Текст книги ""Фантастика 2026-168". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Мария Архангельская

* * *

Карета остановилась перед входом во дворец, минуя центральную арку. Мерцающий жёлтый свет, льющийся из окон огненной, неудержимой волной, освещал всю дворцовую площадь. Казалось, день миновал ночь и опять вступил в свои права.

Фасад дворца напомнил тот, что Клэр видела ранее. Однако, времени разглядеть его получше, увы, было не так много. Когда Клэр и Мишель вошли в парадную дверь, предъявив приглашение императорской страже, всё её волнение улетучилось, и она почувствовала себя в привычной обстановке, как и на именинах Мари.

Мишель быстро, но без излишней суеты вёл Клэр вперёд, прекрасно ориентируясь во всех залах. Клэр узнавала лестницы, стены и лепнину, но сказать, что это был тот самый дворец, по которому она частенько прогуливалась с бабушкой, к сожалению, не могла. Зимний дворец как никогда прежде был живым. Это не только бросалось в глаза, но и чувствовалось.

В нём кипели жизнь, страсти, разговоры.

Это было место политики, могущества и роскоши. Действительно, при полном отсутствии искусственного света дворец выглядел необычайно ярким и светлым. Тысячи свечей были расставлены по углам и на больших позолоченных люстрах. Отражаясь в толстом стекле, они создавали разноцветные переливы на слоях вековой краски.

Держа Мишеля под руку, Клэр шла по знакомым коридорам словно в первый раз. Изо всех сил сохраняя спокойный и благородный вид, стараясь не выделяться из толпы прибывающих гостей, она широко открытыми глазами рассматривала окружающих её людей. Стать и роскошь дам и кавалеров были невообразимыми. На их фоне Клэр вдруг почувствовала собственную простоту и непривлекательность.

Кто она была? Могла ли быть здесь? Могла ли видеть всё это?

Шеи дам были украшены огромными сияющими камнями разных цветов, словно на этом балу был объявлен конкурс на самое дорогое колье.

Клэр передвигалась робко, изредка привлекая к себе взгляды посторонних людей. Мишель шёл вперёд с гордо поднятой головой, но, заметив смущение своей спутницы, едва заметными движениями принялся гладить её руку.

– Как вы? Вспомнили кого-нибудь? – поинтересовался он, временами отвлекаясь, чтобы поприветствовать своих знакомых.

– К сожалению, нет. По правде сказать, меня жутко трясёт.

– Я это чувствую, но уверяю, что вам не о чем беспокоиться. Как я и предполагал, многие ещё только съезжаются.

Наконец они прошли через парадную лестницу и направились в Гербовый зал, в котором и должен был состояться бал. На их пути встречалось много людей, которых Мишель хорошо знал. Проходящие мимо них мужчины приветствовали его коротким движением головы вниз, а после склонялись перед его спутницей, которую видели в его обществе впервые.

Клэр отличалась от присутствующих здесь барышень. Практически все они были круглолицы, с неровным бело-розовым тоном кожи, расширенными зрачками и румянцем во все щёки. Их взгляды были драматичными и выражали единство восторга и раздражения.

Мишель старался ни с кем подолгу не разговаривать, и Клэр в какой-то момент показалось, что он жертвует своим общением со знакомыми, дабы не ставить её в неловкое положение.

– Вы всегда так холодно реагируете на приветствия своих друзей или делаете это сегодня нарочно?

– Не понимаю, о чём вы, мадемуазель, – ответил он с ноткой сарказма, сдерживая улыбку и хмуря брови.

– Я же вижу. Это благородно с вашей стороны, но я не хочу создавать вам неудобства. Поэтому прошу: если вы хотите с кем-то поговорить, то не нужно лишаться этого из-за меня.

– Признаться, вы восхищаете меня всё больше. В таком случае зачем мне эти обязательные светские диалоги о пустом, когда я могу поговорить с вами?

Клэр ничего не ответила, но сияние её глаз ясно дало понять Мишелю, что комплимент ей приятен.

Голоса гостей не смолкали. Тёплый запах восковых свечей, ароматы духов, шелест юбок и стук каблуков – всё это было неотъемлемой частью пышных празднеств. Звон бокалов раздавался исключительно по углам, тогда как в центре большого императорского зала сосредоточивались самые блистательные и важные сливки общества.

Прошло время, и в какой-то момент все гости начали расходиться по разным сторонам. Гулкие разговоры постепенно смолкали, а в больших парадных дверях появился глашатай.

– Император и Самодержец Всероссийский, Великий князь Финляндский Александр Павлович Романов!

