Текст книги ""Фантастика 2024-67". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Ерофей Трофимов

Под ногами взметнулись небольшие клубы дыма. Я резко отскочил в сторону и взмахнул мечом, отражая возможную атаку. Атаки не последовало, зато сквозь дым провалилась одна из фигур, нападавших на Арису. Вскоре стон второго противника дал знать, что плато свободно.

– Как успехи? – донесся до меня голос Арису.

– Всё норм. Митсэру даже пикнуть не успел, – ответил я.

– Подожди, а что с твоим лицом? – удивленно проговорила Арису.

– Ой, – только и ответил я. – Сейчас…

Пришлось напрячься и заставить своё лицо принять прежний вид.

– Ты ноппэрапон? – присвистнула Арису.

– Пусть это будет нашим маленьким секретом, – пробурчал я в ответ.

– Помогите-е-е, – донеслось снизу.

Я тут же выглянул за порог – внизу сэнсэй сражался сразу с тремя ниндзя. Арису тут же метнула вниз сюрикены и кунаи, а я тем временем скользнул по лиане вниз.

На этот раз Земляной Меч оказался как нельзя кстати. Мы с Норобу вступили в бой с превосходящими силами противника, но за три секунды сравняли количество. Когда же вниз спрыгнула Арису, то и вовсе противникам пришлось несладко.

Мечи вращались в воздухе, рассекая ветер, и сталкивались с такими же мечами. Искры сыпались на вытоптанную траву, но не успели тухнуть, как на их смену возникали новые. Я бил, блокировал, снова бил, ускользал и пытался огреть нападавших как следует.

Было не до оммёдо – сыплющиеся удары не позволяли взять передышку хотя бы на секунду.

Мы сражались против двоих, но эти двое не давали нам спуска. И не дали бы и дальше, если бы не попавшийся под ногу камень. Я поскользнулся и рухнул вперед.

Неожиданным выпадом мой меч проломил защиту одного из нападавших. Земляной Меч вонзился в грудь противника и застрял там. Я оказался без оружия.

Человек с мечом в груди чуть удивленно посмотрел на моё оружие, перевел взгляд на меня. Я пожал плечами, мол, бывает, чо уж тут…

После этого колени противника подогнулись, и он рухнул на скалистый выступ. Против нас остался всего один нападавший. Этот человек сразу же дернул маску с вырезом для глаз с лица, и на нас взглянуло знакомое лицо Шизуки.

– Хм, а я думал, что моё снотворное будет сильнее, – проговорил Норобу.

– Ты ошибся, Норобушка, – чуть ли не пропела она. – Когда я поняла, ЧЕМ ты меня напоил, то тут же приняла противоядие. Но всё-таки часть попала внутрь и я едва не проспала всё веселье…

– Ты та, кого сейчас зовут Шизуки Исикава, – подала голос Арису. – И я узнала тебя – ты предала свою деревню…

– Я никого не предавала. Я всего лишь хотела жить обыкновенной жизнью, а не тратить её на убийства и шпионаж. Уйти из деревни небесного огня просто так было невозможно, вот и получилось, что ради спасения жизни одного человека нужно было сотворить так много смертей… И знаешь… Я ни капли об этом не жалею, – улыбнулась Шизуки.

– Ты поплатишься за это, тварь! – воскликнула Арису.

Она подняла ниндзято и бросилась на свою заклятую противницу.

Снова запели клинки, рассекая воздух. Две последние жительницы деревни небесного огня закружились на краю глубокой расселины. Мы с сэнсэем отскочили в сторону, чтобы не попасть под крошево танца мести.

Арису отскакивала, прыгала вперед с атакой, а после уклонялась с контратакой. То же самое делала и Шизуки. Казалось, что они двигались симметрично и уже знали – куда ударит противница, а где поставит блок.

Этот танец завораживал. Отточенность движений, просчитанные удары, вовремя выставленные блоки – всё это настолько затягивало, что мы могли бы стоять вечность, наблюдая за подобным представлением.

