Текст книги ""Фантастика 2026-44". Компиляция. Книги 1-36 (СИ)"

Автор книги: Мария Ермакова

Соавторы: Валентина Зайцева,Харитон Мамбурин,Егор Золотарев,Инна Дворцова,Денис Стародубцев,Александр Коротков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 98 (всего у книги 329 страниц)

Принюхавшись, понял, что свойство принадлежит эфиру, исходящему от мелкого хищника. Теперь дело за малым – найти этого зверька.

Словно следопыт, я шёл по облачку эфира, оставленному зверьком, и вскоре нашёл его. Вернее нору.

Револьвер мне не понадобился, надев перчатки, справился без оружия. Правда, хищник почти прокусил перчатки, но несколько царапин – это сущая ерунда. Главное, что теперь я смогу создать… сыворотку правды.

Сложив всё необходимое в пакет, я двинулся в сторону склада. На этот раз пришлось идти через лес, чтобы не попасться имперцам.

Добравшись до своей лаборатории, я заперся и приступил к созданию сыворотки. На этот раз я замотал нос шарфом, чтобы ненароком не вдохнуть пар, который появляется, когда сыворотка готова. Не хватало ещё мне выдать самого себя, а это вполне могло случиться, если в мой организм попадёт этот эликсир.

Последним в стеклянную колбу я добавил желчь зверька. Сыворотка забурлила, колба начала мелко трястись, чуть не свалившись на пол. Едва успел подхватить. Вверх поднялось бело-розовое облако, и всё успокоилось. Готово.

Теперь осталось придумать, как заставить Сорокина выпить хотя бы каплю этого средства.

Не снимая с носа шарф, я аккуратно перелил жидкость в пробирку, спрятал её в карман и направился в лечебницу, которая принадлежала роду Сорокиных, и где сам глава семьи Сорокин был главным лекарем и директором лечебницы.

Народу было много. Люди сидели в креслах в коридоре, стояли у дверей кабинетов, слонялись на улице, посматривая на часы и ожидая приёма. Я спросил у мимо проходящей медсестры, где найти Сорокина, и та ответила, что он у себя в кабинете на пятом этаже.

Я поднялся на лифте на пятый этаж и подошёл к приемной, где сидела молодая секретарша. Слева от её стола находилась дверь кабинета, на котором было написано: «Директор Сорокин Геннадий Борисович».

– Здравствуйте, – приветливо улыбнулась она. – Что вы хотели?

– Мне бы поговорить с Геннадием Борисовичем, – кивнул я в сторону кабинета.

– Вы записывались на приём? – спросила она и раскрыла какой-то журнал.

– Вообще-то нет, но…

– Тогда он не примет, – покачала она головой. – Давайте я запишу вас на следующую неделю, и тогда…

– Нет, не надо.

Я вышел из приёмной и решил дождаться Сорокина в коридоре, хотя даже не представлял, как заставить его выпить сыворотку. Может, плеснуть в лицо? Однако, как потом заставить заговорить его? Он же просто может уйти. К тому же мне могут помешать другие работники лечебницы или даже пациенты.

Тут с тихим шорохом дверь лифта открылась, и молодой человек в белоснежной одежде и с эмблемой местного ресторана, находящегося напротив здания лечебницы, выкатил тележку с едой.

– Дружище, подержи дверь, чтобы лифт не уехал. Я мигом, – попросил он меня.

– Без проблем, – кивнул я и поставил ногу у двери лифта.

Парень докатил тележку до двери приёмной, уведомил секретаря, что обед для Сорокина готов, и быстро вернулся обратно.

– Спасибо, дружище, – кивнул он мне. – А то этот лифт приходится по пять минут ждать, а у меня заказов море.

– Не за что, – улыбнулся я и убрал ногу.

Двери лифта закрылись, и кабинка еле слышно поехала вниз. Вот это удача! Даже не верится. Идеально. Тележка с едой для Сорокина в моём распоряжении. Я двинулся к ней, когда услышал, как секретарь, отодвинув кресло, встала из-за стола и, стуча каблучками, пошла к выходу.

