Текст книги ""Фантастика 2026-168". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Мария Архангельская

Соавторы: Дмитрий Федотов,Сора Наумова,Светлана Волкова,Марат Дочкин,Левиафан Кейн,Ксения Холодова,Юлия Гладкая
сообщить о нарушении

Текущая страница: 51 (всего у книги 347 страниц)

Глава 11

Около источника мялись Морис и Рэнди, опоясанный патронташем с разборной лопатой.

– Чего так долго? – накинулись они, едва разглядев наши силуэты в поднимающемся от земли тумане.

– А кто цветочкам ведра на зубищи натянул? Пришлось спасать редкое академическое имущество, – хмыкнула я. – Вы как следует расспросили библиотекаря? Мне тут экскаватор изображать не хочется, раскапывая все подряд.

– Ну как могли, так и расспросили, – философски ответил Морис, не замеченный в излишнем рвении в работе. – Хорошо хоть вспомнил примерное направление.

– Он настолько древний, что, кажется, если на него дыхнуть, рассыплется на кусочки, – добавил гуль.

– Это вы скорее развалитесь на кусочки, если на него дыхнете, – возразила Мия. – Давайте начинать, пока не рассвело.

– Я тебе помогу! – вызвался Рэнди и с мастерством фокусника моментально собрал лопату. Я сомневалась, что от нее будет толк, но не стала портить другу настрой – хочет копать, пусть копает, вон тут сколько земли. Кажется, если он начнет прямо здесь, к утру продвинется максимум метров на пять вперед. Надеюсь, моя сила не даст осечки, очень уж не хочется разгребать это все вручную.

Пришла Светка с рюкзаком и достала из него налобные фонарики, перчатки и даже вторую складную лопату.

– А ты часто что-то раскапываешь в ночи? – решил подколоть ее Морис.

– Нет, часто общаюсь с безголовыми людьми. Даже если Рита сможет пробить проход, вы как дальше-то пойдете? Без света? – она постучала пальцем по лбу гулю. Звук получился не в его пользу.

– Ну да, без Светы мы никуда, – закатил глаза Морис. – Ну просто нотка адекватности в нашем сумасбродном сообществе.

– Радуйся тому, что эта нотка есть, – прервала его подруга. – У меня большое подозрение, что вся катавасия, которую вы заварили, пошла именно из-за отсутствия логики.

– Ты меня сейчас дураком обозвала? – вскинулся Морис.

– О, неужели дошло? Смотрите-ка, а тренировка мозга работает, сарказм, по крайней мере, уже отличаешь.

– Рита, она меня обижает!

– Ябеда, – показала язык Светка и перекинулась. С каждым разом ей удавалось это все легче, крылья развернулись, бритвенно острые перья застыли в опасной близости от щупалец кракена.

– Ша, девочки-мальчики, – я не собиралась вмешиваться, пока это не переходило границы и не было похоже на попытку убийства. – Буду шлепать. Больно шлепать.

Подход а-ля огры они оценили и притихли. Кстати, о них.

– А где Ма и Чо?

– Я пробовал их разбудить, – сморщился Морис. – Проще памятник оживить, честное слово. Я на них только что джигу не танцевал.

– Утомились, наверное, – неуверенно предположила я, с трудом представляя, что могло утомить этих громил. Но делать нечего, обойдемся пока без них.

Мия с приготовленными комками паутины возникла позади «сладкой» парочки, готовясь пустить их в дело. Хоть с паучихой мы не сразу сошлись характерами, чего у нее не отнять, так это решительного подхода. В критических ситуациях она никогда не теряла головы сама и придерживала чужие. Видимо, сказывался опыт с братом-дуллаханом.

– Забудем о разногласиях, сейчас гораздо важнее спасти нашего куратора. Как вы думаете, где здесь вход?

Сила отзывалась неохотно, вяло разворачивая кольца. Концентрация у меня и так страдала, а тут и вовсе отвалилась. Я чувствовала рядом что-то родственное, но никак не могла понять, что это.

– Да начни тут, – ткнул в землю Морис. – Место ничем не хуже остальных.

