Текст книги ""Фантастика 2024-152". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Алексей Стародубов

Сам я, по жизни, ещё той, земной, можно сказать рыбак был. Да и как иначе, если вырос на реках. Пусть и не самых полноводных и крупных, но Быстрая Сосна и тихоструйный Хопёр своё дело сделали. А точнее, дед Гавриил. Он-то и приучил карапуза к тасканию пескарей возле плотины. Опять же, с друзьями на речке всё лето. Когда подрос, отец, тоже рыбак, стал брать на солидные мероприятия. Вырос – сам уже ездил. Сына и внука приучил.

Служба государева не позволяла уделять много времени увлечению, но иногда умудрялся вырваться на денёк-другой.

А уж когда занимался младшим поколением "утят", то сочинить на коленке простейшую оснастку и наловить из доступного водоёма, хоть на жидкую да ушицу, рыбной мелочи – это вообще один из экзаменов.

И вот, когда я только попал сюда, дал себе зарок: спроворить однажды дельную удочку и просто посидеть на берегу океана. Много с тех пор времени прошло. А мечту свою так и не забыл. Но всё как-то дела-делишки отвлекали. Магия, Урарраты, принцессы, битвы, корабли да дирижабли, то Божественная, то посланцы её, то да сё. И вот, теперь…

Обладая магическими способностями, маготехнологиями, огромной коллекцией не только интеграционных материалов, но и просто материалов с удивительными качествами, "сочинять на коленке" что-то такое я даже не думал. Используя всю доступную мощь моего интеллекта, подкреплённую материально-технической базой, я сделал вещь!

Если не углубляться в подробности, то – фидер. Как у нас, у российских рыбаков это называется. А точнее, сразу два фидера! Каждое трёхметровое удилище, не разборное кстати, по характеристикам ничем не уступало, а то и превосходило брендовые образцы лучших забугорных фирм. Прочное, надёжное, красивое… Колечки пропускные не хухры-мухры, из проволоки какой или даже керамики, а из аквамарина. Держатель из коры одного интересного растения. Бархатистая, упругая, эргономичная ручка ложилась в ладонь настолько приятно, что выпускать не хотелось.

Катушка, обыкновенная инерционка, большого диаметра. Но тоже весьма технологичная как по материалам, так и по изготовлению, и, конечно, прочная.

Шнур мне сплели мастерицы хоб из волокон удивительного кристаллида, повстречавшегося на Теллуре. Волокна сами по себе очень тонкие, крепкие, замечательно гладкие и длиннющие. Некоторые достигали длины до семидесяти и даже восьмидесяти метров. Сплели, покрыли специальным алхимическим лаком, да ещё укрепили. И катушек со шнуром различной толщины и длины у меня много.

Ну и, конечно, блёсна, крючки, воблеры и всяческие спиннеры я уже наделал сам! Целый волшебный сундучок!

Так что, я был полностью готов к релаксу нереальному…

– Головастик не понимает… – мой пет отсвечивал бледно-сиреневым в желтую пятнушку, – Даже нырнуть под воду нельзя, что бы глянуть, есть ли там рыба вообще. Просто кидаешь и ждёшь?!

– В том-то и смысл! Рыбы может и вовсе не быть. Может быть много, но брать не хочет. Аппетиту нет, живот болит, луна в дендуре или вообще, не клюёт потому, что клюва нет.

И даже если попалась, то меж вами лишь тонкая леса! Прочность и острота крючка против жесткой челюсти! Твоего желания вытащить добычу и её жажды жизни. Её хитрость против твоей ловкости. Твоя удача – против её удачи. Условия максимально равны! Не абсолютно, но близко к тому, понимаешь?

– Ну-у-у… – забулькал Головастик в сомнениях.

– А ещё – лотерея! Кто клюнет, какого размера, вкусный, съедобный, хрень какая… Понимаешь?

– Ну-у-у…

– Ладно, – кивнул я ему, – садись рядом, смотри как это делается.

