Текст книги ""Фантастика 2026-163". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Кружевский

   – Не надо, – пискнул бородач. – Само пройдет.

   – Если не отвалится, – ухмыльнулся я. – А так посинеет, но ходить можно будет.

   Минут через пять хозяин комнаты все же смог подняться на ноги и напялить на себя цветастый халат, после чего я изложил ему причину своего визита.

   – Ну, не знаю, не знаю, – проворчал тот. – Я вообще вампир слишком занятой, у меня вон два сонета лежат недописанных, а вечером еще и Антала обещала забежать, а опосля Тамура, – лицо Глоссера приняло мечтательное выражение. – Так что некогда мне вашими глупостями заниматься.

   – Вообще-то, граф сказал мне, что все обитатели замка должны оказывать всяческую помощь в подготовке парада...

   – Граф сказал, граф приказал, – бородач махнул рукой. – Я как человек творческий вообще не могу приказам подчиняться, и если графу не нравится, то могу в любое время покинуть его жалкую халупу, ибо меня, Глоссера Омпера, даже в столице примут с распростертыми объятиями.

   Я поморщился и пару минут прикидывал, не добавить ли этому расфуфыренному бородачу на (или точнее по) орехи (ам), причем судя по виду Батона у того в голове бродили вполне схожие мысли.

   – Впрочем, – неожиданно продолжил Глоссер. – В этом деле вам лучше всего поможет Антонио, он тут у графа заведует теми шутами, что развлекают народ своими бессмысленными тра-ля-ля на праздниках, я же услаждаю уши хозяина замка лишь серьезной музыкой.

   – И где мне его найти?

   – Да в деревенской таверне, он там каждый день с друзьями пиликает. А теперь хочу извиниться и попросить покинуть меня, так как хочу придаться измышлениям о своем новом сонете, – Глоссер вальяжно так махнул ручкой в сторону двери и отвернулся, видимо давая таким образом понять, что прием окончен.

   Я пожал плечами и развернулся, чтобы идти, не заметив, что кот остался стоять на месте, а когда я уже вышел за дверь из комнаты до меня долетел дикий вопль в тональности чистейшего сопрано.

   Я непонимающе оглянулся и заметил выходящего из дверей с самым независимым видом Батона. На мой вопросительный взгляд кот только пожал плечами и, гордо воздев хвост к потолку, направился вперед по коридору.

   Кстати, если кто еще не понял, то идея, так неожиданно стукнувшая мне в мозжечок, была насчет музыки. Ибо парад без должного музыкального сопровождения это даже и не парад, – а так, бодрое шествие в ногу брутальных мужиков.

   Антонио мы нашли уже к вечеру, проплутав несколько часов в его поисках, пока какая-то девочка не указала нам на небольшой дом на краю деревни. Надо заметить, что местные жители довольно приветливо к нам относились, а узнав, что мы гости графа, так вообще старались помочь, кто чем может и было похоже, что отец Эрнесты пользуется немалым уважением среди простого народа. Деревня кстати расположилась под самыми стенами графского замка и состояла десятка из трех добротных домов, большинство из которых имели необычные куполообразные крыши. Дом же Антонио имел обычную двускатную крышу и несколько потрепано-обшарпанный вид. На стук нам открыла миловидная девушка в столь откровенном наряде, что я даже не сразу понял, во что она облачена: в одежду с вырезами или просто на ее обнаженное тело кое-где прилипли кусочки разноцветной ткани. Я быстренько прикрыл глаза своему пушистому спутнику, дабы не травмировать его нежно-возбудимую психику и вежливо поинтересовался об искомом субъекте.

   – Атонио, это к тебе! – крикнула незнакомка куда-то вглубь дома и, вновь повернувшись ко мне, потянула носом. – Человек?

   Последняя фраза была то ли вопросом, то ли утверждением, – если честно я не понял, но согласно кивнул на всякий случай. Девушка сверкнула глазами и шагнула ко мне, но тут появился хозяин дома и полуголая красавица поспешно ретировалась.

