Текст книги ""Фантастика 2025-108". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Андрей Земляной

Соавторы: Николай Степанов,Влада Ольховская,Алексей Вязовский,Алексей Изверин,Ник Ивашев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 62 (всего у книги 345 страниц)

Глава 17

Кастетом по почкам,

По жизненным точкам!

Народное творчество

Ровно в пять утра за окном загудел сигнал машины.

Я проснулся, открыл глаза, отпихнул в сторону тонфу. Сегодня ночью что-то ничего не снилось. Ну что ж… Наверное, принца там угрохали-таки. Я же хоть и мелкий, все же не дурак, и вижу, что принца при дворе недолюбливают. Слуги избегают, дворяне сторонятся, а графы и королева на привязи держат, как щенка. Чего раньше-то не удавили, непонятно? Материнские чувства взыграли?

Ой, ну не верится мне что-то в это, ой не верится! Когда речь о власти идет, не то что детей своих, и себя самое запродашь кому хочешь. Живой пример у меня перед глазами, вся страна моя, которую уже продали не один раз и до сих пор перепродать пытаются.

Пока я быстро одевался, то думал.

Версию «мальчик мой единственный уси-пуси» оставим на крайний случай. Стоит королеве даже не приказать, намекнуть, и… Хам-генерал граф Ипоку с удовольствием меня на ленты распустит, граф Дюка этак походя голову с меня смахнет своей сабелькой, графиня Нака с шелковой удавкой, граф Урий с апоплексическим ударом табакеркой в висок[13]13
  По одной из версий, император Всероссийский Павел Первый был убит ударом золотой табакерки в висок, после чего в народе ходила пословица «Император скончался от апоплексического удара табакеркой в висок».


[Закрыть], неизвестные разбойники, неожиданная стрела в спину, отрава в утреннем питье…

Но пока же не душат?

Значит, что-то мешает, что-то не дает так просто от меня избавиться.

Когда я с большим тюком, включающим в себя все необходимое, явился под окна, лицо мое было не очень веселым.

Забросил вещи в багажник, сел рядом с водителем.

– Всем привет, едем… – Костик быстро переткнул передачу, машина рванула как ужаленная.

– Эй, осторожнее, это ж двор!

– Да ничё, спят все ещё! – ответил Костик, но скорость сбросил.

Пронеслись по тихому шоссе, вырвались на кольцевую, по ней свернули на другое шоссе и поехали по прямой, обгоняя редкие фуры.

– Слушай, Кость, а ты уверен, что Серега меня правильно поймет?

– Кто не рискует… Слушай, что хмурый такой? Девушка красивая, приятная, умная, домовитая даже… Помнишь тортик на Серегиной днюхе? Вот, она приготовила. К тому же состоит в модельном агентстве, участвует в съемках там каких-то… А ты что?

Занимался день, теплый день осени. Солнце выглянуло из-за горизонта, залив алым поля и редкие домишки. Машин на трассе становилось все больше и больше, в основном легковых.

Почему же я до сих пор живой?

Потому что я наследник, а мать моя тамошняя при мне всего лишь регент. Пока я лежу в коме, королеве не мешаю и я для нее самый удобный принц. Не важно, почему она регент, важно то, что никто на ее власть не покушается. Когда не будет меня как законного наследника, то и она не нужна, можно нового короля выбирать.

Вот так.

Все просто.

Я едва не подпрыгнул, удостоившись изумленного взгляда Костика.

– Да так… Ногу свело! Ты рули, а?

– Да рулю… – медленно сказал Костик.

Пока что меня убивать не будут. А если я буду и дальше корчить из себя придурка, не мешая, то еще и отблагодарят чем. Дадут дальше играть в деревянных солдатиков, полки гонять, Преображенский и Семеновский. Разрешат учиться каллиграфии и даже географии. Выпустят попутешествовать… Хотя нет, испугается королева, что со мной что-то случится, буду сидеть в замке.

Разрешат даже рыжикам немного по физиономии настучать, наверное… Главное, чтобы не мешал им и дальше страну по кускам растаскивать.

Хм, а почему б графам не придушить меня и королеву заодно, и выбрать себе очередного удобного короля, чтобы и дальше за его спиной страну распродавать по кускам?

На подъезде к городу Костик остановил машину, сбегал к цветочному развалу и вернулся с большим букетом ярко-красных роз.

