Текст книги ""Фантастика 2024-94". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Наталья Шнейдер

Соавторы: Олег Кожевников,Андрей Потапов,Дмитрий Дывык,Елена Лоза
сообщить о нарушении

Текущая страница: 297 (всего у книги 347 страниц)

– Откуда ты такой красивый и похожий на него нарисовался? – предположил Дени, не обращая внимания на морщившегося дядюшку. Ника явно коробило от применяемого лексикона.

–Не-а! Значит, зашел я в типи, там травами пахнет и деревом, все задние жерди увешаны мешочками, связками перышек, и ловец снов там тоже был. Между прочим, у нас считается, что шесты типи – это дорога между землей и небом, – между делом провел ликбез Сонк. – Ну, вот, поздоровался, уселся, куда показали, а он и спрашивает, со мной ли мои спутники. Я так завис, что чуть в перезагрузку не ушел, даже оглянулся на вход, а этот гадский предок сидит и лыбится. Ехидно. Потом взял и постучал себя по уху. Я тормоз, да?

– То, что Желчь поделится инфой с руководящим составом племени, можно было спрогнозировать с большой долей вероятности, – кивнул Джонатан, взглянул на вздохнувшего Робина и ему стало стыдно за свой канцелярит. – Этому Птицу Токей Ито точно рассказал.

– А Желчь разве сам не руководящий состав? – изумилась Эни.

– Не совсем, – покачала головой Марья. – Не в той семье он родился.

– Это как? – изумился Оле.– Я думал у индейцев оценка идет по личным качествам!

– Ребят, ну когда вы поймете, что это не киношные индейцы! Точно так же, как и у нас было – сыну боярина все дороги открыты, а из мастеровых попробуй подняться – хоть ты семи пядей во лбу… Желчь, конечно, уважают, он же дипломат от бога и следак оттуда же – но, и еще раз но.

–Давайте индейские табели о рангах, а так же сравнительную характеристику различных народов, обсудим позже, – остановил дискуссию Ло и обратился к Сонку. – Дальше давай, что он еще тебя спрашивал?

– Меня – ничего, – парень выделил голосом «меня». – Он духов спрашивал обо мне. Они показали дорогу…

– И ему тоже?!– от удивления Зара даже перебила рассказчика, что с ней случалось крайне редко.

– И тебе тоже?– А тебе-то когда? – два вопроса от Марьи и Джонатана слились в один.

– Давно еще, когда на Марью гадала, – отмахнулась цыганка. – В шаре показали дорогу, идущую куда-то в будущее. Далеко. Люди столько не живут.

–Только дорогу, больше ничего? – очень заинтересовался Сонк. Цыганка только кивнула в ответ, и парень пробормотал. – Значит, у него софт поновей… Далек… Короче, Птицу показали дорогу, идущую от горизонта до горизонта. На одном конце были багровые тучи, и из них шел кровавый дождь. Потом тучи стали просто черными, и там был сильный ветер. А на другом конце дороги, очень далеко, было солнечно, и там шли люди, но многие были прозрачными.

– Да уж…

– Прозрачные это привидения? – ужаснулась Стаси.

– И как шаман это все трактовал? – Ник выглядел очень встревоженным.

– А чего тут трактовать? – Сонк пожал плечами. – Все ясно как белый день – ему показали историю нашего народа, в телеграфном стиле конечно. Кровавый дождь это уничтожение наших народов колонизаторами. Тучи над дорогой – уже не прямой геноцид, а скрытый, но от этого еще более подлый. Нам еще долго невесело жилось, да и теперь еще всякое бывает. Только прозрачные люди меня озадачили.

– Почему озадачили? – вздохнул Джонатан. – Это те, кто остался индейцем только генетически. Помнят ли они свой родной язык и верования своего народа? Они растворяются в цивилизации белых, становясь «призраками» индейцев.

– Он тоже так сказал, другими словами конечно, но смысл тот же, – лицо Сонка стало упрямым. – Но у нас же есть праздники, мы на них поддерживаем традиции.

– Ваши ярчайшие флуоресцентные наряды, короны из перьев на женщинах и даже детях… Толпы туристов вокруг и продажа всего, что похоже на индейское, – Марья грустно улыбнулась. – Настоящий праздник был здесь, без чужих, жадных глаз.

