Текст книги ""Фантастика 2024-152". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Алексей Стародубов

– Не уверен, что умею ездить верхом.

– В самом деле? – удивился Серхио. – У дворян это обязательное умение.

– У меня в памяти сплошные дыры. Может, до того происшествия я умел. У нас нет времени проверять и учиться, если не вспомню, поэтому нужен другой способ убытия из города. Вариант с порталом не подходит – сдадут королевским чародеям.

– Тогда только дилижанс. Нужно расписание узнать.

– Где?

– Иногда бывает в книжных магазинах, если у станции есть с ним договоренность. Если нет – только на станции дилижансов.

Я напомнил Шарику поставить маскировку и вышел. Маги в зале проводили меня взглядами, но в этот раз с разговорами не приставали. Зато Шарик усердствовал.

– Сидят, гады, вынюхивают. Зря ты деньги Серхио оставил. Нужно было их брать – и линять из города.

Его выступления по этому поводу мне порядком надоели. Не то чтобы я боялся поддаться, но неприятно, что меня считают способным на предательство. Да если бы не Серхио, меня уже не было бы – прямо в замке Бельмонте остался бы труп. Разговоры следовало пресечь, причем не просто угрозами, а доказать Шарику, что разделение неблагоразумно.

– Шарик, если Серхио поймают, ты думаешь, он будет молчать?

– Но мы-то уже будем далеко, – растерял уверенность Шарик.

– Зато у тех, кто нас ищет, появятся доказательства того, что кто-то выжил. Причем не просто кто-то, а конкретно кто. И если сейчас нас ищут на отвали и вскоре все утихнет, то если поймают одного – второго тоже прибьют. А вместе со мной погибнешь и ты, не забыл?

– Забудешь тут, – пробормотал он. – Ладно, тащи своего Серхио с нами. Понял уже, что от него не отделаться просто так. Прилип как репей, одним словом. Деньги на него трать, магией прикрывай…

В книжной лавке продавец обрадовался мне, как давно потерянному дяде-миллионеру, который пришел сказать, что умрет с минуты на минуту, а свое состояние завещал племяннику.

– Что, решили-таки клочок камзола дона Алехандро Торрегросы купить пока возможность есть? – оживленно спросил он, вытаскивая из-под прилавка приличных размеров коробку. – И правильно. Сколько там у бедолаги одежды было? А так – память на всю жизнь. Говорят, лоскут одежды поэта приносит удачу.

– На нем этих лоскутов было – целый камзол, – не выдержал я. – Ни фига это ему не помогло.

– Потому что такие вещи работают только после смерти обладателя, – не растерялся продавец. – Купите – и я уверен, что вы убедитесь в моей правоте.

– Мне нужна карта, – прервал я его.

– Карта Вильи? – тут же переключился он и даже коробку задвинул под прилавок.

– Мибии.

Продавец к делу отнесся со всей серьезностью, приволок несколько карт разной степени точности, да еще и накрыл их сборником всех карт этого мира, с кратким описанием каждой страны и с картами не только стран, но и крупных городов. Интересный вариант, если подумать. Не факт, что мы задержимся в собственности, купленной Алехандро Торрегроса, а так хоть путь можно наметить.

– Всего восемь плейт – и она ваша, – разливался соловьем торговец, заметив мою заинтересованность. – Даже странно, что такой замечательный сборник остался. Тираж небольшой, за три года остальные разлетелись.

Я насмешливо хмыкнул.

– Остальные – это сколько? Ноль? Не думаю, что вы закупали больше одной. И эта одна явно не новая.

Я ткнул пальцем в чернильную надпись на одной из страниц. Продавец сник.

– Пять плейт, – с надеждой посмотрел он на меня. Залежался, похоже, товар.

– Мне она не слишком нужна. А вот расписание… – Я чуть было не сказал «электричек». – Дилижансов мне бы не помешало.