Тяжёлые величественные двери медленно распахнулись, и в них появился русский царь.

Стать. Мощь. Величие и очарование.

С игривым, но холодным взглядом и поднятой вверх головой, он шёл в окружении своей свиты из пяти человек. Настоящий. Живой, из плоти и крови, он находился совсем рядом. Сам император Александр!

Жадно, с волнением разглядывая государя, Клэр совершенно забыла поклониться. Рука Мишеля легонько потянула вниз, и девушка тут же совершила глубокий реверанс.

Император лишь отдалённо был похож на человека, которого изображали на множестве портретов, сохранившихся до двадцать первого века. Ни один холст не был его точной копией. Клэр однажды слышала, что Александр I отличался умением подстраиваться под окружающих его людей, дабы угодить и вызвать восхищение абсолютно у каждого. Быть может, поэтому никто из художников так и не смог передать его истинный облик.

Лицо его было овальным, но в меру пышным и румяным. Лоб и небольшая залысина между золотых кудрявых волос, пряди которых аккуратными кольцами спадали на щёки, слегка блестели. Нельзя было не обратить внимания на его затянутую в корсет талию, которая сразу бросилась Клэр в глаза.

На балу он появился без супруги, что давало всем придворным дамам повод надеяться и вздыхать в надежде на царское внимание. Остановившись и слегка прищурив глаза, Александр о чём-то шепнул мужчине, идущему подле него. Доверенный государя, в свою очередь, поклонился и направился в зал, как оказалось, на поиски прекрасной дамы для предстоящего танца. Он сразу же пошёл в противоположную от Клэр и Мишеля сторону и, быстро отыскав ту самую, счастливую обладательницу императорского внимания, торжественным шагом подвёл её к царю.

Только после того, как император взял руку молодой женщины, горящими глазами смотревшей на Его Величество, заиграла музыка. Оркестр располагался в углу, так что никоим образом не мешал танцующим. Как и было заведено, бал открывался полонезом. Клэр посмотрела на Мишеля, ожидая приглашения на танец, но, заметив его обеспокоенный взгляд, принялась осторожно хлопать его по согнутой в локте руке:

– Мишель, что с вами?

– А? Так, ничего. Не тревожьтесь.

Клэр на секунду показалось, что он переживал, будто бы по какой-то причине для танца с императором выберут её. Мишель в тот же миг взял Клэр под руку и, встав за впереди идущей парой, бодро повёл её в танец.

Повторяя уже знакомые движения полонеза, Клэр с любопытством высматривала императора и то, как он движется. Он действительно был бесподобным, чересчур гармоничным и резвым. Всё выглядело так, словно он не прилагал никаких усилий, но вместе с тем казался самым профессиональным танцором. Он никак не мог слиться с окружающими его людьми до конца. Бешеная, властная энергетика исходила от него и распространялась по всему залу. Окружающим его парам, безусловно, хотелось каким-то образом выделиться перед государем. А так как полонез представлял собой череду определённых движений, то привлечь внимание можно было исключительно внешним видом и громкими вздохами либо комплиментами.

Клэр отчётливо видела разницу между приёмами в поместье Милановых и здесь, во дворце Александра. Отличалась даже мода. Например, Клэр заметила, что ни одна дама не держала в своих руках веера, а перчатки у мужчин полагались исключительно офицерам, которые прибыли в своих парадных мундирах.

– Неужели ваш интерес ко мне так быстро пропал? – спросил Мишель, кружа её в танце.

– С чего вы взяли? – небрежно ответила Клэр, переведя взгляд на него.

– Вы весь танец кого-то высматриваете. Не государя ли?

– Что? Конечно нет! – будто бы с непониманием возражала она. – Просто вокруг такая красота, что волей-неволей глаза сами разбегаются в попытках увидеть гораздо больше.

– Что толку? Никого прекраснее вас сегодня тут нет.

Его рука не отрывалась от её талии, их тела с каждым движением сближались все сильнее.

Оркестр сделал финальный аккорд, и тем самым бал считался открытым. Мишель предложил Клэр бокал вина, отстранившись от всех и наблюдая со стороны за беседами отдельных групп.

– Боже! У меня голова кружится от танца, щёки горят, а сердце вырывается из груди, – не скрывая восторга, тараторила Клэр, положа руку на декольте, – а вы, Мишель, ещё предлагаете мне вина. Хорошая ли это идея?

– Бокал вина ещё никому не навредил. Исключительно в медицинских целях. Этот напиток поможет немного расслабиться. В вашем случае я бы его принял, поскольку именно сейчас мы с вами подойдём к государю.