Арису перекатилась через себя и ударила снизу вверх мечом, а Шизуки блокировала, скользящим движением ушла на полшага в сторону и рубанула наискось. Арису подставила меч и тут же сделала подсечку. Шизуки взлетела в воздух и, вытянувшись в струнку, ткнула мечом вниз. Снова блок, удар и снова кружение…

Не хватало только музыки Хачатуряна для этого действия.

Впрочем, как бы долго оно не длилось, конец всё равно пришел. Арису явно на что-то решилась, потому что завертела мечом над головой, как будто косплеила вертолет, и ринулась на Шизуки. Та увернулась и ткнула в незащищенный живот Арису.

Пробила…

Арису остановилась, как будто напоролась на каменную стену, а в следующий миг опустила руку. Меч пронзил плечо Шизуки и ушел глубоко в женское тело.

Две фигуры застыли на краю обрыва, глядя в глаза друг друга. Они прижимались друг к другу, как будто два любовника в страстных объятиях.

– Вот же гадство, – проговорила Шизуки.

– Деревня небесного огня отомщена, – выдохнула Арису.

Они покачнулись. Я дернулся было вперед, но рука сэнсэя перехватила мой локоть. Он покачал головой.

Мне оставалось только наблюдать, как две женщины из одной и той же деревни ещё два раза пошатнулись, всё с той же ненавистью глядя друг на друга, а после Шизуки наклонилась вправо и рухнула в пропасть. Рухнула, увлекая Арису за собой.

Через долгий период времени, почти что целую бесконечность, внизу раздался всплеск воды.

Сэнсэй вздохнул, а потом нажал на рычаг, замаскированный под корень растения. Сбоку скалы выдвинулись небольшие каменные плиты, создавшие тропинку над пропастью. По ней мы двинулись в обратный путь. Как оказалось, эта тропинка была нужна для тех, кто завалил экзамен. И активировать его можно было только с этой стороны. Как только мы прошли половину пути, так плиты сразу же стали втягиваться назад, принимая обычный вид скалы.

Малыш Джо оказался на месте. Он мотал по сторонам головой и ужасно обрадовался, увидев нас.

– Почему ты мне не дал спасти Арису? – спросил я, когда уселся в машину.

– Потому что Шизуки пронзила ей сердце. Они обе были мертвы, – со вздохом произнес сэнсэй.

– А откуда взялась Шизуки? Она же не могла пройти мимо Малыша Джо?

– У неё был другой ход… Неизвестный для нас. Вот из него она и выскочила с теми наблюдателями, каких смогла найти.

– А чего ты там кричал? «Спасите-е-е»?

– Да ну, тебе показалось. Или это кричал один из нападавших, – презрительно хмыкнул сэнсэй. – Чтобы я такое ляпнул? Ну и за кого ты меня держишь?

– За самого смелого и самого умного, – ответил я.

– Вот то-то, – криво усмехнулся Норобу, не заметив сарказма.

Глава 26

– Что-то слишком просто всё с главой деревни получилось, – произнес я, когда мы въехали в Токио.

– Думаешь, что убил его и всё? – хмыкнул сэнсэй. – Нет, тут что-то не то…

– Ну да, был Истинный Взгляд, но…

Я надел чужую личину

но я пустил его по ложному следу. А так… Никаких громов и молний. Просто умер старик от укуса змеи, да и всех дел… Прямо как-то всё обыденно, как будто не могущественного главу деревни ниндзя завалил, а какого-то дедка из дома престарелых.

– Ты и таких убивал? – поднял бровь сэнсэй.

Я вспомнил Козыря, престарелого вора в законе, который выглядел даже старше Митсэру, но всё никак не уступал дорогу молодым волкам. Он жил так, как будто и не собирался умирать, менял любовниц, любил дорогие машины и хорошие гостиничные номера. Обожал вкусно поесть. Вот только рыбья кость, застрявшая в горле, помешала ему с почетом перешагнуть девяностолетний рубеж. Надо ли говорить – кто помог этой кости оказаться в морщинистом горле?

– Всякое бывало, – уклонился я от ответа. – Всего и не упомнишь.

