Текст книги ""Фантастика 2025-108". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Андрей Земляной

Соавторы: Николай Степанов,Влада Ольховская,Алексей Вязовский,Алексей Изверин,Ник Ивашев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 95 (всего у книги 345 страниц)

Серега же меж тем стоял, набычившись.

Ну, поломаю я его, или придется в него пальнуть? Здоровый он, зараза такая. Здоровый. Конечно, не как Серега-большой, но рукопашную с ним мне не светит. Тут мышц многовато, он давно занимается, руки сбитые. Хороший боец, не то что я.

Спасибо полковнику Кольту, который придумал, как уравнять людей[85]85
  Сэмюэл Кольт – американский оружейник, изобретатель и промышленник. В 1835 году изобрел капсюльный револьвер. Высказывание «Бог создал людей сильных и слабых, а полковник Кольт уравнял их шансы».


[Закрыть].

– Ну ты и гад! – Серега скривился, как будто собирался плакать. – Мы к тебе всей душой…

– Пакет бросай, трепло! Быстро!

Все, теперь уже придется либо стрелять, либо спасаться бегством. Менты тут будут с минуты на минуту. Любопытные товарищи их уже вызывали, заметив такое перед подъездом. Конечно, следовало бы вести Серегу куда-то в более тихое место… Ну да он тоже не дурак, не пошел бы.

Сейчас я убью человека. Впервые. Сам. Эх, почему-то думал, что убью кого-то я в том мире, в том не так страшно, там сон, а получается, что в этом. Потому что сейчас он на меня бросится, и либо я буду стрелять, либо останусь без пистолета и без денег. Денег-то еще можно заработать, а вот что я в тот мир принесу? Второго такого шанса получить оружие у меня не будет, долго не будет…

Раздумывая так, я ощутил, как моя нерешимость испаряется. Когда ты достаешь оружие, ты достаешь его не пугать, не трясти им, не дергать затвор, как мужское достоинство в туалете. Ты достаешь оружие, чтобы стрелять. А если уж достал, так стреляй.

Палец на спусковом крючке лежал удобно, чуть коснись, шевельни пальцем, и Серега останется тут навсегда. Целился я ему в грудь.

В снег приземлился пакет с десятью тысячей долларов.

– Сказал же, не надо было меня провожать. Назад, назад давай! Не оборачивайся!

– Лех, смотри, Земля круглая… – протянул с угрозой Серега. И сделал совсем небольшой шажок вперед. – Вдруг еще увидеться придется? – Еще один короткий шажок. Постепенно сокращает так дистанцию. Что же такое-то, что же Брониславович им пообещал за мой адрес-то?

Левой рукой подобрал пакет, быстро заглянул, улыбнулся Сереге и резко, с места рванул в узкий проход между гаражами.

– Не ходи за мной! – крикнул назад, когда пробегал небольшое открытое пространство между гаражами и забором. Дыхание тут же сбилось, я про себя обозвал самого себя плохим словом и поддал тяги.

Вот тут мы со студентами пиво пили. Проход сквозной, надо только в конце подтянуться немного, на забор, оказываешься на территории школы… Тут тропинка есть, ученики натоптали хорошо, когда курили. Даже у нас сигареты стреляли, Борис дал, а вот в глотке пива отказал.

Обойти школу, калитка в заборе открыта всегда. Потом еще раз сворачиваем, еще раз, еще… Теперь вот через эти гаражи, и я уже на другой улице.

Под ближайшим подъездом быстро пересчитал деньги. Обманул, нет? Проверить легко, ближайший обменник у метро, круглосуточный.

В кармане отшелушив двести долларов из пачки, у сонной девушки обменял их по курсу, для вида в ближайшем магазине купил две банки «Балтики-3», бросил одну в портфель, вторую в руки взял и потопал к метро.

Жаль, но с Брониславовичем придется завязывать. Далеко не надежным этот партнер оказался. Прямо скажем, халявщик он, а не партнер.

Глава 20

 
Этот синий вечер летний закружил ребят.
Я на школьный бал последний пригласил тебя.
Словно снегом, заметает грустным вальсом зал.
Что любовь такой бывает, прежде я не знал.
 