   В отличие от Глоссера, Антонио быстро согласился на наше предложение и пообещал оказать полное содействие нашей задумке. И вообще парнем он оказался компанейским и довольно-таки разговорчивым, так что мы проболтали дотемна, обсуждая концепцию музыкального сопровождения. Он даже притащил свой инструмент чем-то напоминающий американское банджо и збрямкал на нем пару мелодий, но я их решительно отверг, сказав, что с нужной определимся позднее, а пока его задача набрать оркестр, причем желательно до завтрашнего вечера, ибо время уже поджимало. Тут же я назначил Батона курирующим данный проект и попросил Антонио все свои пожелания и нужды передавать через кота.

   В замок мы с котом возвращались практически перебежками от одного фонаря к другому, ибо, как я уже писал раньше, ночь тут была больше похожа на густой кисель черного света. Путь, конечно, получился длиннее, так как фонари стояли вдоль центральной дороги, что делала порядочный крюк на пути к замку, но решение пройтись напрямую явно привело бы к ночевке на природе под открытым небом. Данная перспектива меня не очень устраивала, ибо в окружающей тьме местная живность производила такие звуки, что волосы по всему телу нехорошо шевелились. Можно конечно было заночевать у Антонио, как, собственно говоря, тот и предлагал, но постоянно заглядывающая в гостиную странная девушка, как-то не очень хорошо на меня смотрела, а посему я решил, что лучше вернуться в замок. Знаете народ тут конечно дружелюбный и все такое, но вампиры – это все же вампиры, чтобы мне кто ни говорил.

   Впрочем, добрались без приключений, но едва я переступил порог, как, возникшая буквально из ниоткуда, служанка сообщила, что в гостиной меня ожидает господин Грегор, а посему пришлось срочно отправляться туда, хотя в данную секунду основным моим желанием был спокойный сон в обнимку с мягонькой подушечкой.

   Как я и думал, модельер притащил образцы полностью готовой формы и ожидал моего утверждения, дабы передать оную на пошив швеям Манголии. И надо сказать местный Юдашкин справился отменно, даже не смотря на несколько непривычную расцветку материала, солдатская форма смотрелась неплохо. А вот на офицерский вариант он опять налепил каких-то оборок и рюшечек, пришлось заставлять отпарывать. Впрочем, после уборки всего лишнего оказалось, что все выглядит вполне даже ничего, и я со спокойным сердцем дал добро на изготовление, после чего отправился к себе. По пути я встретил ребят, направляющихся так сказать на "вечернюю заморку червячка" и минут десять выслушивал их рассказ об охоте, заодно узнав что "саблезубые скрябли" это небольшие зверьки типа помеси наших тушканчиков с тарантулом. Бррр, если честно даже представлять как-то не особо охота, а уж бегать за ними по местным лесостепям и подавно. Однако ребята были довольны сим мероприятием и с восторгом рассказывали мне, как они загнали стаю этих созданий к реке, а те долго отплевывались паутиной и даже покусали Гая, кинувшегося защищать споткнувшуюся и упавшую Эрнесту. Мальчик с гордостью продемонстрировал мне место укусов, которые покрывали часть спины и ниже, заставив девочек зардеться и смущенно захихикать. Похвалив нашего героя и намекнув, что показывание данного места как-то "не очень", я потрепал покрасневшего как помидор Гая по голове и, узнав у Эренсты, что укусы скряблей не опасны, отправился к себе.

   Батон к моему удивлению еще не спал, а заложив руки за спину, слонялся по комнате, напевая что-то себе под нос. Заметив меня, он тут же извлек из сумки свою гитару и заявил, что как главный по музыкальному сопровождению парада просто обязан знать, какую мелодию я задумал использовать. Пришлось с тяжким вздохом извиниться перед ожидавшей меня мягонькой подушкой и заняться с котом музицированием, вспоминая все подходящие под данный момент песни. В общем, спать я лег уже под утро, при этом бурча себе под нос песню о том, что: "от тайги до британских морей Красна я армия (как известно) всех сильней".

