Текст книги "Путешественник (ЛП)"

Автор книги: Е Юань

сообщить о нарушении

Текущая страница: 88 (всего у книги 125 страниц)

Глава 657
Пугающая живучесть

Исполинская серо-черная ладонь вцепилась в борт корабля, стремительно карабкаясь вверх и дюйм за дюймом вытягивая из морских пучин скрытое под водой туловище.

Сквозь лазурную толщу волн Клейн сперва разглядел лишь необъятную серо-черную тень, но уже в следующее мгновение весь его взор заполнила сплошная масса извивающейся, гротескной плоти.

Монстр казался хаотичной, безумной мозаикой, слепленной из бесчисленных почерневших трупов. За гигантскими ладонями тянулись иссохшие, подобные сухим ветвям руки, растущие из тела мертвого исполина. Его единственный глаз был наглухо закрыт, а к шее намертво приросло еще несколько голов. От этих голов, в свою очередь, расползались покрытые чешуей рыбьи туши, обрубки, напоминающие ящериц, и искореженные человеческие тела. Вся эта мерзость наслаивалась друг на друга, сплетаясь в единый, пульсирующий мясной остров.

Прямо из стыков между сросшимися трупами густыми клубами сочился желто-зеленый газ. Ядовитая дымка стремительно расползалась во все стороны, грозя наглухо укрыть собой всю округу.

Кхе! Кхе-кхе-кхе!

Стоило лишь вдохнуть жалкие крохи этих испарений, как многие матросы на палубе зашлись в надрывном, яростном кашле, сгибаясь пополам и не в силах разогнуться.

Узрев эту картину, Фрэнк Ли без малейших колебаний потянулся к потайному отделению на поясе, намереваясь пустить в ход подходящие паранормальные таланты. Но не успел он и пальцем пошевелить, как над ухом громыхнул властный окрик «Адмирала Звезд» Катлеи:

– Фрэнк, отставить!

– Живо дуй к Нине! Помоги ей с командой, нужно немедленно перенастроить паруса!

– Но почему? – на одних инстинктах выпалил старпом.

– В этих проклятых водах любая сверхъестественная мощь из домена «Матери-Земли» подвержена чудовищным мутациям. И твои таланты – не исключение, – бросила Катлея. Говоря это, она уже вытянула руки вперед, намертво прижав ладони к определенному месту на столе.

Мистические символы и магические печати, щедро усеивавшие «Будущее», тут же вспыхнули одна за другой, строгими, выверенными слоями. Исполинский галеон в мгновение ока преобразился в ослепительное звездное море, чье мерцание безупречно резонировало с тем глубоким, космическим сиянием, что клубилось вокруг самой Катлеи.

Свет звезд выстроил надежный щит, наглухо отсекая ядовито-зеленый газ. Клейн же, находившийся у самого фальшборта, плавно отлетел к окну своей каюты.

Удушливый кашель корсаров немного отступил. Подгоняемые боцманом Ниной и старпомом Фрэнком, они, беспрекословно подчиняясь командам навигатора Отолова, лихорадочно взялись за перенастройку парусов. Команда отчаянно силилась выжать из левиафана максимальную скорость, чтобы вырваться из гибельной акватории и сбросить с себя морок аномалий.

Увы, исполинская серо-черная тварь уже намертво оплела нос корабля. Её скрытая под водой туша цеплялась за что-то на глубине, превратившись в монолитный якорь и мертвой хваткой удерживая «Будущее» на месте, превращая каждый дюйм продвижения в невыносимую пытку.

Вдобавок вокруг словно выросли незримые, уходящие в небеса горные хребты. Они наглухо отсекали любой морской бриз, из-за чего галеон, как бы виртуозно ни перекраивались паруса, не мог поймать ни единого порыва попутного ветра.

'Вот для таких заварушек и придумали резервные паровые машины. Какая досада, что на «Будущем» подобной роскоши не водится…

Впрочем… левиафан всё еще способен воспарить на крыльях звездного света. Вот только, сдается мне, для леди «Отшельник» это обернется колоссальным истощением. Да и маневрировать в таком полете – та еще задачка. Вздумай мы прыгать в этих проклятых водах вслепую, без благосклонности фортуны шансы рухнуть в куда более смертоносную зону взлетают до небес. А уж с таким генератором неудач на борту, как Андерсон…' – Клейн, паря у окна своей спальни, с ледяным хладнокровием оценивал разворачивающийся хаос.

