Текст книги ""Фантастика 2026-168". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Мария Архангельская

Соавторы: Дмитрий Федотов,Сора Наумова,Светлана Волкова,Марат Дочкин,Левиафан Кейн,Ксения Холодова,Юлия Гладкая
сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 347 страниц)

Глава 26

В столовую мы завалились буквально в последние минуты, съели, что успели, а что не успели, воровато заныкали по карманам или, как в моем случае, в рукава чужого свитера. И именно в таком виде мне пришлось предстать перед компанией кураторов, заглянувших на огонек в общую столовую.

– Это не твоя студентка? – поинтересовалась у Амилоты красивая женщина откровенно восточной наружности. Хотя правильнее будет откровенной и восточной. Густо подведенные черной краской глаза блестели весельем, и я поежилась. Мало приятного быть объектом для шуток. – Если бы не прическа, сказала бы, что она из моего племени.

Амилота бесстыже закатил глаза.

– Моя…

– Да с каких это пор я… – вырвалось у меня, но Морис ловко пихнул меня коленом под зад. Обидно, но отрезвляет, – Здрасте еще раз.

– Кууууушаааать! – завыл Куросаки и потянул Амилоту за рукав. – Куросаки хочет кууушааать!

Вся столовая была поставлена об этом в известность. Халиса Мехтеб усмехнулась и, покачивая крутыми бедрами, проплыла мимо. Амилоту протащили на буксире.

Я обернулась и показала его спине язык.

В комнате было темно и пусто. Я сразу полезла в шкаф и ничуть не удивилась, найдя там неубиваемую форму, совершенно точно погибшую смертью храбрых меньше часа назад, чистенькую и отглаженную складочка к складочке. В сумку отправился стратегический запас белья и туалетные принадлежности. Оставалось решить самый насущный вопрос – на чем спать? Кроватей в метеобашне я не приметила, других помещений, кроме кабинета дежурных, не видела, а спальным мешком меня академия не снабдила – досадное упущение со стороны администрации. Плюнув на то, как буду выглядеть по пути обратно, я свернула плед вместе с одеялом в рулон и кое-как зажала локтем. Комфорт дороже.

На улице валил снег, красивыми такими крупными хлопьями. Мои змеюшечки недовольно зашуршали и свернулись клубочками, покрыв мне голову подобием чешуйчатых бигуди. Вот, кстати, нормальная реакция хладнокровных на зиму – свернулся и дрыхнуть, я пожалела, что не могу сделать так же. Повезло, что, пока собирала по ящикам шмотки, нашла черные шерстяные чулки, так что все от пяток и чуть выше колен было в относительном тепле. Чувствовала я себя при этом японской школьницей с фоток всяких сомнительных сайтов. Еще издалека я приметила пару громил, споро орудующих лопатами для чистки снега, присмотрелась и узнала наших огров, приносящих обществу пользу. А точнее, нам, потому что они как раз почти закончили расчищать подход к метеобашне. На лысых макушках у них покоились шапки-ушанки, придававшие суровым грубым лицам даже толику очарования.

– Откуда обновки? – спросила я, поравнявшись с братьями, и вовремя успела присесть, чтобы пропустить над головой снеговой заряд, пущенный лопатой Чо.

– Куратор передал, – прогудел Ма и врезал брату по шапке, – Куда бросаешь, дебил?

– Ты че?!

– Это ты че?!

Лопаты были тут же отброшены, а я поспешила подальше от места будущего снегового побоища. Чем бы дитятки ни тешились, лишь бы башню не сломали.

Из-за поворота мне в лицо прилетел снежок.

– Попал, попал! – обрадовался Морис, но при виде моего красного и не очень довольного лица спрятал руки за спину. – Случайно вышло, ха-ха.

У него из-за плеча выглянул Рэнди, оценил ситуацию и спрятался обратно.

– Где Мия?