Тяжелая блесна-стукалка с куском свежей рыбы отвесно ушла в воду. Катушка мягко и стремительно раскручивалась пока блесна не ударилась о дно. Метров двенадцать, определил глубину интуит. Неплохо…

Медленно поднимаю удилище и чуть более резко отпускаю, приманка то вверх, то вниз, тук да тук по дну, раздражая и привлекая кого-то жадного или голодного…

Головастик внимательно следит за моими движениями сразу двумя глазами, ещё одним бдит округу, а последним, как обычно, внимательно контролирует моё лицо. И чудится мне, что в его крестообразном зрачке теплится некое сомнение в адекватности своего хозяина. Такой муйнёй заниматься…

Не успел я "дёрнуть" два десятка раз, как по кончику удилища резко вдарило. Энергичная подсечка и… есть! Есть кто-то! Кручу катушку, выкачиваю удилищем, тяну вверх и вверх сопротивляющуюся добычу. И вот уже в прозрачной воде мелькает красноватый силуэт. Еще несколько энергичных движений – и через борт переваливается морской окунь. Одна из его разновидностей. Красно-желто-розовый, шипастый, с выпученными злобными глазками и широко разинутой зубастой пастью, из которой торчит блесна! Хорош экземпляр, килограмма на три!

Одев перчатку, прижал окуня, специальным пинцетом вынул блесну и… окунь плюхнулся за борт!

Головастик задумчиво проводил скрывшуюся в глубине рыбу одним глазом, тогда как сразу двумя стал "ощупывать" меня ещё более тревожно.

– Что? – подмигнул я ему.

– Зачем отпустил?

– У нас что, рыбы не хватает? Окунь, конечно, на вкус неплох, но есть рыбка и повкусней.

– А Головастику отдать?

– А самому поймать?

Головастик вздохнул ментально, и через минуту, повторив за мной все положенные манипуляции, пристроился рядом. И вот, сидим, стучим… Новичкам везёт, так говорят, да так и есть на самом деле. Не успел Головастик стукнуть блесной раз пять, не успел я поделится с ним тонкостями процесса, как кончик фидера резко дёрнулся, а потом и весь фидер загнуло дугой!

– Тяни! – командовал я возбуждённо, – Катушкой выбирай! Да не силой перебарывай, не силой. Мягче, мягче…

Что-то очень увесистое моталось на конце снасти Головастика. Не хотело покидать родные глубины, сопротивлялось, упорствовало!

Хоть Головастик могуч, умён, и вообще частично магический, сразу приноровится к правильным действиям по вываживанию рыбы у него не получалось. Излишне суетился, крутил катушку дёргано, фидером мотал туда-сюда! Да ещё азарт на него накатил, возбуждение, это я хорошо почувствовал!

Наконец, после напряжённой борьбы, под бортом показалось тело желто-серого палтуса. Здоровенного такого! Несколько раз он энергично бился о борт, то уходя в глубину, то всплывая, шлёпал хвостом и "взбрыкивал"! И когда головастый уже стал тащить его вдоль борта, резко крутнулся и соскочил с блесны. Плюх, и… Такого мой пет уже пережить не мог. Мгновенно кинулся в воду и через десяток секунд перелез обратно на палубу, надёжно держа в цепких щупальцах бедного палтуса!

– Вот! – гордо приосанился он, – Головастик поймал! Большую рыбу! Вкусную!

– Нет-нет-нет, – замотал я пальцем, – Не считается. Палтус сорвался и убежал. Ты проиграл, дружок!

– Головастик поймал!?

– Поймал в воде, как ты обычно это делаешь! Но на удочку не поймал. Палтус сорвался и убежал. Он выиграл!

Головастик долго смотрел, тревожно шевеля глазами, на меня, ехидно улыбающегося, на разевающего рот и шевелящего плавниками палтуса у себя в щупальцах, и такое творилось у него в эмоциях, что не передать! Смотрел-смотрел, а потом резким движением выкинул его за борт.

– Продолжим… – решительно бросил он мне, берясь за фидер!

Как становятся настоящим, ортодоксальным православным рыбаком? Да вот так и становятся! Выудил на первой же рыбалке два десятка увесистых рыб, поборолся с ними, хапнув адреналина, высказался на великом и могучем, когда «самая крупная» сошла! вот и подхватил "рыболовную бациллу". А подхватив её однажды, вылечиться уже невозможно. Если только милосердная смерть избавит тебя от этого "недуга".

