Текст книги ""Фантастика 2026-44". Компиляция. Книги 1-36 (СИ)"

Автор книги: Мария Ермакова

Соавторы: Валентина Зайцева,Харитон Мамбурин,Егор Золотарев,Инна Дворцова,Денис Стародубцев,Александр Коротков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 176 (всего у книги 329 страниц)

– А сколько будут платить? – осторожно спросил Семен.

– Если честно, то я не знаю. Но ректор уже дал распоряжение выделить деньги из бюджета.

– Кто будет участвовать в турнире? – Аурика, как отличница, подняла руку, прежде чем спросить, и с такой надеждой посмотрела на Клавдия Тихомировича, что ему стало неловко.

Он явно выбрал не её, но как об этом сказать, если на тебя смотрят как на божество?

– Я намерено взвалил на себя занятия по подготовке к турниру, чтобы воочию увидеть ваши возможности. И в итоге выбрал того, кто на голову выше всех остальных. Это Александр Филатов.

Вся группа молча повернулась ко мне.

– Всем привет, – поднял я руку, чтобы разбавить тягостную тишину и разрядить обстановку.

– Справедливо, – наконец сказал Сеня. – Саша сильный и талантливый аптекарь. Лучше, чем он, никто не выступит на турнире.

– А я против! – вперёд вышел Харитонов.

Ага, кулаки сжаты, буравит меня взглядом и играет желваками. Бесится. Смешной такой, будто в песочнице лопатку отобрали.

– Илья, это не голосование. Я уже принял решение, – строго проговорил декан и двинулся к выходу.

Харитонов подошёл ко мне вплотную и процедил сквозь зубы.

– Ты слишком много о себе возомнил, Филатов. Похоже, пришла пора проучить тебя.

– Остынь, Илья, – Сеня попытался влезть между нами, но тут Харитонов размахнулся и хотел ударить моего друга кулаком в лицо, но я вовремя среагировал. Перехватив его руку, я заломил её назад и нажал посильнее. Харитонов засопел от боли.

– Отпусти, придурок, – процедил он, с ненавистью взглянув на меня.

– Если ты ещё раз поднимешь руку на Семёна, то будешь лечиться очень долго. Это я тебе обещаю, – пригрозил я и оттолкнул его.

– Ты за всё ответишь, филатовское отродье, – бросил он через плечо и выбежал из лаборатории.

Хм, где-то я такое уже слышал… А-а-а, наверное от врагов, которые уже получили по заслугам. Ну, Харитонова ждёт точно такая же судьба.

– Пойдём выпьем чего-нибудь, – предложил Сеня. – В горле пересохло. Я всегда так волнуюсь в лаборатории.

– Почему?

– Сам не знаю. Ощущение, будто захожу в святилище.

Я сразу вспомнил себя. В юности испытывал то же самое, когда заходил в отцовскую лабораторию. Там всегда что-то кипело, шипело, парило и взрывалось. А от эфиров, летающих вокруг, щипало глаза и закладывало нос.

В столовой почти никого не было. Обеденное время уже прошло. Мы взяли по стакану клюквенного морса и по эклеру с белковым кремом. Все же пирожные здесь отменные!

Как только мы сели за стол, Сеня кивнул в сторону двери и еле слышно сказал:

– Ты только посмотри, кто пришёл.

Я не стал оборачиваться, так как сразу понял, про кого он говорит, учуяв эфир. Харитонов со своим верным дружком Максимом Филатовым, который обычно вёл себя тише воды.

– Ого, сладкая парочка тоже здесь! – воскликнул Харитонов. – Пришли Сёмочке слёзки утирать?

– Заткнись, Харитонов. Или тебе мало было? – огрызнулся Сеня.

Я же продолжал как ни в чём не бывало есть свой эклер. Вот ведь вкуснятина! Прям не оторваться.

Харитонов и Максим подошли к нашему столу.

