Текст книги ""Фантастика 2026-163". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Кружевский

Внимание юноши привлекли быстрые вспышки, не похожие на мягкий блеск Звезды. Обернувшись, он увидел громоздящиеся над крышами пепельно-серебристые тучи – приближалась гроза. Айэт не боялся непогоды. Гроза, туман, ночь были лучшими дузьями беглеца, не раз спасавшими ему жизнь. Когда по крыше застучал ливень, юноша улыбнулся и спустился вниз.

* * *

Инсу Кари разбудил стук в окно – это показалось ему довольно странным, так как его квартира находилась на шестом, последнем этаже большого дома. Он открыл глаза. Уже светало, но маленькая низкая комната с тяжелой мебелью была полна сумрака. Ее стены и потолок были обшиты темными панелями из дерева. За широким окном, над железными крышами, сквозь нависшие тучи пробивалось алое пламя рассвета. Ничего больше там не было. Но тут сверху, из-за карниза показалась рука и вновь осторожно постучала в окно. Инсу подбежал к нему.

Вдоль парапета плоской крыши шел гигантский плакат из раскрашенной стали. Он начинался чуть выше окон и отстоял от стены на полметра, крепясь к ней трубчатыми фермами. Именно из этой щели на него смотрел оборванный и похудевший, но веселый Айэт Тайан. Инсу открыл окно и Айэт, покачавшись на руках, спрыгнул вниз.

Несколько секунд они удивленно смотрели друг на друга – полусонный Инсу, завернувшийся в одеяло, и беглец. Айэт выглядел весьма колоритно – обнаженный (всю одежду с него сорвали при поимке, и он не смог добыть новой), невероятно растрепанный и грязный. Его гибкое, поджарое тело живописно покрывали едва поджившие рубцы, в падавшую на плечи густую лохматую гриву набился лесной мусор – но тем не менее, у него был удивительно естественный, дикий и независимый вид. По нему Инсу догадался обо всем.

– Ты сбежал с принудиловки? – спросил он, закрывая окно.

– Да, – Айэт легко спрыгнул на пол. – Я увидел Звезду и больше не смог там оставаться.

– Но как ты сюда попал?

Айэт покосился на диван и тут же растянулся на нем во весь рост.

– Пробирался неделю по лесам. А сюда попал просто – по пожарной лестнице на крышу, а потом…

– А как ты перелез через забор? Там же наверху – колючая проволока! Само собой, под током.

– Зато сетку внизу можно отодрать, – Айэт с гордостью показал израненные проволокой пальцы.

– И что ты хочешь делать дальше?

– Попасть в Тар-Акталу. Говорят, там наши храбрее, и вообще больше возможностей.

Инсу присвистнул.

– Однако! Но Звезда все перевернула. Все только и говорят о ней!

– Ты знаешь, что она у Наксты, столкнулась с луной, но не погасла? Я видел, как она появилась! Все небо было в огне, земля дрожала!

– Да? А я спал так крепко, что меня даже это не разбудило! Ты знаешь, в каком созвездии она появилась?

– В созвездии Айэта! «Айэт» – значит по-старинному «Освобождение». И я решил…

– Сбежать? Из-за звезды? Но ее так и назвали – Звездой Айэта!

– Ну да? – Айэт вскочил. – А что еще они узнали?

– Не очень много. Ее размер – всего миль двадцать, не больше. Спектрометр показал, что ее температура – десять тысяч градусов, но никаких спектральных линий нет! Наши ученые просто спятили, представляешь?

– Как это?

– Нет, и все! Вот уж действительно – звезда Айэта!

Инсу усмехнулся.

– Я сам смотрел в телескоп – сияет ярче Солнц!

– А остальное? Откуда она взялась?

Инсу рассмеялся.

– Ниоткуда! Просто вспыхнула – и все! Вышла на орбиту лун, точнее луны – Наксты. И знаешь – она дает радио!

– Сигналы?

– Нет. Просто пищит. Как радар.

Айэт удивленно приоткрыл рот.

– Ну, я вижу, ты готов. Что ты собираешься делать дальше?

– Я же сказал – пойду в Тар-Акталу, если ты дашь мне одежду и немного денег. Деньги я верну. Как смогу.

