Текст книги ""Фантастика 2026-44". Компиляция. Книги 1-36 (СИ)"

Автор книги: Мария Ермакова

Соавторы: Валентина Зайцева,Харитон Мамбурин,Егор Золотарев,Инна Дворцова,Денис Стародубцев,Александр Коротков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 161 (всего у книги 329 страниц)

Егор Золотарёв, Сергей Карелин
Личный аптекарь императора. Том 6

Глава 1

Я замер, вдыхая эфир врага, которого ещё никогда не встречался лично – Платона Грачёва. Он здесь! Совсем рядом!

– Шурик, – послышался слабый голос деда, который вернул меня к реальности.

Вокруг творилась настоящая суматоха. Я машинально блокировал эфир яда, но остальные не могли этого делать, поэтому я подхватил задыхающегося деда под руку и чуть не наступил на Завьялову, которая уже лежала в проходе между сиденьями.

– Нужно убираться отсюда. Держись за меня, а я возьму на руки баронессу, – велел я старику.

– Не могу идти, – пожаловался дед. – Слабость такая, что ноги не поднимаются.

– Погоди, сейчас станет лучше, – я пустил в него свою ману, блокируя ядовитый эфир. – Сплюнь и двигайся к выходу.

Пока дед без лишних вопросов послушно плевался, ведь я отправил эфир в слюну, я поднял баронессу с пола, перекинул через плечо и двинулся к выходу.

Старик Филатов не отставал, цепко держась за край моего пиджака. Пару раз я чуть не свалился, споткнувшись о лежащих на полу людей. Но вскоре благополучно добрался до больших дверей, и как только вышел на улицу и прошёл пару метров, вышел из тьмы. Вокруг стояли те, кто сумел самостоятельно выбраться. Женщины плакали, кто-то блевал в ближайших кустах, кто-то орал в телефон. Вдали слышались сирены.

Передав деду Завьялову, я снова вернулся в зал и принялся выносить всех, кто не успел выбраться самостоятельно. Тюремщики пытались осветить зал фонарями, но магическая тьма просто поглощала световые лучи, поэтому виднелись только светлые кружки.

Когда я вынес на улицу третьего пострадавшего, заодно блокируя яд в его теле, то тьма внезапно пропала. Я забежал в зал и увидел, что он снова осветился сотнями свечей.

– А где смертник? – послышался голос сзади.

Это один из тюремщиков надел респиратор на нос и зашёл вслед за мной.

Распутина нигде не было. Горгоново безумие! Похоже, Грачёв помог ему сбежать! Кислота раствори этого чёртового артефактора!

Я подбежал к алтарю, у которого он стоял совсем недавно и, закрыв глаза, втянул носом. Выбрав эфир Грачёва, двинулся по следу и оказался у двери, через которую завели Распутина.

Сразу за дверью находился длинный коридор с различными административными помещениями. Через пару десятков метров коридор сворачивал налево. Сразу за углом я увидел двух тюремщиков. Они были мертвы, а за ними настежь распахнутая дверь, ведущая на улицу.

Я выбежал и огляделся. Неподалеку стояли несколько человек, выбравшихся из зала. У настежь распахнутых ворот стояла карета скорой помощи. Лекари оказывали помощь пострадавшим от ядовитого газа. Ни Распутина, ни Грачева нигде не видно. Сбежали. Твари! Надо было мне самому прикончить этого ублюдка Распутина!

Я уже хотел вернуться к деду и Завьяловой, но тут снова уловил эфир артефактора. Боясь потерять след, я подошёл к калитке, находящейся неподалеку от ворот, и вышел к узкой грунтовой дороге. Если они уехали на машине, то мне никак не взять след.

Однако я прошел дальше, добрался до оживленной дороги, все еще чувствуя эфир своего врага.

Развернувшись, бросился к парковке, на которой стояла машина нашей службы безопасности.

– Вылезай! – велел я водителю.

– Не положено, – сурово сдвинул он брови.

– Не заставляй меня применять зелья, – грозно сказал я и сделал вид, что хочу вытащить пробирку из нагрудного кармана.

– Хорошо, но я доложу об этом Кириллу, – пригрозил он и вышел из-за руля.

