Текст книги ""Зарубежный детектив 2026-19". Компиляция. Книги 1-10 (СИ)"
Автор книги: Грегг Олсен
Соавторы: Энн Рул,Лайза Родман,Джек Олсен,Кейт Саммерскейл,Кэтрин Рамсленд
сообщить о нарушении
Текущая страница: 86 (всего у книги 227 страниц)
Часть двенадцатая
Рандеву
1.
В девять утра в день Нового 1990 года представители шести правоохранительных органов собрались в парке Нортгемптон, чтобы найти последние останки Фелиции Стивенс. В это время года земля промерзла даже в самых сырых местах, поэтому поисковики шли по болотам ровным строем, «через поле напрямик», как сказал бы Артур Шоукросс. Несмотря на порывы пронизывающего ветра с озера Онтарио, патрульные, полицейские Рочестера, помощники шерифа, охранники парка, служащие из окрестных городов и деревень были объединены духом товарищества. Их первоочередной задачей было найти тело и поймать убийцу. Вторая задача, по большей части невысказанная, заключалась в том, чтобы получить признание за помощь в раскрытии самого страшного дела о серийных убийствах в истории штата Нью-Йорк. В этой спешной, лихорадочной активности не было и намека на то, что порядок приоритетов вскоре изменится на противоположный.
Незадолго до полудня розыскная собака, которую привезли с собой полицейские штата, обнюхала сугроб на грунтовой дороге к ручью, у которого почти два года назад было найдено тело Дороти Блэкберн. Вскоре во взлетающих из-под ее лап снежных фонтанчиках замелькали сначала розовые, а потом красные снежинки. Показались кости и кусочки плоти. Собака наткнулась на расчлененную тушу оленя.
На следующее утро, во вторник 2 января, через сорок восемь часов после обнаружения черных джинсов Фелиции Стивенс, полиция штата возобновила поиски с воздуха. С агентами Бюро уголовных расследований на борту в качестве наблюдателей пилоты вертолетов пролетели над пригородами Хэмлин, Кларксон, Грис, Парма, Свиден, Огден, Спенсерпорт и Брокпорт – все эти населенные пункты находились в нескольких минутах езды от парка Нортгемптон.
Чарльз Милителло, тот самый следователь Бюро, который предупредил братьев Бронья о работающем у них детоубийце, понял, что он не годен для назначения в воздушно-десантные войска. Как только небольшой вертолет кренился и качался в неспокойном зимнем воздухе, 48-летнему детективу становилось дурно.
– Я больше не вынесу этот ба-бум-ба-бум-ба-бум, – сказал Милителло пилоту, когда полицейский вертолет прогрохотал над шоссе 104 недалеко от загородного клуба «Риджмонт». Он потянулся за пакетом, но карман на спинке сиденья был пуст.
– Эй, посади эту пташку или я здесь все тебе перепачкаю!
После аварийной посадки в поле поисковики направились на север, навстречу порывистым ветрам с озера Онтарио, и вскоре оказались в полной темноте.
Пилоту пришлось вернуться в аэропорт округа Рочестер-Монро.
К вечеру вторника как наземные, так и воздушные поиски были прекращены.
2. Клара Нил
В среду я спала у себя дома на Моррилл-стрит, когда в четыре часа ночи Арт разбудил меня знакомым стуком в окно спальни. Как же я ему обрадовалась! В скором времени нам предстояло покинуть Рочестер и начать новую жизнь. Он поставил свой велосипед, я открыла дверь, а потом мы просто лежали в моей постели – я в ночной рубашке, он в своей одежде. У меня после того случая на дороге, когда парень врезался сзади в мой маленький серо-голубой «Омни», все еще немного побаливала спина.
Как пришло время собираться на работу, Арт сказал:
– Я воспользуюсь сегодня машиной.
В последнее время он часто ее брал, и я нисколько не возражала. Обычно он отвозил меня на работу в дом престарелых «Веджвуд» в Спенсерпорте, примерно в пятнадцати километрах к западу от города, а потом возвращался в город по своим делам. Я начинала в шесть утра, помогала готовить обед и мыть посуду, а в час дня он приезжал и забирал меня.
