Текст книги ""Фантастика 2026-44". Компиляция. Книги 1-36 (СИ)"

Автор книги: Мария Ермакова

Соавторы: Валентина Зайцева,Харитон Мамбурин,Егор Золотарев,Инна Дворцова,Денис Стародубцев,Александр Коротков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 68 (всего у книги 329 страниц)

Старик замолчал. Мы сидели между полками, укрытые тенью, словно заговорщики. Где-то в глубине библиотеки потрескивала свеча, шорохи пергамента звучали, будто дыхание мёртвых книг.

Он встал, тяжело опершись на посох.

– Запомни, Демид, – хрипло сказал он. – Не доверяй им. Ни одному из них. Даже тем, кто улыбается шире всех. Особенно им. Улыбка – оружие лжеца.

Он скрылся за углом между книжными шкафами, его шаги затихли. Только тогда я заметил, что он оставил после себя.

Книга.

Тяжёлая, в чёрной коже, будто вырезанной из ночи. На обложке серебряная метка – кинжал, пронзающий глаз.

Я прикоснулся к ней – и будто ток прошёл по пальцам. Холод. Предчувствие.

На корешке значилось:

«Кодекс Ассасинов. Редакция Чёрной Луны».

Я сел. Мир будто отдалился. Листы внутри были древними, пахли воском, потом, кровью. Я переворачивал страницу за страницей. Первые правила были просты. И страшны.

Ассасин живёт в тени.

Ассасин не берёт лишнего.

Ассасин не чувствует жалости.

Ассасин не требует награды, но всегда получает её.

Ассасин – это нож в ночи, и ночь в сердцах его врагов.

Я читал. Жадно. Страницы шептали мне, будто голос из прошлой жизни, которого я никогда не слышал в своём новом теле. Я узнал приёмы, о которых давно забыл. Я узнал, как быть невидимым, как обращать кровь врага в собственное оружие. Я узнал, что я – не первый, кто еще остался в живых.

И главное – я понял, что весь этот путь, мои сны, мои вспышки силы… это не просто случайность. Это наследие, которое поможет мне дойти до моей главной цели.

В конце книги была надпись. Написанная от руки, давно выцветшими чернилами, но ровная, резкая, как пуля:

«Если ты читаешь это – ты уже выбрал. Тень твой дом. Молчи. Жди. Ударь первым.»

Я захлопнул книгу. Снова ощутил, как библиотека будто выдохнула вокруг меня. Всё было тихо. Даже слишком тихо.

Я спрятал том под полой мантии. И только тогда заметил, как на одной из полок, где раньше была пустота, медленно погасла одна свеча.

Будто кто-то стоял там. Смотрел на меня. И ждал. Но теперь точно я знал, что это не враг. Это моя тень и мой союзник.

Глава 10

Наступила ночь. Академия снова спала, будто заколдованная. Где-то на южной её стороне, в оранжерее, по-прежнему пели ночные птицы – мелодия тонкая, неземная, а где-то внизу в подвалах, как говорили слухи, шептались старые проклятия. Мне было всё равно. Я сидел в своей комнате, задвинув наглухо шторы, налив себе крепкого настоя из мёда, гвоздики и капли яда правды – так называли редкую траву, что помогает не уснуть и фокусирует твоё сознание на поставленной задаче.

Передо мной лежал он. Кодекс Ассасина.

Снаружи он был ничем не примечателен – кожаная обложка, вытертая до серого, латунные застёжки и выжженный символ: коготь, рассекающий луну. Но стоило мне коснуться страниц, как вены на запястьях начинали гореть – не больно, а так, будто древняя кровь во мне отзывалась на этот зов из прошлого. На самом деле приятное ощущение. Будто мы с ним сливаемся в одно целое. В единый поток силы.

Я читал. Страницу за страницей, символ за символом. Не упуская ничего из своего внимания.

– Тень движется с ветром, но пронзает, как сталь.

– Бей не там, где враг силён, а там, где он спокоен.

– Молчание – лучший друг.

Каждая мысль была как выстрел в разум. Эти фразы не просто учили – они врастали в меня. Я чувствовал, как моё тело запоминает движения, как пальцы хотят сжаться в форме кулака и готовы были разбить любую стену, как дыхание само по себе выравнивается, как будто я готовлюсь к чему-то большему.

И тут мою идиллию нарушили.