Когда вернулись домой, то первым делом наткнулись на вопросительный взгляд Киоси. Рядом с ним на порожке сидел Ленивый Тигр и старательно прикладывал пакет со льдом к правому глазу. Во дворе царил беспорядок и даже куски поломанной мебели.

Похоже, что проснувшаяся Шизуки была не в духе…

– Всё прошло нормально, – ответил я на безмолвный вопрос Киоси. – Отцу Малыша ничего не угрожает.

– А нам? – подал голос Тигр.

– Нам тоже, – буркнул сэнсэй. – Хватит изображать из себя умирающего лебедя… Бегом за саке, лоботряс!

– Я пытался остановить… – начал было Тигр.

– Второй раз я могу повторить только в оставшееся ухо, – наклонил голову сэнсэй.

– Какое оставшееся ухо? – не понял Тигр.

– А это сам выберешь – правое или левое, – почти ласково заметил Норобу.

Всего две секунды понадобилось Тигру, чтобы пропустить сквозь себя информацию. Третья секунда застала его мчащимся к машине. Он прыгнул на водительское сиденье, оттолкнув Малыша Джо. Выдав клуб дыма, машина отправилась по указанному адресу. Малыш только покачал головой, глядя ей вслед.

– Всем остальным три дня не приближаться к дому, – сурово потребовал Норобу. – Сэнсэй грусть грустить будет. От грусти могу и зашибить ненароком…

– Может быть чего-нибудь надо? – спросил Малыш. – В благодарность за спасение отца…

– Надо свою рожу мне не показывать, а то я услуги пластического хирурга могу произвести… Без наркоза.

– Но… – начал было Киоси.

– Ещё раз вякнешь и вообще из образа ободранной собаки не вылезешь, – пригрозил Норобу.

– Сэнсэй, – тихо окликнул я его. – Ребята же не виноваты в том, что случилось. Не стоит огрызаться на них.

– А я ни на кого и не огрызаюсь, – как-то подсдулся сэнсэй. – Всего лишь прошу оставить меня в покое.

– Может быть мне остаться с тобой?

– Ну и на хрен ты мне сдался? Я сейчас лучше Мизуки позвоню – с ней всё же веселее грустить…

Так и порешили – Тигр притащил три бутылки саке, был награжден оплеухой и послан ещё за тремя с напутствием переломать в следующий раз ноги, если принесет так мало. Мизуки сначала побурчала на то, что её разбудили ни свет, ни заря, но, когда услышала ПО КАКОМУ ПОВОДУ, то сразу же принеслась. Следующие три дня из дома сэнсэя раздавались пьяные песни и различные воспоминания.

Железобетонный старик дал слабину.

Что же, и на старуху бывает проруха. Мы с Киоси на это время остановились в гостинице. Иногда наши телефоны передавали нам полупьяный бубнеж и признания в любви, мол, мы «хоть и засранцы малолетние, но за нас любого на суши…»

Да уж, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. С одной стороны было приятно такое слышать, а с другой… Достал хуже пареной редьки! Через день я даже заблокировал номер сэнсэя, но коварный старик начал звонить с телефона Мизуки, а не брать трубку при звонке вакагасиры нельзя – можно нарваться на крупные неприятности.

Приходилось в очередной раз выслушивать пьяные признания.

Ну, а тем временем приближался очередной турнир «Черного кумитэ». Бой, в котором была приготовлена какая-то ловушка. У меня было достаточно времени, чтобы сложить все плюсы и минусы этого предприятия. Получалось, что то самое предсказание, о котором твердили большевики… то есть о котором твердили все подряд, свершится в этом бою и меня убьет кицунэ…

Вот тут-то у меня и появился план, как можно и рыбку съесть, и… никуда не садиться!

Я взвесил все «за» и все «против», после чего решил сделать так, как вы увидите в дальнейшем. Если Сэтору мне приготовил какашку, то я, в свою очередь, приготовлю для него заполненную до краев цистерну ассенизаторской машины.