– Есть и настоящие, тут, в Хе Сапа, они, и правда, не такие яркие и туристов на них нет, только приглашенные гости…– Сонк потупился, но потом встряхнулся. – Далеко Летящая Птица сказал, что никто не спросит меня кто я и откуда…

–А если и спросит, то можешь посылать любопытных прямо к нему, – покивал Ло и перевел тему. – А шаманить он сегодня будет?

– Да, на закате. Просил сложить вокруг арены хворост для небольших костров.

–Так уже почти закат! Давайте быстренько костерки организовывать, – хлопнул в ладоши Ло.

Народ заполошно сорвался с мест, но был остановлен насмешливой репликой Ника:

– У нас что, дров мало? Что за суетня, – и сказано это было тоном барина, у которого все всегда есть, а все остальные просто лохи педальные. Марья хмыкнула, а Энни заявила в лоб:

– Дядюшка, а ты что, сам те дрова заготавливал? Мне помнится, ты на заготовителей чуть не э-э-э… ненормативной лексикой гнул и крохоборами их обзывал…

– Так и что? Мне теперь о дровах и не вспоминать, если вы о них забыли? – Ник, был непробиваем. – Рванули куда-то как перепуганные, а у самих дров полны ящики.

– Теть Марь, ну скажи ему!– Эни обратилась к завхозу, как к суду последней инстанции.

Но Марья, еще раз фыркнув, только рукой махнула:

– Бесполезно! Разве что поленом в лоб…

– Ага! То парус ему не нужен, то дрова бросьте, то на клубнике с малиной помешались. А желе, вон, под чаек трескает, под парусом в тенечке сидючи… – бурчала девушка, таща стопку полешек.

– О! Парус! – Дени, уже сложивший пирамидку из дров, сунув в средину растопку из коры, вдруг хлопнул себя по лбу. – Командир, а можно мы кусок паруса отрежем?

– Это еще зачем?! – изумился и вышеозначенный командир и все кто просьбу слышал.

– А мы дельтаплан сделаем, а парус клеем пропитаем и на крыло используем! – энтузиазм юного воздухоплавателя из Дени так и пер. – Тут же восходящие потоки шикарные!

– Та-а-а-к! Отставить дельтапланы, – гаркнул Ло так, что народ аж головы в плечи втянул, включая ящерок и кота. – Парус не трогать, клея не получишь, а еще такую безумную идею выдашь – в лагере сидеть будешь безвылазно! Марш остальные костры ладить!

– Есть, мон женераль! – Дени козырнул и строевым шагом отправился выполнять приказ.

– Да уж, и голосок у тебя…– покачал головой Яков, – а с виду ты такой мягкий…

– А вот не нужно злить хомяков! – Ло надул щеки, становясь похожим на того самого хомяка. – Удумали тоже, дельтаплан им подавай! А переломы я лечить буду!?

– Точно! И жгут на шею, – хихикнули у него за спиной

– Шутим, значит? – Ло упер руки в бока, не иначе на Таню насмотрелся. – А ну марш переодеваться! У нас тут не какой-то там заезжий шаманишка ворожить будет!

– Марь, а что такое…

– …дельтаплан? – Робин и Кианг явно переняли у двойняшек манеру говорить одно предложение на двоих.

Вокруг арены выложили шесть кучек дров, и на вопрос, почему именно шесть? Сонк важно пояснил:

– На четыре стороны света, земле и небу – шесть получается.

– Бред какой! Земля-небо… – отмахнулась Эни. – В арене шесть сегментов, напротив каждого шва и сложили, чтобы не высчитывать расстояния между костров.

– А зачем высчитывать?– удивилась Стаси.

– Одинаковое расстояние между горящими кострами, чтобы было…

– Шаман со-у това-урищи двинули к нам. За-ужигай дровишки… – перебил Эни Невс.

