Текст книги ""Фантастика 2026-163". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Кружевский

   – Спасибо, – кивнул тот и направился к двери, ноне дойдя до нее, неожиданно замер и, повернувшись к девушке, добавил. – Надеюсь, вы, кричать не будите.

   – Нет, мотнула головой она, если конечно ваш друг...– девушка бросила на меня плотоядный взор и стеснительно потупила свой взор.

   – Господин учитель, жду вас в коридоре, – улыбнулся мне капитан, быстренько ныряя во входную дверь.

   Суккубы. Я раздраженно вытер губы рукавом, все еще чувствуя на них аромат уст юной прелестницы и втайне сожалея, что удержался, но образ разъяренной драконицы, постоянно вертящейся у меня в голове вместе с призрачными ароматами моей подрумянивающейся тушки, как-то не очень способствовал романтической обстановке. Поэтому, отделавшись легким поцелуем (на взгляд суккубши конечно, по мне так засос был хлеще чем у пылесоса), я быстренько сделал ноги. Лайкоста, ждавший меня в коридоре, только саркастически хмыкнул, но промолчал.

   Мы осторожно спустились вниз по лестнице и, прокравшись по небольшому коридорчику, замерли у его поворота, ведущего в указанную служанкой библиотеку, ибо рядом с ее дверьми скучали два дюжих охранника в знакомых черных одеяниях. Как они нас не заметили – ума не приложу, видать чересчур увлеклись подглядыванием за тем, что происходит внутри охраняемого ими помещения. Один из них просунул в приоткрытую дверь голову, а второй скакал позади як молодой козлик по травке. Блин, прямо как дети малые, только габариты слишком уж не детские, таких без лишнего шума кулаком не свалишь. Я переглянулся с Лайкостой и тут мой взгляд упал на горшочек с цветами стоящий на мраморном постаменте в виде небольшой колонны...

   Перешагнув через бесчувственные тела, я аккуратно поставил колонну на пол, а капитан торжественно водрузил на нее вазу с цветами, которую я ему передал пару минут назад.

   Так, теперь оставалось надеяться, что нас не услышали внутри библиотеки. Я жестом показал капитану посмотреть за коридором, чтобы нас не постигла участь охранников, а сам сунул голову в приоткрытую дверь.

   Мама родная и это библиотека. Я пару минут с разинутым ртом обозревал огромный зал, залитый ярким светом и уставленный по периметру шкафами размером с двухэтажный дом. Пол зала покрывал узорный паркет и вообще это помещение больше походило на какой-нибудь зал для устроения балов, а так же прочих приемов, чем на тихое место для раздумья с пыльным томиком в руках. К тому же народу внутри было, что килек в банке, причем многие дамы были как раз именно в вечерних платьях, а мужчины в парадных камзолах.

   – Ну и что там? – поинтересовался Лайкоста.

   – Вроде бы бал, – буркнул я, стараясь разглядеть, что происходит в глубине зала, куда было устремлено все внимание собравшегося народа.

   – Бал, – капитан одним прыжком оказался рядом.

   – Ничего не понимаю, – я отступил от двери и задумчиво посмотрел на лежащих без чувств охранников, прикидывая, не привести ли кого из них в сознание, дабы допросить о происходящем.

   – Господин учитель, идите сюда.

   Лайкоста уже по ту сторону двери и, высунувшись, машет мне рукой. Впрочем, ничего странного, навряд ли кто в такой толпе обратит внимание на лишнего человека в форме, тем более что среди гостей тоже немало личностей в форменных одеждах. Я потихоньку протиснулся внутрь и мы с капитаном уверенным шагом влились в общую толпу, стараясь не попасться на глаза типам в черных камзолах, которые стояли вдоль всего зала, образуя этакий живой коридор.

   Неожиданно зазвучала торжественная музыка, и стоящий вокруг народ задвигался, оборачиваясь к ребятам в черной форме, замершим по стойке смирно при первых же звуках мелодии.

   – Это не бал, – шепнул мне на ухо Лайкоста, – это свадьба.

