Текст книги ""Зарубежный детектив 2026-19". Компиляция. Книги 1-10 (СИ)"

Автор книги: Грегг Олсен

Соавторы: Энн Рул,Лайза Родман,Джек Олсен,Кейт Саммерскейл,Кэтрин Рамсленд
сообщить о нарушении

Текущая страница: 200 (всего у книги 227 страниц)

Глава 11

После того как Шелли Дженсон вернулась на Новый год в Нью-Мексико, чтобы продолжать учебу, Рэнди начал новую жизнь в Юджине. Первым делом он переехал в комнату, которую снял по объявлению, размещенному в юджинской газете «Реджистер» Арденой Бейтс. Двадцатидевятилетняя Ардена жила после развода с шестилетним сыном Микки. Аренда аккуратного одноэтажного домика на Е-стрит обходилась ей в триста пятьдесят долларов в месяц, и Ардена с трудом сводила концы с концами. Третья спальня им с Микки была не нужна.

Отпраздновав Рождество с другом Ральфом, Рэнди уехал из Медфорда в Юджин, где снял комнату в мотеле «Нью-Орегон». Изучив объявления в поисках жилья, он позвонил Ардене Бейтс, посмотрел комнату и решил, что его все устраивает.

На следующий день Рэнди познакомился с Шелли в «О’Каллаханс». Перед Новым годом он вернулся уже с Шелли и заплатил за первый месяц. Эти два дня выдались напряженными: переезд в Юджин, новое знакомство, обустройство в доме Ардены Бейтс. Все так закрутилось, что он забыл сообщить о переезде своему надзорному офицеру. Джуди Пуллиам полагала, что он все еще живет в окрестностях Портленда.

Ардена с самого начала ясно дала понять, что не ищет сексуального партнера, и если Рэнди имеет какие-то планы на этот счет, то ее дом – не место для него. Он ответил, что ему нужен не секс, а только комната, в которой можно было бы жить.

Такой вариант был приемлем для них обоих. Ардена Бейтс была немного полновата и, на вкус Рэнди, слегка старовата, так что он обходился дежурными комплиментами. Рэнди показался ей добродушным, слегка вальяжным парнем, от которого было трудно ожидать неприятностей. Он сказал хозяйке, что остался без работы и живет на пособие в девяносто долларов в неделю, но деньги у него есть, и ей не нужно будет беспокоиться по поводу арендной платы и внесения им своей доли коммунальных платежей.

– Если кто-нибудь спросит, чем я зарабатываю на жизнь, – пошутил он, – скажите, что веду вашу бухгалтерию.

Она рассмеялась. Вообще ей было все равно, откуда у него берутся деньги – лишь бы платил исправно.

Шестилетнему Микки новый жилец понравился, и Рэнди часто играл с ним в мяч. На соседскую молодежь он тоже произвел впечатление, сообщив, что выступал за «Грин-Бэй Пэкерс». Он показал им наклейку «Пэкерс» на заднем стекле своего золотого «Фольксвагена» и однажды сводил детей на баскетбольный матч с участием «Гарлем Глобтроттерс».

Вообще Рэнди казался идеальным жильцом. Глаза он хозяйке не мозолил. Ардена работала шесть дней в неделю, и когда все-таки была дома, Рэнди обычно отсутствовал. Часто он уезжал на ночь, а хозяйку просил отвечать на вопросы любопытных, что занят поиском работы. Порой Ардена задавалась вопросом, когда же он ее ищет. Рэнди часто занимался в оздоровительном клубе и играл за баскетбольную команду, спонсируемую местной оптической фирмой. Он также сказал ей, что с началом весеннего семестра поступит в Университет штата Орегон.

Ардену также восхищал его стиль жизни. Не имея видимых средств к существованию, кроме чеков по безработице, Рэнди вел себя как заправский плейбой. Зимой он принес домой первоклассные стейки и несколько ящиков пива. Он купил растение для гостиной за сорок долларов. Пока его машина стояла в автомастерской, он пользовался такси. Его «Фольксваген» был оборудован пятью стереодинамиками и глушилкой для полицейских радаров. Он много рассказывал о своей девушке Шелли в Нью-Мексико, говорил, что собирается прислать ей билет на самолет туда и обратно, чтобы она прилетела повидаться с ним. Он также часто покупал подарки для Шелли и отправлял их по почте, напоминая таким образом о своей преданности.

