Текст книги ""Фантастика 2026-44". Компиляция. Книги 1-36 (СИ)"

Автор книги: Мария Ермакова

Соавторы: Валентина Зайцева,Харитон Мамбурин,Егор Золотарев,Инна Дворцова,Денис Стародубцев,Александр Коротков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 148 (всего у книги 329 страниц)

– У меня есть одна задумка. Только нужно ваше разрешение, – пояснил я.

– О чем речь? – заинтересовался он.

– Короче, дело обстоит так…

Глава 3

Оба Когана подались вперёд и вопросительно уставились на меня.

– Короче, дело обстоит так: есть у меня одно зелье, которое разговорит любого. Мне лишь нужно, чтобы оно попало в организм лекарей.

– Что же ви придумали? – поинтересовался Авраам Давидович.

– Нужно организовать мероприятие, на котором собрать всех работников лечебницы. Такое возможно?

Отец и сын переглянулись. Один кивнул, второй подмигнул. Вот что значит понимать друг друга без слов.

– Знаете ли, работа лечебницы не останавливается ни на секунду, – начал Давид Елизарович. – Но два раза в год мы устраиваем праздники, куда приглашается весь персонал. Это Новый год и именины нашего великодушного и справедливого императора. Я даже не знаю, какой придумать повод, чтобы не вызвать подозрения и пригласить всех на праздник.

Наступила тишина. Он прав, нужен веский повод, чтобы организовать всеобщее гулянье.

– Я таки понял! Я таки знаю! – Авраам Давидович подпрыгнул в кресле и хлопнул в ладоши. – Я и сам хотел организовать такой праздник и пригласить самых близких, но раз такое дело, то можно увеличить масштаб мероприятия и пригласить всех лекарей лечебницы.

– О чём ты, Авраам? – спросил патриарх.

– Думал сделать сюрприз, но раз такое дело… Праздник будет организован в честь вашего, отец, выздоровления. Нешуточное дело – победить «Кровавый лотос»! Это чудо нужно с размахом отметить. И главным гостем на празднике будете конечно ви, господин Саша.

Он растянул губы в улыбке и с теплотой посмотрел на меня.

– Хорошая идея, сынок! – похвалил патриарх зардевшегося лекаря, который рядом с отцом будто снова становился ребенком. – Займись этим делом сегодня же. Много времени тебе понадобится?

– Да н-е-е, – махнул он рукой. – Закажу закусок из трех ресторанов, закуплю несколько ящиков хорошего вина, приглашу девушек из компании по организации праздников, чтобы шары надули, и всё. К восьми часам вечера будет готово.

– Вот и славно. Саша, у вас будут какие-нибудь пожелания? – уточнил Давид Елизарович.

– Нет. Мне хватит этого времени, чтобы подготовить зелье.

– Ну тогда встречаемся в восемь вечера в зале для семинаров. Там много столов и стульев – лучшего места для праздника не найти.

Мы с Авраамом Давидовичем вышли из кабинета и двинулись по коридору.

– Каким образом ви хотите разговорить лекарей? – шепотом спросил он. – В еду что-то подольёте?

– Нет. Во-первых, в таком случае мне придётся обработать всю еду и напитки, чтобы всех разговорить. На это уйдет много зелья. А, во-вторых, я не хочу, чтобы все ваши люди перессорились.

– Не понял? Почему они должны ссориться? У нас очень дружный сплоченный коллектив.

– Потому что начнут говорить правду друг другу в глаза.

– Ужас! Такого мы точно не можем допустить, – ахнул он и прижал руку ко рту.

Он прекрасно понял, что будет, если перестать себя сдерживать и говорить всё что думаешь о другом человеке.

По пути домой заехал на «Лавровый базар» и прикупил того, что мне не хватало для создания сыворотки «Правды». Только на этот раз сыворотку я буду применять по-другому. И действовать она будет только на того, кого я выберу.

Когда вернулся к нашему особняку, первым делом пошёл в лабораторию и потратил более получаса на то, чтобы изготовить нужное зелье. Решил его проверить на старике Филатове, но так, чтобы он об этом не узнал, а то мне не поздоровится. В отличие от интеллигентного Дмитрия, дед был скор на расправу и не стеснялся приложить крепким словцом.