Этим утром он принес три пластиковых стаканчика с салатом из зеленых оливок от «Джи-энд-Джи», именно такой, какой я люблю: оливки, сельдерей, лук, пепперони, масло, немного соли и перца, глутамат натрия. Когда он подвез меня до работы, то отдал две чашки мне, а одну оставил себе. Мы оба сидели на диете, и он знал, как важен каждый пенни, когда нужно накормить кучу ртов. Он всегда был очень внимателен к таким вещам.
3.
Через несколько часов после того, как Артур Шоукросс подбросил подругу на работу, старший следователь Бюро уголовных расследований Джон Маккэффри попросил коллегу провести еще один день в полицейском вертолете штата.
– Только без меня, Джон, – сказал Чарльз Милителло.
– Послушай, капитан хочет, чтобы мы летали, пока не найдем тело.
– А ты хочешь, чтобы меня стошнило прямо на приборную панель?
Все в офисе испытывали глубокое уважение к долговязому Маккэффри и обычно воспринимали его предложения как приказы. Когда-то он был самым молодым полицейским в Нью-Йорке, но теперь уже тринадцатый год служил следователем Бюро. Он также возил Марио Куомо всякий раз, когда губернатор приезжал в город. На должности детектива у Маккэффри был большой опыт раскрытия сложных преступлений.
Милителло покрутил во рту зубочистку.
– Ну, раз должен, значит, полечу. Но почему ты не можешь прислать кого-нибудь, кому это нравится? Почему не Деннис? Как насчет Хупи? – Он перебрал едва ли не всех, а когда закончил, Маккэффри улыбнулся.
– Ладно, забей, Чарли. Я полечу.
– Ты полетишь?
– Да.
– Нет, нет. – Милителло покачал головой. – Если ты хочешь, чтобы я полетел, то я полечу.
Так спор продолжался в обратном порядке, пока Маккэффри не надел теплую куртку.
Милителло внимательно посмотрел на своего коллегу. Раздражения он в его глазах не увидел.
4. Старший следователь Джон Маккэффри
По правде говоря, я умирал от желания заняться этим делом. Бюро уголовных расследований – солидная организация, и мы хотели арестовать серийного убийцу. Но полиция Рочестера держалась настороже. Мы послали следователя на помощь, но они не дали ему почти никакой информации. Это означало что-то вроде: «Спасибо, но это наше дело».
Наш полковник из Олбани пытался растопить этот лед, но и ему они не доверились. Таким образом, на самом высоком уровне существовала своего рода неписаная, непризнанная конкуренция. Забавно то, что я был близок со многими парнями из полиции, включая Джимми Боннелла и ребят из криминалистического отдела, и они держали меня в курсе каждый день. Так обстоит дело с наемными работниками. Когда предстоит много работы, у нас нет времени на политику.
Как раз перед отъездом в аэропорт появился мой друг Том Джеймисон, агент по недвижимости. Он был охотником и хорошо знал местность.
– Слушай, полетели со мной, Том, – предложил я. – Лишняя пара глаз не помешает.
В 10.30 мы вчетвером вылетели на вертолете 1H11: пилоты Марк Вадопян и Кен Хундт, да еще мы с Джеймисоном в качестве наблюдателей. Первым делом я извинился перед Марком и Кеном за то, что им приходится так много работать. Они работали до изнеможения, а работа эта тяжелая, утомительная.
По пути в парк Нортгемптон я связался по рации с патрульным Джоном Стэндингом и попросил его быть поблизости, если нам понадобится что-нибудь на месте. Он прослужил двадцать лет и летал на вертолете, так что знал маршрут.
Джимми Боннелл напомнил мне, что обычно убийца оставлял жертв у воды, но никакой воды мы найти не смогли, за исключением озера Онтарио. Ручьи замерзли и скрылись под снегом. Мы осмотрели поля и фермы, пару фруктовых садов, задние дворы, леса. Был ясный солнечный день, идеально подходящий для поисков. Деревья давно сбросили листву, и мы видели лесную подстилку, но ничего больше, кроме пары оленей, устроившихся в снегу. У меня появилось предчувствие, что мы ищем не в том районе.
