Текст книги ""Фантастика 2026-163". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Кружевский

– Хан ихний, что ли? – то ли из-за длинных вислых усов, то ли ещё почему-то, но собакины напоминали Димке монголов из книжки. Здесь, в руинах разрушенного ими города, сходство совсем не казалось забавным.

– Да, типа того. На редкость неприятный тип. Как и любой король варваров.

От парня, одетого лишь в набедренную повязку из какой-то пёстрой шкуры это заявление прозвучало смешно... но смеяться Димке не хотелось. Он буквально шкурой чувствовал, что их приключения подошли к концу – в самом прямом и грубом смысле. Всего за шаг до победного завершения – в точности по законам жанра. Наверняка, Мастер заранее написал сценарий всего нашего похода и теперь наслаждается финалом, невольно подумалось ему.

– С такими соседями, как Ана-Ю и Вороны, кто угодно станет неприятным, – вдруг сказал Сашка. – А что касается "варварства"... Я боюсь, этим словом принято называть всё, чего не понимаешь и что представляет собой угрозу.

Димка удивленно взглянул на него, сам не понимая, как он может быть так спокоен перед лицом смерти, потом недовольно мотнул головой. Удивляться такому поведению друга было, наверно, просто подлостью...

Из рядов собакинов между тем выдвинулся очевидно толмач – тощий субъект в сером трико, с тускло-желтыми и охристыми полосами вдоль спины. Вокруг него всплыли и закружились в сложном танце разноцветные фигурки. Это напоминало диковинный цирковой фокус – но смысл представления был совершенно не веселый.

– Предлагают сдаться на милость Верховного Господина, – без труда перевел Вайми. – Иначе маналула всем и каждому.

Димку передернуло. Бог весть, слышал ли Вайми бессмертный анекдот про людоедов с его коронным "пусть будет смерть. Но через маналулу!" Но сейчас он ни фига не казался смешным. Ну вот ни чуточки.

Толмач между тем выдохся. Фигурки прекратили свой танец и скрылись в его карманах, как живые.

– Пять минут на размышления, – сказал Вайми. – Потом штурм.

Над головой гадко взвизгнуло, от кирпича стен брызнули осколки – словно там прошлась пулеметная очередь. Девчонки завизжали, прямо перед носом Димки плюхнулся отскочивший от стены дротик с расплющенным наконечником. Непростой, кстати, дротик – со свинцовым шариком между наконечником и древком, вроде древнеримской плюмбаты. Судя по глубине свежих выбоин в кирпиче, летел он почти что со скоростью пули. А над спинами воинов уже воспарили новые дротики – и было их... много. Очень даже.

Димке стало жутковато, когда он представил, что с ними стало бы, окружи их орда посреди голой степи. Но и так их положение было безнадежным – чтобы отстреливаться, лучникам надо было подняться из-за укрытия, а ничем хорошим это точно не кончилось бы. Да и стрел на такую орду просто не хватило бы, в любом случае...

– Долго мы тут не продержимся, – хмуро сообщила Файму. – Воды здесь нет, а фляжек хватит хорошо, если на сутки. И, если собакины не идиоты, они начнут закидывать нас тут какой-нибудь горючей дрянью. Масло у них уж точно есть.

– Доблесть не сгорает, – Вайми фыркнул, потом перевел взгляд на Димку. – Доставай свой агрегат. Пора уже.

Глаза Сашки натурально полезли на лоб, когда Димка вытащил из рюкзака автомат. Глаза Файму тоже – она зло уставилась на Вайми, явно до предела недовольная тем, что столь необычная здесь вещь прошла мимо её цепких рук. Но Димке было, в общем, уже наплевать...

– Ждать нечего, – быстро сказал Вайми, напрочь игнорируя гневный взгляд Файму. – Стреляй в Верховного Господина. Без него собакины не станут сражаться.

А может быть и станут, подумал Димка. Тогда нам всем конец. Но и ЭТО – была просто мысль. Одна из. Не больше.

Он передернул затвор и приложился к прицелу. Инфууо был почти что не заметен за сплошной стенкой бронированных телохранителей, неясно было, достанут ли его там даже автоматные пули...