Ардена понимала, что Рэнди употребляет вещества и знала, что это очень дорогая привычка. По вечерам, бывая в городе, он посещал такие бары, как «Де Фриско», «Пур Хаус», «Таверна на лужайке» или «О’Каллаханс».

Ардена заметила, что Рэнди часто пользуется телефоном и делает междугородние звонки с такой же легкостью, с какой большинство людей звонят на другой конец города. Ей приходили огромные телефонные счета, но Рэнди всегда оплачивал свою долю, так что ее это не заботило.

Жилец вообще был одержим общением в любых формах. Сначала по телефону, потом по почте. Рэнди терпеть не мог выходить из дома, пока не заберет свою корреспонденцию. Писем он получал много, и не только от Шелли, но и от других женщин.

Иногда Арден задавалась вопросом, так ли уж Рэнди предан своей девушке из Нью-Мексико. Она также заметила, что его интересуют девушки-подростки. Чем он занимался вне дома, ее не касалось, но ей не понравилось, когда он начал приставать к ее шестнадцатилетней няне. Однажды, через несколько недель после вселения Рэнди, она обнаружила их вместе в постели. Ардена выразила свое неодобрение и хотела отправить девчушку домой, но Рэнди сказал, что та не хочет уходить, и закрыл дверь в свою комнату.

Девушка до безумия влюбилась в тридцатилетнего жильца, и Ардена еще три или четыре раза заставала ее с обнаженным Рэнди, когда она должна была сидеть с ребенком.

Тем не менее Ардена поговорила с девушкой и выяснила, что настоящего полового акта между ними не было. Затем она попыталась убедить Рэнди оставить девушку в покое.

На это он только пожал плечами.

Дважды он приводил женщин домой. Сначала подобрал двух девушек-автостопщиц. Одной на вид было около шестнадцати, другая сказала, что ей исполнилось двадцать. Он отвел девочек в свою комнату на несколько часов, а затем сказал Ардене, что уедет, чтобы отвезти их в колледж Лейн к началу вечерних занятий.

Была и еще одна женщина, симпатичная брюнетка лет двадцати с небольшим. Ардена не спала, когда пара заявилась в половине двенадцатого ночи, она тактично оставила их одних и отправилась спать. В третьем часу она проснулась. В гостиной работал телевизор. Ардена поискала Рэнди, но в доме его не было. Жилец вернулся на следующий день. Она не спрашивала его о девушке, ее это не касалось. Они с самого начала договорились, что каждый из них идет своим путем.

При всем его влечении к женщинам Рэнди вел себя довольно учтиво, был вежлив и считался с их желаниями. И все же, видя, как он позирует и прихорашивается перед встречами с женщинами, как старается выглядеть помоложе и поэффектнее, она называла его «Мистер Эго».

Ардена планировала выехать из дома на Е-стрит 1 апреля, и до тех пор условия проживания ее устраивали. Она ничего не знала о прошлом Рэнди, и ей не было до этого прошлого никакого дела. Он платил свою долю и большую часть времени не путался под ногами. Находясь дома, он был неизменно дружелюбен с Микки и другими детьми. Все складывалось хорошо.

Что касается самого Рэнди, то в первые месяцы 1981 года он действительно часто писал и звонил Шелли и отправлял ей подарки вместе с признаниями в любви. Но пока Шелли мечтала о замужестве и детях, играла в теннис и занималась аэробикой, чтобы привести себя в форму и выглядеть достойно рядом с ним, а также любовалась его фотографиями, возлюбленный продолжал рыскать в поисках других женщин.

Очевидно, Рэнди не мог остановиться; женщины стали для него такой же зависимостью, как для кого-то героин. Неважно, скольких он уже соблазнил, ему всегда было мало. Пустота, которую он ощущал в себе, не заполнялась.