– Четыре плейты за сборник и расписание в подарок, – внес продавец предложение.

Расписание явно стоило копейки, точнее, обры. Клочок серой бумаги больше стоить не мог, так считать ли это подарком? Но сам сборник карт был хорош. Я раскрыл его на страницах с Мибией и обнаружил, что карта куда подробней, чем любая из принесенных отдельных.

– Подробнейшая карта Вильи тоже в подарок, – расщедрился продавец, подсовывая мне оную.

– К чему мне она? – удивился я. – Я не собираюсь сюда возвращаться.

– Никогда не зарекайтесь.

Отказываться я не стал, потому что это ценная халява, которая поможет ориентироваться в городе в случае чего, поэтому карту взял, вложил в сборник к расписанию и протянул четыре плейты продавцу, расцветающему от счастья на глазах.

– Что-нибудь еще, благородный дон?

Я окинул взглядом магазин. Наверняка здесь была куча всяких книг, нужных для понимания, что происходит в этом мире. Но лишний вес, когда драпаешь от опасности, – он всегда лишний, даже если это замеченная в углу книга для юных магов. В конце концов, у меня есть Шарик. Вот остановимся где-то на подольше – и как займемся моим магическим и фехтовальным образованием…

Интерлюдия 1

– Что скажешь? – Младший чародей вопросительно смотрел на старшего. – Мутный тип. И не представился, и с нас бумаг не попросил. И вообще, странно себя ведет.

– Мутный, – согласился старший. – Но про слугу сказал правду, поэтому не наш клиент. У чародеев, берущих учеников, знаешь, сколько бывает загонов? Этот мог вообще впервые выйти из его дома после начала обучения.

– Не помню, чтобы сообщалось о смерти кого-то из тех, кто берет учеников.

– Может, и не сообщалось, – равнодушно бросил старший. – Может, он вообще втихую грохнул учителя. Но нам-то какое дело?

– Что значит какое? – вылупился на него младший. – Мы его задержать обязаны. Вот Хуан придет и…

– И мы забудем, что вообще этого типа видели. Оно нам надо? – раздраженно высказал старший. – Ты прикинь, какой силы должен быть чародей с ками? Да он нас положит всех троих и не запыхается.

– Тогда мы должны о нем сообщить.

Старший маг хлопнул ладонью по столу.

– Так. У нас есть задание, которое мы выполняем. Все остальное нас не касается. Все странности типов, которых мы встретили и встретим, – идут мимо. Нам давали ориентировку на кого-то с ками?

– Нет, – вынужденно признал младший.

– Вот и успокойся. Ничего мы с этого задержания не получим, кроме проблем. А если еще выйдет, что это действительно ученик чародея, путешествующий по делам покойного учителя, так еще и взыскание.

– Мы здесь все равно впустую сидим, – буркнул младший. – А тип мутный.

Старший только неприязненно промолчал. На его взгляд, куда более мутной была история с поиском Алехандро Торрегросы. Он мог бы поставить свое месячное жалование на то, что ищут они не двойника, а настоящего. И что этого настоящего ждет смерть, если он вдруг выжил. В отличие от младшего коллеги, старший прекрасно связал между собой исчезновение кронпринца и поиск восьмерых человек, четверо из которых владели нерядовыми знаниями и умениями. Возможный скандал, который случится, если они не смогут тихо принять выжившую жертву, беспокоил куда сильнее, чем случайный странный маг. Размышления прервались с приходом третьего из их группы, вымотанного после наложения чар на дом Торрегроса. Хуан был слабосилок, но искусный в таких чарах, поэтому его часто отправляли на задания, требующие особой тщательности.

Он подошел к столику, помахивая дымницей, которая до сих пор слабо курилась, но садиться не стал.

– Закончил с сигналками. Но вот что я вам скажу. Пустышка это. По завершении засек рассеивание призрака.

– Думаешь, Алехандро Торрегроса?

