Текст книги ""Фантастика 2024-94". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Наталья Шнейдер

ГЛАВА 8

Ввиду отсутствия наблюдателей утренняя тренировка прошла по расширенной программе, а также была обещана еще и вечерняя. На дружное возмущение подопытных, всем было указано, что нужно ловить момент пока никто не видит.

Как выяснилось за завтраком, Марье только показалось, что она сготовила две порции, а на самом деле одну. Мясо, утушенное в тохи, стало мягким и нежным, да и со специями она угадала. В общем, хватило всем, но на добавку не осталось. Уже за чаем опять подняли вопрос о тренировках.

– Не понимаю, что нам мешает тренироваться во дворе цирка, – пожал плечами Сонк.– Поставим фургоны плотно в круг, натянем сверху парус. Занимайся, сколько хочешь!

– Ну да, мы же отдельным лагерем встанем, – пожал плечами Джонатан. – Да и Невс нас прикроет снизу...

– А парус сверху...

– А может, не парус, а палатку нашу над двором натянуть, ее, вроде, в шатер преобразовать можно.

– Опору посредине, двумя столами зажать...

– Никого зажимать не нужно, там каркас предусмотрен...

– Я прошу извинить меня правильно, но объясните-таки старому еврею, – прервал мозговой штурм Изя, – какого рожна вы от индестменов свои репетиции прятать надумали?! От белых оно понятно, а от индейцев? – от своего утрированно-еврейского он резво перешел на очень правильный английский.

Все уставились на старого музыканта с таким изумлением на лицах, что тот не выдержал и расхохотался. Его дружно поддержали.

– И правда, чего мы паримся? – пожала плечами Марья.

– А вот мадамы таки могут и попрятаться... – погрозил ей пальцем Изя.

– Будут прятаться, – хотя Ло ответил утвердительно, но вот толика сомнения в его голосе была.

Попытка Марьи усадить народ за лепку пельменей сразу после завтрака не удалась. Ей совсем непрозрачно намекнули, что фарш еще не сделан, тесто не намешано и вообще они идут смотреть кино. Кто-то думал, их так легко отпустят?! Зря! Всему коллективу выдали по две луковицы, с заданием мелко их порезать. Потом Оле и Кианга заставили выбивать фарш, сначала мужики покривились, но быстро устроили соревнование, кто громче шлепнет. И только после отправки кастрюли с фаршем на охлаждение, уж за температурой Марья проследила лично, роющих копытом зрителей отпустили в «кинозал».

– До ко-унца сеанса де-усять минут, – сообщил Невс.

– Спасибо, солнышко! – поблагодарила Марья рыжего киномеханика и взялась раскатывать первый блин из теста. Женщина уже приготовила чашки для вырезания одинаковых кружков теста, а то прошлые разнокалиберные изделия ее изрядно расстроили. Когда к столу пришли хмурые кинозрители, а у Эни еще и глазки были мокрые, на столе уже было пару десятков заготовок.

– Знаешь, Марь, – хмыкнул Ло. – Если бы это было на самом деле, вот чесслово, договорился бы с дальнобойщиками, чтобы вытащили и Сокола и его скво...

– Жалко их, жутко...– вздохнула Эни.

– Ребят, да там нужно полностью племена выводить! – изумилась столь сильным эмоциям Марья. – На пустую страницу, сотнями и тысячами. Вы про дорогу смерти не знаете, там столько людей полегло от холода и голода, что жуть... Это вы, ребята, еще «Танец с волками» не видели!

– Да как-то уже и не хочется...– отвернулся Дени.

– Ну да, поиграй в страуса, – Эни скривила губы презрительно глядя на брата.

– Та-ак! – протянула Марья. – Все потом, сейчас пельмени! Быстро позвали всех, а Оле притащит мясо.

– Кого всех? – не поняла молодежь.

– Всех это всех! Кроме зверья, – Марья уперла руки в бока. – Есть будут все, а лепить только нам?!

Требование сочли справедливым и вскоре за длинным столом сидели все жители цирка. Большинство смотрело с интересом, кое-кто недоуменно, а Федор Артемьич с недовольным возмущением.

