Текст книги ""Фантастика 2024-152". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)"

Автор книги: Алексей Стародубов

Глава 18

Подготовка затянулась, потому что Оливарес хотел предусмотреть все, прекрасно понимая, что от моей удачи зависит и его жизнь. Части нужных ингредиентов не оказалось, и Серхио все-таки пришлось отправить в Уларио, как того, чья физиономия не особо засвечена, но я караулил на подходах к городу, пообещав, что в случае неприятностей сделаю все, чтобы вытащить товарища по несчастью.

Перестраховка оказалась напрасной: Серхио вернулся не только с недостающими для проклятия ингредиентами, но и с порталистом, обещанным Карраскильей. Порталист владел чарами Земли, что в нашей ситуации было особенно удобно. Единственный минус —портал в место, где раньше не бывал, чародей мог делать только приблизительный, с некоторой погрешностью в неожиданную сторону.

Поскольку теперь нас было трое и воспользоваться услугами подруги Шарика мы не могли, пришлось кандидата в придворные порталисты испытать на профсоответствие тут же. Он ломаться не стал и портал построил быстро и качественно. Правда, с точкой выходу чуть промахнулся. Оказались мы у кладбищенской ограды и хорошо еще, с внешней стороны, а не с внутренней. Но так близко, что, если бы Фуэнтес могла протянуть сквозь нее лапу, точно бы схватила кого-нибудь из нас. Нет, она честно попыталась, но зачарованный металл причинил ей такую боль, что нежить отшатнулась и зашипела.

– Всевышний… – охнул порталист. – Что это такое?

– Сами бы хотели знать, – ответил я. – А вообще… Нет не хотели бы. Как говорится: лишние знания – лишние печали. Так что просто изгоним, и все.

Про «изгоним» я сказал исключительно для Фуэнтес, а то услышит «уничтожим» – и вспомнит, что она тоже умеет строить порталы. Проверять, может ли столь многогранная личность построить портал с кладбища Бельмонте, не хотелось, потому что я не был уверен в неудаче. Кто знает, какими чарами экранировали это место те, от кого оно ко мне перешло по наследству.

Фуэнтес забормотала что-то неразборчивое, но очень злобное. Или радостное? В ее нынешнем исполнении эти эмоции были сложно различимы, а радоваться она вполне могла, рассчитывая на то, что я открою калитку, чтобы выставить ее из некромантского рая. Но это она зря надеялась, поскольку я, не открывая калитки, отправлю ее в настоящий некромантский рай, не чета этому. Или ад – это уж как Всевышний распорядится.

Задерживаться у кладбища мы не стали, пошли сразу на поляну для поединков. В этот раз пешком, без привлечения кого-либо или чего-либо. Фуэнтес и Мурильо трясли кулаками нам вслед, сколько я их мог видеть. Кулаки не впечатляли – у обоих они были нынче тощие и больше напоминавшие высушенный до изумления инжир, он же фига, чем оружие устрашения. Сила Фуэнтес была не в кулаках и даже не в умении ими пользоваться, а в некромантских чарах и силе, которую она в них могла влить.

Вернувшись на поляну, я открыл вход в Убежище, куда мы втроем и зашли. Правда, порталист не особо уверенно себя почувствовал, столкнувшись с близкими ему чарами, которые намного превосходят его собственные. Чтобы окончательно его не добивать, я не стал упоминать, что с помощью этой штуки можно переместиться в любую часть мира. Правда, жрало это удовольствие столько, что нужного количества энергии мы никак не могли накопить, потому что постоянно тратили то на одно открывание на поляну, то на другое. А кроме того, Убежище хоть и тянуло энергии понемногу со всех чародеев, но основным донором был я, а с других – так, тянулось понемногу, чтобы для них это было не особо заметно. А я в последнее время носился то к Уларио, то к кладбищу, в Убежище не сидел.

В гостиной обнаружился только Оливарес, который старательно похрапывал на диванчике, готовясь меня наставлять в непростом деле проклятийника. Как я давно догадался, самым сложным там было умение спать в любое время и при любых условиях. Но сегодня Оливаресу выспаться не удастся.