– Именно. Призрак был слабым, плохо сформировавшимся, поэтому и ушел.

– Разве призраки уходят не тогда, когда они выполнили то, ради чего душа осталась? – щегольнул своими познаниями младший. – Он наверняка с кем-то переговорил. Нужно узнать, что и кому он сказал.

Старший скривился, посмотрел на Хуана, тот глянул на него и покрутил головой:

– Нет, на фиг. Не хочу знать, что и кому сказал призрак. Если у кого есть желание допрашивать домочадцев Торрегроса – милости прошу, но я в этом не участвую. И не хочу знать, что вы выясните.

– Я тоже, – согласился старший маг.

– Но почему? – удивился младший.

– Ничего по нашему делу они не скажут. А то, что они скажут, может стоить нам головы, – предельно откровенно ответил старший. – Поэтому никаких вопросов. Нам надо было удостовериться, что Торрегроса тут не появится. Мы это сделали. Все остальное – лишнее.

– Именно, – согласился Хуан. – Я – спать. Меня дергать, только если случится нечто из ряда вон выходящее.

Младший маг чувствовал себя обворованным. Это было не первое его задание, но первое на выезде, а ему не давали себя проявить. Можно сказать давили любую инициативу на корню. Но он понимал правоту старших товарищей и поэтому смирился с их решением. И с тем, что не будет докладывать ни о странном маге с ками, ни о призраке Торрегросы.

Глава 13

Городок, рядом с которым была башня, оказался на границе Мибии с Гравидой. Шарик, как узнал это, сразу возбудился и сказал, что это идеальное место: поиск не достанет, а в случае чего можно сразу перейти в другую страну. Поэтому окончательно было решено ехать именно туда.

Решили мы ехать на первом же утреннем дилижансе. Отправлялся он немного не в ту сторону куда нам было нужно и получалось, что мы делаем большой круг, но у нас было в приоритете уйти подальше от чародеев, разыскивающих уцелевших в ритуале. Задерживаться в Вилье смысла не было – все, что собирался тут сделать, я уже сделал. И даже больше. Подцепленное посмертное проклятие Алехандро Торрегроса сильно осложнило жизнь, потому что выходило, что мне придется убить толпу посторонних людей. Убить просто потому, что в них есть королевская кровь. И это шло в разрез с моей моралью. Одно дело, когда расправляешься с тем, кто пытался тебя уничтожить, и совсем другое – с теми, кто тебе не сделал ничего плохого. Кто, собственно, был такой же жертвой, как и Алехандро Торрегроса.

Ситуация казалась столь омерзительной, что по дороге к станции дилижансов я прямо спросил у ками:

– Шарик, а что будет, если я забью на требование призрака Торрегросы?

– Ничего хорошего. Сдохнешь. Причем будешь сдыхать долго и плохо и посмертие не получишь. Так что даже не думай в эту сторону. Сам ерунду свалял, сам и расхлебывай. Своей вины не отрицаю. Ты-то не знал, а я должен был подумать, что тянет тебя в Вилью не просто так. Но ты тоже хорош: кто же в здравом уме кается перед призраком?

На моей памяти ками впервые признал за собой вину и даже не заикнулся о том, что тоже умрет, что косвенно подтверждало правдивость его слов. Хотя не забыл пройтись по моей глупости – болтать в комнате Алехандро мне не стоило. Но что поделать? Я действительно чувствовал себя виноватым перед парнишкой, у которого отобрали жизнь.

– Понимаешь, Шарик, убивать тех, кто мне ничего не сделал, для меня плохо. Я сторонник гуманизма.

Нет, если на меня нападают, гуманизм уходит на второй план, а на первый выступает желание выжить. Но убить кого-то превентивно, только из-за того, что от меня это потребовал призрак?