Дровишки зажгли, сухое дерево да при хорошей растопке разгоралось легко. И к подходу высокой, как в прямом, так и в переносном смысле, делегации огонь уже весело лизал поленца. Первым шел Далеко Летящая Птица в короне из перьев, в районе висков из которой торчали бизоньи рога. Немаленькие такие рога, закрепленные шарнирно, они качались при каждом шаге шамана. Костюм украшали только узоры из крашеных игл дикобраза, спину прикрывал треугольный кусок ткани с цветной бахромой. Как будто пончо разрезали на две части и одну из них накинули на плечи. С двух сторон, отстав на шаг, шли два шаманских помощника. Один, молоденький паренек лет шестнадцати, нес плетеный короб. Второй, постарше годами, держал большой, с полметра в диаметре, бубен, с обода которого густо свисали чьи-то хвосты. Чуть позади шаманской команды двигались вожди. Токей Ито с Четаном – Соколом и Чапой – Бобром. Когда этого коренастого и плотно сложенного воина с явной примесью черной крови представили цирковым, Кианг нашел взглядам Марью и подмигнул ей. Глаза его при этом смеялись, видимо, вспомнил разговор на реке, когда его самого сравнивали то с большим мышем, то вот с тем самым бобром. Рядом с Желчью шел его сын и незнакомый индеец в возрасте. Удивило присутствие Сломанного Ножа и его белобрысого зятька. И уже за спинами руководства двигалась приличных размеров группа поддержки.

– Ребят, а как оно на голове держится? Рога-то тяжеленые, да еще и качаются… – озадачился Дени.

– Потом подойдешь и спросишь…

– Может даже померять дадут…

– Да ну, что бы у меня голова отвалилась?!

-Так и кажется, что сейчас девочки с помпонами выскочат…

-Когда-у кажется, кре-у-ститься надо, – выдал ценный совет Невс.

– Зачем? – не понял Кианг, ходоки особой религиозностью не страдали и сего действа в повседневной жизни он не наблюдал.

– Что-у-бы не казалось

– И помогает?

-Иногда-у…

– ГРРРРРРРРРР!!!

– Молчим, кэп, молчим!

– Вообще это не я…

– Да-а-а?! А кто?

– Вот теперь это точно я! Невс, гад рыжий, связь выруби!

– Они в канал га-удят, а рыжий виноват?! И по-учему гад?! - возмутился кот, но связь вырубил – прямой приказ не обойдешь.

Робин отвернулся от коллектива, но прыгающие плечи выдавали смех с головой.

ГЛАВА 16

Шаман между тем дошел до арены, окинул взглядом разгорающиеся костры и кивнул, выражая одобрямс. Вот ведь лицо совершенно спокойное и ни одной эмоции на нем нет, а все поняли, что сделали все правильно, вплоть до количества костров и их расположения в пространстве.

Далеко Летящая Птица ступил на арену как на тонкий лед, прошелся туда-сюда, остановившись точно посредине, кивнул помощникам. Младший уже повесил короб на шею, достал что-то зажатое в двух щепотях, по кивку патрона бросил в ближайший костер из одной руки, потом из другой. Неторопливо пошел к следующему и медленно проделал тоже самое. Над ареной поплыл запах полыни, аромат шалфея и каких-то еще пахучих трав. Старший без напоминаний уже мерно бил в бубен колотушкой на длинной ручке. Натянутая кожа гудела негромко, но как-то очень внушительно. Шаман, подняв голову к небу, начал медленно вращаться против часовой стрелки, а потом сделал первый плавный шаг в сторону. С этим шагом в рокот бубна стали вплетаться слова молитвы, произносимой нараспев, и тонкое посвистывание. Как будто ветер запутался в камышах и выводит свою песню. Шаман шел посолонь, все расширяя спираль, но и вращение не прекращалось. Когда шаман проходил мимо костра, туда летели две щепотки травы по очереди с разных рук. Ритм музыки и движения завораживал, зрители невольно стали притопывать в такт шагам Далеко Летящей Птицы, ходоки исключением не стали. Шаги шамана становились все быстрей, рокот не отставал, рога раскачивались угрожающе, душистый запах щекотал ноздри. Далеко Летящая Птица раскинул руки в стороны, и фрагмент «пончо» за его спиной превратился в крыло, искусно разрисованное перьями. Шаман резко присел, чуть не распластавшись по доскам, в следующее движение гибко поднялся и опять нырнул вниз. При этом, не преставая вращаться! Он уже шел по самому краю арены, чего никто не ожидал, так это появления у шамана партнера по танцу, а верней по вращению. Шен вылетел на арену, замер в центре, опираясь на три точки – ноги и хвост. Вытянулся вверх всем телом, задрав голову к небу, и плотно прижав передние конечности к телу. Глаза его были слепы из-за затянувшей их пленки второго века. Неподвижность длилась пару вздохов, а потом ящер начал кружиться. Представьте треногу, которую взяли за верхушку и стали описывать окружности, хаотично меняя точки вращения. Вот это и проделывал Шен на арене, только крутился он самостоятельно. Стремительно и гибко, повторяя траекторию движения шамана, только гораздо быстрей, поэтому его «танец» длился до момента когдадогнав шамана вынес того с арены. Надо сказать, весьма удачно для себя, финишировав на животе Птица. В тишине, нарушаемой только потрескиванием костров, он приподнялся, пытаясь слезть с шамана. Но, запутавшись пальцами в ремешках шаманских фенечек, замер, уставившись в лицо человека, и выпалил:

–С-С-С-А! Иссфени, я не хотел мишшать!

Вы думаете, шаман упал в обморок или хотя бы дернулся для приличия? Ведь ящерка, ну пусть крокодильчик, вдруг заговорила! Ха! Нет, даже три раза ха! Что значит закаленная в общении с духами психика. Птиц просто стал выпутывать пальцы ящеренка из своих цацок. Шен замер, как будто не собираясь слазить с шамана, но с вскриком: «Фен!» взвился, оттолкнувшись всеми пятью конечностями от «стартового стола». Индеец только хекнул и сел, глядя вслед уже пролетевшему пол-арены ящеренку.

Ходоки вздрогнули, будто просыпаясь, Марья даже головой потрясла, а Эни терла глаза. Фен! Если ее брата так вставило, то и ее должно было! Тогда почему она не на арене? Фен, увернутая в Зарыну парадную шаль, вытянутая как струна, дрожала в крепких объятьях Кианга. Шен, не снижая скорости, взлетел на плечи кузнеца, слегка покачнув новый постамент. Обхватил ладонями щеки сестренки и прижался к ее носу своим, шипя и посвистывая на грани слышимости. Фен перестала дрожать и обмякла, вдруг превратившись в бескостную пластичную массу. Мгновенно выскользнула и из завертки, и из рук, с громким шлепком приземлилась на траву. Шен, спрыгнувший с плеч Кианга, тыкался рядом. Чешуйчатая девушка села, повертела головой, зевнула, распахнув челюсти на немыслимый угол и спросила:

– Это шшто?!

Вопрос был, конечно, актуальный и ответ на него интересовал многих, но обсуждать его при гостях не хотелось. Хотя гости как-то незаметно растворились в уже совсем темной ночи. Только шаман со помощники чинно стояли у догорающего костерка. К ним так же чинно подошли Ло и Ник, недолго пообщались, покивали и разошлись.

Цирковые потянулись к себе, двор манил неярким светом, пробивающимся сквозь проход.

– Вы как хотите, но если я сейчас не попью чаю, то точно сдохну! – заявил Оле, и его дружно поддержали возгласами одобрения.

– А я до утра не доживу, если мне сейчас не скажут, это у меня глюки были или оно, и правда, было! – в голосе Марьи слышалась так не свойственная ей неуверенность.

– Ну, это тебе к Ло,– хохотнул Ник. – Он у нас широкого профиля спец.

– Это мне скорей к Заре, – возразила ему женщина. – Она тоже не менее широкого профиля.

– Не поняла, что там у меня широко?! – возмутилась цыганка, но вызвала свой репликой только смех. Самовар уже вовсю пыхтел, на столе расставили чашки, зевающая, и явно недовольная Таня принесла горячие булки.

– Ой, Таня, ты такая умница! И догадалась чай зварить, и когда успела? – восхитилась Эни. Выражение лица у поварихи слегка подобрело, она пожала плечами:

– Дак че не догадаться, вы ж завсегда голодные, а чай этот ведрами пьете. И куды лезет?! Тока булки это последние, а на шамана я глядеть не ходила, низя мне сейчас, – выдав всю информацию разом, Таня сняла фартук. – Убираться сами будете, а я притомилась чой-то седня…

Вслед за Таней ушли Изя, Бигль с Аей и Федор, попытавшийся утянуть с собой внуков. Но Сашка со Стаси и не подумали сдвинуться с места. Зара тоже предложила мужу пойти отдыхать, но Яков только насмешливо хмыкнул. Зара поняла, что увильнуть не получится, вздохнула и посмотрела на Марью:

– Так шо тебе там привиделось, подруга?