«Самоцветы»

Для нас все обошлось. Наемники пошерстили по лесам, разорили несколько деревень, наловили крестьян, которые так и сгинули в Западной башне. В королевском саду прибавилось кольев с людьми. Виктор несколько раз проехал по улице Всех Растворов, дома стояли брошенные, ни человечка. Добропорядочные жители Мойки дома обнесли уже через неделю.

А при дворе молчок, как и не было ничего. Граф Дюка на время исчез, с рыцарями своими леса прочесывал. Но не долго, рыцари в леса лезли неохотно, больше тяготели к городу с таверной «Похотливый овцебык». Стражники на стенах как стояли, так и стоят, количество их не увеличилось, наемники все так же не напрягаются, приемы королевские в обычном темпе идут.

Утром я приказал бричку готовить. Росинант удалился, но быстро вернулся и, пряча глаза, объявил, что королева не велит его высочеству из дворца отлучаться. Поначалу я не унывал, рычагов-то влияния много-много есть! В конце концов, можно и через посты пройти, а можно и доразведать тот тайный ход, что Вихор показать обещал.

Поначалу я сунулся к мастеру Клоту, тот, по моему наущению, пошел было к королеве, с простой просьбой, что надо бы принцу больше на воздухе бывать, потому что так для здоровья его полезнее, но вернулся быстро и развел руками.

– И пока не скажут «довольно», чтобы и не думал даже! – донеслось до меня из-за захлопнувшейся двери.

– Маменька! – заныл я сам, влетев в залу.

– Нет, и думать не моги! – бухнула королева. – Что бы сказал твой покойный отец?

– Маменька!

– Нет, и еще раз нет! Пока не выучишь танцы, наказан! Бал на носу, а у меня сын неуч! А ну пошел, и на глаза мне не показывайся! – И цап еще пирожок с блюда. – И чтоб вечером был одетый в зале, а то смотри у меня!

И теперь я круглые дни должен был разучивать танцы, на меня должны были шить красивую одежду, а еще я должен был зубрить биографию всех, кто прибудет на бал этот. Чтобы не ошибиться, ежели что. И вообще, все силы на подготовке к балу сосредоточить, а то графиня Нака, первая фрейлина двора, вон как волнуется, понимаешь, а ты сиднем сидишь, будто и не касается тебя ничего…

Вот попал так попал.

Учитель танцев косился на меня злобно. Торжествовал победу, старый хрыч… Небось, сам-то на меня королеве и нажаловался? Ну, держись, гадина такая. Найду и я время и место тебе отмстить. Тебе эта улыбка боком выйдет.

Процесс подготовки к балу не освободил меня от участия в королевских приемах. Сидел я там, наряженный, как плохая кукла, графиня Нака улыбалась мне колко, а я делал вид, что меня все это не касается.

И на очередном приеме меня ждал сюрприз.

Нет, сначала все шло как обычно. Пара крестьян, пришедших поглядеть на солнце наше, королеву Мор Первую. Получили золото и свалили благополучно. Делегация горожан из Нижнего города, жалующихся на произвол Нидола, графа Лар. Побили стражники… У, больно-то как, матушка! Ну ничего, стражников накажут. А на горожанах пробы некуда ставить, как такие морды увидишь, сразу кошелек к себе поближе подвинешь.

Генерал Ипоку предложил теперь на гвардейцев вешать павлиньи перья и каждому по золотому нагруднику выдать, чтобы те красивые были. Ну, с этим тоже согласились, как не согласиться-то с добрым-то генералом?

Гильдия строителей Муравьиного королевства подает нижайшее прошение о заключении Коронного договора о строительстве в королевстве от их имени… Старшина гильдии ух и непрост, черты лица гладкие, смуглый, черноглазый, с виду толстяк толстяком, но видно, что пришлось ему повоевать, плечи и запястья сильные… Королева покивала головой, согласилась, старшина гильдии поспешно отбыл.

Коронный договор на строительство? Что-то интересное тут только что произошло, что ускользает от моего внимания. Если я верно понял суть Коронных договоров, то это даже не лицензия на определенный вид деятельности, а куда как более интересный документ. Получил Коронный договор на что-то, и никто больше в королевстве права тем же самым заниматься не имеет. Вот такой профсоюз с государственной поддержкой.

Это получается, что Гильдия строителей мурашей только что оторвала для себя эксклюзивное право в королевстве строительством заниматься?

Сильно!