   Блин. Я мысленно выругался. Неужто наш оборотень ошибся, и мы вломились в чужой особняк к ничего не подозревающим людям, да еще во время такого торжества. Но с другой стороны, зачем такая охрана, хотя...особняк явно не из бедных и... Моя челюсть медленно с отчетливым хрустом поползла вниз и я, повернувшись, вопросительно уставился на Лайкосту , тот так же медленно повернул голову в мою сторону,– вид у него был не лучше.

   А по коридору из солдат, утопая почти по щиколотку в ворсе расписного ковра, в розово-белом платье с длинным шлейфом, с букетом цветов в руках, потупив глаза, неторопливо шла Алана. Рядом, держа ее под руку и с идиотской улыбкой на всю физиономию, в роскошном белоснежном камзоле с золотыми галунами, шагал Гай.

   Твою же кису!!

Глава 7.
Глава, в которой наш герой расстраивает свадьбу, а так же подозрительное поведение Эрнесты.

Нет, дело тут явно не чисто. Я снова покосился на Лайкосту, который похоже впал в некое подобие ступора. Еще бы, бежать спасать пропавших детей, одновременно стараясь не особо думать, что сделали с ними неведомые похитители, одновременно представляя, что ты сделаешь с этими гадами, причем медленно и желательно два раза, ну можно и больше, но мы же не садисты...правда, правда. И тут бац... на тебе, – свадьба. Если честно, у меня в голове тоже шарики за ролики закатились и долго стукались о стенки моей черепной коробки, давя разбегающиеся в ужасе мысли. Однако я быстро взял себя в руки и, загнав куски подшипника на место, вновь заставил крутиться свои шестеренки мыслительного процесса.

   Так, если рассуждать логически, то происходящее сейчас полностью абсурдно, ибо: либо Гай с Аланой так хорошо притворялись, скрывая свои истинные чувства, либо тут замешано что-то еще – второе скорее. Слишком уж хорошо я знаю нашего Гая – прямолинеен до безобразия, да еще по уши влюблен в нашу юную вампиршу. Нет, такой не способен так хорошо притворяться...в отличие от Аланы, уж она-то девочка с норовом,– это заметно. Хотя с другой стороны может Гай просто притворяется таким простофилей, а сам... Стоп, стоп, а смысл? Ну, влюбились они друг в друга и что? В их возрасте это вполне нормально; поцелуйчики там, полуночные свиданки, обжиманки в темных уголках...Эх молодость, молодость; пора мечтаний и влюбленности, розовых очков и первых слез разочарования...Блин, что это меня на ностальгию потянуло, чуть сопли не распустил от избытка чувств, однако пора начинать действовать. А план у меня прост, как линия партии – хватаем детишек и деру, причем хватаем как можно скорее, а убегаем как можно быстрее.

   Придя, в результате своей бурной мысленной деятельности, к столь гениальному плану, я толкнул Лайкосту и, достав из кармана железную баночку, подаренную мне проводником, показал ее капитану. Тот понимающе кивнул и принялся ретироваться к выходу. Я понимающе усмехнулся и, дождавшись пока он скроется за дверью, открыл банку.

   Кстати, поясню, почему так шустро ретировался Лайкоста. Дело в том, что прежде чем отправиться выручать наших похищенных я забежал к себе в номер, дабы немного сполоснуть свою физиономию, а заодно пошукать по сумкам, нет ли чего в них полезного, а то мало ли что мне мои домочадцы могли с собой в дорожку подсунуть. К сожалению, кроме стряпни Глафиры и небольшой баклажки с эльфийским пивом, видимо засунутой Дорофеичем, ничего путного обнаружено не было, а жаль, ибо в путь-то я отправился совершенно невооруженный. Мой молот весел на стене спальни, а лучевой меч (мне Ирен прислала еще один взамен утерянного) уютно лежал в прикроватной тумбе. Не, конечно вместе с формой, выданной мне Лайкостой, прилагалась и шпага, но знаете, как-то я с этим видом оружия не очень справляюсь. Мне бы что-нибудь такое, поразмашистее чтобы значит; б..а..а..ц, у..у..х, чпок и хрясь причем поосновательнее. А вот с "вжик, вжик – уноси готовенького", как-то не ладиться. Герберт, надо сказать, попытался было научить меня владению мечом, так от моих взмахов данной железкой на забор не только Батон забрался, но даже гном по яблоням лазить научился, – причем так шустренько. Хорошо наш паладин быстро смекнул, что данный вид боевого искусства как-то со мной не сильно дружит и отобрал меч. Гном, правда, за это время уже успел съесть с десяток яблок, и еще столько же насовать за пазуху и весь путь до дому смачно ими хрумкал.