– Ты это брось, – недовольно сказал ками. – Погибнут только оставшийся королевский сын и те, кем собирались закреплять магов. Если ты ничего не сделаешь, то их все равно убьют и смерть будет куда хуже. Так просто тихо уйдут на перерождение, а там уж как повезет. А после алтаря умирают насовсем. Плохая смерть.

На мой взгляд, любая смерть была плохой, не бывает хорошей смерти.

– Постой, а как же те, которые маги?

– От них потомков не будет, поэтому ритуал их не затронет.

– Точно?

– У тебя условие «Не должно остаться наследников». Какие наследники от кастратов, балбесина? Они останутся живыми. Хотя… Разве это жизнь? – ками мечтательно вздохнул, наверняка вспоминая свою камию. А может, и не одну, если учесть среднюю продолжительность жизни этих паукообразных. – По факту, у тебя выбор: умирают либо трое, либо четверо.

– В смысле? Откуда четверо?

Ками артистично вздохнул, намекая на мою тупость.

– Либо принц и две жертвы, либо я, ты и две жертвы. По-моему, выбор очевиден, даже если не знать о плохой смерти, которая будет во втором случае.

– А их точно только двое? В смысле жертв.

– Точно. Больше двух магов на алтарь не отправляют. Повторять нельзя. Запасных жертвенных детей не делают. Ритуалы слишком дорогие для королей, во всех смыслах этого слова.

– Откуда ты это знаешь?

– Хандро, я же лично видел, как все это начиналось. Даже если внезапно что-то поменялось, то запасных жертв все равно убьют. Короче, пострадать еще успеешь. Прямо сейчас ритуал не проведешь, так что выбрось из головы эти мысли на ближайшие несколько месяцев.

– Зачем только Бельмонте придумал это дерьмо?

– Глупый вопрос. Он получал слепок знаний и процент с силы мага. На вопрос, зачем ему это, тоже могу ответить. Дело даже не в том, что силы много не бывает, а в том, что есть порог, после которого на мага не действует проклятье. Думаю, Бельмонте хотел выскочить из западни дона Леона. Но не получилось. Дон Леон – великий чародей. Не то что некоторые.

Шарик загрустил и замолчал. Зато внезапно заговорил Серхио.

– Дон Алехандро, мы как раз рядом с рынком идем. Может, докупим чего? Время есть.

Времени было даже с запасом, потому что мы уходили совсем рано, чтобы в голове сонного ночного дежурного не отложились воспоминания о внешности Серхио. Завтраком пришлось пренебречь, так что идею Серхио я поддержал, поскольку, судя по доносившимся запахам, на рынке торговали и горячей едой.

– Нам что-то нужно?

– Еды бы набрать. И на завтрак, и вообще. На станции дилижансов обычно все продают втридорога.

– Хоть кто-то иногда использует голову по прямому назначению, – сказал Шарик. – О важном думает, а не о всякой ерунде. Мясо для меня не забудь купить. Знаешь, такое, вяленое полосками.

Под напором сразу двух соратников и милых сердцу запахов я повернул к рынку и почти сразу замер, увидев то, что нам сейчас действительно нужно.

– Серхио, нам нужна крытая повозка или маленький фургон, – выпалил я. – Такой, чтобы было достаточно одной лошади. Во-первых, не нужно проверять, умею ли я ездить верхом. Во-вторых, мне необязательно будет постоянно держать маскировку. В-третьих, мы сразу становимся независимы от дилижансов и нас будет сложнее отследить. И в-четвертых – крыша над головой.

Тот фургон, который навел меня на мысль, не продавался. На нем приехал торговец курами, клетками с которыми было забито все видимое пространство. Но рынок большой, торгуют много чем – наверняка и фургоны найдутся.

– А ведь точно! Голова вы все-таки, дон Алехандро.