– О, конечно. Но почему ты такой ободранный?

Айэт рассказал – о том, как его травили собаками, как в него стреляли из винтовок, пытались загнать, словно зверя – без малейшего надрыва, без истерики, спокойно и даже с гордостью, для которой, надо сказать, у него были все основания. Юноша словно светился в полумраке комнаты – энергия и ощущение свободы исходили от него волнами и Инсу оказался просто не в состоянии противостоять этому увлекающему потоку. Если какой-то мальчишка смог так резко изменить свою судьбу, то почему не может он? В самом деле?..

– Пожалуй, я пойду с тобой, – сказал он. – Один ты вряд ли туда доберешься…

– Но твои предки с ума сойдут!

– Вряд ли. Как раз они-то меня поймут. Мне сообщили, что… в общем, грядут великие дела. А в такое время лучше быть возле центра событий – глядишь, и нам что-нибудь достанется. Да и мне тут оставаться небезопасно. Полиция пронюхала… в общем, тамошние власти с нашими не очень дружат, а молодежи в Асусе почти не осталось. Ну, ты пока отмывайся, ешь, а я пойду соберу вещи.

* * *

Когда они осторожно пролезли в узкую дыру в ограждении, Айэт, уже чистый, причесанный и одетый в рабочие штаны, безрукавку и сандалии на босу ногу, слизал кровь из вновь пораненной руки и осмотрелся. Его мечтательный взгляд был устремлен вдаль, на необозримый облачный хаос рассвета. Гроза уже прошла, но тучи еще громоздились в небе, отсвечивая и просвечивая множеством оттенков – от огненно-алого до мутно-сизого. Зеленовато-синее небо между ними казалось островками недоступной, светящейся чистоты. Юноша с удовольствием вдохнул холодный влажный воздух и спросил:

– Мы и дальше пойдем пешком?

Инсу презрительно фыркнул.

– Вон там, возле стройки, стоит грузовик. Замки в кабине открываются куском проволоки за минуту. Если будем держаться проселков – есть шанс уже к вечеру добраться до Лаккты. Если мы сумеем сразу попасть на корабль и переберемся через море – нам уже не придется скрываться и через два дня мы будем в Тар-Актале. А в столице – я был в ней – есть надежные ребята. Они нам помогут и найдут дело.

Инсу не соврал. Действительно, замок в кабине грузовика ему удалось открыть за минуту. Тяжелая трехосная машина мягко тронулась с места. Инсу управлял ей не очень уверенно, однако сумел через десять минут выбраться за город, не привлекая ничьего внимания.

Когда они уже стремительно мчались по узкой лесной дороге в свете наступающего дня, Айэт покосился на друга. Тот вел тяжелую машину уже весьма уверенно. Инсу был серьезнее и старше, хотя и не таким высоким, сильным и гибким, как Айэт. Его лицо было более худым и твердым, чем лицо Айэта, но большие глаза, светившиеся живым умом, не делали его более красивым. Может, была виновата скрытая в них жестокость?..

* * *

Скоро они выехали на шоссе, взбиравшееся на склоны Асы – в Лаккту вела единственная дорога. Навстречу им то и дело попадались другие машины, но никто не обращал на них внимания. День Белого Солнца нравился Айэту больше других – небо сияло удивительной, бездонной голубизной и все казалось особенно свежим. Справа тянулся невысокий пологий склон, изрезанный распадками, в них стояли низкие трехэтажные дома. Когда Айэт смотрел на них, его сердце замирало – до плантаций он жил в почти таком же месте, очень уютном. Но, хотя они мчались к Лаккте, к Тар-Актале, к свободе со скоростью сорока миль в час, ему было все же неспокойно. Появление Звезды сделало мир непрочным, оно доказало, что в нем есть вещи, недоступные для понимания. Айэт думал, что если может быть такое – значит, возможно все. Но и без Звезды мир менялся – увы, не в лучшую сторону.

