Текст книги ""Фантастика 2025-108". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Андрей Земляной

Глава 13

 
Весна-весна-весна,
Прыды.
 

«Вопли Видоплясова»

В том мире погода вдруг, как-то сразу, пошла на поправку. Зима оказалась совсем недолгой, даже и замерзнуть никто не успел.

Задул с моря ветер, посшибал черепицу с крыш, смел мусор с улиц и площадей, притащил тяжелые, плотные тучи и стих, будто и не было его. А из затянувших небо туч повалил густой и плотный снег, сменившийся дождем. Когда же дождь кончился и из-за рваных облаков проглянуло яркое солнце, оказалось, что ветер и дождь сдули и смыли весь снег. Многочисленные мелкие ручейки, текущие к морю, наполнились водой, несколько их них превратилось в небольшие речушки, а река за городом была видна даже из окон Тронного зала. Серо-стальная полоса, упершаяся в океан, волокла в себе как спички вывороченные деревья. Мост держался, вокруг его быков кипела вода, бросая далеко позади себя буропенные усы.

Зима со снегом длилась недели три, не больше, и холодов сильных нет. Надо бы сделать термометр, разметить и поглядеть… Ничего сложного-то нет в этом, стеклянная трубка и подкрашенная вода в ней, засечь температуру замерзания и кипения, да и…

Подкинул эту идею графу Славу, тот неожиданно заинтересовался, заинтересовал студентов. Студенты скинулись деньгами, заказали у мастера Гушола длинную стеклянную трубку. Мастер Гушол-то уже на лампах руку набил и длинную стеклянную трубку изготовил с пятой вроде бы попытки. Залили в нее подкрашенную чем-то зеленым воду, красного раствора марганцовки не нашлось. В большом котле кипятили воду, с улицы принесли льда и стали экспериментировать. То в кипяток трубку опустят, то в лед. Вода в трубке сжималась и разжималась, столбик новоявленного термометра весело бегал вниз-вверх, пока не лопнул, осыпав осколками окружающих.

Ну что сказать? Хорошо, что никто не пострадал.

Студенты заинтересовались, и через пару дней на площади перед университетом установили новый градусник. Стеклянную шкалу сделали побольше, высотой в рост человека, и прикрепили стальными зажимами к деревянному щиту, на который нанесли шкалу температуры. «Холодно», «Немного холодно», «Тепло», «Жарко» и промежуточные состояния. То есть «Полухолодно», и «Немного полухолодно». Так что теперь известно, что сейчас «Немного холодно». Ну… Ну да ладно. Пусть хоть так побудет. Дойдет время и до того, чтобы сделать шкалу Цельсия. Всего-то на сто частей разделить два состояния, между водой кипящей и водой замерзшей…

А жители-то уже поняли, что «немного холодно», им тот градусник пока что не указ. В домах пооткрывали ставни, закрытые с началом холодов. В «Похотливом овцебыке» дали какой-то концерт, слухи о котором проникли и в замок. Графинчики аж слюной исходили, они туда как-то умудрились проникнуть, и, походу, им там таки дали. Жаль, что не по голове.

С наступлением тепла в городе увеличилось количество народу. Многочисленные нищие оккупировали все свободные улицы Нижнего города, толклись у ворот. Я едва не схватился за кинжал, когда к карете, выкатывающейся из ворот Верхнего города, со всех сторон заковыляли человек десять в лохмотьях, немытых, нечесаных и на вид столь жутких, что Фредди Крюгер получил бы инфаркт.

– Подайте медяночку… – завыл один из них.

Мастер Клоту громко сглотнул и прижал к себе ящик, а потом вдруг швырнул в сторону несколько монет.

Нищие сразу же сбились в кучу, за монетами, быстро их поделили и решили, что такие хорошие люди им заплатят еще. И двинулись со всех сторон к нам. Лошади всхрапнули и встали, когда перед ними вырос живой грязный заслон. Кучер затрясся так, что видно было под большой шубой, замычал, покачивая вожжами.

Росинант отнял плеть у кучера и хлестанул над головами приближающихся нищих, да куда там!

Положение спасли Виктор и Волин. Они ждали нас как раз у ворот, и с другой стороны врубились в толпу, раздавая удары направо и налево пинки и удары. Нищие быстро разбежались, ни Виктор, ни Волин не церемонились, били в полную силу.

– Молодец. – Я поймал взгляд лейтенанта Лурга, глянул ему в глаза. Тот выпрямился в седле, поклонился, что-то извинительно пробормотал и вернулся к своим людям. Те как раз ворота проезжали, усердно залечивая утренний «перепел» вином из небольших фляжек.

