Текст книги ""Фантастика 2026-44". Компиляция. Книги 1-36 (СИ)"

Автор книги: Мария Ермакова

Соавторы: Валентина Зайцева,Харитон Мамбурин,Егор Золотарев,Инна Дворцова,Денис Стародубцев,Александр Коротков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 146 (всего у книги 329 страниц)

Охранники академии брали показания у студентов и одновременно допрашивали нападавших.

– Назовись! – сурово сдвинув брови, спросил солидный мужчина с седыми усами, подкрученными кверху.

Он стоял напротив парня, стоящего на коленях. Руки парня были отведены назад и закованы подсвеченными желтоватым светом кандалами, которые полностью блокировали его магию.

– Трофим Кривошеин. Третьекурсник. Факультет лекарской магии, – угрюмо ответил он, глядя на землю.

– Что ты здесь делал?

– Мимо проходил.

– Врёт! – воскликнула зарёванная девушка. – Его парни поймали, когда он этой хреновиной в дом стрелял.

Она указала на стол, на котором рядом с коробкой с ингредиентами лежали посохи. У некоторых из них было сломано древко и разбиты красные навершия. Как оказалось, они были сделаны из стекла, но внутри установлен небольшой магический кристалл.

– Саша! – ко мне подбежал Сеня и показал указательный палец, на конце которого горел еле видимый огонёк – последнее, что осталось от зелья «Вулкануса». – Такая прикольная штука! Научишь и меня его делать?

– Боюсь, у тебя не получится, даже если ты будешь знать рецепт. Всё дело в моей способности.

– Жаль. Тогда на свой день рождения я хочу в подарок от тебя этот… как ты его называешь?

– «Вулканус».

Между тем допрос продолжался.

– Ну давай, Трофим, рассказывай, кто организовал нападение на студентов?

– Мы не нападали на студентов, – буркнул он.

– А как тогда это называется? – развёл руками мужчина, удивлённо вскинув брови. – Я тебе подскажу – разбойное нападение или даже покушение на убийство. Это уж как полиция решит.

– Не надо полицию. Я всё расскажу.

– Заткнись, идиот, – шикнул на него второй нападавший – худощавый парень с веснушками на бледном лице.

– Всё равно узнают. Уж лучше самим признаться, чем потом в полиции менталисты из нас всё вытянут… Всё это придумал и нас подговорил профессор… Щавелев.

Мы с Сеней переглянулись. Неожиданно. Но зачем?

Глава 25

Услышав имя уважаемого профессора академии охранники отошли в сторону, о чём-то пошептались и, вернувшись, объявили, что дальнейшие разбирательства будут вестись уже в здании академии. Свидетелей попросили подойти завтра после занятий в кабинет начальника службы безопасности, а нападавших увезли.

– Вот же придурки, весь праздник испоганили, – с досадой сказал Размыслов и подошёл к нам. – Первый год мне доверили провести посвящение в студенты и на тебе! Каждого по отдельности отловлю и заставлю на коленях ползать.

Он сжал кулак и потряс им вслед уезжающим машинам. Федя выглядел взъерошенным и уставшим. Длинные светлые волосы в беспорядке лежали на плечах. На щеке темнело пятно ссадины, обработанное бордовой жидкостью, рукав пиджака порван, а правый ботинок без подошвы.

– Да-да, знаю, – махнул он рукой, перехватив мой изучающий взгляд. – Видок так себе. Пришлось повоевать с одним магом огня. Но я вышел победителем, – улыбнулся он и продемонстрировал кулак с ободранными костяшками. – От моего левого хука в челюсть ещё никто не смог устоять на ногах.

– Как думаешь, зачем они всё это затеяли? – спросил Сеня.

– Хотели застать врасплох. Все навеселе, выпившие, расслабленные, никто не ожидает нападения – идеальные условия для тех, кто хочет напакостить без последствий для себя. Но я всё-таки думаю, что они не просто хотели испортить нам праздник, а пришли за тобой, – он ткнул пальцем мне в грудь.