Глава 11.
Глава про парад и прочую суету.

Все дни я мотался по замку и окрестностям как очумелый, подгоняя своих помощников, раздавая направо и налево ценные указания, а порой и вставляя особо умным «волшебный пендаль», дабы работа спорилась и кипела. Больше всего, надо сказать, меня порадовала Манголия, чьи швеи буквально за пару дней выдали мне все три сотни комплектов солдатской формы и десяток офицерской. Солдатики на плацу тоже трудились неустанно, так что вскоре вполне прилично держали строй и их дружный шаг был слышен аж за несколько сот метров, особенно после того как я приказал сделать на сапоги медные набойки в виде небольших металлических подковок на носок и пятку. А вот с музыкальным сопровождением вышла небольшая заминка. Местный инструментальный ансамбль, собранный для нас Антонио, никак не мог приноровиться к исполнению отобранных нами с Батоном мелодий и выдавал такую какофонию, что бедный кот волосы себе драл промеж ушей, вызывая у меня беспокойство сим фактом. Впрочем, в эти дела я как раз лезть не стал ибо, судя по виду моего котейко, Батон был настроен весьма решительно, а значит только оставалось пожалеть бедных музыкантов.

   Я же в это время занялся пушками, которые Крум обнаружил, инспектируя полузаброшенный военный склад. Орудия находились в довольно неприглядном состоянии, а своим видом напомнили мне дикую смесь современной гаубицы и пушки времен Наполеоновских войн. Я приказал их выкатить из склада и за день привести в божеский вид; ликвидировать гнезда неизвестных мне существ из стволов, покрасить лафеты, а так же надраить украшенные причудливой чеканкой стволы, чтобы те блестели как у боцмана э..э..э...рында в солнечный день.

   Кстати, надо сказать, что бывший рядовой Крум за несколько дней настолько врос в должность главнокомандующего графских сил, что пару раз мне приходилось его осаждать и напоминать "ху есть ху", а то больно важным стал. Форма ему, кстати, новая не очень понравилась, ибо по его словам не отличалась особым лоском, а вот солдатики приняли ее на "ура", заявив, что она более удобна.

   В общем, оставшиеся до парада дни пролетели как-то незаметно, однако к моменту часа "Х", который должен был ознаменовать собой прибытие инспектирующей особы, я сделал все что мог, о чем со спокойной душой и доложил вернувшемуся с утра пораньше графу. Тот только вздохнул и сообщил, что был в столице, где узнал, что его сосед граф Эмирган впал в немилость герцога, так как, по словам великосветского вельможи: "был крайне неучтив в речах, а так же содержал местное ополчение в крайне постыдном состоянии".

   – Эмирган всегда был слишком остер на язык, – с тяжелым вздохом рассказывал отец Эрнесты. – В свое время он был приближен ко двору, но именно за свое неумение сдерживаться его отправили с глаз долой. Впрочем, он всегда выбирался из подобных ситуаций без особых проблем, уверен, что и сейчас выкрутится.

   И вот пришло время парада.

   Герцог со свитой прибыл буквально за час до парада и, выслушав приветствие графа, согласился на его уговоры перекусить, дабы мы все успели подготовить в лучшем виде для смотра. Я естественно был приглашен на этот перекус и пока гости неторопливо кушали буквально не находил себе места. Надо сказать, что сам герцог произвел на меня впечатление этакого старого солдата, которому тесна и даже противна его новая должность. Высокий, седовласый с волевым лицом, он отличался какой-то резкостью движений, а в его голосе то и дело проскакивали крепкие выражения и слышались командные нотки, да и вся его свита больше походила на оперативный штаб какого-нибудь командующего, чем на расфуфыренных вельмож.

   – Господин Крас, слышал, что вы приложили руку к подготовке будущего смотра, – неожиданно сказал герцог, завершая свою трапезу и промакивая салфеткой губы.

   Я покосился на сидевшего рядом графа, лоб которого тут же покрылся испариной и коротко кивнул:

   – Да, герцог, надеюсь, это не запрещено?

