Текст книги ""Фантастика 2026-163". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Кружевский

* * *

Шагая вслед за друзьями к поселку, Димка ощутил, как в каждой клеточке тела нарастает нетерпеливое волнение, то самое волнение, какое он ощущал перед каждым важным делом. А что дело им предстоит важное, сомневаться не приходилось – пока что они лишь бродили по окраинам этого странного мира, а вот теперь им предстояло окунуться в самую гущу…

Сергей мешкать не стал и сразу направился к Аглае. Сейчас вожатая их пионерского отряда – вместе с Танькой Ковалевой, Машкой и ещё двумя местными девчонками внимательно изучала замшевое платье, расшитое бусами из мелкой темно-синей и оранжевой гальки.

– …слишком облегающее, – профессорским тоном говорила она, и Димка понял, что это самое платье девчонки сшили для неё. – И подол коротковат. Но, в то же время…

Мальчишка хихикнул про себя. Из бус получилось что-то вроде аксельбанта, да и покрой – грубоватый, конечно, так как ножниц тут не водилось, а роль ниток играли сухожилия, – отдавал чем-то военным. Аглае это платье определенно бы пошло, да и она сама явно это понимала…

Сергей кашлянул, и Аглая наконец-то изволила обратить на них внимание. Особого счастья вид ребят ей явно не доставил.

– В чем дело? – грубовато спросила она.

Димка вздохнул, собираясь с силами, – но Сергей его опередил.

– Аглая, собирай ребят. Мы уходим. Сейчас же.

– Что? – на миг на лице девчонки появилось забавное недоумение.

– Уходим к Куницам, – а потом на берег Моря, к Волкам.

– А чем тебе здесь не нравится? – Аглая привычно уперла руки в бока.

– А тебе нравится? – спокойно спросил Сергей. – Или ты домой не хочешь? Если мы тут будем сидеть, – то ничего и не узнаем, и не сдалаем даже.

Аглая приоткрыла рот, зачем-то оглянулась на других девчонок – и вдруг гневно топнула ногой.

– Да, что-то мы тут засиделись, – решила она. – Что-то я тут в мелочах завертелась… – она поднесла руку ко лбу, потом посмотрела на Таньку. – Собирай ребят. Выходим… да как соберемся, так и выйдем.

* * *

Естественно, что уйти прямо вот сейчас не удалось. Борька громко возмутился, когда его оторвали от строительства дома, – но против совместной атаки Аглаи и Сергея не устоял даже он. В минуту поселок превратился в разворошенный муравейник, – ребята собирали вещи (которые, к их удивлению, как-то расползлись буквально по всему поселку) и складывали палатки, а ошалевшие от такой новости Виксены растерянно бродили вокруг. Льяти вздыхал, – похоже, что ему хотелось уже пойти с ребятами, но Иннка тоже это понимала, и крепко держала приятеля под руку, – наверное, на всякий случай. Наконец, не спеша, как и подобало вождю, появился Иван. Он смотрел на сборы с явным неодобрением, но возражать всё же не стал, – понимал, что гости в своем праве. Улучив свободную минуту, Сергей отвел его в сторону, – ну а Димка тут же увязался за другом.

– К Куницам уходите? – сразу же спросил Иван. Понятно, он уже всё знал…

– К Куницам, а потом к Волкам, к Морю, – спокойно подтвердил Сергей.

– Жалко, – вздохнул Иван. – Я думал, что останетесь, поселок поставите, ну да что уж теперь…

– Слушай… – Димка на миг замер от собственной дерзости, но потом всё же решился. – А иди с нами. Парень ты бывалый, – да и не век же тут тебе сидеть…

– А Виксены как? – набычившись, спросил Иван. – Пропадут же без меня.