Серхио заозирался и уверенно указал направо. За вожделенным фургоном идти пришлось аж на другой конец рынка. По дороге мы взяли себе по паре лепешек с начинкой, а ками – связку вяленого мяса, которым тот остался полностью доволен и заявил, что мясо правильное и его можно взять побольше. Жрал он столько, что я начал подумывать, нельзя ли ему как-то намекнуть, что прокорм ками – это его забота. Мы не камии, у нас нет в запасе пары коконов с добычей.

Серхио сторговал новехонькую повозку всего за доран и тридцать плейт, хотя продавец просил полтора дорана. Но судя довольной роже, в убытке он не остался. После чего мой спутник отправился покупать лошадь, а мне пришлось охранять купленную повозку, куда мы сразу свалили свои мешки. Серхио вернулся с ладной рыжей лошадкой, ременной упряжью и мешком овса. После чего принялся носиться по рынку, закупая не только продукты, но и разные хозяйственные мелочи, которые могут теперь потребоваться лошадным нам. Осматривался я с интересом, пытаясь найти отличия от рынка моего прошлого мира. На мой взгляд, если не считать отсутствие крытых павильонов, отличий не было. Даже продукты продавали те же: огурцы, помидоры, капусту, лук, морковку, картошку… Хотя нет, с картошкой я погорячился – сколько ни всматривался, на рынке не увидел ни клубня. Спрашивать, разумеется, не стал – вдруг ее здесь вообще нет. Некоторые из круп, приобретенных Серхио, были мне незнакомы, а из знакомых не было гречки. Даже рис и перловка были, а гречка – нет. И экзотической живности я тоже не видел, а вот поросята, куры, утки продавались как тушками, так и живыми особями. Серхио приволок шмат сырого мяса, по виду сильно напоминающего свинину. Упаковка порадовала бы современных мне прошлому экологов – натуральные листья лопуха, которые ничем окружающую среду не загадят, когда мы их выбросим. Только удобрят. Подбор продуктов я отдал на откуп Серхио, сам лишь однажды, перед тем, как мы собрались уходить с рынка, ради интереса пробежался по рядам, купил десяток яблок. Как мне показалось, торговка, хоть и косилась испуганно на ками, денег с меня взяла как с полноценного чародея, то есть больше, чем запросила бы с Серхио. Нужно будет завести потертую чародейскую мантию для шопинга – чтобы подавали из жалости.

С рынка мы выбрались часа через два, причем я поминал добрым словом рыдавшую на кладбище невесту Алехандро Торрегроса и недобрым – местную брусчатку. О рессорах здесь не слыхивали, и каждая неровность на дороге прекрасно ощущалась пятой точкой, несмотря на увесистую прослойку из сена, о которой Серхио заблаговременно подумал.

Из города мы выехали на широкий тракт, на удивление довольно ровно выложенный тем же камнем, что и дороги в городе. Кстати, в Вилье было не в пример чище, чем в Уларио, а отходы жизнедеятельности не выплескивались в канавы. Нет, канавы были, и плавало там не всегда то, о чем можно говорить в присутствии дам. Но были и зачатки канализации, что внушало надежду в том, что в более развитом населенном пункте удобства не будут ограничиваться бадьей и горшком под кроватью. Конечно, бадья с горячей водой лучше, чем вообще ничего, но хуже, чем обычный душ, не говоря уж о нормальной ванне, залезая в которую не надо прижимать колени к подбородку.

Поначалу то я, то Серхио оглядывались на город, боясь увидеть выехавшую за нами погоню. Но, похоже, залетный ученик чародея и его слуга не заинтересовали королевских ищеек. Через некоторое время я расслабился и без особого интереса переключился на однообразные пейзажи по обеим сторонам дороги.

Просидел я в блаженном ничегонеделании недолго, Серхио внезапно спросил:

– Дон Алехандро, вы не передумали заниматься тренировками?

– Разумеется, нет.

– Тогда снимайте с себя чародейскую хламиду, начнем тренировать выносливость.