Всевозрастающие орды ару, которые не желали работать, а только требовали от своих старших братьев-людей пищи и крова, буквально разоряли страну. Еды стало не хватать – и по трудовой повинности вся молодежь должна была работать на полях, чтобы прокормить их. Пусть люди голодают – но ару должны быть накормлены. Таковы были условия Сделки. Да и без них хватало неприятностей. Смутные и непонятные слухи о крупных переменах в полумифических соседних государствах, о войнах, о нашествиях беженцев из тех участков Плоскости, на которых люди уже не могли жить, тревожили всех. Потому, что были еще слухи и легенды о движении Опустошителей – непобедимых и бессчетных нелюдей, подобно потоку лавы медленно заливавшем всю Плоскость. Но она была столь огромна, что даже проверить их было невозможно. Да и что мог знать об этом обычный мальчишка, еще не достигший совершеннолетия? У него не было почти никаких фактов – только непонятно откуда взявшаяся уверенность в том, что их мир разрушается и если что-то не изменить – но вот что? – все они рухнут в бездну. Айэт сам не знал, почему его мысли столь мрачны.

Все шло как нельзя лучше. Они перевалили Асу и теперь мчались вниз по шоссе, идущему вдоль высокого берега бурной Рутсы. Вокруг по-прежнему были леса и лишь изредка попадались небольшие поселки, застроенные четырехэтажными кубическими домами, выкрашенными в синий цвет. Несколько раз они пересекали высокие бетонные мосты через притоки Рутсы, она становилась все шире, ее холмистые берега понижались. Все чаще попадались селения, городки, вокруг дымили трубы, блестели стеклами фабричные корпуса. Людей и машин здесь было много больше и Инсу пришлось вести грузовик с большой осторожностью.

Но, как он ни старался, его неумелая езда все же привлекла внимание стоящего на обочине полицейского – он взмахнул своим красным жезлом, требуя остановиться. Инсу и не подумал этого делать. Полицейский вскочил на мотоцикл и помчался за ними. Айэт сжался – все шло так хорошо, они ехали почти без остановок с шести утра. Сейчас был седьмой час пополудни. Солнце зашло, но они преодолели уже триста миль, причем самых трудных, отделявших их от Тар-Акталы. Теперь же все кончено – они попались.

Полицейский уже поравнялся с машиной и вновь требовал остановиться. За его спиной Айэт заметил короткий автомат. Это напугало его – раньше полицейские никогда не носили такого оружия.

Вдруг Инсу круто повернул грузовик. Спасаясь от нависающего борта полицейский тоже резко свернул – и полетел в кювет, кувыркаясь вместе с мотоциклом. Инсу невозмутимо вывел машину на середину дороги.

– Ты мог убить его! – возмущенно воскликнул Айэт.

– Но не убил. Пока он доберется до телефона, пока всполошатся – мы уже будем в Лаккте! Смотри! Вот указатель – до нее всего пятнадцать миль! Там мы бросим машину и они нас не найдут – они ведь не знают, как мы выглядим! Мы сразу пойдем в порт – и еще до рассвета будем плыть к Суре. У меня хватит денег, чтобы заплатить капитану какого-нибудь сухогруза. А на том берегу будет уже проще.

Айэту хотелось в это верить, но в следующие двадцать минут его все сильнее терзало чувство, что Инсу ошибся. Надо было бросить грузовик сейчас и пробираться в Лаккту пешком. Но Инсу не желал его слушать. Он вырос в городе и не любил ходить. И забыл, что был в Лаккте два года назад, – а, будучи в некотором роде пограничным, город мог за это смутное время сильно измениться. Они заметили это слишком поздно.

Когда им оставалось проехать всего милю или две, за поворотом дороги показалась тесная масса угрюмых многоэтажных домов из красного кирпича. Город окружала древняя не стена даже, а скорее ограда из того же кирпича – высотой метра в четыре, обкрошившаяся и местами треснувшая. За ней виднелись ржавые железные крыши пакгаузов и складов.

По обе стороны распахнутых железных ворот стояли невысокие кирпичные башни. Дальше в стене изредка виднелись такие же круглые башни, заброшенные на вид. На крышах некоторых росли кусты. Ворота охранялись, но на поток вливавшихся в них машин стражи не обращали никакого внимания. Там было несколько полицейских Акталы в своей неизменной страшноватой форме: кованые сталью башмаки, черные кожаные штаны с нагрудником и грубая белая рубаха. Широкополые черные шляпы с золотыми значками затеняли их лица. Черные кожаные перчатки скрывали кисти рук. На боку у каждого висела тяжелая дубинка из темного дерева, а из кожаной кобуры, пристегнутой почти под сердцем, торчала рукоять револьвера. Айэт по опыту знал, что их лучше не злить.