В два прыжка я оказался рядом с тележкой и вылил всю сыворотку в оранжевый напиток в высоком стакане.

Едва я успел отдёрнуть руку от стакана, как показалась секретарь и удивлённо вскинула брови.

– Вы всё ещё здесь? У Геннадия Борисовича сейчас обед, а потом он поедет в городское управление. У него нет времени на посетителей, – строго сказала она.

– Это не займёт много времени, я подожду его здесь.

– Как хотите, – пожала она плечами и покатила тележку в кабинет Сорокина.

Я взглянул на часы. Прошло минут десять. Наверняка уже успел сделать хотя бы глоток напитка с сывороткой. Значит, пора.

Я зашёл в приёмную, подошёл к кабинету директора и резким рывком распахнул дверь.

– Куда? Я же сказала, что Геннадий Борисович не принимает! – послышался сзади возмущенный голос секретаря, но я тут же захлопнул дверь и запер на замок.

– Ну а теперь, поговорим, – с улыбкой сказал я и направился к столу, за которым сидел ошарашенный Сорокин с набитым ртом и что-то мычал.

Глава 15

Сорокин оказался тучным мужчиной с гладковыбритым лицом, маленькими поросячьими глазками и красным мясистым носом. Он с трудом проглотил кусок стейка и запил из того самого стакана с сывороткой.

– Ты кто такой⁈ Кто тебя сюда звал? – взревел Сорокин и грохнул кулаками по столу. – Убирайся вон!

Я окинул взглядом богато обставленный кабинет с добротной мебелью, картинами и мягкими коврами, затем вытащил из кармана телефон и включил видеокамеру.

– Сначала поговорим, – улыбнулся я. – Меня зовут Александр Филатов.

– Филатов? – насторожился он. – Какого хрена тебе надо?

– Просто хочу прояснить некоторые моменты. Например, почему в вашу лечебницу приходят гораздо больше больных, чем в когановскую?

Сорокин вытаращился на меня, собираясь возмутиться, но тут сработала моя сыворотка, поэтому он просто не смог удержать правду.

– Мои лекари намеренно порочат Коганов и рассказывают о них небылицы, – директор лечебницы испуганно зажал руками рот, пытаясь остановить словесный поток, но это было не в его силах. – Мы пустили слух, что все артефакты, которые изготовляет род Коган, при использовании разрушают другие органы, поэтому их нельзя применять.

– Ясно. А как вы вредите своим пациентам, чтобы они продолжали болеть и приходили к вам ещё чаще?

Раскрасневшийся Сорокин затолкал в рот салфетку, но правда так и рвалась из него, поэтому он выплюнул её и скороговоркой выпалил:

– Лекари усиливают страхи пациентов. Заставляют проходить различные ненужные обследования. Уверяют, что только наши артефакты могут помочь им справиться с болезнью.

Сорокин сообразил, что творится что-то ненормальное, поэтому потянул к своему телефону, но я выхватил его и отбросил в сторону. Тогда он отодвинулся от стола и попытался встать с кресла, но громоздкое тело не так-то легко поднять, а я между тем продолжал вытягивать из него информацию.

– Были ли случаи, когда ваши лекари нарочно вредили пациентам?

– Полно! – выпалил он, силясь подняться. – Неугодные моего роду люди часто умирали во время лечения. И это не случайность! Мы их убивали!

Сорокин ошарашенно уставился на меня от того, что сам наговорил и, наконец-то, смог оторвать от кресла свой толстый зад и, широко расставляя ноги, двинулся на меня. На этот случай я кое-что припас.

Одним движением я вытащил из кармана револьвер и направил на него. Сорокин остановился и процедил сквозь зубы:

– Щенок, ты угрожать мне вздумал?

– Да, – честно кивнул я. – У меня осталось только пара вопросов. Кого именно из пациентов вы убили?