Около половины двенадцатого пилоты заговорили о перерыве на обед. Один из них сказал:
– Может, нам стоит вернуться, когда немного потеплеет?
Черт, они делали всю работу, а мы с Томом просто глядели в иллюминаторы. Но я не хотел сдаваться и предложил начать с того места, где мы нашли одежду, затем проследовать на восток по шоссе 31, пока оно не свернет на Лайелл-авеню, и посмотреть, не выбросил ли убийца чего-нибудь на обратном пути в город.
Мы сделали круг над парком Нортгемптон и направились на восток, параллельно шоссе 31 вдоль южной стороны дороги. Летели на высоте около шестидесяти метров над верхушками деревьев. Я сидел с левой стороны и хорошо видел обочину дороги.
Минут через пять из водопропускной трубы под Салмон-Крик как будто вылезло что-то белое. Я сразу вспомнил, что Фелиция Стивенс была в белом спортивном свиттопе, который до сих пор так и не нашли.
Я прищурился, и мне показалось, что я вижу тело – смуглое, обнаженное ниже пояса, в белом топе.
Я похлопал пилота по плечу и сказал:
– Мы нашли ее.
Выше, на обочине, стоял серый «Шевроле Селебрити». «Какого черта там делает машина?» – подумал я.
5.
Дейл Пикетт не знал, как на это реагировать. Возвращаясь с утреннего чаепития с друзьями в Спенсерпорте, он заметил мужчину, стоящего рядом с припаркованной машиной на шоссе 31 над ручьем Салмон-Крик. Правая передняя дверца была открыта, левым локтем мужчина опирался на крышу, и Дейлу показалось, что он мочится. Место действия представляло собой мирный уединенный уголок с полями, кустарниками, деревьями, болотами, фермерскими угодьями, изящными старыми домами, и бесстыдный поступок незнакомца осквернял эту естественную красоту.
Пожилой Пикетт проехал мимо, затем посмотрел в зеркало заднего вида. Незнакомец доделал свое дело и полез в машину. Перед этим он как будто бросил что-то с насыпи.
Пикетт огляделся в поисках полицейского. Накануне во всей округе было полно людей, которые копались в сугробах и рылись в полях, но сейчас никого не было видно. Он решил вернуться и записать регистрационный номер нарушителя. Сбросив скорость для разворота, он увидел зависший у себя над головой вертолет.
6. Старший следователь Джон Маккэффри
Поворотные фары у «Селебрити» были потушены, передняя пассажирская дверца открыта, а парень внизу сидел внутри, высунув одну ногу наружу.
Пилот заложил крутой вираж, и когда мы разворачивались, дверца машины захлопнулась, и парень скользнул за руль. Он направлялся на восток, в сторону Рочестера, не превышая скорости, но держась всего лишь чуть ниже разрешенного порога. Я подумал, что кем бы ни был этот парень, что бы он ни замышлял, он связан с местом преступления, его нужно допросить. Правило № 1: Охраняйте место происшествия. Но… место может измениться.
Я решил, что тело никуда не денется, и сказал пилоту:
– Держись за этой машиной.
Мы выполнили еще один быстрый разворот и последовали за ним на нормальной скорости, чуть выше телефонных столбов, не отставая от машины. Опуститься ниже и рассмотреть регистрационный номер мешали деревья.
Через несколько километров «Селебрити» заехала на муниципальную стоянку в Спенсерпорте, через дорогу от дома престарелых «Веджвуд» на Черч-стрит. Я позвонил патрульному Стэндингу, и он сказал, что будет там через пять минут. Мы зависли над площадкой и наблюдали, как водитель выходит. Он был плотного телосложения, одет в бежевую куртку, синие джинсы и бейсболку. Перейдя улицу, он вошел в дом.
Патрульный Дональд Влак передал по рации, что услышал шум вертолета и направляется на помощь. Я попросил его найти водителя, чтобы мы смогли поговорить с ним.
