Текст книги ""Фантастика 2024-64". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Джон Голд

Дроны – подавители активных полей маскировки сильно удивили. Оказывается, и стелс-костюм, и костюм-хамелеон при своей работе создавали особое энергетическое поле, легко идентифицируемое сверхчувствительными сенсорами подавителя в пассивном режиме. Проще говоря, он хорошо видел активную маскировку даже без включения подавления. Сама функция подавления создавала импульсное излучение, нейтрализующее энергетическое поле стелса и хамелеона, делая их видимыми для обычного человека. Но! Главное, был способ обойти работу и активного, и пассивного обнаружения, поставив стелс-костюм в «тихий режим» с минимальным энергопотреблением. Сама функция невидимости падала до минимума и теперь была больше похожа на хамелеон с его размытым изображением. Такая функция доступна только на стелс-костюме как на более продвинутой версии личной одежды. Как говорится, знай врага своего.

Удивили и дроны – подавители электроники. В базовой версии они нарушали работу всей электроники, включая телевизоры, телефоны и ручной станер. При установке модификации на мощность нарушался ход тока в электропроводке и переставал работать гравикар с ручным пульсаром. Проще говоря, подавитель начинал пробивать легкую защиту. При второй модификации, аж за пятьдесят Очков сущности, подавитель мог вырубать даже аэрокар и другие дронов. Третья модификация открывала функцию «нейтрализации сильных токов». Напрочь переставало работать все, что попадало в область воздействия подавления. Провода не грелись, а техника будто погружалась в зону смерти. К счастью, само подавление не убивало живых существ. В теле человека тоже проходят токи, отвечающие за работу нервной системы. А удивили дроны тем, что они же и защищают от подобного воздействия. Клин клином вышибают.

Дрон-разведчик показывал всю работающую CARD-технику в округе. Каждая модификация была направлена на увеличение радиуса сканирования или на повышение чувствительности сенсоров.

Дрон – подавитель биологической активности – это аналог станера, только с импульсным воздействием и по области. Незащищенного человека вырубал враз. Модификации направлены на увеличение площади покрытия и на «пробивание» защищенных целей.

#6-е сутки после Точки Ноль / Спустя 83 дня после событий на стадионе «Гнездо»

Лос-Анджелес, хоспис Святого Иосифа. Шестой специальный отдел Агентства Национальной Безопасности США

Видя толпу людей, стоящих у ворот хосписа, Ноэми Торес нехотя отвернулась. Слишком много надежды в этих взглядах. Контроль прессы в нынешнем деле сработал из рук вон плохо. Эффект сублимации между волной исцеленных по всему западному побережью США (Калифорния) и нынешней ситуацией в хосписе Святого Иосифа породил вторую и третью волны, каждую больше предыдущей. То, что власти пытались скрыть в СМИ, опасаясь паники и волны агитаторов, просачивалось как вода сквозь камни, через телефонные разговоры, СМС и сарафанное радио. Люди стремились делиться своей радостью. Правда, как песок, уходила сквозь руки, продолжая течь, порождая все новые и новые волны. Ситуация начала выходить из-под контроля на пятые сутки после событий Точки Ноль, когда перед воротами хосписа, куда уже дважды приходил Сиятельный, появились первые просители. В третий раз за неделю хоспис почти полностью обновил список пациентов, несмотря на прямое заявление главврача, что вероятность третьего появления Сиятельного в его заведении минимальна. Однако люди все равно шли и занимали все доступные койки, соглашаясь и на места в коридоре.

Шон Прайс, тяжело дыша, стоял у входа в хоспис, прислонив голову к холодной стене здания.

– Я не могу там больше находиться. Там постоянно кто-то кричит от боли.

– Если обернешься, увидишь еще больше неприятного. За воротами стоят все те, кому внутри не хватило места.

– Жена не поверила, когда я сказал, что нахожусь между молотом и наковальней.

– Да. – Торес помедлила. – Душу здесь знатно перетряхивает. Будто оказалась перед Вратами на небеса.

– Боже, у тебя не характер, а железо какое-то.

– Ты про взгляды? Знаешь, я просто осознала, что эти люди ходят видеть в нас Сиятельного. Узнай они, что мы здесь, чтобы задержать и допросить его, они разорвали бы нас на части. Эту девицу, Маргарет, Чадо Сандрес не только уволил, но и крыл матом так, что его слышали все пациенты больницы. Ее так наказали за простое любопытство. Что будет с нами, догадываешься?