– Хоть самому императору, – я сел в машину, завел двигатель и поехал в том направлении, откуда чувствовался эфир.

Я понимал, что могу в любой момент потерять эфир Грачёва и не питал иллюзий насчет того, что обязательно найду его, но была надежда. Слабая надежда, что в этот раз он не уйдёт от меня.

На ближайшем повороте, я остановился, выскочил из машины и втянул носом воздух. Есть! Похоже, в его машине открыто окно, поэтому след остался. Другого объяснения у меня нет.

Я продолжил путь. Мне кто-то настойчиво звонил, но я даже не вытаскивал телефон из кармана. Потом перезвоню. Такая удача – напасть на след врага, и я ни за что его не упущу!

* * *

Когда Василию Денисовичу надели на голову черный мешок, он замер, ожидая удара мечом. Внутренне он уже смирился со своей судьбой и просто ждал, когда все закончится все закончится. Он жалел лишь об одном – что не уничтожил щенка Филатовых…

Но вдруг вокруг начало происходить что-то странное: крики, торопливый топот, звуки падения.

Антимагические кандалы сковывали руки, поэтому он не мог снять с себя мешок и терпеливо ждал, чем всё закончится. Вдруг кто-то подхватил его под руку и куда-то повёл.

«Спасён!» – мелькнула мысль в его голове.

Его уводят с места казни. и это хорошо. Очень хорошо! Он ускорил шаг, стараясь поскорее выбраться из злополучного места, в котором он провёл последний месяц. Впервые за все время, что он провел в ожидании казни у него появилась надежда и жажда жить!

– Кто вы? – шепотом спросил он, когда даже сквозь плотную маску почувствовал прохладный уличный воздух, а под ногами появились мелкие камешки, больно впивающиеся в пятку.

Ему не ответили. Скорее всего его родные наняли кого-то. И правильно, не надо самим в это дело вмешиваться, а то гнев императора может пасть и на них. Василий Денисович стал лихорадочно размышлять на тему, где он спрячется от правосудия.

Пересидеть, а потом за границу. Там у него в нескольких банках остались номерные счета, о которых никто не знал, кроме него. Нет он оставил распоряжение что после его смерти банки свяжуться с родственниками… но сейчас он надеялся, что этого не произойдет. К тому же имеются драгоценности и золото, а император не вечен, и вообще время часто многое меняет…

А насчет спрятаться… в детстве он бывал в гостях у своей тетки в небольшой деревеньке в Вологодской области. Она уже давно умерла, впрочем, как и остальные жители деревни. По его сведениям, на деревне проживали две пожилые супружеские пары и всё.

Пока он пребывал в мечтах, его подвели к машине и помогли сесть на заднее сиденье.

– Благодарю. И снимите с меня этот чертов мешок.

Мешок сдернули, и он зажмурился от света. Когда глаза привыкли, Распутин поднял голову и посмотрел на своего спасителя.

– Ну здравствуй, Вася. Вот и свиделись, – проговорил Грачёв и улыбнулся.

Глаза Василия Денисовича расширились от ужаса. Он понял, что вовсе не спасён.

– Что… что ты делаешь? – выдавил он, с трудом совладав с собой.

– Приехал за тобой, – вновь улыбнулся артефактор. – Хочу тебе признаться: я очень злопамятен, и предпочитаю собственными руками убивать врагов. Притом не просто убивать, а помучить напоследок, – он мечтательно посмотрел наверх и с улыбкой продолжил. – Умирать ты будешь долгой, извращенной, мучительной смертью.

Распутин весь сжался от животного страха. Даже если бы его руки были свободны, и у него была возможность сбежать, он бы не смог этого сделать. Его тело просто окаменело от ужаса. Он даже моргал с трудом.

– Давай договоримся, – наконец выдавил он.

– Что ты можешь мне предложить? – презрительно взглянул на него артефактор. – Ты нищий и убогий лекаришка, которому сейчас даже руки никто не подаст.

– У меня остались деньги. За границей. Много денег…

– Мне не нужны твои деньги. Ты посмел покушаться на мою жизнь, и за это будешь убит, – он вытащил из кармана небольшой металлический артефакт, похожий на коробок спичек, нажал на кнопку, и спереди выскочил острый шип.