День, другой, третий без свидания – и он впадал в депрессию. Он был мил с девушками, покупал им выпивку и держался в рамках пристойности, говоря о сексе. Но когда хотел сблизиться, его отвергали, и он не мог понять почему. Он не понимал, что в процессе ухаживания пропускает жизненно важные шаги. И если старшеклассницы еще могли купиться на бренд «любовь с первого взгляда», то девушки постарше и поопытнее видели, какой он поверхностный. Поверхностный и, мягко говоря, странный.

Ему требовались все новые женщины. Рэнди искал их в барах и на автострадах. Теперь у него было две жизни. Он был вежлив и внимателен к девушкам, и это ни к чему его не привело. Гораздо приятнее оказалось брать то, что нравится и чего хочется. После каждого случая, когда он заставлял беспомощных женщин исполнять его желания, ему становилось легче.

Но лишь на короткое время.

В пятницу, 13 февраля 1981 года, возвращаясь в Портленд по автостраде I-5 и находясь к югу от Сиэтла, он заметил едущую впереди симпатичную девушку и пристроился за ней. Эта девушка, восемнадцатилетняя студентка, направлялась домой, в Салем. Несколько раз она замечала, как мужчина в золотистом «Фольксвагене» с орегонским номером, подъезжая ближе, делает жест рукой, как будто предлагает выпить. При этом он улыбался и указывал в сторону от автострады. Каждый раз она качала головой. Обескуражить его так легко не получилось. Возле мотеля «Тандерберд» в Келсо он притормозил, вероятно, полагая, что она последует его примеру, но она лишь улыбнулась и прибавила газу.

Прошло немного времени, и золотистый «Фольксваген» снова появился в зеркале заднего вида. Незнакомец догнал ее, свернул на соседнюю полосу, широко улыбнулся и снова указал на обочину. Когда она не отреагировала, он опять поехал сзади. Его настырность не обеспокоила ее, но заинтриговала. Мужчина симпатичный, почему бы не остановиться и не поболтать?

Они были недалеко от Ванкувера, когда она, наконец, заехала на стоянку бургерной «Уимпи» и подождала незнакомца.

Он оказался внимательным и приятным собеседником. Сказал, что ему двадцать пять лет, что он живет в Портленде со своей сестрой, что работал барменом, но уволился из-за того, что в ресторане кто-то продавал запрещенные наркотики. Упомянул Юджин и сказал, что собирается поступать в тамошний университет. Это была невинная встреча, они даже не выходили из машин. Но она дала ему свой номер телефона в Салеме.

Этого Рэнди было достаточно. На выходных в День святого Валентина он позвонил ей несколько раз. В половине третьего ночи в воскресенье, 15 февраля, к телефону подошел ее отчим. Он поговорил с Рэнди, но дочь не позвал. Кем бы ни был этот парень, он, судя по голосу, здорово напился.

Рэнди снова позвонил в одиннадцать утра в воскресенье и попросил ее приехать в его номер в отеле «Марриотт» в Портленде. Она отказалась.

Это было уже не важно. Рэнди взял след, и теперь ничто не могло его остановить. Он поискал номер ее телефона в справочнике, узнал адрес и фамилию, а затем начал присылать открытки. То, что он писал в них, показалось ей странным. Она ни разу с ним не встретилась.

Но и не забывала о нем.

Рэнди Вудфилда помнили многие женщины. По-мнили даты, места и слова, которые он говорил. В конце концов, именно женщины помогут заманить его в ловушку, приведут его туда, где ему не стоило бы светиться. Он почти навязчиво называл им свое имя, слишком много рассказывал им о себе, не думая, что оставляет след, по которому кто-либо может найти его.