Головастик бациллу подхватил… Толи плюс мне в карму, толи минус, хе-хе…

А однажды, очень поздним вечером, таким поздним, что почти уже ночь, нас посетила неожиданная гостья. Мы как раз стояли на якорях над совсем мелководной банкой, пять-семь метров глубины, не больше. И не просто собирались заночевать, а и пошарить в темноте возле дна. На таких мелководных пространствах, заросших причудливыми кораллами и морской растительностью, можно встретить интересных и полезных эндемиков. Как флоры, так и фауны. Редкий жемчуг, экзотические раковины, удивительных рыб, существ со странными свойствами, алхимические ингредиенты и интеграционные материалы.

Как по мне, вот такие места – откровенная игровая "кормушка". Глубина даже для простого игрока, без прокачки на ныряние, вполне доступная. Крупных хищников тут, как правило, не бывает. А если и встречаются, то крайне редко. Думаю, чтоб булки в тонусе у игроков были. Ну и шанс прокачаться, если кто в коленках не слаб.

С хабаром, как я отметил, в таких местах – богато. Можно неплохо не только заработать, но и прокачать всяческие навыки. Встречаются такие банки нередко и где угодно. И рядом с островами, и вдали от них, но всё больше возле островков-с-пятачок, а’ля мой "Остров Возрождения". Начальная игровая локация, так сказать. Размеры тоже бывают разные, но "плантация", как правило, довольно обширная. Найдёшь такую, сможешь начать освоение, считай, отличный старт тебе обеспечен. Ну, если руки не из жо… растут и голова – не она же…

Я, попивая взвар и покачиваясь в кресле, вдруг ощутил дуновение сухого воздуха, стрекотание цикад и горьковатые ароматы степных трав. И я полностью был уверен, что все эти запахи и звуки – ночные. Слишком много в них было спокойствия, дремотной неги…

– М-м-м, какой вкусный "букет", – протянул я, закрывая глаза, – Зачёт тебе Ночка, за такое предисловие.

– Господин Мо! – почтительно чуть склонила голову изящная чёрная собачка, проявляясь из сумрака. – Рада, что тебе понравилось.

– Изрядно красавица, изрядно, – покивал я, – Кое-кто, не будем называть его имя, хотя это Рамзес, до сих пор не может обставить своё появление предо мной, скромным, хотя бы удовлетворительно. У тебя же всё просто отлично. Послевкусие степной ночи, мирной, спокойной… Это сильно, да.

Я встал и тоже слегка поклонился.

– Приветствую тебя, Посланница Великой! Что привело тебя сюда, какие тревоги или поручения?

– Всё спокойно, Господин Мо, – улыбнулась она, – Нет тревог, нет поручений, лишь одно, хочу представить тебе свой атрибут.

– Ночка, – я слегка улыбнулся, – Ты, я отчего-то сильно уверен, знаешь, что утверждать атрибуты посланцам Великой нет нужды. Они будут вам служить не с моего разрешения, а от вашего желания.

– Я знаю это, Господин Мо, – вновь едва заметно улыбнулась Ночка, – Не стану утверждать за остальных, но я догадалась.

– Я сразу, как только увидел тебя впервые, понял: это малышка – большая умница. Тогда что?

– Традиция, Господин Мо.

– Хм…

– Уже традиция, – она склонила головку набок и вильнула хвостом, – Первый – Рамзес. Затем – Люси. Их атрибуты красивы, полезны, могущественны, а главное – индивидуальны. Нечто, что есть только у них. И дал атрибуты им ты. Будет атрибут служить лучше или хуже без твоего одобрения, уже не важно. Важно слово твоё.

– Неожиданно, да, но… принимается.

– Мой атрибут, – сверкнула глазами Ночка, и из её тела неожиданно выпрыгнул большой, полупрозрачный чёрный кот.

Пока я, с изумлением смотрел на него, он смело подошёл и потерся об мою ногу.

– М-мррр-акк… М-мрра-акк… – затарахтел он довольным баском.

