Текст книги ""Фантастика 2026-163". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Кружевский

Увязая в глубоком снегу, ребята побрели к нему. Вот теперь царившая вокруг тишина начала ощутимо давить. Тем более, что откуда-то издали иногда доносился глухой гул – в горах после вчерашнего снега сходили лавины. Эхо путалось, металось между скал, и мальчишке иногда казалось, что где-то тут, за поворотом, работает мотор – дурацкое ощущение, но он никак не мог избавиться от него. К счастью, городок оказался небольшой, и, всего минут через пять, они добрались до цели.

К темным двухстворчатым дверям вело высокое, неудобное цементное крыльцо с железными перилами, тоже занесенное снегом. Сами двери оказались снабжены жутко тугой пружиной, внутри оказалось не лучше. Антон увидел прорезавший три этажа холл – с такой же крутой цементной лестницей. Сквозь узкие пыльные окна сюда проникало мало света, побелка и синяя краска на стенах облупилась. Воздух был теплый и сырой, пахло хлоркой и паром, как в подвале.

– Здесь что, и тепло есть? – возмутился Андрей. – Тогда какого черта мы в той халупе ледяной мерзли?

– Живут здесь, – коротко сказал Вальфрид. – Заткнись.

Андрей сразу же надулся, но возмущаться не стал. Они поднялись на самый верх. Здесь скрипучая деревянная дверь вела на другую, тесную, освещенную пыльными лампочками лестницу. По ней они поднялись на пятый, последний этаж. Здесь лестница уходила в темноту, но путь туда преграждала массивная, грубо сваренная из арматурных прутьев решетка.

– Ключи не потеряли? – отрывисто спросил Вальфрид.

Оглянувшись – снизу донеслась вдруг непонятная возня, словно там таскали тяжелые мешки, – Андрей извлек из кармана связку ключей, и, быстро подобрав нужный, отпер решетку. Они быстро проскользнули внутрь, после чего Андрей, высунув руку наружу, вновь запер замок. Антон с облегчением вздохнул: доносившиеся снизу звуки оптимизма не внушали. Казалось, что там ползали гигантские змеи – и хорошо, если не кое-кто похуже…

– Что там? – спросил Сергей.

– Хайнцели, – коротко и непонятно сказал Вальфрид.

– Кто?

– Духи дома. Слепые. Пошли!

Они поднялись ещё на этаж выше, в темное, неожиданно жаркое помещение – как догадался Антон, здесь скапливался поднимавшийся снизу воздух. В нем была единственная обитая железом дверь – снова запертая, но от неё в связке тоже отыскался ключ. Миновав её, они попали на чердак – неожиданно просторное, высокое помещение, сплошь забитое разнообразной мебелью – кое-где она стояла так тесно, что там нельзя было пройти. Свет здесь не горел, а тот, что проникал снаружи через большое окно, терялся в темноте высокой деревянной крыши. Справа и слева, косо расходясь в стороны, виднелись дощатые перегородки. Сзади, – Антон обернулся, – за кирпичной коробкой лестничной клетки выступала первобытная скала. В ней зиял уходивший в темноту проход, тоже перекрытый решеткой. Андрей отпер и её, и, включив фонарик, нырнул внутрь. Антон последовал за ним, но дорога оказалась короткой – всего метров через пять началась ведущая вверх лестница с неровными каменными стенами, неудобрая и тесная, – он то и дело задевал шапкой за низкий каменный свод.

– Черт, вот придумали же… – пробормотал Андрей, пригибаясь. – Подвал на чердаке, всё с ног на голову…

Лестница оказалась неожиданно длинной – они поднялись метров на двадцать, оказавшись в каморке с очередной обитой железом дверью. Когда Андрей отпер и её, в глаза Антона ударил яркий дневной свет. В лицо ему дохнул морозный, свежий воздух, и, переступив порог, он удивленно осмотрелся.

Они стояли на дне маленькой долинки, стиснутой заснеженными склонами. Справа она уходила под скалу, превращаясь в занесенную снегом пещеру – довольно жуткую на вид, надо сказать, – слева, над снегом, наверх вели марши ажурной железной лестницы. По ней они поднялись ещё метров на десять, потом мальчишка удивленно замер – из-за толстого заснеженного гребня ему открылся неожиданный вид на долину с городом, вернее, на хмурый океан туч, уходивший к горизонту. Её дно отсюда видно не было.