И не поспоришь. Я уселась с относительным комфортом, по привычке скрестила ноги и представила, как земля поднимается, каждая песчинка для меня теперь имела свою форму, а для того чтобы их переместить, нужно было придать им другую, более удобную для перемещения. Например, кирпича. Что представляет собой кирпич? Продолговатый квадрат из прессованных песчинок. И песчинки эти я видела, только их было такое множество, что просто физически погрузить руки и вынуть оттуда какую-то часть не представлялось возможным. А кирпичи – это хорошо, кирпичи – это весомо. Я вспомнила лихие деньки своего детства и приготовилась играть.

В тетрис!

Так пошло веселее, все-таки визуализация – первый шаг к достижению цели. Я формировала из песчинок фигуры и переносила с места на место, укладывая плотненько, кирпичик к кирпичику. Но после двух десятков кирпичей я почувствовала такую бешеную усталость, что если бы не села заранее, валялась бы в этой самой пыли лицом.

– Больше не могу, – прохрипела я.

– Мда, а я рассчитывал на большее, – протянул Морис.

– А ты сам попробуй, – рыкнула Светка, нацепила перчатки, собрала лопату и стала перекидывать землю старым-добрым способом. Рэнди молча присоединился к ней. Мия посмотрела на эту парочку, закатила глаза и побрела к сторожке, явно надеясь разжиться инвентарем там.

Вместе мы сила, это я давно заметила (и не только я, враги тоже), так что ребята довольно шустро принялись расширять карьер, который я для них приготовила, меняясь посменно. Но я с отчаянием понимала – одной ночи не хватит. Тут копать минимум месяц, руками и магией, а без магии все два, а то и три. Как же ускориться и не привлечь при этом внимание всех на факультете?

– Хорошо смотритесь, однако.

Из темноты сада внезапно и бесшумно возник уборщик. Я только успела увидеть, как блеснул свет в его раскосых глазах, и прижала ладонь к сердцу.

– Ух! – единственное, что получилось сказать. – Напугал. Ты тут зачем?

– А кто будет прибирать за вами к утру и прикрывать иллюзией раскопки? – Сорамару хитро улыбнулся, но близко не подошел, замер в отдалении, как-то настороженно вороша носком тряпичного тапка пыль перед собой, будто проводя черту.

– Денег не дадим, – озвучила нашу позицию Светка.

– Пфф, – выдохнул уборщик, – у меня своих хватает. К тому же это вы мне еще денег должны, что я на могилке вашей подружки прибираюсь.

Я немного растерялась.

– А почему?

Сорамару пожал плечами.

– Она никогда не мусорила и шерсть свою за собой собирала. Не то что некоторые.

Ну, подумала я, есть и более чудные поводы для симпатии, не мне его осуждать.

– Тогда что тебе нужно?

– Водички принесете, и будем в расчете, – в меня полетела обычная бутылка на полтора литра. – Только мне не живой, а мертвой.

– Ты хочешь всю академию упокоить? – ужаснулся Рэнди.

– И почему сам не возьмешь? – насторожился Морис. – Все равно ведь пришел. И карта у тебя давно была…

– Секрет, – нагло выдал он и растворился во тьме, а я ощутила себя использованной. Может же быть, что водичка ничем не поможет Лайзу, а он оклемается исключительно благодаря стараниям Зусмана и его ароматерапии? А я тут шахтера буду изображать, добывая приколюху?

Пятьдесят на пятьдесят.

– А чего всего полторашку? Ты бы цистерну подогнал, я бы в этой водичке ректора утопила, – мрачно пробормотала я, а тут и Мия вернулась с тремя лопатами наперевес.

– Не поминай всуе, – сказала она, вручила мне инвентарь и с горьким вздохом пошла расчищать дорожку к цели. Хорошо, что смерть приучила меня к физическому труду, я поплевала на ладони и взялась за дело. Нет-нет да ловила боковым зрением фигурку в форменном синем халате – Сорамару то ли насмехался издалека, чтобы не влетело, то ли боялся приблизиться по какой-то своей причине. Увы, спросить я не могла.

Земля летела в разные стороны, мы почти не отдыхали, и через час отваливалась поясница, а мозоли на руках, несмотря на перчатки, просто пылали и дергали. Через два часа сдались Светка и Морис, усевшись прямо на край ямы, они жадно пили воду, предусмотрительно захваченную Мией. Через три мы, дружно пожелав куратору скорейшего выздоровления, свалились на землю и не подавали признаков жизни, пока на небе не прояснились облака.