   – Что вы, господин учитель, отнюдь, мне даже интересно, что вы посоветовали нашему графу.

   Я пожал плечами.

   – Скоро увидите.

   – Что ж я не против, – герцог резко встал и, бросив взгляд в сторону графа, скомандовал. – Ведите, посмотрим на ваших увальней, авось, чем удивят.

   Мы прошли на балкон, что расположился на третьем этаже и нависал над площадью, расположившуюся между внешней стеной и самим замком и которая была довольно большой, вмещая в данный момент не только стоявшие солдатские шеренги, но и приличную толпу зевак жавшихся к стенам.

   Я оглядел стройные ряды, отметил белые полосы разметки, нанесенные на брусчатку, и едва сдержал вздох облегчения – Крум и мои ребята не подвели. Про разметку я вообще вспомнил уже утром. Во время тренировочного прохода мы делали подобную на плацу, и она хорошо помогла солдатам держать строй. К счастью мои ученики тут же вызвались помочь и, судя по аккуратным полосам, подошли к этой работе со всей ответственностью.

   Герцог с интересом и нескрываемым удивлением осмотрел стройные ряды солдат и только хмыкнул.

   – Можно начинать, господин герцог? – поинтересовался я.

   – Естественно, господин Крас, приступайте, – кивнул вельможа и, опершись руками о резные перила балкона, буквально впился глазами в происходящее на площади.

   Я подошел к ограждению и, отыскав глазами стоявшего внизу Гая, махнул ему рукой. Мальчик тотчас исчез в толпе, а через минуту стоявшие по стойке вольно солдаты подтянулись, вскидывая свои тяжелые карабины на плечо.

   – Внимание!!– громовой голос, пролетевший над площадью, заставил народ вздрогнуть и испуганно заозираться.

   Я удовлетворенно кивнул и покосился на небольшую башенку, приютившуюся на стене замка, где в данный момент находился призрак графа Фурина. С помощью местного кузнеца мы там вделали в стену огромный медный рупор, так что призрак мог теперь использовать всю мощь своего и так не слабого голоса.

   – Внимание!!!– повторил голос. – Всем отрядам смирно, приготовится!! Парад, посвященный прибытию особо важных гостей нашего графства, объявляется открытым, ура!!!

   "Ура!!" – Дружно рявкнуло три сотни глоток, при активной поддержке населения, которое за последние дни не меньше нашего переживало за данное мероприятие.

   На небольшом постаменте напротив балкона появились музыканты с инструментами и, рассевшись по местам, замерли в ожидании. Через пару минут туда же важный до крайностей поднялся Батон, облаченный в черный фрак и со здоровенной золотистой бабочкой на шее. Кот повернулся к нам и, отвесив низкий поклон, жестом фокусника извлек из воздуха дирижёрскую палочку. Зазвучала музыка и на площадь выехало четверо всадников на черных как смоль жеребцах. Батон взмахивает палочкой и над площадью воцаряется буквально-таки звенящая тишина, в которой отчетливо слышится голос командующего Крума, отдающего приказы о начале парада.

   – Первая, вторая, третья когорта нале, остальные напра..во!! – командует Крум, вскидывая ладонь к козырьку кепки.

   Шеренги дружно разворачиваются и быстро, практически легким бегом, покидают площадь под удивленные и непонимающие взгляды герцога. Я же стою с самым непроницаемым видом и лишь ободряюще подмигнул Эрнесте, которая держит под руку явно нервничающего отца.

   И тут грянула музыка. Батон как очумелый машет дирижёрской палочкой, хотя вижу, что руководство оркестром тупо симулирует, но выглядит впечатляюще. Музыка кстати тоже довольно знакомая, точнее тут задействовано несколько мелодий, но на выходе такая солянка, что аж ушам больно, однако на вампиров похоже это действует несколько по-другому – слушают как заворожённые. Тем временем музыка постепенно стихает, а я уже узнаю стилизованную музыку из песни про Красную армию и тут на площадь, чеканя шаг, выходят первые колоны солдат. И знаете, хорошо идут подлецы, я аж сам залюбовался, а уж как подбородки вскинули и дружно повернули головы, когда поравнялись с нашим балконом, тут даже сам герцог крякнул от удивления и одобрительно покосился в мою сторону. Я скромно потупил глаза и шаркнул ножкой, а мое внутренне я сделало "yes" и бодренько станцевало джигу.