Женя и Маша ждали нас около большого фонтана. На этот раз оделись нейтрально, джинсы, рубашки, удобные кроссовки. Но все равно как же красиво все это смотрелось на них… Особенно на Маше!

– Привет! – улыбнулся Костик.

– Ко-остя! – Женя прижала букет к груди. – Красота-то какая! Красные розы, мои любимые! Дай я тебя поцелую!

Костик молчал и глупо улыбался.

– Так, дамы и кавалеры… – встряла Маша. – Еду держи! – Она накинула мне на плечо ремень большой тяжелой сумки, источавшей вкусные запахи. – Что стоим, кого ждем?

Вчетвером расселись в машине, я и Костик впереди, дамы сзади. Сумка с едой отправилась в багажник, Женя не расставалась с букетом.

– Домой заедем? – спросила она. – Оставлю! Жаль красоту такую с собой-то…

Заехали, подождали, пока Женя сбегает домой с цветами. Простой такой деревенский дом, бревенчатый, зеленая краска по всем стенам и окна, разделенные на четвертинки. Стоило ей зайти туда с букетом, как колыхнулись занавески.

– Ой что будет. – Округлила глазки Маша. – Родители строгие…

Через минуту Женя выскочила обратно, уже без цветов, нырнула в машину.

– Гони! Давай-давай, пока мама не передумала…

Ну, и рванули. За город, мимо дач и станций автобуса, мимо небольшой заправки, где Костик залил полный бак бензина и где мы купили мешок березовых углей для костра.

Добрались до места.

Хорошо тут.

Речка, ивы плакучие у воды, следы кострищ.

Быстро воткнули в землю рогатки для шампуров, установили одноразовый мангал, открыли ведро с маринованным мясом.

– Пошли к речке сходим! – Маша вручила мне пустую пятилитровую бутылку. – Воды набрать надо, а то как бы костер траву не запалил… Сухо сейчас.

И пошла первой, показывая дорогу.

Тропинка среди зарослей камыша и какой-то высокой травы вела вниз, к воде. Тихо плескали волны, выкатываясь на глиняный пляж, стрекотали в зарослях камыша какие-то жучки, где-то далеко-далеко от нас оставался шум большого города. Солнце неторопливо карабкалось на небо, обещая нам жаркий денек.

– Только чур ты набираешь! – сказала мне Маша. – А то у меня джинсы ручной работы! Нравятся? – Она покрутилась передо мной.

– Э… Да! – хватило ума сказать мне. – А кто шил?

– Да уж не Версаче, сама! – похвалилась Маша. – Прямо на фигуре подгоняла, смотри! – Она закрутилась вокруг своей оси, высоко подняв руки. – Ты воду-то набирать думаешь или на меня глазеть?

Я спустился ниже, стараясь не думать, как собственноручно сшитые Машей джинсы обрисовывают стройные бедра, талию и… Хм… Присел на корточки, опустил горлышко упрямо пытающейся всплыть бутылки в текущую воду, подальше от берега.

Правильность окружающего мира разрушил звук мотора, рыкнувшего вверху, на поляне, и излишне громкие хлопки дверей.

Кто-то приехал. Ну вот, я уж думал, что получится скромной компанией посидеть, а тут сейчас начнется вечеринка на сотню персон, с музыкой, пьянкой и шашлыками. Ну и стоило оно того? Лучше бы дома остался.

Я выдернул потяжелевшую бутыль вверх, обернулся и столкнулся с тревожным взглядом Маши.

– Возвращаемся, – сказал я.

Наверху народу прибавилось. Четыре человека, все довольно однотипные, чем-то неуловимо похожие друг на друга, хотя по лицам и телосложению разные. На бандитов не похожи, хотя, кто знает, как тут бандиты выглядят и одеваются?

Самый большой из этой компании, коротко обритый и весь какой-то бугристый, в черной обтягивающей футболке и спортивных штанах, что-то говорил Косте. Тот кивал ему, добро улыбаясь, и старательно прикрывал собой Женю.

– Не, ну ты что, не понял? Как-то нехорошо, не? – напористо выговаривал Бугор.

– О, Вован, вторая тоже тут! – обернулся крайний.