– Ты чё, опять по ночам задротствуешь? – послышался знакомый голос, и дверь в комнату приоткрылась.

Это был Иван Мозгов.

На нем были помятые пижамные штаны с какими-то магическими жабами, волосы взъерошены, а на глазах отсутствовали уже ставшие привычными мне очки. Видимо мой друг готовился ко сну.

Я, не растерявшись, резко захлопнул книгу и как можно ленивее зевнул. Чуть не свело челюсть, как сильно я старался сделать это максимально не наиграно.

– Нашёл вот старую штуку в библиотеке. Думал, артефакт или что-то такое. А по факту – фигня. Страницы пустые. Ничего особенного. Видимо старая магия уже покинула их, или её никогда там и не было.

Иван прищурился. Подошёл ближе. Посмотрел.

– … Пустые говоришь? – он явно не верил. И был прав.

Потому что, когда он взял Кодекс в руки… тот и правда был пуст. Ни одной буквы. Только пыль и слабый запах затхлости, как у старой майки, которая слишком долго провалялась в шкафу.

– Хм. – Иван нахмурился. – Странно. У неё магический след. Сильный. Старый. Но ты говоришь, что ничего нет? Правда? Это очень странно и в тот же момент, безумно интересно, Демид.

– Вот именно. – Я пожал плечами, делая вид, что мне вообще-то плевать, даже не интересно, почему же книга пустая.

Но внутри – я весь сжался.

Старик предупреждал: «Не доверяй. Даже тем, кто рядом. Особенно тем.»

Иван был другом. Братом. Мы вместе проходили очень много испытаний. Он однажды спас мне жизнь, когда давал полезные советы на турнире дуэлей.

Но сейчас… Я видел, как он слишком долго держит мою книгу. Слишком долго смотрит. Слишком долго молчит.

– Ну и хрен с ней. – Он, наконец, бросил её обратно на стол. – Пошли уже спать. Завтра опять уроки. А после – дежурство в Зале Барьеров.

Я одобрительно кивнул. Он вышел и направился прямиком в свою комнату. Можно выдыхать.

А я остался. Слушая, как в комнате затихает напряжение. Как снаружи ветер крутит перья ночных сов. Как Кодекс, будто довольный, тихо покалывает мне знаки – мол, ты всё правильно сделал.

Не доверяй. Никому. Даже тем, кто называет тебя братом.

* * *

Я стоял посреди академического двора, вглядываясь в расклеенные, на мраморных колоннах, афиши.

«Бал Четырёх Стихий. В честь окончания Турнира дуэлей. Обязательное присутствие. Только с парой».

Проклятье. Только с парой. Ну где я вот возьму им пару? Не с Ваней же мне идти.

– Ну что, Демид, – послышался голос Ивана. – Пора превращаться в денди с мёртвой хваткой.

– Я бы предпочёл прокачать реакцию и метание ножей, – буркнул я, скомкав бумагу. – Но, видимо, придётся прокачать галантность.

– Или хотя бы харизму на плюс один. А то как ты Алину пригласишь – в боевом плаще и с поясом для метательных сюрикенов?

Он хохотнул. Я хмыкнул, но идея была здравая. Теперь я знал, кто станет моей парой на этот чертов бал.

Мы отправились в город. Академия выдавала стипендию в артефактных кристаллах, а мой выигрыш в турнире всё ещё лежал у меня на кольце-хранилище – приятно ощущать вес монет, даже если они размером с палец.

Нужно было подобрать подходящие доспехи для сего мероприятия.

Портной из гильдии встретил нас с видом полководца, который собирается атаковать тканью и мерками двоих случайных зашедших.

– Тебе подойдёт глубокий синий. Он усиливает ауру ночи. И делает плечи шире, чем у они есть. – Он постучал пальцем по моей груди. – Но ты парень не промах. Ассиметрия, шёлк, легкий армейский намёк – и ты уже не просто маг. Ты охотник, сразу вижу это по твоим глазам. Анализируешь всё вокруг.

– Я и есть сама охота, – буркнул я.

– Вот и покажи это! – сказал он с блеском в глазах. – А ты, юноша? – повернулся он к Ивану.

– Сделайте так, чтобы было видно: я хохочу над смертью. Но при этом умею танцевать вальс.

– Ах! Гильдия любит вызовы, мужчины!