Вайми между тем полез в свою сумку, достал добытый здесь, в руинах, нож. Рывком выдернул из ножен...

Теперь уже глаза Димки вылезли на лоб. Клинок ножа больше не был серым. Он пылал фиолетовым, потусторонним, жутким светом. Серебряные риски на его фоне казались мертво-черными, словно провалы в небытие.

От одного взгляда на это нездешнее сияние у мальчишки поднялись дыбом волоски на всём теле. Он буквально нутром чувствовал, что ЭТО – самая настоящая магия. И ни фига не добрая. Скорее, даже очень злая. Теперь понятно было, почему это Вайми сунул эту жуткую штуковину в тайник посреди дикой степи и зарекся брать её в руки...

– Чего ждешь? – спросил Вайми. Он неудобно скорчился за стеной – словно солдат перед атакой. Клинок в его руке сиял уже так, что свет резал глаза. И совсем не за счет яркости, нет...

Димка сдвинул переводчик огня на автоматику и вновь припал к прицелу. Он понимал, что сейчас настал решающий момент – во всей его жизни, в их походе, да и в судьбе всего этого мира – а может, и не только его... но думать об этом было уже слишком поздно и он нажал спуск.

* * *

Всё остальное слилось в сознании Димки в один безумный, бесконечный миг – бледно-золотистое пламя, забившееся у ствола... ударивший по ушам резкий треск очереди... бьющая по рукам свирепая дрожь отдачи... вспыхнувшее там, где стоял Верховный Господин, лиловое электрическое пламя...

В ослепленных глазах поплыли круги. Димка невольно отпустил спуск, не понимая, попал он или нет. По рядам собакинов пронесся дикий, гневный вой – и они волной хлынули в атаку.

* * *

Димка вновь нажал на спуск... но автомат молчал. Не потому, что кончились боеприпасы. Рукоятка затвора нелепо застряла посредине – перекосило патрон...

Невольно поднявшись на колени, Димка яростно дернул её – раз, другой, третий – но она не поддавалась, словно припаявшись к корпусу. Краем глаза он видел, как беззвучно почему-то орет Файму... как, встав на колено, Маахисы дают залп... как стальные нагрудники собакинов вдруг прорастают застрявшими в них бронебойными стрелами Ана-Ю... как со страшного лилового клинка Вайми раз за разом срываются вспышки тусклого на солнце фиолетового пламени... как собакины падают, переворачиваясь через голову... а потом что-то со страшной силой ударило его прямо в лоб. В голове вспыхнуло невозможно яркое, белое сияние – и всё погасло.

* * *

Очнувшись, Димка понял, что лежит головой вниз, на каких-то жутко неудобных, сырых и холодных комках. Упершись в них руками, он кое-как сел и осмотрелся.

Он сидел наверху груды обвалившейся земли, в какой-то тесной промоине, всё ещё оглушенный случившимся – похоже, дротик расколол ему башку и он умер... на какое-то время. Точно умер, потому что оказался в... в каком-то ДРУГОМ месте. Чертовски похожем на ад, на самом деле. Всего на миг – но на миг, растянувшийся в вечность...

Димка задумался. Это вот он помнил, пожалуй, плоховато – воспоминания то отступали, то подступали волнами. Мрак, пустота – и в этой пустоте голоса, вопящие, поющие, сводящие его с ума... если бы ЧТО-ТО не выдернуло его назад, в реальность, он бы точно свихнулся.

Димка яростно помотал головой, выбрасывая из неё совершенно лишние сейчас мысли, потом подобрал выпавший из руки автомат. А ведь попал он в... в этого их Верховного Господина. И крепко попал. Может быть – насмерть...

Всё ещё стараясь ни о чем не думать, он выбрался из промоины наверх, в степь. Сначала ему показалось, что вокруг ничего не изменилось... но это только на первый взгляд. Промоина, из которой он вылез, рассекала склон невысокого холма, выходя на поросшую травой равнину. За ней поднимались горы – те самые, на которые он смотрел всего несколько минут назад...