– Когда мы вернулись, ее тут не было, – ответил Морис и забрал у меня одеяло. – Пока зачинщики этого безобразия заняты физическим трудом, надо бы составить график дежурств. Было бы глупо торчать тут всем постоянно.

– Но ректор… – заикнулся Рэнди.

– Что ректор? – передразнил Морис. – Ты его здесь видишь? И я нет.

– А он нас наверняка видит.

Тут даже Морису нечего было возразить, потому что в вездесущность нашего господина ректора верили все. Даже оглянуться захотелось.

– Голосую за график, – высказалась я. – Но Ма и Чо из него надо как-то выпилить.

Мы поднялись в комнату дежурных, где уже волшебным образом появилось стекло в панорамном окне. Чьих рук это дело, спросить было не у кого, но я подозревала, что одними шапками-ушанками Амилота не ограничился. Благодетель наш анонимный.

В углу обнаружилась раскладушка, куда после длительной процедуры, собственно, раскладывания, Морис сгрудил одеяло.

– Предлагаю дежурить по двое, – сказал он и достал блокнот и ручку из недр своего камзола. – Пока один спит, другой сидит и… сидит.

Никто из нас не представлял до конца, что именно от нас требуется, кроме постоянного пребывания тут в ссылке. Я забрала у Мориса блокнот и вырвала страницу.

– Первой буду я, – и вписала свое имя наверху страницы.

– Я с тобой, – торопливо вставил Морис, пока Рэнди открывал рот. – А Рэнди и наша новая сестрица разберут по огру, чтобы их как-то сдерживать.

Я представила, как Мия будет сдерживать, скажем, Чо, но потом вспомнила коконы из паутины и скривилась. Эта точно справится.

– А почему я с Чо? – Рэнди заглянул в график и надул губы. – Он же злопамятный.

– Можешь поменяться с Мией.

Рэнди рассудил, что хрен редьки не слаще, и покачал головой.

До вечера решили посидеть вместе, Морис нашел колоду карт и организовал развлечение. Вернулись Ма и Чо, побитые, но довольные собой, и игра стала азартнее. И немного опаснее, потому что играли на щелбаны – на раздевание я играть отказалась.

Однако, получив третий щелбан от Ма, пусть и довольно бережный, я почувствовала легкую мигрень.

– Пойду почитаю руководство по управлению погодой.

Причина для бегства была приличной, так что меня не стали отговаривать, тут как раз пришла кислая, как ведро лимонов, Мия и села так далеко от нашей компании, как смогла, и оттуда бросала на меня яростные взгляды.

«Система управления погодой в Академии Небытия полностью автоматизирована, – прочитала я, с трудом сконцентрировавшись на руководстве. – Необходимые настройки вбиваются оператором и меняются в соответствии с нуждами не чаще трех раз в сутки. Основные показатели: температура в дневное время, температура в ночное время, атмосферное давление, влажность и осадки. Чтобы установить нужные значения, возьмите управляющий артефакт…»

Ага, приплыли. Управляющий артефакт, он же, по-нашему, планшет, он же золотая тарелка, лежал в разобранном состоянии на столе и ничем управлять уже не мог. Я открыла содержание в конце брошюры в надежде увидеть раздел о технических неисправностях и способах их устранения.

А вот фиг тебе, Риточка, а не решение всех проблем.

Я не швырнула книжонку на пол только потому, что на меня смотрела Мия, а показывать ей свою беспомощность – последнее дело.

– Ну, как успехи? – подлил масла в огонь Морис. Этой хитрой заразе волшебным образом удавалось выигрывать почти постоянно, и его лоб, в отличие от лба Рэнди, оставался относительно нетронутым.

– Почему бы тебе тоже не начать просвещаться?

– Чтобы отнимать у тебя лавры первооткрывателя? Нет, как джентльмен, я уступаю даме.

