Текст книги ""Фантастика 2026-44". Компиляция. Книги 1-36 (СИ)"

Автор книги: Мария Ермакова

Соавторы: Валентина Зайцева,Харитон Мамбурин,Егор Золотарев,Инна Дворцова,Денис Стародубцев,Александр Коротков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 156 (всего у книги 329 страниц)

Глава 18

Староста представил старуху, как свою дальнюю родственницу и назвал Фёклой. Втроем: я, Дюжев и Фёкла, прошли через всю деревню и углубились в лес.

– Куда мы идём? – спросил я, отмахиваясь от мелкой мошкары, которая вылезла, когда дождь закончился.

– Да так, недалеко, – неопределенно махнул рукой Дюжев.

Я обернулся и увидел, что мужчины, которые шли за нами, остановились на краю деревни и напряженно смотрели нам вслед.

– У вас здесь нет хищников? – спросил я, когда лес стал настолько густой, что постоянно приходилось нагибаться, уворачиваться или перешагивать. Похоже, по этой стороне острова жители деревни почти не ходили.

– Есть, а как же? Но ты не бойся, они нас не тронут, – усмехнувшись, проговорил староста.

– Я и не боюсь, – ответил я, но на всякий случай вытащил пробирку с «Оковами».

Мы прошли довольно долго. Старуха тяжело дышала, постоянно останавливалась на отдых и с кряхтеньем поднимала ногу, чтобы перешагнуть через очередную преграду. Я даже подумал, что было бы быстрее, если бы я посадил её себе за спину, но потом вспомнил, что она как ни крути – ведьма. А ведьма может и до смерти загонять.

– Ну вот и пришли, – с облегчением выдохнул Дюжев и показал на виднеющееся между деревьями небольшое безлесное место, заросшее высокой травой.

– По молодости я сюда на одном дыхании прибегала, даже расстояние не чувствовала, а теперь тяжко, – пожаловалась Фёкла.

Когда мы вышли на открытое место, я увидел в траве валуны. Приблизившись, понял, что они совсем не обычные. На макушке каждого камня была выемка, от которой в разные стороны расходились борозды. Сами камни были неестественно темно-коричневого цвета, а выемка и борозды черного. Сначала подумал, что их специально раскрасили, но присмотревшись понял, что это запёкшаяся кровь. Вдохнул эфир. Ничем особенным не пахло, только травами, что росли вокруг. Значит, камнями давно не пользовались. Это не могло не радовать, ведь я до сих пор не знал, зачем меня сюда привели.

– Нет, так не годится, – с недовольным видом старуха покачала головой. – Духи не одобрят то, что мы так запустили «Жертвенный круг Забытых». Потом не отвяжутся. Надо бы всё прибрать.

– Косу с собой не захватили. Не руками же траву рвать, – задумчиво проговорил Дюжев, ухватился на пучок осоки, но не смог выдернуть траву из земли. Только руки себе порезал. – Молодцов, что ли, позвать?

– Нечего им здесь делать, – ворчливо проговорила старуха. – Раз запретили сюда приходить, то так и останется. Сами справимся. Вот сейчас сходим за косой, я серп с собой прихвачу…

– Я могу огнём всё выжечь, – предложил я.

Старики переглянулись. Дюжев пожал плечами, а Фёкла, пошамкав беззубым ртом, произнесла:

– Но ведь так и лес можно поджечь. Нам с острова бежать некуда.

– Мой огонь никуда без моего ведома не перекинется, – я вытащил из патронташа пробирку с «Пирсидой» и показал им жидкость янтарного цвета. – Я всё проконтролирую.

– Ну не знаю. Сомневаюсь я что-то, – покачала головой старуха и тоже попробовала вырвать пучок жёсткой острой травы, но быстро сдалась. – Ладно, попробуй, но, если что-то пойдёт не так и огонь на лес перекинется, а потом и до деревни доберётся – мы письмо напишем, и пусть твой род возмещает ущерб, – пригрозила она.

– Не волнуйтесь. Я буду на страже. Но вам лучше уйти отсюда, – предупредил я.

Старики побрели к лесу, из которого мы вышли, то и дело оборачиваясь и следя за мной. Я же откупорил пробирку и принялся прохаживаться по поляне, понемногу поливая всё зельем. Когда в стеклянном сосуде не осталось ни капли, я опустился к земле и «активировал» заглушенные эфиры. Капли зелья начали вспыхивать друг за другом, взмывая вверх жарким пламенем. Вскоре вся поляна полыхала.