– Слушаем инструктаж! – завхоз постучала ложкой по кастрюле. – Берем вот такой кружок, кладем в него мясо и залепляем вот так. Всем видно? – народ закивал. Братья Джей как-то неуверенно косились на свои ладони-лопаты.

– А у парней, может быть, проблемка с мелкой моторикой, – высказал сомнение Ло, но вслух ничего говорить не стал.

– А если я не хочу брать и залеплять?! – наконец возмутился вслух Федор.

– Да как хочешь, – Яков пожал плечами. Он положил кружок теста с начинкой, на ладонь и примерялся, как бы половчей его слепить. – Мы с Зарой и на твою долю налепим, ежели сам боишься в муке спачкаться.

В такое количество рук работа закончилась, почти не начавшись. Эни, сестренка Ю и Марья занимались раскаткой теста, остальные лепили. Потом все удивились, как из вроде одинаковых кружков, получились такие разные формы. У старших братьев Джей пельмени были такими же грубоватыми, как они сами. Джонатан делал идеально ровные колечки. Ло и Кианг изобразили гребешки, традиционные китайские цзяоцзы. Воду в сундуке тохи заморозили и уже на лед, застелив его полотенцем, выкладывали готовые изделия.

– Что, муки было жалко? – язвительно осведомился Ник, заглядывая в миску с фаршем. Там еще было прилично содержимого, а вот тесто закончилось.

– Да, глазомер у меня сбился, но можно еще замесить, – предложила Марья, хотя в ее голосе энтузиазма не было ни на грош.

– Да там пельменей полсундука, – доложился Дени. – Если мы все за раз сожрем, то лопнем!

– А если прибавить еще семь едоков? – прищурился Ло.

– Тогда просто обожремся.

– Так фарш же, – недоуменно потыкала пальцем в миску Стаси.– Невсику отдадим?

Невсик тут же нарисовался на скамейке и попытался всунуть нос в миску, но не учел, что рядом сидит не только добрая девочка, но и старший братец Джей. Тот особого пиетета, несмотря на все странности кота, не испытывал. Попросту сгреб рыжего за шкирку и погрозил пальцем перед носом.

– А может, сделаем пирожков? Картошечка, с мясом и луком, – Зара мечтательно вздохнула. – Тем более, картошка вянет...

– Откуда у нас столько картошки? – изумилась Марья, она что-то не помнила больших закупок.

– Мисси Марья сама сказала в Стене купить, – недоуменно захлопала глазами Таня. Увидела удивленные глаза завхоза, и напомнила. – Вы тогда с массой Киангом гулять уходили и сказали брать, сколько будет, мол, не пропадет.

– Не помню... – Марья посмотрела на Кианга, и тот кивнул, подтверждая слова поварихи. Народ веселился, Оле многозначительно улыбался – Э-э-эм... И сколько? Мне уже страшно...

– Да мелочи, не переживай, – успокоительно махнул рукой Джонатан. – Тем более что отдали почти задаром.

– Сколько?!

– Килограмм сто, наверное, было.

– На пирожки точно хватит... – ошарашенно заморгала Марья.

– Пирожки, это, конечно, ой-вей, но не будет ли это все, – Изя кивнул в сторону помоечной, где морозились пельмени. – Маслом с двух сторон?

– Изя, мы вас уважаем, за вашу таки умеренность! – улыбнулся Гари. – Но пельмени подождут, пока вернутся наши индейцы. Пирожки таки ближе...

– Пирожки завтра, – категорически отрезала завхоз, она хотела добавить еще что то, но ее перебил Федор Артемьич.

– Пельменей не будет?! Таки, тьфу! Я поеду в гости к Таис!

– А вы знаете, где их лагерь? – все почему-то не сомневались, что тот, второй цирк, так же завис на стоянке.

– Сейчас узнаю! – он вперил взгляд у Невса, которого уже поглаживал Джей. – А ну, рыжая морда, говори, где их стоянка!

