощь. Что мне капитану доложить?

– Какой ход у плота? – ушёл от ответа на ожидаемый прямой вопрос.

– Один-два узла, если по течению. Это же плот, а не лодка. Гребли подручными средствами, а когда против пошли, сносить стало. Из-за этого каких-то шесть миль так долго добирались, почти всю ночь, – поморщился капдва, – хорошо с курса не сбились. Штурман у нас хороший, вовремя ориентиры зафиксировал.

– Ты бы своих позвал обсохнуть, погреться, – только сейчас до меня дошло, какие трудности пришлось преодолеть морякам, чтобы добраться до нас.

– Ты не ответил.

– У вас связь с основной группой есть?

– Нет. Единственная радиостанция осталась у них. Если всё нормально, договорились подать сигнал семафором или световым сигналом.

– Обратно за ними, когда пойдёте, может часть матросов лучше здесь разместить?

– Сержант, вижу, что ты сухопутный, – впервые проявил эмоции капдва. – Мы назад не пойдём, против течения не вытянем. Да и бестолку это. У меня приказ идти к берегу.

– К Новой Земле? – из монолога помощника капитана я понял, что находимся в Баренцевом море. И тут два пути: или к Новой Земле, что восточнее или на юго-восток, к материку.

– Это худший вариант. Сержант, послушай, я тебя не знаю, документов у тебя нет. Но вижу, что ты свой. Но всё равно, весь расклад я тебе говорить не буду. Сам понимаешь… – тут он покосился на тихо сидевшего анторса, – если есть предложение, то говори.

– Как я сказал, к планете приближается кто-то ещё и… – у меня зародилась призрачная идея, а если попробовать объединить силы анторсов и землян. Ведь те, кто остался на планете обречены воевать фактически на два фронта. – Надо доставить анторса к командованию, может сможем договориться.

– Не думаю. Мы отстрелялись всем боекомплектом. Не знаю, поражены цели или нет, но они находились где-то в районе полуостровов Индостан и Индокитай.

– Как вычислили? По шифру кода пуска?

– Это секретная информация, но подрыв ракет был осуществлён в атмосфере в апогее траектории. Так что Индию, часть Китая накрыло и довольно плотно.

– Если ракеты сработали.

– Если сработали, – нехотя согласился капдва, – но надеюсь хоть половина отработала заданные цели.

– Капитан, у меня предложение. Передаёшь сигнал своим, пусть идут сюда. Здесь по крайней мере с неделю будет тепло. Аварийный запас продуктов и воды на восьмерых на три дня…

– Здесь тесно. Все не уместятся, – возразил капдва.

– Часть на плоту и посменно греться. Всё лучше, чем… Сколько сейчас с тобой?

– Двадцать четыре матроса и офицера.

– Отбери десятерых тех, кто устал, пусть заходят и располагаются. А мы займём их место.

– Время, сержант. Нам идти дальше надо. Через сутки, если основная группа не получит сигнал, что мы дошли, они предпримут попытку идти самостоятельно.

– Воды и еды на сутки? – сообразил, почему такая спешка.

– На трое суток, но нужен запас для манёвра. И погода, сам видишь какая.

– Ладно, я и анторс пойдёт с вами, оставь здесь уставших и не будем терять время.

– Сержант…

– Товарищ капитан второго ранга! – придал в голос металла, вспомнив случай в убежище. Времени действительно не было. Если они каких-то несколько миль шли почти всю ночь, то до берега нам даже подумать сколько. И не факт, что управимся за трое суток. – Слушай приказ! Часть людей до восьми человек перевести в спасательный бот. Мы им всё расскажем и покажем. Это первое, второе – подать сигнал основной группе, что у вас всё в порядке, оставили часть матросов на плавучем спасательном боте и пошли дальше к цели! – выпалил практически на одном дыхании, но заметив нерешительность в глазах капдва, продолжил. – Капитан, я тоже тебе всего рассказать не могу, но поверь, это оптимальный вариант. И давай не тратить драгоценные часы на обсуждение и пререкание. Это преступно по отношению к матросам.