Долинка же тут не кончалась, она круто поднималась вверх, заваленная нетронутым снегом, – но лестница поворачивала вправо, и, превращаясь в мостик, упиралась в очередной проем в скале.

Они вошли в тесный, но более ровно вырезанный коридор. Он упирался в железную дверь, которую Андрей отпер последним ключом. Дверь открылась с ржавым скрежетом, за ней висела темнота. Мальчишка нырнул внутрь, нащупывая выключатель, потом вспыхнул тусклый желтый свет. Ребята вошли вслед за ним – и Антон разочарованно замер.

Он сам не знал, что толком ожидал увидеть – но увидел он самую обычную комнату, пусть и вырубленную в камне. У дальней её стены и впрямь была чаша, тоже вырубленная в невысоком, по пояс, постаменте, в неё откуда-то с потолка мерно капала вода. Второй такой же постамент стоял возле двери – и на нем, прямо на камне, трепетал странный, ничего не освещающий, словно нарисованный огонь. Антон бездумно потянулся к нему – и тут же отдернул руку. Нарисованный или нет, но жегся этот огонь вполне натурально.

– Что это? – удивленно спросил он.

– Ключ к Ключу, – равнодушно сказал Вальфрид. – Шаман говорил, что войти в эту комнату сможет только человек из стали… и что в Ойкумене таких людей нет, а будут ли – то ему неведомо.

– А, – Антон осмотрелся. Шагах в двух от пьедестала с «огнем» пол, потолок и стены комнаты обегало что-то вроде непонятно как вставленной в монолитный гранит литой сложной металлической рамы, странно похожей на раму от какой-то великанской картины. Воздух в ней странно мерцал и струился, – и, шагнув вперед, мальчишка коснулся чего-то зыбного, упругого, однако же, непроницаемого – оно поддавалось под рукой, но чем сильнее он давил, тем сильнее становилось сопротивление. Казалось, что он, держа в руке сильный магнит, пытается прижать его к такому же полюсу другого магнита – только вот никакого магнита у него в руке не было…

– Силовое поле. Офигеть, – выдохнул Андрей, тоже потрогав преграду. – Ну, и что будем делать? Тут всю гору надо разбивать, чтобы эту раму из скалы выворотить…

– Да ясно же всё… – Сергей вздохнул… и сунул руку прямо в огонь.

* * *

Никто не успел ничего сделать – все словно оцепенели. Бесконечно долгая секунда, две, три – и Сергей вдруг коротко, пронзительно вскрикнул. Он отдернул руку и удивленно взглянул на неё. Никаких ожогов не осталось, но кожа на ней вдруг покраснела, – словно под горячей водой. Антон увидел, что даже его запястье залились краской.

– Ф-фальшивка, – пробормотал Серый. – Ну, тем проще…

И сунул руку в огонь вновь.

* * *

…потом Антон так и не смог понять, сколько же всё ЭТО длилось. Серый прикусил губу, его лицо окаменело, словно высеченное из камня, по телу пробегали быстрые, короткие судороги. Голова у мальчишки закружилась, в какой-то миг он понял, что сейчас или свалится в обморок, или просто набросится на друга, чтобы оттащить его в сторону, потому что смотреть на ЭТО у него больше нет сил… но тут вдруг и «огонь», и странное мерцание в раме погасли со странным свистящим звуком. Сергей попытался улыбнуться ему – и свалился прямо где стоял.

* * *

Они – все сразу – бросились к нему. Серый мычал и вяло отпихивался. Рука у него покраснела, как ошпаренная, и стала горячей на ощупь – но ничего страшного с ней, по виду, не случилось. Наконец, мальчишка отдышался и смог сесть.

– Как ты? – испуганно спросил Антон.

– Да нормально… – Сергей помолчал. – Знаешь, боль, сама по себе, страшна лишь сначала. А потом… вроде как гул такой в голове, и просто перестаешь понимать, как и что… Я испугался, что сойду с ума… и, может, сошел бы. Только эта зараза сдохла раньше…

– Вы все, русские, чокнутые, – хмуро сказал Вальфрид. Лицо у него, почему-то, было при этом виноватое. – Вот поэтому и… – он не договорил.

