Текст книги ""Фантастика 2026-163". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Кружевский

Он перевернул страницу и продолжил чтение. Это древнее предостережение настолько поразило его, что он забыл обо всем – о про-Эвергете, о времени, даже о безмолвном, как тень, Айэте.

* * *

У писавших книгу оказалась прескверная манера излагать события задом наперед – от настоящих времен к прошедшим. К тому же, будучи лишь отдаленными потомками строителей города, они успели забыть очень многое… хотя и не все.

Их звездолет, как и «Астрофайра», проник в Линзу через не-пространство, но попал в центральную ее часть. Там ее защитные устройства еще отчасти действовали и повредили корабль. Он сумел сесть, но при этом окончательно вышел из строя.

Вероятно, условия в центре Линзы не очень подходили для жизни, но файа как-то сумели перебраться сюда, на эту Плоскость, где среди диких племен живущих здесь людей построили город. Отсюда их усилиями цивилизация постепенно распространилась почти по всей Плоскости. Но вот свою файа не сумели сохранить. Их силы и знания уменьшались необратимо, пока они не стали просто одним из миллионов народов Линзы. Здесь не говорилось, почему это произошло – то ли войны с соседями, то ли изначальная малочисленность, то ли просто нежелание становиться богами – а может все вместе привело их империю к гибели. Наконец, поняв, что их культура неизбежно погибнет, растворившись среди тысяч других, файа заключили величайшее свое достижение в непробиваемое силовое поле в надежде, что их потомки или неведомые сородичи вернутся сюда…

Удивленный Анмай подошел к пульту. Скоро он отыскал контрольные часы, – они отсчитывали время от постройки станции. На них шел уже 12446-й год. Он нашел и счетчик времени работы поля – оно существовало всего на две тысячи лет меньше…

* * *

Глядя на сверкающую белизной пластмассу, Анмай вздрогнул. Такое казалось нереальным, но все же… Он спешно вернулся к книге. Насколько он смог понять, некогда – больше ста двадцати веков назад – существовала могучая цивилизация файа, подобная нынешней. Только ее технический уровень отставал от современной Файау примерно на тысячу лет. Они могли совершать межзвездные полеты с помощью Эвергета и заселили множество миров. Читая описания их достижений Анмай скривился – это были просто воспоминания о старых добрых временах, когда… ну и так далее. Здесь не говорилось о предыстории тех древних файа, их обычаях, нравах, социальном устройстве – ни о чем, действительно интересном для Вэру. Писавшие книгу не помнили даже, какая планета была их истинной родиной! Они попросту забыли все это – но они не забыли главного.

Вся их цивилизация, занимавшая к тому времени огромный участок галактики, погибла – неожиданным и страшным образом. Не осталось даже свидетелей катастрофы. От всей огромной империи, объединившей тысячи планет и триллионы жителей уцелел единственный корабль, совершавший особенно дальнюю экспедицию. Когда Анмай прочел описание катастрофы и ее причины, ему показалось, что он падает в бездну.

* * *

Эвергет позволял изменять физические законы, но совершенные им изменения, – неважно, какого рода – оставались навсегда. Они постепенно слабели, но занимали все больший объем. Поскольку эти изменения были различны, различались и оставляемые ими следы. Они складывались, усиливали или гасили друг друга и никто не мог предвидеть, каким будет конечный результат. Космос огромен, и может показаться, что все эти изменения ничего не значат в нем. Но это неправда.

При достижении критической грани возникал чудовищный процесс – он назывался квантовым вырождением. Вспыхнув в одной точке, он в один миг распространялся на десятки тысяч световых лет. В сущности, это было аннигиляцией излишне запутанных и противоречивых нагромождений Йалис и проявлялось всего лишь как мгновенная вспышка радиации, такая быстрая, что она оставляла следы лишь на микроскопическом уровне, – но она проникала повсюду. Никакой защиты не было. Все сложные структуры разрушались. Разумные машины и жизнь гибли.