Старики ошарашенно глядели на буйство стихии.

– Что ж ты натворил, ирод? Как же мы это тушить будем? – слезливо причитала Фёкла.

– Саша, ты это… Ты придумай что-нибудь! – встревоженно прокричал мне староста.

– Ещё рано! Подождём! – ответил я, сквозь гул пожара.

– Ой, боюся я. Боюся я! – старуха обхватила своё лицо и с ужасом смотрела одним глазом на черный дым, поднимающийся ввысь.

Огонь набрал такую силу, что ещё долго бы полыхал, но задача была выполнена – трава сгорела, поэтому я откупорил пробирку «Ледяной пелены» и плеснул. Ледяная корка за считанные минуты покрыла поляну, погасив огонь и охладив камни.

– Ну вот и всё, – с улыбкой сказал я, повернувшись к старикам.

Те с облегчением выдохнули.

– Ну и напугал ты нас. Никогда жизни так не пугалась… А не – вру, кое-что было пострашнее.

– И что же? – спросил Дюжев.

– Не твоего ума дело, – отмахнулась она и двинулась к поляне.

Лед уже начал таять, но Фёкла всё равно два раза поскользнулась и чуть не упала, но я вовремя ловил её. С её-то костями даже падение с высоты собственного роста чревато переломами.

Теперь, когда вся трава сожжена, я заметил, что валуны испещрены ведьминскими знаками и символами, значение которых я не понимал.

– Что здесь написано? – я провёл рукой по неровной поверхности камня.

– Не важно, – ушла от ответа Фёкла и осмотрелась. – Ну вот, теперь всё хорошо. В полночь мы сюда вернёмся.

– В полночь? Вообще-то я хотел за день обернуться. Мне завтра на учёбу. Может, прямо сейчас проведём ритуал? – предложил я.

– Не-е-е, при свете дня они не покажутся. Да и раньше полуночи их не дозваться.

– Кого «их»? – напрягся я.

– Увидишь, миленький. Увидишь.

Он улыбки старухи мне стало не по себе.

Ну ладно, задержусь на денёк. Уж лучше пропустить день учебы, чем помирать молодым. Я уже чувствовал наступление болезни по слабости в ногах и боли в затылке, но пока не стал пить зелье.

– Возвращаемся, – махнул рукой старик. – Здесь нам пока нечего делать.

Мы двинулись в сторону леса, когда я услышал сзади пение. Нежный еле слышный голосок. Обернулся – никого.

– Ты чего? – спросил Дюжев, заметив, как я вглядываюсь вдаль, пытаясь разглядеть ту, кто поёт ту заунывную песню.

– Поёт кто-то, – шёпотом ответил я.

– Никого здесь нет. Ветер только. Я своим строго-настрого запретил сюда приходить.

– Почему?

– Чтобы силы у них не пробудить, чтобы ведьминскими делами не занимались. Мы хотим жить спокойно, чтобы нас больше не преследовали и не травили. Хватит! Стольких убили, – он горестно вздохнул и покачал головой. – Пора бы уже понять, что нас никогда не примут такими, какие мы есть.

– Ну чего вы там⁈ – крикнула издали старуха. – Идёте, али до ночи здесь куковать собрались?

Мы с Дюжевым двинулись за старухой, но я продолжал слышать песню неизвестной девушки. Она так и стояла у меня в ушах и будто манила назад. Будто не хотела, чтобы я уходил.

Странное место.

Валунов я насчитал шесть. Они располагались на одинаковом расстоянии друг от друга по краю открытого места. Старуха назвала это место «Жертвенный круг Забытых». Что бы это значило?

– Фёкла, а расскажите поподробнее про это место. Для чего оно использовалось?

– Для ведьминских ритуалов. Но тебе лучше об этом ничего не знать и никому не говорить. Понял? То, что случится, сразу забудь и никому ни пол слова, – она остановилась и взглянула на меня ярким голубым глазом.

– Да, понял я, понял. Просто я слышал чей-то голос…

– Много там всякого происходит, – она продолжила идти, опираясь на палку, которую прихватила с земли. – Потому и запретили молодняку туда ходить, а старики сами не лезут. Знают, что их там могут так закрутить, что не выкрутишься.

