Текст книги ""Фантастика 2026-44". Компиляция. Книги 1-36 (СИ)"

Автор книги: Мария Ермакова

Соавторы: Валентина Зайцева,Харитон Мамбурин,Егор Золотарев,Инна Дворцова,Денис Стародубцев,Александр Коротков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 181 (всего у книги 329 страниц)

Домашние набросились на меня с вопросами, но я не мог рассказать им про императора, поэтому соврал, что помощь понадобилась больному Коганов.

– Ни на что эти лекари не годятся, – недовольно проговорил дед. – Пора бы уменьшить количество лечебниц, а то развелось их как грибов после дождя, а толку мало.

– Ты не прав. Многие из лекарей используют не только артефакты, но и лекарства аптекарей, поэтому лечат довольно эффективно, – возразил Дима.

– Ну ты всегда всех защищаешь, а я бы на месте императора поручил Главному управлению имперского здравоохранения провести расследование и выявить, кто лучше лечит, аптекари или лекари.

– Бессмысленное занятие, – помотал головой отец. – Аптекари не могут определить болезнь так, как делают это лекари. У нас нет способностей, видеть внутренние органы и различные поражения. Мы просто должны работать сообща.

– Сообща, – передразнил его дед. – Да они только используют нас, а все деньги и лавры забирают себе. Кто-нибудь из Коганов официально сказал о том, что в последнее время один Саша всех их больных лечит? Нет, никто не сказал. А все газеты только и пишут, какие Коганы молодцы, как в очередной раз справились со страшной болезнью. Тьфу на них.

– Вот это упущение. Надо поговорить с патриархом, пусть во время интервью не забывает про достижения Саши, – кивнул Дима и покосился на меня. – Выглядишь уставшим. Ты сколько спал?

– Не знаю, – пожал я плечами. – Но это пройдёт. Выпью своё зелье…

– Да ты скоро подсядешь на свои зелья! – вновь возмутился дед.

Мне лень было что-то ему объяснять и доказывать, поэтому доел свой завтрак, выпил эссенцию «Золотой нектар» и поехал на учёбу.

Меня освободили от занятий, поэтому даже не подошёл к расписанию, а сразу спустился в лабораторию. Часть команды уже собралась, и мы приступили к выполнению заданий прошлых турниров, которые ещё не успели пройти.

Когда пришел Размыслов, появилось какое-то напряжение. Однако он повёл себя правильно, так что все расслабились. Во-первых, сам подошёл ко мне и протянул руку. Во-вторых, при всех признал меня ведущим магом в группе. И, прежде чем что-то делать, советовался со мной.

Провозившись до обеда с манаросами и зельями, после звонка мы с командой поднялись на первый этаж и двинулись к столовой. Издали я увидел Семена, который выглядел напряженным и всматривался в лица мимо проходящих студентов.

– Сеня, здорова! – махнул я ему рукой.

Заметив меня, он с облегчением выдохнул и поспешил навстречу. Мы обменялись рукопожатиями.

– Что-то случилось? – спросил я, обратив внимание на то, как нервно оглядывается.

– Да, случилось. Мы можем поговорить… наедине? – прошептал он. Даже голос какой-то странный. Заболел, что ли?

Мы зашли в ближайший пустой кабинет. Сеня плотно закрыл дверь и уставился на меня.

– Ну что? Выкладывай. С Аурикой поссорился? – спросил я.

Однако он ничего не ответил, а быстро подошёл ко мне на ходу вытаскивая из-за пояса большой кинжал и, размахнувшись, ударил меня в грудь, вонзив оружие по самую рукоять.

– За что? – прохрипел я, падая на пол.

Друзья-читатели, спасибо за то, что остаётесь с нами! Будем благодарны вашей поддержке в виде лайков. Это поможет другим читателям при выборе книги. Приятного чтения!

Глава 11

Острая боль разлилась по телу. Сеня, вонзив в мою грудь кинжал, просто развернулся и двинулся к двери. На его лице не дрогнул ни один мускул. Не было ни сожаления, ни сочувствия – ничего. Как такое возможно, ведь мы были друзьями? Или не были?

А может, он один из тех, кто ненавидел меня и род Филатовых и нарочно играл роль друга, чтобы поближе подобраться? Если так, то он настоящий артист. Я ни разу не усомнился в его искренности.

