Текст книги ""Фантастика 2026-44". Компиляция. Книги 1-36 (СИ)"

Автор книги: Мария Ермакова

Соавторы: Валентина Зайцева,Харитон Мамбурин,Егор Золотарев,Инна Дворцова,Денис Стародубцев,Александр Коротков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 189 (всего у книги 329 страниц)

Глава 25

Я присутствовал при допросе мужчины в черном пальто. Он оказался османским шпионом, который получил задание ввести смуту и панику в толпе. Как оказалось, наши ближайшие соседи пристально следят за развитием событий и явно пытаются больше навредить империи, подсылая вот таких персонажей.

Кстати, я оказался прав. Никакой он не маг, но очень сильный гипнотизёр. Он проходил специальное обучение и без особого труда может завладеть разумом человека. Правда, моим разумом он не завладел. По крайней мере не всем. Управлять телом я не мог, но всё понимал и принял меры, чтобы не навредить людям.

Менталист без особого труда проник в голову шпиона, но не нашёл взаимосвязи с ведьмаком. Было ясно, что все они – звенья одной цепи, поэтому то, что они друг друга не знают, ничего не значит. Просто ими управляли разные люди, и задачи были различные.

– Куда вы его теперь? – спросил я, когда гипнотизера увели в камеру, которая, по признанию Демидова, раньше была кладовой со всяким хламом.

Хлам из кладовой вынесли, сменили дверь на железную и теперь используют как камеру временного содержания.

– Утром отвезём в полицейское отделение, в отдел по работе с магами, – он потёр уставшие глаза. – Там с ним церемониться не будут. Они знают, как обращаться с подобными людьми. Часто сталкиваются с магами, которые пытаются влиять на разум человека. Для таких супчиков у них есть специальные артефакты, закрывающие их подобно куполу, поэтому никакого воздействия они оказать не могут.

– Хорошо если так. Я до сих пор не могу забыть чувство бессилия, когда понял, что не могу сопротивляться его приказу, – я невольно поёжился. Ещё слишком свежи в памяти воспоминания.

– Меня волнует другое, – задумчиво произнес Демидов и посмотрел в окно. В нём виднелась яркая луна и перемигивающиеся звёзды. – Сколько таких шпионов в нашей империи? И сколько из них сейчас делают всё, чтобы навредить нам?

– Думаю, немало, – согласился я и посмотрел на часы. – Мне пора ехать. Если будут какие-нибудь новости, свяжитесь со мной.

– Конечно. Отдыхай, сегодня у тебя был трудный день, – он протянул мне руку.

– День ещё не закончился, – я пожал его руку и показал на ручку, по-прежнему выглядывающую из кармана.

– Тебя никто не торопит. Государь вряд ли в ближайшее время осмелится дотронуться до неё, – невесело усмехнулся Роман Дмитриевич.

– Не люблю откладывать дела. К тому же это слишком ценная вещь, за которую мне теперь приходится нести ответственность. К счастью, она не выпала из кармана, когда я упал. И никто её не украл, воспользовавшись моим беспамятством.

Мы попрощались, и я поехал домой. В городе будто шла самая настоящая война. Время, которое дали мятежникам, чтобы добровольно разойтись, уже закончилось, и теперь их выгоняли силой.

Вдалеке слышались взрывы и виднелись яркие вспышки, доносились крики и какое-то гудение. С двух сторон к дворцу подступали недовольные люди, которых теперь власти пытались разогнать. Насколько хорошо это у них получалось, я не знал, и не было никакого желания вновь присутствовать при этом. Мне хватило сегодняшнего инцидента, чтобы понять, что я ещё недостаточно силён, чтобы хоть как-то влиять на развитие событий.

Я без особых проблем добрался до дома и обнаружил дворецкого спящим на стуле прямо в холле у двери. У меня был ключ, поэтому я, думая, что он спит, не стал звонить, а открыл дверь ключом.

Дворецкий встрепенулся, услышав, как я вошел в квартиру, затем резко вскочил и, вытянувшись в струнку, сонно пробормотал.

– Я вас ждал, господин.

– Зачем? – удивился я. – идите спать. Время позднее.