– В смысле? – не понял я.

– В коромысле! Нечего нос совать. Уж больно любопытный. Сделаем дело, и езжай обратно. Но если кому-то про нас доложишь, – она снова остановилась и пригрозила мне пальцем.

– Не переживайте. Я не собираюсь никому ничего рассказывать. Если бы не сильная нужда, я бы к вам не приехал. Кстати, может, не надо никакого ритуала, и вы мне сами поможете? – предложил я. – Я хорошо заплачу.

– А что за дело у тебя? – заинтересовалась она.

– Надо проклятье снять…

– О-о-о, нет-нет, – замотала она головой. – Туда даже я лезть не собираюсь. Хоть мне уже за восемьдесят, я ещё жить хочу.

– Чего вы боитесь?

– Так если я вмешаюсь, тот, кто проклял, на меня же и выйдет. Найдёт меня и ножичком по горлу чик! Или может такую болезнь наслать – век не оправлюсь. Помру в страшных муках. А оно мне надо? Не-ет, не надо. Я хочу спокойно свою старость дожить.

– Ясно, – разочарованно выдохнул я. – Похоже, мне самому придётся совсем разбираться.

Мы вернулись в деревню. Фёкла поспешила к себе домой. Сказала, что корова уже должна вернуться с пастбища, и её надо подоить. Мы со старостой зашли к нему.

Меня очень хорошо приняли – в прошлый раз вылечил ребенка. Дочь Дюжева тут же собрала на стол съестное и всё пыталась мне угодить. Муж её предлагал остаться на несколько дней и сходить с ним на рыбалку. А ещё шепотом, чтобы жена не слышала, сказал, что у него припрятана бутылочку самогона. От выпивки я отказался и с благодарностью принялся за еду. С собой я не догадался ничего взять, а последний раз ел пончики в дирижабле.

До позднего вечера мы разговаривали. Я узнал, как живёт деревня, и что люди с большой земли хоть и настороженно относятся к ним, но не прочь за рыбу или пушнину оказать помощь. Один из парней даже выехал на большую землю, и теперь учится в школе и подрабатывает в каком-то магазине. Для местных это целое событие, ведь много поколений они не покидали остров и привыкли полагаться только на себя.

Под вечер пришла Фёкла и принесла глиняный кувшин с молоком, банку соленых груздей и ведьминскую книгу, завёрнутую в плотную ткань. Книга была настолько старая, что при любом неаккуратном движении хрупкие страницы крошились. Я попытался разобраться, но не понимал ни одного знака. Это явно была письменность, но я ею не владел. Да и никто из простых, насколько понимаю, не мог прочесть ведьминскую книгу. Знания ведьмаки передавали между собой почти таким же образом, как мы алхимики передаем – через инициацию. Именно это со мной хотят проделать Дюжев с Фёклой. Не знаю, получится ли, но попробовать стоит.

– За сколько вы мне продадите вашу книгу?

– А сколько тебе не жалко? – уточнила старуха.

– Двух тысяч хватит? – я вытащил кошелек и отсчитал ей ровно две тысячи.

– Да ты что! Таких больших денег я сроду в руках не держала! – всплеснула она руками, разглядывая купюры, лежащие на столе.

Затем скрутила сторублевку и засунула в карман, а остальное сгребла и протянула дочери старосты со словами:

– У тебя дитё. Тебе нужнее.

Та жарко поблагодарила тётку и побежала прятать деньги.

Когда все успокоились и перестали засыпать меня благодарностями и комплиментами, я вытащил из сумки статуэтку лошади.

– Что вы можете о ней сказать? Говорят, тоже ведьмаку принадлежала, – я решил пока не рассказывать откуда она мне.

Дюжев осторожно взял фигурку, повертел, понюхал и поставил обратно на стол. Фёкла внимательно осмотрела её, поводила над ней рукой и задумчиво потёрла кончик крючковатого носа.

– Будто наше, но и не наше, – проговорила она.

– Я тоже так думаю, – поддержал её братец.

– Что это значит? – уточнил я.

– Ведьминская магия здесь есть, и довольно сильная. Но не она одна. Ещё кое-чем веет… шаманское дело.

– Согласен. Шаман тоже приложил руку, – кивнул староста. – Сибирские шаманы такой след оставляют. А чья эта вещь?