Димка несколько раз ошалело моргнул, буквально не веря глазам... потом вдруг разразился безумным, истеричным хохотом – от невероятного облегчения. Ему безумно, невозможно просто повезло – странная здешняя магия (или как там называлась эта воскрешающая чертовщина) не только сработала, но и не забросила его куда-нибудь в западный лес, в пустыню или на необитаемый островок где-то в Море Птиц. Нет – он был по-прежнему где-то в восточной степи, не дальше суточного перехода от лагеря, если судить по горам. И не так уж далеко от цели...

Он ошалело помотал головой и осмотрелся. Вокруг никого видно не было – ни людей, ни собакинов, ни зверей. Димка невольно подумал о том, что и все остальные так же удивленно сейчас пялятся на новые места... потом запретил себе думать об этом. Посмотрел на себя. Рюкзак его остался в лагере, но одежда и кеды были на нем. На поясе у него висит меч Вадима, в руке автомат...

Димка деловито разобрал его, выбросил застрявшую гильзу, собрал снова. Потом проверил магазин. К его невероятной радости, в нем осталось ещё четыре патрона – очень мало, но лучше, несравненно лучше, чем ничего...

Мальчишка вздохнул и сел на траву, стараясь успокоиться. Так. Самая главная проблема уже решена – у него есть оружие. Вполне боевой автомат и четыре патрона к нему. И меч. Очень крутой по местным меркам набор...

Отложив автомат, Димка пошарил по карманам. Ничего особого там не обнаружилось – ключи от его родной квартиры, кошелек с мелочью – всё это он таскал уже просто как воспоминания о доме. Большая петарда, найденная ещё среди барахла Хорунов и забытая – можно будет напугать какого-нибудь хищника, чтобы сэкономить патроны... Еды вот правда нет ни крошки – и как-то не очень похоже, что ей можно разжиться вокруг...

Об этом Димка тоже запретил себе думать. Так или иначе, но его рюкзак с припасами был вне пределов досягаемости. Теперь, на основе оставшихся ресурсов, он должен составить план. Общая задача – вернуться домой. Текущая задача – выбраться из степи в... да куда угодно. Или, хотя бы, отыскать людей. Любых – он уже понимал, что один просто погибнет в этой жуткой степи, не сегодня, так завтра...

Димка осмотрелся ещё раз. Вариантов было совсем не так много и он зашагал на юго-восток – к морю... и к Городу Снов.

* * *

Поднявшись на очередной небольшой холм, Димка замер, осматриваясь. Солнце уже заходило и перед ним лежала его длинная тень – словно дорога в страну мрака, который уже сгущался на восточном горизонте, над горами. С одной стороны ему пока дико везло – по крайней мере, хищники не показались за весь день ни разу, да здесь, в коренных землях собакинов, как говорил Вайми, их и не было, они всех извели. С другой стороны...

В животе в очередной раз заурчало и Димка вздохнул. Есть уже очень хотелось. Выросший в мире, где еда всегда была доступна, мальчишка не привык голодать и это оказалось... неприятно. Ничего съедобного за день ему тоже не попалось. Нет, если бы Димка оказался где-то в обычном лесу, который знал, как родной, он бы нашел, чем прокормиться. Но тут ничего не росло, кроме травы. Прокормиться тут можно было лишь охотой, а ему, как назло, не попалось по дороге ни одного тибиса или стага. Вернее попадались конечно – но вдали и Димка решил не тратить время на охоту. Он по опыту уже знал, что дело это долгое и чреватое разными неприятными встречами, да и приготовить добычу было, честно говоря, не на чем, а жрать сырое мясо он не смог бы...

Он смотрел вдаль – и потому едва не подскочил, заметив парня, сидящего на склоне, всего-то шагах в двадцати от него. Тот сидел спиной к нему, тоже глядя на близкие уже горы – целую страну немыслимо острых скалистых гребней. Ближайший к ним казался отлитым из морщинистой сине-фиолетовой стали, с голыми, очень крутыми склонами, облитыми сиянием заката, остальные поднимались за ним, уходя в сумрак зловещим частоколом острых пиков.