И пока сэнсэй топил своё горе в саке, я начал действовать.

В первую очередь, я подкинул обездоленным ниндзя деревни небесного огня информацию о том, где Сэтору Мацуда собирает своих верных приспешников. Сделать это было легко – на крыше господина Абэ в ночь нашего возвращения всё ещё мирно посапывал один из наблюдателей. Положить ему в карман записку с указанием нужного офиса Хино-хеби-кай было легким делом даже для Киоси. Наблюдатель так и не проснулся, а клан деревни, скрытой в бамбуке, получил нужную информацию.

После этого я собрал всех господ аристократов, чьи дети пали жертвами медикаментов господина Ицуми. Я описал им самого главного врага и его злодеяния. Да, чуточку добавил красок для образности, но получилось очень даже неплохо. И все осиротевшие отцы получили приглашение поучаствовать по мере сил в операции против Сэтору Мацуда и клана якудза.

Они колебались недолго. Кивки были мне лучшим ответом, после чего я выложил свой план по нападению на офисы Хино-хеби-кай. Отцы-аристократы внесли свои корректировки, я поправил в ответ и наш разговор затянулся на весь вечер. Зато семь офисов Хино-хеби оказались под прицелом. И через два дня после «Черного кумитэ» они будут атакованы.

Я смог добиться встречи с оябуном Сато. Он осведомился о состоянии сэнсэя, на что я ответил правду: «Пьёт и писает!» Оябун покачал головой, а потом спросил о моем походе против ниндзя. Я выложил всё, как есть. Даже ни капли не соврал. И уже после того, как мы пообщались на тему деревни, скрытой в бамбуке, я ещё раз уточнил и скорректировал ударные части Казено-тсубаса-кай, которые должны будут ударить по оставшимся офисам Хино-хеби.

Мы договорились на то же самое время, в какое поступят сигналы для аристократов. Понемногу капкан вокруг клана Мацуды затягивался. Я решил подпустить ещё немного мистики и ужаса – всё-таки я остался должен Кашима Рейко, женщине без ног. Пусть её свидание с тэнгу и прошло довольно успешно, но должок в виде нескольких трупов я ей должен. Чтобы это не были трупы моих друзей и знакомых, я решил позвонить тэнгу, благо мой телефон всё ещё оставался у него.

Кашима сначала обматерила меня. Ну да, мы с сэнсэем едва не запороли свидание её мечты, но потом-то всё выправилось. Вот об этом я и сообщил бессмертной мстительнице. Наш разговор тоже продолжался не десять минут, но в конце концов она согласилась участвовать в общем веселье. Даже пообещала захватить с собой прыгающих мертвецов.

Вот это была поддержка, так поддержка!

Уж если якудза могут выдержать натиск в виде людей, то разъяренные трупы и скачущая на руках взлохмаченная женщина заставит дрогнуть любое мужественное сердце.

Также я осведомился у своих друзей и одноклассников. Масаши, Исаи и Танака тоже захотели поучаствовать в небольшой войнушке. Им и их слугам тоже нашлось по офису, который нужно было начать громить по сигналу. У моих друзей тоже нашелся зуб на Мацуду.

Ещё на меня вышли старички из «старой гвардии». Они уже были в курсе происходящего, да к тому же сам Дзун Танагачи позвал их выступить против оммёдзи Хино-хеби, а от такой чести не принято отказываться.

Похоже, что скоро Токио содрогнется от заварушки, которую я планирую. Пусть меня и убьют на «Черном кумитэ», но моё дело будет жить! А дело Мацуды свернется и накроется медным тазом!

И вы не поверите, кто ко мне явился во сне – сама Оива собственной персоной. Она с улыбкой приветствовала меня и, после небольшой болтовни, тоже намекнула, что хотела бы принять посильное участие. Она выпустила бы десяток демонов, которые забрали с собой пару сотен душ из Хино-хеби. Я с радостью принял её предложение и тоже рассказал про назначенное время и выделил ей места для нападения.