Паники он совершенно не испытывал. Ни «Адмирал Звезд» Катлея, ни «Сильнейший Охотник» Андерсон еще даже не начинали демонстрировать свою подлинную, сокрушительную мощь.

«Да и я тоже…» – мысленно добавил сыщик.

Юноша вознамерился на время заскочить в каюту, дабы нацепить перчатку «Огниво». Поскольку в округе не наблюдалось подходящего «корма», пускать в ход эту реликвию было куда разумнее, нежели «Ползучий голод». Последний следовало приберечь для более отчаянных и многослойных передряг, а затем, по старой доброй традиции, зашвырнуть остывать в чертоги над серой мглой.

Что же касалось пренеприятного побочного эффекта со случайной пропажей вещей, Клейн уже давно выработал надежный план. Переодеваясь, он собирался сбросить в чемодан бумажник, медный свисток Азика, губную гармошку авантюриста и прочий ценный скарб. При себе он оставит лишь «Ползучий голод», запонку из рыболюда да россыпь амулетов домена Морского бога, при этом не спуская глаз с первых двух артефактов, дабы те ненароком не испарились.

Если же опираться на голую теорию вероятностей, то перчатке «Огниво» с высочайшей долей вероятности скормят именно амулеты – просто потому, что их в арсенале было больше всего.

Клейна подобный расклад ничуть не тревожил. Оберегов самого разного толка он наклепал с избытком, так что мог преспокойно позволить себе роскошь: один пустить в ход, второй выбросить, а третий скормить артефакту!

«Да и вообще, домену бурь покровительствует олово – металл бросовый, стоит сущие копейки. А саму паранормальную искру им дарует „Скипетр Морского бога“, так что я не потратил на них ни лишнего пенни…» – бормоча себе под нос, юноша толкнул створку окна.

А в это самое время исполинский, слепленный из мертвой плоти серо-черный монстр подтянулся еще выше. С его приближением волосы мечущихся по палубе матросов начали дико, бесконтрольно расти, в считанные мгновения опустившись ниже поясницы.

Но это было отнюдь не самое страшное. Леденящий душу кошмар заключался в ином: одна копна русых волос словно обрела собственную извращенную волю. Локоны зазмеились, переплетаясь друг с другом, и принялись намертво пеленать своего же хозяина.

Один за другим корсары становились жертвами подобной аномалии. Сияющий звездный щит «Будущего» оказался не в силах полностью отсечь эту чудовищную скверну.

Не обошла беда и бритоголовых пиратов, тщетно уповавших на свою спасительную лысину. У них с пугающей, видимой глазу скоростью начали прорастать волосы из носа, наглухо закупоривая дыхательные пути.

У распахнутого окна капитанской каюты «Адмирал Звезд» Катлея, невесть когда вскинувшая руки, сжимала в пальцах свиток, на вид выделанный из гладкой акульей кожи.

– Паралич!

Под эхо этого заклинания на древнем гермесе свиток беззвучно занялся пламенем. Из него вырвался ослепительный, бледно-зеленый луч, безошибочно вонзившись в исполинскую ладонь твари, цепляющуюся за борт.

Увы, извивающаяся масса слепленных трупов даже не замедлилась. Гигантская длань с размаху обрушилась на мерцающий звездный щит. Осколки света брызнули во все стороны, а сам галеон содрогнулся от чудовищного удара.

Пурпурный отлив в глазах Катлеи мгновенно потемнел и сгустился. Не став тратить время на новые свитки, она резким, властным жестом выбросила правую ладонь вперед.

– Клетка!

Едва это тяжелое, дышащее мистикой слово слетело с губ пиратской владычицы, как кружащие вокруг нее ослепительные искры сорвались с места. Одна за другая они устремились к серо-черному чудовищу.

Звездная пыль мгновенно уплотнилась, выковав вокруг монстра исполинский прозрачный янтарь. Стенки наглухо спеленали пульсирующую плоть, пригвоздив тварь к ее изначальному месту.