– Так, гости-дорогие, – решительно продолжил Бугор Вован. – Валите себе откуда приехали, а девушки с нами остаются, ясно? Маш, Жень, ну чё за дела? Мы с вами на сегодня договаривались, а вы с этими…

– Мы с тобой ни о чем не договаривались! – вскинулась Маша у меня из-за спины.

Ого, да они знакомы…

– Все, ребята, мы уходим, Жень, пошли… – Костик своей спиной начал оттеснять Женю назад, к машине. Я тоже указал Маше глазами на авто. Нечего, мол, тут стоять, когда взрослые дяди разговаривают.

– Вы пошли, телки с нами! – вскинулись из задних рядов.

Бугор вскинул кулак, и Костику прилетело в голову. Костик попытался уйти шагом назад, но натолкнулся на Женю, и, пока решал, в какую сторону идти дальше, кулак тезки вбил ему прямой под нос.

Голова Костика мотнулась, он осел вниз как куль с мукой. Вокруг него сразу же образовались трое, усиленно работающие ногами. Били по-гадски, сверху вниз, запинывали.

– Голову ему я подержу… – сказал жилистый тип, весь в наколках, похожий на стиральную доску, которая исписана синей шариковой ручкой с ног до головы. Он крепко держал за уши голову моего друга. – А ты, Вован, пробей с ноги по затылку, дурачком сделаем…

Бугор одобрительно гыкнул, отошел чуть назад.

– Стойте, сволочи! – взвизгнула Маша.

Да где уж там, ребята увлеклись…

Один рванулся на меня, занося в ударе отполированную дубинку.

Я резко крутанулся на мыске, все, как показывал Валерий Алексеевич, развернув таз и выбросив ногу сбоку-вперед, представил, что бью по груше в спортзале. Попал в бедро голенью, хорошо так, с характерным шлепком, ногу подрубил, но и по скуле мне прилетело немного. Зато оружие отобрал, а тип заорал и заскакал в сторону, согнутый. Ой, больно это, когда так попадают! Сам знаю, не раз на тренировке получал!

В руках у меня короткая дубинка, по балансу очень на меч похожа. Крутанул ее вдоль кисти, примериваясь, перехватил так, чтобы часть торчала из ладони вниз.

Костик!

Забьют же, твари!

Троица оторвалась от своего веселого занятия и приближалась ко мне.

– Ух ты! Как в фильме! – восхитился расписной. – Ты Дункан Мак-Лауд? А такое видел? – В руках говорившего возник длинный и острый шампур. Наш же, даже шашлык наколоть не успели. – Я от…жу тебя, и твоя сила перейдет ко мне…

Двое посмеялись удачной шутке, я и сам быстро улыбнулся.

С этими словами он сделал длинный выпад, метя мимо меня, под мышку – попугать типа. Убивать они испугались, сцыкотно потом в тюряге сидеть.

Дальше я сработал автоматически, расписной слишком выставил вперед ногу и совершенно не думал ее прикрывать, да и на выпаде провалился.

Блок на меч… То есть на железку для шашлыка, потом поворот моего меча и его движение сверху-вниз, получи, фашист, гранатой!

Будь у меня настоящий меч, чел остался бы без ноги, а так лишь поорал чуть, выронив шампур. По внутренним мышцам бедра, не страшно, но больно! Ой больно! От сержанта прилетало, навсегда запомнил, что ноги выставлять не надо.

Хорошо, что у этих в жизни не было ни Валерия Алексеевича, ни тем более децимала королевской гвардии Седдика.

Следующий противник попытался тупо ударить меня резиновой дубинкой, я легко отбил ее в сторону и с размаха засадил ему в бок коротким концом своей дубинки. У меня же не боевой меч-то, а просто палка, можно не стесняться. Влажно хрустнуло, и мой противник с белым как снег лицом свалился на траву там, где стоял.

Развернулся, сблокировал какой-то пыльный и трухлявый дрын, которым меня попытался огреть мой первый противник, переместился вперед, не отпуская дубинки от вражьего оружия, оказался за спиной у человека и зарядил ему другим концом дубинки в зубы. Н-на!

А дальше настала уже моя очередь полететь, не надо было разворачиваться. Расписной бросился, обнял меня руками, блокируя мои плечи как можно ниже, поднял над землей.

Я ощутил, что лечу, а потом ощутил, как сильная пощечина выбивает из меня мысли. Это Бугор промахнулся, хотел попасть кулаком, да я вовремя отклонился. По своему расписному другу не попал, как я втайне надеялся.