Я отправил Серхио на поиски Болуарте. Хотя чего его тут искать? Комнаты все обойти за минуту можно. А сам я потряс за плечо Оливареса.

– Дон Уго, просыпайтесь. Серхио добыл все нужное. А еще вам пришли письма. Не проснетесь – будете читать вторым, а то и третьим.

– Ну ладно вторым, – недовольно сказал он, приподнимаясь и зевая, – но третьим-то откуда? Что за странная система исчисления?

– Почему странная? Вы кого не берете в расчет? Меня или дона Болуарте?

Тут Оливарес заметил порталиста, с которым оказался знаком, и забросал того вопросами, рассчитывая что-то выяснить помимо указанного в письмах. Но дон оказался на редкость неразговорчив. Сказал, что направлен Охедой выполнять наши распоряжения, а больше ничего не знает.

Пришлось Оливаресу извлекать новости только из писем, но делать это уже в компании Болуарте, который подошел даже раньше, чем проклятийник закончил расспросы. Подошел не один, а в сопровождении дочери, которая чинно поздоровалась со всеми в гостиной и не мешала отцу с Оливаресом читать. Причем читали они письма не по очереди, а одновременно, не обращая внимания на то, кому это письмо было адресовано, и временами издавали междометия, то одобрительные, то негодующие.

– Со стороны Охеды это наглость, предъявлять такое требование, – недовольно сказал герцог.

– Позволю себе, дон Болуарте, с вами не согласиться, – ответил Оливарес. – Охеда пытается повернуть ситуацию в нашу пользу. – Он положил руку на спинку дивана, впившись в нее худющими пальцами. – Предсказание есть? Есть. Первая часть его исполнена, и если мы не сможем выкрутить вторую в нашу пользу, будут проблемы.

– Какое предсказание? – заинтересовался я.

– Когда от принца останется всего лишь символ его власти, – процитировал Болуарте, – появится другой принц. Истинный, отмеченный Всевышним.

– И что здесь такого страшного? – удивился я.

– Продолжение, – неохотно ответил герцог и продолжил цитировать: – Есть два пути для него: по воздуху или по земле. Первый приведет страну к благоденствию, второй – к войне.

– Ерунда какая-то.

– Вот именно! – поднял костлявый палец Оливарес. – Мы с вами знаем, что это ерунда, а народ, среди которого уже запустили слухи, ждет появление правильного принца, благословенного Всевышним.

– На Алехандро два благословения, если вы вдруг забыли, – напомнила Исабель, успев сообщить об этом раньше меня.

Но я не остался в обиде: всегда приятнее, когда о твоих достижениях сообщает кто-то другой, даже если эти достижения такого сомнительного толка, как благословения местного божества, больше напоминающие извращенные проклятия.

– Но летать Алехандро не умеет, – пробурчал Оливарес.

Пришлось ответить теперь уже мне:

– Я – нет, а корабль, который пришвартован к башне замка Бельмонте – да.

– Ну вот, – удовлетворенно улыбнулся герцог. – Осталось до него добраться, и предсказание будет исполнено в правильном ключе.

– Здесь вылезает другая проблема, – проскрипел Оливарес. – И другое предсказание. Уже про Бельмонте.

– Это которое «Я вернусь – и вы кровью умоетесь»? А кто может посчитать, что Бельмонте вернулся? Замок принадлежит нам, Болуарте. И то, что я готов передать его в качестве свадебного подарка дочери, не делает меня древним вернувшимся чародеем. Вы уж простите, дон Оливарес, но меня никто с Бельмонте не спутает.

Он величественно выпятил грудь, намекая, что он слишком популярная личность.

– Это в Гравиде, – закашлялся Оливарес, – а в Мибии вы не столь известны. И вообще, пока мы кладбище от нежити не зачистим, вход нам в замок закрыт.

– Тогда нужно посоветоваться с доном Охедой, – предложил герцог. – Может, пришлет кого-то знающего на разборки с нежитью.

– Я уверен в компетентности дона Уго, – заметил я, потому что еще одна персона в этом месте будет однозначно лишней.

– При чем тут я? – удивился проклятийник. – Разбираться с кладбищем будешь в одиночку. Я тебе только инструкцию выдам.