Гильдия мореходов слезно просит ввести новый налог на людей, имеющих корабли в собственности, а также корабли покупающих. Ого, ловкий ход конем! И ее величество подумать обещала, все решить. Старшина гильдии удалился, довольный, как кот, умявший миску сметаны и пузырек валерьянки.

Так, интересно, зачем им это? Сгорают изнутри от страсти заплатить денег в казну королевства? Да на сумасшедших не похожи вроде бы. Тут подумать надо.

Храмовники, пришедшие пожаловаться, что не хватает денег для раздачи нищим… Умный план, платить ворам и попрошайкам, дабы отвратить их от плохого ремесла, действует!

Королева покивала, обвела круг святой, и делегация незамедлительно отправились к казначею, получать золото.

Ох, хорошо же устроились они, надо сказать! Ох и хорошо! Казначей себе долю отщипнет, храмовники себе, раздадут дай боже треть… Раздают-то медь и редко серебро, а получают-то золото! Вихор говорил, что побывал на той раздаче, и досталось ему не монет, а пинков и подзатыльников. Старшие не пустили, там своя иерархия, свои люди, и очередь на то, кто сегодня деньги получать будет, год назад расписана.

События в жизни королевства проходили мимо меня, я был всего лишь сторонним наблюдателем. Ходят какие-то люди, что-то решают, а я маленький такой, сижу, глазками хлопаю, рот открыв. Дурачок принц, что и скажешь! И нужно, чтобы говорили именно это, потому как иначе… Иначе плохо очень получиться может.

И вот среди всего этого возникло и нечто, касающееся меня.

– Послание от главы городских гильдий! – объявил герольд. – Гонец!

Гонец, малый в зеленом кафтане и алых лосинах, вбежал в зал и встал, дико оглядываясь.

– Чего тебе? – Королева зажевала пирожок.

– Ваше величество! – Вдруг пал на колени, как стоял, гонец. – Не вели казнить, вели слово молвить!

– Говори!

Гонец встал, отряхнулся и за пару шагов оказался напротив меня, провозгласил в потолок:

– Приглашение на бал, посвященный возвращению весны, даваемый главами городских гильдий! – Еще раз бухнулся на колени, вынул из круглого кофра за спиной перевязанный узорчатым шнуром свиток, протянул мне, не поднимая глаз.

– Спасибо. – Я взял свиток, развернул.

Вот тут-то каллиграфия и пригодилась. Знатнейшие предводители городских гильдий в честь исполнения Коронного договора, давали большой бал для… Детей. В честь того, что отступают холода. И меня приглашали. То есть униженно спрашивали, не будет ли его высочество против… Ну, и значки разные, каллиграфические. Надежда, радость, ожидание.

Да конечно не будет. Еще как не будет! Всегда радовался возможности пообщаться с детишками. И даже Альтзору пригласили, вот надо же!

А ее сегодня и нет. Гуляет с рыцарем Алором. О принцессе я давно уже думал. И не самые хорошие мысли. Хотя бы тот взгляд презрительный, которым она меня наградила…

То, как я поступил с ней, называлось просто – «предательство». Бросил девочку на каких-то моральных уродов. И даже с ней не встречался, не общался… А девочка молодец, не стала сдавать ни своих новых знакомых среди замковых детей, ни мои отлучки. Молчит пока что, хотя в компании давно уже не моей. Ну и хорошо. Ну и молодец.

Хотелось сказать банальность, «потерпи, я тебя вытащу». Но как-то не верилось в это. Я – никто и сделать ничего не смогу. В лучшем случае выпорют. А в худшем… А в худшем запрут в замок до тех пор, пока принцесса не родит наследника, а то и парочку, для гарантии.

А сбоку от меня сгущались жуткие грозовые тучи. Королева снова начала наливаться дурной кровью.

– Что же ты, неуч, не знаешь, кому надо письма давать? А ну дай сюда, мал еще!

Свиток у меня из рук вырвали, гонца потащили получать плетей, а я так и остался сидеть на троне, как попугай на жердочке.

– Не пойдешь, и все тут! Ишь чего удумал, глазками так и шарит!

Придворные зашептались, насмешки тоже проскальзывали. Принца тут уже давно не уважали, а то и презирали. Ну, что же делать-то? Остается только нытьем да катаньем…

– Маменька, я себя хорошо вести буду! – заныл я. На кой мне этот бал, я сам не понимал, но в замке я сидеть уже устал. Хоть на бал, но лишь бы обстановку сменить, а то никакой возможности нет уже.