С ужасом я ожидал второго удара, понимая, что это будет уже серьезно. Один чел валяется без сознания, остальные все от меня получили неслабо. Сейчас меня замесят, втроем недолго бить будут, а потом, злые и горячие, останутся наедине с девушками и такое сотворить могут, на что никогда бы не решились в ином случае! На тот свет запросто отправят, а то еще что похуже придумают!

– На! – Про Костика уже забыли, сбросили со счетов. «Двойку» по печени он пробил жестко, с одной и с другой стороны, только шпок-шпок, звук двойного удара слился в один.

На лице Вована-Бугра возникло удивленное выражение. Постоял, покачиваясь, потом побелел и рухнул вниз.

Я ощутил, что лечу, что лицо моего друга становится все ближе и ближе… Нет, увернулся.

На ногах я не устоял, рухнул в траву. В носу и на губах сразу же стало солоно.

– Не лежать! – откуда-то издалека крикнул в ухо барон Седдик. – Не лежать!

Ощутив, просто-таки почувствовав приближающуюся к ребрам палку, я перекатился, ища меч или любое другое оружие. Ничего нет, нет, значит, надо отнять у врага, который послабее.

– Вставать!

Нет, ты не во сне. Во сне сержант бы уже стоял рядом с немного равнодушным лицом и смотрел бы на меня спокойно и насмешливо.

Врагов не осталось. Расписной как раз принимал от Костика ногой в голову, а последний отхрамывал подальше, поднимая руки.

– Да вы чё, уроды, вы чё, вас посадят…

– А тебя закопают! – рявкнул Костик.

– Костя, хорош! – крикнул я, сплевывая кровь. Длинная тягучая слюна попала и на футболку. Ну все, привет, мамка точно не отстирает, а я ее за вечнозеленые у барыги покупал…

Костик остыл, огляделся.

Поле боя за нами.

– Поехали отсюда.

– Куда, а милиция?

– Да они не пойдут, – покачала головой Маша.

– Что так?

– Да вот так. У того, который жирный, условный срок. И у писуна, – она кивнула на того, который предлагал отбить Костику голову, – тоже висит. Пойдут в ментуру, срок реальный станет. И этот блатота. Им в ментуру жаловаться западло, да?

– Да пошла ты… – Расписной ворочался в траве, как большой тюлень.

– Что? – спросили мы с Костиком хором.

– Все-все-все, вы серьезные ребята…

– Так-то вот. Едем отсюда!

По пути Маша попросила остановиться сначала у палатки при дороге, где девушки купили лейкопластырь, бинты-йоды и мороженое зачем-то, а потом второй раз в указанном ею укромном месте.

– Все, оба из машины, на лечение! – скомандовала она.

Подчинились.

Женя занялась Костиком, а ко мне подступила Маша. Нас вдвоем усадили на капот, с разных сторон, Маша смочила край своего носового платка в спирте, начала аккуратно обтирать мое лицо, потом так же аккуратно, едва касаясь пальцами, замазала мне разбитую губу медицинским клеем. Заставила снять испачканную футболку, посмотрела на ребра и спину.

– Вроде синяки только, – сказала Маша. – Переодеться есть, герой?

– Да… Там, в сумке… – Хорошо, что чистую рубашку с собой захватил. – Маш, я тут… – На джинсах девушки, на коленях, расплывалось несколько кровавых пятен.

– Ерунда, – сказала Маша, даже не глянув вниз. – Голова не кружится?

– Да нет…

– Ну вот! А вы еще сказали, что мороженое любите! – торжественно объявила Женя, накладывая Костику на глаз пачку пломбира. – Держи, атаман, а то отек будет! – И она, улыбнувшись, осторожно поцеловала Костика в целую щеку.

Тот расцвел на глазах.

– Жень, а еще можно?

– Обойдешься! – улыбнулась Женя.

Ну, такая улыбка бывает… Когда женщина говорит «нет», это значит «да», да?

Глава 18

Тут как тут, тут как тут

Это храбрый парень,

Это Робин Гуд!

«Кар-Мэн»

– Первым королем Ильрони был Урий Первый, – сказал барон Гонку. Полноватый дядька, нудный до ужаса, круглолицый и лысый, как яйцо. На носу местные очки, металлическая оправа из скрученной проволоки, и в ней зажаты кусочки стекла.