– Слышь, Филатов, ты что за услуги оказываешь декану, раз он тебя так любит? – презрительно скривив губы, спросил Илья и навис надо мной.

Мне хватило бы одного не сильного удара, чтобы на ближайшие полчаса он вообще забыл о нашем существовании, но я не хотел ещё больше усугублять ситуацию. Понимаю, уязвлённое самолюбие и тому подобное. Сам такой был по молодости. Но сейчас совсем другое дело. Меня трудно вывести из себя, и на провокации я не ведусь.

– Очень вкусно. Там еще осталось, рекомендую, – проговорил я и отодвинул пустую тарелку.

– Ты типа самый умный? Посмотрим, что ты скажешь, если тронуть твою подружку, – с этими словами Максим Филатов резко дёрнул стул, на котором сидел Сеня, и тот с грохотом свалился на пол, увлекая за собой скатерть. Стаканы с морсом чуть не опрокинулись. Я едва успел перехватить их.

Ну что ж, пришлось подняться и шугануть этих балбесов. Харитонов получил по шее, а за Филатовым пришлось побегать. Он оказался довольно труслив.

С охами и вскриками они рванули прочь из столовой. Мы с Сеней решили допить морс и разойтись по домам, но едва я поднёс стакан ко рту, как почувствовал едкий эфир сильнодействующего яда. Такое средство может вызвать судороги и онемение, а в больших концентрациях и при длительном приёме смерть.

Кроме этого, на стакане остался эфир Харитонова. Наверняка он подлил мне что-то, когда я гонялся за Максимом. Ну всё, у меня закончилось терпение. Берегись, Харитонов! Ты перешёл все границы!

Я проверил морс Сени – чисто. Тогда вылил свой в раковину и, взяв след, пошёл на поиски моего неудавшегося отравителя.

Глава 2

Когда я вышел из здания академии, то увидел, что Харитонов на своей колымаге уже выезжает с парковки. Проезжая мимо, он с удивлением посмотрел на меня. Этот придурок видимо думал, что я лежу на полу столовой и корчусь в муках от яда, который он плеснул в мой стакан. Идиот, что ещё сказать?

Я улыбнулся и помахал ему рукой. Ну ничего-ничего, я уже знаю, как накажу его. Придумал одно коварное зелье, когда шёл по его следу.

– Саша, ты куда так рванул? – сзади послышался голос запыхавшегося Сени.

– Харитонов подлил мне яд в стакан, – ответил я и кивнул на отъезжающую машину. – Ему повезло, что он успел убежать.

– Да ты что! – ужаснулся друг. – Как ты себя чувствуешь? Может, в лечебницу обратиться?

– Со мной всё нормально. Я не стал пить, когда почувствовал эфир яда. Но он меня этим сильно разозлил. Надо бы угомонить его.

– Что ты собираешься делать? Пойдёшь к декану?

– Нет. Ни к чему привлекать к нашим разборкам посторонних. Сам справлюсь, – я не смог сдержать кровожадной улыбки.

Мой гениальный мозг предложил такой изощрённый вариант мести, что мне не терпелось приступить к реализации.

Я попрощался с Сеней и поехал в «Лавровый базар». Требовалось прикупить одну траву, которой в моей лаборатории не было – пестролист. У него совсем небольшой перечень свойств, но есть одно, без которого мне не осуществить задуманное.

«Лавровый базар» как обычно встретил меня безбрежным морем эфиров. Я прошёл через искусно сделанные ворота и буквально окунулся в чудесным мир. Мир, который был понятен в полной мере только мне.

Лавочники уже знали меня и тут же принялись предлагать свой товар. Были даже те, кто подсовывал мне манаросы, запрещенными к розничной торговле. Как правило, это были сильно ядовитые растения или те, что вызывают ожоги или проблемы с дыханием.

Я конечно же прикупил их. А что такого? Я знаю, как правильно с ними обращаться, поэтому никогда не стану их жертвой. Хотя мой организм сейчас недостаточно сильный, но моя способность, помогает мне блокировать и выводить ненужное.