Он с видом победителя сбросил карты на стол, и Ма подставил лоб для щелбана. Как бы наш кракен не старался, он скорее пальцы себе отшибет, чем доставит Ма хоть какое-то неудобство. Так ему и надо, джентльмену головоногому.

Но ко мне подошел Рэнди и раскрыл на тощих коленях учебник «Как контролировать силу». На мой вопросительный взгляд он смущенно ответил:

– Ну вдруг тут что-то полезное найдется?

– Кроме сомнительных дыхательных практик?

– Не думаю, что ректор делает хоть что-то просто так. Если он дал нам именно эти три книги, значит, в них есть какой-то секрет.

Да уж, вера Рэнди в Миллхауса Дрея крепла день ото дня. Скоро он построит ему алтарь и будет поклоняться утром и вечером, главное, чтобы жертвы не приносил.

От нечего делать я взяла почитать про ремонт и, к своему удивлению, в оглавлении наткнулась на пункт про основные принципы применения магии в мелком бытовом ремонте.

– Так, ладно, мальчики и девочки, – протянул Морис и зевнул, – я откланиваюсь, удачи дежурной парочке.

– А разве сейчас не твоя очередь? – спросил Рэнди.

– Я подумал и решил, что лучше начнет кто-нибудь другой.

От такой непрошибаемой наглости у Рэнди отвалилась челюсть. Парни вступили в бессмысленную полемику в духе Ма и Чо, а я водила пальцем по гладкому книжному листу.

– Ребят.

– Кто чаще выигрывал в карты, тот и определяет очередность.

– Мы о таком не договаривались!

– Ребят…

– Так не терпится в свой подвал уползти?

– А твои предки вообще в глиняных горшках прятались!

– Ребята! – заорала я уже в голос. Эти двое, если зацепились языками, могли до утра развлекаться спорами. – Я знаю, как починить управляющий артефакт.

Морис втянул щупальце, которым яростно тыкал Рэнди в грудь.

– Да что ты говоришь? И как же?

Я не стал зачитывать весь параграф, просто передала самую выжимку.

– Если я правильно поняла, механизм работы этого планшета основан на сплетении магии Земли и Воздуха. Вроде как такое сочетание настраивает его на погодную волну. И если магическая функция будет восстановлена, физически он сам… склеится. По крайней мере, у меня сложилось такое мнение.

Я покосилась на две книги перед собой. Как бы фантастично все это ни звучало в пересказе, удивления не было. Какое вообще может быть удивление в таком месте и в такой компании. Способность удивляться, видимо, вообще отмирает первой.

– Воздух… – задумался Морис. – У кого из нас Воздух?

– У Кирры, – ответила я прежде, чем подумала. – Ни у кого, получается.

– У меня.

Из своего угла подала голос Мия, про которую мы успели совсем позабыть.

– Да ладно, – хмыкнул Морис. – Не шутишь?

– В отличие от вас, у меня хватает ума не тратить время на тупые шутки, – язвительно ответила она и поднялась. – Я все ждала, когда вы окончательно зайдете в тупик. Поразительно, каких только отбросов не набирают в студенты.

– Можно я ее в окно выкину? – сквозь зубы процедил Морис.

– Нет, – так же тихо ответила я, – ты же джентльмен. Это сделаю я.

– Кого надо выкинуть? – отреагировал Чо. – Чо выкинет. Чо не трудно.

Мы втроем синхронно накрыли лица ладонями и вздохнули.

– Ну так что? – нетерпеливо перебила Мия, которая, кажется, не оценила нашего мини-спектакля. – Будем что-то делать, или вы вообще ни на что не способны?

Мне стала немного понятнее ее страсть к Лайзу Амилоте. Что-то такое в их манере поведения есть общее. Может, они просто одинаково бесят меня своим чувством превосходства над другими?

Морис подошел к стене, достал авторучку и вычеркнул себя из первой строки графика, а сверху кривовато вписал Мию.