– Он с дружиной приплыл с островов, взял под свою руку варваров и построил Верхний город и защитил его от Порождений Земель и пиратов, основал торговую факторию, чтобы купцы могли получить отдых и ремонт кораблей. Его дружина росла, была славна подвигами, и император, узнав о том, пожаловал герцогу Ильрони герцогский титул. В дальнейшем ваши благородные предки выводят род свой от первого герцога Ильрони.

Я быстро сделал на бумаге пометки. Проклятущая каллиграфия… Сегодня еще сержант решил поучить меня биться без оружия, мало ли, вдруг пригодится, и поучил-таки, теперь все тело ломит. В том числе и руки тоже, пальцы еле двигаются. Удары кулаком тут не очень знали, зато захваты и броски распространены сильно.

– Герцог Ильрони построил первую стену вокруг Верхнего города, заложил форты, защищающие столицу с моря, заключил Коронные договоры с герцогством Альрони, сражавшимся с Порождениями, и с Морским герцогством, в то время изнемогавшим от нападений пиратов. Запишите, ваше высочество. Урий Первый, герцог Ильрони.

Я записал. Барон Гонку просмотрел оставленные мной каракули.

– У вас довольно неплохой почерк, ваше высочество. Продолжу. Урий Второй. Он выстроил большой порт и выдал преференции торговцам, которые останавливались в порту Ильрони. Его жена, герцогиня Ирна, дочь и наследница графства Штатского. Родила ему троих детей, двое из которых скончались до наступления совершеннолетия. Урий Второй, сын Урия Первого и Альвары, герцог Ильрони. Запишите, ваше высочество.

И так весь вечер. История королевской фамилии, кто, где, что и когда. Барон Гонку знал их досконально, причем ни в какие шпаргалки не заглядывал, шпарил наизусть.

Тяжко мне пришлось… Барон Гонку оказался тем, кого у нас называют «педант». Совсем как профессор Иванов из нашего института. Тот тоже, пока все не выучишь, ничего не ставит. И оправдание одно у него. Ну, вот ты инженер будущий. Ты хочешь тройку. А вот где-то врач будущий тоже хочет тройку. И ты бы пошел к такому вот врачу? Ну, один остроумец ответил «да» – и пошел на пересдачу. Потом еще и в академ. Теперь с нами в группе учится. Не думаю, что снова сдаст, у профессора память хорошая…

За окном уже давно вечер, в парке поют сверчки и играет музыка. У королевы сегодня очередной не то прием, не то бал. Не пошел я туда, больным сказался. Что там делать-то? Смотреть, как придворные со скучными лицами друг другу раскланиваются?

Или на аферы королевские? Последний раз… Нет, не последний, крайний, вот уверен я, что этот раз не последний! Пришел наследник. Суровый такой малый, лет двадцати, в кольчуге, за спиной щит, на поясе ножны пустые болтаются, меч и кинжал отняла охрана на входе. Шлем-горшок к поясу пристегнут, лицо злое такое, в серой холщовой сумке на боку свитки с правами наследования…

– Ваше величество, ваше высочество…

Надо же, даже меня вспомнил. Поклонился грамотно, сначала королеве, потом мне.

И рассказал историю свою. Помер барон старый, отец его, кто-то подсуетился быстренько, имение сначала под опеку до совершеннолетия наследников, потом в долги вогнали, потом продали, и все шито-крыто. Ну, как у нас квартиры продают, так же, концов не сыщешь. Яуза хранит столько тайн, что одним трупом больше, одним меньше уже ничего не изменят. Тут рядом с городом тоже речка есть.

Рыцарю объяснили популярно, что виновные сурово наказаны, а ты, рыцарь, гуляй-ка… Вот тебе полста… Нет, вот тебе двадцать золотых. Какой-такой-разэтакий барон? Барон – это если имение есть, земля да людишки, а у тебя? Кто, говоришь, отобрал? Ну так вот, они наказаны. Имение вернуть? Так оно давно другим людям принадлежит, уважаемому графу Лургу. Отобрать? У законного владельца? А с какой стати королевство тебе должно? По закону? По какому-такому закону? Мы все тут одна шайка? Наглец, ну наглец… Стража!

И уволокли наследника куда-то в подземелья. Не знаю, куда они трупы выносят, но не думаю, что прожил он долго. Одному-то воину он засветил в лобешник хорошо, того следом вынесли.

