Текст книги ""Фантастика 2026-44". Компиляция. Книги 1-36 (СИ)"

Автор книги: Мария Ермакова

Соавторы: Валентина Зайцева,Харитон Мамбурин,Егор Золотарев,Инна Дворцова,Денис Стародубцев,Александр Коротков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 173 (всего у книги 329 страниц)

– Лена в прошлом году попала, – ответил я.

– Знаю. Я же сказал, что почти никогда. Но если у студента высокий потенциал, и он уже сильным маг, то заклинаниям его научить плёвое дело.

– А почему мы учимся? Аптекарям не надо готовиться к турниру? – уточнил я.

– Лекари и аптекари продолжают учиться. Просто у нас будет больше занятий в лаборатории и оранжерее. Всё-таки у нас иная специфика, чем у боевых магов. Они будут в очередь выстраиваться, чтобы на полигоне потренироваться.

– Откуда ты всё знаешь? – удивленно приподнял я бровь.

– Так я же живу в академгородке, – пожал он плечами. – Мы общаемся. Часто встречаем преподов на улице. Я вообще много времени провожу в академии. Когда скучно, просто прихожу сюда и гуляю по коридорам. Иногда захожу в библиотеку, но Хранитель такой вредный, что не разрешает долго сидеть в читальном зале. Приходится брать книгу с собой. Целая стопка накопилась, надо бы отнести, а то он уже ворчит.

После истории, как и говорил Семен, мы спустились на подземный этаж в лаборатории. Первые три занятия были очень увлекательные. Их вёл профессор Щавелев. Мы изучали, как различные растения меняют свои свойства под влиянием магических кристаллов.

На первом занятии Щавель объяснял, как распознать растения и минералы по внешним признакам: цвету, форме, запаху, неровностям и магическому свечению. Затем он под диктовку рассказал, что правильно собирать ингредиенты, чтобы не навредить себе и природе.

На втором занятии мы разделились по группам и делали «первичную обработку», как он пояснил. Растения сушили, измельчали, создавали настои, отвары и порошки. Кристаллы очищали, сушили полировали и активировали с помощью заклинаний и ритуалов.

А вот на третьем занятии мы пропускали через растения магическую энергию кристаллов, записывали результаты, а потом тестировали на лягушках. Но и лягушки были не обычные, а добытые в анобласти, поэтому были намного сильнее и выносливее обычных, а также имели две пары задних лап.

От Сени лягушка убежала, и он потратил целых двадцать минут, чтобы поймать её. Удалось это сделать только после вмешательства профессора, который набросил на невероятно прыгучую квакушку свой халат.

Попрощавшись с профессором, мы вышли из лаборатории, поднялись на первый этаж и направились в столовую. Очень хотелось есть, а впереди было ещё одно занятие.

– Интересно, какой приз будет вручен победителю турнира? – сказал Сеня, когда мы с полными подносами еды сели за стол.

– А в прошлом году, что было?

– Вроде кубок и денежное вознаграждение.

– Почему ты думаешь, что в этом году будет всё иначе? – спросил я и принялся за гуляш с пюре.

– Говорят, много что поменяли. Думаю, что и призы тоже, – он размешал сметану в своем борще и тоже принялся есть. – А ты бы хотел поучаствовать в турнире?

– Не знаю, – пожал я плечами. – Хотя деньги мне не помешают.

– Поговори с Щавелем. Пусть тебя включит в состав группы.

– Ты же сам сказал, что первокурсников редко отправляют на турнир.

– Но ты-то совсем другое дело! Ты любого четверокурсника за пояс заткнёшь! – выпалил он.

В это время возле нас проходили старшекурсники, среди которых был Федя Размыслов. Тот самый студент, который проводил День первокурсника в академгородке.

– Здорова! – он улыбнулся и пожал нам руки. – Это кто тут хочет нас за пояс заткнуть?

Сеня стушевался и уткнулся в тарелку с борщом.

– Ты будешь участвовать в турнире? – спросил я.

– Конечно! Я лучший на своём курсе, поэтому обязан защищать честь своей альма-матер.

– При чём здесь кормящая мать? – не понял я.

– Ты что с луны свалился? – усмехнулся он. – Так говорят про учебное заведение, которое подарило тебе кормящую профессию.

– А-а-а, ясно, – кивнул я.

– Но я знаю, что ты тоже не раз проявил себя как сильный аптекарь, поэтому буду рад, если тебя включат в состав группы. Поговорю об этом с деканом. Как раз к нему иду.

– Благодарю.

Когда они ушли, Сеня наконец-то поднял голову и с облегчением выдохнул.