– Что ты собираешься делать? – Распутин вжался в сиденье, не сводя пристального взгляда с непонятного, но явно опасного механизма.

– Просто усыплю тебя до поры до времени, – спокойным голосом ответил Грачёв, резко подался вперёд и уколол шипом его в шею.

Василий Денисович ойкнул от боли, но уже в следующее мгновение почувствовал сильный жар на месте укола. Яд быстро распространялся по его телу, заставляя мышцы гореть и расслабляться. Последнее, что почувствовал Распутин, перед тем как погрузиться во тьму – удар головой о переднее сиденье.

* * *

Я ехал по дороге, ведущей за город, изредка останавливаясь и втягивая носом воздух. Различного эфира было предостаточно, но я не обращал на негоих внимания. Моя внутренняя метка стояла на Грачёве, поэтому остальных людей я просто игнорировал.

На удивление эфир не пропадал и вёл меня всё дальше. Мне даже показалось, что Грачёв нарочно заманивает меня куда-то, но я быстро отмёл эту мысль. Он не знает, кто я такой. И вряд ли подозревает, что всё это время я пытаюсь найти его. Сам того не ведая, он, помогая моим врагам, сам стал врагом. Притом злейшим, ведь именно он изготавливал артефакты, которые вредили не только мне, но и моим близким.

Я до сих пор вспоминаю тех магов, которые погибли, при нападении Распутина-младшего на нас в Торжке. Если бы не Шустрик, который заметил того придурка у нас во дворе, то никто из нас бы не выжил.

Доехав до очередного перекрестка, я притормозил на обочине и хотел выйти из машины, но тут в очередной раз зазвенел телефон. Это был дед. Волнуется. Придётся ответить.

– Шурик, где ты, кислота тебя раствори! – выкрикнул он.

Неожиданно. И когда успел поднабраться от меня? Я вроде всего пару раз произносил при нем вслух своё любимое ругательство.

– Уехал по делам, – спокойным голосом ответил я.

– По каким таким делам? А ну возвращайся! – велел он.

– Не могу. У меня срочное дело. А что такое?

– Распутин сбежал! Этот отброс со своими холуями всё это устроил и сбежал. Я так и знал, что он что-то учудит! – выпалил он.

– Этого следовало ожидать, – я пошел вдоль дороги, вдыхая полной грудью.

– Но как же… Как же теперь? – в его голосе слышалась горечь.

– Найдут, никуда он не денется. Возвращайся домой и захвати с собой баронессу. У неё был ко мне какой-то разговор, так что пусть меня дождётся.

– Ох, чувствует моё сердце, что неспроста ты взял машину и умотал куда-то. Признавайся честно – ты за Распутиным поехал? – строго спросил он.

– Нет, не за Распутиным, – ответил я, вложив в голос побольше уверенности.

Отчасти это было правдой. Даже если Распутину удастся сбежать, ему придется скрываться всю жизнь и точно будет не до нас. Поэтому я не намерен тратить на него ни секунды своей жизни. А вот артефактор Грачёв – совсем другое дело. Я то и дело сталкиваюсь с артефактами, изготовленными его руками. Да и то покушение… Надо положить этому конец и воздать ему по заслугам.

– Когда тебя ждать? – уточнил дед.

В это самое мгновение я нашёл след эфира и быстро вернулся к машине.

– Не знаю. Ужинайте без меня, – быстро проговорил я, сбросил звонок и поехал дальше.

Вскоре я съехал на грунтовую дорогу и медленно двинулся по неровной ухабистой дороге в сторону виднеющейся вдали деревни.

По заросшей травой дороге и покосившимся домам, я понял, что деревня заброшена. Но зачем Распутину скрываться там, где он будет как бельмо на глазу? Наверняка здесь ходят охотники, грибники и травники. Они увидят, что в заброшенной деревне кто-то живёт и заподозрят неладное. Здешние люди предпочитают комфорт, поэтому если нет поблизости магазина и лечебницы, то и нет смысла тут жить.

Чтобы меня не засекли раньше времени, я оставил машину в кустах и двинулся пешком. Эфир Грачёва стал ещё заметнее. Он был здесь совсем недавно. Трава на дороге примята, и местами остались следы от шин.