Граф Урий смотрел на все эти кривляния со своим обычным выражением лица.

– Бал… Не пущу! – нерешительно как-то сказала королева.

– Но, мамочка, я же готовился! У меня свита есть, у меня даже наряд красивый есть, который Гильдия белошвеек подарила… – Чтоб им в этом наряде всю жизнь ходить не снимая. – Мамочка, ну пожалуйста!

– Не пущу, сказано! – Надулась от важности, как жаба, королева.

– Ваше величество, – поклонился граф Урий. – Скоро Солнечные танцы, а его высочество еще никогда не участвовал в столь большом бале. Возможно, стоит ему побывать сначала на балу поменьше? Чтобы он смог ответственно подготовиться к большому?

– Ой, Урий, да что ты такое говоришь! – Всплеснула руками королева. – Он же ребенок еще, как его без присмотра-то… Одного… Не пущу… Не пущу, сказала!

Ничего себе ребенок. Мне уже бриться пора. А я для нее все ребенок да ребенок… Нет, не отпустит. Не отпустит она меня. Мало ли что я там натворю. Вдруг королеву свергну?

Задумался о чем-то о своем и вдруг услышал:

– Смотри там у меня!

Вскинулся. Королева мне с трона кулаком грозила.

– Если узнаю, что плохо себя ведешь, прикажу выпороть! И никто не спасет!

– Спасибо, спасибо, мамочка!

– И чтоб с собой братьев взял, забыть не смей, понял меня?

О, и эти рыжие уроды тоже там будут… Да ладно, перетопчемся как-нибудь. В конце концов, там же охрана тоже будет, нет? Вот пусть охрана и заботится о них.

Бал давали в громадном доме старшины Гильдии купцов. В Верхнем городе конечно же, не очень далеко от стены. Вытянувшийся буквой «Г» особняк, окруженный каменными стенами. По гребню стены ходят стражники с факелами. Стены… Эх, за такими стенами и отсидеться можно. Грубая кладка, замазанные тщательно щели между камнями, ногу некуда поставить. Перед стенами насыпано мелкого речного песку, вроде бы как декоративного, а встанешь на него, так и сразу видно, что был тут кто-то. Ворота широченные, справа от них башня, с помостом, нависает над воротами.

Внутри рай просто. Всюду тщательно ухоженная зелень, факелы и жаровни с открытым огнем, в них подкладывают дрова и какие-то специи, от костров пахнет чем-то терпким, приятным. Между палочками «Г» выкопано озерцо, обсаженное местными акациями, даже небольшой пляж сделан. Валяться на таком под солнышком одно удовольствие! Есть и пара беседок, но туда меня не повели, сразу в дом.

Над посыпанной все тем же мелким речным песочком дорожкой горели многочисленные факелы. Заросли акаций колыхались темными простынями, ничего за ними не видно. Лейтенант Лург и охрана остались у кареты, со мной отправилась только моя свита. Да и какая свита? Ждан только, больше никого нельзя. Ну, и графинчики тоже, идут, скалятся, друг друга в бока подталкивают, гадость замышляют.

Виктор уже тут, на балу, его пригласили отдельно. Ну так и хорошо, хоть побольше тут моих людей будет. А вот для остальных приглашения… Извините-подвиньтесь. Это же не для всех кого попало бал, а в честь принца и все такое! Нечего тут чужим делать, на всех балов давать не напасешься.

Поклоны, шепоток встреченных придворных.

Факелы, факелы, всюду факелы… Я ощутил что-то похожее на укол ревности. Ну где же мои керосиновые лампы-то, зря изобретал, что ли? Надо бы и тут продвинуть, а то что-то задержались в средневековье, да и прибыль не лишняя будет.

Вошли. Огромная зала, факелы и полированные металлические зеркала на стенах, в углу играет унылую мелодию оркестр, придворные снуют по залу. Кто-то танцует, сходится-расходится, кто-то завис у столов, кто вдоль стен жмется. Все молодые, все красивые, на женщинах длинные платья, на мужчинах расшитые золотом-серебром камзолы. Снуют ловкие лакеи, разносят напитки. Танцуют молодые в основном, дети тоже есть, под присмотром нянек… Или как бы это так сказать? Дуэнья, да? Это когда старая дама присматривает за молодой. Вот, таких тоже есть, штуки три девочки мнутся под колоннами, под колкими взглядами почтенных дам в строгих чепчиках.