В эту самую секунду в правой руке «Сильнейшего Охотника» Андерсона уже материализовался непроницаемо-черный, матовый короткий меч. Его лезвие, казалось, было сплошь покрыто извивающейся вязью зловещих рун, однако это был лишь искусный морок.

Воспользовавшись тем, что чудовище угодило в звездный капкан, Андерсон позволил ослепительно-белому пламени окутать свое тело.

Огненным метеором он перемахнул через фальшборт, обрушившись прямиком на сотканную из мертвецов серо-черную тушу.

Ослепительно-белое зарево принялось молниеносно, зигзагами носиться по поверхности монстра, словно безумный художник, творящий свой шедевр на пределе возможностей.

Вжух! Ревущее пламя столбом взметнулось в небеса, а Андерсон, не выпуская из рук черного клинка, хищным прыжком вернулся на палубу.

Исполинская тварь так и осталась неподвижно висеть в ловушке, казалось, напрочь лишившись искры жизни.

Хрясь! Хрусь! Тресь! Шкура монстра покрылась целой паутиной зияющих, бездонных разломов, и в жалкую долю секунды его разорвало на мириады мелких, кровоточащих кусков плоти.

«А пробивная мощь у этого „Жнеца“ и впрямь заоблачная…» – Клейн, уже успевший перетасовать свой арсенал и вернувшийся к окну, воочию узрел эту картину.

Внезапно его брови едва уловимо дрогнули, сойдясь на переносице.

Грянула новая, непредвиденная напасть: растерзанные куски плоти вдруг отрастили собственные «руки и ноги». Подобно саранче, они сплошной, застилающей небо тучей ринулись прямо на палубу «Будущего».

Этот серо-черный исполин казался воистину бессмертным: на сколько кусков его ни разруби, он лишь плодил новые, омерзительные полчища монстров!

Абсолютно бесшумно один из таких мясных комков отпружинил от палубы прямо напротив капитанской каюты. Хищно разинув пасть, он метнулся к «Адмиралу Звезд», намереваясь наглухо укрыть ее голову.

В тот же миг из густой тени вынырнул силуэт, надежным щитом заслонив Катлею. Это был не кто иной, как «Бескровный» Хит Дойл.

Мужчина распахнул рот. Его плоть с тошнотворным треском начала расходиться по швам – от самого носа и до живота, стремительно превратившись в гротескный, медленно пульсирующий водоворот из мяса и крови.

Эта жуткая воронка намертво всосала в себя серо-черный комок. Края раны мгновенно схлопнулись, заживо похоронив тварь в недрах тела Хита.

«Бескровный» безмолвной тенью опустился на доски. Его изрядно шатнуло, но он быстро вернул себе равновесие и первозданный облик, а тот самый кровожадный мясной огрызок исчез без следа.

«Самая дикая, леденящая жуть в этом ублюдке – его аномальная живучесть. Вот бы умыкнуть этот талант…» – спалив очередной амулет «Левитации», Клейн выскользнул в окно. Вытянув вперед правую руку, обтянутую черной перчаткой, он широко растопырил пальцы.

Картина перед его взором тут же претерпела радикальные метаморфозы. Люди и предметы растворились, уступив место калейдоскопу пульсирующих, разноцветных световых сгустков.

Эти сферы непрерывно перетекали друг в друга, лихорадочно мерцая и не давая рассудку зацепиться за хоть какую-то осмысленную закономерность.

Но сквозь эту призму Клейн всё же выхватил главное: все серо-черные куски плоти были намертво связаны незримыми, общими световыми нитями. С виду они казались разрозненными тварями, но на деле оставались единым, неделимым целым.

Юноша с ледяным хладнокровием сжал пальцы правой руки в кулак, намертво ухватив один из таких сияющих узлов, и с силой провернул запястье вправо.

В ту же долю секунды он воочию узрел, как желто-зеленое сияние с корнем вырывается из чудища, наполовину впитываясь прямо в его ладонь.

Это была квинтэссенция, олицетворяющая талант «Ядовитого тумана».

Он играючи украл у этого серо-черного отродья способность плодить заразу!

Вот она – истинная, сокрушительная мощь перчатки «Огниво»!