– Забрал из гробницы монгольского хана после того как открыл её, – признался я.

– Да ты что! – Фёкла прижала руку ко рту и ошарашенно уставилась на меня. – Зачем же ты это сделал? Так вот почему тебе книга понадобилась!

Я снова кивнул. Чего уж отпираться?

– Это ты зря, ой как зря, – она сокрушенно покачала головой и с жалостью посмотрела на меня.

– Может, мне её на место вернуть и всё закончится? – с надеждой спросил я.

– Не в лошади дело, – помотала она головой. – Похоже, в гробнице знающие люди запечатали того хана, а ты его выпустил. Теперь уж обратно не загонишь. Придётся сделать то, что он просит. А ведь он просит, верно?

– Верно. Только не он, а одна из его жён приходит ко мне во сне. Как вы догадались?

– Неупокоенным душам вечно что-то надо. Меня в детстве моя прабабка преследовала. Всё заставляла её могилку найти и кулон свой туда закопать. Пришлось кулон у тётки выкрасть и закопать, а то житья от неё не было. Каждую ночь во сне за мной бегала и пыталась топором порубить. До сих пор от страха сердце замирает, когда вспоминаю, – она успокаивающе погладила себя по плечу. – Так, а от тебя-то чего они хотят?

– Чтобы отменил заклинание. Может, вы мне поможете это сделать? – ещё раз попытался уломать старуху.

– Нет-нет-нет, даже не уговаривай, – замахала она руками. – Не хватало ещё, чтобы они на меня перекинулись. У меня-то и сил никаких уже нету, и стара я, вижу плохо, слышу плохо. А если что-то неверно скажу или сделаю… не-е-е, сам разбирайся со своими духами.

М-да, похоже, они действительно уже не ведьмаки. Ведьмаки бы не испугались духов.

– Вы сказали, что чувствуется шаманский след, – напомнил я. – Что это значит?

– Точно не знаю, но шаманы точно руку приложили. Они там по-своему заклинания накладывают. Мы используем силу земли, а они духов призывают и их энергию забирают.

Мне сразу вспомнилась Нарантуя. На поясе у неё висели амулеты, даже в косы мелкие фигурки животных вплетены. Уж не она ли шаманка? Вполне возможно.

– Может шаман ведьмака убить с помощью заклинаний?

Староста отставил кружку, из которой пил парное молоко и кивнул.

– Может. Отчего же не мочь? Ведьмак другого ведьмака проклясть не сможет. Порчу даже не наложит. Только саблей голову отсечь или яду подсыпать. А вот шаман очень даже может. Разные мы.

Это многое объясняет. Алтан Хасар был могущественным ведьмаком, поэтому никто к нему не мог подступиться, кроме жены-шаманки.

За разговорами время пролетело незаметно. Ближе к полуночи мы с Захаром и Фёклой снова двинулись к месту под названием «Жертвенный круг Забытых».

– Что вы собираетесь делать? – спросил я, освещая путь фонарём.

– Будем просить наш род открыть тебе знания к письменам. Если согласятся – сможешь прочесть книгу и сотворить заклинание. Если нет, то нет, – пожала она плечами.

– Вы говорили про какие-то испытание, – напомнил я. – Можете подробнее рассказать об этом?

– Нет, не могу. Я такого ещё не делала. Самой интересно. Знаю только, что пройдешь испытание, если не выйдешь за пределы круга жертвенных камней.

Мы добрались до выжженной поляны. Старуха раскрыла книгу, которую попросила меня взять с собой, и при свете фонаря начала переворачивать страницы, что-то бормоча себе под нос.

– А-а, вот оно! – радостно воскликнула она. – Вот и хорошо. Сейчас начнём.

Фёкла в предвкушении потёрла руки и, схватив меня за рукав, потащила к камням.

– Встань посредь круга, – велела она и подтолкнула меня вперёд.

– Какого круга? – не понял я.

– Да камни по кругу стоят, вот и встань посреди. Что ж тут непонятного? А лучше сядь. Так тебе самому сподручнее будет.

Я сделал как она велел. Дюжев остался стоять на окраине поляны и озадаченно наблюдал за происходящим.

Старуха вытащила из-под многочисленных юбок кинжал, подняла его над головой и принялась чертить какие-то знаки, выкрикивая слова:

– Мираэль сунтарис! Лунави сэлдора! Фиренда моралис! Тенебрис кора!