Нашёл я его в кабинете. Он как раз изучал документы на наше новое поместье, где задумал построить отапливаемые оранжереи, чтобы и в зимний период у нас под рукой были все необходимые растения.

Я подошёл к нему и незаметно откупорил пробирку с сывороткой, которую сделал летучей и довольно слабой. Пары вдохов хватит для того, чтобы язык «развязался», но из-за слабой концентрации эффект быстро пройдёт.

– Дед, расскажи-ка мне о махинациях с налогами в государственную казну?

Старик возмущенно уставился на меня и разразился гневной тирадой:

– Ты чего ещё выдумал⁈ Какие такие махинации? Мы никогда…. Ну, вообще-то у нас были препараты, которыми мы торговали, как говорится, из-под прилавка, – он ошарашенно уставился на меня, сам не понимая, почему сейчас рассказывает мне об этом. – А ещё были заказы от лечебниц, которые не имели права закупаться у нас, поэтому мы эти заказы никак не регистрировали и соответственно за деньги тоже не отчитывались. Были также…

– Хватит-хватит. Я всё понял, – усмехнулся я и двинулся к выходу.

Сыворотка сработала на отлично.

Когда подходил к двери на улицу, услышал сверху громогласный голос деда.

– А ну вернись, паршивец! Это ты что-то сделал? Вернись, кому говорю!

Ага, конечно! Я выбежал на улицу и довольно резво двинулся к своему автомобилю. Под горячую руку деда лучше не попадать. Знаю я его. Запустит ещё чем-нибудь. Я-то не пострадаю, на свою реакцию никогда не жаловался, но ему самому может прилететь.

Я добрался до лечебницы как раз когда девушки в цветастых костюмах пытались пройти через двери с десятком воздушных шаров. Придержав им дверь, поднялся в кабинет патриарха.

– У нас таки почти всё готово, – отрапортовал Авраам Давидович. – Остались украшения.

– Шары тоже прибыли, – ответил я.

– Вот и хорошо, – с довольным видом произнёс Давид Елизарович, неспешно поднялся с кресла и двинулся к двери. – Пора начинать.

Всех лекарей заранее предупредили о внезапно наметившемся празднике и о подарках за хорошую работу, поэтому даже те, кто отдыхал после дежурства, прибыли в лечебницу и уже собирались в зале.

Столы ломились от закусок, три официанта открывали бутылки и разливали вина. Младший Коган ходил со списком лекарей и санитаров и отмечал тех, кто явился.

Ровно в восемь часов патриарх рода постучал ножом по бокалу, требуя тишины. Разговоры и смех прекратились, и все повернулись к нему.

– Дорогие друзья! Я рад, что вы все сегодня собрались на праздник в честь моего второго дня рождения! Все вы знаете, в какую безнадежную ситуацию я попал, и только благодаря вашим умелым действия, смог побороть «Кровавый лотос» и выздороветь.

Все одобрительно загудели и подняли бокалы, поздравляя главного лекаря.

– Ваша помощь была поистине бесценна, но также мне помогло средство аптекаря Александра Филатова. Именно он вывел меня из критического состояния, после которого я пошёл на поправку. Давайте аплодисментами поблагодарим его!

Он начал хлопать в ладоши, с благодарность глядя на меня. К нему присоединились все присутствующие.

Потом Коган перечислил имена лекарей, которые хорошо показали себя в течение года, вручил им по бутылке вина и велел веселиться до утра. Но предупредил дежурных лекарей, что они могут есть сколько захотят, но им запрещено пить – больные нуждаются в трезвых лекарях.

Когда все немного расслабились, я откупорил пробку с сывороткой «Правды» и двинулся по залу. Подходил к компаниям и, перебросившись с ними парой фраз, приступал к делу. Задавал только один вопрос: знают ли они Геннадия Филонова. Так звали того огневика, с которым мы схлестнулись в подъезде дома. Именно он связывался с заказчиком.

После двух часов расследования выявил следующее: пятеро знали Геннадиев, но с другими фамилиями. На всякий случай я спрашивал, чем занимаются эти Гены, но все были безобидны: повар, водитель, хозяин автомойки, сварщик и плотник.