Шон Прайс развернулся и посмотрел на толпу перед воротами. Уже по меньшей мере двести человек.

– Не хочу даже думать. Живыми нас отсюда не выпустят.

– Даже не думай показывать свое чувство вины перед ними.

К делу о Сиятельном подключились еще две команды. Одна направлена директором ФБР из-за связи с первой волной исцеленных. Вторая – директором ЦРУ из-за обнаружения аналогичных инцидентов, но в сотни раз меньше, по всему миру. К счастью, люди охотно делились тем, кто их привел на лечение и кого они потом сами порекомендовали.

Шон сел на скамейку, стоявшую прямо перед входом в хоспис.

– Как дела у стажеров, привлеченных из Академии?

– Сидят на обзвоне. – Торес нахмурилась, представляя себе эту сцену. – Некоторые свидетели заявляли, что видели Сиятельного лично, когда тот наведывался на базу. Он лично инициировал новых агентов. Цепочка, образовавшаяся меньше чем за два месяца, так велика, что концы ищут до сих пор, целым отделом обзванивая «потерпевших». У парней, занятых этим делом, уже уши отваливаются слышать благодарности Сиятельному. Девушек все чаще прошибает на слезы. Сидят довольные, улыбаются, забывая, где и зачем работают.

– Они еще не видели настоящего дела с трупами. Знаешь, после стадиона меня уже мало что удивит.

Прайс все же решился на секунду обернуться, поймав при этом взгляды толпы. Надежда! Не выдержав давления, он отвернулся. А Торес продолжала всматриваться в толпу, ища нарушителя, который мог вернуться на место преступления, смешаться с толпой и сейчас наслаждаться результом своих действий.

– Прайс, у девочек все впереди. Поиски основателей упрощает внутренняя система связи с ID. Чем меньше номер исполнителя, тем ближе он был к началу всей этой истории. Удалось уже найти все фирмы, на которых числилось аж четыре тысячи работников, нанятых на короткий двухмесячный контракт. Налоги, санитарные нормы, зарплаты – все сделано в кратчайшие сроки с рядом мелких нарушений закона. Вчера нашли и тех, кто из кучи наличных денег делал кучу чистых безналичных, осуществляя переводы на счета фирм. Судя по информации от курьеров, по меньшей мере втрое большие суммы переправлялись куда-то в другое место. Концы по этому направлению все еще ищут.

Шон кивнул, доставая пачку сигарет из кармана. Торес ловко выхватила пачку, сжала в руке и выкинула в урну. Прайс уже привык к этой черте своей напарницы. Она не выносила запах дыма.

Торес спросила:

– Хорошие новости есть?

– Да. Удалось найти и идентифицировать людей с ID от HU04856-5 до HU04856-22. Все поголовно бывшие военные, которых сейчас перевезли в Словению (Центральная Европа) в одну из стран, не экстрадирующую преступников в США. Все работают в частной охранной фирме «Бескровные». Они знали, что за ними придут. Поэтому заранее с семьями перебрались подальше.

– Богатые нынче военные. Сколько же денег во все это дело вложили?! Дома, люди, фирмы, миллионы и миллионы долларов. Уже известый размах поражает.

Торес не торопилась с ответом. Слова имеют цену, и произносить их нужно тогда, когда необходимо. Сейчас не было смысла продолжать этот диалог. Ее женское чутье подсказывало, что напарник стал отдаляться и что-то сильно недоговаривает. Учитывая суммы и события, возможно вообще все. От банального подкупа до болезни, о которой он умалчивает.

По этой же причине Торес не стала рассказывать, что ей удалось поднять записи с телефонных вышек в примерный день инициации Лукаса Пейджа с ID HU04856-5 из квартала, где тот жил до недавнего времени. Был звонок с одноразового телефона в Сиэтл на защищенную правительственную военную линию связи. Кому-то, имеющему деньги, власть и связи с военными. Три слова, идеально описывающие потенциальных лидеров группировки подобных масштабов.

Еще раз оглядев толпу за воротами, девушка наконец приняла решение.

– Он не придет. Поищем его в другом месте. Есть еще три спецшколы и пара больниц, которые могут его привлечь.