– Не знаю даже… – Марья поежилась. – Я на шамана смотрела, он кружился, бахрома летела, этот рокот с посвистыванием, запах трав и как будто поплыло все. Над ареной начали подниматься такие темные дымки и в маленькие смерчики скручиваться. Постояли, покачались и поплыли по кругу за Птицем. Но когда мимо костра проплывал такой смерчик, шаман «нырял» и это черное сносило в огонь. Оно с арены соскальзывало и в пламени вспыхивало.

– Эти темные на месте крови появлялись? – уточнил Джонатан.

– Не только, и в других местах тоже появлялись,– Марья закрыла глаза. – Почти в центре поднялся самый большой, он дольше всех шамана преследовал.

– В центре год назад гимнаст ногу сломал, на репетиции… – припомнил Яков.

– Успокойся, подруга, – Зара махнула на Марью рукой. – Не приблазнилось тебе, я тоже видела. Хорошо шаман арену нашу почистил, – голос Зары был весьма уважительным, потом она хитро прищурилась и погрозила пальцем ходокам. – Не одни мы видели, да только остальные помалкивают, – худой палец ткнул в сторону Сонка, а потом как компас показал на двойняшек. – А ну, признавайтесь!

– Ну да, я тоже смерчики видел, – почему-то неохотно сознался молодой индеец.

– А мы только серую такую поземку видели… – кивнул Дени.

– Противную такую, – сморщила носик Эни. – Я бы в нее никогда не пошла.

– Ага! – Марья довольно потерла руки. – Приятно знать, что не я одна такая вывихнутая. Погодите! Дым говорил, что и Джонатан мог бы к нему попасть, – все уставились на аналитика.

– Колись, давай, – слегка толкнул в плечо Джонатана сидящий рядом с ним Гари.

– Как человек, избравший сферой своей профессиональной деятельности сбор достоверной информации, и ее логическое осмысление… – Джонатан замолчал, потому что насмешливо лыбились даже те, кто из его спича поняли всего пару слов. Вздохнул и сознался. – Видел.

– Бедненький, – пожалела его Марья. – Как теперь жить!?

Хотя народ подтрунивал, но всем ходокам было слегка не по себе. Они – люди техногенного мира, в котором всякие экстрасенсы на поверку, практически всегда, оказывались шарлатанами. И вдруг столкнулись с тем самым неизведанным нос к носу. Пожалуй, легче всех было Марье, она, несмотря на «почтенный» возраст, продолжала почитывать фэнтезюшки. За что не раз была обсмеяна своими коллегами.

– Ой! Чуть не забыл! – Дени хлопнул себя по лбу. – Чем это помощник свистел? Вроде ничего видно не было, или он просто так художественно умеет?

– Нет, что ты, это птичья косточка во рту, – пояснил Сонк.

– Ух ты!

На край стола легли рыжие когтистые лапы, между них появилась столь же рыжая морда и пропела хулиганским тоном:

Небо лучистое.

Облако чистое.

На именины к щенку,

Ёжик резиновый

Шёл и насвистывал

Дырочкой в правом боку… (Юнна Мориц)

Пропел Невс на русском, и поэтому смеяться начали те, кто его понял, и только после перевода подключились остальные. Ругать кота не стали, а, вытащив на скамейку, стали гладить.

– Так, с «мракобесием» разобрались, теперь ребятки поясните, что с вами случилось? – продолжил разборки Ло.

–Трансс, – Шен потер нос. – Ссапах, мусыка вокруг фсе летело…

– У наших видяшших, в таком транс-се видения бывают,– добавила Фен – Будушшего…

– И ты что-то видел? – даже подался вперед Джонатан.

– Нишего, – открестился Шен.

– А что с Фен было? Ты плясать пошел, а ее вон в бревнышко превратило, – решил выяснить все аспекты Ло.

– Шеншины не могут тансевать, они каменеют и им плохо…

– Жаль, что ты ничего не видел…

– Зато я видела, – вздохнула Зара.– Только еще понять бы что.

– Рассказывай, может, все вместе поймем, что ты видела? – предложила Джонатан.