– Фух-х-х, даже к лучшему, что Размыслов поговорит с деканом. Я буду очень гордиться, если мой друг выиграет турнир.

Сытые и довольные мы пошли на последнюю пару – Фармакологию. Боярышников был в отличном настроении, во время лекции даже два раза пытался пошутить. Правда никто не смеялся.

– Можете быть свободны, – сказал он после того как прозвенел звонок. – Все кроме Александра Филатова.

– Черт, я так и знал, что он не простит тебе прогулы, – шепнул мне Сеня.

Я дождался, когда студенты выйдут, и подошёл к преподавателю.

– Филатов, я долго думал, чем бы вас таким занять, чтобы вы поплатились за свои пропуски, – сказал Боярышников. Вид у него был такой довольный, будто он только что премию получил. – И я придумал! Записывайте…

Глава 22

Боярышников Даниил Ефремович светился, будто получил медаль, когда вытаскивал из своего чемодана старый потертый учебник.

– Вы только гляньте, какой раритет достался мне от моего прапрадеда, – с гордостью проговорил он, демонстрируя изрядно потрепанный фолиант, на обложке которого сейчас было невозможно что-то прочесть.

– Что это? – заинтересовался Сеня.

– О-о-о, Семён, это одна из древних лекарских книг. Тогдашние лекари не опирались только на артефакты и лекарства аптекарей, а сами создавали целебные средства.

Мне сразу вспомнились старинные аптекарские дневники рода Филатовых. Похоже, нынешняя жизнь сильно расслабила как аптекарей, так и лекарей, ведь они до сих пор используют то, что было придумано несколько десятков, а иногда и сотен лет назад.

– Итак, Александр, – оживился Боярышников. – Я нашел рецепт одного уникального средства. Если вы его сделаете, то можете больше не посещать мои лекции.

– Разве можно вам верить после того, как вы уже отказались от нашего предыдущего пари? – усмехнулся я, с вызовом глядя ему в глаза.

– То пари – полная ерунда, – отмахнулся он. – В этот раз всё будет по-другому.

Препод поднял руку, которая загорелась голубым огнём. В точности, как у Коганов, когда они сканируют пациента.

– Клянусь, что выполню свою часть пари, – твёрдо проговорил он, глядя перед собой.

Я наклонился к Сене и еле слышно спросил:

– Что это значит?

– Клянётся с помощью магии. Это серьёзно. Если клятву не сдержит, сам себя накажет, – прошептал он мне в ответ.

Хм, слишком рискованно для такого, как Боярышников. Я довольно хорошо изучил людей, чтобы видеть их сущность. Боярышников честолюбив и тщеславен. Он никогда бы не стал клясться, если бы не был уверен в своей победе.

– Приложите свою руку к моей руке, – велел препод. – Нам нужно завершить договоренность.

– Сначала я должен узнать, что конкретно от меня требуется? – сухо спросил я.

– Вы, Александр Филатов, в случае проигрыша станете мои личным помощником до конца учебного года. Будете бесплатно выполнять все мои распоряжения. Даже если они покажутся вам излишними или даже уничижительными.

– А вот с этого места поподробнее, – остановил я его. – Что за распоряжения вы собираетесь давать?

– Например, с утра я люблю выпить чашечку кофе со свежей булочкой. Думаю, вы сможете к семи часам привозить к моему дому пакет с булочками. Я люблю с шоколадной начинкой, – он улыбнулся, будто я уже проиграл. – А ещё у меня накопилась целая коробка различной корреспонденции и счетов. Нужно всё пересмотреть, распределить, а счета оплатить.

– Счета я должен буду за свой счет оплачивать? – на всякий случай уточнил я.

– Нет, это уже слишком. Я дам деньги, и вы оплатите счета в банке. А ещё нужно будет забирать мои вещи из прачечной, заполнять продуктами холодильник, менять туалет моего кота, следить за цветами, когда я в поездке, и ещё много-много всякого разного.

Услышав перечень того, что обязан буду выполнить, я напрягся ещё сильнее. Он же буквально хочет превратить меня в своего слугу. Уверен, этот перечень работ только начало. Дальше он захочет, чтобы я стирал его носки и мыл за ним посуду.

Однако я поколебался лишь секунду. Не хватало ещё, чтобы он подумал, будто я испугался.

Приложив свою ладонь к его руке, почувствовал лёгкое покалывание. Затем голубой свет погас, и мою руку буквально отбросило назад.

– Готово! – выпалил он.

От его радостной мины у меня свело скулы.

