Текст книги ""Фантастика 2026-44". Компиляция. Книги 1-36 (СИ)"

Автор книги: Мария Ермакова

Соавторы: Валентина Зайцева,Харитон Мамбурин,Егор Золотарев,Инна Дворцова,Денис Стародубцев,Александр Коротков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 200 (всего у книги 329 страниц)

Глава 19

Мы подошли к оранжереям, куда уже собирались команды аптекарей.

– Где вы ходите? – возмущенно выпалил Клавдий Тихомирович. – Сейчас будут объяснять правила.

– Здесь мы здесь, – буркнул Федя и вполголоса сказал мне. – Чего так нервничать? Ещё пять минут. Вечно он тревожится сильнее чем нужно.

– Надеется хоть в этот раз победить, – шёпотом ответил Влад, который подошёл к нам сзади. – За время его работы деканом аптекари ни разу не занимали первое место.

Вскоре все были в сборе. К каждой команде подошёл один из организаторов и объяснил правила.

Нам нужно найти «больного», определить, что с ним, разработать рецепт, найти нужные ингредиенты и изготовить лекарство. Именно с этим лекарством и «больным» мы должны выйти из лабиринта. Специальная комиссия будет определять, насколько правильно мы определили болезнь и верно ли изготовили лекарство.

У лабиринта четыре прохода. Нужно зайти в один и выбраться в противоположном. Получается, что со всем четырех сторон одновременно ринутся навстречу друг другу по четыре команды. Я сразу понял, что могут возникнуть потасовки, и даже кто-то может помешать противнику выполнить задание. Поэтому как только организатор отошел от нас, собрал в круг свою команду и дал указания.

– Следим друг за другом. Никого не оставляем сзади. Не отстаём. Держимся вместе. Работаем слаженно и не паникуем.

– Нужно придумать условный сигнал об опасности, – предложил Влад.

– Хорошая идея, – поддержал я. – Если кто-то потерялся или попал в беду, то кричим… хм… свистим три раза подряд. Затем перерыв несколько секунд и снова свист. Надеюсь, все умеете свистеть? – я оглядел команду, и все согласно закивали.

Мы подошли к проходу номер два, который находился недалеко от оранжерей. Значит, выходить нам надо в противоположном направлении. Там нас уже будут ждать организаторы, которые зафиксируют время выполнения задания. Если команды правильно определят болезнь и изготовят нужное средство, то победителей будут выбирать по скорости прохождения лабиринта.

Рядом с нами были ещё три команды. Все приготовились и ждали сигнала к началу состязания. Где-то неподалеку вели трансляцию репортёры. Декан суетился, подходя то к организаторам, то к студентам. В общем, суматоха.

Нервное напряжение остальных передалось мне. Казалось, что прошло уйма времени, а гудка всё не было.

– Ой, что-то у меня живот закрутило от волнения, – пожаловался Влад. – Как думаете, успею сбегать до туалета?

– Нет. Терпи, – твёрдо проговорил Федя Размыслов.

Он единственный, кто не потерял самообладание и выглядел на удивление спокойным и уверенным.

Я же приложил руку к шее Влада и помог справиться с проблемой, активировав кое-какие эфиры.

– Спасибо, – с облегчением выдохнул он.

В это время прямо над ухом прогудел громкий сигнал. Первыми ломанулись в проход аптекари из Новосибирской академии, следом двинулись мы, а потом остальные две команды. Уже через десяток метров мы оказались на распутье: перед нами пять проходов. Первая команда побежала в первый, поэтому я решил пойти во второй.

– Не отстаём! – раздавал команды Федя. – Где Святослав? Какого чёрта ты еле идёшь⁈ Сказано было: держаться вместе!

Мы пробежали узкий коридор и оказались в открытом пространстве с густым молочным туманом. Даже в метре ничего не было видно.

– Куда теперь? – спросил запыхавшийся Федя.

– Пока не знаю, – ответил я, силясь разглядеть хоть что-то. – Оставайтесь здесь! Я разведаю, что там дальше и вернусь.

– Нет, мы с тобой, – упрямо заявил Прохор. – Уговор был держаться всем вместе.