Сорокин захлопнул рот и со всей силы сжал губы, но сыворотка правды и не таких заставляла заговорить. В прошлой жизни я никогда не использовал пытки, мои враги всегда всё выкладывали начистоту, благодаря этому чудесному эликсиру.

– Харитона Кривозубова, Агнессу Жилину, Юру Потапова, Кирилла Белохвостова…

Сорокин перечислял и перечислял. Я даже со счёту сбился, но около двадцати имён он произнёс, а я всё это записал. В этом мире было чудесное изобретение под названием видеокамера, которое могло записывать картинку со звуком. И в мой телефон она была встроена.

Так что теперь Сорокин был у меня в руках. В здешней полиции явно заинтересуются подобным, но даже если там, как говорил дед «у него всё схвачено», то думаю, что родные убитых удивятся, когда узнают такое! И тогда это будет не просто одно заявление Александра Филатова.

Хотя узнают они об этом только в том случае, если мы не договоримся.

Когда граф захлопнул рот, то схватил со стола позолоченную статуэтку быка и запустил мне в голову.

– Убью, паршивец! Подонок! Что ты со мной сделал?

Я же был начеку и ловко увернулся. Безделушка ударилась о стеклянную дверь одного из книжных шкафов. Стекло разлетелось вдребезги, а из-за двери послышался голос секретаря.

– Геннадий Борисович, с вами всё хорошо?

– Нет, дура! Вызывай охрану! Быстро! – рявкнул директор лечебницы.

Я понял, что нужно торопиться, поэтому выстрелил для острастки в потолок, отчего Сорокин испуганно вжал голову в плечи, и задал ему следующий вопрос:

– Почему вы против Филатовых? Зачем затеяли возню с подставой?

Брови Сорокина удивленно поползли вверх.

– Откуда ты знае…

– Отвечай! – перебил я его.

– Если род Филатовых снова поднимется, то количество больных в разы уменьшится. Я получил распоряжение от своего патриарха присматривать за вами и сделать всё, чтобы вы больше не занимались аптекарским делом, – отчеканил он.

– Ты знаешь, что сделали лекари, чтобы род Филатовых так сурово наказали?

– Нет. Мне об этом ничего не известно.

И это была правда. По всей видимости, старшие из рода Сорокиных предпочли не распространяться о том, что случилось в императорском дворце. Жаль, а я так надеялся узнать побольше.

Времени на дальнейшие расспросы не осталось – скоро здесь будет охрана. Поэтому я выключил телефон и сухо сказал Сорокину:

– Если ты, гнида, ещё раз настучишь на нас имперской службе или осуществишь ту подставу, что придумал, то это видео попадёт ко всем жителям Торжка. Если пострадаю я или кто-то из моих родных, то все твои откровения увидят не только жители и Коган, но и полиция. Уверен, видео быстро распространится по всей империи. Поднимется такой скандал, что все будут обходить стороной ваши лечебницы, и не только. Тогда к тебе придут не только родные убитых пациентов, но и твой патриарх. И тебе ой как не повезёт, – я вытащил из кармана жёлтую пилюлю и бросил в него. – А это тебе на десерт.

Открыв дверь, я выбежал из приёмной и ринулся к лестнице. На табло над лифтом светилась цифра четыре. Значит, лифт уже был на четвёртом этаже, а в нём – я был почти уверен, поднималась охрана.

Быстро спустившись на первый этаж, я выбежал из лечебницы, поймал на дороге машину и попросил отвезти меня к лавке. Водитель узнал меня и сказал, что ему очень помог наш сбор от язвы желудка, поэтому довёз до лавки и денег с меня не взял.

Как только я зашёл в лавку, подозвал деда в подсобку и показал видео, что удалось снять.

– Шурик, это же… – изумлённо выдавил старик, подбирая слова. – Компромат. Если об этом кто-то узнает, то мало Сорокиным не покажется.

– Я знаю. Поэтому всё это и затеял, – кивнул я.

– Но как у тебя получилось заставить его всё выложить?