Костюмы были готовы за два дня. Мы стояли у зеркал. Я – в тёмно-синем костюме с серебряной вышивкой в форме летающих клинков, перчатки без пальцев, за спиной – плащ цвета полночного неба. Иван – в бордово-чёрном фраке с чёрными розами на лацкане, шпага на поясе и насмешка на лице.

– Если мы и обосремся на этой светской вечеринке, – сказал он, – то хотя бы проиграем красиво.

Я рассмеялся. Но сердце поднывало. Алину я так и не пригласил. Всё ждал момента. Глупец. Кто тянет с решением, тот получает отказ.

Я нашёл её возле Фонтана Заклинаний. Ветер играл с прядями её волос, алые искры плясали на кончиках пальцев – значит, злилась. Или размышляла о поджоге всей Академии Кто же разберет, что у этих женщин на уме. Но одно я зал точно, сейчас или уже никогда!

– Алина, – подошёл я. – У меня есть к тебе один не скромный вопрос. Пойдешь со мной на бал?

Она повернулась. И я понял – опоздал. Её лицо было сдержанным, но в глазах блеснуло сожаление.

– Знаешь, ты долго думал, Демид, – сказала она спокойно. – Меня уже пригласили в первый же день, когда только развесили афишы.

Сердце сжалось.

– Понятно, – выдавил я, сделав вид, что мне всё равно

Она посмотрела на меня чуть дольше, чем нужно. Потом вздохнула.

– Но я могу отказаться. Если ты сильно хочешь.

– Хочу, – ответил я сразу. – И да… извини. Я просто…

– Не знал, как спросить? Тебе видимо легче управлять кинжалом и магией, чем пригласить девушку? – она усмехнулась. – Легендарный герой Турнира боится слов?

– Легендарный герой до сих пор не может прочесть надпись на твоем на лбу. Вроде бы «не подходи», а вроде бы «подойди, но аккуратно». Знаешь, до встречи с тобой у меня никогда не было проблем в общении с девушками, но я так пока и не понял, кто ты мне? Друг или что-то большее?

Она рассмеялась. Первый раз за долгое время. И вдруг мне стало намного легче.

– Хорошо, – сказала она. – Я скажу ему, что передумала и мы пойдем с тобой вместе.

Я кивнул. И решился приобнять её. Мы просто стояли у фонтана, двое учеников, которые притворялись взрослыми в мире, полном теней.

Ночью я снова открыл Кодекс Ассасина. Это уже стало традицией среди прочих моих процедур перед сном.

Слова вспыхивали только для моих глаз. Страницы были живыми – дышали, пульсировали, как будто книга сама решала, когда и чему меня обучать.

– Ты вообще спишь? – раздался голос Ивана.

Я вздрогнул. Он стоял в дверях моей комнаты, в тёмной рубашке, волосы растрёпаны.

– Я все так же пытаюсь понять, что не так с этой книгой – сказал я быстро. – Думал, это манускрипт по стихийной магии, а похоже просто на самом деле пустая.

Он подошёл ближе. Заглянул через плечо.

– Ты точно уверен, что она пустая?

– Ага, – сказал я, закрывая её. – Видимо, выцвела. Или просто артефакт нерабочий.

Иван прищурился. Его лицо ничего не выражало, но я знал – он чувствует. У него был нюх на ложь. Но, к счастью, он был моим другом и не мог прочитать мои мысли в данный момент. Эх знал бы он, сколько раз это спасло его от смерти

– Ага. Конечно. Старые книжки, ага. – Он зевнул. – Если у тебя вдруг от неё вырастет третий глаз – предупреждай заранее. Не хочу утром увидеть эту картину и умереть от инсульта жопы.

– Только если он будет видеть сквозь платья, – усмехнулся я.

– Пошляк. Спокойной ночи.

Он ушёл. Я остался с книгой. И с мыслями. Хотел бы рассказать ему. Но…

«Не доверяй никому».

Старик-библиотекарь, с глазами, видевшими больше, чем мне хотелось бы знать. Он был ассасином. Был. Но даже бывшие не забывают. И не шутят, когда говорят он доверии.

Он верил в меня. Значит, должен верить и я. Хоть иногда это значит – врать всем остальным.