– Почему ты так решил?

– Слышал, как они переговаривались и искали тебя. А потом кто-то прокричал, что нашёл, и все ринулись туда, – он многозначительно посмотрел на меня. – Кому ты насолил?

– Похоже, профессору Щавелеву, – ответил за меня Семен.

– Магистру Щавелю? – прыснул Федя. – Да он же добрейшей души человек. Он даже пчёл не убивает, а усыпляет и за оранжереи уносит. Не-е-е, он не мог.

– Мог! – твёрдо заявил Сеня. – Один из этих сволочей признался. Мы с Сашей своими ушами слышали. Подтверди, – он повернулся ко мне.

– Да, слышали, но… Как-то с трудом верится. Зачем ему это? К тому же мы с ним в хороших отношениях. Он был куратором у моего отца, и тот его хвалит.

– А я уверен, что это он, – упрямо заявил Сеня. – Смысл врать, если охрана всё равно проверит?

– Тогда может ты знаешь причину нападения? – усмехнулся я.

– Не знаю, но предполагаю, – понизив голос проговорил он. – Наш Кислый Мудрец считается лучшим преподом на аптекарском факультете. Из-за тебя ректор может усомниться в этом, ведь ты уже продемонстрировал, на что способен.

Я махнул рукой. То же мне повод! Ерунда какая-то. К тому же ничего особенного я не демонстрировал. Хотя… Ведь патриарха Когана и того парня я лечил на глазах Щавеля. А что, если он поддерживает лекарей? Вдруг он не хочет, чтобы Филатовы поднялись?

– Э-э-э, смысл нам сейчас гадать? Завтра всё выяснится, – Размыслов развернулся и двинулся в сторону дома номер восемь, в котором, как оказалось, он проживал вместе с двумя другими студентами.

– А давай прямо сейчас пойдём к Щавелеву, а? Я знаю, где он живёт. Пусть объяснится, гад! – гневно предложил Сеня.

– Это дело службы безопасности. Пусть сами всё выясняют.

– Но ведь…

– Давай по домам, – прервал я его и кивнул на светлеющее небо. – Скоро на учёбу. Надо успеть хоть немного вздремнуть.

Мы попрощались и разошлись. Наверняка за завтраком домашние будут интересовать, как прошла вечеринка, и сильно удивятся, узнав, что традиции были нарушены. И не кем-нибудь, а самим Щавелевым! Зачем ему нападать на меня? Чего он хотел добиться? Может, хотел спровоцировать? Догадывается, что я не Александр Филатов?

Вопросов много и ни одного ответа. Наверняка утром разбирательства продолжатся. Я обязательно зайду в кабинет начальника службы безопасности, чтобы узнать подробности. Ведь я так и не понял, для чего всё это было организовано?

В доме все спали. Дед, видимо, хотел дождаться меня, поэтому храпел в гостиной, накрывшись газетой. Время было три утра, но повариха уже не спала и готовила тесто для пирога.

– Кушать будете? – спросила она, едва я появился в дверях кухни.

– Буду, – кивнул я. – Голоден как ворсистый моргл.

– Что за зверь такой? – заинтересовалась она, раскрыв дверь буфета.

– Очень прожорливый зверь, – я опустился за стол и подтянул к себе графин с водой и стакан.

– Есть вареные яйца, вчерашний мясной рулет, лимонный кекс и сырная нарезка. Что будете?

– Всё буду! – решительно заявил я и, залпом выпив воду, грохнул стаканом об стол.

После сытного позднего ужина или раннего завтрака я поднялся к себе, принял душ и завалился в кровать. Заснул, едва положил голову на подушку.

Будильник полетел на пол и разлетелся на составные части, как только зазвенел на тумбочке. Спать хочу.

– Сашка, вставай уже! – послышался голос Насти. Она как обычно бесцеремонно ворвалась в мою комнату. – Мы все ждём, когда ты спустишься.

– Зачем? – глухо ответил я из-под подушки.