Пригнувшись, я побежал по дороге. С собой у меня было всего три пробирки с зельями, которые я на всякий случай прихватил перед поездкой на казнь. Как чувствовал, что может что-то произойти.

Я свернул за очередной поворот и вдали увидел машину. Она стояла у забора одного из домов. Ага, попались! Это даже хорошо, что Распутин и Грачёв вместе – убью разом двоих своих злейших врагов.

* * *

Платон Грачёв совсем недавно случайно нашёл эту заброшенную деревню, из которой сбежали даже бродяги и дворняги. Лучше места осуществить задуманное не найти. Он никогда не оставлял в живых своих врагов и даже если врага должны убить, он сделает это сам.

Артефактор остановился у одного из домов, в котором уже заранее побывал и всё приготовил. Сзади, завалившись набок, лежал Распутин. Он не спал, а был парализован. Яд на конце шипа Платон изготовил из очень редкого манароса, который нашёл в очередном рейде в новгородскую анобласть.

В аномалию он заходил по чужим документам, поэтому никто из охотников не знал, что уже не один десяток лет с ними охотится не Николай Кротов, а артефактор Платон Грачёв.

Грачёву не доставило бы никакого удовольствия убить врага, который ничего не понимает и не чувствует. Поэтому с другой стороны механизма выдвигался шип с противоядием.

Он вышел из машины, открыл заднюю дверь и, склонившись над неподвижным телом, воткнул шип с противоядием в плечо старика.

– Три, два, один и…

– Кхе-кхе-кха! У-у-у, а-а-а, кха! – закашлялся Распутин и непонимающе уставился перед собой. – Где я?

Но как только перевёл взгляд на Грачёва, сразу всё вспомнил. В панике он начал оглядываться и, увидев, где находится и что вокруг только покосившиеся деревянные сооружения, запаниковал ещё сильнее.

– Что ты собираешься сделать со мной? – упавшим голосом проговорил он.

– Убить. Я же говорил, – улыбнулся Платон, схватил его за шиворот и выволок из машины. – После того как я закончу, от тебя не останется ничего. Даже косточки.

– Я откуплюсь! Помимо денег, у меня есть драгоценности! Много украшений, которые стоят больших денег. А еще в подвале загородного дома…

– Заткнись! – зло выкрикнул Грачёв и пнул старика в бок. – Если ты ещё хоть раз откроешь рот, я отрежу тебе язык! Вставай и иди к дому. Я не собираюсь тебя тащить на себе.

Он грубо поднял Распутина за руку и подтолкнул к дому.

– Не пойду, – упрямо заявил Василий Денисович и нарочно упал в траву.

Ему было страшно, очень страшно, но он не собирался облегчать жизнь своему похитителю.

– Вставай, скотина! Вставай, говорю!

На Распутина посыпались сильные удары. Грачёв бил его кулаками и пинал. Старик охал и корчился от боли, но даже не думал подчиняться. Пусть лучше убьёт прямо здесь и сейчас, чем будет проводить свои ужасные эксперименты на нём.

– Ну ладно. Ты сам напросился. Всё равно здесь никого нет, и никто не услышит твои крики. А кричать ты будешь долго, пока не охрипнешь. Но и тогда ты не умрешь. Твои мучения будут длиться часами, – процедил Грачёв сквозь зубы и решительно направился к дому.

* * *

Я сошёл с дороги и двинулся к машине, прячась за высокой травой и кустами. В это время послышались крики. Подозреваю, Распутина. Хм, не похоже, чтобы он радовался избавлению от смерти.

Стараясь не производить шума, я пробрался через покосившийся сгнивший забор и услышал голоса.

– … Твои мучения будут длиться часами, – расслышал я последние слова.

Голос незнакомый. Но это был явно он – Платон Грачёв. Его эфир буквально бил меня по носу. Вот и свиделись! Я не смог сдержать улыбки и полез в карман за пробиркой.

Подошёл ещё ближе и увидел, как высокий статный мужчина быстро двинулся к дому. Кто-то лежал и пыхтел в траве. Распутин. Втянув его эфир, я понял, что старику плохо. У него множественные ушибы, и ещё чувствуется какой-то еле уловимый яд.

Получается, что Грачёв спас его от казни только для того, чтобы убить самому. Странно… Зачем? Что произошло между ними?