– Я просто хотел предупредить, что завтра приезжает Его Сиятельство с семьёй. Их экономка позвонила мне и распорядилась приготовить комнаты. Завтра утром они выедут на поезде, поэтому после обеда их нужно встретить на вокзале.

– А-а-а, так ты хочешь, чтобы я их встретил?

– Нет, совсем нет, – торопливо ответил он. – Его Сиятельство пользуется услугами такси, когда приезжает сюда не на своей машине.

– Хм, тогда зачем ты меня ждал? Неужели нельзя было сказать об этом утром.

Дворецкий разволновался и раскраснелся. Ему было трудно решиться сказать то, что он намеревался сказать.

– Дело в том, что им могут понадобиться дополнительные ванные комнаты, поэтому… – он замолчал и многозначительно посмотрел на дверь ванной, где я оборудовал себе лабораторию.

– Так ты хочешь, чтобы я всё убрал, – догадался я.

– Верно. Если хотите – я могу помочь, – с готовностью вызвался он, подавив зевоту.

– Не надо. Ложитесь спать, Тимофей. Я сам справлюсь.

– Как угодно, – склонил он голову. – Доброй ночи.

– Доброй ночи.

В это время дом слегка вздрогнул, а затем послышался громкий взрыв. Испуганный мужчина бросился к ближайшей стене и прижался к ней.

Не нравится мне это. Люди бы давно уже разбежались, если бы против них начали применять такие орудия. Однако не прошло и минуты, как раздался ещё один взрыв.

– Тимофей, включите телевизор. Надо выяснить, что происходит.

Ошарашенный дворецкий на полусогнутых торопливо двинулся в гостиную.

Картинка на темном экране ещё не появилась, но уже послышался взволнованный голос корреспондента.

– Вот уже несколько дней столица и другие крупные города нашей империи охвачены волнениями. Многочисленная толпа, состоящая из недовольных горожан, ремесленников и сельских жителей, почти добралась до дворца.

В это время сзади послышались выкрики. Камера повернулась к толпе, которая дружно скандировала:

– Свободу простому человеку! Долой господ!

Над их головами развевались самодельные знамёна, совсем рядом слышатся звуки перестрелки.

Камера снова показала корреспондента, который, хоть и был напуган, продолжил говорить:

– Городская гвардия пытается помешать восставшим добраться до императорского дворца, но, как оказалось, среди протестующих есть те, кто готов оказать вооруженное сопротивление. По нашим сведениям, среди них есть даже маги.

В это время вдалеке над домами пролетел огненный шар и снова скрылся за черепичными крышами.

– Гвардейцы заняли оборону на дорогах, ведущих к дворцу. Они выстроились плотной стеной и закрылись щитами с защитными рунами. К ним на помощь должны прийти военные.

Вдруг совсем рядом послышались выстрелы. Люди в панике заметались, и репортаж прекратился. Дворецкий испуганно прижал руку ко рту и выглядывал в окно, в котором виднелись далёкие вспышки.

М-да уж. Не думал я, что всё так сильно развернётся. Похоже, впереди нас ждёт бессонная ночь.

Темный экран телевизора пошёл рябью, и снова появилась картинка с места восстания. На этот раз корреспондент прятался в какой-то каменной нише и оттуда рассказывал о том, что творится.

– Пока городская гвардия действует сдержанно. По нашим данным, арестованы всего несколько зачинщиков, но большинство продолжают держать оборону и не оставляют попыток прорвать к императорскому дворцу. В воздухе пахнет гарью от боевых орудий и озоном от магии стихийников. Судя по всему, нас ждёт долгая и беспокойная ночь, – скороговоркой выпалил молодой человек. Микрофон трясся в его руке, а по бегающим глазам и бледному лицу было понятно, что он очень боится там находится. – По возможности не выходите на улицу. Исход противостояния пока не ясен, но мы получили сведения, что к столице движутся военные силы, чтобы подавить бунт. На этом пока всё. С вами был корреспондент канала «Голос столицы».

Картинка снова пропала, и через пару секунд стали показывать программу про животных. Я выключил телевизор, подошёл к окну и встал рядом с дворецким, который продолжал с тревогой всматриваться вдаль. Мне тоже было неспокойно, поэтому я позвонил Диме и спросил, всё ли хорошо.