Жаль, хороший мужик был. Чем-то на сержанта похож.

Ну, и прочее, что иначе как аферами и не назовешь.

Все выглядело так убого, что диву даешься. Я долго думал, что же так, а потом все-таки понял. Это они для меня убого выглядят, кто еще в школу мимо «шарики катаются, шарик угадаешь, денег забираешь» ходил. А для местного населения это, небось, интрига у-ух! Гении аферы! Во, смотри-ка, женитьба за деньги. Типа есть бедный рыцарь и есть богатая графиня. Вот так графиню можно под локоток и к алтарю. А потом графиня… Ну, утонет? В ванной? На Земле был такой древний красивый обычай, Валерий Алексеевич рассказывал про какого-то англичанина, который своих жен в ванной топил ради наследства[14]14
  Англичанин Джордж Джозеф Смит утопил троих своих жен в ванной, инсценируя несчастные случаи, ради получения страховых денег. В Англии начала века известное преступление. В настоящий момент такой способ убийства определяется криминалистикой.


[Закрыть]. А бедный рыцарь, получивший богатое наследство, поделится с казной, щедро пожертвует две трети имущества… Если не пожертвует, то тогда ничего ему не достанется, да и самого по обвинению в убийстве супруги в подземелья потащат.

Аферами с землей и имуществом, как я понял, граф Лург занимался. Набил мошну себе больше, чем пузо, и замахнулся на Морское герцогство. Прошлый герцог как-то выпил вина на охоте, да и помер, вредно вино пить с незнакомыми людьми, когда у тебя столько денег и владений. А герцогиня-то одна осталась… Королева ей уж и приглашение прислала, прибыть типа, за жизнь поговорить, леденец скушать, день свадьбы назначить, когда герцогиня за графа Лурга замуж выходить будет, будущего морского герцога, фасон ванны обсудить, в которой герцогиня купаться любит. Та все тянет, дел много, то да сё… Заперлась в замке, отбила несколько штурмов, никого не принимает. Недосуг, в общем, но как только, так сразу.

Ну, и по мелочи разное, даже перечислять стыдно. Шайка гопников мелких, до большой власти дорвавшихся. То там кусок сгрызут, то сям выхватят, то тут цапнут…

Все это проходило под пышные приемы, на которых королева-мать аж млела от удовольствия, сначала глядя на богатые наряды, а потом подсчитывая, сколько на то ушло. Вот у нас прием сегодня богаче имперского в прошлом году в полтора раза, но это не то что прошлый, там две тысячи кавалеров собралось, и каждый со своими слугами, вот он богаче в два раза! Суммы в сотню золотых, чуть ли не ежедневно бросаемые на благотворительность и на украшения для двора и замка, на разные «вспомоществования», да и на криминал… Хороша идея – надо положить всем ворам Соединенного Королевства денег ежемесячно, чтобы они перестали воровать. Тогда и преступность исчезнет. Уж не знаю, положили или нет, не интересовался. Вроде бы да.

Отдельно надо сказать про последнего графа.

Не нравился он мне, и вот чем.

В королеве-матери театральность въелась в кожу и кости, она уже не могла без всхлипов и платочков, без этих «нищих» и «несчастных, сбившихся с пути», которым можно выдать золотой-другой, без «блаженны нищие духом, ибо они угодны Светлым богам». Та же благостная маска въелась в графиню Нака. Граф Лург был искренен, шипел с присвистом, когда на что-нибудь надо было денег выделить, и казалось, что его сейчас удар хватит, а вот когда деньги принимал, то сразу десяток лет и килограммов сбрасывал. Про графа Дюка и говорить нечего, он наслаждался титулом и своим положением вовсю, первый рыцарь королевства, сладко есть, вкусно пить, мягко спать, с большой свитой на красивом коне скакать туда-сюда.

А вот у графа Урия, как и у меня, театральность была вынужденная. Как та собака, все понимает, да только говорить ничего не хочет. Всегда да-да, разрешите предложить сделать так, ваше величество… Хитро так, но все равно все по его. Иногда, конечно, королева от чего-то отказывалась, да вот только не оставляла меня мысль, что граф и отказ предусмотрел.

