Текст книги ""Фантастика 2026-44". Компиляция. Книги 1-36 (СИ)"

Автор книги: Мария Ермакова

Соавторы: Валентина Зайцева,Харитон Мамбурин,Егор Золотарев,Инна Дворцова,Денис Стародубцев,Александр Коротков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 185 (всего у книги 329 страниц)

Глава 18

Ведьма Гризельда указала направление, в котором находится нужное кладбище, и пропала. Деловая. А как я должен в ночи искать старое кладбище, которое непонятно где находится? Так, ладно. Если не найду, поищу утром при свете. Сначала нужно выехать из города.

Кладбище, на котором можно найти, по словам ведьмы, проклятое серебро, находилось на юго-востоке Москвы. В том направлении я почти не бывал, поэтому несколько раз заезжал не туда и, порядком разозлившись, выехал за пределы города только к двум часам ночи.

Я медленно поехал по обочине трассы, внимательно осматриваясь, чтобы не пропустить съезд к кладбищу. Мимо с огромной скоростью проносились автомобили, а я плёлся как раненый носорог. Рядом со мной даже пару раз останавливались и предлагали помощь, но я отказался, соврав, что ищу сумку, которая вылетела из открывшегося багажника. Ну не признаваться же в том, что посреди ночи мне понадобилось кладбище.

Когда я уже разозлился настолько, что хотел вызвать ведьму и отчитать ее, как увидел выцветшую вывеску, которая гласила, что здесь находится кладбище, и пояснение, что на данный момент оно закрыто для похорон. Отлично! Никто не будет мешать. Хотя вряд ли даже на действующем кладбище нам может кто-то помешать ночью. По местным обычаям, насколько я успел узнать, люди предпочитают посещать могилы родных не позже полудня. Не знаю с чем это связано. В моём мире таких правил не было.

У тех кто мог себе позволить были родовые склепы. У меня тоже такой имелся под дворцом. Так что можно сказать, что почившие родственники круглосуточно были с нами. Или мы с ними.

Я поехал по заросшей, еле заметной дороге, пока не упёрся в запертые железные ворота. Фары осветили толстую цепь, на которой висел большой амбарный замок.

Вышел из машины, размотал махровое полотенце с хрустального кувшина и осветил округу. Судя по всему, ворота давно не открывали: замок заржавел, трава и кусты плотно обвили железные прутья.

Вытащил из патронташа «Разъедающее прикосновение» и капнул всего одну каплю на дужку замка. Пара секунд, и замок упал, а цепь с дребезжанием разъехалась.

С силой дернув одну створку, я приоткрыл её и, прихватив «Живой свет» и лопату, протиснулся на территорию кладбища.

Светящееся зелье не шло ни в какое сравнение с фонарём, ведь равномерно освещало всю округу на много метров вокруг, поэтому я видел всё как днём. Вовремя я его изготовил.

Я двинулся по широкой, выложенной булыжником дороге, с двух сторон от которого расходились узкие дорожки к могилам. В моём мире на могилы предпочитали ставить каменные надгробия, которым не страшны годы и погодные условия. Ну и добавляли к ним чуток бытовой магии для большей сохранности. Каменщики специальными инструментами вырезали имя и годы жизни и смерти, поэтому даже несколько веков спустя можно было узнать, кто похоронен. Здесь же отовсюду торчали деревянные кресты. А многие уже не торчали, а лежали в траве.

«Гризельда, явись!» – велел я, остановившись у небольшого склепа со страшной горгульей над входом.

Довольно необычно для местного кладбища. Всего я высмотрел три склепа, но и они больше походили на хозяйственную постройку, чем на настоящие склепы. Только этот отличался.

Прошло минут пять, но ведьма так не появилась. Кислота раствори эту облезлую старуху! Сначала сама меня сюда заманила, а теперь её не дозваться. Неужели придётся найти её через Нарантую.

Уже хотел позвать шаманку, но тут увидел вдали что-то чёрное и колышущееся. Похоже, это она.

Я двинулся к ней, но фигура отдалялась с каждым моим шагом. Какого чёрта? Чего она добивается?

«Гризельда, у нас договорённость! Если ты не покажешь мне могилу, то я просто поеду домой, и на этом наше сотрудничество закончится!» – пригрозил я.