– Не волнуйся, сынок. Они далеко от нас. К тому же охрана усилила магический купол, поэтому даже случайный снаряд до нас не доберётся. Может, ты тоже домой вернёшься?

– Нет. Сейчас лучше не высовываться на улицу. Думаю, пока всё не успокоится, вам лучше не выходить из особняка. Ничего страшного, если Настя пропустит учёбу.

– Ты считаешь, всё так серьёзно? – напрягся он.

– Да. Масло в огонь подливают враги империи, поэтому неизвестно, что ещё может произойти.

– Откуда ты знаешь? Что-то в новостях говорили?

– Нет, не в новостях. Я сам случайно столкнулся с османским шпионом. Демидов его допрашивал.

Дима замолчал, потом глухо ответил.

– Всё ясно. Как будет возможность, приезжай домой. Надеюсь, скоро всё закончится, но… – он не стал договаривать и сбросил звонок.

Я отправил дворецкого спать, а сам заперся в лаборатории и приступил к очищению позолоченной ручки императора от остатков ведьминской силы. Как всегда, имея дело с ведьминским ритуалом мне понадобилась соль, вода и свеча. Кроме этого, использовал проклятое серебро, которое забрал с тела колдуна.

Первым делом поместил серебряное кольцо в воду и принялся еле слышно произносить заклинание:

– Проклятьем тёмным обросло то серебро…

Ба-ба-бах!

От очередного взрыва подпрыгнули и задребезжали стеклянные сосуды.

Я быстро прошёлся по квартире и лишь убедившись, что стекла не вылетели и стены не пострадали, продолжил ритуал:

– Вода, услышь мой тихий клич – прими в себя чужую силу. Пусть серебро утратит гнёт, пусть сила в воду перейдёт.

Прозрачная вода вдруг начала темнеть, пока не почернела настолько, что невозможно было увидеть кольцо на дне.

Мне не хотелось прикасаться к ней, поэтому подцепил кольцо стеклянной палочкой, которой обычно перемешивают жидкость в пробирках, стаканах и колбах, и вытащил. По виду оно не изменилось, но по ощущениям больше не вызывало неприятия. Пожалуй, если будет время, я верну его на место. Заодно посмотрю, что стало с телом колдуна после того как я забрал кольцо.

Теперь нужно было в эту темную воду опустить ручку государя и произнести следующее заклинание, но я немного притормозил и задумался. А что если после попадания воды ручка перестанет писать или поменяет цвет? Не хотелось бы испортить такую дорогую и памятную вещь.

В конце концов я опустил ручку в воду и быстро проговорил заклинание. Когда уже хотел залезть пальцами в черную воду, как вдруг она вспыхнула ярким огнем. Я отпрянул, боясь обжечься. Но огонь был не настоящий, а магический. Голубое пламя полыхало несколько секунд и пропало, а вода снова стала прозрачной. Я осторожно вытащил ручку, насухо вытер её и сделал пару росчерков на листе. Пишет. Фух-х-х, надеюсь, я всё сделал правильно, и хуже не будет.

Время было уже два часа ночи, поэтому я сразу пошёл спать, но уснуть не получалось. Стены и стекла то и дело дрожали от очередного снаряда, который хоть и взрывался на значительном отдалении, но взрывная волна долетала до нас. Страшно представить, что творится с теми, кто находится в непосредственной близости к эпицентру событий.

Мне в голову пришло, что Орловы живут как раз в том направлении, и Лена наверняка сильно напугана. Я позвонил ей, но она не ответила. Это даже хорошо. Может, ей удалось заснуть несмотря на то, что сейчас происходит.

Под утро я наконец заснул, но спал поверхностным, беспокойным сном. Мне всё казалось, что очередной боевой или магический снаряд угодит в наш дом, ведь квартира находится под самой крышей, поэтому мы с дворецким Тимофеем первыми пострадаем. Однако, к счастью, всё обошлось.

Утром встал с головной болью, поэтому пришлось пригубить зелье «Исцеления». Умывшись и переодевшись, я первым делом пошёл в гостиную и включил телевизор. С улицы больше не доносилось криков и взрывов, поэтому хотелось узнать, чем же закончилось противостояние.