***

# 6-е сутки после Точки Ноль. Ночь / Спустя 83 дня после событий на стадионе «Гнездо»

Лос-Анджелес, частная больница Сан-Валентайн, специализация на пациентах с тяжелыми травмами конечностей

На втором этаже в палате номер семь не шевелясь лежало шесть пациентов. Они дышали, моргали, но не могли двигаться. В области чуть ниже кадыка виднелся разрез, повредивший им голосовые связки. Одна из коек вся была залита кровью того, что когда-то было целым пациентом. Теперь же… теперь на кровати лежали куски нарезанной плоти. В воздухе витал запах мочи, пота и спекшегося мяса.

Во тьме ночи из ниоткуда возник короткий клинок, покрытый плотным синим пламенем. Он начал медленно опускаться, калеча следующего пациента. Тело дергалось, но не могло пошевелиться и убежать от невидимого убийцы.

– Девять-девять-три-пять-семь… когда ты придешь… я тебя съем.

Голос неизвестного раздавался прямо над койкой с дергающимся телом пациента. В этот момент в палату вошла медсестра. Пламя силового клинка дернулось и застыло в воздухе на секунду. Девушка, увидев кровь и разделанное человеческое тело, закричала от ужаса. Впав в ступор, она не подумала позвать на помощь. Спустя несколько секунд неизвестный убийца нанес ей удар клинком от плеча до пояса. Крик мгновенно стих, но внимание она привлечь успела.

– Хм! Тварь! – Неизвестный пнул труп и вышел в коридор. В его сторону бежала пара медбратьев.

Убийца улыбнулся, встал в позу мечника, готовящегося нанести удар. Он уже представил, как убьет еще двух людей одним ударом. В этот момент медбратья наткнулись на какое-то невидимое препятствие и упали на пол. В коридоре из невидимости показался боец в силовом экзодоспехе с дроном над левым плечом. Убийца растерялся. Кем бы ни был этот неизвестный, его броня точно выдержит атаки его силового клинка. В этот момент за спиной убийцы из невидимости вышел второй боец, с которыми они чудом разминулись, когда тот выходил в коридор. Боец схватил убийцу за руку с оружием и без сожалений сломал ее одним движением, дробя кости.

– А-а-а-а! Моя рука!

– Попался, ублюдок!

Убийца пытался вырваться, но чем больше он дергался, тем больше боли ему это приносило. А бойцам было наплевать на него. Один из них на всякий случай схватил убийцу за вторую руку и повторил действие, сопровождаемое хрустом костей. Крик боли повторился.

Первый боец, наставив оружие на пойманного, переключил своего универсального дрона на импульсный режим обнаружения замаскированных объектов и начал медленно подходить к напарнику.

Убийца кричал от боли. Его пинком поставили на колени. Второй боец прошел до палаты, зашел внутрь и проверил характер ран на трупах. Осмотрел и других раненых пациентов. Затем вернулся в коридор. Пойманный CARD-пользователь заговорил.

– Ублюдки! Как вы посмели так поступить с моими божественными руками! Господь направил меня! Господь дал мне силы карать зло в любом его обличии.

Второй боец приложил к уху руку.

«База, это Икар, как слышно, прием».

– Я избранный!

«База на связи, прием. Икар, слышу вас хорошо».

– Патруль на точке W8. Обнаружен объект, подходящий по описанию на события из Сан-Франциско. Два двухсотых, один тяжелораненый гражданский и четверо легко раненных. Объект нейтрализован, пока жив. Он тут шум поднял.

Убийца уже понял, что его опознали по следам, оставленным в Сан-Франциско. Двадцать семь жертв с аналогичными травмами и способом убийства.

«Говорит База. Подтвердите тип браслета у объекта».

Первый боец, не церемонясь, вывернул сломанную руку и снял манжету стелс-костюма с браслета. Тот имел круглую форму без видимых граней.

«База, тип браслета – военный. Повторяю, у объекта тип браслета – военный. Дроны-помощники не обнаружены».

«Принято, Икар. Другой активности не обнаружено?»

«Нет, тишина. Не считая странной жары даже в костюме, тут никого».

«Пакуйте объект и доставьте его на базу. Фиксируем переговоры на частоте полиции. Покиньте точку патруля. Конец связи».

«Конец связи».