Лицо Клэр резко сделалось бледным и напряжённым, а рука, держащая наполовину полный бокал, задрожала. Встрепенувшись, она снова услышала, как громко стучит её сердце. До сих пор ей удавалось дурачить Милановых и Мишеля, но сможет ли она одурачить самого императора? Ей было даже страшно об этом думать.

– А это обязательно? Видите ли, я очень волнуюсь… – едва выговаривая слова, объясняла Клэр, временами закусывая губы.

– От вас требуется лишь вовремя поклониться императору. Далее разговор пойдёт исключительно между нами двумя. Ну же, нет оснований для волнения.

Заметив в толпе гостей императора Александра, Мишель, держа Клэр за руку, размеренным шагом направился к нему. С каждым пройденным метром у Клэр сжималось что-то внутри и замедлялось дыхание. В её голове никак не укладывалась мысль, что сейчас она услышит и увидит настоящего, живого царя Александра I, победившего Наполеона и умершего в середине девятнадцатого века. Она знала о нём гораздо больше, чем кто-либо мог предположить, но, даже имея такой козырь, обрести уверенность всё же не смогла.

Государь стоял в окружении своих советников и послов, разговаривая с ними на французском языке. Он не предпринял попытки прервать светскую беседу, даже когда Мишель и Клэр подошли к нему на расстояние вытянутой руки.

– Ваше Императорское Величество! – произнёс Мишель с армейской выправкой и по-армейски чётко и громко, официально докладывая о своём появлении.

– Вот это да! Любезный князь Равнин наконец-то посетил наш царский приём в сопровождении дамы, – спокойный, радостный, простой и вместе с тем величественный голос императора ласкал слух. Клэр, будучи в полном изумлении, продолжала стоять с широко раскрытыми глазами, приоткрыв рот.

– Позвольте вам представить мою спутницу, мадемуазель Клэр Данииловна… – на секунду запнувшись, сказал Мишель, демонстрируя Клэр императору.

– Спутницу? – удивлённо переспросил Александр и оценивающе осмотрел Клэр.

– Мою будущую невесту, Ваше Величество! – тут же поправил себя Мишель, не обращая на реакцию Клэр никакого внимания.

Взгляд императора Александра невозможно было описать одним словом. Клэр пересеклась с ним глазами и застыла на какое-то время, несмотря на то, что царь был намного выше и смотрел сверху. Его серо-голубые глаза производили неоднозначное впечатление. За наивностью и чуткостью, казалось, в них скрываются подозрение и надменность.

– Ваше Величество! – поспешила хоть как-то отреагировать Клэр, склоняясь в низком поклоне.

– Признаться… не мог представить, что у вас, мой друг, столь очаровательная невеста. Вы, мадемуазель, в силах сразить кого угодно.

Клэр стояла с глупым выражением лица от растерянности, не зная, как следует ответить на такой комплимент.

– О, благодарю вас. Но… по правде сказать, сегодня я видела здесь дам не менее очаровательных.

Александр больше не обращал внимания на свою свиту и Мишеля. Его взгляд был прикован лишь к Клэр, а её скромность ещё больше раззадорила в нём желание продолжать свою лесть, только чтобы видеть её смущение.

– Кто вы, мадемуазель? Прежде мы точно не видели вас во дворце.

– Верно. Это мой первый приём у Вашего Величества…

– Государь, с вашего позволения я бы хотел обсудить с вами одну деталь касаемо нашей внешней политики, – прервал её объяснения Мишель, предположив, что Клэр может рассказать императору о своей потерянной памяти и неопределённом происхождении.

– Вечер более чем прекрасен, а у вас, господин Равнин, мысли только о службе. Признаться, право, я вас не понимаю! L`erreur est humaine [164]164
  Человеку свойственно ошибаться.


[Закрыть], – император с досадой взглянул в лицо Клэр и лёгким движением протянул к ней свою руку. Она тут же вспомнила, что ей говорил Мишель относительно этого царственного жеста, и не мешкая поспешила подать свою руку государю.

Перчатки были обязательной частью гардероба, но в этот раз Мари уговорила Клэр надеть совершенно новый фасон, в котором были открыты пальцы. В таком аксессуаре можно было всем демонстрировать свои драгоценности и не пытаться натянуть их поверх перчаток.

В одно мгновение Клэр почувствовала, как её ладонь обхватила худощавая, большая рука императора России. Он прикоснулся сухими губами к нежной коже, что заставило её тело вновь задрожать, но на сей раз не от страха, а скорее от той чести, значение которой Клэр с трудом удавалось осознать. Мишель был горд, его лицо светилось, и могло показаться, что он принимает это на свой счёт. Однако, когда Александр Павлович оторвал губы от её руки, его взгляд остановился на перстне, который блестел от яркого света свечей на указательном пальце Клэр.