С экрана снова послышались звуки выстрелов. Мужчина в каске и бронежилете, спрятавшись за угол кирпичного дома рассказывал о том, что сейчас происходит.

– Противостояние между мятежниками и городской гвардией вышел на новый уровень. Мы с вами видели баррикады из перевёрнутых телег и бочек. За ними укрываются мятежники. Им помогают маги, которые создают защитный заслон от атак гвардейцев. Лишь ночью удалось разогнать толпу в восточной части города, но к дворцу подступают с запада.

В это время рядом с корреспондентом показался раненный мужчина. Он держался за окровавленный бок и стонал.

– Сюда! Сюда! Кто-нибудь помогите!

Камера показала, как корреспондент взвалил на себя раненного и потащил подальше от места событий, при этом криками привлекая внимание. К нему навстречу бросились мужчина с женщиной и затащили пострадавшего в ближайший дом.

Пока мужчина в каске пытался отдышаться и продолжить вещать на публику, камера выглянула из-за кирпичного угла и показала баррикады. Также на видео попал маг, создающий защитное поле. Он показался мне смутно знакомым, но я не смог его внимательно рассмотреть.

– Гвардейцы пытаются отогнать мятежников, но их ряды постоянно пополняются новыми участниками, – продолжил освещать события корреспондент. – По сообщениям очевидцев, мятежники подожгли тележки с сеном, чтобы создать дымовую завесу. Кажется, ситуация может выйти из-под контроля, поэтому просим вас не приближаться к месту столкновения. Это очень опасно! – выкрикнул он, не сдержавшись. – Также нам стало известно, что один из зачинщиков взял заложников и требует выпустить его из города. Однако полиция пока не даёт никаких разъяснений. Мы будем и дальше следить за развитием событий, а вы берегите себя.

На этом репортаж закончился. Ну что ж, уже хорошо, что с восточной стороны, где находится особняк Филатовы, академия и наша лавка, уже всё утихомирилось. Уверен, вскоре всё прекратится и здесь.

Завтрак приготовил дворецкий, ведь кухарка не пришла. И хорошо, пусть сидит дома. Я бы и сам мог себе что-нибудь приготовить, но раз Тимофей хочет во всем мне услужить, то пусть старается.

– Я хотел вас предупредить, что князь Савельев отложил приезд, пока всё не прекратится, – сказал он, провожая меня до двери.

– Хорошо. Сейчас лучше держаться подальше от столицы, – кивнул я, порадовавшись, что не успел свернуть свою лабораторию.

Я вышел из дома и первым делом проверил автомобиль. Всё в порядке. Ни царапины. Это не могло не радовать.

На дорогах было пустынно, поэтому я без проблем добрался до академии. Однако не успел припарковаться, как ко мне подошли охранники и сказали, что академия сегодня не работает из-за беспорядков. Ну что ж, тем лучше. Проведаю свою семью.

Я решил позвонить Лене, но она снова не взяла телефон. Позвонив три раза подряд, я уже начал волноваться. Зачем нужен телефон, если не отвечаешь на звонки? Выдохнув, чтобы утихомирить внезапно ставшее пропускать удары сердце, я развернулся и поехал в сторону дома Орловых.

Меня встретила заплаканная мать Лены.

– Что случилось? – напрягся я.

– Мы Лену потеряли, – она не сдержалась и снова заплакала.

– Как это? Она же с охранником на машине ездит.

– Обоих нет. Вчера с учёбы не вернулась. Я в полицию ходила, но им сейчас не до меня. Сергей на службе на границе. Я ему позвонила сегодня с утра и всё рассказала. Он уже выехал к нам, но тут дорога неблизкая. К вечеру только приедет.

– Куда же она могла подеваться? – разволновался я.

– Понятия не имею. Сначала я думала, что припозднилась на учёбе, но она так и не объявилась, – мать Лены подошла ко мне вплотную и подняла на меня красные, заплаканные глаза. – Саша, помоги мне найти её. Я не знаю, что делать.

– Вы обзвонили лечебницы?

– Первым делом, – кивнула она. – Ответили, что никакой Елены Сергеевны Орловой у них нет.