– Это не тот случай. Я найду обратную дорогу, а вот вы можете потеряться и будете блуждать в этом тумане до окончания испытания, – осадил я его. – Федя, остаёшься за старшего. Никуда не расходитесь. Я быстро.

– Понял. Но помни, что у нас только час, а мы ещё даже больного не нашли.

Я кивнул и прошёл в туман. Меня тут же обволокли влажные щупальцы магического тумана. Здесь не было ни звуков, ни запахов, даже свет был приглушён. Однако эфиры я чувствовал. Здесь уже пару дней никто не проходил, поэтому эфиры людей еле улавливались. Зато я хорошо ощущал эфиры растительности.

Быстро разложив то, что унюхал, я определил, что здесь неподалёку цветет сон-трава – манарос, который усыпит любого, кто вдохнёт его пыльцу. Также слева ощущается хмель-полоз, усики которого такие крепкие и длинные, что можно использовать вместо троса. Если запутаться в них, то не скоро выберешься. Хорошая ловушка, ничего не скажешь. Моя же задача вывести своих людей отсюда живыми и невредимыми. Ведь испытание будет засчитано только если из лабиринта выйдут все члены команды.

Я прошёлся, наощупь и с помощью нюха изучая туманность, и вскоре нашёл выход из ловушки. Осталось провести свою команду и никого не потерять по пути.

Назад я двинулся по своему собственному следу и вскоре увидел встревоженные и напряженные лица студентов.

– Ну наконец-то! Мы уж думали, что ты сам заблудился, – ринулся мне навстречу Федя.

– Там действительно можно легко заблудиться. Поэтому действуем следующим образом: хватаем друг друга за одежду и идём гуськом друг за другом. Если отпустите – уже не найдёте. Туман настолько густой, что не видно собственную вытянутую руку, – предупредил я.

– Гуськом? Как в детстве, что ли? – прыснул старшекурсник Алексей, который учился с Размысловым в одной группе. Обычно он вёл себя со мной очень высокомерно, и ему явно не нравилось, что декан меня назначил ведущим магом в команде, но его мнения никто не спрашивал, поэтому он держался особняком.

– Да, как в детстве, – Федя бросил на него испепеляющий взгляд. – Но, если ты против, пойдёшь в самом конце. Мы когда всё сделаем, вернёмся за тобой… Может быть.

Алексей сделал недовольное лицо, но больше не посмел ничего сказать и, как и все, встал в ряд и схватился за куртку впереди идущего.

Мы зашли в туман и двинулись к выходу. Я точно знал, где он находится, ведь снова шёл по своему следу.

Вскоре мы вышли из ловушки, в которой даже дышалось с трудом. Никто не отцепился, и мы в полном составе оказались по другую сторону от тумана и продолжили путь. Пару раз свернув не туда, натыкались на тупик, поэтому приходилось возвращаться и вновь обследовать часть лабиринта, которую выбрали сами. Здесь многое изменилось, поэтому я не узнавал ни тупиков, ни поворотов. Явно постарались маги растений.

– Прошло двадцать минут. Мы до сих пор не нашли больного, – встревожился Федя, взглянув на часы.

– А ведь нужно ещё приготовить лекарство и успеть выбраться отсюда, – добавил Влад.

– Меня больше всего волнует, каким образом мы будем создавать лекарство, если здесь кроме кустов ничего нет, – подал голос Святослав.

– Надо ускориться, – ответил я, одновременно втягивая носом воздух. Хотел найти хоть какую-то зацепку, но ничего необычного не чувствовал.

Мы побежали по узким проходам, цепляясь на ветки кустов и спотыкаясь о корни. Насчёт корней тоже явно маги постарались. Толстые, кривые, крепкие корни принадлежали не кустам, а деревьям, которых поблизости не было.

Вскоре я почувствовал запах свежей древесины. После очередного поворота мы выбежали на открытое место и с облегчением выдохнули. В самом центре площадки на носилках лежал деревянный манекен в человеческий рост, вырезанный из светлого дерева. Именно его я почувствовал.

Мы встали вокруг манекена и принялись его рассматривать. Выполнен он довольно качественно: массивное рельефное тело, руки и ноги подвижные, на шарнирах. Лицо нарисованное: большие круглые глаза, удивленно приподнятые брови, рот в форме овала.

