Текст книги ""Фантастика 2026-163". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Кружевский

Соавторы: Денис Старый,Вадим Калашов,Сергей Богдашов,Алексей Ефимов,
сообщить о нарушении

Текущая страница: 214 (всего у книги 353 страниц)

– А не хочет. Мол, не его это дело. Равновесие, мол, то, сё... всему, мол, свой срок и свои обстоятельства.

– Во-во, – сказал Димка. – Это вы тут любите. Сиди на попе ровно, кушай манную кашку и радуйся, да ни о чем не думай, не то хуже будет.

– Ну, я-то не сижу, – Льяти пожал плечами. – Только, знаешь, мало что с того поимел – разные неприятности, в основном...

– Ключи-то откуда? – потребовал ответа Димка.

– Я их у Верасены спер, – мрачно признался Льяти. – А где он их взял – это ты у него спроси.

– Класс, – не менее мрачно сказал Димка. – Не удивительно, что тебя тут все гоняют. А зачем они тебе?

Льяти вздохнул.

– Я... ну, подслушал, что у Верасены есть ключи к Ключу, от Надира. Вот и захотел его взять, чтобы... да чтобы Хозяевам холку намылить, надоело мне тогда по лесам бегать, знаешь... Дойти-то дошел – а вот взять духу не хватило.

– Это как? – хмыкнул Димка.

– А там надо руку в Огонь Испытания сунуть и держать, пока он не погаснет, – буркнул Льяти. – А он, знаешь, жжет как настоящий – хотя и не жжет, просто ощущение такое. Я, наверное, минуту целую держал, а потом...

– Ясное дело, не выдержал, – понял Димка.

– А ты сам это попробуй, – буркнул Льяти. – Я там чуть сознания не лишился, думал, вообще с ума сойду...

– Серый возьмет, – уверенно сказал Юрка. – У него сила воли – во! Не нам чета.

– Может, и возьмет, – Льяти пожал плечами. – Но, говорят, подходит тот Ключ только одному человеку во всём мире, а кто тот человек – никто не знает. Может, и не тот, кто тот Ключ взять может, а совсем другой.

– Шаман говорил, конечно, – перевел Димка. – Плавали, знаем. "Большая колбаса будет съедена" и прочее такое всё.

– Что? – удивленно спросил Льяти.

– Это анекдот такой, – пояснил Борька. – Пришел, мол, князь Игорь к трем волхвам и спрашивает, не отравят ли его на пиру. А они ему про колбасу... Я тебе таких предсказаний сам сколько хочешь сделаю. Нехитрое дело – всякую бессмыслицу нести.

– Это не бессмыслица, – обиженно сказал Льяти. – Шаман вон Волков предупреждал, что из их войны с Хорунами не выйдет добра – так оно и получилось. Вроде лучше стало – а только и хуже, да так, что неясно как и исправить.

– Да ну тебя, – буркнул Димка. – Шаманов всяких слушать – так потом только под колоду забиться и помереть.

Они помолчали, глядя на берег. Игорь сказал, что лучше даже не причаливать, а так и плыть вдоль него на запад, до самого устья Грань-реки, где и разбить лагерь. При попутном ветре плавание займет всего дня три-четыре и это радовало Димку – пешком до западного леса пришлось бы топать неделю, а то и побольше...

– Интересно, как там наши ребята, – вздохнул Юрка.

– Искать их мы не пойдем, – жестко сказал Димка. – Двинем сразу на Безвозвратный Город. Если их там уже в рабство взяли – освободим. Если нет – потом подтянутся. А по лесам бегать начнем – так и у нас все разбегутся.

– И правильно, – добавил Игорь. – А то всеобщий энтузиазм, знаете, штука хорошая – только вот недолговечная. Пока-то у всех вдохновение – а если неудачи пойдут, то быстро всё рассыплется. Бывало тут такое...

Димка вздохнул. Это он понимал уже и сам. Вот же гадство, подумал он. Поднять народ на борьбу с рабовладельцами конечно, здорово, прямо Спартаком себя чувствуешь... но ведь теперь ему же за успех всего дела отвечать. И если он тут облажается, его погонят взашей, как сам он эту "Аллу Сергеевну". И ладно бы, но если весь поход провалится, а его друзья попадут в рабство...

Юрка, похоже, думал сейчас о том же самом.