– То ли широкий ручей, то ли маленькая речушка, берег каменистый, как будто тут где-то. С того берега, через ручей идут двое, только они невидимые…

– Если невидимые, как ты знаешь, что они идут?! – вскрикнула Стаси, она прижалась к плечу Эни. Девочка явно испугалась. Хотя танец шамана, и разговоры за столом, да и темень, обступающая лагерь, вкупе с ночными звуками гор, создавали весьма специфическую атмосферу.

– Просто чувствовала… Не знаю…

– Если в быструю воду поставить палку, то вода будет обходить препятствие, получится след на воде, – Гари вопросительно глянул на Зару. – Так было?

Та кивнула головой, закрыла глаза, помолчала пару секунд, нахмурившись, как будто вглядываясь в картинку. За это время Ло приложил палец к губам, призывая всех к молчанию, а Стаси, поняв свою оплошность, прижала ладошку ко рту.

– Они не совсем невидимые были – таки нет! Как воздух над костром и прозрачный, но видно как колышется. И из этого воздуха две здоровенные фигуры.

Джонатан вскинул палец, остальные ходоки закивали.

– Цифровая броня! – возглас был таким слаженным, что народ невольно улыбнулся.

– Потом они на берег вышли, камни разъезжались и скрипели под ногами похлеще, чем у Потапыча, – цыганка открыла глаза, посмотрела на ящерок, сидящих впритирку друг к другу, и заявила. – Да уж, малявки, вы точно не драконы.

– Ссаа! Мы фсегда гофорили, что мы не драконы!

– Зара, с чего это ты уверилась насчет драконов? – удивилась столь интересному замечанию Марья.

– Так эти, что речку перешли, остановились, и их совсем уж стало не видно.

–В движении мимикрия подстраиваться не успевала, а как остановились, то сработала по полной, – объяснил Оле для тех, кто не в теме.

– А потом раз, и стали видны целиком! Серые, здоровенные, на головах кастрюли – у одного круглая, а у другого – вытянутая, и вместо лиц зеркала!

– Забрала со светофильтрами, – если Оле думал, что все разъяснил, то он явно ошибся.

– Потом зеркала исчезли, и в одной кастрюле человек, а в другой драконище! У обоих морды, что твоя кирпичная стена! И тот, что человек, так холодно спросил: «Мистер Лонгвей?»

За столом поднялся сущий гвалт, заговорили все разом.

– Драконы Великой Матери! – ящерки были счастливы.

– Значит, нас найдут где-то тут!

– О! Дальше ехать не надо, погостим у индейцев!

– А Дым таки своего добился!

Зара хлопнула по столу и потребовала:

– Хватит галдеть! Давайте разъясняйте!

– Зар, ты видела наших спасателей, – стал пояснять Ло. – Не тех, на кого мы рассчитывали, но и эти за нами. То, что на них надето, специальная одежда, она своего хозяина прячет и защищает. Судя по обращению там, на берегу, был я, просто ты меня не видела.

– Там мог быть и Кианг,– не согласилась Марья.

– Что им наши фотки не показали?! – не согласился с ней Джонатан. – Ло и Кианга спутать трудно.

– Они знают, что в экспедиции один китаец, а фотки… Да для европейца все китайцы на одно лицо. А для ящера так и между мужчиной и женщиной, никакой разницы нет, – поддержал Марью Ло. – Тем более за время пути…

– …со-у-бака могла подрасти! – закончил фразу Невс. На него воззрились с недоумением. Кот поежился:

– Это-у не мои слова, это-у кла-у-ссика! – видя совершенное непонимание на лицах, Невс принялся декламировать историю о даме с картонками, корзинками и собачками.

– Массовик затейник…

– Аниматор доморощенный!

– Вы что, не понимаете, насколько важно то, что видела Зара? – Ник не повелся на сольное выступление кота, его даже возмутила всеобщая несерьезность.

– Понимаем! Ехать дальше не нужно!

– Ник, видимо, имеет в виду, что контакт с цивилизаций ящеров уже состоялся, и мы вовсе не первые контактеры, – Джонатан улыбнулся.

– Ну, я вроде так и сказала, что Дым своего добился,– пожала плечами Марья.