Заметив их, полицейские перегородили въезд в город рогатиной из дерева и колючей проволоки. Айэт понял, что дурные новости все же обогнали их.

– Инсу, назад! Нам не пройти!

– Нет! Рогатина деревянная, хлам, и не будут же они в нас стрелять!

Полицейские действительно не стали стрелять и рогатина разлетелась вдребезги, – но нитка обтягивающей ее колючей проволоки попала под колеса. Две покрышки тут же лопнули, машину повело вбок. Любой опытный водитель выровнял бы ее, но Инсу к ним не принадлежал. Грузовик пошел юзом и со скрежетом свалился набок.

Когда они выбрались из разбитой кабины, на них тут же надели наручники.

* * *

В участок их вели по лабиринту кварталов, тоже огороженных монументальными и очень высокими – до окон вторых этажей – стенами из кирпича, побеленного здесь в рыжевато-желтый цвет. Кое-где попадались наглухо закрытые ворота из черного железа и узкие, врезанные в стены особняки, похожие на конторы. Здесь размещались издавна купеческие склады. Все было, вроде бы, вполне ухоженным, но Айэту это место казалось заброшенным, наверное потому, что оно не освещалось. Здесь были высокие уличные фонари и они даже горели – но с плоских каплевидных корпусов ламп свисали, почти полностью скрывая их, темные губки светоеда, лениво колыхая длинными бахромчатыми шлейфами белесых пылеловных нитей. Трудно было поверить, что из пыли и воздуха могли вырасти эти внушительные бархатистые желваки. Впрочем, они не гнушались и привлеченной светом мошкарой. Вокруг них порхали жутковатые черные бабочки, похожие на траурниц – именно они разносили споры этого удивительного гриба, живущего за счет сильных и постоянных источников света. Айэт постарался прикинуть, сколько лет в мире существуют фонари, чтобы к ним успели так вот приспособиться, но не смог. Когда их завели в участок, он понял, что ночь будет долгой.

* * *

Айэт устало уселся на землю. Он не спал уже двое суток, – с того момента, как отправился в путь позапрошлым вечером. Процедура допроса тоже не доставила ему удовольствия – особенно, оплеухи и удары в поддых. К счастью, ими не стали заниматься всерьез – просто отправили сюда, в бывший рабочий лагерь, теперь ставший концентрационным. Добротные одноэтажные казармы с большими окнами выглядели нелепо в двойном ограждении из дерева и колючей проволоки, возведенном явно на скорую руку.

Айэт заметил, что под проволокой легко можно пролезть. Свобода была рядом – всего в нескольких метрах, но на вышках между заграждениями стояли вооруженные винтовками часовые, а на столбах внутренней ограды висели большие плакаты: «Стой! При попытке побега охрана стреляет без предупреждения!» Вне всяких сомнений, так они и поступили бы.

Словно в издевку, лагерь стоял на высоком берегу моря Птиц. Обходя его, они неожиданно вышли на смотровую площадку, уцелевшую от лучших времен. Кроме перил она была, правда, теперь огорожена высоченной – раза в два выше Айэта – стальной сеткой, но даже подойдя вплотную к ней, он едва ее замечал.

Перед ним раскинулся необозримый сумрачный простор. Парящие высоко в небе тонкие облака закатывались за бесконечно далекий горизонт. Оттуда тек очень ровный, монолитный поток прохладного, пахнущего йодистой солью воздуха, ощутимо давя на лицо и нагую грудь Айэта. Прямо на него надвигались громадные валы мертвой зыби, разбиваясь под ногами с угрожающим грохотом.

Берег здесь обрывался крутой, местами почти отвесной стеной высотой в сто или в сто пятьдесят метров. Справа он выдавался в море чудовищным, увенчанным неправдоподобно маленькими строениями изгибом. Склон был так крут, что Айэт не видел земли за обрывистой кромкой – только величественно наступающие валы и ему казалось – он чувствовал – что берег вот-вот рухнет. Он невольно вцепился пальцами в сетку. Лишь прижавшись к ней лицом, Айэт смог разглядеть внизу его морщинистые выступы. Вода у их подножия была желтовато-коричневой – грунт ощутимо уступал зыби.