Переключив дрона в режим кибердоктора, боец с позывным Икар вколол снотворное в шею маньяка. После чего представители «Храма Душ», прихватив маньяка, покинули территорию больницы.

***

# 6-е сутки после Точки Ноль. Ночь / Спустя 83 дня после событий на стадионе «Гнездо»

В это же время

Как бы это сказать помягче. Это было действительно страшно! Пожалуй, такой страх я в последний раз испытал, когда касался руками капсулы с ядерными отходами. Еще в момент прихода в эту больницу я предполагал, что меня кто-то может поджидать на месте. Поэтому перевел стелс-костюм в «тихий режим», а у меддронов снял четвертую модификацию на ДНК-диагностику, заменив на модуль снижения электромагнитных излучений. Одного меддрона заменил на разведчика и тихо прокрался в первую палату. Восстановление конечностей занимало гораздл больше времени и ресурсов картриджа.

Сидел и буквально всеми фибрами души чувствовал, что поблизости находилось несколько других пользователей. Может, это то самое добавленное чувство, о котором говорилось в сообщениях? Я мог точно сказать, что их несколько. Два на втором этаже. Один ходил со второго на первый и обратно, патрулируя здание. Страшно, черт возьми. Я будто делал что-то противозаконное. Опасность велика, я даже с пациентами не общался. Просто лечил и шел дальше.

Когда закончил с пятой палатой, тройной запас картриджей уже был на исходе. Сверху раздался крик, потом что-то упало, и я почувствовал что-то. Все трое неизвестных собрались в одном месте. На первом этаже дежурный поднял трубку и позвонил в полицию. Да, камеры тут повсюду. Странное чувство из места, где раздался крик, никуда не делось. Оно просто замерло на месте, с каждой секундой заставляя обращать на себя все больше внимания. Когда неизвестные ушли, напоследок оглушив дежурного, я поднялся, пытаясь понять, что же это за чувство.

Смерть…

Вот что это было.

На полу палаты лежала девушка. Медсестра, судя по одежде. Глубокая рана со спекшимися краями через все туловище задела стенки сердца, не оставляя шансов на выживание. Мозг без доступа кислорода умирал в течение пяти минут. Прошло около трех-четырех.

Надо действовать быстро.

– Меддрон №1, режим диагностики. Предложить варианты лечения.

При голосовом управлении получалось работать примерно на 50% быстрее. Названный дрон вышел из невидимости, сразу проводя сканирование тела. На экране браслета выскочило личное дело с результатами.

«Обширная травма грудной клетки. Травмированы внутренние органы: легкие, сердце, желудок, печень, кишечник, матка, яичники…»

«Рекомендуется срочно провести предоперационные меры: восстановить подачу крови, насыщенной кислородом, в область ЦНС. До точки невозврата 45 секунд… 44… 43…»

– Провести предложенные предоперационные меры.

«Внимание! Недостаточно медикаментов в картридже дрона. Рекомендуется задействовать имеющиеся дроны в режиме сплит-системы».

С таким предложением я впервые сталкивался. И так можно?

– Меддроны с первого по шестой задействовать в режиме сплит-системы для лечения пациента.

Удивительно и по-своему божественно. Кибермедики образовали собой круг, объединившись кабелями, выдвинутыми из основания дрона. Поверх него ставились все медицинские картриджи. Десятки разных манипуляторов проводили лечение одновременно, расходуя те остатки, что были у каждого из дронов. Рану залили серебристой массой медицинских нанитов, а в область артерий на шее, слева и справа сделали довольно большой укол, от которого шея едва заметно распухла. Понятно, это некое средство поддержания жизни в мозге, когда тело уже фактически мертво.

Передо мной творилось нечто удивительное. Температура воздуха вокруг поднялась градусов до сорока, дроны пыхтели, тихо жужжа манипуляторами, а страшная рана на груди прямо на глазах начала зарастать. Эту женщину буквально доставали с того света.

Пару медбратьев я вырубил станером, чтобы не мешали. То же случилось и с парочкой, поднявшейся на шум с первого этажа. Жарко! Черт возьми! Когда на второй этаж поднялась пара копов, пришлось вырубить и их.

Спустя двадцать минут дроны закончили операцию, напоследок хорошенько тряхнув медсестру электроразрядом. Сердце запустилось, она резко вздохнула, широко открыла глаза. В этот момент дроны вкололи ей снотворное. После такого требовался хороший отдых.