Глава 12

День святого Валентина был важным праздником для Рэнди Вудфилда – предлогом для идеального романтического свидания. Он делал все, чтобы напомнить о себе, чтобы ни одна из его женщин о нем не забыла, и отправлял десятки открыток. И, конечно же, желтые розы для Шелли. Рэнди планировал провести эти выходные в Бивертоне, штат Орегон, на своей старой родине, и написал нескольким тамошним девушкам, пообещав пригласить их поужинать, когда будет в городе. Он рассчитывал снять номер в отеле «Марриотт» в Портленде и устроить вечеринку в субботу, 14 февраля. Ему нужно было быть в форме – большинство получивших валентинки девушек были очень молоды, а некоторые из них еще учились в старшей школе.

В Бивертоне у Рэнди была платоническая подруга, Дикси Паллитер. Дикси встречалась с парнем, но Рэнди ей нравился, и она с удовольствием слушала его забавные рассказы о проблемах с женщинами. Она пообещала провести с ним некоторое время, пока он будет в городе. Рэнди также намеревался позвонить девушке из Салема, с которой познакомился на автостраде, и повидать одного из своих старых тюремных приятелей.

Наметок на праздничный уикенд было, пожалуй, слишком много, и выполнить все пункты плана Рэнди, скорее всего, не смог бы, но он хотел знать, что все схвачено, все под контролем и он держит руку на пульсе.

Детективный отдел в полицейском управлении Бивертона возглавлял в то время капитан Дэйв Бишоп, высокий красивый мужчина лет сорока с грубоватым голосом. Он был внимательным к деталям, превосходным детективом и неутомимым следователем, поэтому быстро продвигался по служебной лестнице в бивертонском управлении. Благодаря цепкому уму и верности долгу он стал возможным кандидатом на административную должность, но заработал язву. Профессия полицейского вообще опасна для здоровья.

В День святого Валентина в 1981 году Дэйв Бишоп посещал религиозный ретрит в церкви Святого Игнатия в Портленде. Он так ждал этих двух дней без срочных телефонных звонков. В эти два дня ему не придется иметь дело с этим конвейером смерти и насилия.

Однако рано утром в воскресенье Бишопу позвонили из его офиса: «У нас труп. Обстоятельства смерти подозрительные».

Убитая была опознана как Джули Энн Рейц. Та самая Джули Энн Рейц, бывшая когда-то поклонницей Рэндалла Вудфилда. Та самая, которая однажды, застав Рэнди с другой женщиной, назвала его мудаком.

За два дня до этого Джули, жившая со своей матерью и соседкой по комнате в шикарном дуплексе на Черри-Хилл-драйв в Бивертоне, отпраздновала свое восемнадцатилетие. В субботу она планировала побывать на нескольких вечеринках, но ни на какое свидание не собиралась. Ее матери и соседки по комнате тоже дома не было до поздней ночи с субботы на воскресенье.

Вернувшись домой, ее мать увидела, что во всех окнах горит свет, а затем обнаружила на лестнице обнаженную дочь. Подумав в первый момент, что девушка, возможно, упала в обморок или выпила больше, чем следует, женщина попыталась поднять ее. Только тогда она увидела, что длинные светло-каштановые волосы Джули окрашены в цвет красного дерева собственной кровью. Она предположила, что дочь ударилась головой о перила и потеряла сознание, однако та ни на что не реагировала, и мать торопливо вызвала «Скорую помощь».

Прибывшие по вызову санитары почти сразу увидели, что Джули Рейц не упала, что в нее стреляли с близкого расстояния – рана была почти контактная – и что она мертва. Они оставили тело на лестнице, а на место происшествия вызвали полицию. Патрульные подтвердили, что речь идет об убийстве, и оцепили место преступления в ожидании детективов.

Дело взяли в свои руки капитан Дэйв Бишоп и детектив Нил Лопер. Следов борьбы на месте обнаружено не было. Все выглядело так, будто Джули бежала вниз по лестнице к входной двери, когда ее сразили пули. Вероятно, убийца находился прямо за девушкой, он помешал ей распахнуть дверь и побежать за помощью.

Мать и соседка Джули по комнате сказали, что дверь в дом всегда была заперта и что Джули не впустила бы незнакомца, тем более поздно ночью. Из этого следовало, что убийцей был кто-то, кого она знала и кому доверяла. И если она знала его, то неизвестный мог решиться на убийство, чтобы сохранить в тайне свою личность.