Антон вспомнил, как сам совал руку в этот «огонь». Тепла он не почувствовал, – но было очень больно… Сколько выдерживал это Сергей? Минуту? Две? Три? Немыслимо…

– Я бы так… не смог, – смущенно признался он, понимая, что краснеет сам, унизительно и глупо. – Я даже мгновения не смог терпеть, а ты…

– А я, – Сергей снова помолчал. – Знаешь, мне просто надоело всё это, вся эта беготня туда-сюда-обратно, тайны, загадки все эти… Я просто решил, что должен это сделать, иначе и дальше… а, ладно. Давайте посмотрим, что там…

Осторожно переступив через раму, мальчишки подошли к пьедесталу и заглянули в чашу. Она была доверху заполнена прозрачной водой, а на её дне лежали… бусы. Самые обычные… хотя нет, как раз НЕ обычные – несколько самых крупных бусин были словно налиты изнутри сочным светом, зеленым, желтым или фиолетовым…

– Что это за фигня? – возмутился Антон. Он ожидал увидеть в самом деле ключ, большой и сложный, как рисуют их в сказках, или, на худой конец, какой-то магический кристалл – но это!.. – Они что, издеваются? Да я им всем ноги вырву, когда найду! Мы сюда столько перлись, Льяти потеряли, Серый сам чуть не сдох, чтобы сюда войти – а это…

– А это, – Сергей сунул руку в воду (Антон напрягся, но ничего такого не случилось – это оказалась самая обычная вода) и вытащил всю связку. Бусы были стеклянные, разноцветные – густо-фиолетовые, сочно-желтые, глянцево-черные, в общем, самые обычные на вид. За исключением нескольких бусин, которые светились, как маленькие фонари.

– Наверное, они радиоактивные, – нервно предположил Андрей.

– Нет, – Серый усмехнулся и сунул бусы в карман. – Пошли отсюда, всё, нечего здесь делать…

С непонятным облегчением ребята выбрались наружу, где снова пошел снег. Никто, однако, не спешил спускаться, зловещую возню на лестнице все помнили слишком хорошо…

– Ну, что нам дальше делать? – наконец, спросил Антон. Делать им тут было совершенно нечего, а когда он представил себе обратный путь – ВЕСЬ обратный путь, с лавинами, Туманом, адским лесом и ждущими их в нем Хорунами, у него откровенно ослабли колени. – Вот, пришли мы сюда, куда никто не приходил, взяли то, чего и взять нельзя, – и что? Даже если местные легенды не врут, этот чертов Надир аккурат на другой стороне этого проклятого сумасшедшего мира, за пустыней, через которую и пройти вовсе нельзя, в таком месте, где люди с ума сходят. Да даже если мы туда как-то дойдем… потратив черт его знает сколько месяцев… Даже если эти чертовы бусы и есть Ключ, то надеть их может лишь один человек. И что-то говорит мне, что это вовсе не один из нас. Не жизнь, а сказка – чем дальше, тем страшнее.

– Хорош ныть, – коротко сказал Сергей. – Ну да, мы в сказке. Страшненькой, чего уж там… И играем по чужим правилам, в которых ни фига не понимаем. Но ведь выигрываем же! Сюда вот дошли, Ключ взяли…

– Ага, взяли – и что? – уныло повторил Антон. – В Столицу назад топать? Снова через этот ср… этот лес? Так нас там Хоруны ждут – не дождутся. Поймают, Ключ отберут… А вдруг он как раз только ихнему вождю подходит? Вот тогда в самом деле будет конец, как тот шаман сказал…

– Шаман много чего сказал, – Вальфрид молча поиграл желваками. – Только плевать мне… даже если это всё правда. Плевать!..

Антон очень захотел спросить, что там говорил шаман… но сдержался… к своему удивлению. А ведь всего пару месяцев назад… да что там пару месяцев, пару дней всего! – он бы непременно полез к Вальфриду с вопросами… и вышло бы нехорошо. Совсем. Теперь он это чувствовал. Чувство это было новым и почти пугающим. Словно он сам стал каким-то другим человеком…

– Делать-то что будем? – повторил он. – Надир – ладно, Надир это фигня, мы хоть примерно знаем, где он… А вот этот… единственный – мы же не знаем, кто он, и он сам, наверное, не знает, сидит где-нибудь на берегу и рыбу ловит… или шишки сшибает в лесу… и в ух не дует, что и как…

– Шаман говорил, что он сам узнает Ключ, если ему показать, – неохотно сказал Вальфрид. – И поймет, что с ним делать.