Можно было бы дождаться, когда Грачёв прикончит старика, и только после этого выйти к нему, но любопытство взяло верх, поэтому я решил поступить иначе. Убью артефактора, а Распутина верну в тюрьму и пусть его официально казнят. Так будет справедливо.

Я подполз к Распутину, который тихонько скулили, то ли плакал, то ли от боли после побоев, и быстро зашептал.

– Василий Денисович, это я – Саша Филатов. Если хотите спастись от Грачёва, то делайте то, что я говорю.

– Филатов? – вмиг оживился он и повернул ко мне голову. – Как ты здесь оказался?

– Не важно, – раздраженно ответил я. Это явно не та тема, которую сейчас нужно обсуждать. Тем более, артефактор может вернуться в любую минуту. – Ваша смерть в ваших руках. Вы либо умрёте здесь от рук Грачёва. Либо от меча палача.

– Оставь меня в живых, и я тебе столько золота дам, что ещё внукам останется, – взмолился он.

– Нет, ты умрешь, – сухо ответил я.

В это время дверь дома скрипнула, и послышались шаги. Грачёв возвращался.

– От меча палача, – быстро ответил старик и с мольбой посмотрел на меня.

Я кивнул и вновь скрылся в траве.

– А вот и моё новое изобретение, – довольным голосом сказал Платон, когда приблизился к Распутину. – Называется «Кольцо Беспощадности». С того момента, как я надену его тебе на палец, ты будешь получать микродозы очень сильного яда, который будет убивать медленно, превращая в фарш внутренние органы. А вот это «Маска последней ночи». Она пропитана сильной кислотой. Твоё лицо буквально будет таять под ним. Но и это ещё не всё…

В это время я подготовил пробирку с «Пурпурным отравителем» и поднялся из-за куста. Не дожидаясь, пока он что-то предпримет, я плеснул на него зельем. Однако Грачёв оказался не так прост. Он сорвался с места и рванул к дому, поэтому все капли бессмысленно упали на землю. Хм, а он в отличной физической форме. Даже я бы так быстро не среагировал.

– Убей его, Филатов! Убей его! – с воодушевлением прокричал Распутин и приподнялся на локтях.

Тут дверь дома с силой захлопнулась. Лезть в логово зверя я точно не намерен. Неизвестно, какие сюрпризы он там приготовил, ведь не зря забежал в дом.

Я подошел к стене дома и прислушался. Тишина. Явно затишье перед бурей. Но я пришёл не для того, чтобы мериться силами, а чтобы убить.

Откупорив зелье с «Пирсидой», я пробежал вокруг дома, поливая его стены янтарного цвета жидкостью.

– Гори, гори ясно, – проговорил я, вспомнив слова из детской сказки, и активировал эфиры.

Дом вспыхнул мгновенно. Жаркое пламя рвануло вверх, а следом повалил черный дым. Я встал напротив двери и просто ждал, когда выбежит Грачёв. Долго он сидеть в горящем доме не сможет.

На всякий случай вытащил пробирки с «Ледяной пеленой» и с «Оковами». Время шло, дом превратился в огромный жаркий костер, но Грачев не показывался. Стекла на окнах полопались и посыпались. От сильного жара начала тлеть трава и загорелся забор, но его всё не было, а я ждал. Теперь, когда он так близко, я не упущу его.

– Филатов, а Филатов, – послышался сзади голос Распутина. – Похоже, он задохнулся. Давай убираться отсюда.

Я обернулся и увидел, что лекарь пытается уползти от горящего забора. Что-то не так было с его телом. Он будто не мог ходить, хотя ноги не были связаны. Похоже, Грачёв успел что-то ему вколоть или напоить.

– Филатов, мы же сами здесь сгорим, – испуганно проговорил он, когда загорелся покосившийся дровяник.

А я всё ждал. Неужели этот гений-артефактор так просто дал себя убить?

В это время горящий дом начал рушиться. Провалилась крыша, свалилось крыльцо, посыпались бревна. Нет, в таком пекле он не сможет выжить. Но… Как-то мне не верится, что он мёртв.

– Филатов, я не смогу уйти и ползком не спасусь от огня. Поехали, а? – жалобно попросил Распутин.