Тренировка выносливости заключалась в том, что я трусил рядом с повозкой под ехидные комментарии Шарика, который посчитал ниже своего достоинства сидеть у меня на плече, пока я обливаюсь потом. Он вцепился лапами в скамейку рядом с Серхио и уже оттуда сообщал о моих кривоногости и косорукости. То, что я его мог слышать без тактильного контакта, радовало, а вот те слова, что я слышал, – уже нет.

– Шарик, заткнулся бы ты, – не выдержал я. – А то моей косорукости хватит, чтобы сбросить тебя с повозки. Лучше подумай, как будешь меня тренировать.

Шарик довольно долго молчал, потом сказал со странной интонацией:

– Без обид, я польщен твоим предложением. Но как ты себе это представляешь? У нас разные анатомические особенности, понимаешь? И соотношение у женских и мужских особей тоже разное.

Кажется, ками посчитал, что единственное, в чем он сможет стать моим наставником, – это безудержный секс с представительницей моего вида.

– Озабоченный ты, Шарик, – фыркнул я. – Я про чародейство. Зачем мне твои познания в завоевывании дам? Нам нравятся разные женские типажи, как я успел заметить. А к разным дамам нужны разные подходы.

И это я еще мягко сказал, потому что те дамы, которые вызвали у Шарика восхищение, у меня вызывают лишь оторопь и желание держаться от них подальше. Особенно камия, поездка на которой оставила столь неизгладимые впечатления, что повторить ее я не горел желанием от слова вовсе.

– Да, со вкусом у тебя не особо… – Шарик помолчал, потом спросил: – А ты точно хочешь у меня учиться?

– А у кого мне учиться, друг мой? У тебя огромный многолетний опыт, а мне даже ткнуться некуда: другой учитель меня не возьмет, а в школу мне идти – себя засвечивать.

Я держался за борт повозки и ждал отмашки от Серхио, который на меня постоянно посматривал, но не прекращал измывательств, хотя мои ноги уже заплетались, а дыхание вырывалось из груди с хрипами. Пот из меня уже весь вытек и высок неприятной коркой, стягивающей кожу. Последние минут десять я бежал на чистом упрямстве, поскольку сил не осталось. Хорошо хоть для разговоров с ками не надо было даже рот открывать.

– В школу тебя тоже не возьмут, стар ты уже для школы, Хандро. Так что единственное, что тебе осталось, – самообразование. Но кто же берет в учителя ками? Ками – это помощник чародея, стоящий на несколько ступеней ниже него.

– Хочешь сказать, что ты тупее той пары чародеев на постоялом дворе? – поддел я Шарика. – Да ты знаешь если не все, что знал и умел дон Леон, то уж точно побольше тех выскочек.

Ками сдвинулся на самый край скамьи, чтобы быть ко мне поближе. Мое предложение для него выбивалось из нормы, впитанной за столетия.

– Понимаешь, Хандро, у нас разные способы пропускания через себя энергии. Принципиально разные.

– Но ты же знаешь, как правильно для меня?

– Знать-то я знаю. – Он потер затылок сразу двумя лапами. – И прав ты, что вариант у тебя один – самообразование.

– Дон Алехандро, запрыгивайте, – внезапно сказал Серхио и притормозил лошадку. – Пока хватит.

Залез я с трудом и сразу плюхнулся на сено, которым было уложено все дно фургона. Нашарил флягу с водой и присосался к ней, как клещ-переросток. Всевышний, какая же она вкусная…

– Так что там с самообразованием под твоим руководством? – спросил я, оторвавшись от фляги. Нет, фляга помехой вопросу не была, но залиться водой сразу после тренировки – не дело. Отпил, подождал, пока усвоится, опять отпил.

– Куда деваться? Без меня ты, балбесина, пропадешь, – важно озвучил свое решение Шарик, перебираясь ко мне на плечо. – Но на пустом месте чародея не выучить. Для начала нам нужны хотя бы минимальный алхимический набор и пара учебников для начинающих.