   Блин, опять отвлекся...

   Ну, значит, я уже закрывал свою сумку, как вдруг вспомнил про ту загадочную баночку, что дал мне при прощании проводник из поезда. Помниться он еще упоминал про особые случаи, так вот, сейчас было самое оно. В общем, в баночке оказался какой-то порошок, с запаха которого суккубов плющило почти так же как обычного человека от слезоточивого газа. По крайней мере, стоило, мне только приоткрыть крышку сей емкости, как капитан рухнул на колени, зайдясь в кашле и залившись горючими слезами. К счастью действовало зелье не очень долго, и минут через пять Лайкоста уже был как огурчик, правда, на мое предложение попробовать еще раз приоткрыть баночку, для проверки повторного воздействия данного зелья, отчаянно замотал головой. А вот на Батона данный порошочек подействовал не хуже валерьянки. Почувствовав приторно мятный запах, наш котик тут же распушил хвост, глаза его остекленели, и он точно зомби из фильма пошел в мою сторону, вытянув вперед передние лапы. Пришлось срочно прятать банку и приводить кота в чувство, задействовав для этого звуковую магию Эрнесты. Девочка так взвизгнула в ухо нашему котофеичу, что у того глаза стали больше чем у героев японских мультиков, – однако подействовало. Котейко мотнул головой и со вздохом разочарования, посмотрел на меня чистым незамутненным, как девичья слеза, но очень преданным взглядом.

   Короче, дождавшись тактического отступления капитана, я приоткрыл баночку и стал осторожно протискиваться вперед, одновременно рассыпая из нее этот чудо-порошок. Реакция, надо сказать, последовала практически незамедлительно, народ позади меня стал падать на пол, словно подкошенный невидимой силой, причем реакция эта распространялась подобно волне от брошенного в воду камня. То есть сперва упали те, кто стоял прямо за мной, потом чуть подальше, а через несколько секунд в кашле зашлись стоявшие в противоположном конце зала. Медлить больше не стоило, тем более что среди народа начала подниматься паника, а солдаты, образующие живой коридор для новобрачных, уже скидывали свои человеческие личины. К тому же судя по Лайкосте, медлить, явно не стоило, ибо в запасе у меня от силы минут пять, может чуть больше. А посему я метнул банку с остатками порошка прямо в спешащих в мою сторону солдат и одним гигантским прыжком оказался рядом с Гаем и Аланой. Девочку уже скрутило, а вот парень стоял столбом с глупой улыбкой на губах и полностью отсутствующим взглядом клинического идиота. Я даже помахал у него перед глазами рукой, надеясь хоть на какую-то реакцию, однако он даже не моргнул, – оставалось одно.

   "Сперва оторвать шлейф у платья" – с пронзительным треском материя поддалась усилию моих мускул и полетела в сторону, накрыв группу суккубов в черных камзолах, все еще пытающихся подняться на ноги. – "Отдохните парни. А я пока..Так, Алану на правое плечо, Гая на левое и ходу, ходу. Блин и что это Гай такой тяжелый-то? "