– Господин Саша, ну что? Нашли предателя? – ко мне сзади подошел Авраам Давидович и прошептал на ухо, приподнявшись на носочках.

Я даже вздрогнул от неожиданности. Я все пытался отыскать в толпе того, к кому ещё не подходил.

– Пока нет, – с досадой ответил я. – Возможно, зря мы всё это затеяли.

– Ничего не зря, – махнул он рукой. – Я всё равно планировал, просто вы подтолкнули меня к реализации задумки. Правда, вышло всё скомкано, зато от души и чистого сердца. Ви только посмотрите, как им весело.

Он указал на молодых лекарей, которые организовали конное состязание. Как и наездник, конём был один из лекарей, а вместо шпаг использовали шампуры, на которых привезли горячие сочные шашлыки.

Я ещё раз прошел по залу, затем обошёл всю лечебницу, но не нашёл ни одного человека, которому не задал бы вопрос про Геннадия Филонова. Делал я это всегда завуалированно, чтобы не вызвать подозрений.

Например, во время разговора с компанией санитаров рассказал случай в анобласти с охотником, на которого напала пантера, и сказал, что его звали Геннадий Филонов. Потом как бы невзначай поинтересовался – «может кто слышал о нем?». Все ответили отрицательно и соврать не могли. Их окутывал невидимый эфир сыворотки «Правды».

А ещё был случай, когда я подошёл к двум молоденьким медсестрам и рассказал случай с мужчиной, у которого бывшая любовница хотела навредить беременной жене. Те поохали и осудили его. Я сообщил, что его зовут Геннадий Филонов и снова получил ответ, что о таком они даже не слышали.

Таким образом я поговорил с каждым, кто присутствовал на празднике и в больнице, но все честно отвечали, что не знают такого человека. Похоже, я ошибся.

Возможно, за мной следят, поэтому узнали о том, что произошло в лечебнице. Или кто-то из пациентов услышал и рассказал. В общем, мне здесь больше нечего делать.

Авраам Давидович вызвался меня проводить.

– Я таки должен признаться, что очень рад тому, что ви не нашли среди наших людей предателя, – откровенно проговорил он, ведь пробирка с сывороткой до сих пор была открыта. – Это утешает и вдохновляет дальше доверять приближенным. Трудно представить, что почувствовал бы мой глубокоуважаемый отец, когда бы получил весть о предательстве. Никому бы не хотелось знать, что он пригрел змею на груди.

– Вы правы. Однако… где мне теперь искать след заказчика? – задумчиво проговорил я.

– Не представляю. Слава богам, я не знаю человека, который осмелился бы на такое. Надеюсь, этот бессовестный получит по заслугам.

– Даже не сомневайтесь. Но сначала нужно найти его.

Я уже потянулся к двери, когда Коган вдруг заявил.

– Я отметил по списку всех, кто был на празднике. Двое отлынивали. Даже позвонил им, но, как оказалось, они уехали.

– Двоих не было? – оживился я. Вновь появилась надежда, что смогу осуществить задуманное.

– Да. Один уехал отдыхать в теплые страны. Второй тоже уехал, но поближе – в области в деревеньке живёт его мать.

– Можно узнать их имена?

– Да-да, конечно, – он торопливо вытащил из кармана лист бумаги со списком и указал мне на тех, напротив кого стоял прочерк.

Первого лекаря я не знал, а вот со вторым встречался уже пару раз. Именно он встречал меня на входе в день, когда я лечил Когана старшего. И именно он отвёл меня в палату к больному парню.

– Когда он вернётся? – уточнил я.

– Не знаю. Надо спросить в отделе кадров, – пожал плечами Авраам Давидович.

– Пойдёмте спросим, – я уже двинулся было в сторону кабинетов, когда лекарь ловко перехватил меня под руку.

– Господин Саша, время почти полночь. Там никого нет.

Я взглянул на часы и с раздражением выдохнул. Терпеть не могу откладывать дела, когда лучше решить сразу.

– Завтра выясните и сообщите мне, – попросил я.

– Обязательно, – энергично закивал он.