– Неужели вы не понимаете, что пока мы вернемся, сладкий пирог уже распилят, – усмехнулся Ник. – И радужные планы о совместном бизнесе с соседним миром, можете забыть.

– А! Вот чему ты радуешься… – покачал головой Оле.

– Саа! Пока насс не найдут никаких пирогов есть не будут!– очень серьезно заявил Шен. Ребенку не стали пояснять, что за «пирог» имелся в виду.

– Но и нервы нам в клубок сматывать не будут,– задумчиво прищурился Ло.

– Что уже есть хорошо, – и с высказыванием Гари согласились все.

– Так, план мероприятий на завтра,– продолжил Ло. – Оле, Сонк и Гари завтра с утра, по приглашению наших хозяев, едут на охоту. Подъем на рассвете. Остальные, до завтрака…

– А нам завтрак?!– возмутился Оле.

– Индейцы не едят перед охотой, – просветил всех Сонк.

– А почему, – заинтересовался Сашка.

– Причин несколько, – улыбнулся молодой индеец.– Когда человек наелся, ему тяжело бегать, красться и скакать верхом. Потом, когда поешь, может потянуть… э-э-э в кустики, и всем тебя придется ждать… А еще, вы сегодня не мойтесь ничем пахучим, – это было сказано уже товарищам по охоте.

– Слушай, не учи папу это самое…– отмахнулся от него Оле, прищурился на Невса. – Тут близко никакой ямки с хвоей и листьями нету?

– Е-усть, – Невс изволил открыть один глаз.

– Можешь туда пару шмоток закопать?

– Я-у что-у, землеройка?

– Нет, ты – листьекопалка, и культиватор, и ягодособиралка, – хихикнула Эни. – Универсальный.

– Уникальный ты наш! – подхватила шутливые дифирамбы Марья.

– Ну-у, ла-удно, давайте свою оде-ужку,– смилостивился Невс.

– А зачем одежду в листья, она же запачкается, – удивился Робин.

– Она не запачкается, потому как обработана наноспреем, а вот запахом леса пропитается. И зверье нас не учует.

– Ой, а наноспрей совсем закончился!– огорченно воскликнула Эни. – На Стасино новое платье не хватило.

– Ну, наконец-то! – обрадовался Ник. – А то я думал, нам его цистерну выдали! А он, вишь, закончился…

– Знаешь, дядя, – Эни вдруг разозлилась, – теперь одежда мяться будет и что делать?

– Гладить, – сестренка Ю хихикала, закрывшись ладошкой, так потешно выглядела Эни после ее заявления. – Утюг же есть…

– Утюг? – с неподдельным удивлением переспросила Эни.– А это как?

– Так, народ! – Ло поднялся.– Приспособу под названием утюг обыкновенный будете завтра осваивать. Это конечно сложно, но если постараться…

–Ло, – окликнул уходящего командира Робин, вздохнул и тихо сказал. – Когда вы уедете, станет очень скучно и пусто…

– Ничего, – Ло усмехнулся. – Твои детёныши те, что есть, и те, что будут, скучать не дадут. Это тоже тот еще цирк, с конями…

****

Изверг по имени Кианг поднял всех ни свет не заря, мотивируя столь ранний подъем тем, что солнце таки уже встало! И до завтрака нужно потренироваться, потому как потом времени не будет. Предатель Ло с ним горячо согласился. На замечание Эни о раннем подъеме светила в связи с временем года эти двое,переглянувшись, соглашаясь, кивнули.

– Поздняк метаться, – вздохнул Дени, решив уточнить. – Когда рассвет встречать погоните?

– Никакой тяги к прекрасному, – тоже вздохнул Ло, удрученно качая головой. – Рассвет в таком красивом месте – это же чистый восторг.

– Ладно, поугрожали и хватит, – Марья сцедила зевок и покосилась на мужа весьма неодобрительно. – Пошли уже…

Кот сидел на скамье у стола и смотрел, как народ побрел на выход из двора. На ходу потягиваясь, разминая плечи и встряхиваясь.

– А мы от развилки пойдем? – вдруг поинтересовался Дени, но видя, что причину вопроса не поняли, пояснил. – Ну, Сонк говорил что-то типа – раз прошел след, два – тропа, а три – дорога. А если мы все пройдем один раз, то автобан вытопчем…

– Ага, и по нему любопытные на наш пляжик и попрутся…

– А что делать,– пожала плечами Марья. – Другой дороги все равно нет.