– Такое ощущение, будто он испуганно кричит, – нарушил молчание Влад и опустился перед ним на корточки. – Как думаете, чем он болен?

Он указал на темные пятна на потрескавшемся дереве и черные уши.

– Больше никаких симптомов не нарисовано? – Размыслов перевернул манекен, но и с обратной стороны были лишь небольшие тёмные пятна.

– По-моему, слишком мало симптомов, чтобы поставить точный диагноз, – Прохор приподнял деревянные руки, которые с хрустом затрещали. – Даже шарниры не смазали.

Снова все замолчали.

– Давайте подытожим, – предложил я. – На больном чёрные пятна, он кричит, и хрустят суставы.

– Я бы не стал к симптомам добавлять суставы, – с сомнением сказал Федя. – Это просто недоработка.

– А я не согласен! – вступился Влад. – Мы на турнире. Здесь всё имеет значение.

Я принялся перечислять в голове все заболевания, с которыми сталкивался или о которых читал, но ничего похожего не было. Всё же мы не лекари, поэтому не обязаны так уж хорошо знать заболевания… Стоп!

Тут я понял, что должен действовать по-другому. Закрыв глаза, я погрузился внутрь себя. Темные пятна. Что это может быть? Проклятье, чума, синяк, пигментное пятно или… некроз?

– При каком заболевании может быть некроз тканей? Думайте! – велел я.

– Гниющий недуг, – предложил Святослав, – но там ещё и волосы выпадают, зубы шатаются и сильный жар.

– А может септическая гангрена? – предложил Влад.

– Не подходит, – мотнул головой Федя. – Думаю, что проказа, которой болеют люди у Чёрных болот или…

– Некрозия! – почти выкрикнул я, вспомнив, как об этой болезни рассказывал декан на одном из занятий, когда мы придумывали рецепты к различным болезням. – Всё подходит: пятна, больные суставы и острая боль.

– Точно! И как я сам не сообразил! – Прохор ринулся к столу с лабораторной посудой. – Времени мало, надо приготовить лекарство, но… здесь ничего нет.

Он открыл все бутыльки и коробки, но они оказались пусты.

– Осталось двадцать семь минут, – Федя озадаченно посмотрел на меня. – Может, они забыли оставить ингредиенты? Тогда надо просто выйти и сказать им об этом.

– Нет, нам нужно найти ингредиенты, – сказал Влад. – Только мы не успеем. Времени совсем мало.

– Надо успеть! – я отошёл от команды и втянул носом. Если здесь есть ингредиенты, значит я их найду.

Из площадки в разные стороны расходились три туннели. Я «обнюхал» их и только в одном почувствовал смешение множества эфиров.

– Оставайтесь здесь, – велел я. – Один я быстрее справлюсь.

– Но откуда ты знаешь, что может пригодиться? – крикнул мне вслед Федя. – Мы же ещё не составили рецепт!

– Сам составлю! – на бегу выкрикнул я.

Без эфира больного человека, когда я могу соотносить в своей внутренней лаборатории болезнь с лекарством, мне будет сложно определить то, что нужно. Однако в моей жизни уже были случаи, когда приходилось лечить некроз. Именно этом я и буду заниматься. К тому же добавлю жаропонижающие травы, обезболивающие и противовоспалительные. А также те, что помогут больным суставам.

Я пробежал три развилки и оказался возле растительной стены, из которой торчали только горлышки кувшинов. Всё ясно, нужно определить по запаху, что находится в кувшине. Подобное мы уже делали на полигоне, когда декан создал для нас импровизированный лабиринт.

Кувшинов было много, штук пятьдесят. Неподалеку висело предупреждение, что нельзя забирать больше десяти ингредиентов. Впрочем, мне и пяти хватит, ведь я уже учуял нужные мне эфиры.

Я уже хотел подбежать к стене, как заметил камеры. Их было целых три, и они снимали меня со всех сторон. Стало не по себе. Возможно, в это самое время на меня смотрят сотни тысяч человек, а может даже больше.