С трудом отведя от них взгляд, Димка посмотрел на парня. Ему вряд ли было больше лет пятнадцати. Широкоплечий не по годам. Одетый в коричневую кожаную безрукавку и такие же штаны. Откуда он тут взялся – Димка не представлял. Совсем. Но понял, что парень серьёзно болен... или ранен. Сидел он совершенно неподвижно, как-то странно скособочившись, и Димка вдруг подумал, что он вообще уже умер, только вот почему-то не упал...

Во рту вдруг пересохло, сердце забилось часто и сильно. Мальчишке захотелось уйти... но это было бы попросту глупо. Он глубоко вздохнул, уже привычно перебарывая страх, и сделал несколько шагов к неподвижному телу...

И едва не плюхнулся на задницу, когда "тело" вдруг вскочило, мгновенно повернувшись к нему – одним гибким, стремительным движением. Кровавым огнем вспыхнул меч – Димка лишь сейчас понял, что парень нарочно сидел так, скорчившись, чтобы он не заметил готового к бою оружия. И, конечно, увидел его уже достаточно давно...

На минуту он замер, глядя на меч. Меч был потрясающий – с узким, но толстым, рассеченным глубокими долами клинком, плавно заостренным на конце. И с вторым, коротким, широким клинком на затыльнике рукояти – таким можно драться и в кольце врагов, что само по себе говорило очень о многом...

Рука, сжимавшая этот меч, не дрожала, на плече – сложная татуировка, изображавшая орла, терзавшего змею. Татуировка была пыльно-серая, но в почти горизонтальном солнечном свете Димка видел её очень отчетливо. Как и её владельца. В самом деле парень всего лет пятнадцати, внимательный, стройный и ловкий. Правильное, хмурое лицо, в общем симпатичное, с большими темно-карими глазами и крупным чувственным ртом обрамляли лохмы густых темно-русых волос; они падали в красивом беспорядке на слабо блестевшую кожу загорелых плеч, но выглядел парень всё же неважно – словно его недавно драла стая злых собак. Или крысоволков, подумал Димка. Но им явно повезло намного меньше. Парень был потрясающим бойцом, это он понял сразу...

Димка вздохнул и помотал головой, стараясь уложить в ней все впечатления. За этот день случилось слишком много – начиная с его, Димки, смерти. Внезапное одиночество, эта вот странно пустынная степь, убийцы-собакины в цирковых костюмах... И – парень, словно из фильмов о Робин Гуде. Только – НАСТОЯЩИЙ. Вообще во всех возможных смыслах...

Парень между тем одним почти незаметным движением убрал меч – не глядя поймав остриём узкую щель ножен! – и прижал кулак к сердцу.

– Равха Вэкр из Детей Росы.

– Димка... э... Дмитрий Светлов, – Димка прижал к груди скрещенные руки и слегка поклонился, как тут обычно делали. – Будем знакомы?

– Будем, – тем не менее, Равха всё ещё пристально смотрел на него, как показалось Димке – удивленно...

Ну а Димка, понятно, смотрел на него. Явно повидавший виды кожаный костюм Равхи дополнял блестящий черный ремень с ножнами и что-то вроде индейских мокасин. Запекшиеся ссадины на теле не казались страшными – напротив, совершенно естественными. Органично дополняли, так сказать, его вполне героический образ...

– Знаешь, ты наверное первый парень, который не хватается за такую штуку, – Равха показал на болтавшийся на боку Димки автомат. Явно знакомый ему, несмотря на вполне средневековый вид.

Мальчишка смутился. На самом деле он так растерялся от неожиданной встречи, что даже не вспомнил о нем. Но это явно пришлось очень кстати...

– Да ну... ты не зверь какой-то же.

Равха хмыкнул.

– Это смотря для кого... Что ты здесь делаешь?

– В Город Снов иду, – буркнул Димка.

– Знаешь, как туда попасть? – Равха взглянул на него с внезапным острым интересом.

– Нет. Но Вайми знает. Если его тоже не убили, он приведет отряд к нему.

– А! – Равха энергично кивнул, словно это всё объясняло. – А зачем вам туда?

– Ну... – Димка задумался на миг. И понял, что врать совершенно не хочется. – У нас Ключ есть. И восприимец.

– Кто? – Равха даже не моргнул, словно слышал вот такое каждый день.

– Льяти. Из Виксенов.