«Убери свой дьявольский фонарь! – взвизгнула она в ответ девичьи голоском. – Он меня прожигает насквозь!»

«Нет у меня никакого…» – тут мой взгляд упал на кувшин в руке.

Неужели этот свет отпугивает призраков? Не знал. Надо будет запомнить.

Снял с плеча махровое полотенце, обмотал им хрустальный сосуд. Ведьма явилась через пару секунд.

«Ты боишься света?» – уточнил я.

«Обычного света не боюсь. А этот, – молодая ведьма кивнула на кувшин, который я поставил на землю. – От него мне… больно».

«Призраку не может быть больно, – наставительно сообщил ей. – Боль испытывает плоть, а ты лишь дух».

«Не знаю, как тебе объяснить. Я будто перестаю быть духом и просто исчезаю».

Странно. Ну ладно.

«Покажи мне могилу. Не хочется здесь задерживаться».

«Вот она», – Гризельда указала на тот самый склеп с горгульей.

«Как я узнаю проклятое серебро? На что оно похоже?»

«Это перстень из чернённого серебра. В этом склепе лежит могущественный колдун. Его душу прокляли на вечные мученья с помощью перстня».

А вот это мне уже не нравится. Мало того, что я должен забрать проклятое серебро, так опять придется связываться с духом колдуна. Мне этого совсем не хочется. Хватило монгольского хана.

Будто прочитав мои мысли Гризельда добавила.

«Не волнуйся. Он не явится к тебе. Для него этот перстень не имеет никакого значения».

«А для меня? Я на себя не перекину его проклятье?» – на всякий случай уточнил я.

Ведьма лишь закатила глаза, будто я сказал несусветную глупость. Ну ладно, рискнём.

«Тогда тебе лучше убираться отсюда подальше. Я не вижу в темноте, поэтому воспользуюсь 'Живым светом».

Ведьма недовольно сморщила нос, щелкнула пальцами и пропала, а я прихватил кувшин и зашёл в каменный склеп.

Внутри было грязно. Валялась прошлогодняя трава, в углах рос мох, с потолка свисала грязная паутина. Я втянул носом и понял, что сюда давно никто не приходил. Не осталось даже отголоска человеческого эфира.

В центре склепа находился каменный прямоугольник, который больше походил на стол, чем на саркофаг. На плите, закрывающей захоронение, не было никаких обозначений. Даже имени. Те, кто хоронил колдуна, не хотели, чтобы кто-то знал, кто именно здесь лежит.

Я поставил кувшин на пол и взялся за лопату. Нужно было подцепить плиту и сдвинуть её в сторону. Пришлось повозиться. Я даже пожалел, что не сделал зелье, увеличивающее силу.

Уставший и взмокший, я наконец сдвинул плиту. Внутри оказался деревянный полусгнивший гроб. Отдышавшись и вытерев рукавом капли пота с висков, я поднял крышку и невольно задержал дыхание.

Нет, мертвецов я не боялся. Но обычно они выглядели по-другому. Просто набор костей или кое-где оставалась почерневшая плоть, но здесь… Он был почти свежий, будто умер на прошлой неделе.

Я накрыл толстым полотенцем кувшин и позвал Гризельду.

«Ты уверена, что мне нужен этот мертвец? Похоже, его просто подложили сюда совсем недавно», – спросил я и указал на молодого мужчину в вычурном бордовом костюме с рюшами и в белоснежной рубашке.

«Это он. Колдун Лука. Красавчик, правда? Умер лет за десять до меня», – ведьма с улыбкой залюбовалась мертвецом.

«Не может быть! Он же… свежий! Если бы не синие губы и бледная кожа, можно вообще принять за живого», – возмутился я.

«Ничего ты не понимаешь, – фыркнула Гризельда. – Он – не обычный человек, а колдун. Даже после смерти его сила никуда не девается. Вот и продолжает поддерживать тело в такой форме. Не все живые так хорошо выглядят».

«Согласен. Ну ладно, где тут перстень?» – я склонился над гробом, разглядывая пальцы.

«На шее», – подсказала ведьма и испарилась.

Я расстегнул верхнюю пуговицу и увидел совсем небольшое колечко, которое перстнем можно назвать с большой натяжкой. Мне стало не по себе. Совсем не хотелось дотрагиваться до него. Веяло темной магией.