Если я буду действовать быстро и без ошибок, то это вызовет подозрения. Люди могут подумать, что я подговорил кого-то и точно знаю, где и что находится. Тогда нам просто не зачтут это испытание или вообще удалят из турнира. А может, будут те, кто догадается, кем на самом деле я являюсь.

Нельзя выдавать себя, поэтому буду двигаться медленнее и на всякий случай возьму и то, что совсем не нужно. Позже просто заблокирую эти эфиры или вообще не включу их в состав лекарства.

Я начал делать вид, что пытаюсь определить, что в кувшинах, по очереди обнюхивая их. Однако времени оставалось совсем мало, поэтому прихватил семь кувшинов, вытащив их из растительного плена и побежал обратно.

– А вот и Саша! – первым меня заметил Прохор и ринулся навстречу, забирая часть кувшинов, которые я с силой прижимал к себе, чтобы не уронить. – Осталось тринадцать минут. Успеем?

– Успеем, – ответил я, разложил кувшины на столе и принялся давать указания.

– Отсюда возьми пару столовых ложек сухой травы и завари горячей водой, – велел я Феде. – Есть горячая вода?

– Есть. Вон в термосе.

– Отлично! – ответил я и указал Прохору на кувшин с манаросами-корнеплодами. – Натри на мелкой тёрке и выжми. Нам понадобится десять капель.

Тот без лишних вопросов взялся за дело. Я всем раздал задания и взглянул на часы. Осталось десять минут. Пора выбираться, а то не успеем.

– Поторапливайтесь! Засыпайте в колбу! – велел я.

Тренировки не прошли даром. Аптекари работали быстро, слажено и эффективно. Я приложил руку к колбе и пустил свою ману. Эфиры начали смешиваться, образуя идеальное лекарство от некрозии.

– Десять минут, – предупредил Федя Размыслов.

– Всё. Готово. Хватайте носилки и бегом к выходу! – велел я, перелил лекарство в бутыль из темно-коричневого стекла и, убрав его в карман, первым побежал по узкому растительному коридору. Осталось надеяться, что никаких преград больше не будет.

Федя и Прохор прихватили носилки с деревянным истуканом и побежали за мной. Остальные поспешили следом.

К счастью, выход был совсем недалеко, и никаких преград на пути не оказалось.

– Можно было двигаться не спеша, ещё семь минуты осталось, – сказал Федя и вытер пот рукавом со лба. Наверняка истукан из свежего дерева весил немало.

К нам подошли организаторы, которые сказали, что мы пятая команда, которая вышли из лабиринта. Они забрали бутыль и манекен.

– А где восьмой? – спросила девушка в теплом комбинезоне, пересчитав нас в третий раз. – Мы не зачтём, пока все не выйдут.

– Кого нет? – я быстро оглядел свою команду.

– Влад пошёл за тобой. Ты его не встречал? – спросил Святослав.

Тут все поняли, что Влада с нами нет. Я его в последний раз видел, когда только собирался идти за ингредиентами.

– Горгоново безумие! Я же говорил всем оставаться на месте! – взревел я. – Где мне его теперь искать? Осталось пять минут!

Не дожидаясь ответа, я снова забежал в лабиринт и помчался туда, где лежал истукан. Только оттуда я смогу взять след Влада. Глубоко вздохнув, чтобы восстановить дыхание, я начал принюхиваться, стараясь найти эфир Влада. Нашёл! Серо-голубое облачко его эфира парило в том коридоре, куда я пошёл один. Шаг за шагом я шёл по его эфиру, поглядывая на часы. Осталось три минуты.

На развилке Влад выбрал неправильное направление и пошёл по противоположному коридору. Кислота его раствори! Какого дьявола он пошёл за мной, даже не понимая, куда я направился? Так и знал, что испытание лёгким не будет. Радует одно – ещё не все команды вышли, а значит, у нас ещё есть время побороться за то чтобы перейти на следующий этап. Но если из-за этого недороля мы проиграем, то я даже не знаю, что с ним сделаю!

Когда осталось две минуты, я свернул за поворот, где намного сильнее чувствовался эфир парня, и увидел его.

Влад лежал на земле. Руки раскинуты в разные стороны, ноги плотно прижаты друг к другу. Его глаза с красными смотрят вверх, на серое небо. Лицо ярко-красного цвета, губы синюшные.