Я смотрел, как Семен уходит и по привычке втянул носом. Стоп! Это не он! Эфир принадлежал совершенно другому человеку, притом гораздо старше. Но… как? Снова иллюзия? Об этом я подумаю потом, а сейчас мне нужно сделать всё возможное, чтобы выжить.

Кинжал сидел в моей груди, причиняя неимоверную боль. Боль, от которой хотелось орать во всё горло и избавиться любым способом. Так, Валериан, соберись. Кинжал трогать нельзя, ведь тогда кровь потоком хлынет из раны, и я просто не успею ничего сделать и умру прямо здесь.

Я окунулся вглубь себя и начал выискивать все эфиры, что содержатся в моём теле. Ага! Нашел хорошее обезболивающее. Эфир черники. Черничное варенье я ел с блинами за завтраком.

Эфира было совсем мало, ведь с завтрака прошло уже достаточно времени, но всё же это лучше чем ничего. Отправив эфир к ране, я усилил его насколько мог. Уже через несколько секунд мне стало лучше. Боль больше не разливалась по всему телу, а концентрировалась в одном месте и приглушилась. Теперь нужно заняться раной.

Чтобы остановить кровь, мне потребовались ресурсы собственного тела. Я схватился за рукоятку и понемногу начал вытягивать кинжал из раны, одновременно блокируя повреждённые ткани и сосуды с помощью кровяных сгустков. Хорошо, что лезвие прошло чуть правее сердца, ведь тогда бы мне точно было гораздо сложнее справиться с ранением.

С нечеловеческим рыком я вырвал кинжал из тела и отбросил в сторону. Чтобы не потерять сознание, мобилизовал все ресурсы своего организма. На это потребовалась почти вся мана, что накопилась в источнике.

Мне потребовалось время, чтобы прийти в себя. Отдышавшись и восстановив бешено бьющееся сердце, я приподнялся на локте. С коридора раздавался топот множества ног, разговоры и веселый смех. Рубашка и пиджак были пропитаны моей кровью. Ослабшие ноги до сих пор дрожали.

Сначала я хотел просто выползти из кабинета и обратиться за помощью, но потом понял, что мне никто так хорошо не поможет, как я сам. Только нужны эфиры. Много эфиров.

Липкими от крови пальцами я вытащил из кармана телефон и набрал номер Щавеля.

– Алло, Саша, добрый день. Как ваши дела? – послышался его бодрый голос.

– Олег Николаевич, мне… нужна ваша… помощь, – я старался говорить спокойно, но всё равно получилось прерывисто.

Даже говорить мне удавалось с трудом, ведь я почти использовал все свои силы на то, чтобы остановить кровь. Однако она продолжала сочиться из открытой раны.

– Саша, что случилось? Где вы? – встревожился он.

– Я в академии… Ранен… Мне нужны манаросы из… оранжереи, – просто выдыхал слова, чтобы не тратить на них много энергии.

– Какие манаросы? Я вам сейчас же принесу. Опять что-то случилось в лаборатории?

– Нет… Я в кабинете… под номером три. Принесите зверобой, багульник… крапиву… тысячелистник, целокорень, живинку и багряник.

– Понял. Я уже в оранжерее, поэтому соберу и принесу, – торопливо ответил он и добавил. – Может, лекаря вызвать?

– Нет, не надо лекаря. Только травы. Они помогут лучше лекаря.

– Ясно-ясно. Я скоро буду. Держитесь! – он сбросил звонок, а я опустил руку с телефоном на пол. Она вдруг стала такой тяжелой, что я с трудом держал телефон возле уха.

Олег Николаевич прибежал через десять минут. Именно прибежал. Он весь раскраснелся, задыхался и покрылся испариной.

Забежав в кабинет и увидев меня окровавленного на полу, он заохал и рухнул возле меня на колени, совершенно не заботясь о том, что может испачкаться.

– Саша, что случилось? Ой-ё-ёй, что же это, а? Кто же вас так?

– Не знаю, – прохрипел я и потянулся к корзине, которую он держал в руках.