Неспеша я прошёлся по базару и только на выходе нашёл пестролист.

– Это остатки, – пояснил лавочник, выгребая из коробки несколько высохших листьев и сор. – Больше не буду ими заниматься. Очень редко берут.

– А вы скажите, что пестролист хорошо помогает восстановить цвет глаз, – подсказал я. – Особенно голубоглазым, у которых с возрастом цвет блекнет.

– Нехорошо обманывать покупателей, – покачал он головой. – Я таким не занимаюсь.

– Это не обман, – заверил я. – Просто не все знают такое его свойство.

– А вы для чего его берёте? – заинтересовался он.

– Для одного очень специфичного зелья. Нужно кое-кого наказать.

Я расплатился, забрал бумажный кулёк с остатками травы и, насвистывая, двинулся к выходу.

Пока ехал, окончательно продумал, как именно воздействовать на Харитонова. Ведь он наверняка ничего не будет есть или пить из моих рук, а следить за ним, чтобы подобрать удобный случай, не в моих правилах. Я всегда действую быстро и решительно. Без соплей, как сказал бы дед.

Через полчаса я уже раскладывал на лабораторном столе все что пригодится мне для изготовления зелья. Пока высохший пестролист отмокал в теплой воде, я перетёр несколько манаросов, один из которых пах так сильно, что я то и дело чихал. Затем добавил уже готовой эссенции из Золотого корня. Капнул темно-коричневый сок пурпурника и смешал всё в колбе. Приложив руку к стеклянному боку, я пустил в сосуд ману и всецело погрузился в процесс.

Вскоре из колбы поплыл оранжево-коричневый пар и принялся стелиться по полу. Готово! Ну Харитонов, ты пожалеешь, что связался со мной!

Я зашёл домой и чуть не столкнулся с Кирой, которая опешила, будто не ожидала меня увидеть. Затем быстро пролепетала слова приветствия и поспешила в гостиную, откуда доносились голоса.

– Чем вы заняты? – спросил я, увидев, как Лида с дедом сидят за столом и о чём-то оживлённо беседуют.

– Планируем открытие лавки, – с довольным видом сказала Лида. – Хочу на время Киру туда заведующей поставить. Она уже всё знает и сможет обучить новых работников. Сама я останусь в старой лавке.

– Слушай, Шурик, а может что-нибудь этакое придумаем на открытие лавки? Надо же привлечь к ней внимание, – сказал дед.

– Можно, – кивнул я. – У меня даже есть одна задумка.

– И что же это?

– Светящиеся мыльные пузыри размером с арбуз, которые будет подниматься вверх над лавкой.

Лида с дедом переглянулись, а Кира, которая до этого скромно сидела на диване, подала голос.

– Хорошая идея. Такие мыльные пузыри будут издали привлекать внимание. Все захотят посмотреть, откуда же они вылетают.

– Мне тоже нравится, – подхватила Лида. – А как же мы такие пузыри сделаем? – развёл руками дед.

– Раствор приготовлю я, а вам нужно будет найти большой обруч с ручкой и вентилятор.

– Обруч с ручкой? – задумался дед. – Ну разве только взять мой сачок и сетку снять.

– А мощный вентилятор можно у строителей попросить. Вон они как раз сегодня привезли свои инструменты, чтобы доделать оранжерею во дворе, – Лида указала в окно, в котором виднелись ящики и коробки, аккуратно сложенные у садовой дорожки.

После сытного обеда, во время которого то и дело ловил на себе взгляд Киры, я приготовил целую канистру мыльного средства. Пузыри не только будут переливаться всеми цветами радуги, но и не лопнут, пока не налетят на что-то острое.

– Саша, как у тебя дела? – несмело спросила девушка, когда я вместе с сачком и канистрой провожал её до такси.

– Всё хорошо. А что?

– Ты до сих пор с Леной?