Я ещё немного подождал и, откупорил пробирку с «Ледяной пеленой». Через пару минут всё вокруг покрывал толстый слой льда.

– Да ты… даже не верится, – выдохнул изумленный Распутин.

Он уже дополз до дороги и с широко раскрытыми глазами осматривал царство льда, которое ещё недавно было пеклом.

Я велел ему оставаться на месте и подогнал машину поближе. Затем помог забраться на заднее сиденье и повёз обратно к тюрьме.

Настроение было из рук вон плохое. Не знаю почему, но я не верил в смерть артефактора. Но и выжить он не мог. Хм…

* * *

Платон Грачёв стоял в тени деревьев и следил за парнем, который каким-то невероятно сильным горючим средством облил дом. Кто он такой? Кажется, Распутин назвал его Филатовым. Неужели он и есть тот талантливый аптекарь, про которого столько различных слухов? Надо будет к нему присмотреться.

Грачёв улыбнулся и двинулся вглубь леса…

Глава 2

Всю дорогу до тюрьмы Распутин пытался уговорить меня отпустить его. Сулил большие деньги, драгоценности и прочие блага, но я даже не слушал его.

Все мои мысли были только о Платоне Грачёве. Он увидел меня, когда я поднялся из кустов, и очень быстро среагировал. Такое ощущение, будто ожидал нападения. Неужели увидел меня, когда я подходил к Распутину? Тогда почему ничего не предпринял, а как ни в чём не бывало подошёл к старику и начал его запугивать своими артефактами? Или всё-таки для него моё появление было неожиданностью?

– Саша, может, ты хочешь, чтобы я извинился перед тобой? Так я готов! – услышал я, «вынырнув» из своих мыслей. – Могу даже на колени встать.

– Было бы неплохо, – пожал я плечами, и в это время вдали показалась крыша тюрьмы. Мы подъезжали.

– Умоляю, прости меня за всё! – он молитвенно сложил руки, хотя в антимагических кандалах это было довольно сложно сделать. – Я просто хотел поднять свой род. Добиться хорошей жизни для своих детей и внуков. По-другому мы, лекари, никогда бы не смогли обойти вас, аптекарей.

– Это мало похоже на извинение, – усмехнулся я. – У всех свои причины. Но не все подставляют других и превращают их жизнь в ад только для того, чтобы их дети ели из серебряной посуды.

– Мои едят из фарфоровой, – тут же добавил он.

– Не важно. Ты должен понести наказание.

– Ублюдок! Тварь! Филатовское отродье! Ненавижу тебя! – он кинулся на меня, пытаясь схватить за горло.

Пришлось съехать в кювет и утихомирить его нажатием на болевую точку на груди. Распутин засопел, не в силах вздохнуть. Больно, сам знаю. Но очень эффективно. Теперь он думает не о том, чтобы навредить мне, а весь сконцентрирован на пульсирующей боли, разносящейся по всему телу.

Я довёз его до ворот тюрьмы и подозвал тюремщиков. Те, увидев сбежавшего осужденного, с облегчением выдохнули, вытащили его из машины и засыпали меня вопросами. Следом прибежал какой-то начальник, которому я тоже рассказал про артефактора, и как нашёл осужденного в заброшенной деревне. На его лице было напсиано такое искреннее изумление, что я еле сдержал смех. На вопрос, что у меня за способность, я снова прикрылся тайной рода. Больше он не задавал вопросов. Похоже, здесь все уважают тайны и не суют нос не в свои дела.

У меня взяли номер телефона, записали имя и отпустили, предупредив, что возможно нужны будут мои показания. К счастью, никто из тех, кто находился в зале, не умер, но многие с отравлением попали в лечебницу. Будут искать виновных. И хотя я рассказал, что видел Платона Грачёва вместе с Распутиным, начальник ответил, что такое дело одному не провернуть, поэтому будут искать не только его, но и тех, кто ему помогал.

Я вернулся к парковке, где меня ждал не только охранник, которого я высадил из-за руля, но и сам начальник службы безопасности. Он выглядел напряженным и нетерпении прохаживался у машины.