Анмай вскочил. Поверить в то, что вся его цивилизация, вся Файау стоит на краю бездны оказалось нелегко – однако он поверил и пришел в ужас. Теперь – только теперь! – ему стало ясно, отчего так мало рас использовали Йалис – западню с приманкой неограниченного могущества, скрывающей неизбежную смерть. Он вспомнил о предупреждении, которое они поймали на Уарке, о монолитах на берегу Пустынного Моря – все знали это, все, кроме них! Но… Файау распространилась намного шире и ушла в использовании Йалис намного дальше, чем ее несчастные предшественники. Немыслимо, чтобы сверхразумные машины, подобные «Астрофайре», ничего не знали об этом! Они знали, и знали какой-то способ противодействовать гибели, раз их всех до сих пор не постигла печальная участь. Но почему об этом не знают живые файа? Зачем машины скрывают это от них?

Внезапно он вспомнил, что те, первые файа также совершали полеты в не-пространстве – хотя их генетический код не был изменен и пережить их они не могли. Затем вспомнил, что физические законы в других частях их Вселенной отличаются. По теории Творящего Взрыва такого просто не могло быть. Только искусственное вмешательство вызывает такие изменения, но разве возможно изменение физики в пределах целой Вселенной – или, хотя бы, ее части?

То, что следовало из этого, было чудовищно, но не подлежало сомнению.

За ничтожно короткий – по масштабам Вселенной – срок ее законы изменились настольно, что для естественных форм живых существ полеты в не-пространстве стали убийственны. Теперь же даже они, измененные, с трудом могут совершать их. И неизбежно придет время, когда летать между звезд смогут только машины.

А затем изменения зайдут так далеко, что само существование органической жизни окажется невозможно.

Изменить физику целой Вселенной для истребления в ней жизни – это казалось немыслимым, но зато весьма легко объяснимым. Ни один вид, ни одна форма разума не может допустить конкуренции. Сейчас у Файау не было соперников – но они могли появиться. Учитывая угрозу квантового вырождения, любая война с использованием Йалис стала бы самоубийственным безумием. Гораздо проще было устранить угрозу в зародыше.

Вэру вспомнились зловещие истории о том, как искусно Файау уничтожала лишь разумных существ, не повредив биосферы их планет. Сколько рас ей было так истреблено? Но никто не может заглянуть во все уголки Вселенной. Единственный способ предотвратить появление потенциального противника – сделать невозможным само его существование.

Впрочем, он понимал, что это объяснение – объяснение, данное униженным и преданным Анмаем, – слишком наивно и злобно. С чего он вообще взял, что это делает Файау? Может, ее саму атакуют неведомые и могучие враги? Может, это следствие изменений самой Вселенной – что он знает о ней? И даже если это делает Файау – у нее могли быть совсем иные цели, нечто, совершенно непостижимое для его разума.

Но Анмай слишком хорошо знал свой народ и боялся поверить в свои увертки, – всеобщий ксеноцид слишком хорошо вписывался в общий курс развития Файау. Для нее, уже практически полностью перешедшей в интеллектронную фазу, уничтожение органической жизни было выгодно. Его охватил инстинктивный, чудовищный страх – не потому, впрочем, что он переживал за судьбу неведомых рас, а потому, что эта грозная, немыслимо жестокая империя родилась из его детской мечты о звездах. Никто из триллионов обреченных существ не свяжет свою смерть с его именем, но все же… все же…

Он помотал головой и продолжил чтение.