– Конечно. Даже пообещал жениться на ней, – послышался печальный вздох. Я знал, что так будет, но не хотел давать ей ложную надежду. – А у тебя как дела?

– Работаю, – пожала она плечами. – А вообще мне здесь очень нравится. Я рада, что Григорий Афанасьевич предложил мне работать в Москве. В Торжке мне было скучно. На днях звонила моя тётя, которой ты помог вылечить мужа…

– Это она помогла мне доставить письмо императору, – вставил я.

– Да-да, вы оказались очень полезны друг другу, – улыбнулась она. – Так вот, она предложила пойти работать во дворец. У них освободилась должность горничной.

– Ты хочешь работать горничной? Но это же… – я не мог подобрать нужных слов. – Скучно.

– Я из простой семьи. Мне всё равно не достичь никаких значимых успехов в жизни. Все дороги открыты только магам из богатых семей, а простолюдины прислуживают, занимают низкие должности, делают различную грязную работу и тому подобное, – печально вздохнув, ответила она.

– Не понял, а почему ты не хочешь остаться в лавке? Что тебе не нравится?

– Мне всё нравится, но… в продавцы берут молодых и энергичных. Через лет десять-двадцать вы уволите меня и возьмете кого-нибудь помоложе. Я боюсь, что если сейчас откажусь, то больше никогда не найду такую работу. Всё-таки работать во дворце это очень престижно. Пусть даже горничной.

– Кира, я тебя обещаю, что никто тебя не уволит, – твёрдо сказал я. – Наоборот, уже сейчас мать с дедом тебя очень ценят.

– Ну да, – еле заметно улыбнулась она. – Спасибо за твои слова. Я сегодня же скажу тёте, что остаюсь с вами.

Я положил руку ей на плечо и чуть приобнял. Девушка счастливо заулыбалась.

Проводив девушку до такси, я вернулся в лабораторию и принялся за изготовление сыворотки «Правды».

По заказу Демидова мне требовалось изготовить десять пробирок. Даже на одну пробирку уходило много маны, поэтому больше трех я сегодня не смогу сделать. Иначе опустошу источник, а это может быть опасно.

Провозившись до позднего вечера, я вернулся в дом, когда все уже поужинали и разошлись по комнатам. Кухарка накормила меня остатками горохового супа с копченостями, и дала большой кусок брусничного пирога.

Перед сном я с улыбкой представил, что случится завтра с Харитоновым. Надеюсь, он придёт на учебу. Ведь мне просто не терпится испытать на нём своё новое зелье.

На следующее утро, пока Настя с унылым лицом ковырялась в тарелке с омлетом, я быстро закинул в рот завтрак и, в два глотка осушив чашку с кофе, двинулся к выходу.

– Ты сегодня раньше обычного. Что-то случилось? – спросил дед, встретив меня в дверях.

Он как раз заходил домой и взглянул на часы.

– Нужно успеть сделать одно важное дело перед занятием, – ответил я и, не теряя времени, прошел мимо него и энергично зашагал к воротам.

Не хотел случайных жертв, поэтому нужно успеть перехватить Харитонова на улице.

Подъехав к академии, я вышел из машины и первым делом посмотрел в сторону четвертого ряда. Туда, где Харитонов оставлял свою колымагу.

Ха, успел. Его ещё нет.

Неспешно поднялся на высокое крыльцо и привалился к стене недалёко от входа. Сонные студенты сновали мимо. Преподаватели периодически на кого-то прикрикивали. Небо было серое и низкое. Воздух прохладный и влажный. Однако всё это не могло испортить мне настроение.

– Сашка, ты чего здесь делаешь? – ко мне подошёл Сеня.

– Жду Харитонова.

– А-а-а, хочешь о вчерашнем с ним поговорить, – догадался он.

– Не поговорить, а объяснить, что не на того полез. Пусть будет осторожнее со мной, – с угрозой в голосе проговорил я. – А ты почему идешь со стороны дороги? Обычно ты через задние двери заходишь в академию.