– Вы отлично дополните друг друга, – объяснил он и, на всякий случай защитив лицо руками, добавил: – В магическом смысле!

– Предатель! – Я швырнула в него первой попавшейся книжкой, но та оказалась слишком тонкой и легкой и немного не долетела. – Вот и вали отсюда!

– Это все ради общего блага.

– Вот придешь завтра меня сменять, я тебе покажу общее благо!

Рэнди попятился к двери спиной, чувствуя в воздухе опасные искры. Ма и Чо пожали плечами и попытались выйти одновременно, застряли и, пихаясь и рыча, кое-как вывалились на лестницу. Мориса так вообще сразу след простыл.

И тут я вспомнила, что самое время идти на встречу с Амилотой, а я тут застряла…

Распахнув дверь, я высунулась и заорала:

– Я вам это еще припомню!!!

Мия за спиной насмешливо хмыкнула и зашуршала страницами так издевательски, будто точно знала, что именно этим вечером накрылось у меня медным тазом. Я нашла в себе силы перестать истерить и вернуться за стол.

– А ты сама-то справишься? – спросила я, и змейка возле уха агрессивно зашипела, высунув тонкий язычок. Ей паучиха тоже не нравилась. Если бы знала, что она сегодня будет спать под моим одеялом, притащила бы какое-нибудь старье из подвала.

Мия подняла голову и смерила меня презрительным взглядом.

– Попробуй сначала спросить это у себя.

Я втянула носом воздух.

– Ты…

Мы скрестили взгляды, и осколки тарелки между нами завибрировали, как будто отзывались. Мия первой скосила на них глаза.

– Мы же еще даже не начали.

– Как сказать, – ответила я и подняла ладонь, под которой стол уже начал частично каменеть. Мия нервно провела рукой по волосами, шевелящимся от несуществующего сквозняка.

«Вы отлично дополняете друг друга», – сказал Морис, и я чуть не рассмеялась. Подходим идеально – для начала внепланового апокалипсиса.

– Давай просто сделаем это? – процедила я, и Мия нехотя кивнула. Мы устроились поудобнее друг напротив друга и, сдвинув потеснее три части тарелки, положили на них кончики пальцев. Я постаралась максимально аккуратно призвать свою магию, чтобы не стало еще хуже, и золото задрожало.

Волосы Мии зловеще шевелились, но в целом она явно умела себя контролировать. А потом стало не до наблюдений за идейной соперницей.

– Кстати, это долго надо делать? – спросила я, и она спокойно ответила:

– Минимум пять часов.

– Пя… Пять часов?!

Простите, куратор, прости, постелька. Сегодня я точно загнусь на благо спокойствия ректора.

Или заработаю геморрой, что еще хуже…

Глава 27

Не знаю, может ли кто-то со стороны связаться со мной по браслету, но, кроме Мориса и Рэнди, за ночь никто не попытался меня отвлечь. Не то чтобы я ждала кого-то конкретного, но… Черт возьми, я ждала! Есть же такие мужики, у которых руки отвалятся, если сами девушке позвонят.

Мия косилась на меня с подозрением, но вроде бы без злорадства, а то я уже почти подумала, что угодила в ее масштабную ловушку. Привет, паранойя. Когда через четыре часа (спасибо, что не пять) можно было отвалиться на спинку стула, ощущения были как у столетней бабули – позвоночник буквально осыпался, попа болела, а глаз смотрел на глаз.

– Я спать, – и поползла к раскладушке. Ничего не знаю, мое одеяло, мое спальное место. Отрубилась мгновенно, безо всяких непрошеных мыслей на ночь, закрыла глаза, а потом раз – и утро. А заодно и сопутствующее ощущение полного, конкретного недосыпа во все лицо.

Я сначала даже не поняла, где нахожусь и почему это место так не похоже на мою комнату. А потом увидела Мию, дремлющую за столом, и настроение окончательно помахало ручкой. Пошевелилась и потревожила пружины раскладушки, скрип, наверное, слышали даже в общежитии.