– Надо поспать, – тихо пробормотал гуль и, опираясь на свою верную помощницу-лопату, побрел к общаге.

– Завтра будем копать дальше, – пообещал Морис и поспешил за Рэнди, пошатываясь от усталости.

– Я пас, – вскинула руки Светка.

– Может, купим пару гранат и разнесем тут все в клочья? – задумчиво предложила Мия.

Мысль взорвать этот чертов курган меня уже посещала, но, боюсь, звук взрыва и гарь даже Сорамару не скроет. Заявится ректор – и подставляй руки под блокаторы.

– Мия, напиши им, что завтра выходной. Нельзя привлекать внимание. На занятиях, что ли, появиться? Что там с лекциями?

– Блин! – воскликнула Мия, явно припомнив список отработок за пропуски. – Блин! Блин!

Так, заело. Я пнула ее ногой, не вставая с земли, получила ответочку и соскребла себя в более или менее стоячее положение.

– Завтра, все завтра, – отмахнулась я от проблем и побрела к общаге, мечтая о душе и мягкой кровати.

Только вот мечтам не суждено было сбыться, судя по объявлению на дверях.

– Приносим искренние извинения, подача горячей воды возобновится через две недели в связи с профилактикой. Чего? – взревела Мия. Впервые слышу от нее настолько зверские звуки.

– Все как везде, – горестно вздохнула Светка, которую мы встретили на лестнице. – Даже в аду отключают горячую воду. Это же абсурд!

Я сначала хихикнула, а потом рассмеялась в голос. Наше существование – полнейший абсурд, но это никого не волнует, а вот отключение горячей воды – это да, это проблема!

Оставив не разделявших моего веселья подруг за спиной, я сменила курс и снова посетила медпункт. У Амилоты все было без изменений, только травы на нем прибавилось.

– Отсутствие новостей тоже хорошая новость, – успокоила я себя, краем глаза заглянула в медкарту, прикрепленную к изголовью, не увидела ничего нового и снова вздохнула. Надеюсь, у Зусмана получится поддерживать его на плаву, пока мы не откопаем источник. Закрадывалась трусливая мыслишка наплевать на гордость и попросить помощи у ректора, но я решила оставить это на самый крайний случай. Лайз выглядел больным, но не умирающим.

Я погладила его ладонь, поправила одеяло и все же вернулась к себе.

Сюрприз настиг меня там, где не ожидала. Посреди нашей комнаты стояла огромная бочка, подозрительно попахивающая рассолом, рядом суетился гуль, а Морис ведрами сливал туда воду.

– Что это за инсталляция?

– Высокое искусство, – Светка с недоверием наблюдала за их перемещениями. – Спросила, где тут взять кипятильник, а потом объяснила, зачем он нужен. И теперь эта парочка усиленно пытается сделать воду горячей.

– А бочку они с подвала принесли? – Мия тоже подозрительно принюхивалась.

– Прокипятим и норм, – отмахнулся Морис. – Вторая пахла еще хуже.

Я представила себя внутри этой бочки… Мда, такого маринованного огурца Академия Небытия еще не видывала.

– Вы ж спать ушли?

– У нас тоже отключили, – пояснил Рэнди и предупредил: – А теперь разошлись!

Зажав в руке кулон, он пристально уставился на воду, от которой сначала поднялась легкая дымка, а потом повалил полноценный пар, и через минуту комната превратилась в сауну.

– Кто рассолу на камни налил? – хихикнула Светка.

– А купаться вы как предлагаете? Прямо в кипятке и посреди спальни? В ванную затащить не судьба? – спросила я.

– Не лезет, – грустно поведала Мия.

Поступить решили следующим образом: цепляем кипяточек ведром, несем в ванную, разбавляем ледяной и с помощью ковшика проводим водно-помывочные процедуры.

– Прям нашу коммуналку вспомнила, – Светка вытянула длинную соломинку и ушла купаться первой.

Пока мы с ней учились в вышке, то снимали жуткую халупу. Помимо отсутствия воды, она славилась своей разнообразной живностью, меня до сих пор передергивает при виде коричневого, усастого и многолапчатого.