Однако делать нечего. Аккуратно, стараясь не дотрагиваться до покойника, я вытащил кольцо и увидел, что под ним виднеются белые кости. Бр-р-р. Жуть какая.

Убрав его в карман, взял кувшин и поспешно вышел из склепа. Не нравятся мне все эти дела. Как хорошо было бы сидеть на вершине башни и готовиться к очередному путешествию, а не вот это всё.

Чтобы подозвать Гризельду, я замотал кувшин полотенцем и уже хотел позвать её, но вдруг услышал грубый голос за спиной.

– Стоять!

Первая мысль – колдун восстал из гроба. Когда послышались тяжёлые шаги я невольно поёжился, сглотнул и резко развернулся.

Однако оказался не прав. Ко мне направлялся широкоплечий мужчина в рабочей одежде и в фуфайке на плечах. В руках у него горел масляный фонарь с колышущимся пламенем.

– Что ты здесь делал? – он остановился неподалеку и грозно посмотрел на меня из-под кустистых бровей.

– К дедушке в гости приходил, – ответил я единственное, что пришло в голову.

– К какому-такому дедушке? – не отступал он.

– Так вот он, в склепе лежит, – указал я на склеп.

– Что ты меня за нос водишь⁈ Этому склепу лет двести, если не больше. А ну выворачивай карманы. Что ты украл? – мужчина решительно двинулся ко мне.

– А ты сам-то кто такой? – я решил пойти в наступление. – Что здесь ночью делаешь?

Мужчина остановился, вытащил из нагрудного кармана какой-то документ и показал мне.

– Я смотритель этого кладбища. Меня наняли, чтобы таких гавриков, как ты, ловил. А то повадились кресты и ограды воровать и как металлолом сдавать.

Вдруг он охнул, испуганно вытаращился куда-то мне за спину и попятился.

– Чур меня, чур меня, чур меня, – быстро прошептал он, развернулся и дал дёру.

Оглянувшись, увидел Гризельду в образе той страшной старухи с лошадиными зубами. Она парила в метре над землёй и зловеще ухмылялась.

«Довольна собой? А если он дурачком на всю жизнь останется?» – я укоризненно покачал головой.

«И поделом! Сам-то весь лом и перетаскал, а на других валит. Жулик».

Я покачал головой и направился к воротам.

Теперь нужно поймать Харитонова и провести над ним ритуал. Если его предок и в самом деле за отказ решил девушку так жестоко наказать, то кто-то должен ответить. Конечно, какая-то печать не идёт ни в какое сравнение со смертью в страшных муках, но пусть хоть так его род расплатится за ошибку своего предка. Правда, говорят, что сын не в ответе за действия отца, но ведь сестры и племянницы Гризельды, как и она сама, ни в чём не были виноваты, но никто их не пожалел.

Я вернулся домой, смыл с себя кладбищенский запах, залез под одеяло, обнял Лену и заснул. Она даже не заметила моего отсутствия, хотя на улице уже светало.

Утром после бессонной ночи я чувствовал себя на удивление хорошо. Мы с Леной позавтракали и даже успели посмотреть фильм, прежде чем позвонила её мать и напомнила, что они собирались ехать в гости к её двоюродной сестре.

– Делать нечего, придётся ехать, – вздохнула Лена, поговорив с матерью. – Терпеть не могу тетю Алису.

– Почему? – я крепко обнял её.

– Она очень завистливая и льстивая.

– Понятно. Бывает.

– А ещё она постоянно настраивает маму против тебя и твоей семьи. Говорит, что мне не следует с тобой общаться, а лучше выбрать кого-то из нашего круга.

– Ну, я думаю, что есть доля правды в её словах. Нам ещё далеко до вашего достатка и положения, – подумав, ответил я.

– Мне это совсем неважно. Ведь я так люблю тебя.

– И я тебя люблю.

Я наклонился к ней, а она привстала на цыпочки. Нас словно магнитом тянуло друг к другу. Неужели, у меня будет своя семья и даже дети? Не хочу даже думать об этом. Вдруг не сбудется. М-да не узнаю себя. Неужели Валерион наконец-то дорос до того, чтобы успокоится и прожить жизнь с одной-единственной женщиной?

Проводив Лену до машины, я сел придумывать план, как поставить клеймо предателя на Илью Харитонова.