* * *

Наступил день бала. Время до него пролетело практически незаметно, даже и не знаю чем я еще занимался, кроме, как изучения кодекса и тренировок в спортивном на арене

Зал был украшен в лучших традициях старого двора. Позолота на колоннах, тканевые флаги с гербами академии, хрустальные светильники, чары мерцали в воздухе, придавая всему полупрозрачный, будто немного сонный блеск.

Всё это было слишком нарядно, слишком пышно – как будто академия пыталась доказать, что всё ещё является тем, чем была сотни лет назад.

Я стоял у входа в зал, в новеньком костюме, сшитом у портного из Гильдии. Темно синее, как пламя ночного костра, сукно облегало плечи и спину, капюшон скрывал шею, но оставлял лицо открытым. Алина шла рядом – в платье с узорами огня, которые плясали по ткани, словно живые. Боже, как же она красива в нем была. Безумно хотелось уединиться с ней где-то, даже не снимая наших костюмов.

Музыка играла старая – аркан магов севера, переложенный на квартет струн и флейт. Бал уже шёл – кто-то танцевал, кто-то ел, кто-то пил и плёл интриги. А кто-то наблюдал. Я это чувствовал кожей – взгляд, прожигающий сквозь ткань, как лезвие. За мной тут смотрели десятки голодных до моей крови хищных глаз.

Но я сделал вид, что всё в порядке. И с улыбкой, которую носишь как оружие, прошёл в центр зала. В целом даже и не пришлось особо отыгрывать роль, мне на самом деле было плевать на мнение каждого. Оно для меня не значило ровным счетом ничего. Главное, что я сам знал за себя.

В какой-то момент, по сигналу мага-ведущего, музыка сменилась фанфарой. Один из старших преподавателей – магистр Ауберон, высокий и крупный, как древняя кость мамонта, выступил вперёд и громогласно начал говорить:

– В этом году Академия Магии и чествует особого ученика! Героя Турнира, который проявил себя со всех лучших сторон. Также он прошел первым в истории все пять дверей на вступительном испытании и так же установил рекорд по времени прохождения испытания огня. С трудом верится, что всё это смог сделать один и тот же человек, но это правда!

Толпа зашумела. Кто-то аплодировал, кто-то шептался. Я чувствовал, как Алина чуть сжала моё запястье.

– Демид Алмазов! Подойди к нам!

Я вышел. Стук каблуков отдавался по мрамору. Меня встретил магистр, вручил кубок. Он был серебряный, с резьбой. Символ Академии сиял на нём, как глаз.

– Выпей, – сказал он. – За свою славу и за нашу общую империю.

Я принял кубок. Поднёс ко рту – и в этот момент сзади кто-то негромко сказал:

– Демид, пошли побеседуем с тобой.

Я обернулся. Ректор. Артемий Кайзер – тот самый, с холодными глазами, который всегда смотрел так, будто уже знал, кто я такой. Я кивнул, отдал кубок Ивану, который был рядом – он ухмыльнулся и сказал мне вслед:

– За твоё здоровье, герой, – и сделал глоток.

Я пошёл за ректором. Мы вышли в боковой коридор, где было тише. Чары изолировали нас от лишних ушей.

– Слушаю вас, господин ректор, – сказал я, сдерживая раздражение.

– Ты хорошо держался в Турнире. – Он повернулся ко мне. – Даже слишком хорошо. Превзошёл самого себя.

– Я не вижу в этом проблемы.

– Проблема в том, – его голос стал ледяным, – что ты растёшь быстрее, чем нужно. Некоторые знания не должны открываться слишком рано. Некоторые силы – не должны просыпаться до срока.

Я молчал. Но на секунду задумался, вот же мы с ним стоим один на один, без охраны и защиты, вот он тот самый момент, которого я так долго ждал

– Будь осторожен, Демид. – Он посмотрел в тень коридора. – В Академии много глаз и все они следят за тобой! Я конечно понимаю, что тебе очень хочется порадовать своими достижениями моего друга, твоего отца, но все-таки, притормози

– Это угроза?

– Это предупреждение. – Он повернулся и ушёл, оставив меня с холодом внутри я потянулся за своим кинжалом и уже готов был применить оружие в деле, как тут… Раздался резкий крик из зала.

Когда я вернулся в зал, всё было… не так.

Сквозь музыку пробивался крик. Паника. Шум.

– ИВАН⁈ – раздался чей-то голос.