   Я бежал сквозь толпу корчащихся суккубов, краем глаза отмечая, как некоторые из них уже поднимаются с пола и недоуменно оглядываются. Блин, а ведь прошла всего пара минут, видать порошочек не на всех действует одинаково, хорошо еще до двери путь пока свободен. Лайкоста уже распахнул двери пошире и ждет, хотя судя по слезящимся глазам ему тоже досталось. Я влетел в открытую дверь и на секунду остановился, чтобы перевести дух, а капитан быстро захлопнул ее, после чего пододвинул к створкам бесчувственных охранников. Передав девочку капитану, я поправил свисающего с плеча Гая и, переглянувшись с суккубом, устремился на второй этаж. Почему на второй, ну, во-первых, спрыгнуть оттуда для меня и Лайкосты не представляло особого труда, даже с грузом на плечах, а во-вторых, мы там уже были и более мене знали куда бежать. Короче, мы быстро преодолели расстояние до знакомого балкончика, где вновь мой кулак повстречался с челюстью едва пришедшего в сознание охранника и, спрыгнув вниз, направились к ограде. Точнее собирались направиться, но оказалось, что нас ждут, причем, судя по потрепанному виду местной охраны, мои детишки порезвились всласть и теперь местные секьюрити просто горели желанием дать нам матч реванш. К тому же в доме поднялся шум, а еще через мгновение из окон и дверей, точно горох, посыпались ребята в черной форме. Я с грустью посмотрел на Лайкосту, который уже отрастил положенные суккубу по штату клыки, крылья и зубы, после чего мы, не сговариваясь, рванули с ним в разные стороны, причем так шустро, что охрана несколько опешила. Появившиеся же из дома солдаты, еще несколько ошалевшие от действия порошка, сразу не разобрались и набросились на хотевших гнаться за нами собратьев, устроив порядочную свалку. Правда, недоразумение быстро разрешилось, но это дало нам с капитаном некоторое время, чтобы оторваться от наших преследователей.

   Это сладкое слово погоня. Ветер, бьющий в морду лица и адреналин впечатлений, хлещущий чуть ли не из ушей, что может быть лучше? Ну если честно я бы лично назвал навскидку штук десять занятий коими я предпочел бы заниматься, вместо того чтобы драпать, петляя между деревьями точно заяц, от преследующей меня толпы клыкасто-крылато-орущих существ, которые, судя по пожеланиям в мой адрес, совсем не собирались заключать меня в дружеские объятия. Бегать пришлось вокруг дома, постепенно увеличивая радиус круга, дабы приблизиться к забору, ибо стоило мне просто направиться в сторону ограды, как тут же вся толпа бросалась наперерез. Уйти прыжками тоже не удавалось, ибо летали суккубы не хуже, чем я прыгал. В результате у нас образовалась некое шаткое равновесие, я, значит, бегу, постепенно увеличивая радиус своего круга, суккубы пытаются меня догнать, одновременно стараясь, сей радиус уменьшить. Лайкоста кстати занимается тем же самым, причем, что интересно, его догоняющие не обращают на меня никакого внимания. В общем, мы иногда встречаемся и машем приветственно друг другу руками, расходясь на параллельных курсах. Иногда кто-нибудь из моей группы преследования делает попытку меня схватить, но обычно лишь для того чтобы получить по наглой клыкастой роже и прилечь отдохнуть в ближайших кустиках. Короче дурдом и полная клиника. К тому же в мозгу настойчиво билась мелодия из "Неуловимых мстителей", ну та, что про погоню, я даже напевать ее себе под нос стал. И выглядело это примерно так . "Усталость забыта..." – хрясь ветка по лицу, ой блин, фингал точно гарантирован, причем на полфизиономии. "....колышется чад и снова копыта", – ага получил копытом, ну в смысле ногой, а нефиг лезть, ниче немного опухнет, но ходить сможешь, а уж как петь будешь...заслушаешься. "... как сердце стучат и нет нам покоя..." – блин, да сколько же бегать-то можно. "Гори, но живи. Погоня, погоня, погоня в горячей крови".

   Не знаю, сколько продолжалась бы подобная беготня, если бы к преследователям не подоспела подмога. Тут уж нас банально окружили, причем не только с земли, но и с воздуха.

   – Господин учитель, – солдаты, замкнувшие вокруг нас плотный круг, расступились, пропуская сестру Аланы.

   – Мадам Энжела, все же это ваших рук дело, – прошипел Лайкоста.

   – Вы на редкость прозорливы, капитан, – улыбнулась та. – А теперь позвольте, я заберу свою непутевую сестренку и ее суженного.