Как и большинство юных девушек, Джули доверяла многим людям. Обладая прекрасной, модельной внешностью, она пользовалась популярностью и часто встречалась с парнями, главным образом примерно ее возраста.

Джули окончила среднюю школу всего за месяц до своего убийства и работала продавщицей в магазине детской одежды.

Пытаясь восстановить действия девушки в День святого Валентина, Лопер и Бишоп поговорили с ее друзьями. В ту субботу вечером ее видели на нескольких вечеринках, последний раз около двух часов ночи. Ни ссор, ни каких-либо происшествий, которые могли бы спровоцировать убийство, отмечено не было. С последней вечеринки Джули, как она сама сказала подругам, отправилась домой.

Разговаривая с друзьями Джули, Дэйв Бишоп узнал, что она нравилась одному мужчине постарше, который настойчиво предлагал ей дорогие подарки. Девушка, однако, не проявляла к нему даже отдаленного интереса. Какой была его реакция на отказ?

Детективы решили начать с него. Мужчина, которого в воскресенье застали в дорогом ресторане «Бивертон», повел себя высокомерно, отказавшись прервать обед с бифштексом ради разговора с полицейскими. Тогда Бишоп спокойно сообщил ему, что речь идет об убийстве и они могут поговорить с ним либо здесь, либо в отделении полиции. Покорно выйдя вслед за Бишопом из ресторана, мужчина предоставил надежное алиби.

Следующим внимание полиции привлек молодой человек, который был с Джули на вечеринке. Он показал, что в последний раз видел ее около десяти и не отвозил ее домой.

Юноша прошел проверку на полиграфе. Такую же проверку прошли и еще трое парней, которых видели рядом с Джули в разное время в течение того вечера.

При вскрытии тела глубоко в мозгу нашли пулю 38-го калибра. Было установлено, что такие пули применяются в специальных моделях «Смит-и-Вессон». По оценке судмедэксперта, смерть наступила между тремя и четырьмя часами ночи 15 февраля. Анализы на кислую фосфатазу показали наличие мужского эякулята. Мужчина, изнасиловавший Джули, оставил после себя сперму, что помогло установить третью группу крови. Полученного материала оказалось слишком мало для определения резус-фактора.

Простыни с кровати Джули были испачканы спермой того же типа. Мать Джули и ее соседка по комнате были убеждены в том, что Джули не была сексуально активна в последние месяцы. В таком случае пятна спермы на ее простынях должны были быть свежими.

Определить, происходил ли этот половой акт до или после смерти жертвы, не удалось.

Дэйв Бишоп был из тех детективов, которые полагают, что если собрать и записать достаточное количество информации, то правда в конце концов выйдет на поверхность.

– У нас был огромный офис, – вспоминает он, – и мы покрыли все стены листами оберточной бумаги. Было записано каждое имя, отмечена каждая связь, даже самая незначительная. У меня все должно быть перед глазами. Я должен знать, что делаю, изучать эти записи, читать их, разговаривать с ними. И тогда, рано или поздно, общий знаменатель сам встанет перед вами.

В течение недели после убийства команда детективов Бишопа допросила более сотни человек, взяла десятки показаний и провела три дюжины тестов на полиграфе – все они подтвердили невиновность проверяемых.

Все было тщетно – по крайней мере, так казалось.

Нашли свое место на стене и сведения, попавшие к детективам Бивертона окольным путем. Женщина, которая работала в столовой школы города Алоха, штат Орегон, подслушала разговор нескольких учителей. Сын одного из учителей, ученик средней школы Бивертона, знал кого-то, кто видел, как в ночь святого Валентина перед таунхаусом Джули Рейц разъезжал по улице «Фольксваген-жук». В конце концов машина остановилась у обочины, ее фары мигнули и погасли.

В этом не было ничего существенного, но слова «Фольксваген-жук» зафиксировались в таблице Бишопа.