– Ясно. Я сейчас свяжусь с начальником нашей службы безопасности. Вместе мы быстро найдём её, – заверил, двинулся к выходу и еле слышно добавил. – Лишь бы была жива.

Глава 26

Я вышел на улицу и огляделся. Машин почти не было. Наверняка все сидят по домам и ждут, когда всё закончится. И правильно делают. Хоть нет пробок, и можно беспрепятственно передвигаться на машине. По крайней мере в этой части города.

Сначала я хотел поехать домой и там поговорить с Кириллом, но передумал. Не хочу тревожить домашних. Хватает перепуганной матери Лены. Я тоже забеспокоился, узнав, что любимая пропала ещё вчера, и до сих пор от неё нет вестей, но интуиция подсказывала, что не всё так плохо. Во всяком случае я хотел на это надеяться.

– Алло, Саша, что случилось? – в голосе Попова слышалась тревога. В это время все живут как на пороховой бочке и боятся плохих новостей.

– Да, случилось. Пропала Лена.

– Орлова? – уточнил он.

– Да, моя Лена, – сглотнув ком в горле, ответил я.

– Когда и где?

– Давай лучше встретимся и всё обговорим. Подъезжай к ММА.

– Почему туда?

– Она вчера вместе с телохранителем отъехала от академии, и больше никто ничего о ней не слышал. Лучше именно оттуда начать её поиски.

– Верно. Сейчас будем.

Через полчаса мы встретились на пустынной парковке. Я рассказал всё, что узнал от матери Лены. Кирилл внимательно выслушал меня, затем будто что-то вспомнив, сказал, что ему нужно срочно позвонить.

Он отошёл в сторону и принялся кому-то звонить. А я показал охранникам, которых Кирилл привёз с собой, фотографию Лены. Если бы она исчезла в мирное время, весь город бы стоял на ушах – всё-таки графская дочь пропала. Но сейчас всем было не до неё. Именно поэтому я сам должен найти свою возлюбленную. Однако даже не представляю, что с ней могло случится, и где её искать.

Кирилл с кем-то оживленно поговорил по телефону и вернулся к нам.

– Короче, я тут выяснил, что один из мятежников взял заложников. Не может ли твоя Лена быть среди них? – понизив голос, спросил он.

– Что? Среди каких заложников?

– Мятежник взял несколько человек в заложники и заперся с ними в подвале многоквартирного дома. Он требует позволить ему выехать из города. Полиция окружила здание и эвакуировала людей, но пока ни до чего не договорились. Также им неизвестно, кого именно взял в заложники тот тип.

– Откуда ты об этом знаешь?

– Мой старый знакомый – действующий майор полиции. Правда, он в другом районе, но знает о том, что творится в городе.

– Он тебе сказал, где держат заложников?

– Да, здесь неподалеку. Поехали.

Мы расселись по машинам и двинулись туда, где ещё ночью шло ожесточенное сражение. Чем ближе мы были к тому месту, тем чаще попадались сожженные и перевернутые машины. В некоторых домах отсутствовали стекла. Кое-где почернела от огня крыша. Я заметил частный дом, у которого осыпался угол. Вероятно, по нему попали мощным снарядом.

Люди уже начали убирать улицы, но ходили с опаской, в любой момент готовые спрятаться в ближайшем укромном месте. Вскоре впереди показалось полицейское оцепление. Мы оставили машины у подъезда дома и дальше пошли пешком.

– Сюда нельзя! Уезжайте отсюда! – рявкнул крепкий мужчина в полицейской форме. Он сурово сдвинул брови и решительно направлялся к нам навстречу.

– Мы от майора Довлатова, – Кирилл вытащил из кармана и показал корочку. – Я – начальник службы безопасности рода Филатовых. А это, – он кивнул на нас, – мои люди. Мы узнали о случившемся и приехали на подмогу.

– Даже не знаю, чем вы можете нам помочь. Хотя сейчас нам любая помощь нужна. Людей не хватает. Сами знаете, что сейчас творится в городе. Этот урод заперся с людьми в подвале и требует бронеавтомобиль. Мы, конечно, обещаем, что он скоро будет, но на самом деле тянем время.

– Почему? – спокойным голосом спросил я, хотя еле сдерживался, чтобы не броситься к дому.