Вывалив все растения прямо на себя, а перебрал их, некоторые отправляя в рот, а остальные переминая в руках и прикладывая к ране. Процесс заживления пошёл. Некоторые эфиры принялись стягивать края раны, другие снимали воспаление, третьи убирали боль и нормализовали состояние.

Щавель пытался мне как-то помочь, но я оттолкнул его руку. Сам разберусь. Он мне только мешает.

Когда с растениями было покончено, я вытянулся на полу, контролируя процессы, происходящие внутри.

– Саша, вы лежите, а я сейчас охрану позову, – Щавель поднялся на ноги и торопливо двинулся к двери.

Я не стал его останавливать. Служба безопасности академии должна знать об инциденте, но я никому не скажу, что зашёл сюда с Сеней. Ведь это был не он. Не знаю, как получилось чужому человеку наложить на себя образ Сени, но я сразу почувствовал неладное и сначала принял это за волнение. Он вёл себя не так как обычно. И голос был другим. К тому же лицо было лишено любой мимики. Будто и не лицо вовсе, а маска какая-то.

Поразмыслив, я понял, что нужно доложить об этом Демидову. Когда Щавель с начальником службы безопасности и двумя охранниками вбежали в кабинет, я уже сидел за преподавательским столом и разговаривал с главой тайной канцелярии.

– Хорошо, Роман Дмитриевич. Жду вас.

– Филатов, кто напал на тебя⁈ – взволнованно уточнил у меня начальник службы безопасности.

Понимаю, зрелище не для слабонервных.

– Я не знаю. Незнакомый мужчина, – пожал я плечами и осмотрел рану.

Она уже зарубцевалась и почти не болела.

– Какой такой незнакомый мужчина? Как он проник на территорию академии⁈

– Мне-то откуда знать? – я откинулся на спинку кресла и обратился к профессору. – Олег Николаевич, если вам не сложно, принесите стакан компота из столовой. Не хочу разгуливать в таком виде и пугать студентов.

– Конечно, – он резво побежал к двери, но на пороге остановился и уточнил. – А может, лучше чего-нибудь поесть?

– Нет, спасибо. Просто в горле пересохло. Много крови потерял.

– Да-да, верно. Надо много пить. Я сейчас, – он захлопнул за собой дверь, а начальник службы безопасности набросился на меня с вопросами.

Он хотел узнать, как выглядит нападавший, но я не мог его описать, ведь не знал его истинную личину.

– Ну хоть во что он был одет? – всплеснул руками мужчина, после того как несколько десятков вопросов нисколько не продвинули его к понимаю того, кто напал на меня.

– Он был в костюме академии. Светлая рубашка, – описал я.

– А возраст? Хотя бы примерно.

Я воссоздал в памяти его эфир. Он явно принадлежал не молодому человеку. Скорее всего, мужчине лет сорока. Может, пятидесяти. Об этом я сказал начальнику. Тот передал мои слова по телефону охране у двери и предложил подвезти меня до дома, но я отказался. Сам доберусь. К тому же сейчас должен подъехать Демидов.

– Ладно, пойдём по камерам посмотрим. Может, увидим кого-то похожего, – сказал он и распахнул дверь, чуть не ударив профессора, который принес целый поднос различных напитков.

Вскоре приехал Демидов. Он отнёсся к моему виду с хладнокровностью, присущей людям, которые видали такое не раз, и вид крови их не пугал. Первым делом он спросил о моём самочувствии. Затем велел всё в подробностях рассказать. Вот от него я ничего не скрыл и рассказал, что заманили меня в пустой кабинет под видом лучшего друга.

– А ты можешь Семена сюда позвать? – спросил глава тайной канцелярии. – Нужно убедиться, что он на самом деле ни при чём.

Он вытащил из кармана ополовиненную пробирку с сывороткой «Правды» и продемонстрировал мне.

– После такого ранения ты мог ошибиться. А может просто до сих пор не можешь осознать, что твой друг тебе совсем не друг.

– Нет, это не он, – твёрдо повторил я. – Он очень впечатлительный, поэтому не хочу ему показываться в таком виде.

– Это не проблема, – Демидов протянул мне свой плащ.

Вот ведь настойчивый. Но я его понимаю, сам бы перепроверил, если бы случилось такое с кем-то другим. Я нехотя позвонил Сене, который обрадовался, услышав меня, и хотя уже ушел в свой академический дом, обещал явиться тотчас.