– А? Что? – сонно забормотала Мия, оторвав лохматую голову от столешницы. Вот странно, но мне даже злорадствовать над ней не хотелось. Настенные часы уже даже не намекали, а буквально вопили, что если не поторопимся, останемся без завтрака…

А, нет, точно останемся.

– Проспала!!! – не своим голосом заорала Мия и опрокинула стул. Сигнал для студентов звучал в общежитиях, тут, разумеется, в нем не было смысла. Я почти испугалась, а потом вспомнила, что по нашему же графику сегодня можно не суетиться. О чем я и сказала своей невольной партнерше.

– Плевать я хотела, это все ваши проблемы, – огрызнулась она и перекинула ремешок сумки через плечо. – Я учиться.

– Боишься, там без тебя Лайза уведут? – бросила я ей в спину. Паучиха споткнулась, постояла пару секунд и торопливо скрылась за дверью.

Я осталась в гордом одиночестве.

По-хорошему надо бы сходить к себе, помыться, но за неприметной дверкой обнаружился санузел – без излишеств, но мне хватило, и унитаза с раковиной и полотенцем. Теперь осталось разобраться, в чем заключается суть работы. Как я поняла, хоть комната именовалась дежурной, дежурный сам по себе не требовался, разве что прийти раз в день и проверить настройки. Кстати, об этом.

«Планшет» мы починили. Реально. Не знаю, как это работает, но осколки слились в единое целое, «дно» засветилось и стало похоже на круглый экран. Опыт показал, что экран сенсорный, и я покопалась в опциях чудо-артефакта, пока не нашла те настройки, о которых говорилось в руководстве, выставила температуру, как хотел ректор, на глазок накидала влажность и давление и ткнула в иконку с солнышком. Идеально, я считаю. За панорамным окном стало гораздо светлее, и пусть на небе по-прежнему не появилось признаков хоть какого-нибудь светила, ощущения были как в погожий майский денек. Мои змеюшки раскрутились и потянулись к теплу и свету.

– Благодать… – удовлетворенно протянула я и закинула ноги на стол. Впереди меня ждал день полного расслабона, я приготовилась постигать дзен и прогревать косточки, но уже через полтора часа поняла, что так можно и с ума сойти. Скинула ноги со стола и задумалась.

Безделье – это хорошо, но дома у меня был интернет, смартфон и сериалы по телевизору, а тут только вид из окна и несколько страниц конспекта, в котором я уже ничего не понимала, отвыкла писать, да и когти мешали. Но чем же себя занять?

Лучше всего в памяти сохранился короткий фрагмент лекции Миллхауса Дрея, я бы дослушала до конца, если бы не экстренная ректорская спячка. Как только начинала думать о существовании Светлого факультета, вспоминала потасовку в «Белой лошади». Впечатление о себе потенциальные «светлые» студенты оставили не очень светлое. Конечно, везде отморозков хватает. Однако суть не в том. Среди них была Светка, вся такая в белом и с взглядом человека, который увидел привидение. Впрочем, не так уж она и не права.

К счастью или нет, процесс адаптации притупил тоску, я все реже вспоминала свою прошлую жизнь, даже родителей, чего уж говорить о подружке, но взамен обострились некоторые другие эмоции – например, нездоровое любопытство.

– Почему это нездоровое? – сама у себя спросила я за неимением собеседника. – Интерес вполне логичный.

Решительно поднявшись со стула, я потянулась, стащила шерстяные чулки и, бросив их на раскладушку, направилась к выходу. Планшет тут и без меня справится, а мне надо размяться и – я погладила пустой животик – найти, чем перекусить. На карте еще что-то оставалось, путь в магазин я помнила, временем располагала. Так почему бы и не да?