– Пожалуй, дон Болуарте, ваше предложение о совете с доном Охедой не лишено смысла.

Герцог покровительственно кивнул и предложил немедленно отправиться на беседу с Охедой, пока инкогнито. Уж не знаю почему он так уверовал в то, что нам больше ничего не грозит, но он запланировал часа через два вернуться и сообщить, к каким договоренностям они пришли с Охедой.

Наружу вышли не только они и мы с Оливаресом, но и Исабель. Я уж было решил, что она отправится с отцом, как один из предметов торга, но она только пожелала ему удачи и поцеловала в щеку на прощание. А убыл Болуарте только в компании порталиста. Стоило порталу закрыться, как проклятийник сразу ожил.

– Не ведись на помощь Охеды, Алехандро. Получишь еще одного агрессивного некроманта, – буркнул он. – Такое количество дармовой некроэнергии любого некроманта сразу сведет с ума.

– Ее же всю впитала сеньорита Фуэнтес? – удивился я.

– Во-первых, не всю, а во-вторых, как только ее упокоят, опять высвободится куча энергии. Некроманты, чувствуя ее, больше ни о чем думать не могут. А второго некроманта так удачно запереть на кладбище в одиночестве не выйдет. Вряд ли он согласится, чтобы его втолкнули в открывшуюся калитку, которую сразу после этого захлопнут. Во всех остальных случаях мы сильно рискуем. Проклятье – идеальное решение.

– Только я – не идеальный исполнитель.

– В данном случае – идеальный, – не согласился Оливарес. – Я могу помочь только советами. Мои проклятья кладбищенскую ограду обойти не смогут, да и сил у тебя намного больше – а значит, больше вероятности прибить эту тварь раз и навсегда. По слабости я больше специализируюсь по проклятьям медленным, но неотвратимым, а ты способен на быстрое. Но пора заняться делом. Где ингредиенты?

Он требовательно протянул руку, но вложить в нее мне было нечего, потому что пакет остался в Убежище. Пришлось его опять открывать и вытаскивать все нужное наружу.

– Подготовить все нужно здесь, – командовал Оливарес. – Так, чтобы тварь ничего не заподозрила и не успела подготовиться, когда в нее полетит проклятие.

– Почему тварь? – удивилась Исабель. – Сеньорита Фуэнтес не заслуживает таких слов.

– Сеньорита, может, и не заслуживает, но то, во что она превратилась, иначе не назовешь, – заметил Оливарес. – И делает она вещи, которые ни я, ни Алехандро одобрить не можем.

– Некроманты иной раз делают странные вещи, – заметила Исабель. – На то они и некроманты.

Интересно, это женская солидарность или желание во всем противоречить? Не может же такого быть, что все разговоры о том, что вместо некромантки у нас сейчас нежить, прошли мимо Исабель? Желание потроллить невесту стало слишком сильным чтобы я не пошел у него на поводу.

– Первым делом она рассталась с панталонами, – сказал я. – А потом всячески намекала, что между нами что-то есть.

– Действительно, тварь, – возмущенно согласилась Исабель. – А прикидывалась такой порядочной. А вы, Алехандро? Что такого нашлось между вами?

– Вы меня удивляете, Исабель. То, что есть между мной и сеньоритой, называется пропасть.

– И лежит она посередине кладбища, – нетерпеливо сказал Оливарес. – Донна Болуарте, что за странные вопросы вы задаете? Если бы Алехандро поддался чарам сеньориты, он бы вам об этом не сказал.

– Мужчины такие вещи делают в тайне, – подозрительно прищурилась Исабель.

– На кладбище? – уточнил я. – Всевышний, Исабель, вы меня считаете извращенцем? Уверяю вас, я не теряю голову от вида падающих панталон.

На лице Исабель появилось сомнение – вспомнила, наверное, каких размеров должно было быть нижнее белье сеньориты.

– Алехандро, давай займемся делом, пока есть время, – ворчливо предложил Оливарес, – а мириться с донной Болуарте будешь позже.

– Мы же не ссорились?..

– Самое время это сделать. Кто обиделся первым – выигрывает, – подмигнул Оливарес.