Юноше казалось, что он летит, падает в наступающие волны, что в них должен кануть весь мир. Он словно стоял на краю бездны в которой не было ничего, кроме уходящей в бесконечную глубь воды. Впрочем, несколько островов, возвышавшихся над волнами, – их поверхность была на одном уровне с берегом – разрушали это впечатление. Иные из них отстояли от земли всего на милю или на две. Айэту очень хотелось бы побывать там, но единственной его реальностью был забор, стражники и несколько десятков метров истоптанной грязной земли.

Инсу покосился на друга. Айэт замер, словно изваянный из камня, глубоко дыша. Его белые зубы блестели в недоброй усмешке, глаза были неподвижны. Ему нечасто приходилось видеть юношу таким взволнованным. Он коснулся его плеча. Айэт вздрогнул, словно очнувшись, встряхнул волосами, привычно опустив ресницы – тяжелые пряди хлестнули его по глазам – и повернулся к нему с немного растерянным видом – казалось, он спал наяву.

– Что с тобой? – спросил Инсу.

Лицо Айэта приняло хмурое, непроницаемое выражение.

– Знаешь, я вдруг подумал… когда-нибудь не останется земли… весь знакомый нам мир исчезнет и будущее окажется незнакомым и чужим нам… хотя мы, конечно, не доживем до этого, – он вновь встряхнул волосами. На его губах появилась слабая усмешка. – Никак не могу избавиться от этих мыслей. Хочется чего-то необычного…

Айэт печально вздохнул. Мир здесь был прекрасен. Вокруг лагеря темнел высокий, пышный лес. Над тонким слоем коричневато-жемчужных туч, в бездонной синеве неба, сияли серебром перистые облака. Юноша никогда не видел такой красоты. Но она еще больней ранила его и его настроение окончательно испортилось, когда он увидел нескольких ару, – они пришли из своей колонии, чтобы посмотреть на пленников. Айэт с ненавистью разглядывал мерзких тварей, лишивших его всего, что он имел. Впрочем, ару почти ничем не отличались от людей. Только они были заметно ниже, а их головы – совсем человеческие – полностью, кроме глаз и рта, покрывала короткая коричневая шерсть. Айэт отвернулся к сидевшему рядом с ним Инсу. Тот был на грани истерики, но юноша мог его понять – Инсу первый раз в жизни лишился свободы. Вдобавок, их раздели – во избежание побега – оставив лишь рабочие штаны. Айэта эта предосторожность рассмешила, но Инсу был вне себя от ярости и унижения.

– Я не могу есть это вонючее пойло, которое нам дают! – возмутился он.

– Если ты не будешь есть – сдохнешь от голода и они только обрадуются. Наши жизни теперь ничего не стоят. Понятно?

– Да я и дня тут не выдержу! Нам нужно бежать! Сейчас, немедленно, пока нас не увезли от моря!

– Если ты полезешь на забор – тебя пристрелят, – Айэт был невозмутим.

– Мы дождемся ночи!

– Ночью – видишь лампы? – здесь все освещается. Оставь эту затею, если не хочешь, чтобы тебя зарыли в яме! Сначала осмотрись и подумай. Как я.

Инсу закусил губу и задумался. Он с неудовольствием смотрел, как к ним приближается один из заключенных – здоровенный мрачный парень.

– Вы, новички, – сказал он, – готовите побег?

Инсу охотно кивнул.

– Бросьте это, ясно? Если попробуйте – я вас своими руками придушу.

– А тебе что? – вскинулся Инсу.

– Я из самоохраны. Если тут кто-нибудь сбежит – десяток его соседей изобьют до полусмерти. Ясно? У меня уже двух приятелей так отделали. А если вы еще хоть слово скажете об побеге – я вас обоих выдам. Нас тут много. Усвоили?

Айэт кивнул. Инсу рванулся, но юноша схватил его за руку.