– Какой примитив, – причитал Морис, а я понимала, что возможность поспать медленно растворяется, как сумрак за окном.

– А ты возьми Рэнди и притопи его в ванной, пусть пузырики попускает, – предложила Мия безжалостно. Даже я удивилась.

– Зачем?

– Ванная с пузырьками – почти джакузи!

Я фыркнула и завалилась на кровать, решив, что лучше пару часов все же поспать, чем ползти на занятия полнейшим зомби. Проснулась от осторожного прикосновения к плечу: сияющая от чистоты Мия протягивала мне полотенце и ночнушку. В комнате уже никого не было, а бочку аккуратно оттащили к стенке. Вода в ванне была еле теплой, но мне без разницы. Быстро помывшись, я завалилась обратно в кровать, мысленно пообещав убить того, кто попробует разбудить меня с утра.

Я провалилась в сон и уже понимала, что ничем хорошим он не кончится. Разнообразные оттенки серого сплелись с черным и разложились по земле, словно ловчая сеть.

Я стояла прямо перед выкопанным входом в катакомбы. Проем был подсвечен призрачным голубоватым сиянием, изредка становясь черным провалом, когда очередное облако закрывало луну. Из глубины явно фонило неприятностями, но меня туда ужасно тянуло. Первый шаг был самым трудным, ноги отказывались переступать порог и спускаться в пропасть.

Еще одна странность сна – я прикоснулась рукой к волосам и не нашла змей. То есть вниз я шла беспомощной, какой была в реальном мире всего пару дней назад. Ладно, надо помнить, что это лишь мое подсознание.

Ступени закончились, но вокруг была непроглядная тьма, поэтому я выставила руки перед собой и стала пробираться дальше. Иногда я чувствовала гладкий камень стены, но почти всегда ладони натыкались на нечто склизкое, теплое и дрожащее.

– Зачем я здесь? – идея задать вопрос казалась странной, но это мой сон, тут я могу действовать так, как мне хочется.

– А ты не догадываешьс-с-ся?

Тихий шепот погрузил меня в ступор. Неужели? Этот голос! Я определенно слышала его раньше! Но где, когда?

Удар в живот прервал сон, и я вынырнула на поверхность, дыша так глубоко и тяжко, будто реально была под землей. Чернушка недовольно бурчала, устраиваясь в подоле моей сорочки как в гнезде. На часах половина шестого, Мия спокойно посапывала в паутине, а меня не отпускало чувство приближающегося маленького полярного зверька. Я погладила Чернушку, запустив механизм мурчания, и под эти звуки заснула повторно, но уже без всяких сновидений.

– Рита, просыпайся! – меня трясли за плечо, жестоко и беспощадно. – Просыпайся, первая пара у Копецки!

Меня подкинуло в кровати неведомой силой, я вспомнила, что собиралась как бы учиться, чтобы отвести подозрения от нашей подпольной деятельности, но почему же все началось именно с Копецки?! Я еще с последнего семинара бока не зарастила, а нас снова туда?

– Ненавижу учебу! – простонала я и пошла собираться.

Мы успели за пару секунд до сигнала. Копецки недовольно цыкнула, но ничего не сказала. Неужели растратила порцию словесного яда еще до нас? Удача определенно решила развернуться к нам лучшей своей стороной. Но стоило встать в импровизированную шеренгу, как мы поняли, что студентов сегодня чрезвычайно много. Строй завершался где-то у границы стадиона.

– Сегодня у нас первая тренировка для всех первокурсников, – мрачно возвестила Драгомира, кажется, не особенно довольная таким решением начальства. – Поэтому я приготовила для вас необычный… сюрприз.

– А у нее обычных занятий нет? – буркнул Морис, они с Рэнди и ограми стояли в шеренге в самом конце, но, воспользовавшись замешательством новичков, подобрались поближе к нам. Вся компания была в сборе, даже зацепив по дороге Светку. Ей выдали форму, и сейчас подруга выглядела как примерная ученица старших классов.