Моя речь подействовала. Несколько секунд колебаний и капдва встал с противоперегрузочного кресла, отдал честь и отправился отдавать приказ по цепочке. Если быть объективным, я крайне сомневался, что морской офицер послушает простого сержанта, тем более сухопутного. Но огонёк здравого смысла в глазах капдва присутствовал, и мои слова задели нужную струну, сыграв на ней. Вот только дальше пошло не всё так гладко.

Не ожидал, что возникнут проблемы с Сашей. Когда в помещение бота прибыли матросы, которым придётся провести здесь не одни сутки, анторс на отрез отказался показывать и рассказывать им об устройстве и основах безопасности пребывания в сооружении инопланетной постройки. Всех премудростей и я не знал, но рассказал всё что успел уяснить за это короткое время у анторса. Предвидя проблемы с посадкой на плот, пришлось не доводить до крайности и отрубить Сашу одним точным ударом, связать и осторожно, как фарфоровую чашку, перетащить на борт плота. Только через четыре часа наши приготовления были закончены и капдва отдал приказ: «Отдать швартовый!»…

– Что-то совсем хреново твоему подопечному, мычит чего-то, но понять не можем. Сходи, я подменю, – подсел ко мне матрос. Третьи сутки нас бросало по волна́м. Когда ветер стихал до двух баллов, мы налегали на подручные средства и ориентируясь по какому-то шаманскому чутью штурмана шли к намеченной цели. Морское течение настойчиво тянуло на восток. Вариант конечно не худший – там Новая Земля, но капдва упорно держал курс на материк.

– Ашш Сошша Хааш, ты как себя чувствуешь? – подсел к лежавшему, свернувшись калачиком анторсу. Не думал, что так тяжело он будет переносить качку. Все, что имелись таблетки от морской болезни скормили ему и их больше нет. Вот и накрыло бедолагу. Как только его в лётчики взяли, удивляюсь, если не переносит элементарный тест на кинетоз[1].

В ответ тот что-то невнятное пробурчал и мне стало его жаль. За эти дни он сильно исхудал. Первый день его выворачивало буквально каждые полчаса, ни есть, ни пить он не мог, только полулежал накрытый кое-какими тёплыми вещами, что забрали из спасательного бота и что-то не переставая бормотал. Я сначала прислушивался, пытался понять, о чём он так упорно говорит, но из обрывков фраз и непонятных оборотов ничего не понимал.

– Саш, ты попей, – протянул ему пакет с водой, на что тот только поморщился и закатил глаза. Думал, может ему вколоть какой из стимуляторов, что находились в индивидуальной аптечке анторсов, но логично рассудил, если он этого сам не сделал, то лучше не надо проявлять инициативу.

– Как он? – подсел рядом штурман – капитан третьего ранга Воронин Степан Иванович.

– Хреново. Ни пьёт, ни ест ничего. Сам знаешь. Как бы не сдох от обезвоживания, – запас продовольствия и воды сразу стали экономить и его оставалось совсем чуть-чуть, на один полуголодный приём пищи. Капдва предложил разделить порцию пленника на всех, но я запретил, убедив, что это у нас неприкосновенный запас на самый крайний случай, и меня послушали.

– Третьи сутки идут, по моим подсчётам скоро должен показаться материк.

– Не ошибся в курсе? – этот вопрос стал табу, но я не удержался спросил. Ведь шли в любое время суток, как только позволяла погода. И всем тяжело: четверо почти так же как Саша лежат, не в силах подняться, остальные вроде пока держатся, но сил не прибавляется, а ещё дополнительные сутки станут критическими.

Штурман хмуро взглянул на меня, хотел что-то резкое ответить сухопутной крысе, что усомнилось в морском волке, но с кормы послышался тихий, но радостный крик:

– Земля!!!