– Серхио, у нас будет по дороге какой-нибудь крупный город, где можно купить алхимическую посуду и учебники для чародеев?

– В столице точно можно, – ответил он. – Нам туда как раз надо, хотя и нежелательно. Могут встретиться и ваши, и мои знакомые.

Предложение вызвало у нашего ками бурю возмущения. Он даже лапой у виска попытался повертеть. Не растерял за двести лет плохих манер, набранных у дона Леона.

– Теперь я понял, чего ты так вцепился в Серхио. Ты на его фоне выглядишь умным. На кой хрен нам столица государства? Нам нужна столица магии.

– Это ты сейчас про что?

– Это я сейчас про Кимику. Где университет, куча магических контор и алхимические производства. И где можно сдать добытое в Сангреларе, не привлекая к себе внимания. А болван Серхио предлагает ехать туда, где нас могут спалить и где все, что нам нужно, стоит в несколько раз дороже.

И все это Шарик выяснил, не выезжая с Сангрелара? Либо он очень талантлив в плане добывания информации, либо очень убедительно врет. Привязка была не ко мне, а к дряхлому Мурильо, так что ками наверняка куда больше независим, чем хочет показать.

– Серхио, Шарик предлагает ехать в Кимику. Говорит, там дешевле и безопасней.

– Это да. Но в Стросу нам все равно придется ехать.

– Зачем?

– Там главный монастырь альварианцев, а у нас поручение падре Хавьера.

Медальон падре лежал в моем мешке, но для меня был скорее воспоминанием, чем призывом к действию. Или стратегическим запасом на случай нищеты: такие ценности всегда хорошо ликвидны. Лезть непонятно куда непонятно зачем я и сам не стану, и Серхио не позволю.

– Мы не имеем отношения к внутрицерковным делам, – ответил я. – Нам туда не надо.

– Но предсмертная просьба падре…

– Он недоговорил, и мы понятия не имеем, что и кому следует отдать. И я не исключаю, что мы можем отдать не тому человеку, тем самым не просто нарушив волю падре Хавьера, а поступив вопреки ей.

– А в награду получить смерть, – закончил за меня Шарик. – У церковников это запросто, если не хотят, чтобы дерьмо вылилось за пределы их круга.

– Шарик говорит, что в награду нас, скорее всего, убьют, – пересказал я слова ками для Серхио. – А если не убьет церковь, то у них там хватает шпионов, которые донесут, что часть жертв выжила. И тогда нас найдут королевские службы для допроса и дальнейшего умерщвления.

– Странно, что поиски идут, а о гибели принца не сообщают, – ушел Серхио с церковной темы.

– Нашел поиски, – пробурчал Шарик. – Это вам пока везет, что поиски на отвали, потому что маги уверены, что никто не выжил. Были бы нормальные поиски – вас бы уже взяли.

– Возможно, надеются, что кто-то выжил? Сообщать о гибели, если нет уверенности, что она случилась, – преждевременно. – Тут я увидел на горизонте речку и предложил: – А не остановиться ли нам у реки ненадолго?

– Остановимся, как не остановиться, дон Алехандро, – согласился Серхио. – На ноги нагрузку мы дали, теперь надо дать ее на руки. Отожметесь во время стоянки, ополоснетесь в реке, и перекусим чем Всевышний послал.

Из его списка мне нравились только два пункта, и среди них не было пункта с отжиманиями. Но я понимал их необходимость, поскольку был хилым, как дохлый цыпленок. А регулярные занятия не только дадут нужную силу, но и изменят внешность. А это поможет встроиться с этот мир. Хочу я этого, не хочу – а придется, потому что выбора нет. Для начала осяду в Дахене и займусь серьезно чарами. План, конечно, так себе, но у него есть определенные преимущества – он может корректироваться по мере моего обучения. И в зависимости от того, будет ли нас искать мибийский король.