– Они тебе, что – дети малые? – спросил Сергей. – Привыкли они на твоей шее ехать, вот что я тебе скажу…

– Правда то, – хмуро ответил Иван, – а что делать? Если с ними что случится, – не прощу себе. Не хочу грех на душу брать…

Димка хотел сказать кое-что на тему религиозных предрассудков, – но тут же прикусил язык. Очень уж серьезно говорил вождь. И, хотя он не верил, что с Виксенами может что-то тут случится (ну, ограбят их – так на пользу им пойдет, в другой раз бдительнее будут), но и Ивана вполне мог понять – мы в ответе за тех, кого приручили, как говорится в одной хорошей книжке… Правда, тут уж Виксены скорее ЕГО приручили, – но ведь и он это понимал, наверное? А раз понимал, то и согласен…

Мальчишка недовольно мотнул головой. На самом-то деле ему страшно не хотелось идти без проводника – чего греха таить, без Льяти они бы здесь влипли в очень большие неприятности, – но тут не дикие же джунгли, тут наверняка проще будет… Ну, подумаешь, налетят эти Квинсы, хулиганы местные – ну так и что, он хулиганов не видел, что ли? Им и в морду можно дать – поди не рассыплются, может, и ума ещё наберутся, перестанут к кому попало лезть…

– Ладно, как хочешь, – ответил Ивану Сергей. – Неправ ты, вождь, – но в своем праве, что ж тут поделаешь…

* * *

Сборы заняли почти полдня – в самом деле, в местный быт они вросли крепко, и не заметили уже… Но, как-то вдруг, оказалось, что всё уже готово, и две группки подростков – местные и земляне – стоят друг против друга, и надо бы что-то сказать, да только в голову ничего почему-то не приходит…

Иван смотрел насуплено, да и остальное племя отнюдь счастливым не казалось, – не дать, ни взять, малые дети, которых родители в первый раз оставили в садике… Смешно – вроде бы, должно быть наоборот, но именно земляне ощущали себя тут старшими. Льяти смотрел особенно недовольно – понятно, ему-то похоже, хотелось пойти с ними, да только вот Иннка крепко держала его под локоть – видать, считала, что её парень будет полезнее в хозяйстве, да и вообще, так ведь и забыть можно, как он выглядит… Жаль, проводник им не помешал бы – пошла бы Иннка вместе с ним, все проблемы бы решились, ну да что теперь…

Борька тоже смотрел недовольно, – ему не давал покоя недостроенный дом. Иван клялся и божился, что дом Виксены закончат, – да только сделают ли всё правильно? Ну да им там и жить – пусть постараются…

– Товарищи Виксены! – начала Аглая. – Мы благодарны вам за приют и за помощь, которую вы нам оказали. Однако, мы должны идти дальше. Нас ждут другие племена, которые мы должны объединить ради общего дела возвращения домой… – она говорила и дальше, но Димка уже не слушал.

Он думал о том, многие ли здесь захотят вернуться – и найдутся ли такие вообще…

Глава 8: Жестокий урок

 
Песня, что хором поётся,
Не подведёт никого.
Солнце сквозь тучи пробьётся,
Если мы верим в него!
 
 
Верность, отвага и честь
В сердце у каждого есть!
Значит, никто и нигде
Друга не бросит в беде.
 
 
Надо и словом, и делом
Спорить с преградой любой!
Быть справедливым и смелым,
Чтобы гордились тобой!
 
 
Тот, кто мечту повстречает,
Счастлив на все времена!
В жизни всегда выручает
Дружба, и только она!
 

День, как обычно, выдался жаркий, вернее, пёстрый. На редких полянках пекло солнце, а вот под тенистым пологом леса царила приятная, почти неощутимая прохлада. Димка шагал по берегу ручья, не забывая посматривать по сторонам. Как-никак, тут земли зловредных Квинсов. Хотя «земли» – это, конечно, звучит здесь смешно, никаких пограничников с собаками тут нет, даже сами племена толком не знают, где кончается их земля и начинается соседняя. На самом-то деле, докуда ты за час-другой от селения дошел – то и твоё, а остальное – ничейное. Местные, правда, так не думали, и стычки при встрече разных отрядов слыли делом совершенно обычным – ради решения важнейшего вопроса «кто тут чужак». Теперь это казалось мальчишке немного смешным – земли ж тут немеряно, на всех хватит… Нет, и дома бывало, что гостей в чужом дворе встречали неприветливо, и это возмущало гостей до глубины души – но то ж соседний двор, а тут лес, поди пойми, где тут кончается твоё и начинается чужое!..