Попрощавшись, я вышел из лечебницы и поехал домой. Мои мысли крутились вокруг того лекаря, который, судя по словам Когана, уехал в деревню к матери. Между прочим, он был идеальным кандидатом на роль если не заказчика, то информатора. Он присутствовал в палате при лечении патриарха, затем был рядом с парнем, из организма которого я выводил токсины.

Получается, что он был в курсе всего происходящего и мог воспользоваться этим. Но кто он такой и за что пытался убить меня? Или просто решил подзаработать и продал информацию кому-то? А, может… Короче, гадать можно долго, но лучше поговорить с ним.

Дома меня встретила лишь одна из служанок и пояснила, что все уже легли спать и что кухарка по приказу моей матушки, оставила порцию запеченных куропаток с пюре из картофеля и тыквы. Прекрасно! Я за весь вечер ничего не успел съесть, пытаясь найти предателя. Только ходил с бокалом вина и делал вид, что пью из него.

Ну Лида – настоящая мать, знает, что я люблю, и позаботилась о том, чтобы мне тоже досталось. Куропатки просто восхитительны! Я обгрыз каждую косточку. Всё-таки, как ни крути, я оказался в хорошей семье. А мог попасть к черствым холодным людям, которые держали бы прежнего Шурика в ежовых рукавицах.

Утром, едва сел за стол, чуть не получил подзатыльник. Вовремя среагировал и увернулся.

– Признавайся, паршивец, твоих рук дело? – дед нависал надо мной и буравил взглядом.

– Не понимаю, о чём ты, – равнодушно пожал я плечами.

– Ты мне зубы не заговаривай! Всё ты понимаешь!

Вмешалась Лида.

– Григорий Афанасьевич, не знаю, что у вас случилось, но я не позволю устраивать разборки за столом, – строго сказала она.

Дед попыхтел, поиграл желваками и, шумно выдохнув, опустился на стул. До сих пор не успокоился после вчерашнего признания. Служанка быстро обслужила его, налив крепкий кофе и положив на тарелку пару кусков пышного омлета, и удалилась. Наверняка не хочет попадаться под горячую руку главы рода.

– Вчера вечером в новостях сказали, что уже назначена дата казни Распутина, – сказал Дима, аккуратно намазывая на хлеб тонкий слой сливочного масла.

– И когда же? – заинтересовался дед и даже перестал коситься на меня.

– Через две недели в пятницу, двадцать шестого числа. Сказали, что казнь публичная. Будут журналисты и те, кто подал заявку.

– Хотел бы я посмотреть, как будет подыхать эта гнида, – оскалился старик. – Так и вижу, как он корчится в муках и умоляет простить его.

– Давай сходим? – предложил я.

Мне, признаться, самому было очень интересно посмотреть, как проходит казнь. В моём мире казнили исходя от тяжести злодеяния: варили в масле, четвертовали, вешали, отрубали голову, давали яд и тому подобное.

– Обязательно сходим! Сегодня же подам заявку. Уж нам, как потерпевшим, не откажут.

Сегодня был выходной, поэтому я поднялся к себе и занялся придумыванием новых сборов, чтобы расширить ассортимент в лавке. Продукция в этом филиале «Туманных пряностей» должна быть разнообразнее, всё-таки в столице находится, а здесь, как я уже выяснил, очень ценят эксклюзив. Как сказала Лида за завтраком, количество покупателей растёт с каждым днём, а Дима добавил, что заказал рекламу по телевизору, поэтому ждём наплыв покупателей.

* * *

Мирон Андреевич, ректор Московский магической академии, самой старой и самой престижной академии во всей империи, сидел за столом в небольшой кофейне и попивал кофе вприкуску с кусочками горького шоколада. Напротив него сидел статный мужчина, которого ректор знал уже лет тридцать. Его звали Антон Грибоедов. Раньше он занимал ответственный пост в Министерстве образования, а потом за заслуги был удостоен чести стать Советником императора по вопросам образования.

– Не переживай, Мирон Андреевич, никто тебя с поста не сместит. Скоро все забудут об этом деле, и всё вернётся на круги своя, – добродушно улыбнулся Антон и промокнул губы льняной салфеткой.

– По этому поводу я совсем не переживаю, – отмахнулся ректор. – Чего только в нашей академии не бывало. Я думаю о другом.

– О чём же?