Невероятно, как быстро может меняться выражение лица человека. Император сделался серьёзным, даже в какой-то степени испуганным, его лоб сложился в складки, а во взгляде стали читаться подозрение и гнев. Было невозможно не заметить его странную реакцию. Никто из окружающих не понимал, чем она могла быть вызвана, и лишь у Клэр закралась мысль о том, что он уже не первый раз видит её кольцо.

Александр выпрямился и, сказав что-то радостно, но не очень громко, сделался таким, как в начале их беседы. Все вокруг будто ничего не заметили, но в воздухе повисло беспокойство.

– Ну же, пойдёмте, мой любезный Мишель, поговорим о наших делах. Господа! Сударыня! – извинился за свой побег император, напоследок ещё раз взглянув на Клэр. – Вынужден вас на время покинуть.

Чиновники разошлись по углам, а помощник императора побежал за ним и Мишелем.

– Прошу меня простить, Клэр Данииловна. Я вынужден…

– Понимаю.

– Я клянусь, вам, что не заставлю себя долго ждать. Только прошу, не уходите далеко, чтобы я смог вас найти.

– Вы смогли найти меня после того, как я убежала от вас в лес. Хочется верить, что, где бы я ни была, вы всегда сможете меня отыскать.

Мишель поклонился ей и направился вслед за императором.

* * *

Произошло то, чего Клэр так сильно боялась. Она стояла одна в центре зала, переполненного незнакомыми ей людьми.

Статус. Фамильные драгоценности, горящие в свете тысячи огней такими невообразимыми искрами, что напоминали собой холодные далёкие звёзды. Запах духов, шампанского и воска, медленно тающего и сладкого. На лице каждого читались радость и восторг от этого мероприятия. Гости не останавливались, чтобы отдохнуть от вечных прыжков и движений, громко смеясь от любой, даже самой безвкусной шутки.

Клэр была здесь лишней. Чужой. Непрошеной. Ненужной. Всё это было не для неё. Она вдруг посетовала, что поддалась на уговоры Мари. Нужно было остаться в поместье. Тихом, привычном и безопасном. Она стала искать место, чтобы как можно меньше привлекать к себе постороннее внимание. Подобрав шлейф своего белого платья, она спешно начала продвигаться вдоль танцующих пар. Заметив, что все укромные уголки уже заняты либо влюблёнными, либо пожилыми иностранцами, одетыми в странные камзолы, которые носили ещё при Екатерине II, Клэр вспомнила про крыло дворца, в котором она увидела свой портрет. Желание отправиться туда только сильнее подталкивало вперёд в другую часть императорской резиденции.

Музыка не смолкала. Даже будучи далеко от Гербового зала, Клэр всё так же слышала помпезное звучание виолончели и скрипок. Не встречая никого на своём пути, она наконец добралась до заветного коридора. Прежде на его стенах висели портреты российских правителей. Помнится, она часами могла рассматривать портрет императора Александра III, на котором он был изображён в полный рост. Ей всегда казалось, что вот-вот Русский медведь сделает мощный шаг вперёд и выйдет из полотна в её мир, словно в сказке. Однако это ей суждено было отправиться в путешествие сквозь время. Сейчас на полутёмных стенах Клэр видела лишь небольшое количество картин, на которых были изображены Пётр I и его супруга Екатерина, а также несколько природных пейзажей. Картины, на которой она отчётливо увидела себя, также не было, но этот факт совсем её не удивил.

Впервые за долгое время Клэр наслаждалась своим одиночеством. Оно убаюкивало, позволяло вновь дышать свободно. Не слыша посторонних разговоров, которые зачастую были ей непонятны, и громко играющей музыки, она наконец выдохнула и смогла на время расслабиться. Ночная тишина слилась с её возбуждённым дыханием и стала единым целым. Только длинный мрачный коридор, уходящий в чёрную пустоту, слегка волновал её разум.

Багровая, устеленная на мраморном полу ковровая дорожка поглощала цокот её каблуков. Шаги были лёгкими, но грудь от чего-то по-прежнему холодела. Пройдя в центр коридора, она остановилась напротив одного из множества окон и, облокотившись на подоконник, принялась рассматривать внутренний дворик дворца. Простояв достаточно долго, в конце концов она заметила мужские силуэты внизу. С большим трудом у Клэр получилось разглядеть их лица. В одном из них она узнала своего Мишеля. Он о чём-то бурно беседовал с тем самым помощником императора Александра, который сопровождал его на балу. Сперва она очень весело восприняла эту слежку, отчасти ощутив себя шпионом. Но вскоре какая-то необъяснимая тоска начала овладевать ею. На мгновение в её голове возникла мысль, что этот бал ещё сыграет свою роль в её будущем.