– Сыворотка правды помогла, – ответил я.

– Всё шутишь? – хмыкнул старик. – Сказок начитался?

– Ты прав. Помог револьвер, – я понял, что в это он больше поверит.

– Ой, что-то страшно мне стало за тебя, – поёжился он. – Сорокин так просто тебе такое не спустит.

– Мы ещё посмотрим, кто кого, – усмехнулся я.

* * *

Граф Сорокин был вне себя от ярости. Мало того, что этот сосунок Филатов каким-то непонятным образом вытянул из него столько компрометирующей информации, так ещё и посмел угрожать револьвером. Если бы его поймали в лечебнице, то живым бы он отсюда не вышел, но паршивцу удалось сбежать.

Ещё этот зуд! Хорошо, что артефакт от кожных болезней помог, а то до сих пор бы чесался.

– Вот же скотина! Тварь! – Соколов грузно метался по кабинету, а его юрист сидел в кресле и спокойно пил кофе. – Это филатовской отродье записало всё на камеру! А если он кому-то покажет? Например, тому же Когану. Этот ушлый еврей не упустит шанса насолить мне.

– Я так и не понял, почему вы ему всё рассказали? – спросил юрист, обмакивая сушку в кофе с молоком.

– Я откуда знаю! – взревел он. – Просто вывалил всё, что знал. Будто был сам не свой был.

– Странно всё это. Очень странно, – кивнул юрист. – Даже если вы испугались револьвера, то можно было как-то по-другому ответить. Или хотя бы имён убитых не называть.

– Ты меня слушал вообще⁈ Я же говорю, сам не знаю, что со мной было. Я даже подумать не успевал, а рот уже шпарит. Я и салфетку в рот пихал, и язык пытался прикусить – бесполезно.

– Хм, а может он вам что-нибудь подсыпал?

– Как? Он даже не подходил ко мне. Хотя… точно! – он звонко ударил себя по лбу. – Мне же в это время из соседнего ресторана обед привезли. Вот же тварь! Ублюдок малолетний!

– Нужно сделать так, чтобы это видео никто не увидел, – сказал юрист и допил кофе. Он был само спокойствие в противовес разъяренному клиенту.

– Ты прав, – кивнул Сорокин, вытащил из кармана телефон и набрал чей-то номер. – Алло, это ты?.. Слушай меня внимательно. Планы изменились… Нужно избавиться от щенка Филатова… Подъезжай, обговорим.

* * *

Вечером к нам в гости заглянул Ваня. Он притащил с собой ящик пива и целый пакет мелкой сушёной солёной рыбки. Мы расселись втроём с дедом в гостиной и включили телевизор, который, исходя из памяти Шурика, последний год не работал из-за неоплаты, но сегодня дед заплатил, как раз к началу чемпионата Российской империи по игре под названием «футбол».

Я не находил ничего интересного в этом, но старательно изображал, что, как и они, болею за спортсменов с гербом империи на красных футболках.

– Послезавтра с отрядом дяди снова иду в анобласть, – сказал Ваня, откупорил вторую бутылку пива и налил в глиняную кружку.

– Возьми меня с собой! – оживился я.

– Ты же знаешь, что тебя никто не пропустит, – покачал он головой.

– Но ведь твой род занимается охраной этой анобласти. Неужели нельзя ничего придумать? Может, взятку дать?

– Не-е-е, у нас с этим очень строго. Никто не осмелится взять на себя ответственность за твою жизнь, – Ваня отпил из кружки и смачно рыгнул.

Оглянувшись на разомлевшего деда, который полулежал на диване и одним глазом наблюдал за матчем, я наклонился к Ване и вполголоса проговорил:

– Я могу создать эликсир, который изменит мой облик.

– Шутишь? – усмехнулся он.

– Нет. На полном серьёзе. Мне только нужен волос того человека, в которого буду превращаться.

– Пф-ф-ф, не на того напал. Вешай лапшу кому-нибудь другому, – с улыбкой покачал он головой, положил в рот пару солёных рыбок и повернулся к телевизору.