   Я осторожно опустил все еще находящегося в полной прострации Гая на землю и, бросив взгляд на окруживших нас суккубов, спросил:

   – А что будет с нами?

   – С вами? – Энжела повела плечами. – Ничего. Сориться с академией у меня в планы не входило, да и капитан мне еще живой пригодиться, так что подержим вас до окончания церемонии, после чего отпустим. Впрочем, моим ребятам вы все же доставили хлопот, а посему, за целостность ваших конечностей и прочих органов я ответственности не несу...сопротивление, знаете ли, при задержании.

   – Ты за это ответишь, – бросил капитан. – Отец тебе подобного не простит.

   – Полно вам капитан, когда прибудет этот старый пердун, все будет уже решено. А вас сдадут властям, как незаконно ворвавшихся в имение многоуважаемой мадам Кайтаны и устроивших здесь пьяную драку.

   – Отец вам не поверит.

   – Отец может и нет, а вот власти вполне, тем более господин учитель так хорошо пнул городского прокурора, когда убегал с детишками из библиотеки.

   Я усмехнулся. Так вот кто был этот усатый толстячок, так самоотверженно кинувшийся меня перехватывать. Я еще удивился, то ли на него порошок не подействовал, то ли наоборот очень сильно подействовал, только как-то не так. Однако обе руки у меня были заняты, поэтому пузу достопочтимого прокурора пришлось познакомиться, а так же вступить, так сказать, в тесный контакт с моим сапогом.

   – Госпожа Эрнеста, прежде чем мы продолжим общение с вашей охраной, не скажете ли мне, зачем вам это все надо?

   Суккубша усмехнулась и жестом руки успокоила рвущихся в нашу сторону охранников.

   – Конечно же, достопочтимый учитель, желание дорогого гостя для нас закон. В принципе все не так сложно как выглядит. Наш капитан, пойди, сказал уже вам, что мне не выгоден брак моей названной сестрицы, впрочем, как и ее возвращение...

   Я покосился на Лайкосту, чьи глаза уже просто пылали дьявольским огнем и коротко кивнул.

   – Ну, так он прав и не прав одновременно. Действительно, как только эта дурная малолетка выскочит замуж, как мне придется вернуть ей все ее наследство, а это...

   – Мало говоря, – затруднительно, – буркнул Лайкоста.

   – Помолчите, капитан, – поморщилась сестра Аланы. – Лучше держите понежнее мою сестренку, а то молодая невеста с синяками в таких местах, что гости подумают? А еще лучше, спустите ее на землю, ибо не думаю что на вашем плече ей удобнее.

   Капитан недоуменно посмотрел на Энжелу, но послушался и, осторожно спустив Алану со своего плеча, поставил ее на землю.

   – Спасибо, – кивнула суккубша и вновь повернулась ко мне. – Так вот, господин учитель, я хотела... впрочем....опустим подробности. Ну а если вкратце, то женитьба Аланы на человеке из другого мира, да к тому же достаточно влиятельном, мне очень даже выгодна.

   – Чем же? – усмехнулся Лайкоста. – Неужто решила стать любящей сестрой и помочь Алане устроить личную жизнь?

   – А если и так?

   Капитан пару минут задумчиво рассматривал усмехающуюся девушку, затем мотнул головой:

   – Не верю..

   Ну, тут я был с капитаном согласен. Как-то не особо верилось, тем более, если учесть, что ребятишек явно чем-то накачали, вон до сих пор какие-то заторможенные. Взгляд у обоих мутный и ни на что не реагируют, причем даже наша беготня не привела их в чувство. У Гая вообще царапина на лице, видимо веткой кожу содрало, так он даже кровь не вытрет, что по щеке стекает. Так что....Стоп. Что это я туплю-то? Ну, естественно сестре Аланы подобный брак выгоден. Новоявленный супруг-то не местный, а значит, наверняка увезет свою молодую невесту домой, соответственно Энжела так и останется в роли распорядительницы наследства сестры. Ребятки, конечно, придут в себя, но к тому времени их брак уже будет свершившимся фактом, а кто знает какова тут процедура развода, может вообще женят пожизненно или еще что. Нет, конечно, есть вероятность, что муженек останется здесь, но что-то я сомневаюсь. Вон ведь Милана с Гербертом живет, а насколько я знаю, жена нашего паладина, тоже каких-то благородных кровей. Блин, чую, есть тут некий пунктик в местном законах по этому поводу и Энжеле он прекрасно известен.