Исабель сразу же надулась, чтобы успеть выиграть первой. Но если обижаюсь я, я же могу этого не заметить? Поэтому я сделал вид, что ничего не замечаю и под руководством Оливареса приступил к подготовке проклятия, которое нужно было еще донести до кладбища.

Интерлюдия 11

Герцог Болуарте на случайности никогда не полагался. Если ты не сможешь организовать нужную тебе случайность, то обр тебе цена. Да, с младшим гравидийским принцем он малость перемудрил, но такими возможностями не разбрасываются. И вообще, если бы наследный принц не решил расправиться с братом до отъезда на Сангрелар, то у Гравиды появился бы новый наследный принц с правильной невестой. Но этот придурок Фабиан позволил себя убить, тем самым поставив под удар жизни герцога Болуарте и его дочери. И только чудо Всевышнего позволило им спастись. То самое чудо, которое никак не подготовишь и на которое нельзя рассчитывать. И которое послужило балансом против глупости младшего принца.

Больше Болуарте на чудо не рассчитывал, а рассчитывал на свое умение договариваться и получать даже не обещания – клятвы. Одной из них он и хотел заручиться, прежде чем вытаскивать дочь из убежища, ходу в которое никому из врагов не было. Правда, и выход оттуда был проблематичный и зависящий только от одного человека.

Порталист вывел герцога перед наскоро устроенным лагерем, расположенным на границе между теперь уже объединенными странами. Лагерь тоже был как бы поделен на две части, и если в одной царила радость, то в другой – уныние. Последнее, впрочем, довольно быстро сменилось заинтересованностью при виде герцога.

– Дон Болуарте, вы ли это?

– Тсс, – приложил герцог палец к губам. – Пока я тут инкогнито. Официально меня тут нет.

– А когда вас тут ждать официально?

– Когда мы договоримся с Его Величеством Рамоном Третьим. Права и вольности Гравиды должны быть четко определены в договоре.

– Каким образом вы собираетесь этого добиться?

– Есть методы. Наследник помолвлен с моей дочерью… – герцог сделал весьма таинственное лицо, выражение которого было понято абсолютно неправильно.

– Вы взяли в заложники наследного принца? Всегда вами восхищался, дон Болуарте. Ваша предприимчивость не знает границ.

Порталист, сопровождавший герцога, насмешливо хмыкнул, намекая на то, что еще неизвестно, кто кого взял в заложники, но промолчал, чтобы не портить игру дону, в распоряжение которого его отправили.

– Что вы, какие заложники? – Болуарте начал настолько фальшиво улыбаться, что его собеседник только уверился в собственной правоте. – Наше общение с доном Алехандро происходит исключительно на добровольной основе. Очень, знаете ли, разносторонний юноша. Хорошо воспитанный, хорошо образованный и умный. Они с Исабель – прекрасная пара. Их знакомство – такая романтическая история…

Болуарте опять приложил палец к губам, показывая, что и рад бы рассказать, но пока это секрет государственной важности.

– Вы про то, что Его Высочество Алехандро спас донну Болуарте от грозившей ей на алтаре участи? – с восторженным придыханием в голосе спросил его собеседник.

– Я вам ничего не говорил, дон, – рисуясь, ответил герцог. – Сами понимаете, до беседы с Его Величеством Рамоном Третьим я не имею права раскрывать никакие подробности.

– Беседа может сегодня не состояться, дон Болуарте, – намекнул порталист, – если вы будете обсуждать ее с каждым встреченным знакомым.

– Меня здесь вообще нет, – недовольно ответил герцог и сдвинул шляпу так, чтобы полностью затенить лицо. – Извините, дон, мне пора. Но интересы Гравиды будут учтены. Я буду драться за них как лев.

Дон ответил понимающей кривоватой усмешкой, поскольку был уверен, что как лев герцог будет драться, но в первую очередь – за свои интересы. Возможно, какие-то из них совпадут с интересами бывшей Гравиды, но это не точно. Не все герцогские интересы сочетаются с интересами страны.