– «Кристалл Предела» почернел, когда к нему прикоснулся студент. Мы до сих пор не поняли, чтобы это значило. Ты что думаешь?

– Почернел, говоришь, – задумчиво повторил Грибоедов.

Он молча доел суп-пюре из грибов, закусив пирожком с капустой. Допил клюквенный морс и, снова промокнув губы салфеткой, проговорил:

– Мне на ум приходит только одна магия, которую кристалл может показать чёрным цветом… Ведьминская магия.

Глава 4

Я расписал рецепты десяти новых сборов. К каждому написал перечень болезней, при которых они рекомендованы, и отдал деду.

– Так-так… ага… понятно, – он читал список ингредиентов. – Слушай, Шурик, ты, конечно, большой молодец, но у нас нет и половины того, что ты тут понаписал.

– Значит, надо достать, – пожал я плечами.

– Откуда? Надо заказать либо самим ехать к Савельевской аномалии.

– Так далеко ехать не надо. Часть трав можно купить на «Лавровом базаре», остальное растёт в нашей аномалии. Мы всё равно собирались ехать сажать манаросы. Как раз соберём то что нужно.

– Откуда ты знаешь, какие травы есть в аномалии? – подозрительно прищурился он.

– Сам видел, – ответил я.

Соврал, конечно. Не до растений мне было оба раза когда я там оказывался. Просто любой эфир, что учуял мой нос, навсегда запечатлелся в мозгу, поэтому я точно знал, где и что растёт.

– Ну ладно. Пообедаем и поедем сажать.

На обед у нас были сочные свиные отбивные, к нему сладко-острый соус и обжаренные на огне овощи. Вкуснотища!

Сытые и довольные мы с Димой и охранниками снова загрузили саженцы в машину. Дед только указывал и попыхивал своей сигаретой. Мне даже пришло в голову избавить его от этой пагубной привычки с помощью одного действенного зелья, но я вспомнил про своего настоящего деда, который ни за что на свете не хотел бы бросать пить по вечерам терпкое вино, и отказался от этой идеи. Пусть себе пыхтит, если ему так хочется.

Дима хотел поехать с нами, но дед был против. Даже повысил голос и пригрозил, что и близко не подпустит его к аномалии.

– Хватит с тебя! Неужели хочешь чтобы тебе снова поплохело? От твоего источника ничего не осталось, так ты и других органов лишиться хочешь? Ты о нас подумал? О детях своих вспомнил? – дед не на шутку разошёлся.

– Да, ладно-ладно. Успокойся. Не зайду я в аномалию. Хочу дом посмотреть, – Дима положил руку на плечо старого ворчуна.

– Тогда и я с вами! – оживилась Лида, которая вышла нас провожать.

Узнав, что мы едем, Настя тоже попросилась, но мать настояла на том, чтобы она осталась дома «за главную». Услышав об этом, сестра тут же строго посмотрел на служанок, подметающих дорожки в саду. Похоже, несладко им придётся.

Почти три часа мы добирались до поместья. По пути заехали в несколько магазинов по просьбе Лиды, которая хотела прибраться в новом доме и поменять шторы, скатерти и салфетки.

Я уже был в доме, а отальные всю дорогу строили догадки, что там понастроил этот гад и чёртово отродье – Юсупов.

Только после того, как дед осмотрел дом, мы с ним поехали к анобласти.

– Думал, будет хуже, но ничего, жить можно, – признался он. – А-а, забыл сказать. Наш особняк в Торжке вассалы уже начали ремонтировать, как и обещали. Сгоревшую часть крыши заменили, в гостиной всю сажу и копоть убрали и хотели заново все покрасить и мебель завезти. Короче, скоро особняк будет не хуже прежнего.

– Это хорошо. Мне пригодится, когда буду ездить охотиться на маназверей.

– На кой-чёрт они тебе сдались? С ними мороки в разы больше. Да и опасно это. Уж лучше у охотников заказать.

Может и лучше, только иногда я даже не знаю как они выглядят, зато чувствую их эфир.

Мы подъехали к воротам, где нас встретили два бойца из отряда зачистки. Они вызвались охранять нас, пока мы сажаем манаросы, и дед не стал отказываться. Хоть и скудная аномалия, но все равно хватает хищников и ядовитых тварей.