   Видимо на физиономии у меня что-то такое отразилось, потому, как лицо суккубши тут же расплылось в улыбке:

   – Вижу, вы все поняли, господин учитель, в отличие от этого солдафона, – она кивнула в сторону Лайкосты.

   – Да так, пришла одна мыслишка, – буркнул я, думая как еще потянуть время, потому как уже давно приметил сидящего на дереве, что росло прямо у самого забора, Батона, который изредка высовывал свою морду из густых ветвей и делал мне лапами какие-то знаки.

   – Э...э...э, а я тут причем?

   – В смысле? – брови девушки удивленно взметнулись вверх.

   – Ну, почему вы ко мне тогда в парке....мы с капитаном думали, что это, а он оказалось того и вот...ну и почему?

   Энжела замерла видать, пытаясь понять суть моего вопроса. Впрочем, судя по ошарашенному виду остальных, не она одна. Честно говоря, я и сам нее слишком понял что сморозил, просто Батон, высунувшийся из ветвей, чтобы подать мне очередной непонятный знак, неожиданно загремел вниз, а посему пришлось срочно отвлекать внимания, от летящей вниз черной тушки.

   Слава богу, ни кто не заметил, да и кот падал, молча, причем, не выпуская из задних лап сломавшуюся ветку на которой он до этого сидел.

   – Хватит, – неожиданно взвизгнула Энжела. – Хватит, господин учитель, не знаю, зачем вы тянете время, но хватит. Взять их!!!

   Она бросила взгляд на стоящих рядом с ней солдат и махнула рукой в нашу сторону. Я только сжал кулаки и усмехнулся, впрочем, судя по оскалившемуся Лайкосте, тот тоже сдаваться, просто так не собирался. Солдаты переглянулись и медленно двинулись к нам, видимо все же ребяткам порядочно досталось, коль они проявляли такую нерешительность, да еще на виду своей хозяйки.

   – Давайте, летучие мыши переростки!! – крикнул Лайкоста. – Покажите, что вы еще умеете. А ты красавица лучше подумала бы, что сделает с тобой господин Угай, когда узнает о произошедшем.

   – Да плевала я на этого старого маразматик, что он может-то...!?!

   – Старый маразматик говоришь, – громовой голос, раздавшийся откуда-то сверху, заставил Эрнесту буквально подпрыгнуть на месте и завертеть головой. Ее солдаты тоже замерли, непонимающе оглядываясь и тут с неба точно горох стали пикировать суккубы, облаченные в зеленую форму гвардейцев семьи Угай. Не успели мы с капитаном и глазом моргнуть, как все окружавшее нас воинство было повязано и буквально штабелем (причем в прямом смысле этого слова, как дрова, друг на друга) сложено неподалеку, затем гвардейцы построились в две шеренги и застыли, вытянувшись по стойке смирно. Лайкоста надо сказать последовал их примеру, быстренько приняв человеческое обличие. Я все это время стоял, прислонившись спиной к дереву, и смотрел за Аланой с Гаем, которых пристроил рядышком с собой, чтобы те случайно не пострадали во всей этой кутерьме. Батон, выползший из растущих неподалеку кустов, пристроился неподалеку и с философским видом выдергивал из шести репейник. Шарики местного репья были большими с длинными иголками, но кот терпеливо их вытаскивал и складывал рядом в кучку.

   – Эрнеста подмогу привела? – поинтересовался я.

   Кот молча, кивнул и с грустью в глазах посмотрел на впившийся в хвост особо большой шарик репейника.

   – А ребята где?

   – За оградой ждут... мяу!!! – Последний вопль относился к выдранной с клоком шерсти колючке. Я только сочувственно похлопал нашего котика по голове и чертыхнулся, обнаружив, что там так же колючек предостаточно, хотя и мелких.