В это время вдали послышался какой-то шум. Он всё нарастал и нарастал пока на поляну не ворвался рой мелких чёрных насекомых. А может и не насекомых. В темноте было трудно различить.

Старуха удовлетворенно крякнула, затем подошла к ближайшему валуну и, разрезав ладонь, накапала в выемку свою кровь. В тот же миг на камне загорелись символы и знаки.

– Какая же я молодец, – услышал я шёпот Фёклы, когда она по очереди «зажгла» все шесть валунов.

Свет от них рассеял темноту, и я увидел, что надо мной кружат не насекомые, а что-то черное и постоянно меняющее формы. Будто сгустки энергии. Стало не по себе. Может отказаться, пока не поздно?

– Помни, не выходи из круга! – прокричала Фёкла, и вдруг наступила гнетущая тишина. Следом меня окружил непонятно откуда появившийся молочный туман.

Уф-ф-ф, началось…

Глава 19

Всё смолкло вокруг. Сквозь туман я видел только огни жертвенных камней. Вдруг над самым ухом будто что-то пролетело.

– Кто здесь? – спросил я, но едва услышал собственный голос. Он просто увяз в магическом тумане.

Обернувшись, увидел темный силуэт высокого худого мужчины. Он шёл прямо на меня. Я вскочил на ноги и невольно попятился, чтобы пропустить его. Но вскоре туман немного разошёлся, и я увидел его.

Передо мной стоял мертвец с истлевшей одеждой на костях. Он поднял руку, будто хотел дотронуться до меня. Я снова сделал шаг назад, но следил за тем, чтобы не выходить из круга. Он же ничего мне сделать не сможет. А напугать? Ну я в своей прошлой жизни видел столько, что вряд ли подобное сможет меня впечатлить.

– Я покажу тебе, как меня убили, – прошелестел его голос, и в ту же секунду перед моим внутренним взором предстала картина.

Молодого высокого темноволосого мужчину ведут двое стражников с боевыми топорами на плечах. Лицо парня разбито, кровь стекает по шее и пропитывает одежду. Руки заведены назад и связаны верёвкой из грубого материала.

Слышится гул голосов, среди которого я смог разобрать только одно слово: Ведьмак.

Мужчина еле передвигает босые ноги и то и дело спотыкается. Вдруг камень попадает в грудь. Он охнул и упал на колени. Один из стражников рывком ставит его на ноги и толкает вперёд. Следующий камень вскользь угодил ему по щеке, содрав кожу.

Мужчину подводят к наспех сколоченному гробу. Он в ужасе пытается убежать, но получает по затылку и теряет сознание.

Картинка пропала, но лишь на мгновение. Я снова увидел его, но уже в гробу. Мужчина пытается кричать, коленями упирается о крышку гроба, но всё тщетно – сдвинуть не получается. Руки до сих пор связаны сзади, а сверху на него давят два метра земли. Страшная смерть.

А вот теперь меня пробрало. Видимо какие-то чувства и ощущения остались от прошлого владельца тела и передались мне. Я глубоко вдохнул и протяжно выдохнул, чтобы успокоиться. Сердце бешено билось в груди. Однако… я будто сам был заживо погребенным и испытал весь страх и ужас, что испытывал он. Но быстро отбросил этот морок.

Призрак пропал, а я опустился на корточки. Туман не только заглушал звуки, но и в его густой, молочной пелене, дышать было тяжело.

– Са-ша, – прошипел кто-то.

Я медленно поднял голову и увидел девушку лет пятнадцати в длинном цветастом платье и с косынкой на голове. Она улыбалась, глядя на меня, и заплетала длинную черную косу.

– Кто ты? – спросил я.

– Я покажу тебе, как меня убили, – проигнорировав мой вопрос, ответила она.

Снова я увидел картинку. Большой сарай. Много людей. Плачут дети. Девушку за косу тащат по земле двое суровых мужчин. Она умоляет отпустить, пытается высвободиться, но получает лишь пинок в бок. От боли истошно кричит, но тут же снова получает удар, и на этот раз по лицу. Прямо на глазах заплывает глаз и вздувается щека.

– Заткнись, ведьма!