Одновременно с этим сыщик обнаружил, что его собственный навык «Переноса урона» бесследно испарился!

«Двенадцать часов. В течение этого срока цель можно обобрать лишь единожды…» – понимающе констатировал Клейн. Он видел, как удушливый, едкий желто-зеленый смог, разъедающий звездный щит «Будущего», стремительно бледнеет и тает, а усеявшие палубу куски мертвечины начинают ссыхаться и чернеть.

Благодаря этому корсары наконец-то выгадали краткий миг для передышки, а «Адмирал Звезд» Катлея тем временем приколола к груди своей классической мантии золотистую брошь.

Украшение, казалось, было целиком отлито из чистого золота и формой напоминало диковинную птицу с роскошным, тянущимся за ней длинным хвостом.

Атмосфера вокруг внезапно налилась первозданным, незыблемым покоем. Вся паника и звенящее напряжение бесследно испарились, словно по мановению волшебной палочки. Даже Клейн не избежал этого непостижимого, давящего воздействия: юноша поймал себя на мысли, что в одночасье превратился в лишенного малейших эмоций живого мертвеца.

И в этот самый миг, когда развязка была уже близка, прямо по курсу из океанских далей вынырнул силуэт надвигающегося корабля.

То был такой же исполинский парусный левиафан. Его обшивка отливала свинцовой, непроницаемой чернотой, сквозь которую пробивался зловещий, мертвенно-зеленый оттенок.

А на мертвенно-бледном главном парусе красовалась искусно выведенная эмблема: распустившийся во всей красе черный как смоль тюльпан.

Флагман «Адмирала Ада» Людвилла – легендарный «Черный Тюльпан»!

Поистине частый гость в этих гибельных водах!

Глава 658
Пятьдесят пять тысяч фунтов

«Черный Тюльпан»… «Адмирал Ада» Людвилл… Впереди волк, позади тигр… Не слишком ли это паршивое невезение для одного дня? Парящий в воздухе Клейн первым заприметил надвигающийся корабль. Он не удержался и скосил взгляд вниз, прямо на Андерсона, который, сжимая в руке абсолютно черный короткий меч, пристально изучал монстра.

Искатель сокровищ в недоумении бросил на него быстрый взгляд. Не ослабляя бдительности и ежесекундно ожидая новой атаки серых кусков плоти, он обронил:

– У тебя какой-то странный взгляд. Что еще стряслось?..

Не успев договорить, он на одних инстинктах захлопнул рот. Мгновенно почуяв неладное, Андерсон рыбкой ушел в боковой перекат, играючи уклоняясь от тех самых брызг монстра, из-за которых его ногти пугающе шли в рост, и проворно метнулся к противоположному борту.

Выпрямив спину и вытянув шею, он вдруг резко, со свистом втянул воздух:

– «Адмирал Ада»…

Этот тип отнюдь не отличался добродетелью. Будучи пиратским владыкой, чье имя прославилось благодаря бессмысленной и беспощадной резне, он бы и бровью не повел, решив нажиться на чужой беде.

Стоило ему лишь взвесить все риски и смекнуть, что, воспользовавшись атакой этого могущественного монстра, он сможет стереть в порошок «Адмирала Звезд», пустить в расход всю команду «Будущего» и сорвать поистине баснословный куш – он ударит без малейших колебаний!

«Моя черная полоса никуда не делась. Она просто сменила тактику, решив скопить все мелкие беды и вывалить их на меня разом?» – лицо Андерсона исказилось в нелепой, гротескной гримасе, в которой дико сплелись слезы и истерический смех.

В это же самое время в памяти Клейна молниеносно всплыло соответствующее досье:

«Адмирал Ада» Людвилл! В одном лишь Королевстве Лоэн за его голову назначили награду в пятьдесят пять тысяч фунтов!

Он был невероятно могущественным медиумом и носил титул самого дорогого из семерки пиратских адмиралов!

На его флагмане «Черный Тюльпан» обитало от силы несколько живых корсаров. Львиную долю работы на судне выполняла покорная нежить и прислуживающие ему твари из мира духов.