Я не думал, что этот парень и есть убийца; я просто хотел знать, что он делал там, в парке. Стэндинг подъехал к «Селебрити» сзади и сообщил по рации номер – XLT-125. Машина принадлежала Кларе Нил.
Как только Стэндинг и Влак сообщили по рации, что парень у них, мы вернулись к ручью Салмон-Крик. Я ожидал увидеть кучу полицейских со сканерами, но прошло всего несколько минут, и мы использовали много жаргонных словечек, чтобы замаскировать наши переговоры.
Потребовалось три минуты, чтобы найти место для посадки на заснеженном поле в паре сотен метров от водопропускной трубы. Мы с Кеном Хантом вышли из машины и подошли к месту происшествия так близко, как только могли, не оставив следы. Свежая цепочка следов вела вниз к ручью от обочины. С дороги тело не было видно.
Из брокпортских казарм прибыл еще один следователь Бюро, Пол Десиллис. После того как он помог нам оградить место происшествия оранжевыми столбиками и лентой, я попросил его съездить в Спенсерпорт и опросить того парня из машины.
Я был счастлив, что мы наконец занимаемся делом. Я думал, что раз мы нашли Фелицию Стивенс, то потребуется совсем немного времени, чтобы поймать убийцу. Ребятам из Бюро уголовных расследований будет чем гордиться.
7. Клара Нил
Около полудня Арт пришел на кухню в дом престарелых. Я раскладывала ланчи по подносам и расставляла их на переносных подставках. Он протянул пластиковую бутылку диетической пепси и сказал:
– Куда это можно выбросить? Мне пришлось пописать в бутылочку.
Я указала на маленькую ванную. Потом он возвращается и говорит:
– Подойди на минутку.
Я обратилась к своей дочери Линде:
– Закончи здесь за меня, хорошо? Мне надо понять, чего хочет Арт.
Мы пошли в комнату отдыха и сели там. Он сказал:
– Я остановился неподалеку отсюда на дороге съесть салат и пописать в бутылочку. И там пролетал полицейский вертолет. Они последовали за мной сюда. – Он помолчал и коротко добавил: – Один из копов только что зашел сюда и хочет посмотреть мое удостоверение личности. Для чего?
Я сказала:
– Не знаю, для чего. Они ведь не видели, как ты мочился в бутылку из-под пепси?
Мы оба были озадачены, но я знала, что все уладится. Что они с ним сделают, посадят в тюрьму «Синг-Синг»? Мне нужно было возвращаться на работу, поэтому я оставила его сидеть там и читать утреннюю газету. Тут входят полицейские и спрашивают, не выйдет ли он к машине. Арт только что сказал:
– И все это из-за того, что я помочился?
Он выхватил бутылку из-под пепси из мусорной корзины и спросил, нужна ли она им в качестве улики. Они сказали:
– Нет, оставьте ее там.
Они все вышли на улицу. Скажу вам прямо, я подумала, что эти копы просто сумасшедшие. Я сказала Линде и другим, чтобы не волновались. Сказала им, что все, что сделал Арт, это перепутал лес с туалетом. Потом мы занялись кормлением пациентов.
8.
Сидевший на заднем сиденье патрульной машины Джона Стэндинга мужчина по имени Артур Джон Шоукросс, казалось, не испытывал особого желания разговаривать. Он сказал, что одолжил «Селебрити» у подруги и поехал в близлежащий Брокпорт купить ланч навынос. Возвращаясь в Спенсерпорт по шоссе 31, свернул с дороги, чтобы перекусить. Он сказал, что выбросил пустой контейнер из-под салата в Салмон-Крик и начал мочиться на обочину, но когда услышал шум вертолета, переключился на пустую бутылку из-под диетической пепси. В конце своего повествования он добавил:
– Похоже, я действительно попал в передрягу, когда остановился там.
Пол Десиллис из Бюро запросил более подробную информацию, включая домашние адреса и сведения о работе Шоукросса и его подруги Клары. Он рассказал следователю, что высадил ее у дома престарелых незадолго до шести утра, перешел через улицу на муниципальную стоянку, припарковался рядом с мусорным контейнером и дремал до десяти. Он предъявил удостоверение личности с фотографией водителя транспортного средства штата Нью-Йорк и объяснил, что у него не было действительных прав с 1970 года. Когда следователь спросил, почему прошло так много времени, Шоукросс заколебался, затем сказал, что он был «в тюрьме».