После того как перетаскали коробки с саженцами, я вытащил из багажника два пакета с овощами и фруктами для Зоркого.

– Куда сажать-то? – дед огляделся.

На нём было охотничье снаряжение и маска, защищающая от спор грибов. Также были одеты и охотники. Только я не боялся заразиться паразитом, ведь справлюсь с ним в два счета.

– Всё-таки надо было самим выкапывать и заодно посмотреть, какую почву любит манарос и где селится, – дед озадаченно обходил кусты и ковырял железной лопатой землю. – Как мы теперь определим, куда их сажать, чтобы прижились и не засохли?

Тут кусты, рядом с которыми он стоял, зашевелились, и показалась черная рука.

– Ох ты ж мать честная! – испуганно выпалил дед и сиганул ко мне.

Зоркий сорвал несколько ягод и вновь спрятался. Охотники насторожились и приготовились.

– Спокойно! Это свой! Его трогать нельзя! – предупредил я и, прихватив с пакета пару апельсинов, двинулся к кустам.

Не успел раздвинуть ветки, как черная рука снова появилась и выхватила у меня фрукты. Послышалось смачное чавканье. Доев лакомство Зоркий, вылез из своего укрытия.

– Пусть ко мне не подходит, иначе я за себя не отвечаю, – пригрозил дед и попятился назад, вытаскивая из кармана револьвер.

– Не надо его пугать, и всё будет хорошо, – ответил я. – Есть у меня одна идея.

Я вплотную приблизился к существу и, дотронувшись до его руки, показал, что намереваюсь посадить саженцы, что привёз с собой. Зоркий оскалился, обнажив крепкие белоснежные зубы с острыми клыками. Похоже хотел улыбнуться, но получилось как получилось.

Я снова прикоснулся к его черной лоснящейся коже и мысленно показал, как хочу один из манаросов посадить под деревом. Затем же этот манарос мысленно сажаю на берегу небольшого заросшего водоёма. А потом на песчаной возвышенности.

Зоркий явно всё понял. Он схватил ближайшую коробку с небольшим игольчатым растением и двинулся по лесу. Я пошел следом, а за мной дед и охотники.

Желтоглазый остановился на небольшом безлесном пятачке, густо заросшем травой, и положил туда коробку. Затем забрал следующий манарос и проделал с ним то же самое, только на этот раз коробка опустилась на глинистый берег небольшого озера.

Друг за другом он перетаскал все растения и разложил их туда, где нам следовало их посадить.

– Если приживутся, я ему тоже чего-нибудь притащу, – проговорил дед, когда мы приступили к посадке и поливке.

– Что ты хочешь ему притащить?

– Ну не знаю. Что он любит?

– Фрукты, овощи, траву, листья. Травоядный он.

– Вот и хорошо. Выращу для него патиссоны. Сам вывел новый сорт. Сладковатые, и мякоть оранжевая.

Так за разговорами мы не заметили как посадили все саженцы. Зоркий слонялся неподалеку, но близко подходить боялся. Чуял опасность от магов и оружия.

Дед уговорил меня показать, где мы нашли Диму. Увидев, в каких условиях жил его сын, старик нахмурился и долго ругался. И я его понимал. Темное, сырое, влажное помещение с тяжелым спёртым запахом больше напоминало темницу, в которую сажают убийц, чем жилье.

Мы вернулись к дому, где во всю наводила свой порядок Лида. Экономке, которая присматривала за домом, она велела собрать все личные вещи бывших обитателей поместья и выбросить. Сама же занялась тем, что стянула с окон все занавески, сняла с мягкой мебели покрывала, скрутила ковры и приказала охранникам все сложить в дальнюю кладовую, а позже заказать машину, отвезти в ближайший город и раздать беднякам.

– Что сразу раздавать-то? Можно было и продать. Вещи-то хорошие, – ворчливо проговорил дед, ощупывая толстый шерстяной ковёр.

– Продавать я их точно не буду. Вообще сначала хотела всё на свалку отвезти, но потом подумала, что кому-то эти вещи могут пригодиться.

– Ну ладно, пусть раздадут. Только пусть обязательно скажут, что это дар от Филатовых, – дед многозначительно посмотрел на Лиду.