Братья шли за мной, молчали, только пыхтели. Даже не перешептывались. И в карете были мирные. Вот что делает пара пинков в подходящее время.

В толпе мелькнули одежды жрецов. Серые рясы с золотой оторочкой, похожей на греческий узор. Вот странно, а эти-то что тут забыли? В моем мире монахи балами не увлекались особо…

А между тем братья, пошушукавшись между собой, начали шаг сужать, от меня отставая. Вроде и шагаем наравне, да они от меня все дальше, дальше и дальше… Оп, и нет их, в какой-то коридор зарулили.

Ну и пусть их.

– Так… И что же тут делать? – спросил я Ждана, когда братья удалились.

– Виктора найдем… Он тут где-то должен за своей увиваться. – Ждан огляделся.

– За кем? – удивился я.

Ждан сделал вид, что меня не слышал.

– Сначала надо почтить вниманием хозяина бала, ведь это он тебя пригласил. А потом можно заниматься чем угодно, скучать не дадут…

В углу, на некотором возвышении от зала, располагалась группа взрослых мужчин. Туда-то и потащил меня Ждан, через толпу. Знакомых тут у него… Каждые пять минут привет, привет, как дела, как твое ничего?

– Ваше высочество, это почтенный Андрей, глава городских гильдий, купец, – представил мне самого кряжистого мужика Ждан. И сразу же свалил подальше.

– Ваше высочество, – поклонился мне почтенный Андрей, мужик таких же почтенных лет.

Так, и что дальше? О чем общаться-то? Ждан куда-то срулил, рыжики тоже по пути в толпе потерялись, я тут один, как перст… Да и свита почтенного Андрея делает вид, что ничего не происходит, разошлись подальше.

– Очень рад оказаться в этом райском уголке, почтенный Андрей, – сказал я. – У вас очень мило и красиво. И озеро очень красивое. Трудно, наверное, такую красоту содержать?

– Спасибо, ваше высочество. – Степенный вообще такой дядька, главный над всеми городскими гильдиями.

– Ваше высочество! – возник Виктор со статной и высокой девушкой под ручку. Худенькая, темненькая и вся такая аристократичная, что дальше некуда, в белоснежнейшем платье с кружевами. – Позвольте, это маркиза Нина.

– Очень рада знакомству, ваше высочество, – сказала маркиза Нина, приседая в реверансе.

– Я тоже очень рад знакомству, маркиза, – улыбнулся я. Что еще добавить? Виктор на свою даму сморит, как на хрустальную вазу, а вот дама-то его востроглазая, на все стороны посматривает, и видно, что скучает. Точно как наша Наташка из института… Ничего хорошего.

А Виктор-то приоделся, на плечах короткий плащ, колет, серые лосины, алые бархатные сапоги с декоративными шпорами. На груди золотая цепь с гербом рода, прямоугольный щит с острием вниз, ну такой, на обобщающую скобку похожий в математических уравнениях. На нем соболь и меч, несколько каллиграфических знаков. Все золотом, все золотом. А как же, это же его дворянский герб. Хоть он и не старший сын, но все равно, титул рыцаря-то у него уже есть. Есть повод гордиться.

Меж тем почтенный Андрей рассказывал, что с озером-то не очень сложно, но вот вода постоянно в подвалах стоит, приходится хорошо конопатить щели дегтем и паклей. Одно хорошо, что постройка старая, и стены надо лишь чуть паклей забивать, да еще и воду вычерпывать. Но слуги справляются…

– Довольно все необычно тут, – покрутил я головой. И в самом деле, тут страна-то такая, что сначала ожидаешь увидеть пир горой, длинные столы, слуги едой обносят, а тут фуршет какой-то. Стульев не видать, все стоят, беседуют, если хотят, то к столам за едой.

– Мы старались дать такой же бал, как и в столице Империи. Сын мой старший постарался. В Империи побывал, и там по балам да по пирам, за дело совсем взяться не желает, не то что ваше высочество…

– Дело? Какое же у меня дело? – удивился я.