– За что? – спросил Десиллис.
– За непредумышленное убийство.
9. Клара Нил
Я была слишком занята подачей обеда, чтобы беспокоиться из-за копов, но когда освободилась в час дня и вышла на улицу, чтобы Арт отвез меня домой, вся парковка была забита ими. Около восьми полицейских машин! Они заблокировали мою «Селебрити». Я подумала: «Во имя всего святого, что здесь происходит?»
Когда они увидели, что я иду по дорожке из дома престарелых, один из полицейских подбежал ко мне и говорит:
– Мы хотим поговорить с вами минутку.
Подошедший мужчина в гражданской одежде представился следователем Десиллисом. Я спросила:
– Что, черт возьми, происходит?
Он задал мне миллион вопросов: видела ли я мистера Шоукросса с какими-нибудь незнакомыми женщинами, знала ли я о том, что в моей машине бывали другие женщины, и тому подобное.
Потом мистер Десиллис сказал, чтобы я не смущалась, но он вынужден кое-что спросить меня о нашей сексуальной жизни. Он был милым и вежливым. Он спросил, были ли мы любовниками, и я прямо сказала, что мы были любовниками больше, чем Арт со своей женой, и он всегда говорил мне, что я как будто девственница, только крепче.
Он задал еще кое-какие вопросы, и постепенно я начала понимать, что происходит. Поскольку они застукали Арта писающим в общественном месте, то подумали, что он какой-то извращенец. Я-то знала, что это не так, поэтому просто сказала:
– Вот что я вам скажу, мистер: вы можете задавать любые вопросы, какие захотите.
Его интересовало, как именно мы занимались любовью, и я объяснила, что мы делали это совершенно нормальным способом: Арт сверху, я снизу, все происходило нежно и приятно. Я сказала, что мы виделись, может быть, раз пять в неделю и занимались любовью раз или два из них. У Арта не было проблем с эрекцией, но в последнее время у него болело левое яичко, и из-за этого ему требовалось больше времени. Полицейский также спросил, эякулировал ли мистер Шоукросс, и я сказала, что да, ни у кого из нас трудностей по этой части не возникало.
Еще он спросил, как мы одеты при этом, и я ответила, что мы всегда раздеты. Делаем ли мы это всегда одинаково? Да, хотя недавно Арт увидел что-то новое в фильме и захотел попробовать. Поза, в которой я обхватываю его шею лодыжками. Я не позволяю ему лизать меня и сама не лижу его, пока он живет со своей женой. И, конечно, я не позволяю проникать сзади. В любом случае Арту нравится простой секс, когда он сам сверху. Он очень страстный и даже часто потеет. Бывает, становится игривым и немного кусается. Я показала мистеру Десиллису несколько отметин от любовных укусов на плече. Они ничего не значат, просто Арт иногда немного волнуется. Это не больно, и я не против. Мы любим друг друга.
Мистер Десиллис беседовал со мной, должно быть, около часа, все время повторяя, что вынужден задать эти вопросы. Но хотя он и был вежлив, я все равно немного разозлилась, когда он спросил, оскорблял ли меня когда-нибудь мистер Шоукросс или, может быть, бил.
– Нет! – возмутилась я. – Я бы не осталась с мужчиной, если бы он поднял на меня руку. У меня куча взрослых сыновей, которые живут в радиусе тысячи километров отсюда, и если бы кто-то в безумии или по злобе наставил мне синяков, началась бы война.
Все это время Арт сидел в сторонке в полицейской машине. Я думала, что они отпустят его и мы вернемся в город на моей машине. Я ошибалась.
10.