– Что за рецепт вы нашли? – как можно более равнодушно спросил я, хотя невольно напрягся.

Кто знает, а вдруг ему удастся переиграть меня.

– Сейчас, одну минуту.

Он раскрыл книгу и принялся аккуратно переворачивать хрупкие, потемневшие от времени страницы.

– Вот, нашёл, – он ткнул пальцем в страницу. – Вам нужно будет приготовить лекарство. Но рецепт записан необычным для современного человека языком. Ваша задача – разобраться с рецептом и приготовить указанное лекарство. Если вы сделаете всё правильно, то выиграете. А если нет, то становитесь мои помощником до конца года.

– А вы уверены, что я, как и вы, просто не откажусь от пари? – приподнял я бровь.

– Уверен, —кивнул он. – Дело в том, что я прекрасно знаю, какой вы на самом деле. Отказаться от пари – зачит признаться в слабости. А вы, Саша, очень не хотите быть слабым, – он многозначительно посмотрел на меня.

Вот ведь жук! Он думает, что раскусил меня, но где ему. Ладно, так уж и быть, подыграю ему.

– Давайте свой рецепт, – махнул я рукой.

– Берите ручку и пишите. Саму книгу я вам не доверю, она слишком ценна для моего рода.

Я хотел сказать, что ценные книги так не выглядят, и их не носят в портфеле рядом с бутылкой со сладкой газировкой и пузырьком с чернилами.

– Значит так… Вам нужно приготовить лекарство под названием «Настой Трех Стихий», – прочитал он из книги.

Мы с Сеней переглянулись. Он был удивлён, а я сбит с толку. Лекарство называлось, как алхимическое снадобье. Неужели я не прав, и здесь есть алхимики?

– Пишите, Саша. Пишите, – вывел меня из раздумий голос Боярышникова. – Значит вам понадобится всего три ингредиента. Осколок Ледяного Сердца из глубин Подземного лабиринта. Перо Грозового Сокола, обитающей на вершине ледяного пика. Уголь Живого Пламени из пещеры Саламандры. Записали?

Я ничего не записывал. Мне казалось, что он насмехается надо мной, и поэтому придумал этот рецепт, но тут Боярышников повернул книгу ко мне и ткнул пальцем.

– Если мне не верите, убедитесь сами. Это реальный рецепт, который придумал мой прадед и который не раз изготавливали при лечении больных.

– Но ведь в этом нет смысла? – развёл руками Сеня. – Бред какой-то. Что за Ледяное Сердце? А Перо Грозового Сокола?

– Вот в этом-то и сложность задания, – улыбнулся он. – Александр Филатов, даю вам время ровно до завтра. Вы должны прийти ко мне с готовой настойкой, или проиграете.

Сияя, как начищенный бок самовара, Боярышников убрал книгу в портфель. Махнул нам рукой и, насвистывая веселенькую мелодию, двинулся к выходу.

– Даниил Ефремович, вы не прочли сам рецепт, – напомнил я ему.

– Разберётесь как-нибудь, – бросил он через плечо и исчез за дверью.

Мы с Сеней переглянулись.

– Бред какой-то. Таких ингредиентов не существует, – буркнул Сеня. – Это не честно. Ты должен сейчас же догнать его и отказаться от пари.

– Этого не будет. Я никогда не отступаю. К тому же мы с тобой сами убедились, что он не выдумал это лечебное средство. Оно действительно записано в той древней книге, а значит существовало.

– Но это же полная ерунда! – всплеснул он руками и прочёл то, что успел записать на клочке бумаги. – Что ещё за Осколок Ледяного сердца? А Уголь Живого Пламени?

Я задумался. Прапрадед Боярышникова жил примерно сто пятьдесят лет тому назад. Может даже больше. В дневниках Филатовых я находил названия ингредиентов, которые сейчас называются по-другому. Либо предок Боярышникова таким образом пытался скрыть реальные ингредиенты, чтобы рецепт не украли. Либо ингредиенты действительно по-другому назывались.

– Что ты собираешься делать? – вывел меня из раздумий Семен.

– Поднимемся в библиотеку, – решительно заявил я и двинулся к двери, но Сеня меня остановил.

– Библиотека второй день закрыта. Говорят, Хранитель уехал на какую-то научную конференцию.

– Хм… Жаль. Придётся действовать по-другому.

– Что ты хочешь делать?

– Пороюсь в дневниках Филатовых и поговорю с дедом. Может, удастся выяснить, что имел в виду прапрадед Боярышникова, когда составлял рецепт, – ответил я и двинулся к выходу.