Толпа расступилась. Люди окружили кого-то на полу. Я бросился вперёд – и увидел: Иван лежал на мраморе, лицо побледнело, губы почернели. Кубок валялся рядом. Его трясло. Маги скорой поддержки уже что-то делали, но в их лицах не было уверенности, что они смогут спасти ему жизнь

Алина стояла на коленях рядом, слёзы катились по её румяным щекам.

– Он… он выпил, – прошептала она. – Он же просто… выпил из твоего кубка, Демид.

– Он не должен был. – Я поднял кубок, медленно, почти в оцепенении. – Это был… мой яд… Они хотели отравить именно меня.

Я чувствовал, как взгляд множества людей обращён ко мне. Кто-то уже что-то шепчет. Кто-то пишет в магическом блокноте.

Я убрал кубок под плаща. В голове звенела мысль:

Это была попытка убить меня. Есть ли шансы спасти моего друга?

Иван оказался между мной и смертью.

Если бы не ректор – я бы уже умирал. Или был мёртв.

Я оглядел зал. Вальтера не было – он по-прежнему в госпитале. Значит, это кто-то другой. Кто-то, кто знал, кто был так близко ко мне, кто мог подменить кубок. Кто-то изнутри. Я сжал зубы. Начинается охота.

Я найду тех, кто попытался убить меня, а по факту отправил моего товарища бороться с демонами за свою жизнь. Они точно будут наказаны самым жестоким образом, но пока надо было спасти Ивана.

К нам подбежала студентка по имени Лия, она была парой Ивана на этом мероприятии. Невысокого роста, темные волосы, азиатской внешности. Она тут же сказала:

– Демид, если я напишу тебе список, ты сможешь быстро сбегать до ботанического сада и собрать нужные травы? По его темным губам, я понимаю, что это был яд редкой змеи, недавно читала про него в энциклопедии, я знаю рецепт противоядия.

– Собрать то я могу, но я не особо силен во всех этих травах, если только их не надо курить, как табак– ответил я ей

– Я помогу, у меня в этом более обширный кругозор – Сказала Алина

Лия быстро взяла в руки салфетку и написала нам карандашом на ней нужный список растений, времени было очень мало, мы с Алиной быстро отправились в сад.

Я даже не смотрел этот список, он был в руках у Алины, мы бежали по саду от одной её части к другой и срывали нужные растения. В какой-то момент, когда все уже было собрано Алина сломала свой каблук и отдала все травы мне.

– Беги, я за тобой! На одной туфле я буду для тебя обузой

Я предложил взять её на руки, но тут же мы вместе решили, что это плохая идея, на кону была жизнь Ивана Мозгова.

Я добрался обратно очень быстро, нас не было всего около десяти минут. Лия уже добыла чашу и ступу, стала толочь растения в ней, после чего дала выпить полученный эликсир Ивану, но даже после этого он не пришел в себя.

– У нас не получилось? – спросил я.

– Получилось, но это очень сильный яд, ему в любом случае надо отправиться в госпиталь на восстановление, карету уже приготовили, я поеду вместе с ним.

Я поблагодарил Лию о заботе за моим другом, к тому моменту Алина уже вернулась. Она взяла меня за руку и мы вместе на улице стояли и смотрели вслед кареты, которая полуживого нашего друга увозила за линию горизонта…

Глава 11

Уже прошло целых три дня после инцидента. Иван всё ещё лежал в госпитале в тяжелом состоянии. По словам целителей, он балансировал на грани жизни и смерти – яд, попавший в его кровь, был коварным, замедленного действия, разрушающим изнутри. Целители не давали никаких гарантий, но продолжали бороться за его жизнь. По моей просьбе Алина дежурила у его постели, почти не отходя. Лия вела наблюдения и собирала информацию. А что же я?.. Я решил, что пора действовать.

Мы втроем выяснили, что яд был не просто смертельным и сложно доступным – его можно было изготовить только при наличии доступа к древним алхимическим компонентам и особым знаниям. А значит, круг подозреваемых резко сильно сузился. В Академии существовало всего три человека, способных создать такой яд: магистр зелий и ядов – Пётр Зверон, и его две ученицы – Агата и Марго. Все трое входили в закрытую гильдию алхимиков, и допуск к их лаборатории был строго ограничен. Понятно, что нужно было вести расследование в этом направлении

– Петра беру я, – сказал я – Его больше всех уважают, значит он либо действительно не при чём, либо лучший из маскировщиков. А вы следите за девочками, разделите их между собой

С утра я начал своё наблюдение. Пётр, высокий худой маг с жидкой бородкой и вечно потёртым халатом, проводил большую часть времени в лабораториях. Он был педантичным, почти занудным – каждое утро шёл по одной и той же траектории, завтракал один и запирался у себя в классе, из которого доносились запахи лаванды, мышьяка и кипящей, от сильного пламени, ртути.