   – Гордо шествуют наши гвардейцы,– краса и гордость любимого народом графа Гадриана, – надрывался меж тем голос Фурина. – Ура, графу и его гостям.

   Народ на площади дружно разразился радостными криками, соответственно кидая в воздух, чепчики, шапки, а так же прочие предметы интимного туалета.

   – А вот на площадь перед замком вступает могучая артиллерия...

   Пять пушек приведённых в порядок, конечно не бог весть что, но смотрятся, правда, стрелять я из них не рискнул бы.

   – А теперь вы видите тайное оружие графства – диких необузданных боевых призраков.

   Друзья Фурина, за которыми я бегал по всему подвалу пару ночей вместе с призраком графа, пока не уговорил всех их поучаствовать в данном мероприятии. В результате сейчас около двух десятков призраков везут в больших бочках, поставленных на телегу, откуда они воют благим матом, изображая страшно ужасных приведений. Надо сказать это им неплохо удается, ибо некоторые особо впечатлительные зрительницы начали аж взвизгивать от испуга и поплотнее прижиматься к стоящим рядом парням к большой радости оных.

   – И вот вновь мы видим славных гвардейцев графа, посмотрите какие молодцы. А их слаженный шаг, их мужественные лица. Ни одно девичье сердце сегодня будет разбито этими доблестными юношами.

   Во шпарит. Видать граф при жизни еще был неплохим оратором, а тут уж совсем разошелся, однако судя по общественному настроению – народу нравится.

   – А теперь на площадь вступает местное ополчение...

   Толпа молодых парней с вилами, дубинами, лопатами и старыми дедушкиными ружьями модели "карамультук обыкновенный доисторический едва стреляющий". Идут, кое-как попадая в ногу, но рвение проявляют изрядное, чем вполне компенсируют вышеуказанный недостаток. Все. Я краем уха выслушал объявление Фурина о том, что парад окончен, а теперь начинаются массовые празднества и гуляния в честь гостей и, извинившись, покинул балкон.

   Неделя работы ради каких-то тридцати минут самого действия. Я вздохнул и, улыбнувшись миленькой служанке, направлявшейся к балкону с подносом, уставленным различными бутылками и фужерами, отправился в свою комнату.

   Из открытого окна доносилась веселая музыка и я, прикрыв его не раздеваясь, завалился на кровать. Почему-то страшно захотелось домой, холодного пива и... бананов. Тьфу ты, сколько уже месяцев прошло после тех приснопамятных опытов Гоймерыча, так нет, все еще хочется иногда скушать парочку другую. В дверь постучали. Я вздохнул и, приняв вертикально – сидячее положение, разрешил войти.

   – Можно, нер? – спросила Эрнеста, заглядывая в приоткрытую дверь.

   – Конечно, заходи, – я подождал пока юная вампирша зайдет в комнату и обеспокоенно спросил – Что-то случилось?

   – Нет, – мотнула она головой, от чего одна из ее прически вылетела одна из заколок и исчезла где-то под стоящим у стены шкафом. Девочка проследила взглядом за ее полетом и, пригладив выбившуюся прядь, улыбнулась. – Я пришла сказать вам спасибо. Герцог в восторге и зовет отца с собой в столицу, дабы вынести на всеобщий пример при личном присутствии его Верховенства.

   – Ну, значит все хорошо, – я облегченно вздохнул. – Как там ребята?

   – Веселятся, – махнула рукой Эрнеста. – А Гай вон за дверью ждет, прилип как хвост. – Девочка фыркнула.

   – Что ж ты его так? – улыбнулся я.

   – А что он...сам такой..., – пробормотала вампирша, отводя глаза и густо краснея.