– А всё же интересно, как там сейчас наши, – вздохнул он. – Макс-то с Верасеной ещё ладно, а вот Серый с Андрюхой и Антоном...

– Там Вальфрид их встретит, – сказал Льяти. – Характер у него конечно скверный, как у всего его племени, но вот предательства за ними не водится. Гостей они не привечают, это так, но рабов не держат и Хорунов ненавидят люто. Побить, конечно, могут, но выдать им ни-ни.

– Спасибо, порадовал, – буркнул Димка. Вот ещё и фашисты эти недобитые – и, глядишь, ещё и с ними придется отношения налаживать, а их ему не видеть ни хотелось, ни слышать...

– А Макс? – спросил Юрка. – Арии эти тоже...

– Ну, они-то ребята честные до изумления, – сказал Льяти. – Слово дают неохотно, но если дают, то держат до конца, – он вздохнул, похоже, вспоминая что-то... – А гостя предать для них и вовсе немыслимо. Да ещё и Вайми с ними – а он, знаешь, был говорят странник ещё круче меня, всё видел, всё знает... если помнит, конечно.

– Не доверяю я этому Вайми, – буркнул вдруг Игорь. – Ну вот ни чуточки. И вообще Астерам этим...

– Это почему? – лениво спросил Димка. Думать о том, что сейчас происходит с ребятами на самом деле не хотелось. Только изведешься весь без толку...

– А трусы все они, – убежденно сказал Игорь. – Бегают по степи, ото всех прячутся, маски из коры носят, чтобы никто даже морд их не видел, словно фантомасы какие-то...

– Вайми не трус, – обиженно сказал Сашка.

– А ты в деле его видел? – хмыкнул Игорь. – А то, знаешь, бывают такие герои – на словах-то они круче вареных яиц, а как до драки доходит, так в кусты.

– Не трус он, – буркнул Сашка. – Здоровый и вообще...

– Ну и что? – спросил Игорь. – У нас в классе Севка Вакулин был – высоченный, здоровенный, двух меня сделать можно... Но при том – трус страшный. Ему в морду сунут – а он сразу на попу сядет и скулить. Заячья душонка... Если эти Астеры все такие отважные, то отчего ж это они всех боятся?

– Они не боятся, у них просто обычаи такие, – буркнул Сашка.

– Очень удобные обычаи, – ответил Игорь, проверяя, как ходит в ножнах его нож. – Здесь такое, знаешь, очень любят – придумать какое-нибудь оправдание тому, чтобы ничего не делать. Заветы, мол, предков, ещё чушь всякая... а на деле – лень и трусость обычные.

– Да ладно, чего парня за глаза трепать? – буркнул Димка, усаживаясь. – Если встретим – то посмотрим, как и что. Если нет, то и говорить не о чем. А пока знаете что? Помолчим. Кто знает, когда ещё нам так же посидеть удастся...

Они замолчали, глядя на едва заметные на горизонте горы. Пока ещё очень далекие – путь им предстоял неблизкий...

Глава Четвертая:
гости из Будущего

Над седой рекой таёжной,

Солнце катит белым шаром.

Дружбой, крепкой и надёжной,

Край наш славится недаром.

Нам на месте не сидится -

Вечно молодость крылата.

Бить баклуши - не годится:

Мы - масштабные ребята!

Мы пройдём глухою чащей,

Невозможное добудем.

Мы найти сумеем счастье

И его подарим людям!

За мечтою, самой дерзкой,

Все уходят в путь когда-то:

Всюду, если приглядеться,

Есть масштабные ребята!

Каждый день для нас - как праздник,

Вся Земля - как на ладони.

Дел, невиданных и разных,

Хватит нам на нашу долю!

Что нам - ливни, что нам - ветры,

Что нам - сосны в три обхвата.

Не считаем километры:

Мы - масштабные ребята!

Музыка: Павел Аедоницкий.

Слова: Михаил Пляцковский.

Проснувшись, Антон ошалело помотал головой. Вчера, едва выбравшись из подземелья, он заснул как убитый – и видел сны... и сны... и сны... которые сейчас никак не мог вспомнить. И к счастью, если подумать...

– Ну вот, ночью нас никто не сожрал, – сонно сообщил Серый. – Багряный Лес – вот он. Любуйтесь.