– Как же? Слухами весь город полон…

– Какими такими слухами?

Почтенный Андрей замялся, не иначе как жалея, что он этот разговор завел, но я требовательно глядел на него.

– Железное кресало, ваше высочество, – с осторожностью начал говорить мастер Андрей. – Дворяне раскупают его крайне охотно, у многих уже не одно, а три штуки есть. А когда лампы Аладдина повесили в королевском замке и в Королевском университете, весь наличный запас у мастера Виктора раскупили за пару дней. За бочку крови земли в городе Гильдия аптекарей просят золотой. А уж новые замки… По слухам, за секрет замков граф Лиордан предлагал три тысячи золотых. И посол мурашей тоже побывал. Большой успех иметь будут. Я два десятка замков закупил, лампы и железные кресала, как только шторма кончатся, так повезу… Ваше высочество, вот хотел предложить…

– Да-да?

– Слухами полнится, что есть у нас в городе есть некое общество, изготавливающее разные вещи, приносящие прибыль владельцам. – Мастер Андрей внимательно уставился на меня.

Намекает или нет? Ладно, сочтем, что намекает.

– Почтенный Андрей, такое общество действительно существует, и, как я слышал, любой честный и правильный человек, за которого готовы поручиться, может вступить в это общество, дать денег на его развитие и потом получать прибыль деньгами либо товарами. Главой общества назначен Ждан… Знаете ли вы его?

– Ждан, сын почтенного Рахата? Конечно же знаю. – Лицо Андрея разгладилось. – Так он ваш управляющий?

– Нет, он не мой управляющий. Он управляющий общества, вопросы лучше ему задавать. А что же хотел предложить ты, почтенный Андрей?

– У меня есть пять кораблей, ваше высочество. Согласен, что это не такой большой флот, как королевский, но корабли крепкие, команда смелая и капитаны умелые. Командует этим флотом мой старший сын, Курт. Он уже пятый год водит караваны в Империю и Рохни. Если подгадать со штормами, то через два семидневья будем в Империи. Или через три с половиной семидневья в Муравьином королевстве. Если бы взять на борт сотню ламп, замков и железных кресал, то, думаю, в Империи найдутся люди, которые будут платить за них золотом… А если дойти до Рохни, то можно получить и побольше, чем в Империи.

– Интересное предложение. Так ты, почтенный Андрей, хочешь войти в долю?

– Да, хотелось бы мне поступить именно так, ваше высочество.

– Такие дела я не решаю. – Покачал я головой. – Все отдано Ждану.

– Как, вообще все? – Купец глянул на меня с некоторым обалдением.

– Я же принц, дворянин, и не к лицу мне будет заниматься торговлей.

– Дворянская честь урону не имеет, ваше высочество, – мастер Андрей чуть поклонился.

В зале дзинькнуло, людской гомон вдруг изменил тональность. Замерли танцующие пары, люди раздались в стороны, а потом стали собираться в центре зала, туда, где замерли двое.

Виктор, побледневший, прямой, как палка. И напротив него еще один хмырь, ничем не ниже и не тоньше, но в разы более спокойный, медленно вытирает разбитые в кровь губы шелковым платком.

Ах ты да что же тебя, чтобы так и не так!

Это же дуэль!

– Почтенный Андрей, остановите их!

– Это не в моих силах, ваше высочество! – ответил Андрей обеспокоенно. И тут же добавил: – Это можете сделать вы. Пристыдите их, что же такое?

Я решительно двинулся к застывшим друг напротив друга бойцам, проталкиваясь сквозь толпу. Почтенные дворяне и прочие личности шипели, корчили морды, но толкаться в ответ не решались.

И успел как раз к заключительным словам Виктора:

– …сей же момент. Доставай свой меч, барон.

– Виктор, что тут происходит? – спросил я.

– Дуэль, ваше высочество, – ровным голосом сказал Виктор. Он машинально подтягивал роскошный пояс, а правая рука его тискала меч.

Вот те раз. И что теперь делать? Я ощутил себя глупо, просто не представлял, что же делать, как поступать. В голове почему-то упорно крутились Пушкин и Дантес, и что поединщики должны быть в равных условиях. Еще пистолеты были. Дуэльные пистолеты, пара.