Уф… это была реально опасная операция. Дроны ушли обратно в режим невидимости. Выходить пришлось уже с активированным на максимум стелсе под прицелами пистолетов копов, которые ждали приезда спецназа. Стандартный протокол. Когда одна команда патрульных перестает отвечать на вызов, приезжают две другие, берут место пропажи в оцепление до приезда команды спецназа.

Но черт возьми! Мое желание творить благо становилось откровенно опасным занятием. В следующий раз мне может и не повезти обнаружить потенциального врага первым.

***

# 7-е сутки после Точки Ноль. День / Спустя 84 дня после событий на стадионе «Гнездо»

Лос-Анджелес, частная больница Сан-Валентайн, Агенты АНБ Ноэми Торес и Шон Прайс

Торес устало потерла лицо. Еще одна ночь без сна и еще один инцидент. Тридцать два тяжелых пациента с восстановленными конечностями. Медики разводили руками, пытаясь удержать людей от попытки испробовать новое приобретение. Одни радовались как дети, другие горевали, что им не досталась помощь. В этот раз с ними никто не общался, но этого и не требовалось. Слух о Сиятельном докатился и до этой больницы. Они и так знали, кто приходил в больницу ночью.

У Прайса сработала чуйка на изменившееся настроение Торес, и теперь он всячески пытался завоевать ее доверие.

– Я проверил показания потерпевших. Выжившие утверждают, что сразу после отбоя их парализовал невидимка, а потом травмировал им голосовые связки странным оружием, оставляющим ожоги на ранах. Погибшего звали Роберт Толсен. Случайная жертва на первый взгляд. Второй раненый едва не умер от потери крови. Андрей Ско… Ско-ро-хо-дов. Боже, ну и фамилии у этих русских. Связи с Сиятельным пока не обнаружено. После прихода медсестры в коридоре была какая-то потасовка. Крики про божественного избранного запомнили все, кто был в палате. Упоминаются также слова «база» и «икар». Копы сейчас восстанавливают весь диалог.

– Понятно.

– И все? Тебя совсем не удивляет медсестра, которая утверждает, что ее вернули к жизни?

Торес обернулась и зло посмотрела на напарника.

– Представь, что произойдет, если это станет достоянием общественности. Сиятельный вернул к жизни мертвого человека. Нас разорвут в клочья, если мы попытаемся его задержать.

– Стоп! Хватит отвечать так сухо! С медсестрой я уже поговорил и все объяснил. Ее переведут в больницу Бостона и попросят помолчать годик-другой.

– Знаю, я уже поговорила с ней.

Прайс встал в проходе, не давая Торес пройти.

– Брось. Поговори со мной, Ноэми.

– О чем? О том, что ты о чем-то умалчиваешь? У тебя прямой приказ от директора по этому делу? Ты поэтому такой нерешительный? Или о том, что здесь побывали по крайней мере три независимые силы, о которых мы ничего не знаем?

Шон не улыбался. Его лицо будто застыла. Так иногда злились взрослые умные люди.

– У меня есть идея получше, мисс Торес. Поговорим о звонке в Сиэтл? Как тебе? Ты мне о нем не рассказала. Судья Касински уже отказал тебе в ордере на прослушку. Сказал… Как там? «Слишком хлипкие доказательства».

Удар под дых, и Прайс упал на пол.

– Ты меня прослушиваешь! На кого ты работаешь?

Шон, приняв сидячую позу, рассмеялся.

– Не поверишь! На правительство! У них были подозрения, что кто-то из Бюро сливает информацию. Поэтому они начали проверять всех, начав с самых подозрительных.

Думали, Сиятельный или его пособники сами из Бюро?!

– И все? Только из-за того, что я мексиканка, они решили, что я скомпрометирована?

– Я выполняю приказы, Торес. Только и всего. Ах да! Я отследил тот звонок. Имя твоего абонента Генри Элдридж, один из основателей частной военной компании «Четвертые Врата». Судя по разговору, звонок шел его секретарю. Звонил Лукас Пейдж.

Ноэми не стала подавать руку, помогая подняться. Интуиция копа, а не женщины, не успокоилась. Прайс не сказал сейчас всей правды.