Сначала требовалось опустить проклятое серебро в воду, а потом дать проклинаемому выпить воду, одновременно произнося заклинание. Всё это должно делаться внутри солевого круга и с зажженной черной свечой. Серебро, свечи и соль у меня были, а вот как заставить Харитонова выпить воду и при этом стоять в круге, я не представляю. Если только… Хм, а это идея. Только нужно для начала приготовить зелье «Настой Смирения».

У меня не было всех необходимых ингредиентов, поэтому пришлось ехать к особняку. Сначала зашёл домой поздороваться. Застал родных за обедом. Лида рассказала, как прошло открытие новой лавки, и какая была отличная идея с разноцветными мыльными пузырями. Именно они привлекли больше всего народу в лавку.

Настя похвасталась тем, что они с Ваней теперь официально пара. Правда, видеться будут редко, ведь живут в разных городах. Я не стал говорить, но подумал, что это даже к лучшему. Всё-таки у Насти непростой характер. Она может вспылить, бывает раздражительной, дерзкой и капризной. Всё дело в её возрасте, по крайней мере я на это надеялся.

После обеда пошёл в лабораторию и занялся «Настоем Смирения», зелья, подавляющего волю. Выпив, ты становишься марионеткой в чужих руках. Тебе могут приказать сделать всё-что угодно, и ты это сделаешь, ведь полностью будешь подвластен хозяину.

Будучи Валерианом, я готовил такое зелье для своего дяди, который не любил, когда с ним спорят, и хотел, чтобы окружающие всегда беспрекословно выполняли его приказы. Он управлял боевым отрядом «Черных теней», которые выполняли различные задания в стане врага. Этакая разведка, как бы сказали в этом мире. К тому же, используя «Настой Смирения» он был уверен, что никто не подкупит и не переманит его людей, когда они находятся на той стороне границы. Я же хотел использовать Настой для того, чтобы заставить Харитонова выпить воду, не выходя из круга.

Вскоре зелье было готово. Осталось придумать куда и как заманить Харитонова.

У меня были номера телефонов всех одногруппников, поэтому, пару секунд подумав, я сел в машину и набрал Харитонова.

– Алло, – послышался его ленивый голос. – Кто это?

– Илья, здорова! Это Саша Филатов, – бодрым голосом ответил я.

– Чего тебе Филатов? – по голосу стало понятно, что он напряжен. Мы с ним не такие уж друзья, чтобы я ему звонил.

– Слушай, давай встретимся, поговорим, – предложил я дружелюбным тоном.

– О чём? – напряжение нарастало.

– Об учёбе. Об академии. Обо всём. Всё-таки нам ещё три с половиной года учиться. Предлагаю зарыть топор войны.

– Хм, а где ты хочешь встретиться?

Так-так, напряжение пошло на убыль. Хорошо, очень хорошо.

– Подъезжай к академии. Сходим в академгородок к Сене. Я привезу с собой упаковку пива и какую-нибудь закуску.

– Ладно. Буду через час. Привезу с собой вискарь, а то я пиво не пью. Безвкусная мутная бормотуха.

– Хорошо. Через час встречаемся у академии, – ответил я и сбросил звонок.

Осталось договориться с Сеней. Я тут же набрал номер друга, но трубку он не взял. Ладно, занят, наверное.

Конечно, я не стал покупать пива. Главное, чтобы Харитонов зашёл в дом, а там уж я с ним справлюсь. С собой у меня было всё необходимое.

У меня были запасные ключи от дома Сени. Он мне их дал на тот случай, если потеряет свои. Поэтому я сначала позвонил и, не дождавшись ответа, зашел сам и только сейчас вспомнил, что он уехал в поместье. Это даже хорошо, не будет свидетелей.

Приготовив всё необходимое, пошёл к академии встречать Харитонова. Надеюсь, у меня всё получится. Ведьма обещала подсказать ведьмака, который заразил императора. Думаю, эту информацию можно обменять на что угодно.

Харитонов опоздал. Я даже подумал, что он не явится, и хотел вернуться домой, но тут заметил его автомобиль, въезжающий на парковку академии. Илья вышел из машины и направился мне навстречу.

– Ты же хотел взять с собой вискарь, – напомнил я, увидев его с пустыми руками.