Я подставил руки и кот тут же прыгнул, не сомневаясь ни секунды. Был он совсем невесомый, и в тоже время, материальный. Мягкий, но наполненный внутренней энергией. Его полупрозрачность постоянно "текла" и менялась. Так же, как и внешний вид. Точнее порода! То он британец. то ангор, то кот "Васька" беспородный дворовый хулиган, то загадочный и страсть какой страшный сфинкс.

– Ищет себя, – с улыбкой прокомментировала Ночка.

– Красавец, красавец, – наглаживал я кота.

Из-под пальцев вылетали малюсенькие искорки сиреневых и зеленоватых цветов.

– Мр-р…М-мррр-акк… М-мрра-акк… – запел он и лизнул шершавым языком в щёку.

– Дай угадаю, – улыбнулся я, поскольку всегда любил кошачьих. – Его зовут – Мрак!

– М-мррр-акк… М-мрра-акк… – согласился кот.

Ночка только сверкнула глазами и развела руками: мол, что тут ещё добавить. Головастик, торчащий за спиной, наблюдающий одним глазом, как всегда, за мной, одним за Ночкой, одним бдя вокруг, последним внимательно рассматривал кота у меня на руках. Типа, это ещё что за халявщик пристроился на погладить! Тонкое щупальце вылезло из-за моего плеча и попыталось ткнуть Мрака, но тот мгновенно вдарил когтистой лапой. Очень быстро, мгновенно! Так, что даже исключительная реакция Головастика не помогла!

– Хозяин! – обиженно пробулькал он.

– Так! Ну-ка не драться!– строго прикрикнул я и расцепил руки, – Иди к хозяйке.

Кот одним плавным движением извернулся и, мелькнув тенью, исчез внутри тела Ночки.

– Очень оригинально и красиво, покивал я, – Очень. Живой атрибут с зачатками собственного сознания. Ведь так?

– Так, Господин Мо! – улыбнулась посланница, – Часть меня, но немножко не я. Как ты и Головастик. Не так явно, но всё же. У вас подсмотрела и подумала – почему нет? Собака и кот, это будет интересно.

– Отлично придумано, Ночка! Я в восторге. И скажу честно, сам бы такого не придумал. Очень рад за тебя. Шикарный атрибут.

– Спасибо, Господин Мо! – она слегка поклонилась, – Слово сказано, а значит – мне пора.

– Приходи ещё, Ночка, мне будет интересно с тобой пообщаться. И, можно вопрос?

– Конечно, – она удивлённо задрала брови.

– Когда ждать остальных?

– О-о, это сложно, – ухмыльнулась Ночка, – Девочки до сих пор перебирают всяческие железки и украшения. К моему выбору они отнеслись скептически. Но теперь, когда слово одобрения произнесено, у них откроется ещё одна линейка "кандидатов". Ну, а я, пожалуй, подкину им ещё какого креатива. Например, – она поводила пипкой носа, – растения? А?

– Мудро, – посмеиваясь, согласился я, – Глядишь, они появятся не раньше, чем через год. Или два. Как раз успею свои дела порешать.

– Или три, – улыбнулась Ночка, и… пропала.

– Умная девочка, хех…

Вот так и плыли, расслабленно, спокойно поспешая медленно. На самом деле всего-то пару месяцев выпало нам с Головастиком такой несуетной жизни. А потом приплыли…

Бывало, да, попадали мы в шторма, и не раз. На "Принцессе Мими" даже разок успели, а уж на "Виктории Лаки" не меньше десятка. Но всё как-то умудрялись, то в бухту какую заскочить, то в лагуне спрятаться. Или просто островом большим прикрыться. Если не удаляться от Большого Архипелага далеко в открытый океан, всегда есть варианты переждать непогоду если не в комфорте, то довольно безопасно.

Но в этот раз природа нас застала со "спущенными штанами". Не в прямом смысле этого выражения, но легче от этого не стало. На Архипелаге бывает, острова понатыканы так плотно, что порой протиснуться на яхте меж некоторыми – проблема. Иногда с одного пляжа можно доплюнуть на пляж другого, в прямом смысле этого слова. Десять метров, пятьдесят, сто! Километр, пятьсот метров, триста, пять или десять километров. Проливы и протоки длины и ширины – какой хочешь. Случается, по пять островов на квадратный километр. И такая толкучка может тянуться на сотни километров.