   Елки фиолетовые, что ж это они тут в саду чертополох-то развели? А еще графская (или какая там по местной квалификации) усадьба, нет, чтобы насадить уютных кустиков, травки там газонной, идешь значит на прогулку с дамой, а тут тебе бац...полянка с густой растительностью ...ну и...романтика короче. А тут захочешь в кусты залезть (так, я не о том, о чем все тут дружно подумали) ну муравья какого там интересного заприметил иль ежика, а может вообще мой любимый Бергейский дикобраз туда спрятался. Короче, залазишь вглубь, чтоб значит насладить свое природно-познавательное любопытство, ну и прочее по ходу дела, а тут о-па...полная за...кхе, кхе, ну, в общем, очень больно, обидно и колется.

   – Господин учитель. – Раздавшийся за моей спиной негромкий бас, заставил меня вздрогнуть и обернуться.

   Позади, опираясь на черную полированную трость, стоял высокий седовласый господин, облаченный в роскошный, ушитый золотыми нитями, камзол. Длинный до плеч волос, маленькая бородка ( кажется, их еще эспаньолками называют), стать, взгляд, ну и все такое, короче, сразу видно – настоящий полков...ой, не то,.. герцог, граф или что-то в этом роде. А вообще очень этот мужик мне напомнил постаревшего Атоса из мушкетеров, ну того что в фильме, блин, актера не помню, но очень похож.

   – Господин учитель, – незнакомец поклонился. – Разрешите представится – герцог Яркан Угай, отец этой непутевой. – Мужчина улыбнулся и кивнул в сторону Аланы. – А так же попечитель вот этой молодой госпожи.

   Он обернулся в строну растерянной побледневшей Энжелы, которая все это время безмолвно наблюдала за тем как гвардейцы Лайкосты, расправляются с ее солдатами, и покачал головой.

   – Энжела, да как ты...

   – Господин Угай, – откуда-то из-за спин гвардейцев, точно чертик из табакерки, появился муж Энжелы, и встал между старым суккубом и своей женой. – Господин Угай, я не позволю...

   Впрочем, что он собирался не позволить мы так и не узнали, ибо кулак Лайкосты, так вовремя оказавшегося рядом, положил конец этим начинаниям.

   – Извините, сэр, но просто не удержался, – прокомментировал тот наши вопросительные с герцогом взгляды. – Лезет куда не надо.

   Я только понимающе усмехнулся, впрочем, судя по легкой улыбке на губах господина Угая, тот тоже был не особо против.

   Поезд уже стоял под парами, и народ суетливо забирался в вагоны, торопливо прощаясь с провожающими.

   – Ну, мне пора, – Лайкоста поднялся. – Надеюсь, еще увидимся с вами, господин учитель.

   – Кто знает, – я улыбнулся, пожимая протянутую суккубом руку. – Может в том году, если приедете за Аланой, заодно погостите у меня.

   – Надеюсь, это приглашение? – улыбнулся в ответ Лайкоста.

   Я кивнул. А что, парень он нормальный, хотя и суккуб (ну в принципе у каждого свои недостатки), но за эти пару дней мы с ним столько хлебнули, что мне порой кажется, как будто я его уже ни один год знаю.

   – Да, еще, – капитан остановился в дверях купе. – Господин Угай забыл вас поблагодарить, но на словах просил передать, что вы теперь практически член семьи и вас в имении всегда будет ждать личная комната. К тому же, если понадобится, его гвардия всегда к вашим услугам.

   Лайкоста коротко поклонился и вышел из купе, а через пару минут поезд дернулся и стал плавно набирать ход.

   Ну, вот и все. Я с какой-то грустью смотрел за проносящимися за окном городскими строениями. Свет за стеклом моргнул, и пейзаж резко сменился, как будто неведомый киномеханик заменил кончившуюся в проекторе пленку.

   – Можно? – дверь купе приоткрылась, и внутрь заглянул знакомый проводник. – А я вам тут чайку принес.

   Он прошел к приоконному столику и взгромоздил на него три граненых стакана облаченных в тяжелые медные подстаканники.