С того момента, как Артур Шоукросс сообщил, что он был осужден за непредумышленное убийство, напряжение на маленькой муниципальной парковке подскочило. До этого он считался второстепенным свидетелем, гражданином, который по неосторожности припарковался рядом с телом. Но для опытных следователей, таких как Маккэффри и Десиллис, новая информация стала важным сигналом. Больше, чем любой другой тип преступников, сексуальные убийцы любили возвращаться на место преступления. Кажется, им доставляло удовольствие ласкать своих жертв, собирать сувениры, злорадствовать, ликовать, заново переживать убийство. Они также смелели, проникаясь презрением к следователям, стремясь повысить уровень накала в соответствии со своими собственными извращенными потребностями. А что может быть смелее и рискованнее, чем помочиться на последнюю жертву средь бела дня?
Сотрудники Бюро уголовных расследований решили перенести допрос в закрытое помещение, но им нужно было получить разрешение подозреваемого. Он пока не был арестован и даже не содержался под стражей. С похожей щекотливой проблемой столкнулся семнадцать лет назад детектив Чарльз Кубински: как развязать язык Шоукроссу, который имел полное право наплевать на все и уйти.
– Арт, – сказал следователь Деннис Блайт, специалист по допросам, примчавшийся на место происшествия по приказу Джона Маккэффри, – нам нужно поговорить с вами, но это немного неловко, когда вокруг столько людей. Не могли бы вы проехать с нами в казармы полиции штата в Брокпорте? Мы хотели бы поговорить и с Кларой.
Блайт подумал: «Если этот парень откажется, нам крышка».
– Где Клара? – спросил Шоукросс. – С Кларой все в порядке?
– С ней все в порядке, – заверил его Блайт. – Ну так что, мистер Шоукросс? Мы можем переместиться в какое-нибудь более уединенное место?
К удивлению следователя, Шоукросс ответил:
– Никаких проблем.
– Вы уверены, что не против пойти со мной?
– Никаких проблем, – почти с нетерпением подтвердил Шоукросс.
– Большое спасибо, мистер Шоукросс. Мы потом отвезем вас домой, не волнуйтесь.
Прежде чем они покинули парковку, Шоукросс подписал две формы «добровольного согласия», дающие полиции право обыскать серую «Селебрити» и его квартиру на Александер-стрит. Он протянул ключи. Детективы не могли припомнить более сговорчивого субъекта. Еще одна характерная черта серийных убийц: им нравится играть с копами.
Во время короткой, длиной всего десять километров, поездки из Спенсерпорта в брокпортские полицейские казармы Шоукросса сопровождал Пол Десиллис, а Клара Нил отправилась с Блайтом. По дороге Клара упомянула, что Арт совершил несколько ошибок, когда был молодым человеком, но заплатил свой долг обществу и стал добропорядочным гражданином:
– Он так добр ко мне и моим внукам. Я не понимаю, почему вы все пристаете к нему за то, что он помочился в бутылку.
Кто-то достал ключ от задней двери казармы; включили обогреватель, сварили кофе. Было около трех часов дня. Клара тихо сидела в соседней комнате. Шоукросс пододвинул к столу стул. Он все еще выглядел спокойным и расслабленным.
11.
В водопропускной трубе под шоссе 31 замороженное тело осталось нетронутым. Полицейские штата стояли на страже и контролировали, чтобы никто, кроме судмедэксперта и экспертов-криминалистов, не проник на территорию, огражденную столбиками и лентой.
Со всех сторон парк Нортгемптон начали заполнять люди из официального поискового отряда. Если это было место захоронения убийцы, то сколько еще тел лежит под снегом, сколько там ценных улик? Джун Сисеро, Дарлин Триппи и Мария Уэлш по-прежнему числились пропавшими без вести, и, возможно, были другие. К этому времени уже стало совершенно ясно, что душитель оправдал прогнозы психологов-криминалистов и остался верен себе в праздничные дни.
Вскоре шестьдесят полицейских штата были либо на месте происшествия, либо в пути, некоторые из них вернулись с выходных или были переведены с других смен и правоохранительных органов. В своих ярко-оранжевых дождевиках они выделялись на фоне белых сугробов и ледяной корки. Охранники парка и лесничие поделились своими знаниями о местных тропах и топографии. Двое полицейских в шлемах заехали в самый густой кустарник, и вскоре за ними последовали еще трое из офиса шерифа округа Монро. Прибыли капитан Бюро Говард Аллен, майор полиции Линд Джонстон и лейтенант Джеймс Боннелл, а также несколько детективов из криминалистического отдела, два специалиста по уликам и первый помощник окружного прокурора Чарльз Сирагуса. Рации не выключались. К вертолету полиции штата присоединились, поднимая тучи мелкого снега, два других.