– Е-усть, - заявил Невс, незнамо как оказавшись впереди цепочки людей, – то-улько там не-умного вниз и не-умного вверх.

– Вниз градусов шестьдесят?

– А вверх обратный уклон?

Начали высказывать предположения ходоки, прекрасно зная характер «кота».

– Не все-у так грустно, – заявило это рыжее нечто. – Вы про-у-йдете.

– Ну что, рискнем здоровьем? – задал риторический вопрос Ло и весело скомандовал. – Вперед, и можно без песен!

Пробежки не получилось, но идти быстрым шагом вполне. Трава, многолетний ковер опавшей хвои под ногами и ни намека на тропу.

– Веди нас, Сусанин, веди нас, герой! – вдруг фыркнула, посмеиваясь, Марья. – Невс, цыц!

– Пошел же ты нафиг, я сам тут впервой! – вдруг ответил ей не Невс, а Дени.

Все же удобная эта штука внутренняя связь, бухтишь себе под нос, а слышат тебя все, и отвечают даже когда не нужно...

– Не-у впервой, я-у тут но-учью ходил, – не согласился с ним Невс, чем вызвал смех русскоязычной части команды.

– А теперь для тех, кто в танке, – несколько недовольно потребовал Джонатан, чем удивил всех. Казалось, что он-то знает все на свете.

И Марье, как зачинщице, пришлось кратко рассказывать сию историю.

– Все равно не понимаю, – мотнул головой Робин. – Он же совершил подвиг, так почему вы смеетесь.

– Это еще одна наша национальная особенность, находить юмор хоть в подвиге, хоть в трагедии… – попыталась объяснить Марья. – Правда не сразу, а когда время пройдет…

– Ой, Сашка, Стаси! А я придумала, чем вы с дедом могли бы заниматься, чтобы не ездить! – вдруг вклинилась Эни. – Анимацией!

– Мы теперь с этой Таис будем, – Сашка вздохнул огорченно.

– Деда и слушать ничего не хочет, – поддержала его Стаси. – А эта Сесси плохая…

– Вы вроде подружились, – удивилась Эни.

– Она тут улыбается, а в спину рожи корчит и глаза злые, – впереди идущая Стаси даже плечами передернула. – Я в зеркале увидела!

– Марь, ты с девочками немного общалась, так что скажешь? – потребовал отчета Ло.

– Шеф, а ты помнишь, что я не особый эксперт в этом деле, когда

спокойна? – напомнила маленький нюанс своих умений женщина.

– А тогда я была спокойна как слон после купания.

– И все же – подключился к допросу Джонатан. – Вот какие ассоциации были? Только глаза не закрывай, споткнешься!

– Хм… Маятник, наверное… – выдала спустя пару секунд Марья. -Только не надо докапываться, почему и как! Не знаю!

Возможно, из Марьи еще попытались бы выжать какую-то конкретику, но тут прорезался молчавший до этого Невс:

– Тут не-умного вниз.

Вниз было действительно немного, метров сорок каменистого склона с густо стоящими стволами сосен. От одного ствола до другого, тут главное не промахнуться, спустились быстро и весело. И через не очень широкий, но бурный ручей, перебраться по камням не стало проблемой. А вот не-умного подняться...Подняться было крутенько, хотя к чести Невса, траверс подъема он выбрал очень хороший. Справились все, а катящийся градом пот? Так что за тренировка без пота?! Подъем закончился прямо на площадке перед расщелиной, и все дружно обрадовались. Шен и Фен серыми белочками рванули по стволу, а потом по ветке за веревкой, оставленной на той стороне. Пока взрослая часть команды следила за ящерками, Сашка подсадил Стаси, выбрался наверх следом, и они чуть не вприпрыжку перебежали расселину друг за другом. На гневные вопли вслед удивленно хлопали глазами с другой стороны. Чего ругаться?! Ветка толстая и бежать удобно и недалеко! Спускающаяся по лестнице команда, даже не подозревала, что за их уходом из лагеря, беседами с котом и частью пути внимательно следили. И очень жалели отсутствию крыльев, чтобы быстро и бесшумно поменять точку наблюдения…