Он убивал направо и налево, однако не питал к резне никаких извращенных, маниакальных страстей. Он просто добросовестно, с пугающей педантичностью исполнял свою работу – отправлял живые души прямиком в преисподнюю.

Его нити намертво сплетались со Спиритическим культом, а морские байки гласили, будто он владеет перстнем, доставшимся ему от самого древнего бога Смерти!

Пока Клейн и Андерсон неотрывно следили за «Черным Тюльпаном», золотая брошь на мантии «Адмирала Звезд» Катлеи начала источать кристально чистый, яркий, но совершенно не слепящий глаза солнечный свет.

Прямо перед капитанской каютой из ниоткуда соткался призрачный силуэт, стремительно вытягиваясь в длину.

От него веяло могильным, безмятежным покоем призрака, однако в то же время он излучал мягкое, согревающее тепло полуденного солнца.

Это было поистине парадоксальное, диковинное создание – словно злой дух, вылепленный из чистейшей «Солнечной святой воды»!

Столь же священное, сколь и богомерзкое!

Распахнув объятия, этот «солнечный призрак» с пугающей, немыслимой скоростью метнулся вперед и намертво вцепился в один из серо-черных кусков плоти.

Раздалось громкое шипение, до боли напоминающее звук шкварчащего на раскаленной сковороде жира. «Солнечный дух» и омерзительная плоть взаимно уничтожили друг друга, рассыпавшись в прах и не оставив после себя ни единого следа.

В глазах «Адмирала Звезд» полыхнула бездонная пурпурная гладь, а брошь засияла ослепительным золотом. За окном своей каюты она с пугающей частотой рождала всё новых и новых «солнечных призраков», посылая их в атаку на вторгшиеся на борт «Будущего» куски гнилой мертвечины.

Тем временем «Бескровный» Хит Дойл, прикрывая Фрэнка, Нину и остальных матросов, пустил в ход метод пожирания и переваривания, отчаянно борясь с омерзительными кусками монстра, наделенными пугающей живучестью.

Скорость «Черного Тюльпана» наголову превзошла все расчеты Клейна. Спустя каких-то пару секунд левиафан неумолимо ворвался в зону боевого охранения «Будущего».

Исполинский галеон, чья обшивка отливала свинцовой чернотой с проблесками мертвенной зелени, плавно сбавил ход и замер на самом краю периметра. Казалось, капитан всё еще пытался взять в толк, какая именно чертовщина здесь разыгралась.

Внезапно взор Клейна выхватил парящий прямо над «Будущим» полупрозрачный, призрачный глаз. Обладая мертвенно-бледным зрачком, он неотрывно, не моргая взирал на палубу сверху вниз.

«Это что… подзорная труба в арсенале медиумов?» Опешив на долю секунды, Клейн сноровисто выхватил револьвер и взял на мушку это бельмо, явно принадлежащее твари из мира духов.

На мгновение его сковало сомнение. Для отбитого на всю голову авантюриста Германа Воробья всадить пулю в это око было самым логичным, безупречно вписывающимся в образ решением. Однако прямо сейчас «Адмирал Ада» Людвилл еще не обнажил клинки и не выказал открытой враждебности. Вполне вероятно, что, опасаясь могущественной ложи за спиной «Адмирала Звезд» Катлеи, он предпочтет сохранить нейтралитет. А вот опрометчивый выстрел по его «глазам» неминуемо бросит эту и без того взрывоопасную партию в пучину абсолютного, кровавого хаоса!

Пока Клейн взвешивал риски, призрачный, полупрозрачный глаз бесследно растворился. А маячащий вдалеке «Черный Тюльпан» вновь набрал ход, всё отчетливее проступая во мраке.

На его палубе сновали белоснежные скелеты – кто голый, кто затянутый в ветхие кожаные доспехи, – сноровисто управляясь с парусами. Бледные мертвецы с притороченными к поясам длинными мечами несли караул, сверля округу глазами, в которых полыхал мертвенно-зеленый огонь. Многочисленные призраки, злые духи и прочая диковинная паранормальная фауна то кружила над мачтами, то просачивалась сквозь обшивку, проступая на бортах в виде жутковатых, размытых полупрозрачных лиц.