– Спасибо за предупреждение, – сказал он. Инсу зло фыркнул. – Может, ты знаешь, что с нами будет?

– Будем сидеть здесь, пока не подготовят новые плантации за Асу. Это месяца через два.

– А кто тут сидит?

Парень усмехнулся.

– Мы. Бунтовщики, беглецы, те, кому не нравится работать. Но такие, как вы, тут не приживаются – мрут…

Он повернулся и ушел. Они долго молчали. Теперь путь к свободе преграждала не только охрана, но и все заключенные, которые надеялись сохранить свои шкуры. Айэт видел, что Тара по сравнению с этим лагерем была просто раем.

Пока он сидел в мрачных раздумьях, небо потемнело, лишь на востоке светилась отступавшая и гаснущая заря. На ее фоне показалась очередная пара лун. Он тронул плечо задумавшегося Инсу.

– Пойдем спать.

– Вместе с этими?

– Ну не на земле же!

Глядя на напряженное лицо идущего сбоку друга, Айэт нахмурился. Он знал, что нетерпеливый Инсу не выдержит и нескольких дней здесь.

* * *

На следующий день его опасения подтвердились – сразу после завтрака Инсу исчез. Айэт напряженно ждал стрельбы, шума, но все было тихо. В красноватом мареве Желтого Солнца прошел бесконечный час. Инсу вернулся столь же внезапно, как и исчез. Он был совершенно спокоен, его глаза живо блестели – десять часов беспробудного сна явно пошли ему на пользу.

Он отвел Айэта в сторону.

– Здесь есть группы заключенных, которых выводят на работы, – сказал он. – Я устроился в одну, вместе с тобой.

– Но зачем?

– Она каждый день отправляется на катере на один из островов – строить взлетную площадку. Если мы захватим катер, то сможем плыть прямо на тот берег моря. Катер достаточно большой и горючего ему хватает на неделю. А его только этим утром заправили!

– Остальные скрутят нас, едва мы попробуем!

Инсу улыбнулся.

– Вовсе нет. Я нашел тут наших… э-э-э… нескольких ребят, которые пойдут с нами.

– Ты с ума сошел! Они же могли тебя выдать!

– Но не выдали же! В группе будет всего десять рабочих и один часовой. На острове мы свяжем его, возьмем оружие. А с ним захватить катер будет легче.

– Но там же наверняка есть охрана!

– Трое. Два солдата и сержант. Но мы заманим их на остров – пока они будут развязывать часового, мы уплывем.

– А экипаж?

– Моторист и рулевой. У них нет оружия. Айэт, это наш единственный шанс! Звезда Айэта дала его нам!

– Ну хорошо, мы захватим катер, поплывем – поднимется тревога и нас догонят!

– Нет. До того острова катер идет час. Он приходит туда в пять часов вечера, за час до заката. Радио на нем нет. Если он не вернется, другой катер пошлют только утром. У нас будет целая ночь форы!

– А патрульные катера?

– Ну, тогда мы не тронемся, пока не стемнеет. Ночью, если мы погасим огни, нас никто не найдет.

– Зато утром они вызовут вертолеты. А если нам не хватит горючего? До того берега двести миль! А если начнется шторм? Что тогда?

Инсу взглянул на чистое небо.

– Шторма не будет. А вертолеты… что ж, придется рискнуть. Ну, Айэт?

Юноша усмехнулся.

– Это должна была быть моя идея!

* * *

Пока они спускались к пристани, Айэт рассматривал ожидавший их катер. Он был довольно большим, с высоким массивным стальным корпусом, окрашенным в серый цвет. Над ним возвышалась лишь застекленная рубка. Айэт никогда не плавал по морю и потому не мог сказать – может его пересечь этот катер, или нет. Он решил положиться на удачу, а пока разглядывал часового, который отправлялся с ними на остров. Это был высокий, здоровенный парень с широким добродушным лицом. Винтовка у него была без штыка и довольно старая. Айэт подумал, что справиться с таким увальнем будет просто.