Мальчишка ошалело распахнул глаза. Они заснули на какой-то поляне в лесу – на шубах, ясное дело, потому что спальных мешков давно не осталось. С западной стороны темнел каменистый, обомшелый склон горы. На нем серела бетонная заплата с черным проемом двери. Но ничего больше знакомого тут не было. Вокруг поднимались могучие деревья с красной, словно сафьян, корой, оплетенной толстыми темно-зелеными лианами. И лианы, и кора были усеяны пятнами светло-зеленых лишайников. Между них росли густые россыпи ярко-розовых разнокалиберных "кувшинчиков" с откинутыми крышечками. Землю покрывали ежевидные кустики – сочно-желтые, черно-зеленые, ярко-фиолетовые. Вверх тянулись небольшие желтые цветы на толстых стеблях. Некоторые цветы – всего с двумя лепестками – напоминали разинувших пасти небольших змей. Над поляной нависали могучие ветви, но листвы на них не было – только гроздья разнокалиберных пузырей удивительно густого темно-фиолетового цвета. Всё это выглядело так, словно они оказались где-нибудь на Венере. Воздух тут был густой, влажный, очень теплый, но всё же не жаркий и не душный, каким был воздух в западном лесу. Похоже, они всё ещё находились в горах, довольно высоко над ним. Пахло здесь, наверное, миллионом разных вещей и Антон замер, оглушенный. Здесь всё было... чересчур. Слишком ярко, слишком пёстро, слишком... сочно. Да, вот верное слово. Все цвета тут были слишком густые, словно на картине какого-то импрессиониста... или экспрессиониста... а, черт, какая разница...

Мальчишки поднялись, разминаясь и потягиваясь. Судя по солнцу, продрыхли они, в общей сложности, часов наверное двадцать – но это явно пошло им на пользу. Антон по-прежнему ощущал ломоту во всём теле и пятки при каждом шаге по-прежнему болели – но уже вполне терпимо. Сергей крутил кистью руки – к счастью, он её не сломал, а только растянул связки, да и то, как оказалось, не сильно. По крайней мере, теперь всё было в норме. Более-менее.

Приведя себя в порядок, Антон подошел к проему входа. Когда-то его запирала литая железная дверь, сейчас настежь распахнутая. За ней начиналась крутая бетонная лестница. Она несколькими маршами спускалась куда-то в кромешную тьму – и идти туда не хотелось. От одной этой мысли мальчишку передернуло. Он попробовал закрыть дверь – но она так проржавела, что даже не двинулась с места.

– И куда дальше? – спросил Андрюха, подкидывая в руке копьё. Антон вспомнил, что оставил "шмайссер" внизу. Черт. Ведь даже разряженный автомат вполне мог пугать...

– Туда, – Серый указал на лес. – Пойдем искать этих... Маахисов.

– А где? – спросил Антон. – Вальфрид сказал, что они живут в крепости у озера, но где то озеро, не объяснил.

Сергей пожал плечами.

– Пойдем прямо на восток. Если никого не встретим до конца этого леса, то... посмотрим.

* * *

Идти по Багряному Лесу оказалось нелегко. Он был, к счастью, не таким темным и страшным, как западный лес – похоже, они и впрямь находились на каком-то плато. Но и здесь повсюду мирно догнивали упавшие стволы, сучья и прочий растительный хлам, сверху сетями свисали лианы. В общем, вся данная территория вполне сошла бы за серьёзное противопехотное препятствие. Мальчишки упорно пробирались вперед, их животы недовольно урчали – позавтракать не получилось, нечем было, и Антон мрачно думал, что надолго их не хватит. Несмотря на буйство жизни вокруг, ничего явно съедобного здесь не наблюдалось – ни грибов, ни, тем более, ягод. Иногда мелькала какая-то живность, но так далеко и так быстро, что об охоте оставалось лишь мечтать.

Багряный Лес тянулся и тянулся, время уже явно перевалило за полдень и Сергей решил поискать место для привала. Наконец, они выбрались на поляну, обрамленную свисавшими с ветвей каскадами гладких, приплюснутых фиолетовых пузырей, между которыми торчали маленькие гроздья других, крошечных и желтых. Кое-где на стволах росли другие, болотно-зеленые "кувшинчики", без крышек, зато в редких розоватых шипах.