– Ну наконец-то! – всплеснул он руками и напустился на меня. – Скоро я снова поседею из-за тебя. Не для того я охрану к тебе приставил, чтобы ты один неизвестно куда ехал и неизвестно чем занимался. Я, конечно, понимаю, что ты молодой, кровь горячая и тому подобное, но я отвечаю за тебя. Понял? Я! – он ударил себя кулаком в грудь.

Похоже сильно перенервничал.

– Не надо за меня отвечать. Я с самого начала был против охраны. Не маленький, сам разберусь со своими проблемами.

– То, что произошло во время казни, ты называешь «своими проблемами»? – рявкнул он и выжидательно уставился на меня.

– Да. Я считаю, что враги моей семьи – это мои враги. А со своими врагами я сам расправляюсь. Без чьей бы то ни было помощи. Ясно? – твердо проговорил я, выдержав его тяжелый взгляд.

– Как хочешь, но я доложу о произошедшем твоему отцу и деду. Григорий Афанасьевич сказал, что у тебя появились какие-то срочные дела. Он даже не представляет, чем на самом деле ты занимался.

– Делай как знаешь, – пожал я плечами и сел в машину на пассажирское сиденье.

Начальник службы безопасности ещё немного попыхтел и, крепко выругавшись, сел за руль.

Всю дорогу до особняка мы молчали. Он то и дело бросал на меня недовольный взгляд и изредка что-то невнятно бормотал, а я смотрел в окно и вспоминал до мельчайших подробностей то, что происходило в деревне. Только сейчас я понял, что не видел, как Грачёв заходил в дом.

Я помню, как он побежал в сторону крыльца, затем услышал удар, будто дверь захлопнулась. А может и не дверь, а калитка, например. Похоже, я просто додумал, что Грачёв зашёл в дом, но на самом деле этого не было.

Почти уверен, что Грачёв сбежал. Ну не мог такой сильный маг так легко сдаться и погибнуть в пожаре. Не мог.

Дома меня на удивление не ждал очередной строгий выговор с нравоучениями от деда. И всё потому, что в гостях у нас была красотка баронесса Завьялова. Хотя время было уже позднее, вся семья вместе с баронессой сидели в гостиной и пили чай с лимонным кексом и вишневым вареньем.

– А вот и наш спаситель! – воскликнула баронесса, со стуком поставила чашку на столик и пошла мне навстречу. – Саша, я вам так благодарна за помощь. Я знаю, что это вы вынесли меня из того ада, где я чуть не умерла.

Она крепко обняла меня и даже порывалась поцеловать, но я отстранился.

– Не стоит благодарностей, – учтиво склонил я голову.

– Стоит-стоит, – она взяла меня под руку и потянула к дивану. – Только благодаря вам я не попала в лечебницу. Говорят, некоторым так плохо, что они до сих пор лежат без сознания. У меня же только небольшое головокружение и шум в ушах, будто по затылку ударили. А в остальном всё хорошо.

– Рад за вас. Если хотите, могу продать вам очень хорошее лечебное средство, – предложил я, вспомнив, что в кармане у меня осталось зелье «Исцеления».

– Конечно хочу. Из ваших рук я выпью всё что угодно, – промурлыкала она

– Саша, Маргарита Павловна ждала тебя ради какого-то дела, – подала голос Лида.

Ей явно не нравилось, что баронесса буквально повисла на мне.

Мы опустились на диван.

– Слушаю вас, баронесса, – я отодвинулся от неё.

– У меня к вам серьезный и конфиденциальный разговор, – твердо проговорила она. Улыбка сползла с её лица, и она вмиг преобразилась, превратившись из обычной женщины в боевую магиню.

– Нам выйти? – уточнил Дима.

– Нет. Я всем вам доверяю, – она мотнула головой, заправила волосы за уши и отдернула задравшийся подол платья. Ей явно нужно было время, чтобы собраться с мыслями.

Мы все терпеливо ждали, когда она заговорит, поэтому повисла неловкая пауза.

– Для начала я хочу рассказать один случай, который произошел со мной во время службы, – проговорила она, уставившись в окно, в котором виднелся яркий лик луны. – Мне тогда было лет тридцать, и я уже дослужилась до ранга Мастера… В те времена было очень неспокойно на границе. То и дело происходили различные провокации и диверсии, поэтому мы круглосуточно проводили рейды. В ту ночь я дежурила со своим командиром, – она принялась мять угол диванной подушки. Явно нервничает или тревожится. – Он отправил меня проверить территорию за болотом. Я так и сделала. Всё было тихо и спокойно. Последнее, что я помню, как вернулась к лагерю, а командира там не оказалось. Пошла искать. Зашла в лес и… – она всплеснула руками и покачала головой.