– И что? – уныло спросил Антон. – Будем каждому тут эти бусы дурацкие под нос тыкать? Так на это лет сто уйдет, не меньше. Это если мы их по пути не потеряем, у нас их не отберут, и мы сами не плюнем на всё это… Нет, ребята, что делать в самом деле?

– Будем решать проблемы по мере их поступления, – Серый усмехнулся. – Проблема номер раз – унести ноги из этого милого местечка, не встретившись с… в общем, тихо.

– Это-то просто, – Вальфрид вытащил из сумки здоровенный моток веревки. Конец её он привязал к перилам, остальное бросил куда-то за гребень, и насмешливо посмотрел на ребят. – По канату спускаться умеете?..

* * *

Соскользнув, наконец, на землю, Антон сразу сел на снег. Вот вроде бы и простое дело – но высота была метров сорок, склон неровный, с выступающими скалами, и дело затянулось надолго. Не то, чтобы он так уж сильно боялся… но ноги теперь его не держали. Остальные, впрочем, тоже сели на снег, переводя дух. Мальчишка покосился на совсем близкий торец пятиэтажки. Внутри царила тишина – но войти туда вновь он не решился бы ни за какие коврижки…

– Проблема номер два, – сказал Сергей, отдышавшись. – Спуститься с этих чертовых гор.

– Мимо Тумана мы уже не пройдем, точно не во второй раз, – спокойно сказал Вальфрид. – Нам и в первый-то глупо повезло, правду сказать. Да и Хоруны вас там ждут…

– И что? – спросил Сергей. Тон немца был не очень-то пессимистичным.

– На юг пойдем, к нашим, – Вальфрид поднялся. – Тут недалеко, кстати, только отрог перевалить. Ну и заодно на край Ойкумены посмотрим.

И тут Антон понял, что не так он и устал.

* * *

На сей раз, они поднялись на самом деле высоко. Дышать здесь было тяжело, а мороз немилосердно обдирал лицо и впивался в грудь сотнями ледяных игл – но сейчас мальчишка едва его замечал. Долгий, да и, чего там, мучительный подъем внезапно кончился – и они все замерли, глядя на открывшийся им пейзаж. Прямо от их ног начинался крутой заснеженный склон. Метров через пятьдесят он обрывался в пустоту, – и там, уже в смутной воздушной дымке, лежала необозримая зеленая чаша колоссальной долины, замкнутая скалистыми гребнями, наполовину скрытая клочковатым одеялом туманных облаков. А над ними поднимался колоссальный купол Таллара, весь в бурлящем, словно бы жидком узоре белесых и темно-синих полос. Отсюда, с высоты, он был виден совершенно отчетливо, и у мальчишек просто перехватило дух. Ради такого зрелища Антон точно согласился бы проделать весь путь с начала до конца ещё раз… и ему даже захотелось завыть от невозможности полететь туда, увидеть всё это вблизи, своими глазами…

Сморгнув непонятно отчего проступившие слезы, он отвернулся. Здесь, тоже далеко внизу, между зелеными склонами гор синело громадное озеро – долина Тегернзее. А ещё дальше – зеленые волны западного леса. Они уходили вдаль, всё более смутные, пока не растворялись совсем в сияющей дымке. Казалось, что там больше и нет ничего – только этот бесконечный лес… и мальчишка вздохнул. Сейчас он видел землю на несколько недель пути… и при мысли, что им предстоит этот путь – на край видимого мира и ещё дальше – его сердце почему-то сладко замирало. Первую битву они выиграли – но приключения ещё только начинались…

Конец первой части.

Охэйо Аннит
Племя вихреногих-2

Глава Первая:
город в Белом Дереве

 
Прощай, земля, уходим в море,
Дальний путь зовёт!
Весёлый ветер на просторе
Песню нам поёт!
 
 
Мы, как один, - морские волки,
Матросы - хоть куда,
А что мы ещё ребята - не беда!
Мы - моряки, моря покорны нам,
Корабль летит, летит он птицей по волнам!
 