Но Антон обалдел не от вида необычной растительности – на неё он тут уже насмотрелся досыта – а от вида стоявшей посреди поляны девы. Она была старше всех, кого он видел в этом мире – лет уже около шестнадцати. И вполне... оформленная. Заметить это он смог безо всякого труда: из одежды на ней был лишь плетеный поясок с весьма скромным по размером передничком и разноцветные бусы, намотанные на запястья, щиколотки и талию. Лицо у неё было короткое и широкое, с длинными, широко посажеными глазами, небольшим курносым носом, пухлогубое – в общем, очень, очень симпатичное. За него хотелось взяться руками – и зацеловать до полного одурения. При этой мысли Антон ошалело помотал головой. Начинать знакомство с вот такого уж точно никак не годилось.

Но самой впечатляющей... деталью этой девы была, безусловно, её грива – золотисто-черная, блестящая, раза в четыре наверное шире её и так не узкого лица. Верхняя её часть была схвачена чем-то вроде сетки из светло-фиолетовых, белых и бело-розовых цветов, похожих на фарфоровые чашечки, таких свежих, словно они росли там. Пониже в эту гривищу были вплетены узкие, ярко-зеленые листья, а венчали всю картину сережки из громадных ярко-синих бусин. Кожа у девы была темно-золотая и буквально сияла на солнце. Антон поймал себя на том, что откровенно пялится на её удивительный подтянутый живот и небольшую крепкую грудь, вообще ничем не прикрытую – и вновь ошалело помотал головой. В руке дева держала какой-то толстый чешуйчатый стебель. Лишь заметив на её офигительной формы бедре небольшой аккуратный колчан, туго набитый короткими стрелками, мальчишка понял, что это духовая трубка. С другой стороны висел вполне современный кинжал в ножнах.

Антон ошалело оглянулся – но, конечно, друзья смотрели на него с таким же изумлением. Он сглотнул и вновь перевел взгляд на девчонку. Она явно не испытывала ни малейшего смущения при виде трех незнакомых ребят и смотрела на них словно на новую интересную книгу.

– Итак? – спросила дева вполне начальственным тоном. – С кем имею честь?

– Тошка... ой, то есть, Антон Овчинников, пионер Советского Союза, – с достоинством представился мальчишка.

– Андрей Гаюнов, пионер Советского Союза, – представился Андрюха.

– Сергей Малыхин, пионер Советского Союза, – представился Серый. Он вспомнил местные обычаи, прижал скрещенные руки к груди и вежливо, слегка, поклонился.

– Очень приятно, – дева помолчала, разглядывая ребят с неким профессиональным даже интересом. – Я – Файму Йэннти, предводитель и вождь племени Маахисов.

– Ну вот, тебя мы и искали.

Файму не ответила и всё ещё смотрела на них с неким непонятным интересом.

– Я давно мечтала увидеть настоящих пионеров. Вы очень необычны, – наконец сказала она.

– Ну вот, увидела. И что? – Серый набычился. Безграничная самоуверенность девчонки очевидно его раздражала.

– Я вас допрошу, – Файму убрала духовую трубку в перевязь на бедре и очень земным жестом потерла руки. Жест этот в её исполнении получился... многообещающим.

– Прямо тут? – вырвалось у Антона.

Файму склонила голову к плечу, с любопытством глядя на него.

– Мой дом в часе ходьбы – и тут это единственный дом. Вы уверены, что хотите тратить время на дорогу?

– М... нет, – буркнул Антон. Он как-то вдруг вспомнил, что не знает, как выбраться из этого проклятого леса, а вот она как раз знает и это его злило. Как и вообще любой мальчишка, он не привык зависеть от какой-то девчонки.

– Прекрасно, – Файму вновь внимательно осмотрела ребят. – Вам не жарко?

Её намек был вполне ясен и Антон вдруг густо покраснел. Тут было конечно же жарко – но раздеваться как-то не хотелось. И без того ситуация получалась... двусмысленной.

– Нет, – коротко ответил Серый.

Файму повела коротким носом.

– От вас пахнет потом, – нюх у неё был явно очень и очень хороший, ведь стояла она шагах в двадцати...

– Ничем от нас не пахнет, – буркнул Антон.

– Пахнет, – констатировала Файму. – Вам жарко, вы потеете и нет смысла это отрицать.

– А какое тебе дело? – уже зло спросил Серый.

– Это невежливо, – очень спокойно заметила Файму.

– И что?

– Я у себя дома. Вы нет. Думаю, следует проявлять уважение.

– Уважают тех, кто ведет себя вежливо. Тех, кто задирает нос, не уважают.