– Ну вот скажи, зачем мы сорвались? – в тысячный, уже, наверное, раз спросила Машка. – Так хорошо устроились, я вот с Иннкой подружилась уже. А теперь снова непонятно куда топать…

Димка вздохнул и поправил рюкзак. Идти было, в общем, легко, лес тут напоминал ботанический сад в Сочи – не такой ухоженный, конечно, но и не те дикие джунгли, в которые их выбросило. Да и заблудится тут трудно: топай себе вдоль ручья, и всё. Уже сегодня к вечеру они должны быть у этих самых Куниц, а ещё дней через пять, – если повезет – на берегу Моря Птиц. К Волкам, правда, они сразу не попадут. В устье этой речки, – которую Иван без особых изысков назвал Быстрой, – жили Горгульи. Назвали их так, правда, не за страховидный внешний вид, и даже не за вредность характера, а всего лишь за то, что они поклонялись местной рыбе-горгулье – свирепой метровой тварюге с преострыми зубами и мордой, пугающе похожей на человеческое лицо. Её рисунки Димка видел, – по правде говоря, куда больше она походила на морскую черепаху, а разве бывают свирепые черепахи? Сама мысль об этом казалась смешной, – сразу вспоминалась Тортилла из детской сказки «Буратино». Однако ж, Горгульи поклонялись этой черепахорыбе, считая её своим покровителем, – и даже прародителем – из-за чего Иван говорил, что они «люди зело дикие». Это тоже звучало смешно, – но над вождем смеяться не хотелось. Хотя Аглая и называла его «живым ископаемым», но за глаза. Парень он серьёзный, да и взгляды его Димке особо дремучими не казались…

– Нет, ты мне ответь, – потребовала Машка, не ради ответа, конечно, а просто так, чтобы не молчать – на неё это находило иногда. – Виксены-то хоть приличные люди, – а Куницы эти вовсе дикие, как Иван говорит. А уж Горгульи – и подавно. Вот придумали же – рыбе поклоняться!..

– Не нравится, – топай назад, – буркнул Димка. Болтовня девчонки уже начала его раздражать.

Машка гневно вскинула голову.

– Ещё чего! Я одна по этому лесу не пойду, я не дура!

Димка вновь вздохнул, посматривая по сторонам. Увы, каждый взгляд говорил, что тут – не Земля. В породах растений он разбирался не очень, но здешние мухоловки, например, совсем не походили на земные – толстенный, в человеческий рост, стебель с единственным огромным, переливающимся красно-синим сердцевидным листом, покрытым одуряюще пахнущим сиропом. Местные насекомые прилипали к нему… и растворялись, так вот мухоловка питалась. Смотрелось это гадко, к тому же, изнанка листа и сам стебель поросли чем-то вроде длинных сине-зеленых волос. Бр-р-р, мерзость! Всё же, в тропических растениях есть что-то жутковатое, и мальчишка тосковал по родным сосновым лесам, где хуже медведя точно ничего не встретишь…

– А если я ногу подверну, – кто мне поможет? – спросила Машка. – А если…

Димка ещё раз мотнул головой. Лес здесь был густой, с пышным подлеском, так что расслабляться не стоило. Змееволков тут, вроде бы, и нет, но вот скорпионовы мыши – или, как их тут называют, рити – всё же встречаются. Хотя эти зловредные крылатые ящерицы едят, в основном, простых мышей и ящериц поменьше, на хвостах у них натуральные жала, и если стаей налетят – то так зажалят, что вдвое распухнешь…

Что-то промелькнуло в зарослях, и мальчишка резко повернул голову. Нет, ничего, только ветки качаются… Птица какая-то, наверное. Тут их полно, весь лес кишит просто… большая такая птица, с тетерева, не меньше…

Димка поёжился. У него вдруг появилось четкое и неприятное ощущение, что за ними следят. И уж точно не птицы или какие-то другие местные твари. Следят люди – а это ничего хорошего определенно не сулило.

Он осмотрелся ещё раз. Отряд шел кучно, не растягиваясь – неясно, ощущали ли остальные чужой взгляд, но отставать никто не желал. Аглая, как обычно, шла впереди отряда, вместе с Сережкой – в новом платье, поверх которого повязала галстук. За спиной у неё висел лук, в руке она держала вырезанный из крепкого дерева посох длиной ей по грудь – любой, кто взглянул бы на её решительное лицо, не усомнился бы, что любого, кто выскочит на неё из зарослей, она тут же треснет по хребтине. За ней неровной цепочкой тянулись остальные. Замыкал отряд Максим, – у него тоже был лук и здоровенная – метра в два – палка. Последнее место в цепочке – всегда самое опасное. Борька рассказывал, что зверье всегда нападает сзади, так что вечно отстающих девчонок пришлось загнать в середину, – а уж Максим точно был самой неудобной добычей, какую только можно представить…

– Димк, мне кажется, что за нами кто-то… – начала Машка.