– Студент Фрей, у нас тут полевая практика, а не унылая теория. Но если вас не устраивает, могу оформить неуд. А во втором семестре не тратить ваше драгоценное время и сделать то же самое с экзаменом, – Драгомира посмотрела на разом присмиревших студентов. – Разговоры окончены? Я могу продолжать?

Возражений не последовало.

– Вот и отлично. Сегодня мы оценим вашу командную тактику. Результаты парной практики были слегка неудовлетворительными. Посмотрим, что вы сможете сделать сегодня.

Копецки топнула ногой, и из земли выросли каменные колонны с табличками на верхушках.

– Разойтись на группы по десять человек! – скомандовала она.

Я посчитала: гуль, кракен, паучиха, сфинкс и два огра. Семеро, не густо. И тут к нам протолкнулась Алина с подругами.

– Мы с вами. Можно?

– Хорошо, – легко согласилась я. На самом деле мне было безразлично, кто к нам присоединится, но Алина была знакомой, и это снижало вероятность получить предательский удар в спину.

– На каждой колонне есть таблички. Они – ваша сегодняшняя цель. Каждая команда охраняет свою и пытается добыть вторую у конкурентов. Все ясно? На выполнение задания у вас два часа, сохранили свою табличку – получили половину баллов, отобрали у соперников – зачет и минус вопрос на экзамене.

Команды хищно оскалились, а у меня пробежал холодок по спине. Я не сомневалась, что сейчас половина полигона ломанется к нам. Тяжко быть звездой факультета.

– Даю вам пять минут на обсуждение стратегии, и начинаем.

– Мия наверх, Ма и Чо внизу, Света страхует левую сторону, Алина правую, Рита по центру, мы с Рэнди сзади, – сразу расставил нас Морис. Мы безоговорочно доверились его мозгу и заняли позиции. На мне была важная миссия защищать столб от лобовой атаки, и я с предвкушением размяла пальцы. Может, хоть напряжение скину, но лучше пусть мои прогнозы не сбудутся, потому что из Мориса такой себе боец, да и Мия предпочитала не лезть на рожон. Я оглянулась на ребят – все сосредоточены и смотрят прямо перед собой.

И как только прозвучал сигнал, вся масса студентов вздрогнула, хищно оскалилась и понеслась на нас.

– Ух! – первыми удар приняли Рэнди и Морис. Я хотела перегруппировать их с ограми, но, как оказалось, у нас на факультете было много крылатых. Мия кидала клубочек, и враг в паутинном силке падал прямо в ласковые руки Ма или Чо. Огры били аккуратно, но больно и наверняка. Внизу у нашей стелы уже красовалась внушительная кучка бессознательных.

Рэнди разошелся не на шутку, в толпе то и дело мелькала знакомая зеленая ручка.

– Хорошая лопата, тактическая! – фыркнул Морис, в отличие от Рэнди, предпочитая использовать голову, а не грубую силу. Щупальца отрывались по полной, ставя подножки, подручки, не гнушались вытянуть резинку из нижнего белья или связать кокетливым бантом шнурки противника. И все это так ловко, что зависть брала.

Я изредка отвлекалась, помогая своим в совсем дрянных ситуациях. Поле вокруг нас превратилось в трясину, многие оставили в ней свою обувь или всего себя. Но напирающие сзади совершенно не смущались и перепрыгивали на сушу, используя макушки своих однокурсников в качестве кочек.

Светка вела партизанскую войну, подлетала бочком к зазевавшимся охранникам башенок, пинала их и сдергивала табличку. Судя по тому, что у нее на шее висело почти полноценное ожерелье, практику мы сдали стопроцентно.

Алина с удовольствием пинала Сережу, решившего проскользнуть мимо. Интересно, на что он рассчитывал? Обиженная женщина страшна сама по себе, а тут еще и бывшая. Я надеялась, что ему будет так же больно, как и мне, после тех каменных големов.

Ажиотаж начал потихоньку стихать, но силы у нас кончались быстрее. Мия уже просто отмахивалась от крылатых, а Ма и Чо уверенно месили всех, кто попадался им под руки. Я сомневалась, что они способны уставать, но и их возможности наверняка не безграничны. Змейки почувствовали мое последнее на сегодня окаменение и предупреждающе зашипели.

– Переходим на контактный уровень, – вздохнула я, хотя мысль о том, что придется потом вычищать из зубов моей прически чью-то шерсть, была отвратительной.