Нил Лопер и Дэйв Бишоп продолжали опрашивать друзей Джули Рейц, затем друзей ее друзей. Всем им они задавали один и тот же вопрос: «Не могли бы вы перечислить всех, кого, по-вашему, знала Джули? Не могли бы вы попытаться вспомнить, куда она пошла и с кем? Даже если это не кажется важным, нам нужно это знать».

Листков оберточной бумаги становилось все больше, они занимали все свободные места. Если имя встречалось дважды, его помечали звездочкой. Бишоп знал – связь где-то есть, нужно лишь совместить правильные факторы.

В семидесяти километрах к юго-востоку от Бивертона, в Салеме, Дэйв Коминек решил, что пришло время провести еще одно совместное заседание следователей и детективов.

Генеральная прокуратура штата Орегон была готова оказать помощь городским и окружным службам в проведении уголовных расследований и судебного преследования. Коминек поговорил с Бобом Гамильтоном, главным помощником генерального прокурора по уголовной части. Гамильтон проиграл выборы окружного прокурора округа Мэрион в конкурентной борьбе с Крисом Ван Дайком, но вражды между ними не было. Гамильтон согласился с тем, что дело Убийцы с трассы I-5 действительно требует самого пристального внимания, и прокуратура штата была готова предложить любую посильную помощь.

Коминек договорился со всеми заинтересованными сторонами провести общее собрание в Роузбурге, штат Орегон, под председательством Боба Гамильтона. Офис генерального прокурора штата распечатает и распространит информацию об Убийце с трассы I-5 по всем задействованным ведомствам. Криминалистическая лаборатория штата Орегон обработает все вещественные доказательства, обнаруженные на территории штата, а криминалистическая лаборатория департамента юстиции в Реддинге проведет такую же работу с уликами, найденными на территории Калифорнии. Улики из штата Вашингтон поступят в криминалистическую лабораторию в Сиэтле, которую возглавляет знаменитый криминалист Джордж Исии.

Огромная армия детективов, экспертов-криминалистов и прокуроров сосредотачивала свои усилия на одном человеке. Список его преступлений рос. Нужно было срочно прибавить темп.

Просматривая материалы по присланным ему новым делам, Дэйв Коминек отметил, что Убийца с трассы I-5, по-видимому, вернулся из Калифорнии 4 февраля. Где бы ни находилось его место жительства, оно должно быть где-то на побережье Орегона. Он работал к северу, югу и западу от этого места.

Двенадцатого февраля подозреваемый снова направился на север. Для него это была напряженная ночь, пугающее доказательство нарастания криминальной активности.

Он начал в Ванкувере в 17:45, когда ограбил на 50 долларов магазин модной одежды «Сасси» на Мэйн-стрит и связал пожилого продавца клейкой лентой.

Полтора часа спустя он был в городе Олимпия, штат Вашингтон, в ста шестидесяти километрах к северу по автостраде I-5. Он затащил двух девушек-подростков в морозильную камеру автокафе и подверг их сексуальному насилию, после чего обчистил кассовый аппарат. Жертвы остались в камере, где почти не было воздуха.

К десяти часам вечера он прибыл в Бельвью, штат Вашингтон, и в «Дейри куин» наткнулся на двух сотрудников, подсчитывающих дневную выручку. Он выхватил пачку банкнот, запер мужчину в морозилке и набросился на молодую женщину.

Через пять минут после того, как бородатый мужчина с пластырем на носу ушел, в полицейское управление Бельвью позвонили его третьи за день жертвы. Дело было поручено детективу Гэри Тренту. Нападавший давно скрылся, воспользовавшись стандартным маршрутом эвакуации – автострадой I-5.

Сделанные в Ванкувере, Олимпии и Бельвью композитные портреты были почти идентичны. И, конечно же, они практически совпадали с остальными композитными портретами.