До Охеды герцог с сопровождающим дошли без дополнительных задержек. Вообще-то дон Болуарте рассчитывал сначала пообщаться с Карраскильей, полагая того лицом, которое будет легче склонить в свою сторону. По-видимому, Охеда думал так же, поэтому дал строгое указание привести гравидийского герцога к себе, а не к придворному магу.

– Дон Болуарте, рад видеть вас у себя, – расплылся Охеда в хищной улыбке. – Присаживайтесь. Я распоряжусь доставить угощение.

Он дал знак неприметному сеньору, и тот тут же исчез за пологом шатра, отведенного под резиденцию тайной службы.

– Я тоже рад видеть вас, дон Охеда, а не этого прохвоста Лару, – ответная герцогская улыбка была не менее хищной. – Дон Лара слишком увлекся лоббированием собственных интересов и в результате потерял не только страну, но и поддержку знати. Но вы, дон Охеда, не он. Вам нужна будет моя поддержка, чтобы заручиться лояльностью гравидийской знати.

– Вы уверены, что определяете лояльность гравидийской знати? Мне кажется, они сейчас все как один присягают Его Величеству Рамону Третьему.

Герцог снисходительно улыбнулся.

– Неужели все как один? Мне кажется, после смерти кандидата в наследники должен был случиться не один скандал. Я, конечно, оторван от новостей по ряду причин, но слишком хорошо знаю своих соотечественников.

Полог шатра откинулся, и внутрь вошел служащий с подносом, на котором стояла пузатая бутылка и несколько тарелок с закусками. Бокалы на поднос уже не влезли, и их приходилось придерживать отдельно. А самому служащему пришлось показывать чудеса эквилибристики, выставляя сначала бокалы перед начальником и его гостем, а потом уже водружая поднос на стол. Охеда поблагодарил кивком и взглядом указал на выход.

– Как мне этого не хватало, – радостно сообщил герцог, собственноручно набулькавший полный бокал вина и тут же его продегустировавший. – Все же дон Адехандро ужасно непредусмотрителен в некоторых вопросах.

– Молодость. Опыт приходит с возрастом.

– Как и умение правильно расставлять приоритеты, дон Охеда.

– И не поспоришь, дон Болуарте.

Охеда отсалютовал бокалом собеседнику и пригубил вино. Совсем немного, можно сказать – сделал вид, потому что при разговоре с Болуарте следовало иметь трезвую голову и ясный ум. Сам герцог такой ерундой не заморачивался, поскольку считал, что на работу его головы такая малость, как пара бокалов вина, не повлияет.

– Итак, дон Болуарте, – убедившись, что они опять остались вдвоем, продолжил Охеда, – я хотел бы услышать ваш рассказ о причинах того, что вы прибыли один, без наследника.

– Без наследника с невестой, – с нажимом поправил герцог. – Пока это не будет официально признано, разговор у нас с вами не получится.

От его улыбчивости не осталось и следа. Он буквально гипнотизировал Охеду взглядом. Впрочем, тот к ментальным техникам был невосприимчив.

– Его Величество Рамон Третий ничего не имеет против кандидатуры донны Болуарте в невесты наследного принца.

– Ничего не имеет и официальное заявление – немного разные вещи, – намекнул герцог. – Я поначалу думал, не отвести ли молодых в Храм Всевышнего, а уж потом на встречу с королем объединенной страны, но потом решил, что политически это будет неправильно. Злопыхатели станут говорить за спиной разные гадости. Брак должен быть прилюдным и добровольным.

– А он добровольный, дон Болуарте?

– Уверен, дон Оливарес вам это обстоятельно описал. Разумеется, брак договорной, к взаимной выгоде, но и по взаимной склонности. Они, знаете ли, прекрасная пара. Поэтическая.

– Мне говорили, что Алехандро потерял способности к стихосложению.

– Не берусь судить. При мне он не проявлял никакого интереса к сочинительству, но у нас и положение такое, что не до стихов.

– И все же, почему вы прибыли один? Вам же наверняка передали предварительное согласие его Величества Рамона Третьего на ваши просьбы?

– Предварительное, дон Охеда, это не окончательное. Вы это прекрасно понимаете не хуже меня. Но основная причина, разумеется, не эта. Вы же в курсе пророчества? Чтобы полностью ему соответствовать, Алехандро должен прибыть по воздуху. И вот с этим возникли некоторые проблемы…

– То есть вам нужно летающее судно?