– Я здесь правитель, – вновь очень спокойно заметила Файму. – И меня учили, что правителей нужно уважать.

– Это почему? – спросил Сергей. Разговор получался какой-то дурацкий и Антон тоже начал злиться.

– У меня два брата, – нейтральным тоном сообщила Файму. – Поэтому меня обычно уважают.

– И что? – спросил Сергей.

– Как бы тебе это сказать... – Файму вновь склонила голову к плечу, глядя на мальчишку с неким непонятным интересом. – Дэй! – крикнула она куда-то в заросли.

Заросли заколыхались и оттуда выбрался мальчишка лет десяти на вид – тоже одетый в шнурок, невероятно лохматый и очень, очень стройный. Худенький, проще говоря.

– Дэй Йэннти, младший брат, – представила мальчишку Файму. – Так и тянет обидеть, не так ли?

Антон тоже посмотрел на мальчишку с неким профессиональным интересом. Дэй смотрел на них смущенно, из-под гривы черных спутанных волос смешно торчали ухи. Которые в самом деле очень хотелось покрутить.

Файму внимательно смотрела на землян. Ребята смутились. Антон как-то вдруг вспомнил, что Серый в школе натурально надрал ухи мальчишке того же примерно возраста – за весьма нелестные высказывания о своей особе. Попало в итоге обеим – Серому за хулиганство, а мелкому – за неуважение к старшим...

– Но я бы не стала это делать, потому что... – Файму сделала эффектную паузу и вновь крикнула в заросли: – Талка!

Из зарослей – на сей раз бесшумно – выскользнул ещё один парень – уже лет четырнадцати. Очень поджарый, стройный и мускулистый, несмотря на возраст. Кожа у него была темнее, чем у прочих представителей семейства – словно он проводил дни напролет на солнце. В руках он держал короткое копьё с длинным, похожим на меч наконечником. Ни фига кстати не каменным – он ослепительно сверкал. Нержавеющая сталь, наверное, подумал Антон. Интересно...

– Талка Йэннти, – представила парня Файму. – Средний брат. Мораль, я думаю, понятна?..

– Вполне, – Серый смотрел на Талку с неким нехорошим интересом. Двигался тот... страшновато, честно говоря. Мягко, бесшумно – и очень, очень быстро. Да уж, подумал Антон. Сразу видно, что парень не только гордился собой, но и не жалея себя развивал то, что было даровано природой...

Он тоже с интересом посмотрел на Талку. Тот был лохмат, одет в шнурок и ободран от постоянного лазания в зарослях. Его синие глаза словно светились на темно-золотом лице. Очень симпатичном, честно говоря. Хотя, вдруг с усмешкой подумал Антон, в нем есть всё же нечто девчоночьё. Слишком мягкие очертания лица, длинные волосы, гладко сплавленные мышцы, даже изгибы бедер – талия у парня была где-то на уровне пупка... Интересно, откуда они все, подумал он. Наверное, с какой-то тропической планеты.

Талка тоже смотрел на него с откровенным любопытством. Без всякого там подозрения. Хотя имя у него на земной вкус всё же смешное, подумал Антон.

– Итак? – спросила Файму. – Что вы здесь делаете?

А в самом деле, что? – подумал Антон. Что мы вообще от них хотим-то? Нет, понятно, конечно – чтобы они провели нас через лес и вообще помогли разобраться с Хорунами. Только вот просить их как-то не хочется. Они же явно хотят, чтобы мы сказали им, что они офигенно круты и самые-самые лучшие, вот где смех-то...

– Мы ищем проход в восточные степи, – деловито сказал Серый.

– А, ну да, – Файму широко улыбнулась. – Конечно. Но раз вы сюда пришли – то знаете и как выйти, не так ли?

– Знаешь, за нами гонится целая орда Хорунов и мы ищем тех, кто готов помочь нам убраться от неё, – Серый тоже смотрел на неё с усмешкой, но уже ощутимо нехорошей. – Не говоря уж о тех, кто готов драться с ними.

– Как удивительно, – Файму протянула руку. Средний брат бросил ей копьё. Она ловко поймала оружие и вдруг повернулась на пятке. Тихий шелест – и трава вокруг неё полегла идеально правильным кругом. – Полагаю, что нас это не касается.

Антон сглотнул. Движение оказалось таким быстрым, что он не успел его даже разглядеть – только мгновенный блеск стали. И наконечник копья был любовно заточен с двух сторон – им можно было не только колоть, но и рубить, как алебардой. Интересно вот только, кого, не зайцев же на охоте...