– Передумал, – буркнул он. – Я так думаю, у тебя ко мне какое-то дело, иначе зачем организовывать эту встречу.

Он настороженно отнесся ко мне. И это понятно, ведь за то время пока мы знакомы, он проявлял себя не лучшим образом и многократно пытался навредить мне.

– Никакого особого дела, – пожал я плечами. – Просто не вижу смысла враждовать.

Мы не спеша двинулись в сторону академгородка.

– Ты должен признать, что выходка твоего отца сильно навредила всем лекарям. Говорят, вы уже открыли одну из своих лабораторий, а мы до сих пор еле концы с концами сводим. К тому же ты ездишь на крутой машине, а я даже на покраску своей не могу накопить, – сухо проговорил он, избегая встретиться со мной взглядом.

– Да, лабораторию мы открыли. Но пока ничего не продаём. А автомобиль – подарок благодарного человека.

– Подарок? – он удивленно вскинул бровь. – Интересно, за что раздают такие шикарные подарки?

– За помощь. Спас ему жизнь.

– И кто же он? Может, и я окажу какую-нибудь услугу за щедрое вознаграждение, – он явно заинтересовался.

– Не могу сказать, кто это. Он не одобрит. А помощь ты можешь оказывать всем, кому она нужна, не взирая на статус и благосостояние. Ведь мы аптекари, и это наш долг, – нравоучительно сказал я.

– Вот ещё! – прыснул он. – Не собираюсь никому помогать задаром. Были бы у меня такие возможности, я бы сначала придумывал болезнь, а потом за больше деньги продавал лекарство от этой болезни. Вот тогда бы я хорошо заработал.

– Как я успел узнать, болезней хватает, а вот эффективных средств от них – нет.

– Чушь! В каждой аптеке сотни лекарств. Ничего нового невозможно придумать.

– Сотни, только не все они эффективные. А насчёт «невозможно придумать» – это не правда. Ты можешь взять уже существующее и усовершенствовать его.

– Делать мне нечего, – недовольно протянул он. – Я вообще не хочу работать в аптеке.

– Да? И чем же ты хочешь заняться?

– Есть одна задумка, но тебе не скажу, – он оскалился, зловещей улыбкой. – обо мне ещё заговорят.

Так за разговорами мы дошли до дома, в котором жил Сеня. Он делил его с ещё двумя студентами, поэтому я сразу повёл Илью в комнату Сени.

– Фу-у, он живёт в такой халупе, – он неприязненно оглядел старую мебель и потёртый ковер на полу.

Я не стал отвечать, а закрыл за нами дверь, вытащил из кармана пробирку с зельем «Настоем Смирения» и вылил ему за шиворот.

– Какого черта ты делаешь! – возмущенно выпалил он.

– Сейчас узнаешь…

Глава 19

Харитонов хотел наброситься на меня с кулаками, но я сказал повелительным тоном.

– Смирно!

Он непонимающе уставился на меня, но уже в следующее мгновение вытянулся в струнку передо мной.

– Так-то лучше, – усмехнулся я. – Иди за мной.

Я открыл дверь в ванную, где на полу рассыпал соль. По моему приказу Харитонов, как безвольная кукла, встал посреди круга, глядя строго перед собой.

Неплохо. Теперь я понимал своего дядю, который так любил этот Настой.

Я зажёг свечу, опустил перстень с тела колдуна в керамическую кружку с водой и принялся зачитывать заклинание. С первых слов невольно напрягся. Показалось, будто стены, обложенные голубой плиткой, покрылись рябью, как стоячая вода, в которую бросили камень.

– Валдмир нешатар, сиьва каретан. Элдра морит, венар атан…

Фьють-фьють-фьють, ш-ш-ш-ш.

Пронесся сильный порыв ветра, который смахнул с полки мыльные средства и сорвал с крючков полотенца.

Ненавижу ведьминские ритуалы! Это что-то чужеродное, темное и зловещее. От этого хочется откреститься и держаться подальше, но меня будто кто-то неведомый постоянно втягивает в эти дела. Ничего не могу с этим поделать.

– Сарнум верита, даэл третан. Кельмара вишь, традаг хан. Печать измены ложится на врага! Истина вспыхнет…

А-Ш-Ш-Ш! А-Ш-Ш-Ш! Зловещее шипение послышалось сквозь гул ветра, и по стенам заскользила длинная чёрная тень. Змея! Василиск!