 
По океанам плыть не просто
Но, кто сердцем смел -
Откроет новый дальний остров,
Остров «Пионер»!
 
 
Пройдут года, и все мы станем
Капитанами,
И, если надо, по врагам,
Из пушек грянем мы!
 

Музыка: Локтев В. Слова: Тверской А.

Димка стоял у перил «Смелого», глядя на приближающийся остров. Остров Белого Дерева, как его тут называли. В самом деле, где-то в его середине возвышалось громадное, метров в пятьдесят высотой, дерево с белой, как у березы, корой, – но невероятно толстое и разлапистое, похожее на какой-то африканский баобаб. Отсюда оно казалось ещё небольшим и сердце у мальчишки пело: тут, на этом острове, ещё никто из Волков не бывал – из-за Морских Воришек – и роль первооткрывателей выпала именно им, отчего он ощущал себя едва ли не седьмом небе...

Мрачные мысли давно оставили его: уже сам возраст подталкивал Димку к оптимизму, да и физически он совершенно оправился. Нет, шрам на боку останется у него на всю жизнь – и на спине, наверное, тоже – но чувствовал он себя изумительно и ничего мрачного в нем сейчас просто не держалось. Или отходило куда-то совсем на задний план, куда он обычно даже не заглядывал – там хранились воспоминания об дурных снах и разные прочие ненужные в нормальной жизни вещи. Они плыли к острову – и Димка изо всех сил надеялся, что остров окажется обитаемым. Пленные Воришки говорили, что живут на нем вовсе не люди, а какие-то диковинные крылатые существа – но мальчишку сейчас это совершенно не пугало. Напротив, очень хотелось увидеть что-то такое, необычное...

– Хорошо идем, – сказал стоявший рядом Борька и Димка покосился на него. Сейчас друг стоял рядом с ним в одних трусах, но это совсем его не смущало. День выдался на удивление жаркий, так что в трусах были тут все, даже Аристарх, официально возглавлявший экспедицию. Сейчас правда он возлежал в тени паруса, укрываясь от солнца, и вроде бы дрых, но за это Димка уже не поручился бы. Лисом его прозвали не столько за хитрую физиономию, сколько за пронырливость и отношения с ним были... сложными. Вернее, у Димки с ним сложными – сам-то Лис относился к нему вполне нормально, только вот слова Игоря не шли у мальчишки из головы. Доносчиков он глубоко презирал – но пока что Лис не давал никаких поводов для презрения: нос не задирал, командовал только по делу, да и вообще ничем не показывал, что он тут вообще-то главный. Без него конечно было бы лучше – просто потому, что даже "Смелый" был явно маловат для полутора десятков мальчишек с их вещами и припасами, но тут уж ничего не поделаешь. Они не на прогулке всё-таки и если на них налетят вдруг какие-то недобитые пираты, пятеро крепких мальчишек с луками окажутся совсем даже не лишними...

Пока что, правда, на них никто не налетал. Никто им даже не встречался – но против этого никто не возражал особо. За пять дней плавания они проверили восемь островов и островков – но на них никто уже не жил. Сгнившая лодка и пара развалившихся хижин – вот и все пока находки. Юрка, помнится, тогда пошутил, что жившие в них давно утопились от скуки, но смеяться никто тут не стал, шутка оказалась совсем даже не шуткой. Такое тут и в самом деле иногда случалось: хочешь попасть в новое место – прыгни со скалы повыше или там утопись, и всё. Это вот Димке не нравилось, но думать на такую тему не хотелось. В конце концов, это плавание оказалось вовсе не таким ужасным, как он навоображал: плыви себе от острова к острову, высаживайся, лезь на скалы, смотри, что тут есть... в общем, живи так, как мечтал, наверное, любой мальчишка. Уха, купания, песни у костра – и знание, что это, вообще-то, навсегда...

Эта мысль Димке тоже не нравилась, не нравилось растущее и растущее в нем желание плюнуть на всё и жить, как жили тут все – ни о чем особо не заботясь, играть с друзьями, смотреть на закаты, просто мечтать, наконец...