– Можно мне с тобой? – Сеня поспешил следом.

– Поехали, – кивнул я.

Сеня снова восхищался, но на этот раз магическим куполом, который защищал наш особняк с территорией.

– Я видел, что такими куполами закрыты кое-какие имперские учреждения, но не знал, что вы пользуетесь таким же, – он провел рукой по упругой энергетической поверхности.

– Вынужденная мера, – признался я.

– А дождь и снег проникают сквозь него?

– Конечно. Даже птица может залететь к нам во двор.

– Кто это всё контролирует?

– Служба безопасности, – ответил я и поднес свой амулет к куполу, в котором тут же появилась брешь. – Добро пожаловать.

Мы зашли в дом и нашли дедав гостиной. Он сидел за небольшим столиком и составлял какой-то список.

– Здравствуйте, Григорий Афанасьевич, – поздоровался Семён и протянул ему руку. – Я жду не дождусь, когда начну на вас работать.

– А-а, Семён, здорова, – он взглянул на него поверх очков и пожал руку. – Мы уже заказали саженцы. На ближайших выходных начнём рассаживать.

– О, отлично! Наконец-то, – потер он руки и указал на кипу бумаг, что высилась рядом с ним. – Может, вам нужна помощь?

– Нет, я сам. Вот, отбираю тех, кого поставлю работать в лабораторию.

– Вы уже и лабораторию открываете? – глаза Сени заблестели. – А для меня местечко найдётся?

– Конечно, найдётся. Но сначала академию закончи, – строго сказал дед.

Сеня тяжело вздохнул и опустился на диван, а я подтянул стул и сел напротив старика Филатова.

– Боярышников для мне задание создать лекарство, но название ингредиентов странное. Может, ты знаешь.

– Что за ингредиенты? – заинтересовался он.

– Осколок Ледяного Сердца из глубин Подземного лабиринта. Перо Грозового Сокола, обитающей на вершине ледяного пика. Уголь Живого Пламени из пещеры Саламандры, – по памяти пересказал я.

– Бред какой-то. Осколки, перья… У него совсем крыша поехала? Может, ему намекнуть, что пора бы показаться психиатру? —хмыкнул дед и вернулся к своему списку.

– Этот рецепт написан в древней лекарской книге, поэтому он явно его не выдумал.

Дед задумчиво посмотрел на меня.

– Знаю я такие книги. Даже видел одну. Но ведь… Это полная бессмыслица. Я ни разу не слышал ни про один такой ингредиент.

– А в Филатовских дневниках не встречал? – в напряжении спросил я.

Уж кто-кто, а он их почти наизусть помнил.

– Нет, не встречал, – задумавшись на мгновение ответил он. – Да и не может быть там такого бреда. Осколок Ледяного Сердца. Что это такое?

Мы все задумались. Я-то надеялся, что дед и дневники помогут, но теперь получается, что у меня даже зацепок нет. Неужели Боярышников победит, и мне придётся до конца учебного года прислуживать ему? Нет! Это слишком унизительно. Уж лучше приготовлю зелье, стирающее память, и просто отменю для него нашу договорённость. Единственным свидетелем был Сеня, а он, как мой друг, меня не выдаст.

Я обдумывал эту идею не больше минуты и отринул её. Великий алхимик Валериан никогда не сдаётся! В конце концов у меня ещё уйма времени на то, чтобы разобраться с этим.

– Ты куда? – спросил Сеня, когда я направился к двери.

– Схожу в лабораторию, пороюсь в дневниках.

– Да нет там ничего подобного, – терпеливо пояснил дед. – Ты думаешь, я бы не запомнил, если бы мне хоть раз попался на глаза такой странный ингредиент?

– Я просто не могу сидеть сложа руки.

– Ну и иди в свою лабораторию, – махнул он рукой, и повернулся к Сене. – А ты, Семён, не хочешь со мной сыграть партию в шахматы?

Сеня замер и принялся переводить взгляд с деда на меня и обратно. Да, дилемма. С одной стороны друг, а с другой – будущий работодатель.

– Оставайся в доме. Мне всё равно нужно подумать, а ты меня будешь отвлекать, – сказал я, чем и решил его дилемму.

Кто бы решил мою?

Я зашел в лабораторию, взял один из самых старых дневников и принялся перелистывать в надежде найти хотя бы зацепку. Перед глазами так и стояло самодовольное лицо Боярышникова. Если он победит в нашем пари… Я даже думать об этом не хотел. Ни-за-что!

Перелистав дневник, я взялся за следующий, затем за ещё один. Прошло два часа. Меня уже несколько раз звали к обеду, но я, как одержимый не мог остановиться. Я должен найти ключ к это загадке!