Убедившись, что никто больше не выжил, экипаж звездолета основал новую цивилизацию – о ней в книге ничего не говорилось, но Анмай знал, что именно она стала позднее Империей Маолайн и была уничтожена Межрасовым Альянсом. Лишь дальние потомки его беглых рабов сумели основать Фамайа, его родину…

Теперь он также знал, почему Империя Маолайн погибла – на использование Йалис в ней был наложен вечный запрет. Естественно, с этим согласились не все. Решив, что нашли какой-то способ избежать опасности, они захватили единственный звездолет и сбежали, зная, что их противники никогда не смогут за ними последовать. Но они не были уверены в успехе и помнили о страшной угрозе. Иначе они не удалились бы на десятки тысяч световых лет от своей родины. Она находилась где-то тут, в этой галактике, но Анмай понимал, что это почти ничего не даст Файау – невозможно обыскать сотни миллиардов звезд.

Странствуя по ядру галактики, беглецы заметили Линзу и попытались проникнуть в нее. Не имея столь совершенной гравиметрической аппаратуры, как «Астрофайра», они совершили роковую ошибку, войдя в центральный сегмент Линзы. Файа обследовали его и, очевидно, найдя его неудобным для жизни, перебрались сюда.

Анмай впился глазами в его описание. Впрочем, авторы книги не стали углубляться в детали, сразу перейдя к главному. Центр Линзы занимал гигантский Эвергет.

* * *

Прочтя его описание, Анмай задумался. В Файау он узнал, что возможны пять уровней, типов, видов Эвергета, дающих доступ к различным уровням могущества.

Первый, самый примитивный – про-Эвергет, такой же, как находящийся под его ногами. Такая машина может лишь уничтожать органическую жизнь.

Вторая ступень – собственно Эвергет. Он меняет соотношения взаимодействий, позволяя путешествовать среди звезд или взрывать их, а также делать вещи, которые в принципе работать не должны – такие, как сидераторы или генераторы силовых полей.

Но существовал еще и третий уровень – Сверх-Эвергет. Такая машина могла создавать новые взаимодействия, новые частицы – изменять мир, копируя, пусть и эфемерно, условия, существующие в других Вселенных, с принципиально другой физикой. И, судя по описанию, в центре Линзы находилась именно такая машина!

Анмай нахмурился. Еще семьсот пятьдесят лет назад Файау завладела установками Сверх-Эвергета в других не-планетах Мэйат, так что возможность изменять космос у нее была. Он даже знал, что сейчас эти машины работают в ее интересах, но вот узнать, каковы они, ему просто не пришло в голову. Это было очень странно. Не изменили ли машины его разум во время восстановления? И когда изменили биологическую основу файа – до отлета с Уарка или позднее, после постройки новых межзвездных кораблей? Тогда он не обратил на это внимания. Его искусно отвлекли массой интересной и важной – но не настолько – информации. Однако кое-что он все же узнал.

Из общих принципов строения мироздания следовало, что возможны еще два вида Эвергета, но Файау знала об них лишь теоретически.

Четвертый уровень вводил новые измерения, позволяя проходить сквозь Листы и путешествовать по Метавселенной. Как считалось, он обладал множеством других возможностей – включая даже обращение вспять времени, – но Анмай просто не мог их представить.

И, наконец, пятый уровень Эвергета мог повторить Творящий Взрыв, обойдя принцип причинности – и это была лишь одна из его бесчисленных способностей. Но здесь отказывали даже теоретические построения.

* * *

Анмай перевернул последнюю страницу и уткнулся в обложку, как в стену – книга кончилась. Он узнал слишком мало, чтобы принять верное решение. Пришедший ему в голову план выглядел сумасшедшим, но все же, хотя бы в принципе осуществимым. Сможет ли он один бороться с всесильной Файау? С помощью всесильной машины – возможно.

Анмай яростно помотал головой, словно стараясь вытрясти из нее крамольные мысли – он не собирался противостоять своему народу… пока не убедится, что тот поступает безумно. Но даже для того, чтобы выяснить это, стоило предпринять путешествие к Центру Линзы.

Он вскочил, поискал Айэта – тот исчез, но секунду спустя Анмай заметил, что юноша спит прямо в кресле, свернувшись в клубок и поджав босые ноги. Рядом аккуратно стояли его сандалии. Вэру не хотел его будить, но выбора не было. Айэт вскочил мгновенно, дико озираясь.