Я сидел на крыше соседнего корпуса, прикрывшись студенческой мантией и шапкой невидимости – не настоящей, конечно, просто одна из уловок, позволяющая сливаться с фоном. Он пил крепкий настой трав, сжимал в кармане перстень-усилитель зрения и делал зелья. День за днём. Час за часом.

Я следил за тем, как магистр открывает и закрывает двери лаборатории. Как проверяет записи в журнале варки зелий. Как отчитывает студента за неправильную пропорцию яда аспидов. Как отдаёт Агате коробку с ингредиентами – но тут же требует расписку и печать. Всё было по уставу. Безукоризненно.

На третий день наблюдая за тем, как Пётр проводит лекцию по антидотам, выдохнул.

– Нет, это точно не он! Слишком он уж правильный, не стал бы так рисковать и подставлять себя – прошептал я самому себе.

Даже в одиночестве поведение мага не менялось. Он был утомительно правильным. И что-то в его взгляде, в том, как он поправлял мантии на учениках и мазал ожоги зелёным бальзамом, говорило мне: этот человек бы не стал. Он слишком… предан. Не людям – ремеслу.

В ту же ночь, возвращаясь в общежитие, я встретил Алину.

– Ты что-то узнала? – спросил он, смахивая с плеча ночной иней.

– Марго чиста, – коротко сказала она. – За ней следила Лия. Всё время с преподавателями, плюс у неё сестра на лечении – вообще не до интриг.

– А Агата?

Алина покачала головой.

– Сложно. Она то здесь, то там. Слишком… быстрая, не всегда получается успевать за ней уследить.

– Понял, – кивнул я. – Значит, пора на неё посмотреть лично. Как только закончу наблюдения за Петром

* * *

Я сидел на холодной каменной скамье возле старого амфитеатра, накрывшись капюшоном, следя за Петром. Магистр был как всегда педантичен – зашёл в лабораторию, проверил оборудование, сделал пометки, пролистал журнал ядов. Он не нервничал. Даже когда я случайно уронил ампулу в коридоре, он просто поднял бровь и спокойно прошёл мимо. Уже точно мог сказать – это был не он. Убийца не ведёт себя с таким спокойствием, особенно зная, что за ним следят.

Я уже собирался уходить, как услышал знакомые шаги.

– Демид! – в голосе Алины звучала паника, она выскочила из тени, запыхавшаяся, волосы растрёпаны, в глазах – страх и гнев.

Я сразу вскочил.

– Что? Что случилось? У тебя такой вид, как будто кто-то умер!

– Агату… трое старост. Они её поймали. Я следила за ней, как мы договорились. Она заметила – и начала бежать. И тут они выскочили будто из ниоткуда… и затащили её в подземелье! – она сглотнула. – Я не смогла бы их остановить… их было трое.

– Ты за ней гналась одна? – я почувствовал, как внутри всё вскипает. – Почему ты не дождалась меня? Почему не сообщила?

– Вот сообщаю! Мне нужно было проследить за ними! – она тряхнула головой. – Я думала, что успею. Думала, что смогу… Я не могла позволить, чтобы её убили! Ты видел глаза этой девчонки? Она знает что-то. Она боится. Я это почувствовала.

Я подошёл ближе, положил руку ей на плечо.

– Тихо. Это не твоя вина. Но теперь она может быть в опасности. Кто-то очень не хочет, чтобы мы копали глубже.

– Демид… – Алина подняла взгляд. Он дрожал.

– Ты ведь понимаешь, да? Это не просто яд. Кто-то хотел убить тебя. Иван просто оказался не в то время, не в том месте…

Я сжал кулаки.

– Я знаю. И я не оставлю это просто так. Где вход в это подземелье?

– За северным крылом. Там старый люк под складом зелий. Он был запечатан магией, но я видела, как они использовали какой-то знак. Вроде эмблемы Совета.