   – Эрнест, – во все еще приоткрытую дверь просунулась голова Гая. – Ребята жду, ты скоро...ой, нер, здравствуйте.

   – Сгинь! – рявкнула девочка, заставив голову мальчика исчезнуть.

   – Эрнест, ну так же нельзя, – покачал я головой. – Видно же, как он к тебе относится, ты с ним как то поделикатней бы что ли.

   – Я стараюсь, – вздохнула та, – но он...он, непутевый он какой-то.

   – Ясно.

   Я пристально посмотрел на девочку, стараясь сдержать рвущуюся на лицо улыбку.

   -Кстати, я думаю, что ты ко мне не просто так пришла поблагодарить, говори уж, что опять задумали?

   Вампирша покраснела еще больше и несколько секунд молчала, бросая в сторону двери красноречивые взгляды.

   – Ну, в общем, Гай хочет попросить разрешения остаться у меня на каникулы, – наконец протараторила она, набравшись храбрости.

   – Эээ, – я оторопело посмотрел на девочку, затем в сторону двери, за которой топтался Тори и, задумчиво почесав верхушку своей "тыковки", спросил. – А родители в курсе?

   – Да, – кивнула Эрнеста. – Мой отец не против, а отец Гая, сказал, что пусть он сам за себя решает и обязательно спросит у вас разрешение.

   Вот уж спасибо, подставил, так уж подставил. Скинул решение проблемы на плечи учителя, типа если что случиться, то во всем я буду виноват, а он останется на коне и весь в белом ... повелитель добра и света блин, не может даже со своим сыном решить. У парня тут первая (или какая там по счету) любовь, гормоны из ушей, а папочка просит чужого дядю решить данный вопрос... зла не хватает.

   – Да уж, – я вздохнул.

   – Ага, – кивнула Эрнеста и тоже вздохнула.

   – И что, все так серьезно?

   Девочка пожала плечами.

   – Не знаю, нер, я в себе еще не разобралась, однако мне с ним как-то..., – она замялась. – Не знаю, как сказать, нер, но Гай такой непутевый и порой беспомощный, что иногда охота защитить его ото всех...

   Вот она женская сущность. Мы мужики, ради их ласкового взгляда и нежной улыбки, будем гордо выпячивать грудь, бить в ее своими кулаками и вообще изображать дикий первобытный ужас, дабы показать, какие мы могучие, сильные и готовы на любые подвиги ради прекрасных дам, на вид таких хрупких и ранимых. А если не дай бог падем духом, оступимся или проиграем в бою...хе... Это мы мужики наивно думаем, что они слабый пол,– однако влюбленная женщина способна на многое...Да ради своего защитника.., да если кто его обидит..., да на британский флаг, или японское солнышко, нужную часть организма супостата – одним рывком, а потом еще по кумполу, да в рыло напоследок, но исключительно в качестве профилактики, ибо ведь не злодейка какая-нибудь. А после полного уничтожения противника вновь прикинется ласковым, нежным и чрезвычайно ранимым существом , будет заниматься домашним хозяйством и с любовью в глазах слушать о подвигах своего "любимого и нежного зверя", что тот совершает...(в офисе, на войне, в соседней забегаловке – нужное подставить), о которых он ей неизменно поведает тихими уютными вечерами, сидя в своем удобном кресле. Эх...как же я когда-то мечтал о подобной жизни: работа, уютная ухоженная квартирка, любящая жена, вечера с друзьями за стаканчиком холодного пива при просмотре футбола... Впрочем, я не жалуюсь. Друзей у меня много, работа интересная (порой даже очень, на кефир должны за вредность доплачивать), невеста замечательная (если конечно не считать что она дракон) и вообще моя жизнь полна романтики и приключений (а так же синяков, ссадин, царапин, кучи потраченных нервов и десятка седых волос, причем не только на голове).

   Я вздохнул и, посмотрев на смущавшуюся девочку с легким прищуром и улыбкой всезнающего мудреца, махнул рукой:

   – Хорошо, разрешу, где наша не пропадала, надеюсь, вы его тут не съешьте?