– Что? Где я?

Он тут же опомнился.

– Что там, в этой книге?

– Долго объяснять. И это не принесет тебе радости. Пошли – нам нужно сделать очень много.

Уже возле лифта Анмай задумался, глядя на свой браслет. Весм передавал работу его сознания – все его мысли. Теоретически, «Астрофайра» не могла читать их, но практически это ничего ей не стоило. Пока что сие неважно – стены станции поглощают любое излучение. Но чтение мыслей – еще не самое худшее.

Так как бессмертие заключалось в сохранении непрерывности сознания любой ценой, при угрозе прекращения связи или просто при потере браслета аннигилятор весма мог взорваться, убивая владельца – это диктовалось самыми благими соображениями. Но это также значило, что интеллектронные машины могли мгновенно убрать любого мешающего им файа, а во время восстановления откорректировать его разум по своему вкусу. Семьсот лет назад такие взрывы были в Файау настоящей эпидемией. Не скрывало ли это следы чудовищного плана? Анмай не знал. Здешние файа тоже некогда использовали эту технологию бессмертия, но теперь от нее не осталось и следа – не потому ли, что они боялись таких вещей?

Им пришлось задержаться на ярусе вспомогательных машин, пока Вэру не отыскал плоскую железную коробку, надежно заглушившую сигнал его браслета.

* * *

Когда они поднялись в ангар, Анмай подошел к черному овалу летающей платформы. Она была длиной в сорок метров, шириной в двадцать и высотой в десять. На станции хранилось тридцать две таких машины – именно на них файа когда-то прилетели из центра Линзы.

По одной из двух изящно изогнутых лестниц они поднялись на плоскую корму, служившую посадочной площадкой – Анмай убедился в этом, увидев впереди два небольших ангара для скиммеров. Коридор между ними вел в прикрытое прозрачным куполом огромное, во всю ширину платформы, центральное помещение, отделанное мягким цветным пластиком. В его центре, к удивлению Вэру, зиял пустой бассейн. Еще один короткий проход вел из зала в прозрачный пузырь на выпуклом лбу машины. В нем размещался пульт управления.

Осмотрев его, Анмай повернул главный выключатель. К его удивлению, все приборы работали. Проверив их показания, он задумался. Максимальная скорость платформы составляла триста миль в час. А до центра Линзы – два с половиной миллиона миль. Полет до него – даже строго по прямой и без остановок – займет почти местный год. Что за это время сможет сделать и понять «Астрофайра»? Неизвестно.

Анмай знал, что для связи в не-пространстве не существует расстояний и сейчас уже все разумные машины Файау знают о Линзе. Они смогут попасть в ее центральную часть и без его ведома. Сейчас он знает, как открыть проходы в нее, но ведь они тоже могут это выяснить – и в любой миг можно ожидать новых визитов.

Если не считать верхнего зала и рубки, в платформе был всего один ярус. Переднюю его часть занимал просторный салон с панорамным окном, дальше, под рубкой, шли каюты, кухни, туалеты и ванные, соединенные узким, изогнутым коридором. Там, где он пересекался с более коротким продольным, помещалась ведущая наверх лестница. Вторая лестница, на посадочной площадке, вела в пустую трапециевидную комнату с дверью в каждой из глухих стен. Три двери – задняя и боковые – вели в такие же пустые камеры-коробки – очевидно, грузовые склады, четвертая, бронированная (она открылась лишь от прикосновения его руки к контрольному квадрату) – в машинный отсек, занимающий центральную часть корпуса. Анмай сразу узнал идущий вдоль внешней стены ускоритель – тонкую двойную трубу, схваченную массивными блоками магнитов. Итак, платформа двигалась с помощью силового поля. В центре помещения тускло блестел плоский многогранник монопольного аннигилятора – точно такой же, как на десантных кораблях «Астрофайры». Это значило, что дальность полета не ограничена ничем. Они могли попасть в центр Линзы – если их не опередят и не закроют путь…

* * *

Когда они вышли во двор энергостанции, их встретил смутный полумрак. Казалось, они стоят на дне наполненного туманом колодца.