Опираясь на духовное зрение, Клейн безошибочно определил: на борту «Черного Тюльпана» дышал лишь один-единственный живой человек. Это был облаченный в капитанский наряд мужчина, невозмутимой статуей застывший на носовой палубе и взиравший в их сторону.

На его голове красовалась вычурная треуголка, богато украшенная перьями и вышитым белоснежным черепом. Наряд дополняли белая сорочка с кружевами, роскошный, изобилующий деталями коричневый камзол и плотные белые бриджи. На кожаном ремне покоилась изящная, тонкая рапира.

Лицо незнакомца надежно укрывала серебристо-белая маска, напрочь стирая любые черты и очертания. А вокруг прорезей для глаз, носа и рта змеились такие ледяные, безжизненные узоры, что от одного лишь взгляда на них кровь стыла в жилах.

Этот облик безупречно, до мельчайших деталей совпадал с морскими байками об «Адмирале Ада» Людвилле!

«А где же его старпом, помощники, боцманы?» Клейн поначалу изрядно опешил, не обнаружив на «Черном Тюльпане» больше ни единой живой души, но тут же всё расставил по полочкам.

Точь-в-точь как «Будущее» скинуло третьего помощника, канонира и львиную долю матросни на другие корабли флотилии, оставив лишь жизненно необходимый костяк ради перехода через эти проклятые воды, так и «Адмирал Ада» Людвилл благоразумно отсек своих «хрупких» подчиненных. В конце концов, управлять левиафаном он мог играючи, пустив в ход армию мертвецов и духов.

И в этот самый миг «Черный Тюльпан» плавно довернул корпус. Десятки орудий правого борта хищно ощетинились, взяв «Будущее» на мушку.

Едва «Адмирал Ада» Людвилл коснулся своей серебристо-белой маски, как тишину разорвала череда оглушительных раскатов.

Свинцовый град со свистом обрушился на них. Одни ядра, так и не долетев до цели, рухнули в воду, подняв ослепительные фонтаны брызг, другие же с ревом пронеслись над мачтами, ухнув в океан далеко за бортом.

Это была банальная пристрелка!

Вскоре с борта «Черного Тюльпана» грянул второй, уже куда более смертоносный залп.

Клейн уже вознамерился пустить в ход «Ползучий голод» и, прибегнув к таланту «Искажения» от «Барона Коррупции», перенаправить снаряды в бездну, как вдруг краем глаза подметил движение. Андерсон Худ резко вскинул правую руку и выбросил ее вперед.

В воздухе молниеносно соткалась целая стая оранжево-желтых огненных воронов. С ревом сорвавшись с места, они ювелирно, с пугающей точностью перехватили каждое пущенное в их сторону ядро!

Бум! Ба-бах! Бум!

Небеса разорвало ослепительными сполохами, во все стороны брызнула раскаленная шрапнель – зрелище до боли напоминало грандиозный, многозалповый праздничный салют.

«Стоит признать, таланты „Пиромана“ в открытом море – штука воистину незаменимая. Самая настоящая паранормальная система противоракетной обороны… Впрочем, тут всё дело в самом Андерсоне – он „Сильнейший Охотник“, благополучно дотянувший до пятой Последовательности. Будь на его месте Даниц, этот бедолага ни за что бы не перехватил весь залп, дай бог половину ядер осилил бы… Эх, а я со своим управлением пламенем за раз могу сжечь лишь один снаряд…» – пока Клейн мысленно сокрушался о своих боевых навыках, «Черный Тюльпан» свернул канонаду и, стремительно набирая ход, начал хищно сокращать дистанцию до «Будущего».

По мере сближения двух исполинских галеонов, морская гладь между ними, еще недавно залитая золотом солнечных лучей, стала стремительно чернеть. Это была не банальная чернильная муть, а глухая, непроглядная мгла – точь-в-точь как самая глухая, безлунная и лишенная звезд ночь.

Из этой пугающей, бездонной пучины начали лезть гротескные, полупрозрачные твари. Бледные мертвецы тянули из воды руки, с которых свисали омерзительные куски гниющей плоти, а во мраке одна за другой вспыхивали глубокие багровые или ледяные искры, сплетаясь в десятки, сотни горящих глаз.