– По какому поводу? – Я вдруг натолкнулся глазами на Нину. Та стояла в сторонке, не в первых рядах, и деланно-равнодушно следила за происходящим. Ну вот, понятно, дальше можно не объяснять.

– Так по какому поводу?

Виктор молчал, только тяжело дышал. Его противник молча сверлил Виктора взглядом, руки опущены вдоль пояса. Чем-то мне этот хмырь рыцаря Алора напомнил. Что-то в нем такое есть, боевое, не мирное. Руки мускулистые, бедра тоже, сапоги удобные… Да и меч у него, как у рыцаря Алора, будь он неладен, тоже весь вытертый от частого использования… Эх, беда. Виктору не простой противник попался, хоть его и ровесник.

Кстати, а что это Виктор молчит-то?

– Виктор!

– Ваше высочество, – через губу сказал противник, обозначив поклон. – Уважаемый Виктор вызвал меня.

Я прошил его злым взглядом. Тебя спросить забыли.

– Виктор! – громче сказал я. Не нравилась мне эта дуэль.

– Спрячешься за принца? – громко, на публику, спросил противник Виктора.

Виктор рванул меч из ножен, но моя рука оказалась раньше. А потом и вторая. Я с силой надавил вниз, не давая Виктору вытащить меч. Если меч вынул, то, считай, дуэль уже началась. А вот этот хмырь спокойно стоит, оружие не достает…

– Ты что дуришь? – зашипел я в лицо Виктору.

– Так и всю жизнь за него будешь прятаться? – подразнил соперник.

– Ваше высочество, это дело двоих… – сказал Виктор. Лицо его окаменело, а мышцы превратились в сталь. Не знаю, как я сумел удержать его руку.

– Так куда ты рвешься? – как мог спокойнее сказал я. – Сделай все спокойно. Что будет-то? Дуэль? Как? Когда?

– Прямо сейчас. – Лицо Виктора разгладилось чуть. – Прямо сейчас. Я не могу…

– Тебя убьют, – сказал я. – Вить, он боец тебя получше…

– Это вряд ли. – Краем губ улыбнулся мне Виктор. – Ваше высочество, не стоит обо мне беспокоиться…

– Стоит. Я буду твой… Секундант.

Опа, а такое слово в этом языке есть. Есть-есть! А если есть слово, то и человек тоже есть как минимум. А то странно бы получилось, попа есть, а слова нету.

– Виктор, ты уснул? Доставай свой меч… – донеслось у меня из-за спины. – Если ты еще не сунул его себе в задницу…

– Что за манеры, дворянин? – повернулся я к сопернику. Тот смешался, хотел что-то сказать, но прикусил язык в последний момент. Да, с принцем-то тут не очень считаются, но прямое оскорбление его высочества может выйти боком. Или через горло, с острием кола. – И где твой секундант?

– Я тут, ваше высочество. – Из толпы вынырнул какой-то странный типчик, скользкий, мелкий, толстый. Без оружия, но разодетый пышно. – Я, барон По, буду секундантом…

– Что это за человек? – спросил я у дотолкавшегося ко мне мастера Андрея.

– Это барон Манук, ваше высочество. Его владения около Морского герцогства. Что тут происходит, ваше высочество? Виктор?

– Сам бы хотел узнать. Вот эти двое решили срочно выяснить отношения.

– Уважаемые, сад к вашим… – начал было говорить почтенный Андрей, но барон Манук взвизгнул как резаный.

– Тут и сейчас!

За моей спиной возник Ждан, зло посмотрел на барона. Потом поглядел на почтенного Андрея, а тот только головой покачал. Ждан кинул взор вниз, потом вверх.

– Вик, у тебя уже есть секундант?

– Да, – ответил Виктор. И показал на меня.

– Во дела, – ответил Ждан.

Танцующие подались, освобождая круг. Слуги уже тащили здоровенные столы, Ждан подобрался ко мне поближе, прошептал:

– Обойди круг, должно быть пятьдесят шагов. Вот, гляди, барон, Порождения его поиме… Получи, вот он обходит, давай! И посмотри, чтобы у барона лишнего оружия не было, можно только меч и кинжал, погляди, чтобы не были отравлены… Действуй, Седдик, не стой столбом!

Столы положили на ребро столешницы, сделали круг как раз в пятьдесят шагов. За столами сгрудились люди, кое-где видно и слуг. Даже оркестр замолк. Все собрались посмотреть.