– Уже вечер? – удивился Айэт.

– Утро нового дня, – улыбнулся Анмай.

Они вступили на мост. Когда впереди замаячили темные кольца выходного портала, Анмай остановился, заметив там свет и суету. Ну да, еще бы…

– Там ждет Нэйс. Мне придеться впустить его сюда и объяснить, как пользоваться про-Эвергетом.

Айэт нахмурился.

– А стоит ли? Он разрушил мою страну, мою родину, мой дом – ару дотла сожгли Асус… убили моих родителей, между прочем. – Неожиданно юноша преградил Вэру дорогу. – Не надо этого делать. У него на уме лишь война. Получив такую силу, он станет убивать… страшно… а не все из его противников… достойны смерти.

Анмай удивленно замер. Перед ним стоял повзрослевший, совершенно спокойный и уверенный в своих силах боец. Он видел, что Айэт готов драться – до последнего вздоха, если потребуется – даже с тем, кого считал своим другом…

– Послушай… – начал Вэру, стараясь разобраться во внезапно нахлынувших чувствах. – В общем, я хотел бы иметь такого же сына, как ты.

Айэт удивленно посмотрел на него, но спрашивать не стал.

– Мне потребуется помощь Нэйса, – пояснил Анмай, видя, что юноша не двигается с места. – Платформу нужно загрузить припасами и подготовить к полету.

– Разве мы отправляемся куда-то? – Айэт сказал «мы» так спокойно, что Вэру оставалось лишь принять это.

– Да. И чем скорее – тем лучше.

– Но куда?

– Объясню потом. Пока Нэйс будет разбираться в подарке – мы сможем делать все, что угодно. Затем мы станем ему не нужны… Но, чтобы применить про-Эвергет, нужно очень точно знать координаты своих врагов. Я скажу ему, что направляюсь на разведку Опустошителей.

– А разве это не так?

– Нет. Мы летим совсем в другое место. И одни мы там ничего сделать не сможем. Нам нужно еще шестеро, не больше – платформа восьмиместная. У меня на их подбор не будет времени и этим займешься ты.

– Хорошо. Я подберу самых лучших.

Анмай улыбнулся.

– Лучших не нужно. Ищи таких, как ты.

* * *

Какое-то время они шли совсем рядом.

– А Нэйс? – вдруг тихо спросил Айэт.

Анмай задумался. Он знал, что его подарок, будь он использован, неизбежно привлечет внимание «Астрофайры». Обнаружив Всесильную Машину в руках фанатика геноцида она наверняка вмешается. Правда, чтобы заслужить честь пасть от руки Файау, Нэйс должен был совершить прежде страшные опустошения. Стоило ли пойти на это, чтобы разобраться в столь важной проблеме?.. Пожертвовать миллиардами жизней – ради всех жизней в мире? Анмай помотал головой. И ради Акталы, иначе ее не спасти.

– Из мальчика, играющего в вождя, он вырастет до живого бога, – наконец сказал он. – Но сам он лишь молодой, самоуверенный файа. Такой дар убьет его – если он не станет, наконец, взрослым.

Айэт промолчал, только кивнул. Они быстро добрались до портала и через эфемерную брешь в силовом поле вышли навстречу ожидающей их с нетерпением толпе.

Юноша хотел всего лишь предложить Вэру товарища по полету. Но они не поняли друг друга.