А бывает, от одного кластера островов до другого – километров тридцать, бывает пятьдесят или сто. Случается – день пути. Или два… Тоже самое касается отдельных островов.

Нас как раз прихватило на таком перегоне. Сто пятьдесят до ближайшего острова впереди, столько же, приблизительно, назад. Есть где волне разгуляться.

Как это часто и бывает, шторм напал на нас стремительно и неожиданно, словно бандит из тёмной подворотни. Ни убежать, ни спрятаться! Ещё пять минут назад светило солнце, поддувал свежий, но довольно комфортный ветер, прозрачные волны кудрявились веселыми белопенными барашками, а ещё через десять минут на нас упала ночь!

Завывая и ревя, ураган бросился на нас голодным тигром! Струи дождя хлестали со всех направлений сразу! Говорят, девятый вал – это такая волна, девятая по счёту. Очень может быть, но похоже тут об этом не слышали. Такое ощущение, что каждая пятая – девятая! А каждая шестая – десятая!

За то недолгое время, что нам было отпущено до наступления армагеддона, мы с Головастиком успели подготовить "Принцессу" настолько, насколько это вообще возможно.

Мачта сложилась внутрь, уменьшая высоту в половину. Паруса убрали полностью. Спрятали под палубу или закрепили всё, что только можно. Одели заглушки на водомёты, толку от них, как я предчувствовал и, как оказалось на самом деле, не было никакого. Вытащили стопора меж корпусами тримарана. Теперь конструкция перестала быть жёсткой, что увеличило её сопротивляемость на излом и уменьшился шанс перевернуться.

Задраили все отверстия, превратив корпуса в герметичные поплавки, я и такое предусмотрел. Выпустили длинный шверт-штангу с антигравами. Огрузив их, мы добавили устойчивости тримарану. Успели много необходимого за короткий промежуток времени. А потом засели внутри, рассовав и закрепив, что успели, и принялись пережидать катаклизм. Как-то осознанно повлиять на управление кораблём – даже думать нечего.

Пять суток нас крутило словно в стиральной машине. Рёв ветра оглушал даже сквозь корпуса. Нас швыряло и кидало среди волн, словно щепку. Иногда, реально, мы перелетали с одной огромной волны на другую по воздуху! Сотни раз нас полностью топило под могучими валами. Несколько раз переворачивало, но мы вновь и вновь выныривали, вставали на киль и продолжали нестись куда-то в беснующуюся мглу! Попадись нам навстречу какая-нибудь скала или риф, мы бы заметили только размазавшись "об стену". Дальше путешествовали бы по дну. Но пронесло! Во всех смыслах этого слова, хе-хе…

Вот так мы и "летели" все эти дни и ночи. "Принцесса" скрипела, охала, жаловалась и плакала, но раз за разом выходила победительницей в хватке со стихией. Слава крепителям! Аллилуйя конструкторам! Да здравствует магия, что позволила создать уникальные материалы и ещё наградила тримаран множеством мелких, но очень полезных процентов в конструкции. Там пять процентов к скольжению по волнам, тут десять к управлению рулями, семь – к валкости корпуса, три – к прочности оснастки… И таких много, очень много!

На шестые сутки стало стихать, на седьмые мы слегка покачивались на еле заметной ряби, почти в полном безветрии. Всё это время мы не ели, почти не пили, спали вполглаза… Да что там, иногда дышали через раз! Но в целом, благодаря укреплённому организму, я пережил всю эту круговерть вполне пристойно. Головастик, так вообще отнёсся к кувырканиям, как к некому бесплатному аттракциону развлечений. Присосался к полу и только погыгыкивал при особо крутых кульбитах тримарана. Уж как я ни пытался настроить его на серьёзный лад, получалось плохо.

Когда мы выбрались на палубу, то увидели бескрайний Отец-Океан. Тихая густая синь под нами и прозрачная синь над нами. И Ослепительное Голубое Око! Я заглянул в карту… Пятачок в пару сотен метров вокруг "Принцессы", а за ним "туман войны"! Ни намёка, что там, вокруг нас. Настолько, что до сих пор безотказный Интуит скромно помалкивает. Даже сторону света не показывает, гадёныш! Где мы, что мы, куда мы… Только одно можно было сказать с уверенностью: под нами многокилометровая Тёмная Бездна. Открытые воды, где наша "Принцесса" – просто мошка, неудачно оказавшаяся на поверхность пруда, в котором плавают голодные "караси".