Обстановка на конференции в Роузбурге была напряженной; вместо новой информации о подозреваемом, на которую они надеялись, присутствующие офицеры услышали только о новых нераскрытых делах. Дэйв Коминек описал почерк Убийцы с трассы I-5 следующим образом:

– Нападения происходят в вечерние часы, обычно между пятью и одиннадцатью часами вечера, с акцентом на ранние вечерние часы. Предпочитает небольшие заведения, посещает их во время затишья. Мы полагаем, что он вооружен серебряным револьвером 32-го калибра. В большинстве случаев связывает жертву скотчем – руки за спиной и ноги. Выбирает заведения с одной или двумя молодыми женщинами. Приказывает им раздеться, но сам расстегивает только молнию на брюках. Заставляет их мастурбировать или делать минет. Женщин постарше только трогает. Отводит жертв в заднюю часть здания, где их не видно с улицы. Иногда забирает телефонную трубку, чтобы пострадавшие не могли позвать на помощь.

Коминек повернулся и написал на доске:

Скотч на носу.

Зеленая куртка или ветровка.

Капюшон или вязаная шапочка.

Накладная борода.

Перчатки – лыжные, спортивные, для вождения.

Ароматов парфюма не отмечено.

Говорит тихо и вежливо, ругается редко.

Мачо – считает, что у него большой пенис, и хвастается этим. Уходя, приказывает жертвам сосчитать до 100 или 500.

Предположительно, оставляет автомобиль в нескольких кварталах от места нападения.

Белый мужчина – от 25 до 28 лет.

Рост от 180 до 185 сантиметров, среднего телосложения.

Темные волосы, возможно, вьющиеся.

Темные глаза – «грустные» или «усталые».

Хорошо выглядит. Возможно, шрамы от угревой сыпи.

Оружие: 6-зарядный револьвер 32-го калибра, никелированный или хромированный.

«Смит-и-Вессон» модель 60 из нержавеющей стали, 38-го калибра.

«Спешл», 5-зарядный револьвер с трехдюймовым стволом, деревянная рукоятка.

Транспортное средство: «Фольксваген-жук»???

Тогда же был составлен предварительный психологический профиль. На розданных материалах стоял гриф «Конфиденциально». На тот момент никто, кроме детективов, не должен был знать так много о подозреваемом.

– Субъект – это белый мужчина, возможно, недавно разведенный или разошедшийся со своей девушкой. Некоторое время назад выпущен из какого-то учреждения. Представляет себя в образе настоящего мачо. Относится к тому типу мужчин, которые водят полноприводный или спортивный автомобиль. Использует накладные бороды как возможный символ мачо. Пластырь нужен ему для маскировки. Относится к так называемому типу «парень по соседству». Основная мотивация связана с сексуальным насилием. Субъект одиночка и, возможно, имеет скрытые гомосексуальные наклонности.

– У нашего человека герпес, – продолжил Коминек. – Несколько его жертв заразились этой болезнью после сексуального насилия. Насколько нам известно, он никогда не предпринимал попыток совершить нормальный половой акт, его фетиш – оральная или анальная содомия. Не мне вам говорить, что результаты расследования разочаровывают. Мы знаем, как он выглядит, мы знаем его схемы и даже знаем, куда он наносит удар, но… он играет с нами в кошки-мышки. Когда мы ищем в Орегоне, он в Вашингтоне или Калифорнии. Он – чудовище, но похож на парня по соседству. Многие знают его и считают отличным парнем, они будут ошеломлены, когда мы его поймаем. Он опасен и становится все опаснее. На его счету по меньшей мере три убийства. Он нападал на детей и на женщин. Сейчас он в каком-то сексуальном исступлении. Так давайте же поймаем его.

Детективы на той встрече в Роузбурге не знали, насколько близко профиль соответствует характеристикам разыскиваемого. И сам преступник не представлял, как много они о нем знают.

Он думал, что ему ничто не угрожает.

Каждому ведомству, представленному на общем совещании, было поручено проверить всех подозреваемых, проходящих по делам, заведенным в их юрисдикции. Информация о подозреваемых, отсеять которых не получилось, должна была поступать к Дэйву Коминеку в округе Мэрион. Также все агентства должны были получить композитные портреты подозреваемого.

По окончании совещания каждый следователь знал то, что знают все остальные. Они знали так много… и все же так мало. У них не было его имени. У них не было его лица.