Днем бумажные фонари не горели, но красную изогнутую крышу все равно было видно издалека, а перед крыльцом чуть в стороне от ступеней за пластиковым дачным столиком двое играли в шашки. Я прибавила шагу и скоро разглядела увлеченные лица игроков – уборщик и продавец, сладкая парочка азиатской наружности.

– Ха! – уборщик азартно шлепнул белый камешек на доску. – Накося выкуси!

Из длиннющего шелкового рукава продавца высунулась невозможно белая, с нежно-голубоватым отливом ручка и когтистым пальцем подтолкнула черный камешек. Лицо уборщика мигом поменялось, он вскочил, снова сел, погрозил сопернику кулаком и призадумался над следующим ходом.

– Во что играете? – спросила я, чтобы меня, наконец, заметили.

– Вейци, – уныло отозвался уборщик. – Ты жульничаешь, лао Вэй! Я все видел!

Пока они снова не увлеклись, я поспешила вклиниться в разговор:

– А что это за игра такая? – Я поискала взглядом стул, не нашла и просто встала рядом. – На шашки похожа. Китайская?

– Как догадалась? – хмыкнул продавец.

– Потому что вы оба китайцы.

Белая костяшка выпала у уборщика из пальцев.

– Это оскорбление! – заорал он и хлопнул по столу так, что доска подпрыгнула, и двухцветные камешки с грохотом рассыпались по столу. – Я не имею к нему отношения!

И ткнул пальцем в продавца. Тот был слишком похож на куклу, чтобы выражать эмоции, но по тому, как всколыхнулась приклеенная ко лбу бумажка с заклинанием, вздохнул.

– Собака ты японская. Забыл, что вы нашу письменность сперли? Вы наполовину китайцы, если не больше.

– Не сперли, а переработали. Это разные вещи, кукла ты китайская.

Назревал культурологический спор с элементами взаимного унижения на национальной почве, из которого я уже поняла, что ошибалась на счет уборщица.

– И Сорамару – это японское имя, – хмуро бросили уже мне, пришлось состроить виноватую мордашку.

– Буду знать, господин Сорамару. Вижу, вы… хм… друзья?

– Враги! – хором ответили они и надулись, как мыши на крупу.

Я склонилась над доской, но шашечки разлетелись, и даже если бы я захотела, не разобралась бы в принципе игры. Впрочем, интересовало-то меня другое.

– Кстати, – будто между прочим заговорила я, – а вы давно работаете в академии?

– Да всю жи… смерть, – ответил Сорамару и начал по памяти расставлять шашечки на доске. – А что?

– Да вот задумалась тут. Нам про Светлый факультет толком ничего не рассказывали, только то, что он есть, – я выдержала паузу. – И мне показалось, что ректор их, скажем так, недолюбливает. С чего бы? Разве мы не одно учреждение? Или есть какие-то подводные камни?

Получилось как-то кривенько, но подвести к нужной теме аккуратно не получилось. Разумеется, эти товарищи насторожились.

– Не суй нос, пока не откусили, – посоветовал продавец.

– Ли Вэй, – мягко осадил его Сорамару, – нечего хвалиться тысячелетней историей, если не можешь с девушками нормально разговаривать.

Я замерла в ожидании продолжения, но вместо этого хитрый уборщик продолжил расставлять камушки по доске.

– Ммм… Так все-таки?

– Кто может понять замыслы вселенной? – пожал плечами Сорамару и покрутил в пальцах белую шашку. – В полном небытии нет ни света, ни тьмы, но само оно – истинная светотень, из которой исходит все, даже то, что нам, простым и мелким существам, кажется незыблемым и вечным. Нет смысла ломать голову над вещами, постичь которые невозможно.

– Пусть все идет путем Дао, – веско добавил Ли Вэй. – Но ты опять жульничаешь, собака японская.

Они опять сцепились, а я отошла, мысленно костеря на все лады их знаменитую восточную философию. Дао, блин. Ведь явно специально мне голову морочили. Почему? По приказу ректора? Тут без пачки чипсов не разберешься.