* * *

[1] Кинетоз (медицинское) – морская болезнь, укачивание.

Глава 8

– Капдва, гарантирую, это материк, – доказывал, что не ошибся в курсе штурман, – береговая линия знакома, но снесло немного. Миль на восемь восточнее. При таком ветре через четыре часа будем у цели.

– Принял, – спокойно ответил капдва.

Я смотрел на береговую линию, пытаясь узнать знакомые очертания, но в этих краях я не бывал и лично не видел очертания берега, а карты и фотографии плохо подходят для ориентирования.

– Что задумался, Бес? – капдва, да и все матросы подводники обращались ко мне по позывному. Так как обращение от старшего офицера к сержанту, пусть и старшему, выглядело бы неуместно. Так и как договорились с Савельевым, пусть матросы думают, что спасли важного офицера, выполнявшего особо секретное задание.

– Надеюсь не к Мурманску пойдём? – я так и не знал конечную точку маршрута, понятно, что она находилась на материке, но, если мы, увидав берег не бросились сломя голову грести, значит есть какой-то план, о котором меня не предупредили.

– Нет, не к Мурманску. Понимая, что крупные города и промышленные центры подверглись атаке в первую очередь, капитан приказал идти на базу «Нева-4» – там запасная стоянка. Но после нашего разговора, что уцелели только подземные убежища, я изменил маршрут, и мы сейчас идём к «Нева-2»… Не понимаешь? – я неопределённо пожал плечами, – ладно, теперь расскажу, просто не хотел сглазить, не был уверен, что дойдём. «Нева» – общее обозначение мест морского базирования подводных лодок. «Нева-4» – резервный пункт сбора. «Нева-2» – закрытая база отстоя подводных лодок и располагается в скале. Чем не подземное убежище?

– И как туда входить будем?

– С нами двое водолазов со снаряжением. Они зайдут на базу мокрым способом. Потом откроют шлюз.

– Логично, – согласился, собираясь напроситься вместе с водолазами совершить погружение, но быстро отказался от этой затеи. Нет ни опыта, ни навыков и снаряжение только для двоих.

– Как только они погрузятся, мы пойдём к берегу, там пятнадцать километров надо будет пройти до замаскированного резервного входа. Как твой подопечный, выдержит?

– Выдержит, если надо на себе понесу. Вот только сразу надо будет плот замаскировать. Темнеет быстро и не хотелось бы этим заниматься ночью.

– Сдуем и спрячем. Надеюсь он больше не понадобится.

– А как же те, кто остался? – не хотел напоминать, но постоянно держал в голове, что из графика мы выбились и значительно, на целых двое суток от расчётного времени, а ещё обратно за оставшимися в ВСК и спасательном боте моряками идти.

– На малютке пойдём за ними. На базе находится два СГАпа[1]. Как раз для этих нужд. Вот только автономность у них небольшая. Придётся дополнительный запас топлива брать на борт. Как понимаю, надводный спасательный корабль выводить нельзя?

– Лучше сделать по-тихому.

На этом и договорились. Но вместо запланированных четырёх часов, шли до точки высадки больше пяти. Наступила ночь, и я боялся, как это водолазы будут ориентироваться под водой. Ладно мы сейчас их высадим, и пойдём к берегу. Что поделать, придётся маскироваться и выходить на сушу ночью, но это выполнимо. Пусть и устали все сильно, но деваться некуда – справимся, а вот как водолазы… Заострять внимание и выказывать опасение благоразумно не стал. Водолазы умело натянули снаряжение, проверили и ушли под воду.

– Всё, уходим, уходим. Гребём по ориентиру четыре! – скомандовал штурман. Именно он вёл плот к цели. Капдва, пусть считался старшим на плоту, но чаще всего команды по ходу маршрута отдавал штурман и сейчас он уверенно вёл нас к берегу.