Охрана называется. Давно бы расформировал уродцев, да выгодна мне такая охрана, которая в дела мои не лезет. Кто другой давно бы уже матушке моей нажаловался, и пороли бы меня в моих покоях каждый день. А эти спокойные, пьют себе и пьют.

Удивительный недосмотр графа Дюка, алкашей этих в охрану мне поставить, такую свободу действий мне дал! Или это недосмотр графа Урия? Или, наоборот, досмотр?

– Мастер Клоту! – Повернулся я. – Ну?

– Простите, ваше высочество… – Мастер Клоту вжал голову в плечи. – Я думал, это может их остановить, я в сторону бросал… Их так много было…

– Эх! – У меня даже слов не нашлось.

Виктор и Волин поворотили лошадей, пристроились по бокам кареты.

– Кто это такие? – спросил я. – Раньше я таких не видел!

– Это бывшие крестьяне из разорившихся деревень Закатного герцогства, – ответил Волин. – Пришли, как потеплело. Наводнение смыло все дома и поля. Жить не на что. Вот они и идут ближе к столице.

Я как-то не сразу понял, что ситуация диковатая. Тут же крепостные…

– Это же крепостные?

– Да нет, это свободные, – ответил Виктор. – Отвергли господина, а теперь маются.

– Да с господином что, лучше? – резко сказал Волин. – Виктор, те, у которых господин был, сейчас в порту, в рабских загонах. Ждут корабля из Империи. Говорят, что там уже есть заболевшие. Только эпидемии в городе нам не хватает!

Виктор нахмурился, промолчал.

– Из реки не пейте, – сказал я. – Из рек не пейте, снег тоже не ешьте. Воду кипятите…

На меня посмотрели со всех сторон, как на безумца.

– Если не хотите эпидемии, то не пейте из реки и не трогайте снег.

– А откуда же пить-то? – спросил Волин.

– Ищите родники. Вода должна быть кипяченая… Росинант, ты понял меня? Чтобы всю воду нам кипятил!

– Да, ваше высочество.

А вот мастер Клоту очень внимательно смотрел на меня и слушал.

– Узнаю, что кто-то не кипяченую пил, ой плохо тому придется!

Росинант снова кивнул, чуть обреченно, как бы соглашаясь со всем заранее. Чудит молодой господин, ну что тут поделаешь, господские причуды и не такие бывают… Да ладно, пусть считают как хотят, а я совсем не горел желанием получать желудочное расстройство или что еще похуже. Половодье снесет много мусора… Среди деревьев есть трупы животных, а то и людей. А это значит, что вода отравлена… Да, нет? Не знаю, надо будет дома уточнить. Но пока что пусть воду кипятят, не помешает.

Виктор хмурился, водил рукой по поясу, пытаясь что-то нащупать. Лицо его вдруг стало растерянным, его рука наткнулась на два ремешка, с косыми отрезами.

– Что? – спросил я. – Кошелек? Ну… Кто-то из них стал богаче на пару золотых…

Виктор внимательно посмотрел в мешанину улиц, в которой растворились нищие.

По поводу теплой погоды даже во дворце царило оживление. Конечно же очередной бал! По осени-зиме народ как-то подзамерз, в замок не стремился, а вот как потеплее и дороги просохнут, так сразу жди гостей! Да и зимних штормов я что-то не видел в океане, значит, приплывет кто-нибудь.

Весной ждал нас всем балам бал. Королева так и сказала на очередном приеме и добавила, что двор не должен ударить в грязь лицом, не только со всех концов королевства гости съедутся, и из других стран приглашенных тьма! Рохни, Империя, Срединные страны, даже Муравьиное королевство захотело поприсутствовать. Потому ой кому-то не поздоровится, если что… А Морская герцогиня пусть себе в своем замке сидит, как сыч, ежели ей охота. Наше ей королевское неудовольствие! Седдик, мальчик мой, на конфетку! А бал-то в твою честь будет, в твою, так и знай! Только попробуй мне что не так сделать, я тебе устрою!

В мою честь? Это еще почему так?

Вечером Вихор объяснил.

– День нарождения твой!

– Мое что? – удивился я.

– Твой День нарождения. Ну, когда ты на свет родился.

Ну вот, приехали.

– И бал большой будет в твою честь. Подарки уже собирают, за месяц… Говорят, что имперцы тебе что-то та-акое подарят, чего никогда не дарили.