Клэр снова задумалась о своём пребывании здесь. Сколько времени ей отведено?

«Это не сон, ведь здесь всё можно ощутить, потрогать и почувствовать. Но что же? Как объяснить это безумие? Что, если это лишь помутнение рассудка, и я просто сумасшедшая?» – думала она, проговаривая некоторые слова вслух. Кто знает, как долго она рассуждала на эту тему, если бы не услышала голос за своей спиной.

– Мадемуазель, вы, видимо, заблудились?

От неожиданности Клэр издала предательский писк, вздрогнула и в тот же миг обернулась на звук подкравшегося голоса. Она увидела перед собой молодого мужчину примерно такого же возраста, что и Мишель. Каштановые, коротко подстриженные волосы, слегка завитые, вытянутое привлекательное лицо, ямочки на впалых щеках и большие, но узкие губы, которые он нервно поджимал перед каждым новым словом. Он выглядел нервным, и весь его внешний вид, с накрахмаленным высоким воротником до самых ушей, заставил Клэр истерично усмехнуться. Почти сразу она пожалела об этом и молила бога, чтобы незнакомец этого не заметил.

– Что? О нет, я… эм, просто смотрю в окно, вот и всё.

– Поразительно! Не помню, чтобы государь разрешал кому-то из гостей разгуливать по дворцу. Вам, сударыня, понравилось бы, коль в вашем доме гости гуляли бы где вздумается? – Его милое и на первый взгляд приветливое лицо было точной противоположностью его словам, которые он по непонятной причине агрессивно обрушивал на Клэр.

– Думаю, что нет. Но… видите ли, я действительно тут впервые, и, к сожалению, никто меня об этом не предупреждал.

Его тёмные глаза уловили растерянность Клэр, поймали её и при каждом удобном случае старались вызвать дополнительный страх.

– Что ж, пожалуй, на сей раз я не буду докладывать императору о вашей бестактности. Как ваше имя?

– Я Клэр Данииловна…

– Француженка? – почти с отвращением уточнил он.

– Дальние родственники родом из Франции.

– Любопытно… Андре Коршунов, – громко представившись, он щёлкнул пару раз каблуком об пол, явно желая резким звуком ещё больше вывести Клэр из себя.

– Рада знакомству, – «нет, не рада» подумала она про себя.

Её неприкрытая лесть хорошо ощущалась, отчего Андре криво улыбнулся и, не моргая, лишний раз принялся угрожающе смотреть ей в глаза.

– Взаимно, Клэр Данииловна. Вам определённо уже не раз говорили за сегодняшний вечер, что вы превосходно выглядите.

– Говорили, благодарю вас, – смело ответила она, стараясь подальше отстраниться от назойливого незнакомца.

– Вы прибыли с семьёй?

– Нет, с женихом, – задумавшись на секунду, ответила Клэр, утешая себя мыслью, что это уже не ложь.

– В таком случае почему вы здесь одна? Или вы искали мимолётного уединения с кем-то другим?

Клэр опешила. От неожиданности она не сразу нашла что ответить.

– На что вы намекаете, сударь?! Если ваша цель – уязвить меня, то у вас это получилось.

Клэр окончательно взбесилась от его настойчивых слов и намёков. Не желая больше находиться в его обществе и осознавая, что её мирная идиллия нарушена, Клэр направилась в сторону двери.

– Не имел намерения вас оскорбить. Быть может, я просто влюбился с первого взгляда, Клэр, – его глаза ни на секунду не переставали впиваться в неё, словно в кусок мяса, отчего Клэр стала испытывать необъяснимое отвращение к самой себе.

Она не могла смириться с ролью загнанного зверя. Заметив, что Андре подходит к ней всё ближе, тем временем заговаривая её, Клэр, собравшись с силами, резко оттолкнула его от себя.

– Вы, видно, пьяны, если позволяете себе такое поведение! Не смейте ни на шаг больше ко мне подходить! – сказав это, Клэр стремительно направилась в Гербовый зал, чтобы найти Мишеля.

По пути к месту торжества её гнев постепенно утихал, и как только стал заметен яркий свет вдоль дверного прохода, раздражённость и агрессия вмиг сменились испугом.