– Саша, ашш Сошша Хааш, – принялся тормошить анторса. – Скоро сходим на берег, просыпайся. Вот, возьми, попей воды. Легче станет.

Анторс недовольно поморщился на протянутый пакет с водой. Но слова, что скоро появится берег его приободрили. Он неуклюжими движениями стал что-то искать у себя на одежде.

– Что? Давай помогу. Что тебе дать?

Анторс едва слышно пробурчал, но из нескладных слов я понял, что он ищет индивидуальную аптечку, что забрали из аварийного запаса спасательного бота. Я помог ему, отдал свою, что находилась постоянно при мне. Он дрожащими руками пытался достать шприц-инъектор, но тремор рук мешал выполнить действие осознанно. Пришлось помогать, указывая то на один инъектор, то на с другой маркировкой, пока не убедился, какой именно препарат ему нужен.

Шуршание днища о берег ласкало слух. Все матросы приободрились, даже те, кто последние сутки себя плохо чувствовали.

– Капдва, – подполз к Савельеву, – может им, – указал на болезных, – вколоть стимулятор?

– Нет. Если только совсем хреново будет. Твой-то тоже химией не баловался.

– Зато сейчас вколол стимулятор, – не согласился с капдва, но настаивать не стал. Биохимия организма хоть и схожа, но как подействует на ослабшее тело боевая химия другой расы я не знал и рисковать не следовало. Я и сам не злоупотреблял стимуляторами. Только несколько раз обработал спреем рану на руке, а то холод и морская солёная вода не способствуют заживлению. Но зато сейчас чувствовал себя относительно нормально. Усталость имелась, но это из-за недоедания, постоянной качки и недосыпания, но при таких обстоятельствах чувствовал себя относительно нормально, – ладно, я понял.

Плот вытащили на берег, я помогал чем мог, но в скором времени меня вежливо, используя идиоматические обороты попросили не мешать. К удивлению, как только сошли на берег и немного привели себя в порядок: размяли затёкшие от неудобной полусидящей позы мышцы, ашш Сошша Хааш оживился, принялся активно расхаживать туда-сюда, тыкать в коммуникатор.

«Чёрт! Пока он был бессознания надо было у него коммуникатор утопить на хрен», – как всегда хорошая мысля приходит опосля. Так что пришлось идти на конфликт. Не думал, что он отдаст единственную вещь, что связывает, даёт надежду на спасение без сопротивления. Так и случилось. И Саша был в выигрышной ситуации, стимулятор подействовал, и он уворачивался, достойно сопротивляясь моим поползновениям.

– Саша! Твою мать! Нельзя пользоваться устройством связи! Нас могут засечь! – после неудачной попытки отобрать коммуникационное устройство, перешёл к уговорам. – Ты понимаешь, что сигнал, что подаёт твоё устройство могут засечь? И те, другие, не преминут, наведаются сюда или того хуже, нанесут превентивный удар из-за горизонта!

– Что случилось? – видя нашу перепалку, обеспокоился капдва.

– У него коммуникатор, я про него совсем забыл. Надо его или выключить, а лучше всего утопить.

– Понятно. Помочь?

– Пока не надо, попробую уговорить.

– Ну, смотри, а то вон какой прыткий стал. Словно скипидаром намазали.

– Справлюсь, – ответил, доставая пистолет. – Ашш Сошша Хааш! Я – капитан Глен, хоск, уроженец Горгогоханской империи приказываю тебе отдать коммуникатор, в противном случае открою огонь на поражение! – серьёзный вид, тон, с которым были произнесены фразы ошеломили анторса. Впервые я признал себя не только хоском, но и уроженцем империи, что дала чувствительный отпор, от которого они в полной мере до сих пор не оправились. Родовая память, невероятные истории, да просто страх перед сильным, не знающим поражений противником ввели в ступор анторса. Выдержав паузу, подошёл к нему и протянул руку за коммуникатором.