– И што-у мне пря-ум словами отве-учать или промявкать? – на морде кота была написана растерянность, наверное, впервые за все время его жизни в цирке.

– И чего буркалы вылупил, – Федор даже подался вперед. – Я тебя, бестию, как облупленного вижу! Все ты знаешь!

Невс нервно почесал за ухом, потоптался и хрипло мявкнул.

– Вот так бы и сразу! – Федор довольно улыбнулся, встал и скомандовал. – Так, Джейки, седлайте лошадей, поедете со мной.

– Так обед жеж!– всплеснула руками Таня и повернулась посмотреть, скоро ли Оле, дежурящий сегодня по кухне, притащит кастрюлю с супом.

– Я там поем, – отмахнулся от нее хозяин.

Старший Джейк кашлянул, посмотрел на Таню, потом на Федора, сложил руки на груди и прогудел:

– Едим тут...

Изумились все. Братья с белой и не совсем белой половиной цирковых почти не разговаривали. Молча выслушивали задание, кивали и шли выполнять, и вдруг такой фортель.

– Чего?! – взвился Федор.

– Деда! – звонкий голос Стаси прозвучал неожиданно. – У них повариха, фу какая, с нашей Таней не сравнить! – Таня довольно потупилась.

– И ты уверен, что там и на Джейков наготовили? – прищурилась Зара.

Федор замер, обвел глазами сидящих за столом, глянул на бодро разливающую по тарелкам суп Таню, сел на место и холодно заявил. – Ничего, недолго осталось вас терпеть...

– Точно! – радостно подтвердил Дени. – Вот погостим у индейцев, и...

–... ветер вам в спину! – весьма лояльно закончила его сестра.

– С-с-саа, – хором заявили ящерки, переглянулись и Шен выдал. – Ушитель С-сорг гофарил – флах в руки, барабан на ш-шею, а якорь...– он задумался, вспоминая, и сестричка пришла на помощь брату,

– ... куда помес-ститс-ся!

От дружного хохота из кустов, растущих в ложбинке вдоль ручья, взлетели какие-то птицы.

Поглядывая на хмуро хлебавшего суп Федора, Эни обратилась по связи к Стаси, с просьбой узнать у деда, почему тот обратился к Невсу с такой претензией. Девочка, отодвинув пустую тарелку, тут же выполнила просьбу:

– Деда, а почему ты Невса спрашивал? Он же сказать ничего не может...

Кот фыркнул в свою миску весьма ехидно, но комментировать не стал, а только как-то особо зверски зажевал очередную кость.

– Ну, болтать-то он, положим, не умеет, – кот покосился на Федора, ему явно хотелось, просветить человека насчет глубины его заблуждений. – Так и что с того? Знавал я одну черную бестию! Твоя мама помладше тебя была, когда где-то на ярмарке подобрала задохлика. Он уже и пищать не мог. Так выходила, выкормила и выросло вот такое же убоище. Наглое, хитрое и слушалось только свою «мамку». Вот с ней был шелковый, а с остальными... Делал вид, что языка человеческого не понимает, а как скажешь – «Блэк, иди жрать», так тут и уродится, как из воздуха. И на каком языке ни скажи, все одно поймет, зачем зовут. Вот верил бы, что у животин бывает душа, так сказал бы, что в этого рыжего душа Блэка и переселилась!

– А что, он и вещи умел искать? – заинтересовалась Эни.

– Умел! Когда у дочи ленточка любимая пропала, он ее быстро отыскал, в вещах у дочки наших гимнастов. Да не одну ленточку... Подворовывала девчонка по мелочи...

– Деда, а почему ты нам раньше про кота не рассказывал? – удивилась Стаси.

– Вот уж не было печали про его проделки рассказывать! – отмахнулся от внучки дед. Посмаковал кашу и хмыкнул. – А все ж наша повариха лучше варит, чем Таискина, – он посмотрел на Майки, который раздулся от гордости, как будто умение жены – это его личная заслуга. – Слышь, паря, оставайся со своей у меня. Тебе работа всегда найдется, а она будет для моего семейства готовить. Что пузо скоро на нос полезет, так не беда, хай привыкает, не последнего, чай, носит.