– Однако…

Удача – мадемуазель капризная, это всем известно. Мои отношения с ней очень доверительные. Как-никак, а параметр аж в 14, который есть превышение предельного значения и расширение расового допуска, что бы это ни значило!

На практике, наверное, это выглядит так. Попали на ровном месте в чудовищный шторм! Но не утонули, и ни об какой остров не расшибло. Тримаран потрепало, пошоркало, но ничего не сломало, не разбило. Закинуло, куда Макар телят не гонял, но стоило мне подняться на крыльях до пяти тысяч метров, как вооруженным глазом разглядел тёмненькое, едва видимое облачное пятнышко над горизонтом. Явный признак острова. Всего каких-то триста-триста пятьдесят километров над Тёмной Бездной. Дыша не громко, но громко попукивая, когда под нами пару раз прошло что-то раз в десять больше "Принцессы Мими", но ведь доплыли…

Да, мадемуазель Удача – девушка странная. Иногда даже не поймёшь, ворожит она тебе или наоборот – подставляет. Вот как нас с Головастиком…

Кластер из семи тропических островов, куда мы благополучно добрались, оказался относительно стандартным. Я имею в виду, флорой и фауной, климатом и вулканической геологией. Конечно, свои интересные особенности у них обязательно должны быть, как и эндемики, но нам, пока, не до того.

Мы "залезли", пробираясь по мелководным протокам, внутрь кластера. Уже достаточно открытого океана и стопитсотметровых глубин под килем. Нашли уютную, спокойную бухточку с отличным пляжем, и занялись "Принцессой"…

Вытащили нашу настрадавшуюся "девочку" на стапеля и приступили к тщательному осмотру и необходимому косметическому ремонту. И таки-да, ремонт потребовался только косметический. Всё важные узлы, корпуса, детали и оснастка отлично пережили страсть господню. Так-то, про себя я этот ураган именовал – Ева. Вполне подойдёт этому катаклизму сие имя. Моя божественная вполне может так гневаться, имею представление, так сказать. Но вслух, естественно, такое крамольное произнести – ни-ни…

Ну, помимо неспешного ремонта, мы с головастым грели пузо на пляже, окунались в прозрачные воды бухты, рыбалили рыбу исключительно спортивным методом. Охотились в прибрежных джунглях, примечали, есть ли где какой полезный хабар. Релаксировали возле вечернего костра, растекались мыслию по древу, рассуждая о высоком, наслаждались покоем… Всего-то дней шесть!

Как-то раз, Головастик, расспрашивая меня в очередной раз о моей встречи с его мамой Таней, спросил…

– А что такое верша, Хозяин?

После того, как я научил Головастика ловить рыбу техническими, так сказать, способами, он стал проявлять изрядный интерес к этому делу.

– Ну, это такая рыболовная штука. Для ленивых рыбаков, не ортодоксов. Сама ловит, если правильно настроить и в нужное место поставить. Так-то, будем справедливы, когда надо накормить много народу, да каждый день, оно, конечно, много эффективней будет, чем любая удочка. Тем более фидер, такой как у нас – это высокотехнологическое творение, продвинутое техническое изделие. Из говна и палок не сделаешь. А вот вершу из многого можно на коленке смастрячить.

– Хозяин, сделаем вершу? – заглядывая двумя глазиками в лицо, пробулькал Головастик, – Очень интересно.

– Ну, а почему бы и не да! Приобщу, так сказать, к технологиям человечества, тянущимся из бездны веков, – подмигнул я ему, – Значит, что нам нужно… Прутья, лианы, растительные волокна или тому подобные штуки. Не толще, но и ненамного тоньше моего указательного пальца. Главное, гибкие и длинные. Вязанку побольше, – я изобразил богатый объём руками, – Понял?

– Да!

– Иди ищи. Как найдёшь, так дальше будем работать.

Головастик уполз в джунгли, а я вернулся к нелегкому занятию – отдыху на тропическом пляже.