Я надел плащ Демидова, застегнул на все пуговицы, и мы все вместе вышли в коридор. Щавель ушёл искать уборщицу, чтобы та отмыла кровь с пола, а мы двинулись к заднему выходу, откуда должен был явиться Сеня.

– А вот и он, – шепнул я Демидову, когда раскрасневшийся от быстрого шага и легкого мороза парень забежал в академию.

– Здорова, Сашка! – радостно улыбнулся он и покосился на Демидова.

– Это Роман Дмитриевич. Глава тайной канцелярии, – пояснил я. – Он хочет задать тебе несколько вопросов.

– Что-то случилось? – вмиг напрягся парень.

– Случилось, – кивнул он и протянул ему пробирку. – Выпейте. Мне нужно задать вам несколько вопросов.

– Что это? – отпрянул Сеня.

– Всё в порядке, – успокоил я его. – Это зелье я готовил. Выпив, у тебя не будет возможности соврать.

– Я и так не собираюсь врать, – ответил он и настороженно посмотрел на жидкость.

– Вы пьете это и отвечаете на мои вопросы, или я отвожу вас в Управление, где мои менталисты поговорят с вами совсем по-другому, – пригрозил Демидов.

Сеня угрюмо взглянул на Демидова, забрал пробирку и залпом выпил.

– Вы нападали вот с этим оружием на Александра? – он вытащил из кармана кинжал, который подобрал с полу, и откинув край носового платка, продемонстрировал Сене.

– Нет, конечно! – воскликнул он, увидев окровавленное оружие. – Саша, тебя ранили?

– Ерунда, – отмахнулся я. – Уже всё зажило.

– Как это «зажило»? А ну-ка покажи! – он рванул плащ и увидел мою пропитанную кровью одежду.

В следующее мгновение он закатил глаза и рухнул бы на пол, но я успел схватить его, чем потревожил рану, и она снова заныла.

Как и я думал, Сеня оказался очень впечатлительным.

Вдвоём с Демидовым мы привели его в чувство и отправили домой.

После этого мы пошли к посту охраны, но начальник Службы безопасности сказал, что никого подозрительного камеры не запечатлели. Все заходившие, кроме преподавателей и работников, были в форме академии, а лица были мутные с нечеткими чертами, поэтому даже Сеню они не увидели.

Вдвоём с Демидовым мы вышли на улицу, и он настоял на том, что сопроводит меня до особняка и уедет только после того как я окажусь под магическим куполом. Я не стал сопротивляться. Пусть делает так, как считает нужным.

Вернув ему плащ, сел в машину и выехал с парковки. Демидов со своими людьми проводили меня до дома, но не торопились уезжать. Роман Дмитриевич вызвал Кирилла Попова, рассказал о том, что случилось, и велел приставить ко мне телохранителей.

Я был резко против. Я не кисейная барышня, чтобы ходить с охраной. Даже стыдно как-то. Понимаю, когда Лену или Настю сопровождает охрана. Они хрупкие, нежные существа, но я! Не-е-ет. Какой-то мускулистый мужик, дышащий в спину, будет только напрягать меня.

Однако Демидов с Поповым даже не думали отступать и продолжали настаивать на охране, ведь если со мной что-то случится, то в первую очередь спросят с них. В конце концов я поддался уговорам и разрешил сопровождать меня на отдельной машине в поездках и ждать на улице у академии, но никак не дышать в затылок. На это я никогда не пойду.

Попрощавшись с главой тайной канцелярии, я подошёл к дому, но зашёл не сразу. О покушении родным наверняка доложат, но я не хотел, чтобы меня видели в окровавленной одежде. Однако выбора не было. Я зашёл в дом и практически бегом рванул к лестнице на второй этаж. Поднявшись, я уже было подумал, что смогу пройти незамеченным, но тут распахнулась дверь комнаты родителей и показалась Лида.

В итоге сначала мы с Димой приводили её в чувство. Затем всё семейство собралось в гостиной, и мне пришлось рассказать о том, что случилось.