   – С вами попью, – пояснил он, беря один из них и с шумом отхлебывая из него чай.

   Я только вздохнул и потянулся за своей порцией. Батон тут же нырнул на верхнюю полку и через минуту раскладывал на столике Глафирину стряпню.

   – Ну как все прошло? – поинтересовался через пару минут тактичного молчания старик. – Мой подарочек пригодился хоть?

   – Да, спасибо, – кивнул я, с неожиданным аппетитом уминая уже вторую ватрушку. Чай у проводника был классный, а Глафирина стряпня не потеряла своей свежести даже спустя столько дней.

   – Ну, тогда с вас история, – усмехнулся меж тем проводник, поглаживая свои усы.

   – Хорошо, – кивнул я. – Только чаю еще можно?

   – Конечно. – Проводник собрал опустевшие кружки, причем даже Батон, не очень любивший чай, и тот опустошил свою до дна.

   – Вот так оно и было, – закончил я свой рассказ, одновременно отправляя в рот последний кусочек последней же плюшки.

   – Да уж, – проводник снял пенсне и, достав из кармана носовой платок, несколько секунд их тщательно протирал, одновременно качая головой. – Однако везет вам на приключения, молодой человек.

   Я улыбнулся и развел руками, как бы показывая, что с этим уж ничего поделать не могу.

   – Ну, да хорошо то, что хорошо кончается, – проводник водрузил свое пенсне на его законное место и с добродушным прищуром посмотрел на меня сквозь его стекла. – А девочке все же повезло, что ее сестра решила провернуть эту аферу с ее же одноклассником, и вдвойне повезло, что вы оказались рядом.

   – Да уж, – я вздохнул.

   Дело в том, что я оказался прав, и "пунктик" на счет брака у суккубов все же существовал...у них не было разводов. Не знаю в чем тут дело, но суккубы настолько привязывались к своему партнеру, что просто не могли без него существовать, причем в прямом смысле этого слова. Потеряв свою пару, суккуб медленно сходил с ума, превращаясь за несколько дней в неуправляемого демона. Так что развод для них равносилен самоубийству. Что интересно, в случае смерти одного из членов семейной пары такого не происходило. В результате, среди суккубов нередки были случаи убийств одного из супругов другим, так как все вышесказанное, увы, не отменяло ту любвеобильность, что была присуща их расе. Наверное, еще поэтому, суккубы предпочитали выбирать своих вторых половинок среди людской расы, ибо жизнь человеческая коротка, а вот сами они живут по несколько тысяч лет.

   Все это мне рассказала Алана, после того как пришла в себя. Оказалось, что их с Гаем опоили каким-то легким наркотиком, полностью подавляющим волю, хорошо хоть доза была не очень большая, и обошлось без побочных эффектов. Хотя не знаю, можно ли назвать отсутствием оных, странную любовь Гая к комнатным растениям – он их просто съел, причем не только у меня в номере, где ночевал, но еще успел добраться до коридорных. Так что пока я понял, что к чему, то поймал его у лестницы, где он с задумчивым видом обсасывал иголки, оставшиеся после употребления какого-то местного кактуса.

   В принципе ничего страшного – всяка трава тоже зеленый витамин, правда, не вся одинаково полезна, но на этот раз обошлось...

   Однако теперь я понимал, почему тот парень, некогда отказавший Алане, так поступил и вроде бы тоже выбрал обычную смертную в качестве будущей супруги, хотя в среде местной знати такие браки не приветствовались. Так же мне стало понятно, почему суккубы закрыли свой мир – рожать-то стало некому и не от кого. Не смотря на многочисленные плюсы брака суккуба и человека, дети от таких союзов рождались крайне редко, и над расой этих необычных существ нависла банальная угроза вымирания. Так что закрытие границ дало хоть какие-то результаты, позволив несколько подправить местную демографию, правда, для знати они оставались открытыми, однако было одно условие...Любой суккуб знатного рода, женившийся и вышедший замуж за иномирянина, не мог вернуться в свой родной мир, дабы не служить отрицательным примером для простого люда. Так что на фоне всего вышеуказанного задумка Энжелы приобрела вполне определенный смысл.