Всё, что творилось вокруг, должно было отпугнуть меня и заставить прекратить ритуал, но я знал, что всего этого нет. Если бы Харитонов был в своём разуме, а не под действием зелья, то наверняка сошёл бы с ума от испуга.

В это время от сильного удара хвостом в сторону отлетел эмалированный таз и с грохотом свалился на пол.

«А-Ш-Ш-Ш. Я убью тебя, – прошипело невидимое создание. – Ты мертвец».

– Ага, конечно, – усмехнулся я и продолжил. – Истина вспыхнет! Предательство откроется! Клеймо предателя найдет свое место!!!

Вмиг всё прекратилось. Я с облегчением выдохнул и снова отметил, что всё стоит на своих местах. Харитонов же даже не сдвинулся с места, хотя под ним и растеклась лужа.

Он всё видел и слышал, но не мог даже шагу ступить без моего на то приказа. Именно поэтому я также приготовил зелье, стирающее кратковременную память. Он просто не вспомнит всего того, что сейчас происходило.

Из света в комнате горела лишь одна свеча, поэтому я сразу не увидел результат ритуала. Но, когда включил свет, то заметил, как на левой щеке Ильи начало проступать чёрное пятно. Сначала оно было со спичечную головку. Затем начало расти, пока не превратилось в уродливое неровное пятно размером с абрикос.

Пятно менялось, будто не знало какую форму принять, пока не превратилось в оскал тигра с острыми зубами. Хм, довольно неплохо. Возможно, кто-то бы не отказался нанести себе такую татуировку на лицо. Среди охотников было много тех, кто любил украшать себя подобными изображениями.

Я всё прибрал за собой, и мы вместе с Харитоновым вышли из дома Сени. По пути нам периодически попадались студенты, и Илья, по моему приказу, тоже здоровался с ними и перекидывался парой фраз.

Только когда мы дошли до академии, я дал ему выпить зелье, стирающее память, и проговорил новую реальность. Теперь он будет помнить, как мы выпили по бутылке пива, обсудили учёбу и решили остаться друзьями.

Напоследок я вывел из его организма «Настой Смирения» и направился к парковке, в то время как он ломанулся в академию в поисках туалета. Думаю, он очень удивится, когда увидит мокрые штаны.

Добравшись до дома, я заперся в своей комнате, чтобы поговорить с Гризельдой, но сколько бы ни звал ведьму, она не являлась. Тогда я обратился к Нарантуе.

«Приведи ко мне Гризельду!» – велел я, как только она предстала передо мной.

Шаманка кивнула и пропала.

Прошла минута-другая, но шаманки всё не было. Через полчаса я вновь позвал Нарантую.

«Почему так долго? Где эта проклятая ведьма?» – возмутился я.

«Не могу её найти. Она не отзывается на мой клич», – виновато прошелестела шаманка.

Я раздражением выдохнул и отмахнулся от шаманки, которая тут же пропала. Сам виноват. Понадеялся на ведьму, а она меня обманула. Вот же су… Ладно, хрен с ней. Найду другой способ помочь

Завтра рано утром мы с Димой и Лидой вылетаем в Великий Новгород на встречу с наместником области, поэтому я подготовил свой парадный костюм и лёг спать.

В четыре утра меня разбудил телефонный звонок.

– Сынок, ты уже проснулся? – послышался взволнованный голос Лиды.

– Ещё нет, – сонно ответил я и, прищурившись, взглянул на часы. Можно было поспать ещё полчаса.

– Вставай! И не забудь надеть те красивые запонки, что я положила тебе с собой.

– Ладно, – широко зевнул я, сел и спустил ноги на прохладный пол.

– И надень шерстяное пальто. На улице настоящий ураган.

– Ладно, – повторил я, сбросил звонок, подошёл к окну и отдёрнул штору.

Было ещё довольно темно, но свет фонарей освещал кружащиеся снежинки, подгоняемые сильный порывистым ветром.

Дворецкого я предупредил, что рано уезжаю, поэтому он уже встал и даже заварил свежий чай, не дожидаясь кухарки. Перекусив чаем с бутербродами, я оделся и вышел на улицу.