Серый, однако, и ухом не повел.

– Так вы нам поможете или нет?

– Нет, – неохотно признала Файму. – Мы не лезем в чужие разборки, – похоже, ей было всё же стыдно.

– Боитесь?

Файму гневно фыркнула.

– Вот ещё! Нет.

– Ленитесь?

– Нет!.. – Файму задумалась, подбирая аргументы. – Мы не помогаем слабакам, – наконец нашлась она. – Если вы хотите нашей помощи – вы должны её заслужить.

Сергей усмехнулся.

– Отлично. Давай устроим поединок. Я и твой брат. Если я проиграю – мы идем своей дорогой. Если нет – вы нам поможете. В рамках разумного, конечно.

Файму задумалась. Внимательно посмотрела на него, потом на брата. Пожала плечами.

– Согласна. Но не на копьях. Я не хочу ненужной крови.

– На кулаках?

Файму поморщилась.

– Не люблю драки. Это... грубо. Но можно сделать деревянные мечи. М? – она повернулась к Талке.

Брат забрал у неё копьё и прошелся по опушке, высматривая что-то в ветках. Молниеносный взмах – и одна из них, довольно толстая, кстати, была срублена. Копьё казалось не очень подходящим для такой цели – но Талке это не слишком-то мешало...

Через полминуты он, так же легко, срубил вторую ветку. Потом подошел к Файму, вопросительно глядя на неё. Её рука утонула в чёрном облаке волос и вынырнула из его непроницаемых глубин с узким ножом из синевато-зеленого прозрачного кристалла. Это оружие казалось очень хрупким – но, судя по тому, как бодро полетела из-под него стружка, его кромки истончались до невидимой, убийственной остроты. Антон невольно задумался, откуда тут оно...

Всего за несколько минут Талка изготовил из веток два вполне приличных деревянных меча. Ловкость его рук говорила о многолетней практике и Антон подумал, что подобные поединки случаются тут довольно часто...

– Сойдет, – сказал Серый, изучая оружие. За настоящий тренировочный меч оно бы не сошло – но для пары-тройки поединков вполне годилось. – Приступим?..

Талка насмешливо взглянул на него и взял наизготовку второй меч. Глаза его азартно блестели. Антон с сомнением посмотрел на Серого. Тот, конечно, занимался в фехтовальном кружке – но назвать его мастером клинка Антон всё же не смог бы. А Талка, может, и походил на девчонку, но был очень шустрым, гибким и подвижным. Совсем как Льяти – только, наверное, ещё шустрее...

Опасался он, однако, напрасно. Может, Серый и не был мастером клинка, но преподанные ему уроки он усвоил очень хорошо. Раз – и его "меч" словно обвился вокруг "меча" Талки, уводя его оружие в сторону. Два – и Серый прыгнул вперед, от всей души врезав противнику ногой в живот. Талка с размаху грохнулся на спину, "меч" вылетел из его руки. Три – и Серый вновь прыгнул вперед, гордо водрузив ногу на грудь Талки и приставив "меч" к его горлу. Да уж, с усмешкой подумал Антон. Серый – он такой.

– Сдавайся, – с усмешкой сказал Сергей.

Талка ошалело моргнул, лицо его стало растерянным и каким-то удивленным. Где-то на секунду. Потом, вдруг заорав дурным голосом, он отбил "меч" Серого в сторону. И...

Как оказалось, гибкий таз позволял Талке поднимать ноги очень высоко – чем он с удовольствием воспользовался, пнув Серого в задницу. Тот на миг потерял равновесие – и Талка вывернулся из-под него, изо всех сил дернув за ноги. Серый упал и мальчишки покатились по траве, яростно брыкаясь. Борьбу Серый тоже знал неплохо и попытался поймать Талку в захват. Тот, однако, как-то извернулся и всадил зубы ему в руку.

Теперь уже Серый заорал нечеловеческим голосом. Антон не знал, чем бы всё это кончилось – но тут, как-то вдруг, рядом с драчунами оказалась Файму. Сцапав мальчишек за загривки, она безо всякой видимой натуги поставила их на ноги, оторвала друг от друга и встряхнула. Вроде бы слегка – но так, что зубы у обеих звонко лязгнули.