Говорилось это все таким вальяжно-пренебрежительным тоном, ну чисто барин с попрошайкой. Вот вроде ничего обидного не сказал, а в морду ему заехать захотелось почти всем сидящим за столом. Лица всех трех братьев медленно каменели, а Майки так сжал в кулаке ложку, что костяшки пальцев побелели. Джонатан открыл было рот для отповеди, но осекся, получив под столом пинок ногой. Майки кашлянул, видимо побоявшись, что голос его подведет, и чуть хрипловато ответил:

– Слышь, старик, мы уже с миссис Спайс уговорились, и менять ничо не будем.

– Да как ты смеешь ко мне так обращаться! – Федор задохнулся от возмущения. – Я тут всему хозяин и не потерплю, чтобы какой-то...

– Допустим, не всему, а только половине...– поправил его Ник.

– Майки не какой-то будет, – угрожающе прогудел низким басом старший братец Джей, от чего у всех глаза распахнулись в удивлении. Уж вступления в разговор этого сверх молчаливого персонажа никто не ожидал. – Нас всех, чай, не под забором нашли, и в наем мы пошли к массе Николасу.

– Да как ты не поймешь! – Федор ткнул пальцем в сторону Ника, не обращая внимания на Джейка и его слова. – Они же все обслуга! Не можна их с актерами равнять! И за один стол сажать не можна! – наверное от возмущения, Федор перешел на какое-то просторечие. – Актеры деньги зарабатывают, а эти так, подай-принеси, пшел вон!

– Подай-принеси? – Марья скептически изогнула бровь. – Вот с завтрашнего дня и будете сами все делать в своей половине цирка, раз обслуга вам не люди...

– Нее, мисси, лошадок мы сами, разиш оне виноваты, – не согласился с воспитательными мерами, предложенными завхозом, старший Джейк.

– Мы таки тоже не виноваты, шо он такой поц, – покачал головой Изя. – И шо у него опять в голове все в поперек горла встало!

– Ну да, конечно! – лицо Федора налилось дурной кровью.– Живу не так, лежу не здесь и говорю против ветра?! Забыли, кто тут хозяин?! Вот погодите, уедут эти зайды, быстро вам всем напомню! – Федора уже понесло, он не обращал внимания на тихо плачущую Стаси, на Сашку, не поднимающего глаз от тарелки и все ниже склоняющего голову от криков деда. – А коль не нравится, так пошли все вон из моих фургонов!

–Вот хрен тебе поперек всего интерфейса! – вдруг грохнул кулаком по столу Яков, слышавший сей перл от ходоков и понявший его смысл как – “а рожа не треснет”, вот и применил его по назначению. – Мы с Зарой свой фургон у тебя откупили, и бумага имеется. А Потапыч и вовсе мой.

– Остальные вон! Зара с Яковом уже отрезанный ломоть, а ты, старый пердун, кому нужен-то? Побираться пойдешь!

– Мистера Изю тоже с радостью примут на нашей ферме, – вступилась за старого музыканта миссис Флора, до этого с изумлением наблюдавшая за вдруг вспыхнувшим скандалом. Улыбнулась Изе и пояснила, видя его недоумение. – Людям нужно не только работать, но и веселиться. Моим работникам очень понравилось танцевать под вашу музыку. Да и мистера Бигля с миссис Аей тоже не выгоним… Особенно если они официально поженятся.

Федор, отшвырнув от себя тарелку с так и не доеденным вторым, выскочил из-за стола и рванул прочь. Контрольным выстрелом в спину прилетело от Зары:

– Посмотрим, как ты всеми своими фургонами править будешь, один-то...

Народ молча доедал обед, Эни, приобняв Стаси, пыталась утешить девочку. Фен притерлась с другой стороны и занималась тем же, тихо что-то подшипывая.

– Погодите, я чего-то не догоняю, – решила уточнить Марья. – Если повариха готовит на семью Федора, то на остальных кто?