Заодно я выделил немалую сумму на обустройство последней драматической сцены, которая должна будет произойти с Сэтору. Связавшись с компьютерщиками и программистами, я забрал у них заказанный месяц назад предмет. Ребята сработали как надо. Мой план скоро будет готов претвориться в жизнь.

Как только сэнсэй вышел из пьяного пике, я тут же обрисовал ему свой план и он согласился помочь с зельем. Теперь я готов к выходу на «Черное кумитэ»!

Внутри меня бурлило от ожиданий. Даже покалывало кончики пальцев от напряжения. Я ждал последнего боя. А ещё больше я жил ожиданием взгляда, который бросит в последний раз на меня мой ненавистный враг Сэтору Мацуда!

Глава 27

Всё готово. Да-да у меня всё было готово. Пусть я не знал, что приготовил мне Сэтору, но зато знал, что приготовил ему я. Даже если что-то пойдет не так, то всё равно молодой Мацуда лишится своего влияния, а заодно и своего клана.

Сейчас у меня «кони стоят пьяные, а хлопцы запряженные». Давненько я не организовывал такие масштабные операции. Да что там давненько – вообще никогда.

Чувствую, что во мне пропадает стратег и офигенный тактик. Да что там говорить – я специально пустил слух, что планируется нападение на офис Хино-хеби на окраине Токио. Даже если и просочится какая-нибудь информация о грядущем глобальном истреблении клана якудзы, то всё это отнесут к нападению на тот самый захолустный офис.

У каждой отдельной группы нападения была своя цель. Только конкретное место и ничего более. Атака по одному общему сигналу. Одновременно и безжалостно. Пришел, увидел, победил. Всё по Александру Македонскому.

Конечно, «старая гвардия» во главе с Джуном Таганачи взяла на себя оммёдзи клана. Атака там должна произойти самая жестокая – вряд ли обороняющиеся будут считать жертвы, пытаясь сохранить свои жизни. Поэтому веселая пятерка уединилась в жилище Таганачи на целый день, вырабатывая стратегию нападения. Судя по запаху саке от сэнсэя и веселому настроению остальных участников заговора – переговоры прошли хорошо.

День за днем, час за часом финальный бой приближался. Улыбка на лице Сэтору расцветала с каждым проведенным в школе часом. Он был необыкновенно любезен, явно наслаждаясь ожиданием грядущего боя «Черного кумитэ». Мне хотелось подпрыгнуть и пяткой стереть этот радостный оскал. Хотелось, но я терпел.

Друзья восхищались моей выдержкой. Мы пару раз встречались после уроков, чтобы уточнить детали нападения. Исаи даже подпрыгивал иногда от возбуждения – в эти моменты он особенно казался мне ёжиком Соником, готовым сорваться с места.

Кацуми словно чувствовала что-то – я то и дело ловил на себе её печальный взгляд. Я старался ничем не выказывать озабоченность, при ней был улыбчив и весел. Старался не переигрывать, чтобы она не почувствовала фальшь. И всё равно иногда ловил грустный взгляд красивых глаз.

Да, я не забыл про обещание данное мной Кенджи Утида. Напросился в гости к семейству Утида под предлогом передачи книги по боевым искусствам. Когда Кацуми вышла в свою комнату за обещанной книгой, то я поклонился госпоже Утида, извиняясь за грубость, а после обратился Кенджи и попросил его на пару слов. Он без лишних слов прошел к своему кабинету, а я двинулся за ним. В кабинете я быстро описал предстоящее событие, после чего предложил ему принять участие и взять на себя отдельно стоящий офис Хино-хеби.

Надо отдать должное Кенджи – он без колебаний согласился. Сразу уточнил место предстоящей дислокации, время нападения и несколько деталей операции. Я четко ответил на все заданные вопросы и, когда Кацуми вернулась с книгой, мы уже заняли свои прежние места и делали вид, что ничего не случилось.

– Вот книга, – протянула Кацуми затянутую в целлофан рукопись. – Я почерпнула оттуда немало нужных вещей. Думаю, что и тебе она пригодится…

– Конечно пригодится! – весело откликнулся я. – Спасибо огромное, Кацуми-тян! Я обязательно её вызубрю от корки до корки и тогда тебя победю… Побежу… В общем, одолею!