Вот так-то. Месяц осталось мне тут спокойной жизни.

Население дворца выросло втрое, кажется.

Лакеи чистили коридоры и комнаты, выносили мусор, мели дорожки в парке, готовили костры. В замковой конюшне выделили загородку, и там беспокойно мычали быки, чувствовали свою будущую судьбу в качестве жаркого. Ледники, здоровенные ямы около Восточной башни, заполнялись копченостями и сырами. Одна за одной ныряли в замок телеги с мукой, пекари день и ночь пекли хлеб.

Навестил нас и посланник Лесного барона. Ушедшие с началом холодов на зимние квартиры вольные стрелки перекочевали чуть южнее, но всегда готовы прийти на помощь вашему высочеству! Кстати, а денег немного не будет? А то кушать хочется, да и вообще, тоскливо как-то без денег…

Ну как отказать в такой вежливой просьбе? Это для меня обед в «Ильичко» на пару золотых, а там весь отряд на эти деньги день жить может, было бы у кого еду покупать.

Тем более что у мастера Виктора появилась первая прибыль, и немалая! Почти сотню золотых удалось выручить за лампы. Две партии купил замковый управляющий, что-то раскупили дворяне, что-то взяли капитаны застрявших в порту кораблей… Лампа-то куда безопаснее факела, особенно если ты на деревянном судне посреди моря!

Развесили в замке лампы, заправили кровью земли, зажгли, поохали, ой как красиво… И начали лампы исчезать. Самая стойкая провисела над постом в мою комнату пять дней.

Следующую партию уже прибивали гвоздями.

На очередном приеме королева похвалила замкового управителя, мол, светло в покоях стало, хорошо! И сразу же начала чихвостить, почему это из нижних коридоров дерьмом так воняет? Знамо почему воняет, канализацию забило. А почему не прочистили – так тоже известно, в колодцах два раба там утонуло, а специалисты без предоплаты вперед с замком работать отказались. Попробовали заставить – так сбежали…

Сбежавших поймать, а в колодцы отправить десяток рабов, кто откажется, казнить, а за погибших рабов управляющего над рабами выпороть!

Потом покатилось по накатанной. Пьяные слуги устроили драку на улицах Рыночного квартала, стражникам плетей выдать, что не досмотрели. Дворянин набедокурил на прошлом балу, на этот не приглашаем. Крестьяне налогов не доплатили, направить туда отряд… Граф Дюка пробасил, что десяток рыцарей в самый раз будет, да и надо парням размяться, а то застоялись…

– …посол Муравьиного королевства! – провозгласил лакей. Вот, это уже интересно! Я навострил уши, и тотчас меня схватили за ухо.

– А что это ты, шельмец, удумал? – строго спросила королева, выкручивая мне ухо. – Что это ты спишь на приеме-то? А ну вон! Во-он, я тебе сказала!

Ну, и вышвырнули меня на самом интересном месте, как паршивого котенка.

За дверью меня встретили Росинант и пара рабов с ним.

Росинант мне поклонился.

– Барон Домин ждет вас, ваше высочество, – сказал Росинант.

– Ну вот и хорошо. Тогда я к нему, принеси поесть на двоих, и вина подогретого не забудь, как барон любит.

– Да, ваше высочество.

– Добрый день, ваше высочество! – обрадовался мне барон Домин. Он грел руки над небольшой жаровней, подложив в нее дров побольше.

– Добрый день, профессор! – приветствовал я его. – Рад вас сегодня видеть. О чем у нас речь сегодня?

– Думаю, что сегодня я расскажу вашему высочеству про верования Империи.

– А как же барон Гонку? Ведь он рассказывал про Неделимую Империю…

– Профессор Гонку заболел, ваше высочество. И не сможет больше преподавать, во всяком случае, в ближайшие месяцы…

– А что с ним?

– Ваш лекарь, ваше высочество, утверждает, что это от того, что профессор пил талую воду с гор.

– А скажите, барон, в городе много ли заболевших?

– Не очень, ваше высочество. Две или три сотни. В основном рабы и крестьяне.

– О, понятно. Ну, тогда давайте. – Я устроился поудобнее, взял в руки стило и расправил бумагу на кафедре.

Барон Домин расположился поудобнее напротив кафедры, я для виду взял в руки стило, макнул в чернильницу, сделал вид, что готов записывать.