А-ай! Что-то пребольно ужалило его в ногу. Димка выдернул из бедра короткую, похожую на карандаш стрелу. Тут же взвизгнула Машка, – такая же стрела попала ей в… э-э-э, в круп. Стрелы летели со всех сторон, мальчишки и девчонки вопили и крутились, пытаясь заметить невидимых стрелков. Стреляли те точно, целясь в… э-э-э… задницы. Хулиганство какое-то…

Ногу вдруг свело, по ней волной побежали мурашки, – и Димка понял, что стрела отравлена.

* * *

Испугаться он не успел, – ноги вдруг подкосились, и он грохнулся на землю. Попытался подняться – и не смог. Тело отказалось подчиняться.

Вот теперь стало очень страшно. Мальчишка, сколько себя помнил, никогда не разделял себя и своё тело – оно и было им, Димкой Светловым. А теперь он вдруг оказался заперт в… чем-то, чужом и неподатливом. Словно тело у него просто украли и заменили неуклюжей куклой…

В ушах жутко шумело, голова кружилась, – Димка едва замечал, как вокруг падают ребята. Из зарослей вокруг понеслось улюлюканье и свист – а потом из них посыпались…

Вначале Димка решил, что ожили сами кусты, потом, – что на них напали самые натуральные пришельцы – из зарослей выскочили пятнисто-зеленые, словно какие-то громадные лягухи, существа, и в какой-то дикий миг мальчишка решил, что это и есть те самые Хозяева.

– Ага, попались!.. – радостно завопил один из них, и Димка недоуменно моргнул. Морок рассеялся. Их окружало десятка полтора ребят с маленькими, словно игрушечными луками – совсем голых, с бритыми головами, от макушки до пят покрашенных во все оттенки зеленого цвета. Димка понял, что это и есть те самые зловредные Квинсы – смотрелись они как беглецы из психушки, но здесь эта окраска была очень даже уместной: как только Квинсы переставали двигаться, они просто исчезали, сливаясь с зарослями. Сейчас они, впрочем, очень даже двигались, – нацепив на лысые головы украшения из перьев, они едва ли не хороводом пустились в пляс вокруг поверженных пришельцев, вопя изо всех сил.

– Жирная добыча!..

– Дураки-чужаки!..

– Было ваше, – станет наше!..

Димка сжал зубы. Квинсы все как на подбор были невысокие и худенькие, – он бы запросто навалял любому из них, а то и всем разом – вот только двигаться не мог. Не то, чтобы совсем не мог, просто чувствовал себя так, словно отсидел не ногу, а всё тело. Смотреть на кривляющихся Квинсов оказалось противно – и ещё противней из-за своей беспомощности. Времени налетчики не теряли – как воробьи на зерно, налетели на рюкзаки ребят. Наружу полетели вещи, Квинсы вопили и вырывали друг у друга добычу – просто бандер-логи какие-то из книжки!..

Димка скрипел зубами от ярости: будь он в порядке, эти мерзкие воришки у него и двух минут не прожили бы! Ну, спокойно бы не прожили, – убивать их мальчишка бы не стал, но уж бамбулей надавал бы точно…

Вдруг из кустов раздался дикий улюлюкающий свист. Квинсы – ну точно вспугнутые воробьи! – толпой шарахнулись в заросли и тут же исчезли, словно нечистая сила. Всего через несколько секунд с другой стороны выскочило несколько парней – в отличии от зловредных Квинсов, одетых с ног до головы: кожаные куртки, кожаные штаны, сапоги и даже кожаные капюшоны с прорезями для глаз! Смотрелось это жутковато – словно ку-клукс-клан какой-то, подумал Димка. В руках парни держали короткие тяжелые копья и длинные луки, из колчанов за спиной торчали оперения стрел. В прорезях капюшонов блестели голубые глаза, – победители Квинсов смотрели на них с неким нехорошим интересом.