Кацуми перевела взгляд с моего улыбающегося лица на лицо отца и нахмурилась:

– Что вы задумали?

– Что за вопросы, дочь? – ответил вопросом на вопрос Кенджи. – С чего ты взяла, что мы что-то задумали?

– Глядя на ваши лица. Вы как будто приготовили какой-то сюрприз, и что-то мне подсказывает, что этот сюрприз вовсе не будет приятным…

– Не стоит тревожиться, Кацуми-тян. Мы с господином Утида обсуждали размер букета цветов, которые он вынесет, когда ты споёшь свою прекрасную песню, – попытался я изобразить дипломата.

– Я тебе сейчас двоечку пропишу, – нахмурилась Кацуми. – Покажу прием с восьмой страницы книги.

– Кацуми! Не пристало девушке так говорить! У мужчин должны быть свои секреты, – одернула дочь госпожа Утида. – Мы же не расскажем отцу, куда делись его старые латы…

– Ты сказала, что они не выдержали удар Золотой Молнии… – поднял бровь Кенджи.

– Вот и продолжай так думать, дорогой, – обворожительно улыбнулась госпожа Утида.

В этот момент мне подумалось, что я услышал достаточно, поэтому поспешил откланяться и умчался по делам. Последним своим пунктом назначения в грядущей операции, я выбрал посещение бара, где тусовались босодзоку. Да-да, те самые, которые в своё время выказали неуважение моему кафе. Для операции мне пришлось надеть личину их лидера, который сейчас трудился на стройке, принадлежащей якудза.

Сначала мне не поверили, но потом, после нескольких ударов и одной проткнутой вилкой руки, босодзоку признали во мне лидера. Я сказал, что всё это время не просто пропадал, а планировал операцию, и что от четкого выполнения моих указаний, будет зависеть будущее всех членов банды. Простодушных и прямолинейных босодзоку было легко убедить в том, что их всех ждет безбедное существование. Их ждет сколько угодно вина и легкодоступных девушек для подкладывания риса. Их ждут реки золота и жизнь без забот… Правда, для этого нужно всего лишь…

Босодзоку с радостью согласились принять участие в предстоящем приключении. Ещё бы – их лидер вернулся и позвал за собой. Банда снова оказалась на коне. А уж сделать то, что просит лидер… Да они большие преступления совершали, причем порой даже без выгоды. А тут…

Я выпил с ними пару литров пива, а после снова отправился по делам. Большая сеть, наброшенная мной на Токио, начала стягиваться. Осталось только нанести один четко выверенный по всем фронтам удар.

Странно, что молчали ниндзя. Я вылавливал крупицы информации, касательно деревни, скрытой в бамбуке, но ничего не было. Как будто в деревне ничего не случилось. Да, не было наблюдателей, но и не было нападений на Хино-хеби. Неужели ниндзя отказались от мести Мацуде? Неужели я напрасно менял личность на рожу Сэтору? Или они планируют нанести свой удар неожиданно?

Много вопросов, касательно ниндзя, но они пока остаются без ответа. А самому появляться в деревне и пытаться всё узнать было бы верхом глупости.

Сколько бы сказке не длиться, а конец всё равно будет. Вот и настал день «Черного кумитэ». Я на всякий случай попрощался с Норобу, Киоси, Тигром и Малышом. На всякий случай…

Весь день с лица Сэтору не сходила улыбка. Он наслаждался каждой секундой, проведенной в классе. Я даже заметил, что он держал возле глаз небольшое зеркальце – наблюдал за мной. Я ласково улыбнулся в ответ.

Чтобы он мне не приготовил – я приготовил ему гораздо хуже. Причем не только в этой жизни…

Станция, поезд. Всё тот же лимоннорожий мужчина-проводник. Опять автомобиль и уже знакомое поместье. То самое место, где мне предстоит умереть…

И, в лучших законах жанра, меня провожают не на скользкий путь, ведущий на Арену Смерти, а в уже знакомую комнату. Когда-то здесь сидел комиссар Мацуда, отец Сэтору. Он тогда лучился самодовольством и был рад видеть моё унижение. А сейчас за кофейным столиком восседал сам Сэтору.