– Ходил позавтракать в кофейню, – похвастался он. – Теперь у меня есть деньги, поэтому я могу это себе позволить.

– Правильно, но помни, что тебе ещё всю неделю жить на эти деньги.

– Ерунда. Я умею жить без денег. Пришло время научиться жить с ними, – рассмеялся он.

В это время на парковку заехал автомобиль Харитонова. Я дождался, когда он припаркуется и дойдет до лестницы, и только после этого пошёл к нему навстречу.

– Харитонов, есть разговор! – окликнул я его.

– Филатов, только тронь меня, и я позвоню в полицию! – взвизгнул он. – Здесь много свидетелей, и все подтвердят, что ты напал на меня!

– Я не собираюсь нападать. Всего лишь скажу несколько слов, – я начал к нему приближаться, но Харитонов попятился к лестнице.

– Говори оттуда. Но если будешь угрожать, свидетели найдутся. Понял?

– Хм, что с тобой? Вчера ты не был таким трусливым? А, может, боишься, потому что знаешь, что заслуживаешь наказания? Я ведь знаю, что это ты мне подлил яд в стакан с морсом.

– Я никому ничего не подливал. Это всё враньё! – он нарочно говорил громко, чтобы привлечь к нам больше внимания.

– Ну нет так нет, – улыбнулся я и вытащил пробирку из нагрудного кармана пиджака.

– Это ещё что такое? – насторожился Харитонов и упёрся спиной о перила.

– Сейчас увидишь, – ещё шире улыбнулся я и резким движением плеснул на него густую тягучую жидкость.

– Сашка, что это? – шепнул Сеня.

– Потерпи немного и поймёшь.

Пока Харитонов плюясь брезгливо вытирал лицо салфеткой, зелье уже начало работать. Первым делом его кожа начала приобретать ярко-оранжевый оттенок. Следом появились небольшие темно-коричневые пятна.

– Гляньте-ка, первокурсник решил сделаться гепардом! – радостно закричал студент, проходящий мимо, и весело рассмеялся. – Чудик, сегодня нет маскарада. Иди умойся, а то преподы докладную напишут.

– Ты что несёшь? Ни под кого я не… – Харитонов ошарашенно вытаращился на руки, затем расстегнул рубашку и оголил живот. – Филатов, кого хрена ты сделал⁈

Он был весь ярко-оранжевый с коричневыми пятнами.

– Я ничего не делал. Только хотел поговорить с тобой, но, похоже, тебе не до меня, – пожал плечами и повернулся к другу. – Пошли, Сеня, на занятия. Не хочу опаздывать.

Харитонов орал и матерился, поднимая рукава и штанины, пока мы шли к дверям в академию.

– Я так и не понял, что ты сделал с Харитоновым? – спросил Сеня, когда мы зашли внутрь.

– На время окрасил с помощью зелья. Но это пройдёт. К тому же оно совершенно безвредное… Хотя лучше в лес в таком виде не ходить. Могу принять за хищника, – улыбнулся я.

– Долго будет действовать твоё зелье?

– Месяц. Может, два. Тут индивидуально все.

– Месяц или два? – изумленно переспросил Семен. – Да ты опасный человек. Никогда не буду с тобой ссориться.

– Вот и правильно, – улыбнулся я.

Судя по расписанию, сегодня должен был быть обычный учебный день, но как только я зашёл в аудиторию, в которой уже ждала начала занятия Виктория Сергеевна, ко мне подошла секретарь декана.

– Вас ждут, – не поздоровавшись, сказала она.

– Кто?

– Клавдий Тихомирович, конечно же. Что за глупые вопросы? – она закатила глаза, развернулась и поцокала на каблуках в сторону двери.

Я предупредил Викторию Сергеевну, что задержусь, и пошёл следом.

Декан ждал в своём кабинете, но, кроме него, здесь было ещё семь студентов. Кое-кого я уже знал лично. Кого-то встречал в коридоре.