Сильный ветер тут же приподнял полы пальто и осыпал меня колючим снегом. Зима неумолимо приближалась, а вместе с ней что-то ещё. Что-то плохое. То, с чем придётся побороться, и ещё неизвестно, кто выйдет победителем.

* * *

Мы без происшествий добрались до Новгорода. На вокзале нас уже встречали. Была та самая секретарша – Клавдия Егоровна, что звонила от наместника, и его личный водитель.

– Неужели вы не останетесь в нашем красивом городе хотя бы на пару дней? – удивленно вскинула она брови, увидев, что мы без багажа.

– К сожалению, у нас нет на это времени. Сегодня вечером возвращаемся обратно в Москву, – ответил я.

– Жаль, очень жаль. Я уже заказала вам два номера и согласовала с Владимиром Алексеевичем культурную программу, – женщина поджала губы и тяжело вздохнула.

Видимо, ей пришлось изрядно потрудиться, чтобы всё организовать.

– Дело в том, что Александр, студент, и не может пропускать занятия, – примирительно проговорила Лида. – А вот мы с Дмитрием Григорьевичем с удовольствием останемся в вашем старинном городе.

Она многозначительно посмотрела на мужа, и тот, спохватившись, тут же её поддержал.

– Да-да, на два дня мы вполне можем остаться. В конце концов не всё же работать. Надо уметь отдыхать.

Секретарша расплылась в счастливой улыбке и пригласила следовать за ней. Мы сели в громоздкий черный автомобиль с тугими дверьми и жесткими сиденьями. Молодой водитель в черной фуражке с силой захлопнул за нами двери и, запустил тарахтящий мотор.

Подпрыгивая на каждом ухабе, автомобиль помчался в центр города, где, по заверению Клавдии Егоровны, нас уже ждали.

Вскоре мы подъехали к старинному одноэтажному зданию с колоннами. Наместник – Владимир Алексеевич встретил нас у дверей. Это был пожилой мужчина с поседевшими на висках волосами и уставшими глазами.

Весь его парадный мундир был увешан орденами и медалями. Похоже, он когда-то служил, и успел немало сделать.

– То, что вы сделали, у меня не укладывается в голове, – признался он, пожимая мне руку. – Как же вам в голову пришло сражаться один на один с мутантом?

– Я не хотел, чтобы пострадали остальные. Дело в том, что я нарочно заманивал монстра, поэтому он не прошёл бы мимо и гарантировано добрался до меня.

– Но как? Как вы это сделали?

– А вот это уже тайна рода, – улыбнулся я.

Как же хорошо, что я всё могу прикрыть этой фразой. И, что самое главное, никто не допытывается – здесь такое не принято, что это за тайна такая.

Торжественная церемония вручения награды проходила в большом зале, украшенном знамёнами, гербом империи и цветами.

В первом ряду на мягких деревянных стульях с высокими спинками сидели почетные жители города и представители власти. Остальные ряды заполнили любопытствующие и журналисты.

Секретарь проводила Лиду с Димой и усадила на первый ряд, а мы с наместником под аплодисменты прошли по красной дорожке между зрителями к небольшой сцене.

Наместник сдержанно, как и полагается серьезному чиновнику, поздравил меня с проявленным мужеством, произнёс речь о значимости подвига для всей области, а затем, под вспышки фотоаппаратов и бурные аплодисменты вручил награду.

Это была медаль на красной бархатной подушечке и чек на пятьдесят тысяч рублей. Я поблагодарил, и мы обменялись рукопожатиями. Снова защёлкали фотоаппараты, и ко мне бросились зрители с букетами. Чего скрывать, было приятно.

Я услышал много хороших слов от благодарных жителей области. Среди них были также и те, кто получил деньги после продажи туши зверя. Они знали, что я так распорядился, поэтому пришли поблагодарить.

Последним ко мне подошёл тот парень – сын фермера. Он со слезами на глазах рассказал о том, что его отец почти выздоровел, и всё благодаря моему лекарству.

– Знайте, если вам понадобится помощь, вы всегда можете к нам обратиться. Мы в долгу перед вами, – с жаром заявил он.

– Хорошо, буду иметь в виду, – улыбнулся я.

Юноша вытер слёзы тыльной стороной ладони, кивнул и, крепко пожав мне руку, вышел из зала. Мы же с отцом, Лидой, наместником и с теми, кто сидел в первом ряду, перешли в банкетный зал с накрытыми столами.