– Хотим узнать, как прошла вечеринка. Папа приготовил для тебя средство от похмелья.

– Нет у меня никакого похмелья. Пил я только воду, и то на нашей кухне, – я нехотя вылез из-под подушки и, прищурившись, посмотрел время на телефоне. Семь утра.

– Не надо рассказывать мне сказки. Я уже взрослая, – фыркнула она. – Вставай и спускайся, а я пригляжу, чтобы весь бекон не съели и тебе оставили.

Она упорхнула из комнаты. Мне так хотелось спать, что я подумал притвориться больным, но потом вспомнил, что нужно всё разузнать, поэтому оделся и спустился к столу.

При моём появлении в столовой все оживились. Дима тут же протянул мне какую-то ядрёную жижу в большой глиняной кружке.

– Выпей. Легче станет.

– Мне и так нормально, – отмахнулся я и опустился за стол.

– Ну давай, рассказывай, – дед отложил газету и подался вперёд, уставившись на меня любопытным взглядом.

Я взял кусок белого хлеба, неспеша намазал сливочным маслом, сверху положил два куска сыра и жареный бекон. Затем дотянулся до фарфорового чайника, налил себе ароматный чай с апельсиновыми дольками в чашку, положил две ложечки сахара и принялся размешивать.

– Да что же это такое! – не выдержал дед и ударил ладонью по столу. – Долго ты ещё будешь возиться? А ну рассказывай, паршивец!

– Правильно, дед, – поддержала его Настя. – Хотя лучше бы подзатыльник дал – так эффективнее.

– Настя, прекрати, – строго сказал Лида. – Дай брату позавтракать. Что вы пристали к нему с вопросами? Захочет – расскажет.

– Но ведь нам интересно! – возмутилась сестра. – Вот если бы я ходила на вечеринку с испытаниями, то обязательно бы вам всё рассказала.

– Так уж и всё, – усмехнулся Дима. – Думаю, когда ты начнёшь ходить по вечеринкам, то мы и из тебя ни слова не вытянем.

– Это Сашка вредный, поэтому не рассказывает. А я не такая, – она взяла блин, свернула его в трубочку и подбросила вверх.

Если бы он упал, то попал бы прямо мне на голову. Но Шустрик был на страже и не позволил этому случиться. Подхватив лакомство прямо в воздухе, он уселся мне на плечо и принялся с аппетитом его уплетать.

Я отложил бутерброд и рассказал всё что случилось на посвящении в студенты.

– Я не верю, что Щавелев причастен к такому, – сказал Дима.

– А почему нет? Что ты вообще о нём знаешь? – прищурился дед. – Лично я с этим Щавелевым ни разу не пересекался. Да я ни с кем из рода Щавелевых не пересекался! Ни с одним представителем их рода. Чем они вообще занимаются? Чьи они вассалы?

– Этого я не знаю, – тихо ответил Дима.

Похоже, слова деда заставили его задуматься. Я тоже не мог понять, зачем Щавелеву организовывать нападение на меня, привлекая к этому студентов? Одно дело профессиональные наёмники, но недоучки… Странно всё это.

– Я бы совсем не удивился, если бы студент признался, что к делу причастен Боярышников, но профессор Щавелев, – отец снова покачал головой.

– Профессор или нет, – передразнил его дед. – Какая разница, какую должность он занимает? Вон, Распутин был советником императора и руководил Главным управлением имперского здравохранения, но это не помешало ему гадить нам. Должность ничего не значит! Если человек дерьмо собачье, то хоть кем его не поставь, всё равно нутро проявится.

– Ну не знаю, – с сомнением ответил Дима.

– Шурик, ты зайди сегодня к декану, спроси, что такое творится в академии, – потряс крючковатым пальцем старик Филатов.

– Декан-то здесь причем? – удивилась Лида.

– А притом! Кто должен следить за своими преподами? Он обязан следить за своими людьми и нести ответственность за их дела. Иначе зачем его туда вообще поставили? Штаны просиживать? – дед не на шутку разгорячился. – А если бы этот Щавелев Шурику навредил? Если бы эти подлецы с их артефактами убили нашего мальчика?