Парадное кимоно, расшитое золотой нитью, должно было внушить своим видом трепет и страх. Ну да, вышитые на черном поле тигры были как живые, особенно когда Мацуда шевелился, чтобы поднести к губам чашку чая или же откусить кусочек рисового пирога.

– Вот и на хрена ты напустил пафоса? Думаешь поржать от души? Твой папашка сделал так и где он теперь? – спросил я прежде, чем Сэтору открыл рот.

– Я решил в последний раз взглянуть на своего заклятого врага, – ответил Сэтору. – Решил взглянуть прежде, чем твои кишки расползутся по арене.

– Теперь меня ждет получасовой монолог главного злодея? – спросил я. – А что – в хреновых фильмах без этого никак.

– О чем ты?

– О том, что каждая мстительная сопля упивается собственным превосходством. Но делает это ровно до той поры, пока герой не заставляет злодея нажраться вдоволь собственным дерьмом! И я думаю, что ты нажрешься от души…

– Да? – улыбнулся Сэтору.

– Манда, – огрызнулся в ответ.

– Вот про неё-то мы и поговорим, – хмыкнул Сэтору и вытащил из кармана небольшой черный пульт. – Это заветный ключик от ошейника нашей дорогой Шакко Дзинко. И этот заветный ключик всегда со мной. Всегда…

– После этого боя Шакко засунет тебе этот ключик в вонючую скважину…

– Да? Может быть, но только ты этого уже не увидишь, – расхохотался Сэтору. – С Арены выйдешь либо ты, либо твоя подруга…

– Ты так думаешь? А как же наш договор, скрепленный Дьявольским Шаром?

– А он не будет нарушен. Всё будет так, как мы договаривались. Но я припас небольшой сюрприз… Уверен, что он тебе понравится.

– У меня для тебя тоже кое-что припасено…

– Нападение на офис? О-о-о, это так нелепо, – усмехнулся Сэтору. – Десяток мертвых слуг большой роли не сыграют.

– Ты… Ты об этом знаешь? – я постарался сделать настолько озадаченную рожу, насколько это представлялось возможным.

– Ну неужели ты думаешь, что у меня нет глаз и ушей в Токио? Да твоё нападение всего лишь капля в океане моей империи. После твоей смерти я начну наступление по всем фронтам. Останется всего один клан якудза, а остальные… Остальные либо сольются с моим кланом, либо будут уничтожены! Только Хино-хеби-кай будет главенствовать в Токио! Сначала столица, а потом и вся страна!

– Ты псих, – покачал я головой. – Такой же припизднутый, как и твой отец.

– Мой отец… – улыбка Сэтору чуть померкла. – Увы, он не смотрел настолько далеко. Ему хватало небольшой группировки, но мне этого мало! Я должен стать королем преступного мира! И никто мне не помешает! Никто!

– Кроме одного хинина, – скромно заметил я.

– Ты? Хинин, мерзкая кровь… Я ненавидел тебя с самого твоего поступления в школу. Ты был таким тихим, вежливым, скромным! Я возненавидел тебя сразу же! Ты грязь под ногами аристократов! И эта грязь посмела подумать, что может сравняться с особами древних родов? Да я помню своих предков до седьмого колена, а ты? Что ты знаешь о своих предках?

– Только то, что им не повезло родиться не в той семье, – пожал я плечами. – Если бы ты родился хинином, то…

– Я не мог родиться этой мразью! Я существо высшего порядка!

Всё-таки у меня получилось вывести Сэтору из себя. Он покраснел, а его правая ладонь смяла рисовую булочку.

– А между тем твой папашка сказал, что в твоих венах течет кровь хинина. Что у твоего деда перец не стоял, и он воспользовался услугами «мрази».

– Ты всё лжешь!