   – Нер...– Эрнеста бросила на меня укоризненный взгляд.

   Я рассмеялся.

   – Ладно, ладно, пошутил. Иди, скажи своему рыцарю в сверкающих доспехах, впрочем, – я покосился в сторону приоткрытой двери. – Он и сам все уже слышал.

   Провожали меня бурно, ну в смысле с оркестром и натуральным шествием, так что на платформе даже образовалась некоторая толкучка. Причем все на прощание лезли меня дружески приобнять, в результате чего в вагон я садился в несколько помятом состоянии, втаскивая внутрь Батона буквально за хвост. Кот всю ночь гуляванил непонятно где и заявился буквально под утро, весь пахнущий чем-то приторным, томно вздыхающий и почему-то с прокушенным в двух местах правым ухом. Буквально пред самым нашим отъездом из замка он вновь куда-то исчез и на перроне уже появился в сопровождении двух девиц с очень хорошими си...кхе, короче вот с такенным богатым внутренним миром. Девицы были высокие, и Батон шел между ними, хозяйски приобняв красоток где-то повыше колен. Красавицам это было явно неудобно, но они стойко терпели, изредка почесывая котейко между ушей от чего тот буквально млел, а на его усатой морде отражалось просто-таки неземное блаженство. Блин, ловелас в кошечьей шкуре нашелся. Поезд уже дал второй гудок, а кот все еще тискал ножки своих подружек, а посему был нелюбезно мною оторван от данного занятия, путем хватания его за шкирку.

   Кстати, отец Эрнесты, прибывший меня проводить, подтвердил слова дочери, сказав, что герцог уехал весьма довольный и даже пообещал налоговые льготы графству. Мало того, он забрал с собой Грегора, дабы тот продемонстрировал свои наработки в области военной моды верховному вампиру. В конце концов, Гадриан отвел меня в сторонку и, приобняв на прощание, пустил скупую вампирскую слезу, заявив, что я отныне лучший друг семьи, а посему в его замке всегда найдется для меня свободная комната. Я поблагодарил его и попросил присмотреть за Гаем, дабы с мальчиком ничего не случилось, а заодно и за дочкой, дабы они вместе чего такого не натворили. Граф удивленно посмотрел на меня, но через пару минут видать до него дошло, и он активно закивал головой, уверяя, что уж на это я могу точно рассчитывать.

   Наконец поезд дал последний гудок и знакомый мне проводник с приветливой улыбкой попросил меня пройти в вагон. Я вошел внутрь, помахал из окна провожавшим, и уже хотел было идти в свое купе, как стоявший рядом Батон коротким мявком привлек мое внимание.

   – Что там? – я вопросительно посмотрел на кота, который буквально впечатал свой взгляд в окошко.

   – Вон, – Батон ткнул лапой в сторону толпы. – Слева от фонарного столба, мяу.

   Я посмотрел в указанном направлении и замер, ибо у края перрона, стоял человек, облаченный в знакомый монашеский балахон. В этот момент поезд дернулся и двинулся с места, медленно набирая ход, а незнакомец отвернулся и вдруг исчез. Я аж мотнул головой и вопросительно посмотрел на кота; мол, не привиделось ли мне это. Судя по ответному и не менее ошалелому взгляду Батона – нет.

   – Так, детям ни слова, – сказал я коту, едва мы вошли в свое купе. – И надо как-нибудь связаться с академией, чтобы сообщить об этом. Знаешь способ?

   Кот задумчиво подергал себя за правый ус, потом почесал промеж ушей, затем зачем-то пожевал кончик хвоста, после чего бессильно развел лапами.

   – Ясно, будь тут, пойду, поищу нашего проводника, может у него какой способ имеется. Кстати жест с хвостом был лишним, – бросил я, выходя из купе.

   – Просто там была, мяу, колючка, – донеслось мне вслед.

   Проводник оказался на месте и в ответ на мой вопрос, только покачал головой, сообщив, что ни чем не может мне помочь.