Весь день я фотографировался, раз за разом рассказывал, как охотился на хитиноглота, и принимал поздравления.

Вечером Лида с Димой проводили меня на дирижабль и взяли обещание позвонить им, как только спустимся на землю.

Я зашёл в купе, опустился на мягкое сиденье и вытащил телефон. Пропущенных звонков не было, только два сообщения от Лены. Не знаю, почему, но меня напрягало то, что Сеня мне так и не перезвонил. Он должен был сегодня утром вернуться из поместья и доложить, как там дела, но его телефон по-прежнему не отвечал.

Узнав у деда номер телефона экономки, что обслуживала наш дом, я позвонил ей.

– Алло, кхе-кхе, – хрипло ответила она и закашлялась.

– Здравствуйте, это Александр Филатов. Скажите, а Семен ещё там?

– Семён? А-а-апчхи! Ой, простите, – прогундосила она. – Я не знаю. Второй день дома с простудой лежу. Я же предупреждала Григория Афанасьевича. Что-то случилось? – встревожилась она.

– Выздоравливайте, – ответил я и сбросил звонок.

Через Кирилла Попова я выяснил номера телефонов охранников, которые сейчас были на дежурстве в поместье.

– Семён? – басом переспросил охранник. – При мне не выезжал. Я здесь со вчерашнего вечера.

– То есть утром вы его не отвезли в Москву? – уточнил я.

– Нет, говорю же. Я вообще его не видел.

– Ясно. Тогда отправьте кого-нибудь в оранжереи, – тревога нарастала.

Интуиция подсказывала, что с Сеней что-то случилось.

– Отправить-то я могу, только ведь у нас нет ключа, чтобы зайти внутрь. Нам это строго запрещено. Кирилл предупреждал, что там растут опасные манаросы, и нам лучше держаться подальше.

Горгоново безумие! Час от часу не легче. Что же делать?

– Обойдите хотя бы округу, – велел я. – Вдруг он где-то на территории. И дом проверьте. Неспокойно мне как-то.

– Принято. Доложу после проверки, – отчеканил он и отключился.

Я же попросил принести чашку чая, чтобы немного успокоиться, и решил позвонить Аурике. Уж она-то точно должна знать, где сейчас Сеня, ведь они встречаются.

– Привет, Сашка, – послышался девичий голосок после нескольких гудков.

– Привет. Слушай, ты не знаешь, где Сеня? – я старался говорить спокойно, чтобы раньше времени не пугать девушку.

– Знаю, – решительно ответила она.

– Где? – с надеждой почти выкрикнул я.

– В субботу утром уехал в ваше поместье. Правда, на учебе его не было, и телефон не отвечает. Заработался, наверное. А почему ты спрашиваешь?

– Хотел кое-что у него узнать. Ну ладно, пока, – выпалил я и сбросил звонок, пока она не начала мне задавать вопросы.

Так, надо успокоиться и подумать. Если он из поместья не выезжал, значит, до сих пор там. Экономка болеет, поэтому не может сказать в доме он или нет, ведь сама живёт в соседней деревне. Осталось ждать звонка от охранников.

Вскоре дирижабль поднялся так высоко, что я больше не мог ни звонить сам, ни принимать звонки. Не в силах усидеть на месте, я вышел в коридор и начал прохаживаться, обдумывая исчезновение друга. Похоже, мы рано доверили ему такое важное дело. Охранник прав, среди манаросов много опасных растений. Одно неверное движение, и ты можешь отравиться, обжечься или… умереть. Нет-нет, не следует думать о плохом.

Через час метания по коридору на меня уже начали коситься с подозрением, поэтому снова зашёл в каюту и, допив остывший чай, уставился в иллюминатор.

Мы как раз пролетали над каким-то городом, светящимся в ночи. В это время телефон зазвонил. От неожиданности я даже подпрыгнул.

– Алло, Александр, – послышался голос охранника. – Мы всё проверили. Семёна нет ни в доме, ни на территории. В одной из комнат нашли его вещи. Я спросил у прошлой смены, они подтвердили, что он при них приехал, но обратно не выезжал. Попробовали пройти в оранжерею – не получилось. Как я и говорил, требуется допуск. Если надо, можем сделать дыру и…