– Оно у нас есть, проблема с доступом. Нужен некромант.

Герцогу удалось удивить собеседника.

– Некромант? – Брови Охеды полезли вверх, чего владелец даже не заметил. – Возможно, вам нужен чародей, способный управиться с воздушным судном?

– Что вы, дон Охеда, с судном я сам прекрасно управлюсь. У нас на пути к кораблю возникла нежить, довольно сильная и опасная дрянь.

Болуарте откинулся на стуле, насколько позволяла спинка. Голову он высокомерно задрал, пытаясь надавить авторитетом на лицо, обладающее куда большими влиянием и силой, чем сам.

– Какого именно плана нежить? – деловито спросил Охеда, вытаскивая папку и карандаш из мешка, прикрепленного с боку походного стола, за которым они сейчас пили. – Это не досужее любопытство, дон Болуарте. Мне нужно четко знать, кого именно с вами отправить.

Болуарте небрежно махнул рукой, в которой был бокал. К счастью, в бокале ничего не было, поэтому забрызгать собеседника герцогу не получилось. Но расстроило его не это, а то, что вино закончилось незаметно. Этак напьешься – и даже внимания не обратишь, а с Охедой нужно быть во всеоружии. Болуарте огорченно посмотрел внутрь бокала, отставил его и сказал:

– Я не разбираюсь в сортах этой дряни, дон Охеда. Вы же прекрасно понимаете, что лицу моего положения в этом нет необходимости.

– Описать вы ее сможете, дон Болуарте? – терпеливо продолжил Охеда.

– Пожалуй, не уверен, дон Охеда. Видите ли, эта дрянь постоянно меняется, и я не уверен, с чем в результате столкнется ваш специалист. А началось все с того…

И он пересказал историю появления сеньориты Фуэнтес, которая вроде как собиралась примкнуть к их отряду и обеспечивать порталами и связью, но внезапно захлебнулась некроэнергией и переродилась в нечто странное.

– Худая. Глаза горят, и зубы торчат как у кролика, только острые, – закончил он описание. – Она продолжает худеть, хотя уже похожа на собственный скелет.

– Дон Болуарте, – поморщился Охеда, – я был более высокого мнения о вашем уме. Пускать на нетронутое столько лет кладбище некромантку с криминальными наклонностями… Понятное дело, хорошо это не могло закончиться.

– Откуда бы мне знать о ее наклонностях? – удивился герцог. – Напротив, она мне показалась весьма достойной особой, которая жертвует своим временем ради помощи нам.

– Могли бы подумать, дон Болуарте, почему столь сильный и умелый некромант сидит на Сангреларе безвылазно.

Герцог поправил кружевной ворот, пытаясь сообразить, что ему выгодней: говорить, что подозревал о криминальном прошлом сеньориты, и ли утверждать, что понятия об этом не имел. В конце концов он решил, что Охеда не оценит, если узнает, что он, герцог, собирался посодействовать в снятии обвинений с преступницы, если та выступит на их стороне.

– Я не расспрашивал сеньориту о ее личной жизни. Посчитал это нетактичным. Причин можно назвать множество: от любовного романа с охотником из Сангрелара до банального желания заработать. Порталистов там было мало, и цены сеньорита ломила приличные.

– Услуги порталиста на Сангреларе не слишком востребованы.

– Значит, зарабатывала еще чем-то. Она точно не бедствовала. Вид у нее был весьма и весьма… процветающий.

Охеда невольно задумался, как может человек, прекрасно разбирающийся в одних областях, совершать необычайно глупые и нелогичные поступки в других. Просто удивительно, как сам герцог не пал жертвой неосторожного разрешения пройти на кладбище некромантке, у которой и раньше голова работала с небольшими повреждениями, судя по тому, какие ритуалы она устраивала, а уж после такого количества некроэнергии человеческого там ничего не могло остаться.

– Дон Болуарте, возможно, потребуется несколько дней, чтобы собрать чародеев на консультацию. Пускать туда еще одного некроманта в сложившейся ситуации я считаю неблагоразумным.