– Итак, как профессор Гонку вам уже рассказывал, ваше высочество, Империя велика и неделима. Ее населяют самые разные народы, и горцы там есть, и жители равнин, и даже степняки цивилизованные. Верования у них тоже самые разные. Покровитель императорского дома – это бог Тор. В столице Империи ему выстроен храм, самый большой и величественный в мире. Имперские чиновники поклоняются Тору, следуя примеру императорской семьи. Также славят Фрейю, есть много храмов Одина-Всеотца, есть и иные храмы, не столь безобидные. Некоторые дворяне, что ведут свой род от Предвечной, помнят Лару, Хозяйку Клинков. Некоторое время на побережье получил распространение культ Дагона, Морского бога. Верующие приносили ему человеческие жертвы и даже смогли сопротивляться некоторое время имперским легионам. Есть и темнобожники, но с ними ведется постоянная борьба, и большой силы этот культ не имеет. Еще есть те, которые славят единую четверку. Самый любопытный культ.

– Да, чем же? – равнодушно спросил я.

– Поклонники его отвергают сословное деление людей. Они считают, что все люди рождены равными, что не должно быть ни дворян, ни даже королей, а лишь крестьяне, трудящиеся в общее благо.

– А как же города? А профессии? Ремесленники разные? Ткачи? Кузнецы?

– Того я не знаю. – Развел руками профессор. – Ваше высочество, что вы пишете?

– Да записываю, чтобы не забыть, – сказал я. Профессор фиг поймет, пишу-то я по-русски.

Профессор поморщился.

– Ну, значит, на чем я остановился? Так, на секте четверочников. Живут они общинами, друг друга называют брат или сестра. Собираются раз в пять лет, выбирают главного и его помощников, орут друг на друга, как женщины на базаре, и кто громче кричит, так быть тому главным в общине на пять лет. Не любят купцов и богачей, торговцев мелких тоже не любят. Но особо не любят аристократию. Оправдывают это тем, что дворяне живут за счет простого народа, простите, ваше высочество… И считают, что и без дворян тоже можно хорошо обойтись.

– Да ничего страшного. – Ого, средневековые коммунисты. У нас, в Средние века, таких не было! Чувствуется, что в этом мире прогресс быстрее идет.

– Когда-то общины четверочников были велики. Император был не против, четверочники боролись с темнобожниками, да они и ему налоги платить отказались… Если все равны, то почему одни должны платить другим? Император разгневался, послал свои легионы, все общины разогнали, а наиболее упорных продали в рабство. С тех пор они прячутся, вот уже лет полста как. А те, которых продали в рабство, распространили свою веру в другие места. Даже среди нашего народа есть такие. В Закатном герцогстве пару лет назад нашли их общину…

– Серьезно?

– Да. Граф Дюка вдоль Королевского тракта колы расставил. По слухам, в рабство никого не продали, всех запытали до смерти.

– Очень интересно! А что о других богах Империи?

– Тор, бог-покровитель… – начал было барон Домин.

В дверь осторожно постучали.

– Войдите! – крикнул я.

Дверь открылась, просунулась голова Росинанта.

– К вам просится граф Лиордан, ваше высочество!

– Проси, – сказал я на это.

– Мне, пожалуй, уже пора… – сразу же засобирался профессор Домин.

Дверь распахнулась, внутрь вошел старый сухощавый граф, в черном, расшитом серебром колете, в черной же треугольной шапочке, с узким мечом-полуторником на боку. Барон Домин мимо него бочком протиснулся в дверь и был таков.

– Добрый вечер, ваше высочество, – чуть поклонился мне граф. – Рад вас видеть в добром здравии!

– И я тоже рад видеть вас, любезный граф! – улыбнулся я ему. А как же не рад, рад, еще как рад! Что же такое-то ты от меня хотел, Черный лис? И как такую кличку себе заслужил, хотел бы я знать?

– Для меня большая честь видеть наследника Соединенного Королевства!

– Для меня не меньшая честь видеть посланника Неделимой Империи! Скажите, а все ли дворяне Империи так хорошо стреляют из лука, как барон Нават? Да что вы стоите-то в дверях, проходите…

– Спасибо, ваше высочество. – Граф сделал пару шагов, расположился в кресле, шляпу бросив на стол, а меч подвинув на бок. Небрежно так подвинул, чуть коснулся рукой, а оружие уже так расположено, что сидеть не мешает совершенно. Меч у него боевой, рукоятка вся истертая. И двигается он с ним ровно, а у меня всегда в нем ноги путались. – Барон Нават происходит из древнего и славного рода, умение держать лук в нашем роду передавалось из поколение в поколение… Мальчики нашего рода постигают оружие с младых лет, так у нас заведено. Правда ли, что ваше высочество никогда ранее не ездил верхом?