Дед сказал, что он, как глава рода, запрещает мне выходить из дома. Дима вызвался сопровождать меня повсюду. А Лида продолжала тихонько плакать и благодарить богов за то что они оставили меня в живых. Боги, конечно же, были ни при чём, но пусть молится кому хочет, если ей так легче.

Со временем все успокоились, по очереди взглянули на рану, от которой остался лишь розовый след, и взяли с меня обещание больше не выходить из дома хотя бы без пистолета и моих зелий. В принципе я сам так и хотел. Похоже, я кому-то наступил на мозоль, и этот кто-то явно намерен довести дело до конца, если подослал профессионального убийцу. И единственное, что спасло мне жизнь – я дернулся и чуть отвёл в сторону лезвие кинжала, которое было нацелено прямо в сердце.

Когда поднялся к себе в комнату, вытащил телефон и увидел десяток пропущенных звонков от Сени и столько же сообщений. Он снова переживал и не мог успокоиться. Пришлось позвонить.

– Саша, хорошо, что позвонил! Я же места себе найти не могу! – выкрикнул он. – С тобой всё хорошо? Ты не умираешь?

– Успокойся, рана уже зажила. Я дома живой и здоровый.

– Кто же это тебя? Какой гад посмел? Ты только скажи, я ему…

– Я не знаю, кто это был. Не видел. Но Демидов обязательно разберётся.

– А-а-а, точно, он же начальник какой-то там секретной службы, – вспомнил он. – А зачем он меня проверял? Я-то здесь причем?

– Работа у него такая – всех проверять.

– Ясно… Можно я Аурике расскажу о том, что с тобой случилось? – несмело спросил он.

– Ни в коем случае! Она же Лене расскажет. Не хочу, чтобы ещё и она переживала.

– Ну ладно. Но если понадобится помощь, ты всегда можешь рассчитывать на меня. Понял? – с нажимом произнёс Сеня.

– Понял, – улыбнулся я. – Спасибо, дружище.

Сбросив звонок я взглянул на себя в зеркало и недовольно сморщился. Рубашка точно на выброс, а пиджак… У меня есть средство, которое выведет любое пятно. Займусь этим, как раз приведу мысли в порядок.

* * *

Сергей Кораблёв был человеком, кому поручали самые ответственные и в то же время самые грязные дела. Именно он выслеживал и велел пытать профессора Щавелева. Он готовил покушение на Демидова и нашёл человека, который убил его водителя и подложил взрывное устройство под автомобиль. Он нашёл ведьмака, который заразил Ведьминой чумой государя. И именно он заплатил наёмнику, чтобы тот проник в академию и убил Александра Филатова.

Кораблёв получал от графа Лаврова большие деньги. Просто огромные деньги. Часть средств он переводил на счета. Часть прятал в укромном месте. У него было всё готово на тот случай, если придётся бежать и прятаться. Он очень надеялся, что такого случая не предвидится, но всё же лучше перестраховаться.

Кораблёв сидел в небольшом ресторане, в котором подавали грузинские блюда, и ждал человека. Того самого человека, который должен был выполнить дело и доложить о результате.

Человек пришёл, когда Кораблев съел основное блюдо и приступил к десерту.

– Дело сделано, – сказал он, опустился на стул напротив Кораблёва, и подтянул блюдо с пирожным к себе и принялся есть.

– Ты точно не ошибся? – на всякий случай уточнил Сергей, хотя и так знал, что этот человек не ошибается.

– Нет, – мотнул он головой.

– Ты видел его труп?

– Нет. Мне не нужно видеть труп, чтобы знать, что я убил человека, – глухо ответил он и настороженно огляделся.

– Хорошо если так. Деньги я оставил в условленном месте. Я свяжусь с тобой, если понадобишься.

Кораблёв встал и направился к двери. Нужно лично доложить графу. В последнее время он сам не свой, и эта новость его порадует. При следующей попытке убить государя никакой Филатов больше не помешает.

Граф Лавров встретил его в саду в крытой беседке. Он сидел в кресле-качалке, накрывшись пледом, и потягивал горячий облепиховый чай.

– Если ты опять пришёл с плохими новостями, то можешь идти сразу, – даже не взглянув на него, сказал граф.

– Нет, Ваше Сиятельство, новости хорошие. Александр Филатов мёртв, – Кораблёв опустился на скамью и взял яблоко из корзины.