– Ну что, – сказал один из парней. – Знатная добыча. А ведь чуть Квинсам не досталась…

Димка вздохнул. Вот уж точно повезло, как утопленникам: из лап Квинсов они попали прямо в руки Нурнов…

* * *

Двое-трое Нурнов снова нырнули в кусты, – должно быть, проследить, что Квинсы не вернутся, – остальные собрались вокруг землян. Когда они сняли с голов кожаные колпаки, Димка увидел, что Нурны похожи на французов: смуглые, темноволосые, но с голубыми глазами. Лица у них были хмурые и вообще не слишком приятные. Сразу видно, что они не прочь напасть на кого угодно и отнять что угодно.

– Эк их развезло, – сказал один из них, должно быть, вожак. – Давайте лхором их поить, – а то ведь до заката проваляются…

Нурны сняли с поясов кожаные фляжки, и пошли среди ребят, что-то вливая им в рот. Когда очередь дошла до Димки, он едва не захлебнулся – черная густая жидкость походила на чайную заварку, но, в отличии от неё, оказалась отборнейшей гадостью – такая горькая, что у мальчишки брызнули слезы из глаз, а язык, казалось, вообще свернулся в трубочку. Отчаянно зажмурившись, Димка с трудом проглотил зелье: рот обожгло, но валяться беспомощной куклой и подавно никуда не годилось…

Жжение стекло в желудок, живот свело, по всему телу волной разлился жар – но всего через минуту Димка почувствовал, что оцепенение отпускает. Он с трудом сел и осторожно потрогал рану на бедре – вроде бы маленькая, но стрела вошла в мясо сантиметра на два. Больно…

Он потянулся за оружием, – но Нурны, конечно, уже собрали всё в кучу. Не пощадили даже посох Аглаи.

– Да к-как вы с… смеете, – заплетающимся языком возмутилась она. – Мы – перед… представители С… Советского Союза!

– Вы – наша добыча, – сказал вожак. – Ясно?

– А если нет? – хмуро спросил Сергей.

– Тому объясним, – вожак с резким звуком крутанул в воздухе тяжелое копье. – Нам чужих синяков не жалко.

– И что с нами будет? – спросила Аглая. С явным усилием, но она говорила сейчас совершенно нормально.

Вожак склонил голову, глядя на неё с неким неожиданным интересом.

– Что, что… К себе вас отведем, понятно? А там Йэрра – ну, вождь наш – решит, что с вами делать. Да ты не бойся, – успокоил он девчонку. – Мы тебе не поганые Хоруны, рабов не берем. Барахло ваше разберем – и свободны. Глядишь, ещё и вам чего-нибудь оставим, на развод, – он хохотнул, коротко и неприятно.

* * *

Влипли, влипли, влипли, влипли… – без конца крутилось в голове мальчишки во время пути к селению Нурнов. Как глупо… Нет, что за мир – спаслись от воров, попали к разбойникам… И не к благородным робингудам, которые в сказках разных маркизов там грабят и раздают их добро бедным, а к самым настоящим, которым кроме поживы всё пофиг. Эх, вломить бы им…

Увы, – как раз вломить-то и не получалось. Даже несмотря на мерзкое зелье Нурнов, тело ещё не отошло от квинсовской отравы. Димку «вело», и идти по лесу оказалось трудновато. Нести их рюкзаки разбойники, конечно же, и не подумали, навьючили на прежних владельцев, – забрали и несли сами только оружие. Земляне тащились короткой цепочкой, то и дело спотыкаясь и ругаясь сквозь зубы. Максим, было, попробовал огрызнуться – и тут же получил древком копья по хребту. Шуток Нурны явно не любили.

– Димк, я боюсь, – шепнула Машка, спотыкаясь.

– Ничего, прорвемся, – буркнул мальчишка.

– Разговорчики! – шагавший рядом Нурн взмахнул копьём.

Димка зло зыркнул на него, но возникать всё же не стал: не место и явно не время. Нурны ничуть не походили на веселых Виксенов – их прочная кожаная одежда больше напоминала доспехи. Стрела Квинсов такой явно не пробьет. Но жарко в нем, вон как вспотели… Ладно, пусть помучаются, фашисты недоделанные, будет и на нашей улице праздник…

Смешно, – но волосы у Нурнов были связаны в пышные «хвосты» на затылках, как у девчонок, они мотались в такт шагам, и каждый из них сзади походил на какающую лошадь. Димка чуть не захихикал, но всё же взял себя в руки. Настроение понемногу улучшалось: на настоящих разбойников-душегубов Нурны всё же не очень походили…

* * *

Переход оказался долгим: Димке показалось, что прошло несколько часов. Шли они через самый, что ни на есть дремучий лес, и он окончательно сбился с дороги: даже если и сбежишь, то как назад вернешься?..