Мужчины затолкали её в сарай и заперли. Кто-то поднес горящую головешку к сену, разбросанному вокруг сарая. Огонь вспыхнул мгновенно и за считанные секунды объял пламенем сарай с людьми. Крики, мольба, запах горящих тел. Как же тяжело всё это видеть, но я не мог просто выключить картинку.

Я опустил голову и зажмурился, пытаясь отогнать страшное видение. Помогло. Я больше не видел и не слышал ничего. С облегчением вздохнув, поднял голову и увидел, что девушка преобразилась. Теперь передо мной стоял обгоревший мертвец.

– Мне очень жаль, – проговорил я.

Девушка кивнула и пропала.

Мне захотелось пить, я будто сам задыхался в том сарае. Я подошёл к ближайшему валуну и опёрся на него. Сколько же будет длится это ужасное испытание?

– Я здесь, – сзади раздался мужской голос.

Мне не хотелось оборачиваться, но я подумал, что духи не сочтут задание выполненным, если я буду избегать их.

На этот раз передо мной стоял пожилой мужчина с длинными косматыми белыми волосами и в черном плаще. Его лицо избороздили глубокие морщины, светло-голубые глаза изучающе осматривали меня. Он совсем не походил на призрака.

– Зачем ты позвал нас? – спросил он грубым, гортанным голосом.

Я опешил. Он что обращается ко мне?

– Я хочу научиться читать ведьминскую книгу, – ответил я, и мой голос, в отличие от его, был еле слышен.

– Зачем тебе это надо? – с нажимом спросил он.

– Чтобы избавиться от проклятья умершей ведьмы.

– Ты его заслужил? – заинтересовался он.

– Нет.

Я, действительно так считаю Ведь получается, я сделал хорошее дело открыв гробницу и выпустив Нарантую. А статуэтку я могу вернуть, если это поможет.

– Если ты выстоишь против меня, то получишь разрешение духов рода. Если нет – умрёшь!!! – заорал он, выхватил из-под плаща меч и бросился на меня.

Я понимал, что передо мной призрак, но всё равно машинально увернулся от лезвия, готового обрушиться на мою голову. Однако, когда лезвие ударило по валуну, послышался характерный звук, и в стороны брызнули искры.

Горгоново безумие! Да меня же заманили в ловушку и хотят убить. Неужели ведьмаки тоже за лекарей⁈

Я рванул прочь, на ходу вытаскивая пробирку и намереваясь вырваться из густого тягучего как кисель тумана, но решил сначала расправиться с сумасшедшим стариканом. Тот уже снова настиг меня и хотел пырнуть острием меча, но я оказался проворнее и, отскочив в сторону, плеснул на него зельем «Оковы».

Мутная серебристая жидкость пролетела сквозь него и упала на прожженную землю. ЧТО⁈ Он всё-таки призрак! Но… как это возможно, ведь меч-то настоящий⁈ Или нет?

Проверять как-то совсем не хотелось, поэтому я решил, что хоть он и призрак, но не такой уж и ловкий. Смогу увернуться от удара, но за пределы круга не выйду. Старуха ведь предупреждала, что будут испытания. Видимо, этот старый воин с мечом – одно из них.

Между тем старикан снова пошёл на меня, двумя руками взявшись за меч. Наверняка он участвовал во многих битвах. Чувствовалась уверенность и опыт в его действиях. Я тоже не пальцем делан, поэтому со мной придётся повозиться.

– Сдайся или умрёшь, – процедил он сквозь зубы.

– Никогда, – улыбнулся я, в напряжении следя за каждым его движениям. – Мёртвые не могут убить живых.

– Скажи об этом Нарантуе, – ощерил он неровный ряд крупных пожелтевших зубов и ринулся на меня.

Бросок, удар и… все. Старик снова промахнулся, вонзив меч в землю, и сразу после этого пропал.

Я с облегчением выдохнул, разглядел в тумане светящийся камень, подошёл к нему и устало оперся.

– Кто следующий? – прокричал я. – Торопитесь, а то скоро рассвет!

Мне казалось, что прошло уже немало времени. Однако, взглянув на часы, я обнаружил, что сейчас всего четверть первого ночи.

Пару минут ничего не происходило, и я уже решил, что испытание близится к завершению, но тут воздух заколыхался, послышался приглушённый звук, будто кто-то бил в бубен.