К слову, о них.

Пришлось снова прервать игру, чтобы затариться вкусняшками. Баланс карты неуклонно двигался к нулю, но я решила, что надо баловать себя, пока есть возможность – и побаловала, закинув в корзину две пачки чипсов со вкусом сыра, кофе 3 в 1, пакетик жевательного мармелада и упаковку сосисок, которые в башне все равно готовить не на чем, но и так сойдет. Зусман, вон вообще говорил, что горгоны кровью питаются, что мне сырые сосиски? Тьфу.

Со съестным набором истинного студента я направилась в обратный путь. Возвращаться на дежурство не хотелось, и я шла максимально медленно, практически ползла, любуясь видами и считая ворон. Вот без шуток, этих товарищей в Академии Небытия хватало, как голубей на городской площади. Я по пути успела открыть одну пачку чипсов и от широты души раскрошила одну чипсинку птичкам. Птички прикола не поняли, скосили на меня блестящие черные глаза, мол, сама свою химозу ешь.

– Ну и дура, – сообщила я ближайшей вороне.

– Не советую вступать в конфликт, – раздался откуда-то голос. – Некоторые из местных ворон работают камерами слежения.

– Работают… что? – я обернулась и столкнулась нос к носу с Ицли. – Напугал! Кто же так подкрадывается к людям?

Змееныш (а почему-то вызывал он у меня исключительно негативные ощущения) широко улыбнулся и сделал попытку подцепить меня под локоток – неудачную.

– В академии нет ничего, что было бы тем, чем кажется, – снисходительно пояснил он.

– Очень глубокомысленно, – фыркнула я. – Мне отсюда надо начинать бояться или как?

Ицли картинно всплеснул руками.

– Ну что ты! Я же не пугаю тебя, просто делюсь информацией. Такие, как мы, должны держаться вместе. Понимаешь?

– Нет, – совершенно искренне ответила я. – Не понимаю.

– Мы особенные. Змееподобные во всех культурах чтились как божества или божественные посланники. Ты, наверное, заметила, как мало змей среди студентов. Только ты и я.

– Морис вообще в единственном экземпляре.

– Это другое.

– Слушай, – перебила я и на всякий случай выставила перед собой ладонь, пресекая попытки сближения, – можешь считать себя исключительным и неповторимым, но иногда это доводит до психолога. И прости, мне надо возвращаться на дежурство.

Я прибавила ходу. Интересно, он так ко всем пристает со своей «божественностью», или это способ подката такой? Если второе, то у меня для него плохие новости.

– Рита, подумай над моими словами! – крикнул он мне вслед. – Я найду тебя!

А вот это уже прям строчка из триллера. Скоро по коридорам буду только с Морисом и Рэнди гулять, а если припечет, то и с ограми под ручку.

Я так спешила, что не сразу заметила, что за мной гонятся. Вот же настырный! В прошлой жизни наверняка был маньяком и извращенцем.

– Кудряшова! Маргарита Кудряшова! Да подождите же!

Полным именем меня не часто называли, и заканчивалось это не очень, что было отличным поводом для ускорения, но тут перед лицом возникла рассерженная тучка. Как я поняла ее настроение? По слабому разряду молнии, стрельнувшему мне в нос. Спасибо реакции, я отскочила, едва не выронив покупки.

– Это беспредел!

– Маргарита Константиновна, прошу вас следовать за мной, – раздался из тучки вежливый, но непреклонный женский голос. Вроде бы так разговаривала секретарша ректора, та, что с декольте до пупка.

Я беспомощно оглянулась, аллея позади была пуста, не видно даже назойливого змееныша. Теряясь в догадках, что опять не так, я расправила плечи и максимально невозмутимо уточнила:

– Следовать куда?

– В баню, Маргарита Константиновна. В баню.