И говорить – в том числе, и с ребятами из ДРУГИХ Союзов, Советских, Народных и даже Демократических. Димка поначалу офигел, когда узнал, что тут, кроме них, ещё пять пионерских отрядов – Волки просто оказались самыми деловыми и ушлыми из них. Но Игорь например и все его ребята, экипаж "Смелого", были из СССР 1955 года – только не из Димкиного. История на родине Игоря пошла очень странно: Советский Союз и Германия заключили перемирие, советские войска остановились где-то в западной Польше, – а вот союзников немцы сбросили в океан и война формально так и не закончилась. Императорская Япония тоже была вполне себе жива и даже удерживала северную половину Китая. Ни о каких китайских коммунистах там и не слышали, остатками Китая правил Гоминдан, продавшийся американцам...

Не самый приятный по мнению Димки вариант – Великая Отечественная закончилась в мире Игоря всего десять лет назад, японцы то и дело устраивали провокации, советские войска в Иране и Афганистане упорно отбивались от англичан и их местных союзников. Врагов у тамошнего СССР хватало и их злоба вовсе не была плодом пропаганды, как уверял его Аристарх. Димка уже много раз говорил с парнями из отряда Игоря – и почти каждый вспоминал о погибших отцах, спокойно, почти без эмоций, но с гордостью, которой Димка сначала не мог даже понять. У них не было, как у тех же Буревестников, почти истеричного преклонения перед ценностью человеческой жизни, но не было и не менее истеричных призывов умереть за Императора, как у японцев в их мире. Отношение к войне и к смерти у них было... совершенно нормальным, наверное, каким бы диким это на первый взгляд не казалось...

Весь мир Игоря был какой-то неправильный – точнее правильный настолько, что даже Димке это казалось ненормальным. Люди там жили бедно – даже по собственным невысоким стандартам и это им не нравилось, конечно. Но вместо того, чтобы строить хорошую жизнь для себя лично, они строили её для всех – и получалось это у них совсем неплохо. Вот что очень Димке нравилось – так это атмосфера общего дружелюбия, что ли, проступавшая из всех рассказов Игоря и его друзей. Плохие люди в их мире тоже наверное были, и много, как и везде, – но плохое им приходилось скрывать и зло там умирало бесплодным...

Димка невольно думал, каким стал мир Игоря теперь. Или не стал. Потому что в Союзе Советских Коммун – в том самом, откуда явился Аристарх – как раз шел уже 1985-й год. Но, несмотря на поразительное сходство с историей и географией его родного, Димкиного СССР, никаким торжеством коммунизма там и не пахло, напротив. К моменту отбытия Лиса в ССК вовсю бушевала какая-то "перестройка" и весь народ требовал возвращения старых, буржуазных порядков...

Неужели и у нас так же будет? – с тоской подумал Димка. Пройдет всего тринадцать лет – и в родной советской стране и советского духа не останется? Бр-р-р... А ведь есть ещё и Народный Союз Демократических Республик, где вообще уже 1999-й год – и на Марс там никто не летает, в стране тоже бушует перестройка с ускорением, а в Кахиристане – чем-то вроде Димкиного Туркестана – идет кровавая и жуткая война с какими-то моджахедами, и мальчишки оттуда не слишком-то хотят домой... С другой стороны Вадим, например, из вполне нормального СССР 1978-го года, где советские войска стоят на Рейне, ещё в 1944 году разбив не только Гитлера, но и переметнувшихся на его сторону англосаксов... От всего этого голова у Димки просто шла кругом. Он до сих пор не мог понять, почему это история в одинаковых в общем-то мирах пошла столь по-разному – а ведь это было наверное невероятно важно, важнее вообще всего остального...

Вот ещё почему нам до чертиков надо вернуться, подумал он. Не только чтобы мамы с папами успокоились, нет. Рассказать, что со всеми нами может быть, потому что будущее нашей страны, как оказалось, вовсе не обещает сплошных побед и совсем наоборот даже... Жутеньким оно может быть. И я, кстати, имею все шансы наяву его увидеть – если, конечно, вернусь. Черт, а как здорово было бы взять пару миллионов парней из мира Игоря и отправить их в этот несчастный НСДР, они бы вмиг навели там порядок... Или авианосец из ССНР Метиса к ним, навести шороху на американских стервятников и недобитых японских милитаристов...