– Влад, ты чего? – спросил я и подбежал к нему.

Только сейчас я заметил, что его руки, ноги, тело и горло окутывают тонкие упругие стебли. Это Душегрив – манарос, стебли которого охотники в анобласти используют вместо верёвки, когда связывают туши убитых зверей.

– Влад, держись! – выкрикнул я и схватился за стебли, но сколько бы не старался, не мог их порвать. Голыми руками их не возьмёшь, слишком крепкие.

Я вскочил на ноги и осмотрелся, стараясь найти хоть что-то острое. А в это самое время Влад умирал в страшных объятьях манароса.

Глава 20

Тонкие, жесткие стебли Душегрива продолжали стягивать тело Влада, а я никак не мог ему помочь, безуспешно пытаясь разорвать путы голыми руками. Вокруг не было ничего, что помогло бы мне освободить товарища: только высоченные густые кусты, образующие стену, и чахлая трава.

– Держись! Я сейчас! – выкрикнул я, вскочил на ноги и рванул туда, где была организована полевая лаборатория.

Схватив скальпель со стола, я рванул обратно. Не теряя ни секунды, рухнул на колени возле Влада и первым делом разрезал стебли, душашие его. Затем занялся теми, что стягивали его грудь.

Однако Влад не дышал. Его глаза были закрыты, а вены на шее перестали пульсировать.

– Нет! Ты не умрешь!

Я запрокинул ему голову, открыл рот и приложил руку к его шее. Чтобы Влад задышал, нужно заставить работать диафрагму и межрёберные мышцы. Мне всего лишь нужно найти эфир, в его теле, который позволит сокращать нужные мышцы.

И мне повезло. Несколько секунд, и его мышцы заработали, накачивая легкие воздухом.

– А-а-а-х-х-! – с шумом вздохнул Влад и раскрыл глаза.

В панике он начал дышать быстро и поверхностно, пытаясь восполнить дефицит кислорода.

Я же тем временем срезал путы с его рук и ног, помог сесть и поддержал. Влад весь трясся и покрылся холодным липким потом.

– Не торопись. Дыши глубоко и размеренно. Теперь всё хорошо, – я говорил спокойным уверенным голосом. – Сможешь встать?

Влад кивнул. Я помог ему подняться, закинул его руку к себе на плечи, подхватил за талию и потянул к выходу.

Он силился что-то сказать, но не мог, постоянно прерываясь на лающий кашель.

– Молчи. Нам надо торопиться. Потом расскажешь всё, что хотел.

Вскоре показался выход, возле которого слонялись обеспокоенные члены моей команды.

– А вот и они! – закричал Федя, первым увидев нас. – Остановите время! Они уже здесь!

Он подбежал к нам, подхватил Влада с другой стороны, и мы ускорили шаг. Едва вышли из растительного лабиринта, как прозвучал ещё один гудок, свидетельствующий о том, что час закончился.

Нас засыпали вопросами, но я ответил, что потом всё объясню, а пока нужно оказать помощь Владу.

Мы с Размысловым подвели Влада к сиденьям, стоящим у стола организаторов, и посадили. Прохор принес чашку горячего чая, Святослав нашёл теплый плед и с головой укутал им Влад.

Я рассказал о том, в каком состоянии нашёл Влада.

– Как же так? Как же ты позволил растению тебя победить? – всплеснул руками Прохор.

– Меня ударили, – хрипло ответил Влад и снова закашлялся.

Это всё из-за воспаленного горла. Жаль, у меня с собой нет ни одного зелья – запрещено правила турнира.

– Кто тебя ударил? – к нам подбежал запыхавшийся декан.

Оказывается, всё это время за мной и Владом следили камеры. Всё, что я делал, показали на всю империю. Этого только не хватало!

– Я не видел. Кто-то подошёл сзади и ударил по голове. Я упал, а когда хотел подняться, то не смог.

– Ну мы сейчас узнаем, кто тебя ударил. У них везде камеры, – Клавдий Тихомирович заглянул Владу в глаза, пощупал пульс и участливо спросил. – Как ты себя чувствуешь? Болит где-нибудь?

– Только горло и затылок немного.