И отчего-то же наверх не лез… Вот граф Дюка – командующий армией Соединенного Королевства Ильрони и Альрони. Вот графиня Нака – первая дама двора. Вот граф Лург, владелец многих земель окрест, понятно каким путем полученных, скупает зерно и мясо у всего королевства, а потом им же и продает, задрав цену втрое выше. Будущий морской герцог.

Ну, а этот… Как белая ворона. Должность у него «младший королевский казначей», то есть «помощник министра финансов». Министр финансов пьян уже пару лет, печатью на указ еще может шлепнуть, а вот подписаться уже нет, лакеи ему в руку перо вкладывают и по бумаге водят.

Что же получает граф Урий от своих дел? Деньги? Да нет, вряд ли, не такой он человек! Финансы у него водятся, но особо он ими не дорожит, да и не видно на нем денег больших, сапоги не самые новые, да и на камзоле следы штопки заметны, даже ювелирных украшений не носит. Власть? Но какая же это власть, когда над тобой кто-то есть, кого еще уговаривать надо?

Не королем же он хочет стать, на самом деле?

Если и да, то что ему достанется-то? Королевство рушится. Кочевники пару городов данью обложили, морские пираты на побережье как у себя дома. Крестьяне с земель бегут, работать не хотят, все одно нищие, что работай, что нет, и сбиваются в разбойничьи шайки. Ремесленники тоже работать не хотят, налогами их задавили страшно, так что воровать выгоднее получается. Насквозь продажная городская стража меньше берет, чем сборщик налогов. Булку хлеба у крестьян покупают за медный грош, а на базаре просят серебряную монету.

В самой столице преступность страшенная. Ночью лучше не ходить без нужды. «Днем деньги ваши, вечером наши». Налеты на склады, разграбления домов, заложники, вымогательство… Охрана замка как-то незаметно утроилась. Графья провинций все посылали и посылали донесения во дворец. Неделю назад их и читать перестали, типа у королевы плохо с самочувствием от плохих известий, и потому вон, все вон…

Когда перед бричкой рушится дерево, это красиво.

Вот стоит ряд зеленых исполинов вдоль дороги. Тут они подходят к колее очень близко, по сторонам заросли кустов в половину человеческого роста, густые, переплетаются ветками. Вверху шумит ветер с моря, здоровенные кроны качаются, стряхивают ветер с себя, но он вновь цепляется за них цепкими лапками.

И вдруг одно дерево начинает клониться все быстрее и быстрее. Шелестят ветви, летит в стороны листва. Бабах! Толстый ствол рушится в дорожную пыль, метет ветками по ней, подпрыгивает один раз и снова падает обратно.

Лошади всхрапнули и поднялись на дыбы с диким ржанием, кучер натянул вожжи, осаживая их. А меня сдернуло с брички и потащило куда-то вниз, под колеса.

Сержант где?

Да вот же он, тут, меня под мышку тянет. А с другой стороны под мышкой доктор. Мастер Клоту еще не успел понять, что творится, только глупо хлопал глазами.

С звонким «теньг!» в борт брички ударила стрела, пробила его насквозь. Наконечник в обрамлении щепок выскочил наружу как раз перед моим лицом. Длинное и прямое жало, трехгранное, тусклое. Я рассмотрел даже зазубринки, сходящие на ровную линию белой грубой заточки.

– Что это? – Мастер Клоту присел еще глубже. – Седдик, что происходит? Кто в нас стреляет…

– Поди спроси, – ответил я, не сразу поняв, что доктор спрашивает не меня.

– Вопросы потом! – прервал нашу так и не начавшуюся беседу сержант. – Ваше высочество, сейчас придется бежать. На лошадей нет времени. Мастер, побежите за нами. Сможете не отстать?

– Попробую… Ой!

Сержант выметнулся из-под телеги, меня рвануло за правую руку за ним. Слева бежал мастер Клоту.

Убежали недалеко.

Стоило сержанту проломиться через кусты и через подлесок, волоча меня на буксире, как мы попали на полянку, полную нападавших. Я успел пнуть одного в живот, слабо, сам отлетел, и потому желавшие меня поймать столкнулись между собой впереди. Отпрянул назад, оглянулся.

Ну, вот и все. Тесаки в руках угрюмых мужиков смотрелись серьезно. Справа от меня обозначился сержант, с мечом. Держал он его свободно и просто, в другую руку взял кинжал, пряча его под локтем. Мастер Клоту был прижат к земле впереди, ему в спину упиралась длинная грубая дубинка.