В одночасье этот кусок океана обратился в зияющие врата преисподней. Мириады нежити, отталкивая друг друга, всплывали на поверхность и, подобно неумолимому, смертоносному цунами, волна за волной бросались в атаку.

Андерсон бросил короткий взгляд за спину, где «солнечные духи» всё еще методично выжигали серую мертвечину. Осознав, что «Адмирал Звезд» всецело поглощена критической фазой борьбы с тем кошмарным монстром, искатель сокровищ лишь обреченно втянул воздух сквозь зубы. Вскинув голову к парящему в вышине Герману Воробью, он выдавил из себя кривую, вымученную усмешку.

Охотник уже было вознамерился впечатать ладони в фальшборт, дабы соткать ревущую стену багрового пламени и отсечь нашествие мертвецов, как вдруг остолбенел. Прямо у него на глазах Герман Воробей круто развернулся и пулей метнулся обратно в каюту.

«Сбежал⁈ Да ну, бред какой-то…» – лицо Андерсона мгновенно вытянулось, застыв в абсолютном ступоре.

Но уже в следующую секунду искатель сокровищ злобно оскалился. Резко подавшись вперед, он с размаху пригвоздил обе ладони к корабельному борту.

Абсолютно беззвучно из пустоты взметнулось море багрового пламени, яростной стеной устремившись прямо навстречу врагу.

И в этот самый миг прямо перед его носом упал какой-то оберег, а слух резануло резкое, хлесткое слово на древнем гермесе:

– Шторм!

«А?» Андерсон на одних инстинктах вскинул голову и обомлел: Герман Воробей, облаченный в рубашку с круглым воротом и коричневую куртку, оседлав ревущий ураган, на немыслимой скорости мчался прямиком к «Черному Тюльпану».

«Он… он что, счеты с жизнью свести решил⁈ Подобное безумие выше моего понимания…» – Андерсон разинул рот, окончательно затерявшись в дебрях полнейшего недоумения.

У-у-ух!

Клейн, пустив в ход чары амулета и заручившись благосклонностью ветра, молнией пронесся над волнами, зависнув в вышине прямо над носовой палубой «Черного Тюльпана».

«Адмирал Ада» Людвилл тут же вскинул на него взгляд. В прорезях его серебристо-белой маски безмятежно полыхали два сгустка мертвенно-бледного пламени.

Кружащие над «Черным Тюльпаном» призраки, злые духи и прочая нечисть, тяготеющая к домену Смерти, мигом взмыли ввысь, единым, кровожадным роем обрушившись на незваного гостя.

Одни широко разевали пасти, исторгая беззвучные, леденящие душу вопли, другие же алчно высовывали длинные, извивающиеся языки, сплошь усеянные крошечными, искаженными в муках человеческими лицами. Твари предвкушали грандиозное пиршество.

Клейн с абсолютно каменным, лишенным эмоций лицом взирал на надвигающуюся угрозу. Его левая рука бесшумно скользнула в карман, одним мысленным импульсом снимая «Стену Духовности» с зажатого внутри квадратного железного портсигара.

Затем он выудил из недр коробочки медный свисток Азика, туго стянутый с парочкой спичек, и с размаху швырнул его прямо на кормовую палубу «Черного Тюльпана».

В ту же долю секунды все эти полупрозрачные, источающие ледяную стужу и размытые злые духи с призраками разом замерли, уподобившись вмерзшим в лед букашкам.

А затем они, не раздумывая ни мгновения, круто развернулись и на немыслимой скорости рванули к корме «Черного Тюльпана». Вся остальная диковинная, гротескная фауна мира духов с кровожадным визгом бросилась следом.

Не прошло и секунды, как занятые управлением судном и наведением пушек скелеты вкупе с бледными мертвецами тоже в открытую предали «Адмирала Ада». Вся носовая палуба в одночасье опустела, и Людвилл остался в абсолютном, звенящем одиночестве.

Хлоп!

Клейн, придерживая шляпу, плавно приземлился на доски, очутившись лицом к лицу с Людвиллом.

Слегка пригнувшись и опустив удерживающую поля полуцилиндра правую руку, сыщик намертво пригвоздил тяжелым, хищным взглядом облаченного в серебристо-белую маску «Адмирала Ада».