– Его можно полностью отключить, заблокировав, – неуверенно произнёс анторс, – у меня в нём все контакты, все записи, медицинская карта, послужной список… вся моя жизнь, начиная с рождения.

– Он точно полностью отключится? – не поверил я, проведя аналогию с мобильным телефоном. Ведь если его выключить, то не факт, что он не перестанет по запросу передавать данные позиционирования, а вынуть батарею в современных телефонах проблематично – они несъёмные.

– Если ещё вынуть источник питания, то да, – оживился анторс.

Смотря, как он производит известные только ему манипуляции, продолжал его держать под прицелом. Саша несколько раз нажал на экран, отщелкнул заднюю крышку, выковырял из корпуса брусок с какими-то опознавательными знаками и протянул мне.

– Всё, он не работает. У меня три года назад так было. Батарея оказалась бракованная и со мной не могли выйти на связь больше суток.

– И насколько батареи хватает? – уточнил, определяя вес бруска на руке.

Анторс ответил, а я перевёл числа в привычные для себя величины и присвистнул. Этот пусть и тяжёлый брусок, по моим ощущениям он весил грамм сто, не меньше, обеспечивал питанием такое энергоёмкое устройство в течение сорока четырёх лет и это без подзарядки.

– Ладно, уговорил. Батарея у меня побудет. А теперь не отставать, нам надо отсюда уходить и быстро.

И анторс не отставал. Выбранный нами темп для него оказался щадящим, а вот для нас. Приходилось через каждые пять минут с бега переходить на шаг, восстанавливая дыхание, а через каждые двадцать минут останавливаться на короткий привал. После стольких суток качки ощутить под ногами твёрдую поверхность оказалось тяжёлым испытанием. Мозг отказывался понимать, что всё, муки закончились и настоятельно требовал остановиться, лечь и ощутить всю гамму чувств от твёрдой поверхности.

– Стоп! – пришла команда из авангарда группы. Мы присели, оглядываясь. Темень стояла непроглядная, но меры безопасности никто не отменял.

– Дошли, сейчас ребята осмотрятся, – тихо прошептал кто-то из рядом присевших матросов.

– За мной! – скомандовал капдва и первым последовал по едва просматриваемой тропинке, что упёрлась в скальную породу. От неожиданной остановки, я чуть не влетел в впередиидущего, но вовремя успел остановиться.

Капдва стоял возле скального выступа и азбукой Морзе что-то настукивал по выступающему валуну. Хотел ему сказать, что через толщу породы звук не пройдёт, даже если внутри полость, но сил не было, да и откровенно не стал влезать в дела морские. Они-то – моряки должны знать, что делают. После очередной цифробуквенной передачи, что-то щёлкнуло и послышался шум осыпаемой крошки. Это массивный, казалось сделанный самой природой валун, медленно стал отходить в сторону. Нас встречали. Два водолаза, всё так же облачённые в свои костюмы вышли, преградив нам путь внутрь.

– Докладывай, – прислушался к опросу водолазов. Мы так и стояли возле входа. Один из них стянул с себя маску и сделав глубокий вдох, заговорил:

– Товарищ капдва. Внутри все мертвы. Мы, как только всплыли в бассейне, осмотрелись, заметили тела. Они лежали в беспорядке. Такое ощущение, что смерть наступила внезапно. Кто-то так и упал, держа разводной ключ в руке, кто-то…

– Осмотрели тела? – прервал капдва.

– Осмотрели, как смогли. Огнестрельных ранений нет. Видимых повреждений тоже.

– Это газ, – вступил в разговор, – губы у них синие? Глаза на выкате? Зрачки расширены?

– Губы, да, синие, но это может и от холода, – покосившись на капдва, и после его молчаливого согласия, отвечал водолаз, – возле бассейна всё-таки прохладно, а зрачки не смотрели. Как только увидели тела, снимать костюмы не стали. На последних остатках воздуха прошли до резервного входа и стали ждать условного сигнала.