Та согласилась и, подозвав экономку, дала ей все необходимые распоряжения. В опалу также попали те самые большие напольные часы, что били в полночь, когда я ночью пробрался в этот дом, чтобы заставить Юсупова рассказать правду.

На обратном пути дед с Димой и Лидой обсуждали, как использовать дарованную землю, а я вдруг вспомнил вечеринку в честь посвящении в студенты. Когда Харитонов и Максим Филатов сделали средство во время второго испытания, то Харитонов наотрез отказался его пить.

Он отказался пить, чтобы не выболтать лишнего. А ещё раньше он что-то сболтнул про лекарей, которые что-то против меня готовят. Пожалуй, пришло время поговорить с этим увальнем.

Где живёт Харитонов я не знал, поэтому решил дождаться понедельника, когда он явится на учёбу. Благо мы учимся в одной группе, поэтому они с Максимом Филатовым всегда у меня под присмотром. Однако им кажется, будто они следят за мной, но куда этим молокососам до Великого алхимика Валериана, для которого одного вдоха хватает, чтобы узнать, что они ели на завтрак, где побывали и какие эмоции испытывают.

Кстати, по большей части они были обижены, раздражены и угрюмы. Короче, один сплошной негатив, но только тогда, когда видели меня. Да-а-а, даже в прошлой жизни я многих раздражал. А что такого? Зависть и ощущение собственного ничтожества характерны для людей во всех мирах.

Поздно вечером мы вернулись домой. Телохранители, что сопровождали нас в пути, сдали дежурство и, попрощавшись, разъехались по домам. Лида с Димой зашли в особняк, из окна которого выглядывала встревоженная Настя, а мы с дедом отнести пустые коробки из-под саженцев в лабораторию – ещё пригодятся. Ведь если саженцы приживутся, я перетаскаю в свою аномалию всё, что мне нужно. Кстати, неплохо было бы навестить все аномальные области. Наверняка найду что-то такое, с чем ещё не сталкивался в этом мире.

После сытного ужина мы с дедом разложили травы, что вынесли из анобласти в сушилки, которых в лаборатории было целых три штуки.

– Как думаешь, достроить мне вон ту оранжерею? – указал дед в окно на заросшую недостроенную оранжерею, которую строил до того, как их изгнали из столицы.

Мне сразу же пришло в голову, что там можно оборудовать участок, где будут расти только опасные растения. Я сам буду за ними ухаживать и использовать.

– Строй, – решительно кивнул я. – У меня есть идеи, что там можно выращивать.

– Зная тебя, уверен, что это не укроп с петрушкой к столу, – хмыкнул дед. – Наверняка какую-то хрень начнёшь сажать и повесишь большой замок на дверь, чтобы мы не заходили.

– А ты догадливый, – улыбнулся я.

– Вот не пойму я, Шурик, в кого ты такой уродился? Сначала был таким тихим, спокойным мальчиком, прям как твой отец. А теперь… Эх, видать взрослеешь, – он взял метёлку и начал подметать сор с пола.

Знал бы дед, как родители мучились со мной в детстве. Тихим и спокойным я никогда не был. До сих пор вспоминаю случай, когда хотел отомстить старшему брату, который задал мне взбучку за то, что я своровал его зелье для роста бороды.

Вот хотелось мне побыстрее повзрослеть, и ничего лучшего я не придумал, как в восьмилетнем возрасте попробовать отрастить себе бороду. Мне казалось, что с бородой я сразу повзрослею и смогу делать всё что захочу, не спрашивая разрешения родителей.

Однако братец тоже не из глупцов. Была у него какая-то магическая метка, которая показывала всех, кто побывал в его комнате. Так он и нашёл меня. Я только-только намеревался намазать себе щёки густой зелёной жижей. Он навалял мне хорошенько, а я ему за это приготовил зелье с эффектом выпадения волос.

Незаметно подлил это средство в его суп и в приподнятом настроении принялся ждать, когда он спустится к столу. Однако к нам на обед заехала мамина сестра с детьми, и шестилетний Леон решил сесть на место моего брата. Я пытался отобрать у него тарелку, но тот такой вой поднял, что все тут же набросились на меня. Правда уже через две минуты все очень увлеклись Леоном. Было весело, а потом больно. Так меня ещё не лупили.