– Хватит! – сказала она, отпуская мальчишек и одновременно отталкивая их ещё дальше в стороны. Серый замер, невольно поднося руку ко рту. Антон увидел, что она прокушена сверху и снизу, сразу в четырех местах. Довольно глубоко, судя по тому, что из ранок бодро текла кровь.

Талка, оскалившись, смотрел на него. Антон увидел, что у него есть клыки, как у рыси. Клычки, скорее, недостаточно большие, чтобы серьёзно ранить – но, как оказалось, вполне достаточные для того, чтобы пребольно укусить. Ой, блин, подумал он. Маахисы же, наверное, не люди. Точнее, не совсем люди. Точно не те люди, к которым он привык.

– Он меня укусил! – возмущенно сказал Серый. – Так нечестно!

– Надеюсь, не отравится, – Файму снова как-то вдруг оказалась рядом, осматривая его руку. – Давно мыл?..

– А вот нефиг в меня шипы втыкать, я тебе не ледник! – возмущенно заявил Талка. На груди у него в самом деле виднелись кровавые следы от шипов горного ботинка. Да уж, подумал Антон. Мне бы такое тоже не понравилось. Конечно, будь меч Серого настоящим – Талка, как минимум, остался бы без руки, но победителей не судят, как известно...

– Тебе повезло, вена не прокушена, – сообщила Файму, закончив осмотр. – Дэй!

Младший брат шустро ломанул в заросли. Через пару минут он вернулся с каким-то пухлым листом. Вновь достав нож, Файму очень ловко разрезала его вдоль и приложила к ране, плотно примотав половинки сорванным с ближайшего дерева тонким, похожим на проволоку стеблем.

– Ну вот, до свадьбы заживет, – заключила она.

Серый с сомнением посмотрел на руку. Местная медицина точно не внушала ему доверия – но, судя по всему, боль начала всё же стихать.

– Спасибо, – буркнул он, всё ещё многозначительно посматривая на Талку. Тот осторожно трогал дырки от шипов пальцем, всем своим видом являя оскорбленную невинность. Получалось у него, надо сказать, хорошо.

– Боюсь, что благородное искусство фехтования у нас не очень развито, – сказала Файму, уже довольно ядовито. – Разве что на копьях, – она посмотрела на копьё в своей руке и кинула его назад, среднему брату. Серый заметно напрягся, но Талка не стал делать ничего такого – просто сложил руки под наконечником и замер, словно изображая статую рыцаря в каком-то древнем замке. Неубедительно. – Могу также предложить бой на ножах и стрельбу из лука – но, конечно, не друг в друга, а в мишень.

– Нет, спасибо, – буркнул Серый, баюкая прокушенную руку. Может, Талка и походил на девчонку, – но, как оказалось, физическое насилие будило в нем зверя. В самом что ни на есть прямом и грубом смысле.

– Тогда что? Испытания на выносливость? – ещё более ядовито предложила Файму. – Кто дольше всех провисит на одной руке? Кто дольше всех продержит лицо в луже? Кто дольше всех просидит голым задом в муравейнике?

– А что, у вас и так делают? – ошалело спросил Антон.

Файму задумчиво посмотрела на него.

– Обычно нет. Но для тебя можно сделать исключение. Тут поблизости живут замечательные бурые муравьи. За пять минут могут обглодать до костей. Усиленно рекомендую.

– Да ну тебя! – Антон смутился.

– Ещё можно развести большой костер, завалить его зелеными ветками и всем лечь на них. Тот, кто испечется последним, выигрывает.

– Да ну тебя!.. – повторил Антон, передернувшись. Идея печься в костре на манер картошки его как-то не вдохновила. – Предложила бы что нормальное.

– Гм, – Файму прикусила палец, всем своим видом изображая глубочайшую работу мысли. Её обнаженные бедра сияли на солнце и Антон вновь поймал себя на том, что откровенно пялится на них. Неправильно, конечно, – но он ничего не мог с собой поделать. Дома девчонки как-то не решались щеголять в таких откровенных... э-э-э... костюмах. Да и такой вот удивительно сочный золотой цвет кожи, одновременно яркий и насыщенный, встречался дома нечасто. Как и обычай носить крупные бусы из темно-синего, в тон глаз, стекла, – на запястьях, щиколотках, шее, одну нитку в волосах, и ещё несколько ниток мелких бус на бедрах. Антон, конечно, понимал, что носить их на таких вот местах неприлично – но был вынужден признать, что в этих оттеняющих золотой цвет её кожи бусах Файму выглядит очень соблазнительно... – Состязание в сложении стихов? – радостно предложила она, словно не замечая его ошалевшего взгляда.