* * *

Нэйс был удивлен его поспешным отлетом, но возражать все же не стал и весь этот день Анмай провел с ним, в зале про-Эвергета, объясняя правителю Акталы устройство и принцип действия машины. Управление ей оказалось делом относительно несложным и Нэйс разобрался с ним без особого труда. Он слушал Вэру с горящими глазами, то и дело задавая вопросы – теперь он относился к нему так же, как и Айэт. Вдруг Вэру стало жаль его – пусть ненадолго, но диктатор стал прежним любопытным юношей. Он предложил бы ему полететь вместе с ним – но Айэт уже подобрал добровольцев. И будущее Нэйса отныне – в его собственных руках.

* * *

Все это время несколько человек под руководством Айэта загружали платформу. Им пришлось погрузить несколько тонн продовольствия, имущества и снаряжения, заполнить доверху объемистые водяные баки – Анмай хотел вылететь уже вечером. Но с помощью машин станции работа шла споро и к закату закончилась. Теперь они могли отправляться.

Анмай долго смотрел в чистые глаза Нэйса, пытаясь представить грядущую судьбу правителя. Очень скоро этот файа умрет, или станет величайшим из всех владык Акталы. Вэру искренне хотел, чтобы сбылось последнее…

Однако энергостанция была полна ловушек. Любой неосведомленный или просто не слишком осторожный человек или файа в ней мог не только потерять свою сущность, но и получить иную, опасную для всей Акталы. Анмай решил, что никто, кроме Нэйса, не должен входить внутрь поля. Хотя портал в нем открывался только с помощью «Тайат», а Нэйс не мог ей пользоваться – в его нервной системе не было наносети – Анмай мог сделать ему радиоключ с кодом, известным лишь правителю. Ключ, конечно, могли отобрать, код – выпытать, но для этого нужно было прежде свергнуть Организацию. Когда она получит про-Эвергет, вряд ли кто-то сумеет это сделать. Но Нэйс не сможет все время жить на станции и, если его убьют, секрет про-Эвергета умрет вместе с ним.

* * *

Когда машины станции выдали ему ключ, Анмай подумал, что по вручении оного Нэйс сочтет его более ненужным, хуже того – опасным конкурентом. Теперь ему надлежало отправляться немедленно.

Расставшись с правителем, он поднялся в ангар, где стояла уже полностью загруженная платформа. Возле нее его ожидал Айэт и еще шесть человек экипажа – его новые товарищи из Тар-Акталы. Никого из них Анмай раньше не видел. Ему оставалось лишь довериться чутью Айэта, и его не удивило, что все, выбранные им, – двое худых юношей и четыре девушки – тоже оказались очень молоды. Это наивное «всех поровну» изрядно его позабавило. Кроме их двоих тут не нашлось ни одного файа, но это мало его волновало. Айэт не ошибся в главном – у всех были те же мечтательные, чистые глаза. Они познакомились и тут же поднялись на борт.

Пока молодежь выбирала себе места, Анмай рассматривал свой экипаж. Айэт, заметно смущаясь, рассказал ему про новых товарищей.

Первый юноша – Лэйкис Коран, был сержантом охранников Контрольного Центра и отличился в Северном походе, прорыве блокады. Его подруга, Уаса Тапиола, совсем недавно закончила школу, но относилась к числу наиболее активных членов Организации. Она последовала за своим парнем, оставив весьма многообещающую карьеру и это, по мнению Вэру, свидетельствовало в ее пользу.

Второй юноша – Кими Эймини, невысокий, но очень гибкий, подвижный, загорелый и черноволосый, походил на файа. Его отличали от них только черные глаза. Он приехал из какой-то отдаленной части страны, названия которой Анмай не запомнил, и едва ли не с самого начала участвовал в боях по защите города. Его подруга – Нара Лессиас, тоже приехала с дальнего юга Акталы. Эта пара принадлежала к немногочисленным беженцам, которым повезло добраться до столицы. Они остались сиротами, но как именно, Айэт еще не знал.

Третья девушка, Лайара Арсус, работала медсестрой в той самой больнице. Айэт так смущался, рассказывая о ней, что Анмай понял – их связывает уже нечто большее, чем дружба.