С другой стороны, у Ильи, одного из мальчишек из этого самого НСДР, был планшет – толстая, размером с тетрадку, пластина, с одной стороны из серебристого дюраля, с другой из темного стекла, сейчас, конечно, мертвая. Но мальчишка клялся и божился, что это самый настоящий компьютер, только не работающий из-за севших батареек, которые тут ну вот совсем негде зарядить. Димка не очень в это верил – компьютеры он видел, они занимали целый зал, – а ну как Илья всё же не врет? Эх, отдать бы эту штуковину ученым – одним махом подвинуть прогресс советской электроники на тридцать лет вперед тоже далеко не плохо...

В голове у мальчишки зрел уже совершенно бредовый проект Союза Советских Союзов – как говорится, пролетарии всех миров объединяйтесь – и от одних этих мыслей сладко кружилась голова. Не зря всё же они попали в этот странный мир, совсем даже не зря – если смогут вернуться, конечно...

– Через час, меньше, будем на месте, – сказал Игорь и мальчишка повернул голову. – Ветер сегодня хороший.

Димка кивнул. В самом деле, ветер, несмотря на жару, дул сегодня ровно и сильно – не совсем в нужном направлении, но и это тоже хорошо. Им же не только туда, но и потом обратно, а против ветра галсами идти замучаешься, это мальчишка уже знал и по своему невеликому пока что опыту...

– О, хорошо, – сказал незаметно подошедший Лис и Димка невольно вздрогнул. Только что вроде Лис дрых без задних ног, а теперь вот – стоит рядом, словно появился из воздуха. Он был широк в кости и казался полноватым – малоподвижным, медлительным и несколько даже неуклюжим – только вот это впечатление оказалось очень даже обманчивым. "Крокодилы настолько медлительны, что всегда застают человека врасплох", – вспомнил он фразу из какой-то приключенческой книжки и невольно хихикнул. Сравнение получилось... слишком сильным. На крокодила Лис не слишком походил – хотя, если заглянуть поглубже...

Лис с подозрением посмотрел на него и Димка смутился. Хихикать без повода, это, как известно, первейший признак дурака, а прослыть дураком ему ну никак не хотелось. Объяснять, в чем тут дело, ему правда хотелось ещё меньше. Вот же жизнь! Вроде бы кругом нормальные ребята и думать вообще не о чем – вот только многие из них на самом деле уже очень взрослые дяденьки со своими тараканами и потому думать всё-таки приходится...

К счастью, Лис не стал к ним приставать, и, вновь подозрительно покосившись на Димку, ушел в тень паруса, где сейчас отдыхала большая часть экипажа. Мальчишка посмотрел ему вслед и вздохнул. С облегчением, надо сказать. Затевать ссору на пустом месте ему всё же совершенно не хотелось...

– А жаль всё же, что нельзя между мирами путешествовать, – сказал он. – У вас же ребята отличные. Навели бы порядок в этом "Народном Союзе", а то в нем совсем странные все. Вроде бы пионеры – а вроде бы уже и нет. О барахле всяком только и думают, словно буржуи какие-то...

– А мне вот не очень, – буркнул Игорь. – У нас и так врагов дома хватает. И вообще, с чего ты взял, что мы – ну, наш Союз в смысле, должны в каждой бочке затычкой работать? Своим союзникам дома помочь – это да, это святое. А в чужие разборки зачем лезть? Там благодарность, знаешь, очень специфичной может быть – нож в спину или ещё такое что...

– А вдруг там что-то интересное найдется? – предположил Димка. – Техника та же... она вам не помешала бы. Да и нам тоже, честно говоря. А то Витьке Парамонову родители магнитофон японский привезли – все ходят, дивятся, потому что у нас таких не делают. Обидно так, знаешь...

– Техника... – Игорь скривился, словно раскусил недозрелую сливу. – Ты что – думаешь, что люди от того, что их подарками засыплют, умнее и добрее станут? Да ни фига – напротив, оскотинятся и отупеют, я на таких насмотрелся уже... Гнили в твоём мире куда меньше, чем было в мире Арика в эти же годы – выберетесь и без нашей помощи. Сами.

– А если у нас тоже эта... перестройка случится?