Баронесса снова замолчала, глядя на цветастый ковер.

– Маргарита Павловна, может, ещё чаю? – любезно предложила Лида.

– Не надо… Пришла в себя в лечебнице. У меня переломано было всё, что может сломаться. Всё тело синее от побоев. Из-за сильной черепно мозговой травмы мне пришлось заново учиться говорить.

– Кто же вас так? – выдавил ошеломленный дед.

– Я не знаю. Поэтому и пришла к Саше, – она повернулась ко мне. – Я просто всё позабыла. Меня несколько раз допрашивали, но я так и не смогла вспомнить, что же произошло в ту ночь. Ясно одно – меня хотели убить, но не добили. Я смогла выкарабкаться, но так никто и не ответил за то, что со мной произошло. Вы сможете мне помочь?

– Вы хотите восстановить свою память? – на всякий случай уточнил я.

– Да, верно. Меня до сих пор преследуют кошмары. Прошлой ночью приснилось, как кто-то просто бесчеловечно измывается надо мной, избивая железной трубой. Я даже проснулась от собственного крика.

– Вас били железной трубой? – зачем-то уточнил дед.

Какая разница, чем её били? Главное сам факт произошедшего.

– Я не знаю, – покачала она головой. – В прошлый раз мне приснилось, что меня сбросили с огромной высоты. Я ничего не помню, но иногда во снах вижу какие-то эпизоды. Не знаю, насколько они правдивы, поэтому очень хотелось бы разобраться с этим делом и, если виновный до сих пор жив – наказать его.

Она сурово поджала губы и невидящим взглядом уставилась перед собой. Наверняка в очередной раз мысленно возвращалась в тот день.

– Я помогу вам вспомнить. Однако для нужного зелья у меня нет ингредиентов.

– Так давай с самого утра смотаемся до «Лаврового базара»? – предложил дед.

– Там тоже нет.

– Откуда ты можешь знать? – хмыкнул он.

– Знаю и всё.

Ну не объяснять же при всех, что я способен запоминать все эфиры того места, где побывал. В прошлый раз, когда был на рынке, нарочно прошелся вдоль всех лавок, чтобы знать, где что находится.

– Как же быть? – расстроилась Завьялова.

– В нашей анобласти растёт гриб, который мне нужен. Заодно проведаю Зоркого, а то в последнее время был так занят, что не посещал его.

– Можно, мне поехать с вами? – оживилась баронесса. – Я хоть и боевой маг, но в аномалии никогда не была.

– Хорошо, утром поедем, – кивнул я.

– Маргарита Павловна, уже поздно. Может, останетесь ночевать у нас? – предложила Лида.

– Ой, а я вас не стесню? – уточнила Завьялова, но видно было, что она очень рада предложению.

– Ничуть. У нас есть свободная гостевая комната. Я велю постелить вам, – Лида вышла из гостиной и подозвала служанку.

– Ну раз я остаюсь здесь, и мне не надо ехать через весь город к дому моего братца, давайте выпьем чего-нибудь покрепче, – она в предвкушении потёрла руки, рассматривая стол с выпивкой.

Дед тут же начал ей предлагать различные вина, но баронесса прервала его и попросила водку, а к ней соленых груздей и селедку.

Я сослался на усталость и поднялся к себе, а дед с Дима остались развлекать баронессу.

Впереди два дня выходных, поэтому я намерен вернуться в деревню, где нашёл Распутина, и пройтись по пожарищу. Вдруг найду что-нибудь из вещей артефактора. Заодно обойду всё вокруг и попытаюсь напасть на след Грачёва. Я уже не сомневался, что он сбежал. Я поджёг пустой дом, вместо того чтобы забежать внутрь и проверить, там он или нет.

Меня этот персонаж занимал всё больше и больше. Интересно, как на него выходят заказчики, если даже спецслужбы не могут определить его местонахождение? Горгоново безумие, и как я не додумался узнать об этом у Распутина!