Материал Головастик нашёл, что не удивительно. Длинные, прочные, замечательно гибкие прутья тёмно-зелёного цвета. Что-то вроде ротанга. А может это он и был, какая-нибудь разновидность его.

Я даже ни разу не использовал магию. Все только по древним технологиям: прутья, ловкость рук, знание куда и как, и вот вам – верша. Она же – нырёд, поставуха, межа или морда. У разных этнических групп такая снасть называется по-разному, а суть одна.

Головастик проворно повторял за мной, и получалось у него весьма неплохо. Ну так, помимо ловкости, силы, глазомера в четыре окуляра, он ещё механикус двенадцатого ранга. С учётом нескольких "рук", вторую вершу он сплёл быстрей меня в два раза, а третью я даже не стал начинать…

Мы нашли удобное место на выходе из бухты, посреди каменных и коралловых флуктуаций, разбросали верши и… я вернулся обратно на пляж заниматься своими делами, а головастый остался.

Прикинувшись камнем, он с интересом стал наблюдать, как глупая рыба заплывает в верши и не может выбраться оттуда. Как заползают в них жадные до халявной требухи крабы и огромные морские раки. Вот что тут занимательного? По мне, так ничего, а Головастику было интересно.

Впрочем, только пару -тройку первых поставок. Всё пойманное мы потом вытряхивали обратно, оставляя лишь единичные экземпляры добычи. Вскоре Головастик совсем потерял интерес, ловить на удочку куда как веселее и занятней. Все верши вынули и оставили только одну, самую большую, меня засунуть можно. Головастик её регулярно вытряхивал и вновь ставил, не знаю уж для чего, а он и сам внятно объяснить не мог. Ну, да какая разница, развлекается мой пет таким образом, ну и пусть его. С верши-то всё и закрутилось…

Не сказать, чтоб было совсем раннее утро, когда я неспешно повторял боевые комплексы с копьём и рапирой. Надо держать себя в тонусе, да. Ещё работал с тонкими потоками силы, когда на пляж выполз позеленевший Головастик.

– Хозяин, – шевеля щупальцами и тревожно "оглядываясь" по сторонам, удивлённо пробулькал он, – нас ограбили!

– В смысле? Как ограбили?

– Верша пустая.

– Хм… Точно ограбили?

– Головастик Мамой клянётся! – пошёл он разноцветными пятнами.

– А не могло ли такое произойти по естественным причинам? Не зашла рыба, да и всё.

– И крабы не заползли? – скептически уточнил Головастик.

– Почему нет?

– Потому что никогда такого не было, – отмёл он в ответ решительно, – Кто-то да всегда попадётся, а точнее – всегда верша почти полная.

– Ладно, согласен, случай из ряда выходящий. Тогда сразу навевает воспоминания – кто-то из твоих соплеменников. Кто-то из туанн"на?

– Нет, это вряд ли. Головастик своих почувствовал бы сразу.

– Тогда какая кракозябра дюже вумная. Восьминог ловкий с прошаренными мозгами какой-нибудь. Эти парни вполне способны обнести вершу на раз-два, и спасибо не скажут.

– Сожрать всё и не насорить? – усомнился Головастик, – Ни клешенки крабьей, ни чешуйки рыбьей на дно не уронил?

– А что мы знаем? – пожал я плечами, – Может, тут кто полуразумный скрывается. Знаешь ли, некоторые хищники даже без прокаченных мозгов не охотятся там, где живут, и не живут, где охотятся.

– Будем ловить? – оживился Головастик.

– Будешь ловить, – поправил я его, – А я займусь важным: буду пронзать могучим разумом пространство и время.

– Покачиваться в кресле, попивать взвар, читать одну из книг, что мы нашли у хобол, и любоваться на закат?

– Точно. Сидеть под водой, изображая из себя коралл, это тебе прикольно, а мне здоровье не позволяет. Кхе-кхе… – изобразил я кашель для достоверности.

– Тогда Головастик один пойдёт… – он мне совсем не поверил, но, ментально хмыкнув, спорить не стал.

– Иди. И совет: не хватай сразу, понаблюдай, оцени, мне покажи, потом будем посмотреть.