– И что? – Игорь спокойно смотрел на него. – У Метиса дома вообще никакой перестройкой не пахнет, там уж тридцать лет космос осваивают – а какие там людишки, ты сам видишь. Мастера общество в свою личную пользу выворачивать. У нас вот половина городов сгорела, люди до сих пор по карточкам живут – зато живут... как люди. А если всё на блюдечке давать – то будет, как у Ильи дома, говнище, где народ за водкой давится, а больше ему там ничего уже и не нужно...

– У Ильи доме не... – вяло возмутился Димка.

– Что? Рай небесный? – съязвил Игорь. – Да брось, зачем тебе-то врать? Говнище и есть. Хоть вы и не в ту сторону пока идете, неясно ещё, что получится... А бывает и хуже – Виксены те же из мира, где теперь только ветер мертвую пыль гоняет. Они там натурально в раю жили – счастье всем, даром, только бы не думали... Вот они и перестали.

Димка нахмурился. О таком вот и он совсем раньше не думал. Теперь однако приходилось – и не сказать, что мысли эти были очень уж приятные. Нет, ему говорили конечно, что мещанство, вещизм – это плохо, но он даже и представить не мог, что всё это так... глобально. И что делать с этим – непонятно... Не загонять же всех назад в избы и кормить по карточкам? Он верил в прогресс и считал его безусловным благом – и от всех этих противоречий у него буквально пухла голова. И выбросить эти мысли из неё никак не получалось – они были совсем даже не праздными. Напротив. Наверное, вообще самыми важными, которые к нему только приходили, только вот оформить их не удавалось, хоть все мозги в трубочку сверни. Эх, вот если бы он закончил школу, а заодно уже и университет, рассуждать обо всём этом было бы не в пример проще. Пока же Димка почти физически чувствовал, как ему не хватает знаний. Только, вот беда, взять их тут совершенно негде. Учебников-то в поход никто не брал, так – пару книжек вечером почитать, да и те были вовсе не научные, а приключенческие, для детей. Для подростков точнее – ну а что ещё им в поход брать-то? Не Канта с Шопенгауэром же...

Димка вздохнул. Когда он валялся у Волков в больнице, буквально подыхая от скуки, Метис принес ему свою "Ветрозерную страну", – толстая такая (498 страниц, между прочим!) книжка в белой, страшно потрепанной уже обложке из толстого картона, по которой в разные стороны бегут мальчишки. Издательство "Детгиз", 1976 год, – в общем, настоящая книга из будущего. Книга Димке неожиданно понравилась – она как раз была про мальчишек, живущих на берегу такого же громадного озера, про то, как они все дружат, вместе строят яхту, а потом плавают на ней по этому самому озеру, выигрывают гонки, а в самом конце находят на каком-то островке заброшенную совсем хижину какого-то белогвардейского офицера с потайным погребом – в котором, ясное дело, скрывался склад ржавого уже оружия, списки врагов советской власти и самый настоящий клад из золотых червонцев. И иллюстрации Димке понравились тоже. Судя по стилю, их рисовали несколько разных художников, одни – смешные и задорные, другие – черно-белые, но создающие ощущение полного реализма. Дома ему таких книг не попадалось, отчего становилось немного обидно...

Вторую книгу – "Тополиную страну" – Димка прочел уже во время плавания. Тоже про мальчишку, который приехал на каникулы в прибрежный поселок, прославленный своими тополями, тоже изданную в 1976 году и даже написанную тем же автором. Но её дал ему Лис, то есть это была уже книга из совсем другого мира и различия тут буквально бросались в глаза. "Тополиная страна" была тоньше – 308 страниц – на какой-то сероватой бумаге и с иллюстрациями, уклонявшимися в абстракционизм, по мнению Димки откровенно халтурными. Содержание же её заставило его... задуматься. Вроде бы всё то же – знакомство с компанией местных ребят, лодка, озеро, всякие приключения... Только вот тут по его мнению как-то слишком много места отводилось взаимоотношениям со взрослыми (и ладно бы, но они тут всегда были правы!), а местные ребята, напротив, оказались какими-то хулиганами. То залезут в чужой сад, то на заброшенную водонапорную башню (где, понятно, едва не убьются), то нахамят бабушке героя... А под конец и вовсе попали на своей лодке под теплоход, а потом и в больницу, чего главный герой счастливо избежал, потому что остался дома.