Моя Лена может быть там. И я не знаю, что сейчас с ней происходит. А вдруг ей требуется помощь.

Полицейский окинул меня удивленным взглядом.

– Мы не идём на поводу преступников, – ответил он.

– И что вы намерены делать? – не унимался я.

– Наше дело не думать, а выполнять приказы, – холодно проговорил он. – Нам велено поставить оцепление и следить за тем, чтобы никто не входил и не выходил. Больше распоряжений не поступало.

Ну, всё ясно. Придётся действовать самому. В принципе я к этому готов, но сами же полицейские и могут мне помешать. Я махнул Попову и отвёл в его в сторону.

– У меня с собой в машине есть всё необходимое. Только нужно как-то добраться до подвала. Ты можешь отвлечь полицейских?

– Как ты себе это представляешь? – наморщил он лоб.

– Не знаю. Устрой шум или ложную тревогу, – пожал я плечами.

Кирилл осмотрелся, задумчиво почесал заросшую щеку и ответил:

– Во-первых, я тебя одного не отпущу. Во-вторых, что конкретно ты намерен делать? Ты же понимаешь, что нужно действовать очень осторожно. Неизвестно, что придёт в голову захватчику. А вдруг он начнет убивать заложников? Мы не можем рисковать…

– А если он прямо сейчас их убивает, а мы стоим и языками чешем, – возразил я. – У меня с собой в рюкзаке есть «Разъедающее прикосновение», «Пурпурный отравитель», «Оковы», «Пирсида», «Ледяная пелена»… – принялся перечислять я.

– Стой-стой, я понятия не имею, о чём ты говоришь, – замахал он рукой.

– Короче, я во всеоружии. Мне бы только до подвала добраться, а там…

– Хорошо, уговорил. Пойдём вместе. Иди за своими… э-э-э… зельями, а я предупрежу своих людей. Отвлекут на себя полицию.

Пока я рассовывал по карманам свои пробирки, Кирилл дал указания двум охранникам. Те согласно кивнул и зашли за угол дома, в котором держали заложников.

Мы с Кириллом пошли в другую сторону.

Вдруг охранник по имени Василий с криками выбежал из-за дома и принялся махать полицейским, стоящим у подъезда.

– Эй, все сюда! Он через окно пытается сбежать!

Послышались крики и выстрелы – это второй охранник имитировал бой. Полицейские ломанулись туда, я мы с Кириллом юркнули в приоткрытую дверь подъезда. Только полицейский, который подходил к нам, увидел, что мы сделали, и побежал следом.

– А ну выметайтесь отсюда! – крикнул он, когда мы подошли к запертой двери в подвал.

– Тихо ты! – осадил его Кирилл. – Мы точно не знаем, но, возможно, там наша… дочь графа Орлова. Она вчера пропала.

– И что теперь?

– Без неё я отсюда не уйду, – сухо проговорил я и, откупорив крышку «Разъедающего прикосновения», плеснул на дверь.

Ржавый металл начал таять, стекая по поверхности и образуя густые, тяжелые капли. Это выглядело так завораживающе, что полицейский замер, в изумлении наблюдая за происходящим.

Как только появилась небольшое сквозное отверстие, я заглянул внутрь и увидел лестницу, ведущую вниз. Оттуда бил яркий свет и слышались приглушенные голоса.

Когда в двери образовалась брешь, сквозь которую можно пройти, я шикнул на полицейского, вознамерившегося всё-таки помешать мне, затем пролез через дыру и, крепко сжимая зельестрел принялся спускаться.

– … он же умрет. Разрешите выпустить хотя бы его, – послышался голос Лены.

У меня невольно сжалось сердце. В ее голосе слышалось отчаяние. Бедная моя девочка. Как же она напугана.

– Пусть подохнет. Мне-то что до него, – грубо ответил мужской голос.

Ага, а вот и похититель.

Я спустился вниз и увидел, что Кирилл и полицейский следуют за мной. Я и махнул, чтобы не шумели, и прислушался. Сразу за поворотом, совсем близко слышались голоса. Задержав дыхание, я резко выбежал на свет.