На место прибыл новый командный фургон полицейского управления Рочестера, и криминалисты осторожно выгрузили дорогостоящее оборудование.
Тем временем прошел слух, что подозреваемый не раскалывается.
12. Лейтенант Джеймс Боннелл
Я и сержант Дик Хэйр, ответственный за наших специалистов по уликам, решили перейти дорогу и взглянуть на тело Фелиции Стивенс с другого конца водопропускной трубы, выбрав тропинку, которая не потревожила бы следы на снегу. Она лежала на льду, обнаженная ниже пояса, примерно в пяти метрах от меня.
Что-то во всем этом было не так.
– Эй, Дик, – сказал я. – Никакая это не черная цыпочка.
– Боже мой, ты прав.
Мы подошли ближе. Дневной свет угасал, но я смог разглядеть белую куртку с меховым капюшоном. Она была немного задрана и обнажала часть левой груди. Интересно, подумал я, неужели все эти проститутки носят одинаковую одежду, когда выходят в свою последнюю смену? Похожую куртку я видел на Джун Сисеро в тот вечер, когда разговаривал с ней на улице.
Я остановился. Я слышал биение собственного сердца. Ее швырнули вперед, и лицо примерзло ко льду. Голые ягодицы были приподняты, а правая нога вытянута, как в позе, характерной для содомии. Я вспомнил, что некоторые другие тела были найдены точно в таком же положении.
Я придвинулся на пару шагов ближе.
– О, черт. Черт! Боже мой, Дик, это Сисеро.
До меня дошло мгновенно. Я был одним из последних, кто видел Джун живой. Какое потрясение. Этот парень не только убил ее, он забрал ее у меня из-под носа! Не у моего подразделения, а у меня лично! Судя по всему, ее убили вскоре после того, как я ее предупредил, и случилось это в одном или двух кварталах от меня и Тима Хики, возможно, когда мы еще катались по городу. С кем, черт возьми, мы здесь имеем дело? Со сраным призраком?
Бедная Джун. Как глупо. Как глупо! Даже несмотря на весь ее образ жизни.
Никто ничего не понимал, пока судмедэксперт не перевернул Джун. У нее были глубокие порезы с обеих сторон промежности, прямо до кости. Очевидно, убийца вернулся и попытался выпилить ее половые органы, но отрезал только внешние части, половые губы. Может быть, из-за того, что работа – распиливать замороженное тело – оказалась слишком тяжелой.
Крупинки на снегу оказались опилками замерзшей человечины.
13.
У Денниса Блайта, плотного футбольного арбитра и бывшего полузащитника колледжа, были узкие зеленые глаза, жесткие каштановые волосы, острый язык и серьезная проблема. Он почти ничего не знал о деле, которое ему только что поручили. В тридцать восемь лет Блайта перевели в Бюро из сельской местности недалеко от Дели и Флейшманнс. После окончания колледжа он, пользуясь полученными знаниями в области финансов и экономики, несколько лет управлял портфелем в десять миллионов долларов, потом забавы ради сдал экзамен на должность полицейского штата и в итоге стал одним из экспертов Бюро уголовных расследований по наркотикам и организованной преступности.
После трех месяцев, проведенных в Рочестере, он все еще пытался изучить византийский лабиринт улиц исторического старого города. Он два или три раза сбивался с пути, пока ехал на своем красном «Порше 924» из офиса Бюро, расположенного к югу от города, в казармы Брокпорта на это особо важное задание. Теперь он сидел за столом напротив убийцы и размышлял, с чего начать.
14. Следователь Деннис Блайт
Воспользовавшись компьютерным терминалом, мы с Поли Десиллисом быстро просмотрели досье Артура Дж. Шоукросса – такое имя указано в его удостоверении личности. Ответ пришел через несколько минут: вторая кража со взломом, третья кража со взломом, второй поджог, непредумышленное убийство и прочее. Там было написано, откуда он родом, где отбывал срок, вообще все. Поли сказал: «Бинго!»