– Мёртв? – старик посмотрел на него. – Ты уверен?

– Да.

– Хорошо, – с облегчением выдохнул он. – Жаль, тебе не удалось Демидова убрать. Он вечно путается под ногами. Но ничего, у нас ещё есть козыри в рукаве. Приступайте к следующему этапу. И чтобы на этот раз всё прошло без ошибок, – граф сурово посмотрел на Кораблёва. – Его Высочество нам больше не простит провала. Можем поплатиться головами.

– Не беспокойтесь. Скоро всё закончится, – Кораблёв с хрустом откусил яблоко и, насвистывая, двинулся к воротам.

Ему предстояло организовать самое масштабное и серьёзное мероприятие в своей жизни.

Глава 12

На следующий день с самого утра к нам заявился Демидов. Я об этом узнал, когда спустился к столу и видел его за столом.

– Что-то случилось? – сразу насторожился я.

Всё-таки глава тайной канцелярии не Орлов и не Савельев, чтобы просто так приходить к нам в гости, да ещё и в такую рань.

– Доброе утро, Саша, – улыбнулся он и отпил из чашки. – В вашем доме подают отменный чай. А блинчики с творогом – просто объедение.

– Рад, что вам нравится, но всё-таки… что случилось? – я сел за стол напротив него.

– Не переживай, я пришёл с хорошими новостями. Решил, что лучше сообщить лично, – он поставил чашку на стол и сцепив пальцы внимательно посмотрел на меня. – Император пришёл в себя. Он хорошо себя чувствует, и даже занялся с государственными делами.

– Хорошо, – с облегчением выдохнул я.

– Но и это ещё не всё. Мы с цесаревичем рассказали ему обо всём. Он велел мне пригласить тебя на завтрашний обед.

– Обед во дворце с Его Величеством? – ахнула Лида.

– Совершенно верно. Он хочет лично поблагодарить Сашу за помощь, – Демидов выглядел довольным и каким-то загадочным. Похоже, он знает больше, чем говорит.

– Ой, не верю я. Не верю уже никому, – прищурившись проговорил дед. – Роман Дмитриевич, а вы уверены, что он поблагодарить его вызывает, а не для того чтобы обвинить в чёрной магии и пытать в своих казематах?

– Григорий Афанасьевич, можете мне поверить. Я бы не стал подставлять Сашу. Он же и мне спас жизнь, – заверил глава тайной канцелярии, но дед продолжал с сомнением качать головой.

Похоже, пока меня не было, Демидов рассказал о том, кому именно я помог, ведь сам я ни слова не говорил об императоре.

– Раз вызывают – надо идти, – сказал Дима. – Тем более императору невозможно отказать.

– Я с ним поеду, – твёрдо заявил дед.

– Зачем? Тебя всё равно не пропустят, – удивился отец.

– Если не пропустят, буду стоять у ворот, но внука одного не оставлю! – он обвёл присутствующих за столом грозным взглядом из-под насупленных бровей. – Меня ещё память не подводит. Я прекрасно помню, что было, когда ты, – он указал на Диму, – последний раз заходил во дворец. А ведь тебя тоже позвали помочь, а в итоге так нас всех наказали, что врагу не пожелаешь.

Никто не смог ничего ему возразить. Ещё слишком мало времени прошло, чтобы всё забыть и простить. И хотя нам в качестве извинений подарили поместье Юсуповых, дед продолжал настороженно относиться ко всему, что связано с императором и его окружением.

– Григорий Афанасьевич, можете мне поверить, я буду рядом, и никто пальцем не посмеет тронуть Сашу, – Демидов был серьёзен, и я знал, что он сдержит слово.

Дед тяжело вздохнул, бросил на меня долгий взгляд и кивнул.

– Ну ладно. Пусть идёт на обед. Но если что – я больше молчать не буду, и голову не склоню. Хватит с нас.

Остаток завтрака прошёл в напряжении. Я понимал деда, как и Демидова. После всего что произошло с родом Филатовых подозрительность была закономерной. Но я верил Демидову. Хотя в любом случае пожалуй, подготовлюсь к встрече с императором. Я по своей прошлой жизни прекрасно знал насколько изменчив характер правителей.