– Отец, успокойся, – Дима положил руку ему на плечо. – Если Саше они ничего не скажут, я сам поеду в академию. Но не к декану, а сразу к ректору.

– И правильно, – с облегчением выдохнул дед.

Остаток завтрака прошел в тишине, но я постоянно ловил на себе взгляды моих родных. Они явно обдумывали услышанное и тоже пытались понять, что же такое произошло во время посвящения в студенты и кому это надо было.

Я не стал говорить, что и в этом нападении учуял след артефактора Грачёва. Это бы ещё сильнее испугало их. Одно дело студенческие разборки, и совсем другое – вмешательство артефактора, которому ничего не стоит всех убить.

Щавелев из аптекарского рода. Возможно, его родные тоже пострадали после той истории с наследником, и он решил отыграться на мне. А может, он поддерживал лекарей или был в тесной связи с кем-то из троицы предателей. Короче, можно гадать бесконечно.

А что если я позвоню Щавелеву и поговорю начистоту?

Я подъехал к академии и, не выходя из машины, набрал номер профессора. Приятный женский голос оповестил, что телефон выключен. Ну ладно, может, в коридорах академии встречу.

Всё учебное заведение гудело словно улей. Студенты, преподы и о работники академии обсуждали то что произошло ночью. Даже на парах студенты не замолкали, и преподы их постоянно одергивали. Меня сначала тоже забросали вопросами, но я отвечал односложно, поэтому переключились на Сеню, который чувствовал себя как герой, в красках описывая то, что произошло.

После третьей пары я первым делом пошёл в кабинет начальника службы безопасности, но его не оказалось на месте. Как сказал один из охранников, он уехал в полицейское отделение. Странно, сам ведь позвал свидетелей явиться после занятий.

Затем я поднялся в деканат, но строгая секретарше, не отрываясь от печатной машинки, объясила, что Клавдий Тихомирович уехал и не сказал, когда вернётся. Я уточнил, может, он тоже в полицейском отделении, но она проигнорировала мой вопрос, яростно стуча по клавишам.

Я вернулся домой, когда семейство уже стало из-за стола, но мне оставили парочку запечённых перепелов.

– Мне сегодня привезли документы на поместье Юсуповых, – похвастался Дима. – Съездим туда на выходных?

– То есть теперь анобласть стала нашей, и мы можем прямо сейчас поехать туда и беспрепятственно зайти внутрь? – оживился я.

– Да. С сегодняшнего дня дом, земля и анобласть принадлежит нам. Надо кому-то поручить…

– Мне нужно сегодня же поехать туда. Какую бумагу показать на въезде? – прервал я его.

– Документы в кабинете на столе. Но зачем тебе туда? – он озадаченно посмотрел на меня.

– По срочному делу. Позже объясню, – я поднялся из-за стола и направился в кабинет, на ходу набирая номер Вани.

– О, здорова, дружище! – бодро ответил он. – Как дела?

– Привет, Ванька. Слушай, ты ещё в Торжке?

– Нет, конечно. У меня вообще-то тоже учёба началась. Только с академии вышел. Сегодня на практике меня чуть не…

– А где Зоркий? – прервал я его.

– Кто? – не понял он.

– Ну то существо, которое вы поймали в анобласти, – пояснил я. – Желтоглазый с чёрной кожей.

– А-а-а, этот урод, – дошло наконец до него. – Так в клетке сидит. Охотники говорят, что он какой-то вялый стал. Если сначала хотел выбраться, даже прутья грыз, то сейчас лежит без движения.

– Как без движения? – сердце замерло в груди. – А вдруг он того… умер?

– Да не, не умер. Глазами только всех сверлит. До сих пор не понял, что его иллюзия в клетке не работает. Почему он тебя так интересует?

– Юсуповская аномалия теперь наша, поэтому хочу забрать Зоркого. Можешь кого-нибудь попросить привезти его к Балашихе? Там я встречу и покажу дорогу до поместья.