– Не понимаю, причём здесь лапша, но принеси мне волос и сам всё увидишь, – не отступал я.

– Ну ладно, – махнул он рукой, но по-прежнему с усмешкой смотрел на меня. – Во время прошлого рейда одного из бойцов сильно ранил медвежонок, поэтому сейчас он сидит дома и лечится.

– Медвежонок ранил охотника? – удивился я. – Но это же детеныш медведя! Он маленький…

– Не просто охотника, а боевого мага, – поправил Ваня. – Детеныш, – презрительно фыркнул он, – тамошние медвежата совсем не такие, как в обычном лесу. Там все по-другому. Ну ты сам увидишь… Если когда-нибудь попадёшь в анобласть.

– Просто принеси мне волос того охотника, – настойчиво повторил я.

– Ладно. Всё равно завтра хотел заглянуть к нему, – кивнул друг и переключился на игру.

Дед же уже храпел на диване, а я принялся мысленно перебирать местные эфиры, чтобы подобрать состав для зелья «Превращения». К сожалению, здешние растения не обладали таким разнообразием эфиров, как в моём мире, поэтому для создания зелья мне придётся смешать как минимум тридцать три ингредиента и потратить много маны, но это того стоило. Я очень хочу попасть в анобласть.

Матч закончился победой наших. Я посадил опьяневшего Ваню в такси и отправил домой. Деда не стал будить, а накрыл покрывалом и погасил свет. Для себя же приготовил бодрящий отвар из обычных трав и приступил к чтению одного из дневников, который прихватил из своей лаборатории по пути домой. Знания лишними не бывают, к тому же именно в них я узнал о свойствах трав, которые растут в анобласти.

Только под утро, когда небо над лесом посветлело, я поднялся к себе и лёг спать. Всю ночь мне снились разноцветные облачка эфиров, которые впитывались в меня, превращая в монстра.

На следующее утро мы с дедом снова пошли за травами. Заодно я собрал те манаросы, что нужны для создания зелья «Превращения». Их я сразу отнёс в лабораторию, а затем вернулся к дому.

Едва мы с дедом успели перебрать и сложить в сушилку травы, как в дверь постучали. Старик Филатов тут же напрягся и испуганно посмотрел на меня.

– Беги через заднюю дверь в лес. Там тебя не найдут. Наверняка Сорокин отправил кого-то за тобой, – торопливо прошептал он. – За такой компромат и убить могут.

– Да ну ты брось. Бандиты в дверь не стучат, – я подошёл к двери и рывком открыл её.

На пороге стояла баронесса Завьялова.

– Доброе утро, Александр. Я не слишком рано? – с улыбкой поинтересовалась она.

Ого. Теперь уже к нам лично в гости ходят баронессы.

– Доброе утро. Нет, не рано. Мы как раз собирались позавтракать. Присоединяйтесь, – я шире открыл дверь и сделал пригласительный жест.

– С огромным удовольствием, – улыбнулась она, но проходя мимо меня, остановилась и протянула какую-то бумажку, на которой аккуратным почерком была написана сумма.

– Что это? – не понял я.

– Это чек. Не хотелось с собой носить такую сумму.

Дед подбежал ко мне и заглянул в бумажку.

– Пятьдесят тысяч⁈ Баронесса, но ведь это слишком много, – изумлённо выдохнул он.

– Я считаю, что это достойная оплата за возможность подольше побыть с любимым братом. Спасибо тебе, Александр. Огромное спасибо, – она крепко сжала мою руку, и я заметил на её глазах слёзы.

– Рад помочь, – кивнул я.

Я отдал чек деду, который тут же спрятал его в карман, и проводил гостью в гостиную. Лида быстро накрыла на стол, и мы приступили к завтраку, ведя неспешную беседу. Мать оказалась права, не так уж плоха баронесса. Думаю, она вполне может стать союзником. А они мне сейчас нужны.