– Да, Хозяин.

Следующим утром Головастик выполз из воды, сияя от возбуждения разноцветными пятнами!

– Хозяин! Головастик видел! Смотри скорей!!!

И на меня "полился" ряд ментальных ярких образов, картинок со звуком и запахом. Сначала отдельные кадры нонстоп! Вот верша совсем пустая. Вот уже в ней мельтешит кое-какая рыбёшка. Здесь в неё лезет пузатенький, пупырчатый краб. А тут, и правда, в вершу наведывается местный осьминог. Но совсем не тех размеров, что может обнести всю вершу. Мелкий воришка ловко проник через входное отверстие, заборол краба и спокойненько свалил обратно. Под водой сгустились сумерки, ушел и пришел прилив, забрезжил рассвет, когда появились те, кого Головастик выпасал.

Надо сказать, что у моего пета есть много разнообразных способностей и умений, как данных природой, так и подаренных Системой. Я имею ввиду даже не все, а только те, что помогают ему самому становится невидимой смертью для невнимательной добычи, и неуловимым для врагов. Там и особое зрение и уникальный слух, мимикрия и полиморфия. Он видит температурные и энергетические сигнатуры. И в то же время, сам ловко скрывается от многого из перечисленного.

Это я всё к тому, что появившиеся существа для прокаченного во многих способностях Головастика явилось полной неожиданностью.

Вот никого возле верши нет, а в следующую секунду рядом с ней… лягушка! Не лягушка, как таковая, конечно, но очень и очень похоже. Длинные, мускулистые трёхсуставчатые ноги-лапы с растопыренными пальцами, меж которых находились перепонки. Тело сильно напоминает ту же лягушку, но более вытянутое, можно сказать – атлетическое. Плеч не было. Руки, а это именно руки, росли прямо из тела. Они были тонковаты и намного короче ног, и также имели три сустава, помимо четырёхпалой кисти. Пальцы длинные, с перепонками.

На короткой тонкой шее крутилась треугольная плоская голова. Полукруглый затылок венчал пучок жестких, не очень длинных дредов. Ну, или очень похожих на них образований. А самое интересное, их цвет. Точно такой же, как и у меня.

На конце вытянутой морды – узкий, очень широкий тонкогубый рот. Две дырочки с клапанами вместо носа. Глаза – два подвижных перископа а’ля хамелеон. Тут, на Океании, такое у многих. У каждого третьего подводного существа – уж точно. Взять моего головастого – точно такие. Только у него четыре глаза, а у этого неизвестного существа – два. Хотя почему неизвестного? Сам я до сих пор представителей подводной разумной расы не встречал, а теперь, похоже – сподобился. Дамы и господа, как говорится, позвольте представить – бацхвари!

Да, это определённо кто-то из этого племени. Видал я их на картинках, и читывал описание.

Одежда на бацхвари отсутствовала. Но широкий пояс из чей-то кожи имелся. На поясе были кармашки, шнурки и ещё что-то. На бедре, в подвязке – нож. Судя по всему, кость или плавник какой-то рыбы. В руках у "лягуша" – короткое кривоватое древко, к которому небрежно прикручен трезубый гарпун.

Всё это промелькнуло перед моим взором быстрыми насыщенными информативными образами. Я ощутил удивление, азарт и радость Головастика.

Удивление оттого, что он не заметил "добычу" до последнего. Но и радость: оттого, что и его обнаружить не смогли. А азарт, тоже понятно от чего! Выследил, а скоро и поймает, да! Вот только хозяину расскажетпокажет…

Дальше события развивались ещё интереснее. Бацхвари застыл над вершей, внимательно "отсканировал" одним глазом её содержание, тогда как вторым всё время ощупывал окружающую обстановку. Башка в этот момент у него и правда крутилась на триста шестьдесят градусов! И не только по кругу, но и в любой плоскости! Полное ощущение, что у него не столб позвоночный, а независимый вращающийся шарнир.

В какой-то момент, убедившись, что всё спокойно, он подал сигнал, сложив "дулю" из пальцев, и возле него материализовалось ещё два «лягушка». По внешнему виду, экипировке и вооружению ничем не отличавшиеся от первого.