– Хорошо, попрошу охотников. Они только рады будут от него избавиться. Он же не ест ничего, этот твой Зоркий.

– А что ему дают?

– Не знаю, не спрашивал. Рыбу вроде давали и мясо. Но он только воду пьет, и всё.

Я с трудом подавил желание на него наорать. Глубоко вздохнув и взяв себя в руки, я спокойно произнес.

– Я ведь тебе говорил, что он травоядный. Ему нужно было давать плоды, листья, ягоды.

– А да, точно! Если честно, я совсем забыл сказать им об этом.

Будь он сейчас рядом со мной, я бы придушил этого балбеса. Ну или как минимум отвесил подзатыльник.

– Отправь Зоркого в Балашиху. Я встречу. Понял? – сухо проговорил я.

– Да понял я, понял, – буркнул он. – Сейчас позвоню охотникам.

Я предупредил Диму, что поеду в бывшее юсуповское поместье поселить в анобласти желтоглазое существо. Вкратце рассказал историю нашего знакомства и о том, как Зоркий спас меня от смерти. Тот согласился, что теперь мы обязаны ему, и будет лучше, если сможем сами за ним присматривать.

Закупив на рынке различных фруктов и овощей, я поехал в сторону Балашихи. Машина с прицепом из Торжка добралась до городка лишь к вечеру. За рулем сидел уже знакомый мне пожилой охотник по прозвищу Меткий.

– Это ты хочешь уродца себе забрать? – усмехнулся он.

– Я. А что?

– Ты уж будь с ним поосторожнее.

– Не волнуйтесь. Мы с ним знакомы, и я знаю, как с ним обращаться.

– Ну ладно. Моё дело предупредить, – пожал он плечами.

Мы снова расселись по машинам и поехали к поместью. Теперь это не юсуповское поместье, а филатовское. Именно так я его впредь буду называть.

У ворот нас встретил лишь пожилой сторож. Охранников, которых нанимал Юсупов, здесь уже не было. Сторож мельком взглянул на документы и открыл ворота.

Мы с Метким доехали до анобласти, где нас встретили пятеро охранников, нанятых для зачистки аномалии. Вот они-то внимательно просмотрели документы, а особенно долго вчитывались в текст передачи анобласти.

– Всё в порядке, – наконец сказал боец с кривым шрамом на гладко выбритом черепе. – Вы туда надолго?

– Нет.

Когда в магическом куполе образовалась брешь, и усиленные металлические ворота отъехали вбок, я забрал из седана пакеты с покупками и зашёл в аномалию. Меткий загнал задним ходом прицеп в анобласть, отцепил его и уехал, а ворота снова закрылись, заперев нас с Зорким.

Я снял тент и открыл дверь клетки ключом, который оставил старый охотник. Отощавший Зоркий посмотрел на меня уставшим взглядом.

– Ничего-ничего. Теперь с тобой будет всё хорошо, – тихо проговорил я, забрался в клетку и, откупорив пробирку с зельем «Исцеления», медленно влил в его приоткрытую пасть.

Затем занес в клетку бумажные пакеты и вывалил перед ним все овощи и фрукты, что купил по пути.

Зоркий глубоко втянул носом, приподнялся и осторожно взял небольшую дыню. Ещё раз обнюхав, он вонзил в неё свои зубы и с аппетитом захрустел.

– Ну так-то лучше, – улыбнулся я.

Доев сладкий плод, он схватил кабачок и съел его уже медленнее, будто смаковал. После кабачка запихал в рот пригоршню зеленого салата, затем собрал все ягоды черники и только после этого успокоился и вальяжно сел на пол, опершись спиной о прутья клетки.

– Я буду тебя навещать, – заверил его, хотя сомневался, что он понимает.

Однако желтоглазый кивнул и вслед за мной вышел из клетки. Выпрямившись в полный рост, он огляделся и медленно двинулся в заросли.