Прокурор округа Мэрион Крис Ван Дайк созвал пресс-конференцию. Предупредить всех женщин в Орегоне он наверняка не мог, но надеялся, что его слова встревожат, по крайней мере, некоторых из них. Разговаривая с репортерами перед телекамерами, он был непривычно серьезен. Ван Дайк сообщил, что в последнее время отмечено два десятка случаев сексуального нападения на молодых женщин, живущих и работающих вдоль автострады I-5.

– К сожалению, общим для большинства этих случаев является ситуация, когда две женщины находятся вместе в изолированных прачечных самообслуживания, предприятиях торговли и общественного питания, дома и на рабочем месте.

Ван Дайк сказал, что власти реально опасаются новых нападений в Салеме в течение следующих нескольких дней. Он подчеркнул, что не хотел бы создавать атмосферу страха, но ему не остается ничего другого, кроме как выступить с этим предупреждением.

– Он один из тех, – добавил Монти Холлоуэй, – о ком, когда его ловят, знакомые говорят: «Не могу поверить, он ведь такой хороший парень».

– Он и в самом деле может быть вашим соседом, – подвел черту Коминек.

Женщины в самом деле испугались. Девушки-подростки, работающие в точках быстрого питания и круглосуточных магазинах рядом с I-5, шарахались от теней. В отделениях полиции едва успевали отвечать на звонки. Но никто ничего не знал. Поступающая информация не помогала.

Убийство Джули Рейц 15 февраля, похоже, не было связано с эпидемией насилия на автостраде. Джули убили в ее собственном доме, и почти наверняка убийца знал ее. С другой стороны, Убийца с трассы I-5 вроде бы выбирал своих жертв совершенно случайным образом. Кроме того, Бивертон находится к западу от Портленда, а не на прямом маршруте по автостраде I-5.

Дэйв Бишоп и Нил Лопер работали над своим делом. Дейв Коминек и Монти Холлоуэй – над своим. Детективы округа Мэрион не слышали о Джули Рейц; детективы из Бивертона слышали об Убийце с трассы I-5, но у него был совсем другой почерк.

Мужчина, замаскированный пластырем, продолжал нападать на женщин.

Через три дня после того, как Джули Рейц умерла с пулей в голове, в магазин «Севен-Илевен» на Кобург-роуд в Юджине вошел покупатель. На часах было 03:25. Он терпеливо ждал продавца, но никто не спешил его обслужить. А затем из задней комнаты донесся приглушенный стук. Несколько встревоженный, он пошел на звук и обнаружил женщину-продавщицу, которая лежала на животе со связанными хирургической лентой руками и ногами, а рот ее был заклеен пластырем. Он быстро освободил ее и позвонил в полицию Юджина.

Убийца с трассы I-5 нанес новый удар. На этот раз он ограничился сексуальным насилием.

Детектив Рон Гризель из юджинского управления полиции приступил к расследованию в половине четвертого утра. Оставшуюся часть ночи он провел за осмотром места преступления. Вещественных улик оказалось немного. Пригодных для использования отпечатков не нашлось. Куски медицинской ленты валялись как в кладовке, так и на улице возле круглосуточного магазина. Там же оказалась коробка из-под лейкопластыря. С помощью тампона с физиологическим раствором детектив взял мазки с сосков жертвы в надежде, что оставленная слюна позволит определить группу крови преступника.

Ценным дополнением могла бы стать обнаруженная Гризелем камера видеонаблюдения. Из видеозаписи вырезали несколько кадров, но когда их увеличили, результат обманул ожидания. На одних кадрах мужчину скрывал прилавок, на других он появлялся только как высокая фигура в темной куртке со скрывающим лицо капюшоном. И на видеозаписи он остался неуловимым. Каким был везде и всегда.

Казалось, этому не будет конца. На карте в кабинете Коминека появились новые флажки, отмечающие новые происшествия, новые изображения знакомого бородатого лица. После начала полномасштабной облавы прошло более трех месяцев, и усталый детектив все чаще задавался вопросом, стали ли они хоть немного ближе к его поимке, чем были в начале расследования.