* * *

Первое в жизни юноши морское путешествие не оставило в его памяти никаких приятных воспоминаний и он понял, почему на эту работу находится так мало желающих. Их заперли в кормовой трюм катера – темную железную коробку, в которой было адски душно и жарко. Катер дико качало, а за стенкой одуряюще гудел дизель – час путешествия показался Айэту вечностью, и после него он едва мог передвигать ноги. Остров понравился ему больше – высокий, поросший пышными деревьями. Но им тут же пришлось разобрать инструмент и заняться работой – она была едва начата. Копая каменистую землю и таская тяжеленные валуны Айэт начал понимать, что план Инсу провалился. Окрики часового не давали им бездельничать и минуты. Сам он стоял в отдалении, держа винтовку в руках – о нападении нечего было и думать.

– Ты дурак, Инсу, – зло сказал Айэт, – он не так глуп, как кажется. Нам придется искать другую возможность.

– Нет. Видишь тот бак с супом? В полдень обед, и он будет смотреть в основном в тарелку. Тогда мы его и скрутим. Пойми, Айэт, охранник – все, что стоит между нами и свободой!

Юноше оставалось лишь согласно кивнуть.

Во время обеда он исподлобья наблюдал за часовым. Все заключенные сидели по одну сторону костра, он – по другую. Но его винтовка лежала на траве и он действительно больше смотрел в стоявшую на коленях миску.

– Ну, давай, – подтолкнул его Инсу, – сейчас или никогда! Второй раз обстоятельства не сложатся так удачно!

Айэт оглянулся – все молча следили за их разговором. Глаза слушателей блестели. Поняв, что кто-то из них сейчас не выдержит и выдаст их, Айэт встал. Когда он пошел к часовому, всего двое парней последовали за ним. Юноше казалось, что все происходит в каком-то бредовом, диком сне. Когда до охранника осталось шагов шесть, тот поднял голову и удивленно взглянул на них. Они молча кинулись вперед. Охранник бросил миску, схватившись за винтовку, – но, пока он возился с затвором, они налетели на него, опрокинули и прижали к земле. Ожесточенно вырывая оружие Айэт подумал, что главное сделано – осталось связать поверженного, а там…

В это мгновение охранник ударил его прикладом в бок так, что юноша опрокинулся на спину. Двое других нападавших растерялись, меткими ударами в пах страж сбил их с ног, вскочил и вскинул винтовку.

– Всем стоять! А вы трое на землю! Ну! Несите веревку, живо!

Айэт застыл – все было кончено. Их свяжут и с позором вернут в лагерь. Там их посадят в карцер. От штрафного пайка и побоев они так ослабеют, что нечего будет и думать о побеге. И это только начало. Потом ими займутся самоохранники, которые… Айэт пошел вперед. Лучше умереть, чем подвергнуться такой участи.

– Стой! – Окрик охранника и дернувшееся дуло винтовки остановили его всего через пару шагов. Страх все же оказался сильнее.

Охранник злобно глядел на него, но Инсу Кари он не видел. Тот бесшумно зашел за его спину, легко, как деревяшку, поднял большой камень и, занеся его над головой, двинулся вперед. Его глаза блестели, словно у безумца. Все остальные заключенные застыли, не издавая ни звука. Они понимали, что, заметив Инсу, охранник убьет его. А если они промолчат – Инсу убьет охранника. Эти несколько секунд показались Айэту бесконечно долгими.

Инсу остановился за спиной охранника и с омерзительным хрустом обрушил камень на его голову. Глаза стража закатились, из носа ручьем хлынула кровь. Затем он мягко, словно мешок тряпок, упал. В то же мгновение раздался истошный крик. Оцепенение прошло, все кинулись к Инсу, гневно сжимая кулаки и занося лопаты. Убийство охранника – смерть всем. Инсу вырвал из рук мертвеца оружие и направил его на остальных. Все вновь застыли.

– Мы должны захватить катер. Отступать нам некуда, – тихо сказал он.

* * *

Несколькими минутами позже Айэт стоял на высоком берегу моря. Тяжелая винтовка приятно оттягивала руки довольного Инсу, но Айэт не ощущал никакой радости – перед ним стояло мертвое лицо с белыми глазами и текущим из носа мозгом. Его била дрожь – еще никогда он не видел смерти, убийства, к тому же, совершенного его другом. Он покосился на Инсу.

– Прости, – сухо сказал тот, – я уже ничего не соображал. Я так испугался, что… но мы все же свободны.