Когда вернулись домой, я уже намеревался лечь, собираясь выспаться, ведь за последние дни мне не удавалось вволю поспать, но позвонил Ваня.

– Привет, ты чего так поздно звонишь? – спросил я, широко зевая.

– Сашка, похоже, я влип, – еле слышно проговорил он.

В голосе слышались панические нотки.

– Что случилось?

– Это не телефонный разговор.

– Тогда зачем звонишь, – усмехнулся я.

– Ну ладно, слушай… Помнишь, я тебе рассказывал про нашу семейную реликвию Амулет Лунного Наследия? – начал он издалека.

Мне-то он точно о нём не рассказывал, поэтому я окунулся в память Шурика и нашёл воспоминание об этом. Получается, что в роду Савельевых по женской линии передается амулет. Ему несколько сотен лет, и он очень дорогой. Это всё, что я знал.

– Смутно помню. И что?

– Дело в том, что его… украли, – понизив голос пояснил он.

– Как украли? Откуда?

– У нас был проект по семейным реликвиям. Нужно было рассказать историю реликвии, как и где хранится и тому подобное. Я решил, что будет лучше, если я его продемонстрирую. Матери, конечно, не сказал. Забрал из тайника и хотел сегодня незаметно вернуть его. Даже билет до Торжка купил. Полез за ним в сейф, а там пусто. Мать меня убьёт, – упавшим голосом проговорил он.

– Погоди-ка, так ты его в сейфе хранил?

– Конечно! А где же ещё? Я же домик небольшой снимаю во Владимире. Громоздкий чугунный сейф в кабинете, прикручен к стене. Даже если его открутить, то один человек с места не сдвинет – тяжеленный…. Черт, дома мне голову оторвут. Амулет стоит несколько миллионов.

– Хм, а почему он такой дорогой? – уточнил я.

– Потому что старинный. А ещё на нём два десятка драгоценных камней. Но и это не главное… Амулет можно использовать в различных ритуалах и заклинаниях. Он очень сильный.

– То есть ты украл такую ценную вещь, чтобы просто похвастаться перед друзьями? – удивился я. Не похоже на Ваню.

– Вообще-то не за этим, – он перешел на шепот. – Хотел попробовать с помощью него открыть гробницу монгольского хана, которую недавно выкопали археологи здесь под Владимиром. Экскурсия у нас была к той гробнице. Гробница зачарована ведьмаками, и пока никто не решился её открыть. Говорят про какие-то проклятья и прочую фигню. Вот я и предложил использовать нашу реликвию для этого. Археологи согласились, но с условием, что меня там не будет. Я конечно же отказался. Вообще-то я сам хотел поучаствовать в этом деле, и амулет я никому чужому не доверю.

– Ясно. Но как его могли украсть из сейфа? Сейф вскрыли?

– В том-то и дело, что сейф был заперт, а амулета в нём нет. Но я уже знаю, кто его украл.

– И кто же?

– Чиновник один. Он был на встрече с археологами, а потом подошёл ко мне и умолял продать ему нашу реликвию. Я сразу отказал.

– С чего ты решил, что это он?

– А кто же ещё? Если не сам, то кого-то нанял. Короче, нужно забрать у него нашу реликвию, иначе отец с матерью… Даже страшно представить, что они могут сделать, – встревоженно проговорил он. – Вся надежда только на тебя. Один я не справлюсь.

Зная Ваню, он бы не стал беспокоиться по пустякам. Это Сеня постоянно паникует и весь на нервах, а Ваня совсем другой. Закалили его походы в анобласть и общество суровых охотников.

– Ну хорошо. Если без меня никак, то…

– Я так и знал, что ты не откажешь! – на этот раз голос был радостный. – Я даже купил тебе билет на дирижабль. Вылетаешь через два часа, готовься. Я тебя встречу на вокзале.

М-да, всё-то он продумал. Ну что ж, придётся выручать друга, который ворует собственные ценности.

– Ладно. Жди.

Я сбросил звонок, вышел на улицу и направился в лабораторию. Нужно подготовиться к поездке.