Последнюю девушку – Ювану Кари, Айэт весьма самоуверенно предложил Вэру в подруги, но ее это явно не смущало. Ювана происходила из старинной уважаемой и знатной столичной семьи – чуть ли не правителей. Она была хорошо образована, явно умна, и чуть старше остальных участников полета. Анмай долго и с тоской слушал, что ее Айэт уговаривал особенно долго, и вообще, старался найти самую лучшую… не понимая ничего. Ну и что ему теперь делать? Прогнать девушку? Обидеть ее и Айэта и потом целый год мучиться от одиночества, наблюдая, как его новые товарищи развлекают своих подруг? Оставить – и, вполне возможно, предать Хьютай? Но Ювана была самой красивой из всех здешних девушек, а ее большие глаза откровенно блестели насмешкой. Да, она станет одной из проблем на этом долгом пути, – но, пожалуй, самой симпатичной из проблем…

Анмай яростно помотал волосами. Он знал, что эти дети ничем не помогут ему. Но ради чего тогда он берет их с собой? Чтобы спастись от одиночества? Или чтобы спасти их от того, что скоро начнется здесь? Или чтобы заселить пустынный центр Линзы? Он не знал этого. Просто… лететь один, даже вдвоем с Айэтом он боялся, а лучших товарищей ему все равно не найти. Они сами напросились в эту экспедицию, даже не зная, что их там ожидает. Впрочем, он и сам этого не знал. Их ждут опасности, возможно, смерть. Неизвестно, что они увидят в конце пути, и будет ли вообще этот конец… Но, что бы их не ждало – Анмай был уверен в их стойкости. Айэт заранее объяснил им, что экспедиция будет очень долгой и они никогда не вернутся назад. Никто не отказался.

Вэру очнулся, поймав нетерпеливые взгляды молодежи. Да, все уже давно готово и им пора в путь… пока Нэйс еще не думает о них, занятый своими истребительными мечтами.

Кроме них здесь никого не было и поэтому старт выглядел очень просто. Анмай поднял платформу на несколько дюймов. Перед ней автоматически открылись ворота ангара и она выскользнула в главный зал, где поднялась в воздух. Они подплыли к главным воротам, а когда перед ними поднялся их гигантский щит, вылетели наружу. Кольцевой проход в поле оказался слишком узким, чтобы пропустить их, но в нем уже не было необходимости. Анмай переключил ускоритель на другую полярность. Когда разнозначные силовые поля соприкоснулись, вспыхнуло ослепительное пламя аннигиляции. Мгновением позже платформа прошла сквозь силовой барьер.

Они медленно поплыли к югу. Лишь сейчас, с вечерней высоты, откуда были видны огни промышленных окраин, стал ясен истинный размер города. Экипаж приник к окнам. Они еще надеялись на возвращение, но Анмай знал, что даже при самом благоприятном исходе надежды на это не осталось. Никогда больше он не увидит этот странный город, который уже успел полюбить.

Внизу проплывали искрящиеся громады зданий, меж ними сияли подвижные огни машин и всюду – на улицах и на крышах – стояли люди, множество людей, смотревших вверх.

Вдруг Вэру заметил в освещенном дворе группу, как ему сперва показалось, подростков. Но даже с большой высоты его острые глаза различили их пятнистую одежду и блеск оружия. Ару! Это выглядело странно – даже до Революции любого проникшего в столицу ару ждала немедленная смерть. Тут явно не обошлось без помощи людей, причем высокопоставленных…

Анмай повернул голову. Сейчас во дворе уже никого не было. Ему показалось? Или ару спрятались с присущей им быстротой?

Он вдруг усмехнулся и направил платформу вверх. Для него Актала уже стала прошлым. Но в глубине сознания Вэру скользнула невольная мысль, – правление Нэйса и его Организации окажется гораздо короче, чем ожидал Анкус и даже он сам.