– Да мне насрать, что ты думаешь об этом, – пожал я плечами. – Я могу сейчас помереть, так что врать мне нет смысла.

– Ты хочешь ужалить меня побольнее! И от этого я ещё сильнее ненавижу тебя. Ведь это не отец отдал приказ уничтожить тебя, а я! Я отправил троих убийц, чтобы они расколотили вдребезги твою рожу, а особенно твою дрянную татуировку! Да, ты удивил меня тогда, когда убил их…

– Значит, это ты меня заказал…

– И не просто заказал, а ещё внушил своему отцу мысль, что он ненавидит тебя. И ещё больше я удивился, когда ты смог одолеть папу…

– Вот, всё-таки не можешь ты обойтись без пафосных речей, – вздохнул я. – Может, не будешь рассказывать мне про своё удивление и про свои интриги? Мне абсолютно насрать на них…

Сэтору вздохнул и выпустил воздух:

– Что ты за человек? Даже не даешь мне насладиться победой над ненавистным хинином. Ладно, я с удовольствием посмотрю на то, как ты будешь умирать на Арене Смерти. Ты же не сможешь выступить против своих принципов…

– О чем ты?

– А вот не надо было перебивать. Я бы всё рассказал, а так… Вали на Арену, хинин, и… И прощай. Ты был бы хорошим противником, если бы был одного уровня со мной. А так… Так ты всего лишь мелкая собачонка, которой повезло пару раз тявкнуть на слона!

– Эта собачонка ещё и тяпнуть может, – усмехнулся я в ответ.

– Вали давай, смертничек…

Сэтору снова расплылся в улыбке, а в дверном проеме возник лимоннорожий.

– До встречи, Мацуда, – кивнул я на прощание.

Он промолчал в ответ.

Что же, не больно-то и хотелось слышать его прощальные слова. Пусть насладится зрелищем, временной победой, а потом… Потом победа достанется мне. И я найду способ насладиться ею сполна.

И вот я уже лечу по наклонному желобу. Открывается люк, и я едва успеваю сгруппироваться, чтобы не грохнуться на задницу.

Рядом должна была приземлиться Шакко, поэтому я отскочил в сторону, чтобы она не сверзилась мне на голову. Пока что я был один на желтом песке Арены. Никого из противников, никого из напарников.

Люк над головой распахнулся и оттуда… Оттуда вывалилась вовсе не Шакко!

На песок рухнула мешковатая фигура. Я только успел увидеть белый хвост среди взметнувшихся юбок. Когда же подскочил помочь, то на меня взглянуло морщинистое лицо старушки.

– Изаму? – послышался голос Шакко с другого конца Арены.

Что? Шакко находилась на стороне противника?

Но как? У нас же был договор с Сэтору, который он не мог нарушить!

Я взглянул на Шакко. Рядом с её изящной фигуркой приземлился кряжистый мужик, похожий на оживший пень. Вот если бы брали картинку для изображения лешего, то этот мужчина как нельзя лучше подошел бы в качестве модели.

– Да как так-то? – спросил я. – Шакко, почему ты на другой стороне?

– Я вовсе не на другой стороне, молодой хинин, – ответила старушка. – Я буду сражаться рядом с тобой.

В эту минуту догадка подлого сюрприза Сэтору пронзила мой мозг.

– Вас зовут Шакко? И вы кицунэ? – спросил я.

Я уже знал ответ, но не мог не удостовериться.

– Да, молодой хинин. И я не знаю, почему это молодому аристократу понадобилась моя смерть. Но он предложил столько денег, что я не могла отказаться. Моя семья погрязла в долгах, а он…

Я уже всё понял. Сэтору нашел-таки лазейку в нашем договоре. И сейчас… Сейчас я должен либо убить Шакко, мою Шакко, либо лечь мертвым от её ударов. А зная Шакко, могу сказать, что она не откажется от мести убийце своего отца. Значит, предсказание всё-таки свершится, и я приму смерть от рук кицунэ.

Мда, ну что-то подобное я и ожидал, поэтому не зря принял меры…