Позже, когда я провожал её до машины, женщина вполголоса спросила:

– А ты сможешь снова сделать то средство, чтобы продлить жизнь Кирюше? Я перевезла его сюда, в свой дом.

– Могу, но это очень плохая идея, – мотнул я головой.

– Почему?

– Оно уже не поможет. Подобные эликсиры действуют один раз. Второй раз может стать только хуже. Лучше насладитесь тем временем, что ему осталось, и отпустите.

– Да, ты прав, – она села в ожидающую её машину и уехала.

Мы с дедом проводили Настю в гимназию на последний экзамен и двинулись в сторону лавки.

– Даже не верится, что баронесса столько тебе заплатила, – с довольным видом произнес Филатов. – Как же вовремя проснулся в тебе дар. Только нужно быть очень осторожными. Сорокин не простит тебе то, что ты с ним сделал.

– Время покажет, но я сдаваться не намерен. Какой-то местный авторитет не будет управлять моей жизнью, – сухо ответил ему.

– Сильно же ты изменился, Сашка. Порой мне кажется, что это и не ты вовсе, – вполголоса заметил дед.

– Кто же ещё? – изобразил я удивление.

Дед пожал плечами, но до лавки больше не произнёс ни слова.

Смешав из остатков сушёных трав лечебные сборы, я пошёл в лабораторию. Мне предстояло заняться зельем «Превращения».

Как позже выяснилось, тридцати трех видов манаросов недостаточно. Сложная комбинация эфиров никак не хотела складываться нужным образом, поэтому пришлось ещё три раза сходить в лес и даже использовать те высохшие манаросы, что принёс из анобласти Ваня. Только к обеду я наконец опустился на старый матрас, служивший мне кроватью, и с облегчением выдохнул. Готово. Осталось подождать Ваню с нужным волосом.

Артефакт Завьяловой меня снова выручил, ведь пришлось несколько раз пополнять ману до допустимого уровня, чтобы переработать все травы, выделить нужный эфир и смешать в необходимой дозировке.

В кармане зазвонил телефон. Ваня.

– Сашка, волос у меня. Ты где?

– Подходи к лавке, я тебя встречу, – ответил я и с трудом поднялся на ноги. Опустевший источник давал о себе знать.

Ваня очень удивился, когда я позвал его в сторону заброшенных бараков. Я же решил больше не скрывать от него свои занятия, ведь иногда требовалась его помощь. Правда, одно я ему никогда не раскрою – что я подселенец.

– Ого, а ты хорошо устроился, – друг прошёлся по бывшему складу, заглядывая во все комнаты. – Здесь даже жить можно. Буду к тебе захаживать, когда домашние достанут.

– Хорошо, я не против. Дай сюда волос того охотника, – попросил я.

– На, держи. Снял с его плеча, – он вытащил из кармана носовой платок и развернул.

На белой ткани лежал короткий чёрный волос. Я аккуратно взял его, подошёл к столу и опустил в тёмно-синюю жидкость. Зелье забурлило и выпустило мелкие синие пузырьки.

– Офигеть, – выдохнул Ваня. – В первый раз такое вижу.

– Погоди, сейчас ты и не такое увидишь, – усмехнулся я.

Для того чтобы убедиться, что зелье получилось, я капнул на ладонь одну каплю. Её хватит, чтобы превратиться в другого человека, но лишь на несколько минут.

– Только не падай в обморок. Помни, что это всё ещё я, – предупредил я парня.

Тот энергично закивал, не сводя с меня пристального взгляда.

Я лизнул синюю каплю, закрыл глаза и прислушался к себе. Для себя я готовил это зелье лишь несколько раз, но прекрасно знал, какие будут ощущения. Сейчас они немного отличались. Возможно, из-за большого количества различных эфиров.

– Сашка, что с тобой⁈ – испуганно выпалил Ваня.

Я открыл глаза и повернулся к блестящей отражающей двери одного из холодильных шкафов.

Горгоново безумие! Я… не человек.