Вдруг, когда на улице стемнело, и за окном мелькнул один из охранников, которого сначала принял за призрак, я вспомнил про Нарантую.

«Нарантуя, явись ко мне!» – мысленно велел я.

Дух шаманки не заставил долго ждать и вскоре передо мной появилась полупрозрачная фигура.

«Зачем ты позвал меня?»

«Мне нужно создать лекарство, но я не могу понять, что от меня требуется. Ты можешь мне помочь?»

«Я шаманка, а не травница. Моё колдовство связано с душами умерших».

Я с шумом выдохнул, пытаясь скрыть раздражение. Если завтра явлюсь в академию без лекарства, Боярышников наверняка при всех расскажет о нашем пари и будет шпынять, как пажа.

«Но я могу позвать к тебе того, кто поможет», – добавила Нарантуя.

«Зови!» – воодушевился я.

Призрак пропал, а я в нетерпении принялся прохаживаться между столов. Надежды на то, что какая-нибудь травница мне поможет было совсем мало. Всё-таки я больше склонялся к тому, что прапрадед Боярышникова просто «спрятал» настоящие названия растений под вымышленные, чтобы никто не украл рецепт.

Эх, надо было выпросить у препода книгу. Уверен, там была подсказка.

В это время прямо передо мной появилась пожилая женщина в длинном льняном платье и с венком полевых цветов на голове.

Она чуть поклонилась мне и вопросительно уставилась своими зелеными глазами. На губах играла полуулыбка. Она вся была какая-то… одухотворенная, что ли.

«Ты травница?» – спросил я.

Женщина еле заметно кивнула.

«Я не уверен, что ты сможешь мне помочь, но стоит попробовать… Мне нужно понять, что за растение или минерал… Хотя это может быть вообще глина или что-то типа того».

Женщина продолжала смотреть на меня зелеными глазами и никак не реагировала.

«Мне нужно приготовить лекарство из Осколка Ледяного Сердца из глубин Подземного лабиринта, Пера Грозового Сокола, обитающего на вершине ледяного пика, и Угля Живого Пламени из пещеры Саламандры. Ты знаешь, что это может значить?»

Травниц медленно кивнула, но с ответом не торопилась.

«Подскажи мне», – попросил я.

Травница начала медленно таять и просто исчезла. Что за фигня⁈ Кислота раствори этих духов! Делают что хотят, и ведь хрен накажешь.

Я уже хотел позвать Нарантую и отчитать её за такую помощницу, но тут призрак травницы снова появился. На этот раз не с пустыми руками.

«Это Морозная синелистка, – послышался слабый голосок, и дух протянул мне лист, похожий на лист папоротника, но голубого цвета. – Она растёт в холодных уголках северных ущелий и в ледяных горах. Именно за это она получила название Осколок Ледяного сердца».

Я не мог учуять эфир, поэтому не знал, мог ли я где-нибудь сталкиваться с ним.

«А это Осока – Синее крыло, – она показал ещё одно растение. На этот раз это были тонкие заостренные листья. – Этот вид Осоки селится на вершинах. А когда дует ветер, она шелестит как крылья птицы».

Эту траву я тоже не узнавал. По крайней мере не обращал на неё внимание.

«Третье растение – Огнецвет, – она показала ветку куста с огненно-оранжевыми цветами. – Он любит жаркий климат. Часто можно увидеть его рядом с гейзерами».

Ага, значит Морозная синелистка, Осока – Синее крыло и Огнецвет. У меня нет их эфиров, поэтому я даже не могу понять, что за лекарство из них можно приготовить.

«Спасибо!» – мысленно выкрикнул я и выбежал из лаборатории.

Нужно успеть в «Лавровый базар», пока не закрылся. По пути прихватил с собой Сеню, который уже три раза проиграл деду в шахматы и был назван Пешечным королем и Ладейным неудачником.

– Все эти растения я знаю. Они есть в справочнике манаросов, – сказал Сеня, когда я ему рассказал, что мы будем искать. – Только не уверен, что мы сможем найти их на базаре.

– Почему? – напрягся я.

– Они не очень популярны. Особенно Огнецвет.

– А свойства? Свойства этих растений ты можешь назвать?

– Нет, не могу. Я так глубоко не погружался в изучение манаросов.

От приподнятого настроения не осталось и следа. Если я не смогу найти нужные растения, то всё напрасно. Горгоново безумие!

Мы подъехали к базару и двинулись вдоль прилавков в поисках нужных растений.