После завтрака мы с Демидовым вышли из дома и направились к воротам, где нас ожидала охрана. У Демидова – своя. У меня – своя. Договорившись встретиться завтра у пропускного пункта в императорский дворец, мы разъехались в разные стороны. Охранники Попова ехали за мной следом до академии и припарковались через дорогу. Наверняка будут сидеть весь день в машине и ждать меня. Глупо, конечно. Если кто-то захочет меня убить, то не будет предупреждать об этом и нанесет следующий удар уже более прицельно и незаметно. Второй раз фокус с перевоплощением в Сеню не удастся. Кстати, а как убийца это сделал? Нужно с кем-нибудь посоветоваться. Например, с Щавелем.

Определившись с заданием на сегодня, я оставил свою команду в лаборатории, а сам пошёл на поиски профессора. Нашёл его в оранжерее. На этот раз Щавель опылял растения, похожие на молодые кабачки. Но внешность обманчива. Это был манарос, у которого созревал плод с острыми семенами. Когда семена созревали, то плод лопался, и они разлетались на десятки метров. Не повезет тем, кто в этот момент стоял рядом, ведь семена разлетались с такой силой, что их пришлось бы пинцетом вытаскивать из мяса.

– Аа-а-а, Саша, как вы себя чувствуете? – спросил он, стянул маску с лица и озадачено оглядел меня с ног до головы.

– Всё хорошо. Уже ничего не болит, – заверил я и это было правдой.

За вечер я приготовил и выпил ещё несколько пробирок с зельями, поэтому от ранения остался лишь еле различимый след.

– Это хорошо. Очень хорошо, – выдохнул он и указал на манарос, который закрывала прочная сетка. – Хочу попробовать удержать семена на одном месте, а то устал каждый раз искать их по всей оранжерее.

– Помощь нужна?

– Если вам не сложно, то буду только рад. Старею, спину ломит и колени хрустят, – пожаловался он.

– От боли в суставах есть хороший сбор. Продаётся в лавке «Туманные пряности», – подсказал я.

– О-о, обязательно загляну. Если вы рекомендуете, то уверен – это стоящая вещь.

Я надел маску, перчатки, и принялся помогать профессору с манаросами, но также не забывал о том, зачем я пришёл сюда.

– Олег Николаевич, существуют ли способы поменять внешность?

– Поменять внешность? – он удивленно посмотрел на меня. – Вы хотите что-то в себе поменять?

– Нет-нет, я здесь ни при чём. Меня всё устраивает.

Это была правда. Я уже оценил тело, в которое попал: рост выше среднего, хорошо сложен, здоровые крепкие зубы, густые волосы. Девушкам опять же нравлюсь. Когда иду по коридору академии или улице, частенько ловлю на себе заинтересованные взгляды.

– А-а, вы про вчерашний случай, – догадался Щавель. – У меня есть только одно предположение.

– И какое же? – я отложил тяпку и посмотрел на него.

– Ментальная магия. Но я всего лишь предполагаю, ведь далёк от неё. Мы с вами можем сходить в деканат менталистов и поговорить с кем-нибудь из преподавателей. Но сначала закончим здесь, – он улыбнулся и продолжил опылять манарос, а я вновь взялся за тяпку.

Через пятнадцать минут мы вышли из оранжереи и двинулись в сторону академии. С тяжелого серого неба сыпал мелкий снежок, но таял, не долетая до земли. Со стороны полигонов доносились взрывы, треск и удары. Все готовились к турниру.

У менталистов с нами согласился поговорить сам декан – молодой мужчина с проницательными глазами. Он пригласил нас в свой кабинет и даже предложил чаю, но мы отказались.

– Евгений Юрьевич, нас волнует, как человек может поменять свой облик? Я сказал Александру, что в ментальной магии это возможно. Верно? – спросил Щавель, когда декан опустился в своё кресло и спросил он цели нашего прихода.

– Верно, но на это уходит много маны. Долго прятаться под чужим обликом невозможно, – ответил он своим глубоким басом.

– Какие условия применения такой магии? – спросил я.

– Сначала маг должен долго наблюдать за объектом, чей облик принимает. Ему нужно изучить его жесты, мимику, особенности поведения. К тому же он должен в мельчайших подробностях держать образ в голове, чтобы с помощью заклинания на время превратиться в него.