Интересно, проснусь ли я в своем мире, если меня прирежут в этом?

Разбойники одеты чуть получше крестьян, но все вооруженные. Дубинки, на толстых поясах висят тесаки в тряпичных ножнах, за спиной каждого торчат разноцветные оперения стрел. Луки через спущенную тетиву переброшены через плечо.

– Ваше высочество! – как-то очень спокойно сказал сержант. – Бегите вдоль дороги и не оставьте мою семью.

– Да ну в задницу! – огрызнулся я. – Далеко ли убегу?

Нас прервали.

– Добро пожаловать! – Расталкивая своей харизмой…

А как это харизмой расталкивать?

Ну, это Серега-большой показывал. Сначала бьет одного хулигана на дискотеке по глупой башке, а потом идет на толпу остальных. Остальные сами расходятся, их и расталкивать не надо, сами расступаются.

Значит, вот так же вышел к нам бородатый тип. Остальные расступились, но кольца не разорвали. Высокий, чуть даже выше сержанта, высушенный до жил, в лихо заломленной треугольной шапочке и зеленой накидке.

Опа. Тут как тут славный парень Робин Гуд!

– Гости дорогие! – Широко раскинул руки в стороны Добрый Робин. – Ребята, да что же это мы не приглашаем их к нашего костру?

Ребята загомонили в стиле «Ну да, плохо дело, надо бы пригласить!» и поулыбались так, что идти куда-то с ними резко расхотелось.

– Гости дорогие! – Справа вышел какой-то здоровенный тип. Длинные волосы заплетены в косы, а на руках нежно держит здоровенный топор. – Сами пойдете, али как?

– Сами. – Я опустил вниз меч сержанта. – Пойдем, куда денемся. Как наши люди?

– А что ваши люди? Они свободны! – улыбнулся во всю ширь лица Робин Гуд. – Правда, денег-то им как раз придется оставить…

Костер тут был недалеко, всего полчаса ходьбы. Лошади бы не прошли точно, ноги попереломали. Бурелом и буераки. Дубовый лес, с редкими полянками и множеством здоровущих кустов.

По извилистой тропинке вышли к поляне.

Там уже горел небольшой костерок, над которым на копье поворачивалась вдоль своей оси туша то ли лося, то ли буйвола. Не знаю уж и кого, кто тут водится, здоровенный такой, ароматный, жиром истекает.

Похоже, что тут настоящее стойбище, совсем под боком у столицы. «Днем деньги ваши, вечером наши», вот такие дела. Сколько у меня с собой денег-то, кстати? Не так уж и много, три десятка золотых. У мастера Клоту что-то возьмут, у сержанта тоже могут вытащить из пояса. Он как раз сегодня просил мастера Клоту заехать с ним, его семье снова плохо…

– Присаживайтесь, ваше благородие, – сказал самый здоровенный из толпы стрелков. Не очень чтобы высокий-то, сержант его повыше будет, но широкий и основательный. – Вот сюда, на камешек. Вещи ценные можно сложить рядом. Толстяк и слуга твой пусть тоже не стесняются.

Присел. Мне выдали кусок мяса от ляжки, хорошо прожаренный. К тому, что никто его нарезать не будет и специй никаких тоже нет, я привык как-то. Вздохнул, впился зубами. Есть можно, если не часто.

Рядом примостился сержант, положив ножны с мечом на траву. С другой стороны выставил ящик и к нему привалился мастер Клоту.

– Не нравится наша пища, благородный? – спросил кто-то из-за спины. Я обернулся. Нет, никого.

– С чего бы это? – сказал с подковыркой, вдруг да кто-то отзовется. Судя по всему, убивать не будут. Вернут за выкуп. Вот только бы и за сержанта с доктором выкуп заплатили, а то прижмется моя мамаша, и шиш тогда.

Кончились мои тренировки на свежем воздухе. Теперь, после такого случая, королева меня точно никуда не отпустит. Буду сидеть в замке, как филин, в окно смотреть, под тройной охраной.

– Ну, благородные господа, ваши светлости, знаете ли, куда вы попали? – снова появился Робин Гуд.

– Да нет, не доводилось тут раньше бывать, незнакомец.

– Оно и видно! Ну да ничего, волей Светлых богов и не то случается. Итак, это волшебная поляна!