Ну пусть обживается. Аномалия хоть и скудная, но листвы и травы здесь хватает, поэтому голодным не останется. А я буду его навещать и привозить ещё еды.

Я подал сигнал, набрав код, указанный над цифровым блоком и оповещающий о том, что я намерен выйти. Были также коды вызова охраны и код лечебной помощи. Вскоре ворота разъехались. Обернувшись, увидел в кустах большие глаза своего друга и махнул ему рукой. Он помахал мне в ответ. Хм, а он быстро учится.

Вернулся я домой только к полуночи. Дед меня дождался и расспросил о Зорком. Я рассказал и предупредил, что буду частенько ездить к нему и отвозить плоды и ягоды.

– Вот ещё, – пробурчал он. – Для этого охотники есть. Скажу им, чтобы два раза в неделю оставляли еду для твоего питомца в аномалии.

– Хорошая идея! Главное чтобы не подходили к нему близко. А то пациентов в психушке прибавится.

– Я предупрежу, – усмехнулся он. – Кстати, ты в деканат ходил?

– Да, но декана не было.

– Ладно. Но ты это дело на тормозах не спускай, – нахмурил он брови.

– Разберёмся, – отмахнулся я.

На следующее утро я поехал в академию, то первым делом пошёл в деканат. Декана не было, а на вопрос, где профессор Щавелев, секретарша лишь развела руками и подула на ногти, которые только что накрасила. Эта особа ничего не знает. И зачем она вообще здесь сидит?

– А пошли после занятий к Щавелеву домой? – предложил Сеня, когда я рассказал ему, что так ни с кем и не смог поговорить и ничего выяснить.

– Пошли прямо сейчас, – решительно сказал я и еле слышно добавил. – Не нравится мне всё это.

Как оказалось особняк Щавелева стоял прямо посередине преподавательского квартала. Это был двухэтажный белоснежный дом, со всех сторон утопающий в зелени и цветах.

Ворота не были заперты, поэтому мы беспрепятственно зашли на территорию и приблизились к двери.

– Что ты ему скажешь? – шёпотом спросил Семен и воровато огляделся.

– Прямо спрошу, замешан он в этом деле или нет.

– Ты думаешь, он скажет тебе правду? – с сомнением спросил он.

– Я пойму, если он сорвет.

Я занес руку и уже хотел нажать на дверной замок, когда заметил, что дверь приоткрыта.

Толкнув её, я прокричал.

– Профессор, это Александр Филатов! Мне нужно с вами поговорить!

Тишина.

– Олег Николаевич, вы дома? – присоединился Семён.

Мы прислушались, но не услышали даже шороха.

– Может, он спит?

– Разбудим, – я зашёл в дом и сразу обратил внимание на царящий вокруг беспорядок.

Здесь явно что-то происходило: картины лежали на полу в груде осколков, стулья и кресла перевернуты, плащи с вешалки лежали прямо под ногами.

– Оставайся здесь, – вполголоса сказал Сене.

– Ни за что, – ответил он возмущенно.

Вот ведь настырный! Ну ладно, так даже лучше. Будет свидетелем.

Я вытащил из кармана пробирку с «Пурпурным отравителем» и поднялся вверх по лестнице. Двери всех четырех спален были настежь открыты. Но только в одной царил полнейший беспорядок. Здесь явно что-то искали.

– Щавелев сбежал. Понял, что его план не удался, и смылся, пока за ним не пришли, – предположил Сеня.

– Не думаю, – помотал я головой.

– Из-за беспорядка? Так он его сам и устроил, когда в спешке собирался.

– Ты не прав, – я указал за дверь комнаты, где на полу лежал раскрытый чемодан профессора.

В нём я увидел кошелёк с деньгами и документы на имя Щавелева Олега Николаевича. Рядом лежал телефон с разбитым монитором.

С профессором явно что-то случилось. Но кто к этому приложил руку? Служба безопасности академии? Или те, кто хотел его подставить? Похоже, придётся мне самому разобраться с этим делом.