– Сами себе готовят, – пожала плечами Зара. – Или скидываются и по очереди. Хозяину до того дела нету.

– А столы тогда зачем? – удивился Дени. – Мы думали, раз столы большие, то все вместе и едят.

– На Рождество да на День Благодарения все за столы и саживались. С одного краю начальство, им повариха накрывала, а с другого все остальные – кто что принесет... – Изя усмехнулся, как чеширский кот. – Но нам, как сейчас, нравится больше.

Оле встал из-за стола, потянулся:

– Начинаем уплотняться? Мы с Робином вселимся к Ло...

– Нет, не нужно, – очень твердо прервал его Сашка. – Все живут, как и жили, а дед перебесится.

Дед уехал искать свою зазнобу в гордом одиночестве, если, конечно, не брать в расчет эскорт-услуги разумной биомашины. Остальные разошлись, кто куда. Изя о чем-то беседовал с миссис Флорой, видимо, хотел убедиться в серьезности полученного предложения. Остальные разошлись по фургонам вздремнуть после обеда. Молодежь отправилась смотреть кино в палатку к ящеркам, а вот Кианг вдруг отказался. Покачал головой и сказал, что кино, это, конечно, интересно, но не хочется опять смотреть, как одни люди убивают других. Общее настроение в лагере было не самое веселое.

Невс вернулся через пару часов, сияя довольной мордой, доложился, что сдал сопровождаемого под роспись и до завтра того можно не ждать. Его усилено жалеют, гладят по шерсти, успокаивая, обещая попутно, всем посмевшим показать кузькину мать.

– Разба-уловали вы народ! Как они-у дальше жи-уть-то будут? – попенял напоследок и отправился на крышу поваляться на солнышке и продолжить наблюдение за беспокойными объектами – сыновьями миссис Флоры.

Робин сидел рядом с любимой женщиной, подкидывая на коленях Младшого, изображая скачки на коне. Они с Флорой тоже наблюдали, как Мамичка с трудом удерживает двух старших мальчишек возле себя, читая им книгу. Дети уже хотели побегать, они отвлекались, поглядывая на спокойно жующих верблюдов. Верней, на верблюжонка, с которым с удовольствием носились наперегонки. Верблюды, ежедневно вычесываемые, выглядели такими красавцами, что любо-дорого посмотреть. Да и мешок начесанной шерсти ждал, когда его спрядут. Мамичка за эти дни заметно сдала, как-то резко постарела и растеряла свою самоуверенность.

– Когда вернемся на ферму, нужно будет дать Мамичке помощницу, – задумчиво сказала Флора.

– Обижать старушку не хочется, – согласился с ней Робин. – Но видно же, как ей тяжело с мальчишками. Флора, а почему ты детей не зовешь по именам, мне вот Старшой говорить как-то странно, – он спустил мальчишку с колен и тот рванул к братьям. – Вот, даже не знаю, как Младшого зовут...

– Малофей, – Флора улыбнулась, – А со старшим... Просто его так муж называл – мой Старшой помощник. Он и запомнил. Я потом попыталась по имени звать – Шер, но он не захотел откликаться... А Ричи откликается, – она прислушалась к звону молота из кузни. – Знаешь, я попросила мистера Кианга сделать нам, – это простое “нам” обернуло душу Робина таким ласковым теплом, что он даже зажмурился, – такой набор, как у них. Подставку под кофейник, чтобы сухой спирт туда класть. Иногда хочется чаю или кофе, а на кухню идти совсем не хочется. Да и красиво он делает, у нас в округе никто так не умеет.

Тоже услышавший звон молота, Ник прищурился, как-то предвкушающе усмехнулся и пошел к кузне.