   – Дело в том, что поезд, по сути, движется в пространстве Манбраха и никакой вид связи отсюда невозможен, так что придется потерпеть до следующей станции.

   Я молча кивнул и, заказав чаю, вернулся назад.

   – И? – спросил кот.

   – Мы в пространстве Манбраха и связи нема, – пояснил я и сразу добавил. – Вот только не спрашивай меня, что это такое, сам не знаю, но звучит красиво и загадочно.

   Кот согласно мявкнул и пристроившись у окна, принялся наблюдать за проносящимся мимо пейзажем. Я же вновь вышел в коридор и пару минут бродил по нему, пытаясь немного успокоиться. В принципе пока предпринять было ничего нельзя, да и тревога, возможно, была ложной, хотя с другой стороны случай в замке... Нет, дело тут явно не чисто. Как говорят умные люди: "Надо думать о лучшем, но готовиться к худшему. То есть сделать три вещи: вырыть бомбоубежище, купить танк и запастись провиантом, дабы отсидеться подольше". Впрочем, мне этот совет в данном случае не особо подходил, хотя от танка я бы не отказался. Бандура конечно здоровая, но с ней (точнее в ней) как-то на душе спокойнее и уютнее было бы.

   – О чем задумались, Ярослав Сергеевич? – голос проводника вернул меня на грешну землю.

   – Да так, – улыбнулся я, – о том о сем...

   – Ясно, – улыбнулся в ответ старик. – Они ведь знаете какие живучие, бывает, прихлопнешь одного, думаешь избавился, ан нет, глядь, опять тут как тут.

   – Вы это о чем? – я удивлено посмотрел на проводника.

   – О тараканах конечно, – с маленькой заминкой ответил тот. – Совсем сволочи одолели, и главное даже магия их никакая уже не берет, даже не знаю, что и делать.

   Он тяжело вздохнул и покачал головой.

   – Впрочем, действительно, что я об этих тварях вспомнил, я же вам чайку-то принес, горяченького. Пойдемте, почаевничаем, заодно вашу новую историю послушаю.

   Я молча кивнул и послушно направился вслед за стариком, попутно размышляя о его странных словах – тараканов в поезде ведь явно не было.

   К счастью все мои волнения оказались напрасны и дальше ничего странного со мной и моими спутниками не случилось. В мире эльфов я пробыл всего пару дней, в основном любуясь местными лесными красотами, благо Глайдуель устроила нам хорошую экскурсию. Кстати впервые мне не пришлось что-то делать или кого-то спасать, ну разве только Теодора из реки, так как оказалось, что наш юный оборотень не очень хорошо плавает. А так пару дней на солнце у небольшой хрустально-прозрачной реки, да под песни юных эльфиек, что они любят распевать вечерами сидя у ее воды...хорошо...даже уезжать не хотелось. Правда, все же один минус был, мяса местные эльфы не ели, а жевать каждый день салаты, запивая их приторно-сладкими нектарами, как-то не очень. Батон тот вообще скис, ибо ему даже рыбу не дали половить, точнее разрешили, но с условием, что н будет делать это естественным способом без всяких приспособлений. Когда «это» опутанное с ног до головы водорослями с безумным блеском в глазах и гольяном в зубах явилось обратно, меня аж чуть Кондратий не приобнял, думал, очередное чудо-юдо порождение тьмы откуда-то вылезло. Грей, загоравший рядышком, тоже не разобрался и шанадарахнул навскидку песочным шариком, так что бедный котейко второй раз за свою жизнь изобразил «кошачью растопырку», на этот раз на груди проходившего мимо эльфа. Короче, отдохнули хорошо, от души как говориться.

   А вот Грея пришлось везти не домой, а к бабушке, что проживала в небольшой деревушке, в одном их миров, что примыкали к родному миру мальчика, и оказалась довольно бодрой и милой старушкой. Она постоянно сокрушалась, что ее сын стал супер-мего-злодеем, хотя по ее словам всегда хотел, чтобы было как лучше. А так он очень хороший, очень любит домашние булочки и вообще на него очень много и зазря наговаривают.