– Ы? – невольно выдал Андрей. Стихи писали они все – но показывать их хоть кому-то Антон не решился бы даже под страхом расстрела.

– Состязание в написании портретов? – продолжила Файму. – Модель, к счастью, есть, – она повернулась вполоборота, словно желая окончательно добить мальчишек.

Антон покраснел. Рисовал он совсем неплохо и уж точно бы не отказался нарисовать её – но точно не в миг, когда на него пялятся два её брата.

– Гм! – Файму на сей раз прикусила кончики двух пальцев. – Состязание в вязании котов из цветной шерсти? – по её тону было ясно, что уж тут она даст фору кому угодно. – Прополка огорода на скорость? Тремолирование улиток?

– ЧТО? – невольно вырвалось у Серого.

– Тремолирование, – спокойно пояснила Файму. – Сиречь, дрессировка улиток таким образом, чтобы они сами собой составлялись в надписи, одновременно приятные и назидательные...

Дэй вдруг хихикнул в кулак и Антон заподозрил, что их просто водят за нос. Файму мгновенно развернулась к младшему брату – но тот так же мгновенно принял Невинный Вид, заложив руки за спину и с крайним интересом глядя на свою босую ногу, деловито ковырявшуюся в траве.

– Да ну вас! – повторил Серый. – У вас тут под боком Хоруны живут, а ты мне про это... тремолирование.

– Живут, конечно, – она с усмешкой посмотрела на него. – Мы с ними всё время тут... играем. Они пробираются ночью в наш лес, а мы их тут ловим.

– А как ловите-то? – спросил Серый. – За бока хватаете?

– Нет, – Файму улыбнулась, выхватив из колчана крошечный дротик. – На нем яд побегов чвэй. Не смертельный, но парализует так, что лежишь в самом деле как убитый. А ночью в лесу ни фига не видно, знаешь... Стрелять приходится на звук, на запах, даже на тепло... Очень обостряет чувства.

– А как вы тогда своих от чужих отличаете? – ошалело спросил Андрей.

– Слышно же, кто как двигается, – удивилась Файму. – В смысле, свой или нет. Ну и по запаху ещё.

Не фига ж себе, подумал Антон. Ну и ухи же тут у них. Эх, натравить бы этих Маахисов на Хорунов и устроить тем серьёзную, обстоятельную партизанскую войну, чтобы, наконец, разучились держать рабов... Только вот даже мечтать о таком смысла не было – и ежу было ясно, что за пределы своего Багряного Леса они и носа не высунут. Может, заманить Хорунов сюда? Серый, наверное, придумает, как... Но тут уж наверняка узнают Маахисы, и... об этом даже думать не хотелось.

– И часто приходится? – с интересом спросил Серый.

– Хоруны... весьма назойливы, – признала Файму. – Набеги иногда бывают. Конечно, без их верховых зверей и рабов. Только они сами. Поэтому набеги всегда неудачные, – она посмотрела на Талку и хихикнула. – Мы просто бегаем за ними по лесу и стреляем в них из духовых трубок. Или закидываем грибами чвых. От них масса спор, чихательных и слезогонных. Ещё шпионы бывают иногда. Или штурм крепости. Но это только когда всё их племя приходит.

– А у вас и крепость есть? – спросил Серый.

– Конечно! – удивилась Файму. – Сами построили. Хотите посмотреть?..

* * *

Земляне, естественно, хотели – а Маахисы не отказались их проводить. Только вот они решили не терять времени и понеслись сразу со всей дури, словно лоси – а угнаться за ними в их родной среде обитания оказалось... трудно. Лесников тут, похоже, за невежеством и недоумением не держали, и лес пребывал в природном своём состоянии. Только вот Маахисам на это, похоже, было наплевать – они прыгали со ствола на ствол, почти не касаясь земли. Лианы тоже не особо им мешали – напротив, никто не упускал случая ухватиться за свисавшую и проехать на ней несколько метров с радостным воплем. Похоже, сам процесс движения в родном лесу доставлял им живейшее удовлетворение. Антон же, решив последовать их примеру, тут же провалился по грудь в сгнивший ствол, растревожив колонию здоровенных белых личинок, вооруженных устрашающими жвалами.