Подошел к барону Мануку, тот достал меч, протянул плашмя. Да кто его знает, лезвие и лезвие. Никаких посторонних вещей на нем нет, царапин тоже нет. Меч хороший, рохнийский, в металл можно как в зеркало смотреться.

На всякий случай подышал на лезвие, посмотрел. Облачко пара быстро исчезло с отполированного металла. Вроде бы ничего больше не выступило на нем, следов яда нет. А заточка – так откуда я знаю, хороша или нет?

– Чисто, – сказал я в толпу.

Барон По тем временем отошел за сдвинутые столы.

Вернув меч барону Мануку, я последовал его примеру, протиснулся между Жданом и Андреем.

– …в доме, почтенный Андрей? – тихо спросил Ждан.

– Я не всегда могу выбирать гостей, Ждан, – так же тихо ответил почтенный Андрей. И посмотрел куда-то напротив. – Будь моя воля, и этой вертихвостки бы тут не…

Оба замолчали, когда я подошел ближе.

– Ты должен дать команду к началу боя, – сказал мне Ждан.

– Да… – Я повернулся. Виктор уже готов, стоит с мечом, направленным вниз. Его соперник тоже занял такую же стойку. Лица у обоих спокойные. Показалось мне или нет, но на лице барона Манука какая-то неуверенность наблюдается? Нет, наверное, показалось… Я просто хочу надеяться на лучшее.

В толпе быстрое шевеление, кто-то пробивался поближе. Кто бы это мог быть, в количестве шести человек, а?

– Ваше высочество! – несчастно воскликнул лейтенант Лург. Охрана за его спиной распихивала зрителей, пробивая дорогу.

– Да, я самый, – сварливо ответил я. – Лейтенант, ну где тебя носит-то, а?

На минуту возникло искушение приказать охране скрутить барона Манука и выкинуть вон. Уж на это-то они способны, алкоголики несчастные? Но я быстро опомнился. Это же дуэль, это дело чести. Прежде всего на меня может обидеться Виктор. Двое дерутся, третий не мешай! Но его же убьют! Совесть, без тебя знаю, рот закрой.

– Ваше высочество!

– Ладно, не важно! Тут один мой знакомый дуэль устроил. Так вот, сделай-ка ты так. Пусть твои солдаты все проверят и присмотрят за порядком. Они на это-то хоть способны?

– Да, ваше высочество.

– Вот и ладно. Никто же не возражает, чтобы место дуэли охраняла личная королевская охрана наследника престола?

Мои охраннички обошли по кругу, подравняли столы, толкнули подальше парочку совсем уж озверевших зрителей.

Виктор ждал. Его противник тоже молчал, барон По не подавал признаков жизни, весь превратился во внимание, в одну такую статую толстой принюхивающейся крысы. Даже глазами не двигал.

– Седдик! – Толкнул меня в плечо Ждан. Тихонько толкнул, так, чтобы никто не увидел. – Ты должен дать сигнал начала!

Лейтенант тоже на меня поглядел выжидающе, наемники уже все встали по углам, глядели внутри.

– Начинайте! – во все горло крикнул я.

Со стуком столкнулись мечи. Виктор отбросил в сторону меч барона Манука, отошел чуть назад, барон двинулся за ним, ткнул, Виктор еще раз отпарировал, сыграл ногами, оказываясь сбоку, и рубанул сам, целя в середину груди и контролируя своим клинком вражеский меч.

Со скрежетом мечи разошлись, а соперники снова замерли друг напротив друга.

Белая рубашка барона порвана, под ней кольчуга, вдавлена в тело. Это просто синяк, а вот на бицепсе порез обильно кровоточит, рукав в мгновение стал мокрым от крови.

Наши побеждают!

В толпе ахнули, пронесся шепоток. Я поймал взглядом графиню Нину, та глубоко дышала, а лицо ее раскраснелось от волнения. И не поймешь, то ли за Виктора беспокоиться, то ли просто нравится ей, когда крови много.

– Вы удовлетворены, уважаемый? – громко спросил барон По. Опять же, на публику спросил.

Я понял, что рано радовался. Если Виктор сейчас скажет «нет», то его просто… Убьют его. Мотивируя это тем, что Виктор-де сам хотел, ему предлагали закончить дело миром…