– Он?.. – вот теперь Равха был на самом деле удивлен. – Ну... в общем, ожидаемо, – он подумал. Секунду. – Ладно. Пошли.

– Куда? – Димка слегка ошалел. Он и так шел уже целый день, почти без перерывов.

– К Городу Снов, конечно.

– Так ночь скоро же.

Равха хмыкнул.

– Ночью тут намного безопасней.

* * *

Димка стоял в странном, просторном и круглом помещении со стенами из тонких металлических стоек и огромных листов стекла. Каркас высокой, тоже металлической крыши сплетался высоко над головой сложной ажурной вязью. Равха стоял рядом с ним, но Димка сейчас смотрел вперед, не в силах перевести взгляд. Вокруг простерлась рассветная степь, зеленоватая заря бросала на неё призрачный отблеск – ещё темно, но уже не ночь.

Позади них, в гладком цементном полу, зияло широкое жерло колодца и лестница спиралью вела вниз, к подземельям форпоста. Огромная дверь за их спинами сейчас была открыта, в неё волнами вливался холодный ветер рассвета. Пол был на одном уровне с землей, отделенный от неё лишь низким бетонным бордюром. Земля за ним была неровная, кочковатая, поросшая высокой, уже начавшей сохнуть кустистой травой.

Далеко на востоке, на фоне темных гор, поднимались фонтаны золотого огня. Они бились на ветру, словно флаги, и над ними колыхалось палевое зарево, почти незаметное на фоне рассвета. Димка уже знал, что это горит газ, и что эта преграда от Ночных Стражей продержится недолго – до рассвета им надо спуститься вниз. А справа висел огромный и яркий узкий серп золотой Арисфены. Лицо Равхи, одновременно освещенное и лучами самой большой луны этого мира, и зыбкими сполохами пламени, казалось таинственным и чужим...

Димка искоса, не поворачивая головы, рассматривал его. Короткий, узкий нос, сильный, чувственный рот, высокие скулы, чистая, гладкая кожа... но на девчонку Равха не был похож совершенно. Скорее, в нем было что-то... нездешнее. То есть, ещё более нездешнее, чем в самом этом мире...

Его взгляд невольно скользнул ниже, на красивые мускулистые руки с грязными ладонями – совсем недавно им пришлось ползти на четвереньках, укрываясь в траве. Густая сетка подживающих рубцов на них не казалась страшной – напротив, внушающей уважение. И часа не прошло после заката, как на них таки налетела стая крысоволков... на этом их история и завершилась. Димка даже не успел ничего толком рассмотреть – быстрое мельтешение теней, тонкий посвист рассеченного воздуха, сочные, чавкающие звуки ударов, судорожный, быстро затихающий визг... в несколько секунд всё было кончено. Димку даже не поцарапало, лишь обрызгало теплой, остро пахнущей кровью. Равху тоже не задело... в этот раз. Но он ЖИЛ в этой степи – жил далеко не первый год, а за это время случалось очень всякое...

Одним словом, Димка понимал, что без него его отчаянный поход завершился бы тогда окончательно – и в тот раз его не спасло бы никакое везение. Равха спас ему жизнь – но опасность пока не миновала. Он сказал, что они здесь совершенно одни и рассчитывать ещё на кого-нибудь не могут – их жизни зависели лишь друг от друга...

* * *

Сейчас они молчали, глядя на восток, где ниже четкого силуэта зубчатых гор в небо в нескольких местах взлетали языки яркого, бездымного пламени. Мерцающее зарево призрачно колебалось, словно увлекая за собой сияние рассвета. Равха зажег этот огонь – и это до сих пор казалось Димке очень странным, словно он вдруг оказался во сне. Но его история здесь уже подходила к концу и так странно, наверно, в ней и должно быть, подумал он.

– Я знал, что эта история не бесконечна, но всё же странно присутствовать при её финале, – вдруг задумчиво сказал Равха и Димка вздрогнул от звука его голоса. И не только от звука – на какой-то миг ему вдруг показалось, что Равха видит сами его мысли...

– Ты про историю Ойкумены? – осторожно уточнил он.

– Да, её, – глаза Равхи всё ещё не отрывались от мерцающего вдали золотого огня. – Так долго, слишком долго...