– Эмблемы Совета?.. – я нахмурился. – Значит, у них есть доступ к древним печатям. Простым ученикам такое не доверяют.

– Или… кто-то из старших дал им ключ. Магистр? Ректор?

– Нет, Пётр точно не при делах. Я наблюдал за ним всю неделю. Он слишком уверен в себе. Он либо ничего не боится… либо вообще не в курсе. А вот старосты… они могли быть пешками. Или кем-то хуже.

– Пойдём туда, – Алина шагнула к выходу, но я схватил её за руку.

– Нет. Я иду один.

– Что? – она вырвалась, глаза наполнились слезами. – Ты издеваешься? Ты не один в этом! Мы всегда были вместе! На тренировках к турнире! На улицах! Я не просто девчонка с огненной магией, чёрт бы тебя побрал!

Я заглянул ей в глаза.

– Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, Алина! Это очень опасно, а ты очень важна для меня!.

– А я не хочу, чтобы ты умер, Демид! – её голос сорвался. – Ты думаешь, я не понимаю, как тебе тяжело? Думаешь, я не вижу, как ты носишься один, как волк в ловушке? Я не слепая. Я знаю, что ты боишься доверять… Но я не враг тебе! Это точно!

Я опустил голову. Где-то в глубине сознания эхом отозвались слова старика:

«Не доверяй никому».

Но когда она так смотрела на меня… мне казалось, что мир всё-таки не совсем мёртв, и еще есть близкие мне люди в этом мире, которым я всё-таки могу доверять.

– Ладно, – выдохнул я. – Идём вместе. Но держимся тенью. Если это ловушка – ты бежишь. Я прикрою.

– Чёрта с два, – буркнула она. – Если кто-то умрёт в этой истории, то уж точно не ты и не я.

Мы направились к люку.

* * *

Ночь над академией стала глухой и тревожной.

Мы пришли к люку и договорились, что я пойду дальше, а Алина останется тут, на случай если их больше, чем мы думаем. Она встала на стрёме и если что, должна была подать мне знак своей магией огня.

Я спустился в подземелье быстро, но тихо. С каждым шагом метка в груди давала мне знаки быть осторожнее. Коридоры, старые, затхлые, пропахшие влагой и плесенью, вели всё дальше и дальше вниз. Я слышал шаги, голоса, а потом – остановка. Я приблизился вплотную, затаив дыхание, и вслушался.

– Ты хоть понимаешь, чем рискуешь? Ты тоже в этом замешана, дура! – голос принадлежал одному из старост. Хриплый, грубый.

– Я… я ничего не скажу, честное слово… – еле слышно пробормотала Агата.

– Если хоть слово вылетит из твоего рта, – сказал другой, – Следующая доза будет для тебя. Поняла? Я с тобой шутки шутить не буду!

– Мы тебя использовали, да! Парни, да с ней надо заканчивать… – добавил третий. – Но теперь ты часть этого. Жди, когда Вальтер вернётся – он решит, что с тобой делать.

На секунду повисла тишина. Я подошел поближе и узнал двоих из них. Это были те самые близнецы из поезда. Видимо папочка купил им должном и старост или за них договорился Вальтер, так как они выполняют все его приказы, как верные псы. Но сейчас все это было не важно.

Меня словно ударило. Всё стало ярким, резким, будто я снова оказался на поле боя. Всё внутри меня вывернулось – злость, гнев, память… Я вышел из тени.

– Она ничего не расскажет про вас… – сказал я спокойно. – Потому что вы больше никому ничего не скажете в этой жизни, сраные ублюдки.

Трое старост резко обернулись.

– Ты⁈ – один из братьев успел удивиться, прежде чем я оказался рядом.

Первый получил удар в горло кинжалом. Быстрый, чёткий. Второй попытался метнуть заклинание, но я бросил нож специально техникой, одной из тех, что изучил по Кодексу Ассасина. Лезвие вошло прямо под ребро. Третий вытащил меч, но неуверенно. Он не ожидал, что я пойду до конца, а я пойду до конца! Уже некуда было отступать!

Мы с ним схлестнулись. Он был неплох, но я был быстрее. Мои движения были… другие. Не из этого мира. Не просто удары – техника, вложенная в кровь. Я обошёл его, ушёл в тень, появился за спиной и перерезал горло. После этого подошел ко второму, который пытался уползти и свернул ему шею. Хрясь!