После того как я еще немного поговорил с Кларой, мы пригласили Шоукросса в офис Поли и представили его моему напарнику Чарли Милителло. Мне нужна была помощь Чарли, потому что он знал окрестности парка Нортгемптон и знал Рочестер, а еще потому, что он чертовски хорошо умеет разговорить подозреваемого. Проводя интервью, Чарли как будто разговаривает с лучшим другом – вплоть до того момента, когда защелкивает наручники. Поверьте, это настоящее искусство.
Мы отвели Шоукросса в конференц-зал и усадили в конце длинного стола. Я подвинулся, чтобы оказаться справа от него, а Чарли сел слева. Мы все время что-то говорили, спрашивали, предлагали: «Арт, тебе не нужно в туалет? Он прямо по коридору… Арт, хочешь чашечку кофе?.. Давай я принесу». Мы вели себя как хороший полицейский и лучший полицейский. Предложение принести кофе было хорошим поводом выйти и посоветоваться с остальными.
Прежде всего мы хотели узнать, где он ловит рыбу и совпадают ли эти места с теми, где находили тела. Он сказал, что в конце июня они с женой Роуз взяли недельный отпуск на рыбалку.
– И куда вы ездили?
– Мы никуда не ездили. У меня не было денег.
– И чем вы занимались?
– Ну, знаете… Мы… ловили рыбу.
– Где?
– Вплоть до Шарлотта.
То есть до того места, где нашли Джун Стотт, только я этого тогда еще не знал.
Он рассказал о рыбалке в теплой воде промышленного стока электрической компании недалеко от станции Рассел. Упомянул зону автостоянки и несколько мест, куда ходил ловить форель и окуня. Признался, что поскользнулся и сломал лодыжку, из-за чего ему пришлось некоторое время носить гипс. Я не очень хорошо понимал, насколько все это существенно, но Чарли казался довольным, как будто только что свалил оленя с восемью рогами.
Шоукросс упомянул, что работал в магазине свежих продуктов на общественном рынке.
– У братьев Бронья? – спросил Чарли.
– Да.
– А почему вы ушли оттуда?
– Слишком далеко было ездить на велосипеде, поэтому я устроился на другую работу.
Мы сделали перерыв, налили ему еще кофе. В холле Чарли говорит:
– Твою мать, Денни, это тот самый говнюк, который работал на Фреда и Тони Бронья!
Раздевалка была единственным безопасным местом в казармах, и теперь она выглядела так, будто в ней проходило полицейское собрание. Там были командир отряда майор Сэл Валво, наш начальник отдела криминалистики капитан Аллен, Джон Маккэффри, начальник полиции Рочестера и его заместитель Рикард, окружной прокурор округа Монро Говард Релин и его первый помощник, начальник уголовного розыска Линд Джонстон, пара наших специалистов по криминальной психологии, лейтенант Боннелл из оперативного отдела и около десятка других парней. И все они говорили одновременно. Нас сразу же окружили.
– Что он говорит? Что он говорит?
Мы сказали, что пока он ничего особо не говорит.
Джонстон и Боннелл спросили, можем ли мы пригласить на интервью следователя из полиции Калифорнии по имени Тони Кэмпионе, который занимался расследованием убийств и знает дело досконально. Этот жест также был призван показать, что два наших отдела могут работать вместе и Бюро не пытается украсть дело и присвоить себе славу, чего мы и не делали, ха-ха! Они засыпали нас кучей вопросов, которые мы хотели задать Шоукроссу. Чак Сирагуса подчеркнул, чтобы мы должны напоминать парню, что его не удерживают, что он не подозреваемый и может уйти, когда захочет, или позвонить адвокату и так далее. Нужно обязательно убедиться, что он знает свои права. Я говорю:
– Да, хорошо. Мы уже шесть раз рассказывали ему о правах. Думаю, справимся.
Мы вернулись вместе с Тони Кэмпионе и возобновили допрос.