Потом среди деревьев замаячил просвет – и, как-то вдруг, они вышли на берег небольшой речки. Речку перекрывала плотина, вроде бобровой, – а за ней, на небольшом холме, стояла самая настоящая крепость – тын из здоровенных бревен высотой метра в три. Над массивными воротами из толстенных плах поднималась дозорная башня – ну, пусть не башня, просто помост на столбах с крышей, – но после виксеновских «фигвамов» смотрелось всё это внушительно. Димка даже несколько оторопел: он-то ожидал увидеть жалкие шалаши, максимум – пещеру с награбленным добром, а тут такое!..

На башне, как положено, дежурила пара дозорных – тоже в коже, с копьями и луками. Увидев отряд, они засвистели.

– Эгей!..

– Вот это добыча!..

– Йэрра будет доволен!..

– Эй, открывайте! – крикнул предводитель отряда. – Не бойтесь Квинсов, – они драпали от нас как зайцы!..

По плотине они перешли речку и по извилистой на склоне тропинке поднялись к уже распахнутым воротам. Миновав их, Димка удивленно приоткрыл рот. Он увидел… ну, не город, конечно, – но самый настоящий поселок с небольшими круглыми домами, крытыми дерном и сложенными – офигеть! – из каменных плиток, проконопаченных мхом. Между них бродила такая же, как у Виксенов, живность – и девчонки. Босые, в коротких замшевых платьях, расшитых разноцветными бусами, с длиннющими темными волосами. Вовсе не забитые, чего Димка невольно ожидал. Напротив – они держались тут очень по-хозяйски, а вот парни сразу как-то застеснялись…

Земляне сразу оказались в тесном кольце. Никто ничего не говорил, – казалось, все чего-то ждали. Димка уже знал местные обычаи, и сразу понял, что вышедший к ним парень и есть Йэрра. Высокий, голый по пояс, – наверное, чтобы все вокруг могли видеть атлетическую мускулатуру, – в кожаных штанах и сапогах со смешными всё же цветными кисточками. Выглядел он, как дар свыше всему женскому роду, и Машка вздохнула. Димка зло зыркнул на неё – вот уж чего не хватало! Он пошарил глазами, но девчонки рядом с Йэррой не было. Странно…

– Что это? – спросил вождь таким тоном, словно к его порогу кто-то навалил кучу мусора.

– Добыча, вождь, – ответил предводитель отряда. – Мы их у Квинсов отбили, когда те их уже потрошить начали.

– Ясно, – Йэрра обошел пленных, внимательно глядя на каждого. Димка не дрогнув встретил его взгляд. Лицо у Йэрры было широкое, нагловатое такое лицо, а взгляд… не злой, нет – просто полный безграничного презрения к жалким червякам, попавшим ему под ноги. Он отошел к своему, наверное, дому и спросил:

– Откуда будете-то?

– Мы – представители Советского Союза! – немедленно заявила Аглая. – И мы требуем немедленно нас отпустить!

– Или что? – спросил Йэрра скучным тоном.

– Пожалеешь, – коротко ответил Сергей.

Йэрра хмыкнул. Такое он, верно, слышал далеко не в первый раз…

– Значит так, птенчики, – сказал он. – Сейчас каждый из вас подходит ко мне и вываливает барахло. Я решаю, что оставить вам, что мне. И без фокусов, – если кто дернется, будем бить.

– А потом что? – спросила Ирка.

Йэрра с презрением посмотрел на неё. Хмыкнул.

– А потом – гуляйте. Нужны вы нам… Мы вас, – он даже улыбнулся, – проводим, чтобы злые люди не обидели. А то эти Квинсы ведь гады – последнее отберут…

Нурны заржали. Димка сжал кулаки. Мало того, что ограбить хотят – так ещё и издеваются!..

– А если мы против? – спросил Сергей.

Йэрра посмотрел на него с каким-то новым интересом. Улыбнулся.