Димке захотелось спросить, как долго Равха тут... но это было, пожалуй, невежливо. И так видно было, что пребывание в этом мире не приносит ему никакой радости. И, наверно, никогда не приносило...

– Теперь уже недолго, – буркнул он. – Я надеюсь.

– В этот раз всё кончится, так или иначе, – странно мягко сказал Равха. – Я чувствую это. Наверно, это к лучшему. Здесь нет цели, только чувства и запреты.

– Надеюсь, что кончится всё хорошо, – вновь буркнул Димка. – Льяти вроде не такой уж плохой парень. И мне, наверно, удалось убедить его... освободить нас. Всех.

– Всё кончится так, как суждено, – голос Равхи был печальным. – Ты сам знаешь: глупцы любят слушать только себя, не других.

– А Льяти глуп? – смешно, но сейчас Димка был обижен. Несмотря на далеко не радужные чувства к Льяти.

– Расстояние между животным и божеством измеряется долгом. А он разве знает, что такое долг?..

– Не знаю, – буркнул Димка. – Но постараюсь объяснить. Пока ещё можно.

– Долг – не та вещь, которую можно ОБЪЯСНИТЬ.

– Да ну тебя! – разозлился Димка. – Знаешь девиз пионеров? Ну, той организации, в которой состою и я? "Не пробуй – делай! Не думай – будь! Не ищи – бери!"

Равха вдруг улыбнулся – всё ещё печально.

– Тогда делай и будь. Как бы то ни было, все наши действия идут в завершение наших будущих дней.

* * *

Димка удивленно моргнул, как-то вдруг поняв, что ночь уже ушла. Небо посинело, земля стала отчетливо видна – волшебство рассвета умирало...

Равха молча повернулся – и быстро побежал вниз по лестнице. Она упиралась в большие, тяжелые двери из стали, покрытой гладкой белой эмалью, к облегчению Димки, незапертые. Равха с усилием повернул массивное запорное колесо – и, миновав дверь, они вышли во мрак подземелья. Только сложная сеть фиолетовых линий слабо светилась впереди, как бы плавая в темноте. Как рассказал по пути Равха, тут когда-то был форпост Города Снов, давным-давно покинутый, но почему-то сохранившийся в целости – может быть потому, что тут была уже земля Ночных Стражей и собакины не решались заходить сюда...

Заперев дверь, он взял Димку за руку. Тот невольно вздрогнул, ощутив пожатие его крепкой прохладной ладони, но страшно ему не было, не с ним. Рядом с Равхой страх вообще казался... неуместным.

– Не зажигай здесь свет, не надо, – быстро сказал Равха, увлекая его в темноту. – ОНИ этого не любят.

– Кто? – тихо спросил Димка. При мысли о Ночных Стражах его передернуло. Сам он не видел пока ни одного, но рассказов Равхи хватило вполне...

– ОНИ. Не бойся – ОНИ нас не тронут.

Димка ошалело закрутил головой – но вокруг точно никого не было. Ни звука, ни движения, ни даже запаха...

– А кого тронут?

– Чужих.

– А нам зачем тут?..

– Спать днем, идти ночью. До Города всего сутки пути.

* * *

Едва они вышли к берегу залива, Димка тут же устало плюхнулся на песок. Ноги у него дико гудели, голова тоже. Вот уже двое суток он не ел – и целые сутки не спал. Просто удивительно, что он вообще до сих пор на ногах... но и усталость сейчас ощущалась уже как-то смутно, словно он наполовину превратился в привидение...

Он помотал головой, разгоняя её, потом осмотрелся. Солнце наполовину зашло за далекий уже гребень западных гор и песчаный пляж был почти целиком залит густой, темной синевой. Лишь верхушки небольших дюнок ещё пылали сочным алым огнем. Прибой здесь был сильным – кроваво отблескивающие пенистые валы, выше их роста, один за другим с гулом накатывались на берег и вода неожиданно высоко взбегала по гладкому пологому склону, добираясь до их босых ног. Голова у Димки кружилась – то ли от голода, то ли от невероятного в этом мире зрелища. Неспокойное море казалось сине-красным, в пятнах пылающей багровой пены. Над ним, на южной стороне залива, вздымались горы – мягкие в воздушной дымке, ало-синие силуэты. Берега отсюда видно не было. Димке казалось, что он плывет на плоту, оседлавшем громадную, катившуюся на сушу волну – и его сердце приятно, чуть-чуть, замирало при этой мысли. Он никак не мог отделаться от чувства, что горы – их основания – гораздо ниже его. Эта планета была заметно меньше Земли...