Я осмотрелся и увидел фигуру. Она медленно приближалась ко мне, а вместе с тем звук бубна становился всё громче и громче.

– Опять ты, – выдохнул я, когда из тумана вышла Нарантуя.

Женщина внимательно посмотрела мне в глаза и, не разжимая губ, произнесла.

– Я покажу тебе как меня убили.

От яркой вспышки в голове я пошатнулся и едва смог удержаться на ногах, схватившись за валун. Сначала я увидел безбрежное зеленое море. Приглядевшись, понял, что это лес. Густой темно-зеленый лес, простирающийся до самого горизонта. Я стоял на вершине холма и мог видеть так далеко, что казалось, будто парю в небе.

Звук бубна стал отчетливее, и к нему присоединились другие: веселый смех, разговоры, звяканье посуды, треск костра и лай собаки. Обернувшись, я увидел, что за мной находится небольшое поселение с добротными бревенчатыми домами и хозяйственными пристройками. Вокруг бегают куры, за которыми гоняется пухлый щенок. Издали слышится мычание коров и ржание лошадей. Спокойная мирная жизнь.

Вдруг удары по бубну ускорились. Почувствовалось напряжение. Люди, которых я не видел, а только слышал, всполошились. Тревога!

В поселение на лошадях ворвались воины с мечами наизготовку. На широких смуглых лицах с узкими щелочками глаз отражалась злоба, ненависть и жажда наживы. Послышались крики. Истошные крики боли и ужаса.

Я сел на землю, оперся спиной о камень и вдруг наступила тишина, и картинка поменялась.

Полуголую девушку всю в ссадинах и царапинах привязали к шеренге таких же и повели по лесу. Идти пришлось долго. Голые ноги зудели и болели от ран, полученных от острых сучков и колючих кустов.

Девушка освободилась от веревки, что связывала её запястье, и кинулась в лес. Следом за ней пустился воин на низкорослом тяжелом коне. Погоня продолжалась недолго. От сильного удара по затылку древком копья она без сознания свалилась на землю.

Картинка снова поменялась. Теперь девушка находилась в военном лагере. Вокруг стоят шатры, горят костры, слышится отборная брань, цоканье копыт и звяканье сбруи. Её вместе с другими пленницами поставили в ряд. Она вся дрожит от холода, боли и унижения. Рядом прохаживается богато одетый мужчина с золотым шлемом на голове. Он внимательно осматривает каждую и останавливает свой выбор на ней.

Девушку моют, обмазывают благовоньями и наряжают в дорогое платье с вышивкой из золотой нити. Она понимает, что это значит, и умоляет женщин отпустить её, но те лишь покрикивают и бьют её по щекам.

Картинки меняются как слайды, которые показывал нам на одном из занятий профессор Щавелев. Теперь я вижу шатёр изнутри. На полу и стенах разноцветные ковры, много свечей, на черной шкуре медведя лежит тот самый мужчина. Только он не в шлеме и дорогой одежде, а совершенно голый.

Что было дальше, я не увидел, но и так понятно. Я уже было подумал, что на этом всё закончилось. Но уже через несколько секунд Нарантуя показала мне костер в глубокой яме, в котором уже кричали и корчились от боли другие женщины. Сильный толчок, и в яму полетела и она.

– Отмени заклятье ведьмака Алтан Хасара, и я сниму с тебя проклятье, – послышался голос женщины, и она возникла передо мной.

– Как ты его убила?

– Покажу, если поможешь.

– Зачем снимать заклятье с ведьмака, которого ты ненавидишь? – поинтересовался я. – Зачем тебе помогать ему?

– Я помогаю не ему, а себе. Сними заклятье, и освободишь не только его, но и всех нас – тринадцать жён хана. Мы хотим хотя бы после смерти избавиться от него.

– Почему он не мешает тебе?

– Он до сих пор привязан к своему бренному телу, поэтому не может добраться до тебя. В отличие от меня. А я его обманываю, что хочу, чтобы мы стали ещё ближе и вместе перешли в мир иной… Если ты согласишься помочь нам, то дух этого рода ведьмаков даст дозволение воспользоваться их книгой.

– Неужели ты с ним об этом договорилась? – удивился я.

– Так и есть.

– Что обещала взамен?