– А всё просто. Один из вас выходит драться со мной. До лежака. Победит он – мы вас отпустим со всем барахлом, слово вождя. Побежу… победю… верх возьму я, – не обессудьте. Заберем всё, что хотим. Вещи у вас в самом деле диковинные, такие из рук упускать грех…

– А давай, – Сергей вывернулся из лямок рюкзака, стащил рубаху. Рядом с Йэррой он вовсе не смотрелся атлетом, – и вождь хмыкнул.

– Что, лучше тебя никого нет? Ну, тогда не бойся, я не больно тебя побью.

Нурны снова заржали, и Димка вздохнул. Вождь их, верно, никогда не проигрывал поединков – да оно и не удивительно. Торс у него был как у статуй греческих богов, – пусть здесь и не растут, но мускулы накачать, выходит, можно. Да и двигался Йэрра жутковато, с некой небрежной плавностью – ни дать, ни взять, тигр, обходящий молодого глупого волка…

– Сергей… не подведи, – каким-то новым, обычным девчоночьим голосом сказала вдруг Аглая, и Сергей усмехнулся.

– Не подведу.

Он повернулся к Йэрре.

– Нападай. Ну?

Дураком вождь точно не был: он не побежал на врага, занося кулак, как делают обычно школьные драчуны, а – бросился ему под ноги. Димка ахнул, – такого он никак не ждал! – но Сергей каким-то чудом увернулся и даже пнул вождя в зад. Йарра зарычал, мгновенно вскочил на ноги, крутанулся на пятке, стараясь достать мальчишку сапогом. И…

Сергей поймал его за ногу, дернул, отступая назад – так быстро, что Димка понял это, лишь когда вождь всей спиной грохнулся на землю. Из кого послабей такое падение вышибло бы дух, – но Йэрра оказался крепок, тут же перевернулся на живот, и…

Сергей встал ему на поясницу, безжалостно отгибая захваченную ногу назад. Йэрра глухо зарычал, яростно дернулся, – но вырваться из хватки землянина не смог.

– Сдаешься? – спросил Сергей.

Йэрра зарычал, словно зверь, снова рванулся…

Сергей безжалостно повел его ногу вверх. Что-то отчетливо хрустнуло, лицо у Йэрры стало вдруг серым и каким-то неживым.

– Сдаешься? – повторил Сергей.

– С-с-с… сдаюсь, – прохрипел вождь.

– Ну, мы пошли тогда, – Сергей отпустил его ногу, и Йэрра сразу обмяк, – словно надувной матрац, из которого вдруг выпустили воздух. – Оружие верните, – повернулся он к Нурнам. Те хмуро смотрели на них, и Димка подумал, что победы просты только в сказках: вот велит сейчас вождь их заколоть – и что тогда?..

– Верните, – прохрипел Йэрра. – Я… слово дал, – он пытался встать, но пострадавшая нога пока не слушалась.

– Благодарю, вождь, – невероятно, но Сергей даже коротко поклонился!..

– Не благодари. За ЭТО – не благодарят, – Димка видел, что Йэрре мучительно стыдно говорить вот так, униженным, на глазах у всех. – Взял своё – иди.

Сергей кивнул. Димка обвел Нурнов взглядом. Все они хмуро смотрели на него – и лишь после короткого жеста вождя побросали оружие ребят на землю. К Йэрре подбежало сразу несколько девчонок, но он грубо оттолкнул их и кое-как сел, неловко подтянув поврежденную ногу. Сергей ему как минимум связки растянул, подумал Димка. Больно… А вот сам виноват, нечего было!..

Ребята молча и быстро разобрали оружие. Нурны расступились, открывая им путь к воротам. Черт побери, повезло так, как не бывает, подумал Димка. Если бы не Сергей…

– Как ты меня побил? – вдруг спросил Йэрра. Совсем другим тоном, чем раньше. С искренним таким интересом.

– Он побил тебя потому, что он пионер, а ты разбойник, – выпалила Аглая раньше, чем Сергей успел открыть рот.

– Кто? – спросил Йэрра удивленно.

– Пионеры – это смена, это – резерв, это – законнейшие наследники всего, что сделано и делается, – ввернула Аглая цитату из Горького. Йэрра ошалело заморгал. Похоже, для него это оказалось уже слишком.

– Это колдовство? – спросил он.

– Никакого колдовства не существует! – заявила Аглая. – Это предрассудки! Ты проиграл потому, что ты бандит и вор. Они всегда проигрывают.

– Почему? – спросил Йэрра.