Первое, что увидел – грязное помещение, много труб, какие-то счетчики. Две напуганные женщины и мальчик лет шести сидят на полу в углу. Неподалеку лежит окровавленный мужчина, а над ним Лена. Она зажимает руками рану на боку мужчины, пытаясь остановить кровь.

Стоп! А где похититель?

Вжух! Что-то со свистом пронеслось рядом с моей головой. Я едва успел уклониться в противоположную сторону.

Вжух! С огромной силой рядом пронесся… кусок кабеля и, ударившись о пол, оставил след на бетонном полу. Маг металла!

Я развернулся и увидел, что он прячется за толстой трубой. Рванул вперёд и выпустил друг за другом несколько патронов с зельем. Мне навстречу, как змея, ринулся кабель. Он наверняка прошил бы меня насквозь, если бы попал.

Первые два моих патрона попали по трубе, а вот третий точно в лоб коренастому мужчине с взлохмаченными светлыми волосами и в прожженной одежде.

Он вытянулся в струнку и кулем свалился на пол.

– Саша! – радостно выкрикнула Лена, но тут же зарыдала, по-прежнему сжимая рану на теле телохранителя в отключке. – Саша, помоги. Толик… он умирает.

Я подбежал к ним и, склонившись втянул носом эфир. Жив пока, но очень плох.

В это время полицейский сковал руки мага антимагическими кандалами, а Кирилл начал выводить людей на улицу.

Я же достал из кармана две пробирки с зельем «Исцеления», выдернул пробки зубами и одну влил в рот мужчины, приподняв ему голову, а вторую прямо в рану. Ему не повезло. Толстый кабель прошёл насквозь, поразив его в живот. Только лекари смогут точно определить, что у него повреждено, поэтому нужно как можно быстрее вынести его из подвала и отправить в ближайшую лечебницу.

На помощь прибежали полицейские и наши охранники. Они вынесли раненного мужчину на улицу, погрузили в машину и, включив маячки, с громким сигналом повезли его в лечебницу.

Лена, одежда которой была в засохшей крови её телохранителя, сидела на полу и безучастно смотрела перед собой.

– Милая, с тобой всё хорошо? – я опустился рядом и обнял её за плечи. – Этот псих тебя не обидел?

Она повернула голову и показала синяк на скуле.

– Ударил, когда я пыталась защититься… – у неё опустились уголки губ. – Я – плохой маг. Растерялась и не могла вспомнить ни одно заклинание. А потом… потом он бил меня каждый раз, когда я пыталась хоть что-то создать. И этот кабель…. Он не выпускал его из рук и следил за мной.

Она задрала рукав блузки и показала большой синяк на плече.

– Я даже себя не смогла защитить, – она закрыла лицо руками и горько заплакала. – Я опозорила семью. Я ни на что не гожусь…

Лена плакала и плакала, но я не мог её успокоить. Просто не приходили в голову подходящие слова.

– Толик… он сказал беги и встал между нами! А я… я даже этого сделать не смогла. Из-за меня он умер! – сквозь слезы прокричала она.

– Милая, он не умер. Толик будет жить. Он уже в лечебнице. Моё зелье ему поможет. Остальное сделают лекари. Ты ни в чем не виновата. Его работа – защищать тебя. Он сделал то что должен был.

Лена безутешно прорыдала у меня на груди минут двадцать. Затем вытерла слезы, поднялась и, взяв меня за руку, направилась к выходу. Один из полицейских вкратце расспросил о произошедшем и отпустил домой.

Я посадил её в свою машину и, поблагодарив Кирилла Поповых и других охранников за помощь, повёз домой.

– Матушка, наверное, с ума сходит, – еле слышно проговорила она, глядя на проносящиеся за окном дома.

– Так и есть. Она твоего отца вызвала со службы.

– Зря она это сделала. В такие неспокойные времена каждый должен заниматься своим делом. Отец не должен оставлять границу без присмотра.

– Думаю, без него справятся. Он уже должен подъезжать к Москве.

Лена кивнула и остаток пути промолчала. Как только мы с ней зашли в дом, навстречу выбежала её мать и сначала ужаснулась, увидев дочь в крови, но узнав, что это не её кровь, принялась обнимать и плакать. Сегодня много слёз. Слишком много.