Вот это мне не понравилось. Получается, что убийца следил не только за мной, но и за моим окружением. Всё это время он был рядом с нами, а я даже не заметил. Горгоново безумие! Даже в этом мире меня везде окружают враги!

– Погодите-ка, – вмешался Щавель. – Под превращением вы имеете в виду лишь то, что окружающие будут видеть его в измененном виде, но на самом деле он останется прежним. Ведь так?

– Вы абсолютно правы. Материю невозможно изменить, только наложить магический образ, – кивнул он.

Ха! Невозможно изменить материю… Видел бы он, как я превращаюсь в совершенно другого человека под воздействием зелья «Превращения».

Задав ещё несколько уточняющих вопросов, мы поблагодарили за консультацию и вышли из деканата менталистов.

– Теперь вы поняли, как тот безжалостный убийца «превратился» в Семена Афанасьева? – спросил Щавель.

Мы спускались по лестнице.

– Да, понял. Получается, что мой несостоявшийся убийца был менталистом, – задумчиво ответил я.

– Или его прикрывал сильный менталист, – поправил меня профессор. – Маги–менталисты могут воздействовать на других людей.

– Угу.

Час от часу не легче. Теперь я буду сомневаться в каждом, кто ко мне подходит. Хорошо что у меня есть способность определять эфир. Другого способа отличить близкого человека от подставного я не знаю.

Вернувшись в лабораторию, где студенты уже решили выбранные задания и теперь бесцельно бродили между шкафами и столами, я решил, что следует приступить к следующему этапу турнира, до которого мы пока не дошли.

– Итак, на одном из этапов турнира нам нужно найти растения, спрятанные среди сотен других. Я смогу без особых трудностей найти, но не уверен в вас, поэтому…

– А почему ты в себе так уверен? – спросил Прохор и сложил руки на груди.

Он явно хотел быть лидером, но куда ему до меня.

– У всего живого есть эфир. Об этом знают хищники, которые выходят на след жертвы. Или полицейские собаки, когда берут след преступника. Растения тоже выделяют эфир. Часть из них вы ощущаете в виде аромата. Моя родовая способность позволяет определять даже свойства.

– Ого, не знал, что у вас, Филатовых, есть такие способности, – восхитился Размыслов.

– Не у всех Филатовы, – поправил я его и не стал добавлять, что только у меня.

– То есть ты чувствуешь растение, даже находясь на большом расстоянии? И даже если нет аромата? – уточнил ещё один студент.

– Ты прав. Поэтому могу найти любое растение, если хоть раз сталкивался с его эфиром.

– А давайте это проверим? – предложил Влад. – Я спрячу, например, – он огляделся и, увидев цветов на шкафу, ткнул пальцем. – Вот эту герань. А ты её найдёшь. Согласен?

– Герань так воняет, что даже я бы нашёл, – вмешался Федя Размыслов. – Уж лучше алое или толстянку. У них нет аромата, но, как говорит Саша, даже запах ему не нужен, а какой-то сомнительный эфир.

Все выжидательно уставились на меня.

– Хорошо. Я не против.

Федя взял керамический горшок с толстянкой и направился к двери.

– Присмотрите за ним, а я пока спрячу. Как будет готово, позвоню Прохору, м сказал он и исчез за дверью.

Ага, похоже, мои сокомандники сомневаются, что я заслуживаю быть ведущим магом и пытаются скомпрометировать меня. Или показать, что я ничуть не лучше их, и они все могут занять моё место. Ну что ж, посмотрим кто кого.

Через десять минут Федя позвонил Прохору и сказал, что толстянка надёжно спрятана, и что я могу приступить к поискам. Смешные, что сказать.

В сопровождении всей группы, я вышел из лаборатории и двинулся к лестнице. Я явственно ощущал эфир цветка, поэтому ни на мгновение не задумывался и уверенно шёл по следу.

В фойе стоял Размыслов и, увидев нас, присоединился.

– Ну и куда ты нас ведёшь? – с усмешкой спросил он, когда мы перешли в правое крыло академии и двинулись в сторону актового зала.

– Пока не знаю. Просто иду по следу.