Он лениво осматривался, сидя на прохладном песке. Вправо и влево пляж простирался, насколько хватал глаз. Оглянувшись, Димка видел за спиной низкие пологие дюны, а слева – неправдоподобно крутой, пугающий массив хребта, безжизненный и фиолетово-рыжий. Отполированный дождями камень отблескивал, словно старый металл. Там и сям среди прибоя виднелись огромные куски скал и между них – какие-то крупные темные животные, похожие на тюленей. Они совсем не боялись Димки, хотя и не стремились к нему...

Равха сел рядом, всего в шаге, скрестив босые ноги и положив ладони на бедра. На его губах замерла слабая улыбка, глаза живо блестели, следя за накатывавшейся пеной, пока вода не отступала, оставляя её умирать на песке. Здесь было как-то необъяснимо уютно – мягкий свет, мягкий влажный воздух, не теплый, но и не прохладный, мягкая розовая дымка, скрывающая простор моря на востоке...

– Куда дальше? – сонно спросил Димка. Он понимал, что встать сейчас не сможет – а если и сможет, то точно не сможет идти...

– Город Снов там, – рука Равхи плавно поднялась, указывая на восток. Там простиралась травянистая равнина с редкими купами кустов, переходящая в невысокие, пологие увалы. За ними, километрах в пяти, поднималось нечто вроде крепостного вала, поросшего вездесущей тут травой.

Димка прищурился, но всё, что ему удалось разглядеть – на валу возвышалось нечто вроде пары башен. Это действительно походило на крепость. Позади вала, уже где-то у основания хребта, виднелся верх какого-то огромного, дворцового вида здания и кроны деревьев. Вот и всё.

Димка вздохнул. Ему почему-то представлялся удивительно красивый в лучах ранних сумерек город-сад – огромные деревья и ещё более огромные белоснежные здания, высящиеся, словно утесы, над зеленью могучих крон и водой широких каналов. Но, судя по размеру, легендарный Город Снов представлял собой не более, чем поселок...

При этой мысли Димке сразу же представился унылый "поселок городского типа", застроенный длинными серыми пятиэтажками, почти такими же, как в его родном мире. Но, судя по огромному дворцу, что-то там явно БЫЛО...

– Сегодня мы туда не дойдем, – буркнул он. – Далеко.

– Не иди, – легко согласился Равха. – Твои через сутки или двое будут тут.

– А ты?

– Я с тобой не пойду. Для меня в этом нет смысла.

– А в чем есть? – Димка был удивлен и обижен. Равха был, наверное, самым необычным из людей, которые ему встречались, и расставаться с ним было... больно.

– У меня ещё есть враги. Вот мой смысл, – Равха рассмеялся, невесело и горько. – Есть вещи, которые нельзя допустить. А времени осталось слишком мало.

Словно в подтверждение его слов солнце наконец зашло, утонуло за далекими горами, парившими в туманной дымке, затянувшей западный горизонт, и оттуда теперь падал очень мягкий, ровный свет, делая всё вокруг розоватым. Совсем не подходящим к настроению Димки...

– Может, мне пойти с тобой? – бездумно предложил он.

– Боишься остаться здесь один? – спросил Равха. Странно грустно спросил...

– Нет, – буркнул Димка. – Ещё чего!

– Тогда оставайся. У тебя своё дело и свой долг.

– Ну... – Димка вздохнул. – Да. Но, если бы ты знал, как мне надоело всё это – делать то, что я не хочу делать, узнавать то, чего я не хочу знать...

– Истина – это нож, и мы все изранены... – Равха помолчал. – И я, быть может, глубже прочих. Но от истины нет исцеления. И освобождения тоже. Она остается с нами навсегда.