Кианг не обратил внимания на подошедшего. Нику не оставалось ничего другого, как наблюдать за работой кузнеца. Ну, не перекрикивать же, в самом деле, стук молота. Хотя, скорей это был большой молоток. Кианг один за другим сгибал скрученные плоской спиралью прутки, в изящные радиусные загогулины. Как он ухитрялся их делать одинаковыми, Ник так и не понял. Он, от нечего делать, осторожно тронул пальцем довольно большое металлическое блюдце, проверяя, не горячо ли. Взял в руки, повертел. Оказалось, снизу по центру приклепано или припаяно, в этих технологиях проф не разбирался, еще один небольшой кружок с приподнятыми краями. И уже в центре него торчало что-то острое, как будто откусили и поставили вертикально кончик гвоздя. Кианг, между тем, вытащил из огня еще один молоток, только с острым концом, и стал плавить припой и олово. Через полчаса Ник и сам не понял, как так увлекся наблюдением за чужой работой, что забыл о времени. Четыре загогулины соединились двумя кольцами, одним побольше и одним поменьше. Кианг вынул из пальцев Ника 'блюдце' и припаял к нему собранную из прутков конструкцию. Теперь Ник понял, что маленький кружок был подставкой под таблетку сухого спирта, которую нужно наколоть на тот самый обрезок гвоздя. Вещь получилась изящная и в тоже время предельно безопасная.

– Можно и мне такое сделать? – неожиданно для себя самого спросил Ник.

– Восьмым в очереди будешь...– Кианг искоса и явно насмешливо глянул на гостя.

– Хм. Что, столько заказов? – не поверил он. Кианг не ответил, лишь кивнул головой, подождал еще немного и совсем по-Марьински осведомился:

– Ну, и?

– Ах да! – Ник как будто проснулся и вспомнил, зачем сюда пришел. – Хотел бы пояснить тебе некоторые аспекты ситуации, в которую...

– А попроще нельзя, как для туп... простого китайца? – перебил его кузнец. – Как вы говорите – на армейском.

– На армейском? Ну ладно... Тот обряд вашей с Марьей женитьбы, что провел Ло, действителен только для вашего Китая. В нашем, кроме вековых традиций, еще и запись требуется в официальных бумагах. Да и для этой страны вы вовсе не женаты, а просто, – Ник запнулся на мгновение, хотел сказать, что сожители, но подумал, что этот чокнутый еще оскорбится за Марью и может врезать. – У нас это называется «гражданский брак», и распространён сплошь и рядом, но когда нас найдут...

– А вас найдут? – заинтересовался последней репликой китаец, все остальное, казалось, оставило его равнодушным. – Страна большая.

– Да, запросто! – даже не особо задумываясь, отмахнулся Ник. – Как только наши попадут на эту «страницу», они запустят атмосферник. Такую летающую штуку, и она будет нарезать расширяющуюся спираль, начиная с места, куда нас должно было выбросить, и слушать эфир. А Невс... – тут Ник замолк, изумленно глядя на кузнеца, он вдруг понял, что сказал и тут же позвал. – НЕВС!!!

– Ну, че так орать?!! – тут же недовольно отозвался кот.

– Включи маяк и транслируй «Мэй дей» на всех диапазонах!!!

– Про-уснулся, болезный...– с деланым сочувствием вздохнул ехидина. – Маяк ра-уботает в штатном режиме, уже меся-уц как».

– Кто приказал?

– По умолчанию... Ста-ундартный протокол, – фыркнул Невс, хотя тон подразумевал совсем другой ответ.

Ник какое-то время поскрипел зубами, а потом встрепенулся:

–Так вот, когда нас найдут, у наших спасателей не будет официаль...

– Армейский, – угрожающе проворчал Кианг, хотя он уже понял, что хотел ему сказать этот белый, и что хотел сделать этими словами.

– Да не возьмут тебя к нам! – практически выплюнул проф. – И Марье остаться не разрешат!

– Уверен? – Кианг смотрел слегка насмешливо.

– Насколько я знаю регламент контактов с иной...– Ник заткнулся на полуслове. – Уверен.

– А вот Марья уверена в другом... – Кианг спокойно отвернулся и взял из кучки прутков очередную заготовку. – И ей я верю больше.

Китаец посмотрел вслед злому «полухозяину» цирка, покачал головой и пробормотал:

– Вот уж точно Марья говорит – сделал гадость, в сердце радость... Только вот кто кому?