– Потому что если бы ты не стал нас трогать, – Сергей не стал бы тебя бить, – снисходительно пояснила Аглая.

– Меня никто не мог побить! – с какой-то совсем детской уже обидой крикнул Йэрра.

– Это потому, что тут до сих пор не было пионеров, – ответила Аглая. – И потому, что ты сам понимаешь, что поступаешь неправильно, и потому всё время боишься, что найдется кто-то более сильный и надает тебе по шее. А Сергей не боится, потому что никогда не делал гадостей. Вот!

Димка хихикнул про себя. Положим, стекло в школьной столовой разбил тогда именно Сережка – не нарочно, конечно, хотел на спор попасть футбольным мячом в переплет и промахнулся. И сам сознался же, – но уж это Аглая за гадость не считала. Даже в пример ставила – мол, ошибиться каждый может, но если сам всё расскажет и извинения попросит, то не страшно…

Йэрра ошалело заморгал. Аглая собиралась ещё что-то сказать – скорее уж, целую речь о задачах и истории славной пионерской организации, – но тут Сергей перебил её.

– Всё, всё, ребята, пошли отсюда, не будем смущать местных товарищей, – быстро сказал он. Аглая попыталась что-то возразить, – но Сережка потянул её за руку и вреднючая девчонка – удивительно! – не вырывалась…

* * *

У подножия холма Димка оглянулся. В городке Нурнов царила странная тишина, часовых на вышке не видно, ворота так и остались открытыми – да уж, визит пионеров тут запомнят надолго…

– Не тормози, пошли отсюда, быстрее! – Сергей хлопнул его по плечу. – Погоня вряд ли будет, – но кто их знает…

– Но… – попыталась возразить Ирка, но на сей раз, уже сам Антон потянул её в лес.

– И куда нам идти? – проворчал Борька, когда зеленые своды сомкнулись над ними. – В какой стороне эта река?

– На западе, – Сергей посмотрел на косо падающие сквозь щели в листьях солнечные лучи. – Идем туда.

– Ничего себе поход начинается, – проворчал Эдик. – Сначала чуть не перестреляли всех, как кур, потом захотели ограбить, потом вообще чуть ли в рабство не взяли. Каждый день такое вот терпеть – сдохнуть можно от этого!..

– Каждый день такого не будет, – возразила Аглая. – Сейчас мы идем к Куницам, а они хорошие. Ну, за них Иван ручался, по крайней мере. А Волки так и вовсе самое приличное племя из всех, насколько я знаю.

– А эти, как их там – Горгульи? – спросил Эдик. – Это ж придумать надо ещё, – рыбе поклоняться! А вдруг это акула какая-то и они ей жертвы приносят? Человеческие?

– Не пори чушь! – Аглая взмахнула своим посохом так энергично, что Эдик отскочил. – Нет тут никаких акул! И жертв никто никаких не приносит.

– Ну да, ну да, – проворчал Эдик. – Просто налетают из кустов и грабят. Тут вот на одно приличное племя – два разбойничьих, а дальше что будет?..

– А неизвестно, – весело откликнулся Антон. – Иван говорил, что на островах живут ещё эти Морские Воришки – так то ж не на берегу. Таких вот разбойников, чтобы налетали и грабили, тут больше и нет вроде. Буревестники, говорят, тоже с гнильцой, – но они вроде мошенники просто…

– А Хоруны? – настойчиво спросил Эдик. – Мне Иван рассказывал, что они рабов берут! А бывает, что и убивают!

– Это чушь, – сказал Антон. – Нам ещё Льяти рассказывал же, что тут не умирают.

– Прямо вот так и не умирают? – вклинился Борька. – Даже если дубиной по башке дать?

– Ну, тогда, конечно, умирают, – ответил Антон. – Только потом снова оживают как-то. Никто толком не знает, правда, как и почему… Говорят, что это тоже Хозяева – вот поэтому ещё многие не хотят с ними бороться. Тут-то хоть вечно жить можно, – а как домой вернешься, так сразу состаришься и помрешь. Ну, так тут говорят.

– Я бы особенно в это не верил, – сказал Сергей. – Мало ли что бывает… Сволочи тут есть – это факт. И не такие, как вот эти, – он лениво указал назад, – которые в благородных пиратов играются, а настоящие. Которые и девчонок могут взять в рабство, и даже убить. Пусть мало их, но есть. И расслабляться не стоит.