– Все как-то не было времени научиться… – Пожал я плечами. – Граф, я же всего лишь ребенок. Занятия с бароном Седдиком, а после в Королевском университете весьма затратные… Не столько по деньгам, сколько по времени! Сами понимаете! А найти хорошего учителя так непросто… – Я сделал печальное лицо.

– О да! – отечески улыбнулся мне Черный лис. Я сразу же вписал его по одной ведомости с графом Урием. Человек, способный так быстро выдавать приятную улыбку, не моргнув глазом прикажет перерезать мне горло. Или в землю закопать… В Империи это любят, кажется. Закопают, как Саида в «Белом солнце пустыни», только вот товарища Сухова в этом мире пока что не придумали, откопать некому будет[82]82
  Самое начало фильма «Белое солнце пустыни».


[Закрыть].

Поговорили о том о сем, и вот граф выдал то, за чем пришел.

– Ваше высочество, Неделимая Империя всегда славилась своими воинами. Нет ничего плохого в том, что некоторые воины продают свои мечи другим странам. Плохо, если воин продает свой меч больше, чем одному хозяину. Если желаете, то я помогу вам набрать достойную вашего высочества охрану.

Вот катайся же ты конем. Ничего себе предложение делает мне граф Лиордан по прозвищу Черный лис Империи. А если я про такое предложение да королеве доложу, что же уважаемый граф делать будет?

– А много ли можно набрать воинов? – спросил я для пробы. Эх, опасный вопрос, ну да принц ребенок еще, не забыли? Он такие вопросы задавать пока что может.

Граф Лиордан задумался.

– Ну, это зависит от того, кто будет свободен. За сотню-другую надежных профессионалов я поручусь. Всегда будет из кого выбирать.

Я приуныл лицом, хотя внутри эмоции были совершенно иные. Сотня-другая… Это не охрана моя, это полноценный боевой отряд! С таким отрядом можно и замки брать, Лесной барон говорил, что его замок взяла штурмом сотня наемников…

– Так это же сколько денег потребуется!

– Всего лишь? – Снова улыбка. – Ваше высочество, настоящие профессионалы, коими являются лишь ветераны, требуют лишь небольшого задатка. – Граф сама вежливость. – Да и они не будут поднимать сильно цены, если их будет нанимать молодой правитель. Пообещаете им клочок земли, уютный домик под старость, и многие будут очень рады верно вам послужить. Вы же будущий король, положите им содержание из казны.

Сотня-другая человек. Тем более что оплату можно не вносить сразу. Принц, настоящий принц сейчас прикинет, что после смерти королевы сундуки с золотом откроются куда как легче. И ручаюсь, что и после того, как меня возведут на трон, я еще буду этим наемникам должен денег. И найму еще наемников. Где? В Империи конечно же. И кто тут будет командовать, король Седдик – никак не соображу, какой я по номеру – или граф Лиордан, Черный лис Империи?

На фиг такие оладушки.

– Граф, я был бы очень рад, если бы вы помогли мне выбрать людей в охрану! А что скажет ее величество?

– Ну, давайте пока что сохраним наш разговор в тайне, ваше высочество, – улыбнулся мне граф Лиордан. – Я позову сюда людей, а вы уж сами выберете, кто вам больше подходит. Кстати, Вера тоже наемница. Она одна из лучших наездниц пограничья.

– Вот здорово! А скажите, граф… – Я понимал, что мне эта дама на фиг не уперлась. Но куда деваться-то? Иного выхода оставить себя лохом я не видел. – А не могла бы она научить меня немного верховой езде? Я просто стесняюсь ее спросить… Да и матушка против будет, как мне кажется.

– Я поговорю с ней, ваше высочество, – еще раз улыбнулся граф Лиордан. – Думаю, что она не откажет.

Взрослые, мать вашу так. Ну почему вы думаете, что ребенка легко обмануть?

Хотя про Веру надо бы подумать… Ну да ладно, буду раз в неделю брать уроки верховой езды, точно не помешает. И к тому же…

Ну, может, она и шпионка графа Лиордана по прозвищу Черный лис. Но на чем-то же он ее завербовал? И что, я, будущий король, не смогу предложить ей больше, что ли? Смогу, еще как смогу. На моей стороне не только финансовые ресурсы, но и тот самый тихий домик на берегу озера, к которому стремится на излете жизни каждый шпион… Конечно, на одного, сидящего в шезлонге на берегу, приходится десяток под водой с мешком цемента на ногах, но это уже другой разговор.