Пока Лена приводила себя в порядок, её мать неустанно благодарила меня, посадила за стол и велела принести всё что есть в доме. Я не стал отказываться. Во-первых, проголодался. Во-вторых, ещё неизвестно, когда смогу снова поесть. В ближайшее время я не собираюсь возвращаться домой. Нужно вернуть ручку императору.

Вскоре явился глава семейства – граф Орлов. Узнав, что дочь спасена, и что я приложил к этому руку, он так жарко благодарил меня, что стало неловко. Я не считал, что проявил какой-то особый героизм. Даже если бы там не было Лены, и я бы об этом знал, всё равно бы наказал подонка, удерживающего женщин и ребенка.

– Мы сейчас еле прорвались через оборону, – сказал Сергей Орлов, накладывая себе горячий суп из фарфоровой супницы. – Даже меня со стороны границы не хотели пропускать в Москву. Пришлось показывать документы, чтобы доказать, что не еду на подмогу мятежникам. Похоже, городская гвардия не справляется. Сейчас пообедаю и поеду во дворец. Помогу оборону держать. Говорят, войско уже на подходе. Час-другой и будут в городе.

Он откусил большой кусок от чесночной булки и принялся хлебать наваристый суп на говяжьем бульоне.

– Не понимаю, почему так нянчатся с мятежниками, – сказала графиня Орлова.

– С ними никто уже не нянчится. Только вначале это были простолюдины, которых никто не опасался. А сейчас среди них есть маги, и говорят, что даже профессиональные наёмные убийцы.

– Откуда они взялись?

– Не знаю, – пожал он плечами. – Когда их переловят, всё выяснится. То, что начиналось как обычный протест и попытка высказаться по вопросу землевладения и начисления налогов, превратилось в настоящий беспредел.

– Ты уверен, что вам надо ехать к дворцу? – насторожено спросила мать Лены. – У них же есть дворцовая полиция. Есть гвардия. Да и обычная полиция тоже не допустит того, чтобы мятежники ворвались во дворец.

– Не знаю, не знаю, – задумчиво ответил Орлов. – Предпочитаю перестраховаться.

– Зачем им дворец? Хотят свергнуть императора? – уточнил я, доедая большой кусок запеченной сёмги.

– Об этом вроде речи нет, – неуверенно произнес Сергей. – Думаю, таким образом они хотят показать, что они имеют силу. Это подстёгивает многих. Хорошо быть на стороне сильного и правого.

После сытного обеда, мы с графом засобирались во дворец. Я рассказал про ручку и о том, что хочу её вернуть. Лена проводила нас. Она уже успокоилась. Ей стало гораздо легче, когда позвонила в лечебницу и узнала, что её телохранитель жив и уже пришёл в себя. Я пообещал быть осторожным и вместе с Сергеем и его охраной поехал в сторону дворца.

Однако, как оказалось, не так-то легко попасть во дворец – были перекрыты все дороги, ведущие к нему. Граф Орлов воспользовался своими привилегиями, ведь служил на границе и имел высокий чин. Нас пропустили через наспех сооруженный сторожевой пост, проверив машины и документы.

У ворот нас снова остановили, но здесь был сам Демидов, поэтому мы с ним и Орловым втроем двинулись к парадному входу величественного здания.

– Войска уже на подходе, – произнес Демидов. – Военный министр сказал, что ещё час-два, и они войдут в город. Их перебросили с дальнего гарнизона, ведь все те, кто был поблизости, либо на границу направлены, либо также в городах подавляют восстания. Такое ощущение, будто ими руководит кто-то. Слишком быстро и слажено они собрались и организовались.

– Уверен, что это так. Их явно кто-то направляет и даёт команды, – согласился Орлов.

Мы зашли во дворец, но камергер сказал, что государь общается с семьёй, поэтому пока не принимает.

Наверное, хочет поговорить со своими и успокоить их. Уверен, они все на взводе, ведь неизвестно, чем всё может обернуться.

Мы остановились в одном из залов недалеко от кабинета императора. Вскоре друг за другом начали выходить члены императорской семьи. Кто-то был задумчив. Кто-то, наоборот, о чем-то тихонько переговаривался и даже смеялся. Похоже, государю удалось успокоить своих и вселить надежду.