– Рита! Помогай! – раздалось со всех сторон. Я не знала, к кому бежать в первую очередь, силы не осталось, где-то в уголке сознания маячило то самое состояние, в котором я оживила экспонаты музея неестественных существ. Но тут-то их не было!

– А ну не трожь, тудыть вас в качель! – заорал знакомый хрипой голос.

Плац вздрогнул и разошелся огромной трещиной.

– Наших бьют! – раздался клич, и из разлома вместе с землей полезли матрагоры.

Зеленые хохолки угрожающе повернулись вперед. Первых нападающих снесло волной нецензурщины. Копецки с ужасом смотрела на то, что еще утром было тренировочным полем. Матрагоры быстро разобрали сухую землю на снаряды и точечно выкашивали противников, которые вообще уже забыли про обещания зачета и мечтали исчезнуть отсюда, желательно мгновенно.

– Своих не бросаем! – важно выдал корешок, касаясь моей ноги ботвой.

А я уже, кажется, знала, кто будет платить компенсацию за испорченный полигон и оплачивать ремонт.

Амилота! Когда очнется!

Стоп! А ведь… это ведь мысль! Что если попросить матрагор прокопать нам лаз в источник? Верхний пласт мы почти осилили, но дальше может появиться риск обрушения, корешкам все равно, а нас там похоронит заживо. И для этого нужно расправиться здесь, договориться с Копецки, чтобы нашу зеленоверхушечную братию не посадили под арест. Впрочем, стены карцера для этих бузотеров как родные, ни за что не поверю, что они не найдут черный ход.

– Поберегись! – крикнула Мия.

Мимо пролетели две огрские торпеды, матрагоры хорошо прикрывали летное пространство, и врагов наверху уже не осталось. Поэтому Ма и Чо катапультировались вниз, бедному оборотню еще раз не повезло – кто-то из ребят приземлился прямо на него.

Когда прозвучал сигнал, картина была такой: я и Мия ходили с маркером около поверженных сокурсников и щедро пририсовывали им усы, бороды и прочие финтифлюшки. Светка довольно трясла уловом табличек, огры складировали бесчувственные тела у входа на поле, а наша дражайшая Драгомира сидела, обхватив голову руками, и нервно икала. Морис как истинный джентльмен сгонял к фонтанчику за водичкой и стоял рядом, обмахивая Копецки платочком. Рэнди с жалостью смотрел на остатки лопаты, в последнем бою она все же сложилась пополам. Матрагоры с нецензурной песней победителей уползали в разлом, я остановила одного и передала записку для их заводилы. Надеюсь, корешки умеют читать.

Глядя на весь этот разгром, мне стало немножко жалко Зусмана – медпункт в ближайшее время будет работать круглосуточно. Странно только, что наш золоточешуйчатый не прилетел. Или Копецки его не позвала? Или он чем-то занят?

– Мы же прошли испытание? – Светка нетерпеливо притопывала. – Вон какую кучу собрали.

– Куча, мда… – Морис посмотрел на творение огрских рук и вздохнул. – Кажется, мы опять перестарались.

– Кудряшова и остальные, испытание пройдено, – тихо проговорила Копецки и накрылась крыльями-плащом с головой. – А теперь ВОН!

От ее крика задрожала земля, и на полигоне появился еще один разлом. Мы решили не доводить женщину до греха и шустро побежали к выходу. Правда, я так и не спросила, как быть с прогулами, но, сдается мне, всем на них плевать.

– Рита, молодец! Без вас мы бы не сдали эту практику, – меня догнала Алина, – и шкуре этой блохастой наваляли!

– Всегда пожалуйста.

Вот и еще что-то хорошее сделали, да и вообще, неплохая она девчонка, эта Алина, отвечает добром на добро. Мы распрощались, и я брезгливо оглядела свой помятый вид. Хотелось есть, искупаться и растянутся на мягкой кроватке. Но день еще только начался, и в расписании стояло нечто загадочное, именуемое «МОРГ». Ассоциации были самыми мрачными.

– Надеюсь, там дружелюбные покойники… – Мориса передернуло.

– А я надеюсь, что вкусные, – на лице Рэнди расплылась самая довольная из его улыбок.