– Я сейчас сюда лекарей отправлю, – ответил он и скрылся в толпе, которая нас окружила.

Пока декан разбирался с организаторами, а из лабиринта продолжали выбегать студенты других академий, я двинулся к оранжереям, чтобы подыскать траву для Влада. У меня не укладывалось в голове, зачем кому-то понадобилось бить Влада по голове. Чего этим хотели добиться? А может, у Влада есть враг, и он решил с ним поквитаться таким образом? Но как он мог знать, что Влад останется один? Короче, ничего не понятно.

В дверях оранжереи я столкнулся с Щавелем. У него была в руках корзинка с травами.

– А-а-а, Саша, я так и знал, что вы ко мне заглянете. Держите, я уже всё собрал. Это должно помочь, – он протянул мне корзинку, в которой лежали ромашка, зверобой, шалфей и много других очень полезных трав.

– Спасибо, профессор. То что нужно, – я забрал корзинку и поспешил обратно. Щавель пошел за мной.

– Уму непостижимо, как такое могло случиться, – проговорил он, стараясь не отставать от меня. – Как же он попал в такую ловушку?

– Меня больше интересует, что здесь делает Душегрив? С какой целью его посадили в лабиринт?

– Я сам в недоумении. Я такого приказа не давал. Возможно, он сам каким-то образом попал в лабиринт, ведь мы очень хорошо удобряли землю, чтобы успеть вырастить кусты.

– Вполне возможно.

– Но кто же мог напасть на такого безобидного человека, как наш Владик? Он ведь мухи не обидит, – профессор горестно покачал головой.

Мы как раз в это время добрались до нашей команды. Декан уже был здесь. Олег Николаевич первым делом осмотрел Влада, его кровоподтеки на шее и запястьях.

Я же скрутил несколько трав и отправил в них свою ману, усиливая эфир, и дал Владу.

– Жуй, поможет.

Тот без лишних вопросов засунул травы в рот и принялся интенсивно жевать, морщась от горечи.

В это время к нам подбежали два лекаря с чемоданчиками. Они уложили Влада на скамью и принялись сканировать

– Клавдий Тихомирович, удалось что-нибудь узнать? – Щавель подошёл к декану.

– Нет. Чертовы журналюги переключали камеры только туда, где работали команды. Остальные камеры в это время были выключены и не ведут записи.

– Но как же они тогда сняли меня с Владом? – вмешался я в их разговор.

– Заметили, как вы обратно забежали в лабиринт и решили проследить.

– То есть нападение на студента останется безнаказанным? – возмутился Щавель.

– Нет, конечно. Мы уже вызвали полицию. Будут разбираться, опрашивать других участников.

– ЧТО⁈ Турнир закрывается, не успев открыться? – Федя Размыслов не смог сдержать эмоции.

– Конечно, нет. Никто не будет закрывать турнир. Столько сил, денег и времени на него потратили. Просто каждый будет заниматься своим делом… Кстати, когда уже огласят результаты? Что-то затянули они. Пойду, разведаю, – декан вновь скрылся в толпе, а Влада лекари проверили и, не найдя никаких внутренних повреждений, смазали ссадины мазью и ушли.

– Как твоя голова? Горло не болит? – спросил я и опустился рядом с ним на скамью.

– Уже нет. Травы помогли. Только во рту от них всё жжёт, – он сделал большой глоток чая и протянул мне руку. – Саша, спасибо за помощь. Если бы не ты…

Он сглотнул ком, застрявший в горле. Понимаю, перепугался. Нужно время, чтобы отойти от такого.

– Я знаю, почему на меня напали, – наклонившись ко мне еле слышно проговорил он.

– Почему?

– Посмотри на своё левое плечо.

Я повернул голову, но ничего необычного не заметил. Мы были в фирменных стёганных куртках академии, которые нам выдали перед испытанием, ведь на улице было довольно холодно.

– Не туда смотришь. Ниже, – он приподнял рукав моей куртки и показал, что там мелким шрифтом было написано «Размыслов Фёдор», а ниже эмблема аптекарского факультета.

– А-а-а, так они именные, – понял я.

– А теперь посмотри на мой рукав, – он откинул плед и показал надпись.

– «Филатов Александр», – выдохнул я.