– Жаль, – буркнул Димка.

Равха помолчал, странно-печально глядя на него.

– Димка, единственная возможная в мире свобода – это свобода от страха. Свободный человек отдает себя в рабство своему народу. НЕсвободный – в рабство своему страху. Самому гнусному своему рабу, на самом деле. И нет большей тирании, чем тирания рабов над рабами. Помни это.

– Я запомню, – Димка вздохнул. – Куда ты пойдешь?

– Туда, – Равха показал куда-то на северо-запад. Только теперь Димка заметил, что на западе берег залива круто поднимается вверх, переходя вдалеке в неровную скальную стену, на вершинах которой всё ещё был виден розовый отсвет заходящего солнца. Над ней далеко в зеленоватую голубизну, усеянную перьями облаков, поднималась бурая колонна дыма. Её вспученная грибовидная верхушка словно бы парила в воздухе, превращаясь в мутный шлейф, исчезавший за горным хребтом. – Если двинуться вдоль берега на запад... я поверну туда ещё до темноты.

Димке захотелось спросить, что там... но тут же он понял, что задавать этот вопрос ему не хочется. Равха между тем уже неожиданно легко поднялся на ноги – словно и не шел эти сутки наравне с ним, без отдыха и еды...

– Теперь – прощай. Я рад, что судьба позволила мне встретиться с тобой. Но итог любой встречи – завершение.

Они попрощались. Потом Димка опустил голову, стараясь справиться с нахлынувшими чувствами. Равха быстро ушел, он почувствовал это...

Опомнившись, Димка запоздало взглянул ему вслед, но его уже не было видно в сгущавшейся темноте. "Во мрак небес угасшая звезда..."

* * *

На рассвете его разбудили холодные брызги волн, сорванные разгулявшимся ветром. Никаких укрытий тут не было, песок быстро остыл, так что он и спал сидя, сжавшись в тугой клубок и накинув сверху рубаху. Как ни странно, было почти тепло, хотя всё тело затекло и мышцы ныли, словно после хорошей тренировки. Димка открыл глаза – и первое, что он увидел, было чьими-то следами на песке. Судя по ним, какой-то довольно крупный зверь долго кружил вокруг, присматриваясь и принюхиваясь – но напасть так и не решился. Должно быть, его отпугнул запах металла и пороха от до сих пор висевшего на боку автомата, подумал Димка. Повезло...

Уже нестрашная опасность не столько напугала, сколько взбодрила его. Согреваясь, он побегал по туманному берегу, потом с внезапной решимостью бросился в волны.

Холодная вода мигом прогнала окоченение и сонливость, но вот ветер, когда Димка выбрался на берег, стал настоящей пыткой. Он вновь сжался в комок и дрожал, пока его кожа не обсохла, потом оделся, но теплее стало лишь немного. Вдобавок, ему хотелось есть, причем уже очень сильно...

Вокруг ничего съедобного видно не было и Димка решительно направился вверх от берега, к дюнам, поднимавшимся над сумраком низкого рассветного тумана...

* * *

Поднявшись над туманом, он увидел лишь его смутное, белесое море, из которой торчали зеленые верхушки увалов. Димке потребовалось полчаса, чтобы дойти до ближайшего. На гребне невысокой возвышенности он вздохнул и сел, чтобы перевести дух. Туман уже рассеялся и на западе виднелось плоское, широкое ложе мелкой, впадавшей здесь в море реки. Недавно взошедшее солнце едва просвечивало в разрывах пепельно-рыжих туч. На востоке облака, словно рваное ватное одеяло, кутали скалистые вершины темной стены гор. Глядя на них, Димка задумался. Голова всё ещё кружилась, он ощущал непривычную и неприятную слабость – от голода. «Запас хода» его явно был на исходе. На самом деле он не был уверен, что сможет добраться до уже отчетливо видимого города, хотя до него оставалось всего несколько километров, вряд ли больше. Но и особенных вариантов не было – чем ближе он подойдет к городу, тем больше шансов, что отряд (если там кто-то остался в живых...) наткнется на него. А один в этой проклятой степи он загнется всего-то через день-другой – если не в когтях вездесущих здесь хищников, то просто от голода и холода...