– Фу! – скривилась Мия. – Этому опять лишь бы пожрать.

А я смотрела на огров и думала, стоит ли посвящать их в нашу ночную копательную деятельность. По идее, их разрушительная силища нам больше не требовалась, да и в особо теплых чувствах к куратору они замечены не были. Морис по взгляду догадался, что у меня на уме, потому что предупреждающе покачал головой. И, в общем, я была с ним согласна. Не стоит впутывать еще больше народу в наши темные делишки. Поэтому, выдержав похлопывание огромных ручищ по плечам, мы проводили Ма и Чо на их занятие, а сами пошли на свое.

– «Массовый оперативно-ремонтный гештальт»? – непонимающе прочитала Мия на грифельной доске в аудитории, куда мы пришли согласно расписанию. Расшифровка только все еще больше усложнила, и мы переглядывались в недоумении.

– Ага, – Миллхаус появился в дверях и вручил мне каску и перчатки. – У меня из-за вас сквозняк в кабинете, так что исправляйте. Цемент и песок внизу, кирпичи на паллете, таскать некому, вперед!

И, не дожидаясь реакции, набрал в грудь воздуха и так дунул, что пол ушел из-под ног, и я поняла, что лечу прямо к открытому нараспашку широкому окну. Пискнуть не успела, как оказалась снаружи. Поток горячего воздуха вынес нас всех и довольно плавно опустил на лужайку возле корпуса. Отсюда до ректорской башни было рукой подать.

– Вот же драконище! Ящерица-переросток! – я вскочила и погрозила окну кулаком. – Почему нельзя это было сделать до практики у Копецки?

Морис остался сидеть в позе роденовского мыслителя и так же философски заметил:

– Это педагогический прием такой. Ты бы все залатала с помощью своих способностей и не поняла бы особого смысла, вложенного в задание.

– Да издевается он! – не сдавалась я.

– Через час у нас должна быть лекция по некроматериям, – уточнила Мия по бумажке.

– Боюсь, у нас будет длинная и прекрасная лекция об архитектуре, – вздохнул Рэнди.

– Художника каждый обидеть может, – я уперла руки в бока и упрямо вздернула подбородок. – А что сделает обиженный творческий человек?

– Выложит кирпичами нехорошее слово, – закончила за меня Света, – но это мелочно и похоже на детскую месть.

– Все равно после нас перекладывать будут, – махнула рукой паучиха.

Мне понравилась Светкино предположение, но это оказалось не столь феерично, как хотелось.

– А что если мы ему тут барельеф сделаем? – я мысленно прикинула, как это будет смотреться, и мне понравилось.

– Ты хочешь тут на всю жизнь застрять? – одернула меня подруга. – Я с вами всего ничего тусуюсь, и то уже понимаю, что к чему. Быстро закладываем дыры, и вперед, к мягкой кроватке и вкусному ужину.

– Там особо не придется напрягаться, просто надо будет кирпич другого цвета взять, – я объяснила ребятам, что примерно должно получиться.

Морис неожиданно высоко оценил и дал добро. А мы привыкли доверять его суждениям. Нашли материалы и инструменты, распределили задачи и взялись за дело: Мия соорудила подъемную конструкцию с помощью паутины, парни накладывали кирпичи, чтобы она могла их поднять до уровня кабинета, а мы со Светой зачищали поверхность для будущего шедевра. Начали неплохо, двигались в темпе, только все равно до ужина не успели. Мия ушла добывать еду, а я отправилась на «стрелку».

Матрагора уже ждал меня на условленной скамейке.

– Что за дело?

– Откопать одно место, – туманно ответила я. Видела, как его хохолок шатается в разные стороны. Может быть, он так думает?

– Мы больше по закапыванию, – смутился корешок, – но если очень надо…

– Сильно надо.

– Показывай, – прошелестел коренюга, а я поняла, что меня смущало весь разговор. Он ни разу не матюкнулся.

– Ты заболел?

Матрагора вздрогнул:

– Типун тебе на язык, главный приказал держать рот на замке. Штраф огромный наложили, вот и приходится сдерживаться.

– Ничего, – оскалилась я. – Недолго вам осталось терпеть притеснения…