Айэт не ответил. Удалась лишь первая часть плана, причем, самая легкая. Он сомневался, что старой винтовки с десятком патронов будет достаточно, чтобы захватить катер. К тому же, его мучила совесть – не очень приятно думать, что из-за тебя десятерых парней будут сечь, пока их кровь не потечет на землю. Айэт знал, что это не особенно страшно – он мог вырываться и возмущенно орать – но принимать удары голым, привязанным, на глазах у всех, было так унизительно, что ему хотелось умереть от стыда. Если твоя свобода оплачена муками десятка людей – зачем она? Но жить тоже очень хочется, особенно в семнадцать лет. Попробуй тут, выбери…

Часы тянулись мучительно долго. Желтое Солнце медленно ползло по небу. Чтобы хоть как-то отвлечься, он принялся бродить по острову, но красота природы проходила мимо его глаз. И он далеко обходил ту поляну в лесу, на которой лежал окровавленный труп рядом с ужасным камнем. Юноша долго стоял на утесе, рассматривая скалы соседнего острова, находящегося всего в миле. Солнце медленно приближалось к невидимой грани Вечной Стены, горизонт таял в призрачной дымке. И вот из нее показалась маленькая темная точка катера.

* * *

Они бегом спустились к пристани и залегли возле нее, спрятавшись в кустах. В засаде их было всего трое. Остальные должны были заняться солдатами с катера. Инсу нервничал – если они предупредят катер, подадут какой-нибудь сигнал, то план рухнет. Но все прошло как нельзя лучше. Едва катер причалил, из зарослей выбежал один из их товарищей с криком:

– Помогите! Там часового убили!

Охранники без раздумий выпрыгнули на бревна пристани и тут же исчезли в зарослях. Выждав минуту, беглецы бросились вперед. Их тут же заметили. Рулевой – пожилой, крепкий мужчина в капитанской фуражке – выскочил из рубки. В руках у него была ракетница. Инсу упал на колени и прицелился – ракета наверняка была сигналом для убежавших солдат.

Заметив оружие в руках Инсу, рулевой выстрелил прямо в него. Ракета огненным шаром пронеслась над головой Кари. Она попала в живот бежавшему за ним парню, пробила мышцы и застряла во внутренностях. Тот со страшным криком покатился по земле. Инсу взвизгнул, как девушка, бросил оружие и побежал. Рулевой скрылся в рубке, перезаряжая ракетницу.

Без дальнейших размышлений Айэт бросился вперед, не думая про брошенную винтовку, даже не зная, последовал ли за ним хоть кто-то. Когда он вскочил на борт, рулевой был всего в нескольких шагах. Пару секунд они ошалело смотрели друг на друга. Рулевой опомнился первым. Он вскинул ракетницу. Айэт замер. Он не видел ничего, кроме направленного ему прямо в глаза дула. Какое-то черное, бесконечное мгновение он был уже мертв… а потом его словно что-то толкнуло в спину. Он бросился… ракета с шипением пронзила воздух там, где миг назад был его глаз… потом Айэт ударил рулевого в лицо – раньше, чем тот успел отразить нападение. Удар был сильным и яростным. Мужчину отбросило назад и он упал навзничь, оглушенный. Айэт замер, внимательно глядя на противника, но тот не двигался…

Люк за рубкой с лязгом откинулся, из него выбрался моторист – молодой, крепкий парень. Заметив беглеца, он немедленно взял наизготовку длинный кусок трубы, как копье. Айэт бросился на него, стараясь нырнуть под удар.

Острый край трубы чиркнул его по ребрам, сбил с ног. Дикая белая боль пронзила тело… и прежний, мечтательный, сдержанный юноша вдруг куда-то исчез. Остался только молодой потомок хищников, привыкших на любой удар отвечать ударом.

Айэт перекатился на спину и поднялся быстрее, чем это можно было заметить. Мягко, бесшумно ступая он пошел вперед. Ему было легко и жарко. Боли он не чувствовал. Моторист ударил еще раз… но труба, которая должна была проломить юноше голову, вдруг оказалась сжата в крепких ладонях Айэта. Еще одно бездумное, плавное, как в танце движение – и оружие переменило владельца.