– Мы так торопились, что даже не заметили, что куртки именные, и надели кому какая попалась. А кое-кто об этом не знал, как и тебя в лицо.

– Ты думаешь, что хотели убить меня? – еле слышно спросил я, ведь нас уже окружили репортёры, которые хотели поговорить со мной и Владом, но их не подпускали организаторы.

– Уверен. Я человек маленький и ни у кого поперёк дороги не вставал, а вот ты… Будь осторожен, Саша, в следующий раз они не ошибутся.

Горгоново безумие! Ну я вам сейчас покажу, как нападать на моих друзей!

Я встал и решительно двинулся к лабиринту, но меня остановил взволнованный декан.

– Стой, Филатов, результаты подведены. Сейчас будут объявлять тех, кто переходит на следующий этап.

– Но я всего лишь хотел…

– Потом. Всё потом, – замахал он рукой и подтолкнул меня к моей команде.

Ну ладно. Эфир за это время никуда не денется. Позже зайду в лабиринт.

– Подводим итоги первого этапа турнира между аптекарскими командами! – послышался громогласный голос из динамиков, но говорившего я не видел. – На следующий этап проходят двенадцать команд, показавших лучший результат. Итак, на первом месте… – напряженная пауза.

Я бросил взгляд на декана, который перекатывался с носка на пятку и обратно, нервно щёлкая пальцами.

– На первом месте по праву оказалась… Московская магическая академия!

Зрители и члены моей команды взорвались аплодисментами и криками.

– Ура!!!

– Вперёд ММА!

– Мы – лучшие!

Когда крики поутихли, ведущий продолжал:

– На втором месте – Новгородская академия! На третьем – Красноярская…

Пока все слушали результаты первого этапа, я обошёл декана, который был вне себя от радости и так крепко обнимал Щавеля, что у того аж слезы выступили, и направился к лабиринту. Я должен найти того гада, что напал на Влада.

Однако к моему разочарованию оказалось, что в лабиринте уже полно посторонних. Организаторы убирали лабораторную посуду и вытаскивали кувшины. Репортеры снимали камеры. Прохаживалось много любопытствующих, которым хотелось пройти по коридорам лабиринта.

Я ни с чем вернулся к команде, которая обсуждала, где будут отмечать первую победу.

– Сашка, – ко мне подбежала обеспокоенная Лена. – Я всё видела. Ужас какой. Хорошо, что ты успел спасти его.

Она обняла меня за талию и уткнулась в грудь.

– А если бы на его месте был ты? Мне даже страшно думать об этом.

– Успокойся. Всё обошлось.

– Кто напал на него? Неужели кто-то из студентов?

– Не знаю. Но не понимаю, зачем кому-то из студентов нападать на Влада?

– Как это «зачем»? – она подняла голову и посмотрела мне в глаза. – Испытание засчитывается, если вернулась вся команда. Хорошо, что ты его быстро нашёл.

Хм, а ведь она права. Возможно, кто-то увидел Влада и решил таким образом помешать нашей команде. Если бы я не чувствовал эфир Влада, то потратил бы гораздо больше времени на его поиски. Тогда получается, что я совсем ни при чем?

Короче, возможны оба варианта. Думаю, если кто-то целенаправленно преследовал меня, то он сделает ещё одну попытку и мне нужно быть на страже. Если это была просто попытка помешать нашей команде, то мне нужно пристальнее присмотреться к нашим соперникам и пресечь следующую попытку.

К нам подошли Сеня с Аурикой.

– Поздравляю, Сашка! Первый этап пройден, – он крепко пожал мне руку. – Все собираются в «Банановый рай» отмечать победу. Поедешь?

Я посмотрел на Лену.

– А у тебя какие планы?

– Наша команда тоже куда-то собирается, но я хочу провести время с тобой.

– В «Банановом раю»? – улыбнулся я и чмокнул её в кончик носа.

– Можно в раю, но лучше в твоей квартире. Я устала и перенервничала. Хочется спокойно провести время.

– А пойдёмте ко мне? – предложил Сеня. – Закажем чего-нибудь вкусного. Мне посылку вчера отправили. Угощу вас соленой рыбой, тушенкой из оленины, клюквой и вареньем.