– Это тебя не касается, – грубо ответила она, взмахнув головой так, что её косички начали извиваться, как змеи. – Снимешь заклинание, избавишься от проклятья и получишь подарок от хана. Не снимешь – умрёшь. Решай прямо сейчас.

Хм, никто не смеет мне угрожать. Даже призрак ведьмы.

– Значит так ведьма! Я прошёл испытание и сам получу от предка рода ведьмаков способность владеть ведьминской магией. И как только я открою книгу, то буду искать не заклинание, которое поможет тебе избавиться от хана, а наоборот, ещё сильнее привяжет тебя к нему. Или изготовлю амулет жрецов Морры, с которым сталкивался в прошлой жизни, и ты окажешься полностью в моей власти и будешь выполнять всё, что я тебе прикажу, – я медленно наступал на неё, в то время как девушка, зло поджав губы, таяла прямо на глазах. – Или призову того, кто намного сильнее тебя. А может мне с помощью магического круга связаться с твоим «горячо любимым» муженьком? Думаю, он будет очень удивлен тем, что творит жена за его спиной.

– Р-р-р-а-а-а! – исступленно закричала она, выдернула кинжал из-за пояса и бросилась на меня.

Я сначала отпрянул, но потом понял, что это всего лишь призрак, поэтому усмехнулся и развёл руки в сторону.

– Смотри, не промахнись.

Шаманка пролетела сквозь меня и пропала. Вместе с ней исчез молочный туман, и я снова оказался в ночном лесу в кругу горящих валунов.

– Саша, ну как ты? – ко мне поспешил обеспокоенный староста. – Справился?

– Не знаю, – развёл я руками и опустился на камень.

На меня накатила усталость. Может, из-за призраков, которые показывали мне то, отчего кровь стынет в жилах. Или из-за вновь подступающей болезни.

Старики подошли ко мне. Старуха взяла меня за подбородок и взглянула на лицо, провела рукой по волосам.

– Не поседел. А говорили, что от обряда либо седеют, либо умирают от сердечного приступа, – задумчиво проговорила она.

– Расскажи хоть, что ты видел, – осторожно спросил Дюжев.

Я ответил на сразу. Первым делом вытащил из внутреннего кармана пиджака приборку с «Исцелением» и выпил. Старики терпеливо ждали.

Почувствовав, как силы вновь вернулись ко мне, я пересказал всё что видел и слышал. Фёкла качала головой, охала и постоянно переспрашивала. Староста же замер, задумчиво глядя в лес, и ни разу не задал ни одного вопроса.

– Правильно ты осадил эту Нарантую. Она ещё и вредить тебе вздумала, стерва, – старуха сжала кулак и потрясла им. – Говорила же я, что шаманская аура от лошади этой исходит.

– Ну так можешь ты книгу прочесть или нет? – уточнил Дюжев.

– Надо проверить, – пожал я плечами.

– Сейчас-сейчас. Она у меня здесь лежит, – старуха торопливо отбежала в сторону, за валун и принесла свою книгу. – Если у тебя ничего не получится, так уж и быть, я сама тебе всё сделаю, – встретившись с суровым взглядом брата, быстро добавила. – Никто об этом не узнает.

– Нет я сказал! Не позволю бросать тень на деревню. Люди доверились мне, и я их не подведу. Что будет, если кто-то узнает? Да я доверие потеряю. Никто не будет слушаться старосту, который своим родным дозволяет ведьминскими делами заниматься, а другим запрещает.

– А только что вы что делали? – уточнил я, имея в виду моё испытание.

– Это ерунда, – отмахнулся он. – Мы ни в чью жизнь не вмешиваемся. Только в твою, а ты сам на это согласился, поэтому претензий не должно быть… У тебя ведь нет к нам претензий? – уточнил он, внимательно взглянув на меня.

– Нет, – мотнул я головой и взял книгу из рук старухи.

Открыв где-то посередине, я взглянул на незнакомые письмена. Всё по-прежнему. Неужели не сработало?

– Ну что? Понимаешь, что написано? – в нетерпении спросил Дюжев.

– Нет… Хотя.

Вдруг знаки начали меняться и в ряд выстроились знакомые буквы. Я понимал, что написано!

– «Для обряда понадобятся: чаша с родниковой водой, веточка можжевельника, чёрная свеча. Во время произнесения окропи пространство водой и проведи веточкой вокруг себя, представляя, как возводишь невидимый щит», – прочёл я надпись.