Все трое лежали мёртвыми телами. Прямо тут, под моими ногами.

Я тяжело дышал. Руки дрожали от напряжения. Первая кровь. Настоящая. По-настоящему отнятые жизни. Впервые в новом теле. Первое убийство, оно всегда особенное. Его запоминаешь, а все остальные уже кажутся чем-то обычным.

Я посмотрел на Агату. Она стояла, не в силах вымолвить ни слова, глаза расширены от страха и шока. Я подошёл медленно, весь в крови, и сказал хрипло:

– То, что произошло здесь, останется между нами. Ты… ты не скажешь об этом никому. Поняла? Иначе тебя ждет такая же учесть, как и их. Я не знаю, как они тебя заставили, но я точно знаю, что эти идиоты, сами бы не смогли создать этот яд. Не чувствуй себя жертвой, твоя вина тоже есть. Мы договорились?

Она молча кивнула.

– Считай, что я тебя спас. И ты мне ничего не должна. Просто живи дальше. Живи правильно и не допускай больше таких ошибок.

Понимал, что избавиться от тел и остаться незамеченным у меня вряд ли получится, поэтому решил их спрятать за углом, чтобы у меня было больше времени вернуться и замести следы.

После того я, как оттащил трупы, развернулся и пошёл прочь, оставляя за собой след теней и выбора, которого больше нельзя было изменить. Войдя в квартиру я сходил в душ, переоделся и сжег одежду со следами крови старост.

* * *

На следующее утро академия проснулась в глухой тишине. Ни крики воронов, ни оживлённый шум учеников – ничего не нарушало гнетущего молчания, повисшего над главной башней. Кто-то нашёл тела. Уже официально все знали о произошедшем.

Стражи перекрыли выходы, магические ворота между секторами были запечатаны, над всей территорией активировали купол блокировки магии и свободного доступа на территорию Академии.

Началось внутреннее расследование.

Ходили слухи. Кто-то прошептал, что убитыми были трое старост. Кто-то – что это нападение снаружи. Кто-то – что всё это результат тёмного ритуала, жертвоприношения. Правда не волновала никого – важна была только всеобщая паника. Она ела стены, пожирала остатки доверия между факультетами и вчерашними друзьями.

В столовой молчали даже ложки.

Я спокойно сидел за дальним столом. Ни с кем не разговаривал. Только смотрел в свою чашку с холодным чаем и думал, сколько ещё смертей мне предстоит видеть – и совершить. На моих руках было не только прошлое. Теперь и настоящее пачкалось кровью. Но я понимал. Я сделал то, что должен был сделать.

Когда зазвонил гонг, казалось, сердце всей академии остановилось. Кто-то вошёл.

Медленно, с тяжёлой тростью, поддерживаемый двумя лекарями – в центральный холл академии ступил Вальтер.

Лицо бледное, губы – тонкая линия боли. Он бросил плащ на пол, посмотрел по сторонам. Глаза остановились на мне.

– Ты жив… – прохрипел я.

Я поднялся. Медленно, уверенно. Шум вокруг растворился. Легко прошёл сквозь учеников, сквозь преподавателей, сквозь страх окружающих.

Остановился в шаге от Вальтера.

– Академия закрыта, – сказал кто-то из магов охраны. – Больше никто не войдёт. Никто не выйдет.

Вальтер устало усмехнулся, но не сводил взгляда с меня.

В этот момент, ответил ему тем же. Улыбка была холодной, почти звериной.

Я шагнул ближе и прошептал, чтобы слышал только он:

– Это не меня с тобой заперли… Это тебя – со мной…

* * *

С тех пор, как в академии нашли тела трёх старост, всё будто застыло в мёртвой тишине. Библиотека больше не шумела перелистыванием страниц. Даже птицы в садах будто забыли, как петь. Академию закрыли – ни выйти, ни войти. Мы остались внутри, как в клетке. Только здесь хищник был не снаружи. Он был среди нас. Или, точнее, все считали, что он был среди нас.

А я – я знал правду. Это сделал я. И каждый шаг, каждый взгляд кого-то в мою сторону заставлял мою спину холодеть, но при этом я чувствовал странную ясность. Я знал, почему сделал это. Я знал, что иначе бы не смог. Я знал, что выбрал верное решение.