– А вот и Александр Филатов, – указал на меня Клавдий Тихомирович, едва секретарша закрыла за мной дверь. – Мы только вас и ждём.

– Доброе утро. Зачем? – поинтересовался я.

– Я же говорил, что включил вас в состав группы, которая будет представлять академию на турнире. Вот, пожалуйста, знакомьтесь. С первого курсы я выбрал только вас.

Как оказалось со второго и третьего курса декан выбрал по двое, а с четвёртого сразу троих. Он это пояснил тем, что таким образом они готовят тех, кто будет ведущими магами в последующих турнирах. Тот самый Размыслов, что устраивал День первокурсника, в прошлом году тоже был в составе группы, а в этом занимает в ней главенствующую позицию.

После знакомства декан выдал каждому список заданий, которые были на турнире за последние пять лет. Нам следовало самостоятельно и каждому по отдельности решить эти задания и предоставить завтра готовые ответы. Также он сказал, что мы временно освобождены от теоретических занятий, и будем встречаться каждый день и тренироваться.

Как только Клавдий Тихомирович отпустил нас, я сразу направился в библиотеку в надежде, что Хранитель уже вернулся из поездки. В списке заданий были описаны растения, с которыми я ещё ни разу не сталкивался. Нужно закрыть пробелы в знаниях.

* * *

Роман Дмитриевич Демидов ещё вчера записался на приём к императору и теперь в сопровождении верных людей направлялся во дворец. Он просил у императора два дня для расследования, поэтому нужно доложить об успехах. Успехом было то, что он смог предотвратить распространение листовок среди населения. Но была и неудача. Дальше этого дело не пошло. Круг замкнулся. Сыворотки Саши Филатова хватило и на начальника московского почтамта, и на его зама, но они были лишь пешками в большой игре.

Телохранители проводили Демидова лишь до двери дворца. Дальше им было запрещено заходить. Да и не нужно. Дворец и так кишел дворцовой полицией и законниками.

Роман Дмитриевич прошёл по хорошо знакомому пути и остановился у высоких двустворчатых дверей. Оставалось десять минут, но ему просто необходимо было это время, чтобы собраться с мыслями.

Он подошёл к окну и посмотрел на парк. Всё ещё работали фонтаны, а пёстрая листва смотрелась как огненные всполохи.

– Роман Дмитриевич, Его Величество не сможет вас принять, – послышался сзади голос.

Глава тайной канцелярии резко обернулся и увидел одного из советников императора – худощавого старика с редкими прилизанными волосами.

– У меня назначено, – сухо ответил он.

– Император не сможет вас принять, – с нажимом проговорил советник.

– Хорошо. Тогда запишите меня на завтра. У меня срочные новости.

– Пока император никого не принимает. Как только что-то изменится, мы вас оповестим, – он развернулся и двинулся к двери.

– Погодите, а что случилось? – встревожился Демидов. На императора это совсем не похоже. Однако старик не ответил и скрылся за дверью.

У Романа Дмитриевича неприятно засосало под ложечкой. Интуиция подсказывала, что случилось что-то плохое. Очень плохое. И он точно не будет слушать советников, которые по его мнению дальше своего носа не видели и были совершенно упертыми ретроградами. Он давно советовал императору их поменять. Но тот все тянул…

Демидов решил сейчас же выяснить, что случилось, и уже протянул руку, чтобы открыть дверь, но тут она распахнулась сама, и показался личный лекарь императора.

Это был крепкий пятидесятилетний мужчина в белом халате и с гербом империи на груди. Он выглядел озадаченным, а, увидев главу тайной канцелярии, оживился и прошептал:

– Как хорошо, что вы здесь, Роман Дмитриевич! Мне нужно срочно с вами поговорить.

– Анатолий Борисович, что случилось с Его Величеством? Почему он отменил встречу?

Демидов и лекарь отошли к окну.

– Ох-х-х, – тяжело вздохнул лекарь и покачал головой. – Беда с государем…