Однако нашим планам не суждено было сбыться. Приехали полицейские и велели оставаться на местах всем участникам произошедшего.

Нас ответили во второй корпус академии и принялись задавать вопросы, сверяясь с менталистами, которые определяли правдивость сказанного. До меня очередь дошла только в десять вечера. Я рассказал о том, как понял, что Влада нет, и побежал на его поиски. Правда, не стал уточнять, как именно я его искал.

Остальное следователь видел из репортажа, но попросил вкратце рассказать для протокола, что я и сделал. В общем никакого праздника не получилось, и я вернулся домой только к полуночи, где застал Ваню и его команду. Они тоже победили, поэтому с размахом отмечали: вино лилось рекой, стол был заставлен всевозможной ресторанное едой, в гостиной танцевали полуголые девицы.

Я хотел завалиться спать, запершись в своей комнате, но куда там. Ваня настоял на том, чтобы я присоединился к их веселью. А я не был против. В конце концов мы тоже победили.

* * *

Ярослав Пахомов не знал, как попал в детский дом и где его родители. Когда он подрос и начал задавать вопросы, то ему отвечали, что его родители умерли от пьянки. А однажды сердобольная нянечка по секрету сказала, что они не были пьянчужками, а погибли от рук злодея.

Маленький Ярик жаждал отомстить злодею, который так поступил с его родителями. Каждый вечер перед сном он придумывал очередную изощрённую месть. Это его успокаивало и давало стимул жить.

Однако в день совершеннолетия его пригласили в кабинет директора и передали папку с личным делом. В нём говорилось, что его нашли в коляске у крыльца детского дома. При нём не было никаких документов или вещей, которые подсказали бы о том, кто он такой.

Это стало ещё большим разочарованием. Он решил, что его родители не были убиты, а просто добровольно отказались от него, подкинув к детскому дому. Он был очень зол на них, но в то же время благодарен, что они не убили его или не оставили умирать где-нибудь в лесу.

С тех пор он потерял всякий смысл жизни. У него не было родных, не было друзей, не было дела, которое ему бы нравилось. Он просто существовал.

Всё поменялось, когда его нашёл Александр Филатов, но и тогда оказалось, что не так-то легко избавиться от вредных привычек и начать жить по-другому.

Но окончательно всё изменилось, когда он приехал в Москву, и в первую же ночь ему приснился тот самый Тайган, про которого говорил Филатов. Следопыт рассказал о том, что его родители погибли в стане врага, когда выслеживали предателей империи. К детскому дому его прикатила его собственная бабушка, которая понимала, что ей самой жить осталось совсем немного, и она не справиться с его воспитанием. А сделала она это скрытно потому, что боялась, что те, кто убил родителей Ярослава, захочет убить и его.

Также Тайган начал обучать Ярослава, передавая ему тайные знания их рода. И сейчас следопыт купил серебро в ломбарде, расплавил его, превратив в серебряный диск, а сейчас направлялся в лес, чтобы очистить диск родниковой водой.

«Тебе нужно создать компас, который укажет тебе правильное направление, – вспомнил он слова Тайгана. – Если ты его правильно сделаешь, то куда бы ты не пошёл, он всегда будет указывать направление, в котором находится нужный тебе человек».

Ярослав очень старался сделать так, как говорил предок-следопыт, чтобы компас сработал. Он был очень благодарен Александру Филатову и хотел помочь ему найти врага.

Выехав на междугороднем автобусе из столицы, Ярослав попросил остановить и вышел в лесу. Он не мог почистить серебряный круг в водопроводной воде или в реке, ведь Тайган говорил о роднике, в котором не намешано чужой энергии и нет дурных мыслей людей.

Вскоре родник был найден. Молодой человек опустился на корточки и, произнося нужные слова, начал очищать серебряный круг. Ледяная вода тонкой струёй текла по замерзшей земле. Пальцы вскоре окоченели, но Ярослав и не думал останавливаться. Он дал себе слово, что сделает всё так как нужно, и ничто ему не помешает.

Он едва успел договорить последние слова, как услышал сзади грозное рычание. Первое, что он подумал – охотничья собака. Он совсем недалеко от столицы, и кругом полно деревень.